Измена. Развод на двоих

Глава 25. Иголками наружу

Тася.

Поступок Ника и отношение к нему Егора помогли мне наконец-то поставить точку в своих переживаниях. Мне не нужно бояться отношений с Самойловым, мне нужно ими гордиться. Он тот, кто действительно сможет сделать меня счастливой, удовлетворенной и ко всему прочему богатой. Потому что мы с ним поднимем фирму на новый уровень. Это я могу гарантировать. Он тот, кто защитит меня, даже если против него будет стоять целая толпа. Он лучший из тех, о ком можно было мечтать. И пусть многие осудят наш перескок из отношений в отношения… Возможно среди них будет даже моя мама… Но это мелочи по сравнению с тем, что со мной произойдет, если я себе откажу.

Когда мы наконец-то добрались до Шерегеша, все были выжаты как лимон. Мы с Ником так точно. Аня постоянно ныла и бегала в туалет. Психовала по поводу того, что нам пришлось ночевать в мотеле и просила какие-то фрукты, название которых мы никогда не слышали. Егор же постоянно ко мне приставал. Даже при Нике, что его дико раздражало и он даже не пытался это скрывать. Из-за этого мы все постоянно ругались, что привело к напряжённой обстановке по приезде.

— Ну что это за херня?! Ник не мог снять нам нормальный номер, с двухспальной кроватью?! — Пока я разбираю вещи, Егор носится по комнате и орёт, как раненая хрюшка. — Пиздец какой-то! Пойду на ресепшн, попрошу замену.

— Все номера были забронированы за месяц до. Это всё, что осталось, Егор. Прекрати орать. — Грубо. Зато доходчиво.

— Я просто хочу спать в обнимку со своей любимой, а не за метр. — Шипит извинительно, усаживаясь на край кровати. Так и хочется сказать: "Хочешь спать в обнимку с любимой — иди спи. Я то здесь при чём."

— Ничего страшного. — Отвечаю снисходительно, вешая куртку в шкаф

Следом я быстро забираюсь в кровать и сначала делаю вид, что уснула, игнорируя приставания Егора, а затем действительно засыпаю. Но только когда дверь моего номера хлопает после выхода будущего бывшего мужа.

Просыпаюсь уже утром следующего дня от сообщения Ника. Он говорит мне собираться на переговоры, но сначала мы зайдём позавтракать в кафе.

Быстренько посещаю душ, радуясь тому, что Егора в номере нет. Заплетаю волосы, мажу губы блеском. Выхожу в одном нижнем белье, и огорчённо всхлипываю. Муженёк уже тут как тут и моё появление его знатно позабавило.

— Ооу, стриптиз… Давненько ты для меня не танцевала.. — Тянется за телефоном, чтобы включить музыку, но я быстренько пикирую к шкафу.

— Мне нужно на встречу. Займёмся этим позднее. — А позже я снова что-нибудь придумаю. Нам осталось совсем чуть-чуть до финиша, и я не готова сдаваться. — А ты своди Аню в горы, выпейте глинтвейна, покатайтесь на лыжах.

— Я не люблю снег. — Ворчит угрюмо, убирая телефон обратно. — Лучше в бар сходить.

— Ты не забывай, что она беременна. — Подмигиваю, и с удовольствием отмечаю на его лице промелькнувший страх. — Только безалкогольные коктейли или немного вишнёвого пива. — Егор кивает и я вздохнув, натягиваю улыбку. — Ты не мог бы выйти?

— Тась, серьёзно? Мы столько лет вместе.. — Бровь мужчины взлетает вверх.

Приходится не переодевать бельё и одеваться так, потому что щеголять голышом перед Егором мне больше не хотелось. Вообще находится с ним в одной комнате было испытанием. Испытанием, которое, я надеюсь в скором времени закончится.

Быстро утепляюсь и выхожу в коридор, в нём же встречаясь с Ником. Он аккуратно приобнимает меня за талию и целует за ухом, разнося по телу приятные мурашки. Мы спускаемся в кафе и мужчина угощает меня прекрасным завтраком, а затем мы едем встречаться с партнёрами по схеме.

Михаил сообщает, что всё в силе, и как только наш юрист доделает документы о передаче, они всё подпишут. Естественно, за определённую плату, которую будет совсем не жалко отдать за наше счастливое будущее.

— А теперь идём кататься на ватрушке или лыжах, притворяясь, что мы на переговорах? — Предлагает Ник, крепко обняв мои плечи.

— Выбираю первое! — Улыбка расширяется до невиданной, и я самолично тяну Ника на выход. — Я люблю тебя, Самойлов! — Кричу, не сдерживая смех. — Ты сделал меня живой!

— Давай признаем, что до того злополучного дня мы оба были мертвы. — Ухмыляется переплетая наши пальцы. — А теперь мы живые..

— Мертвецы? — Его глаза искрятся и греют меня.

— Что?

— Живые мертвецы. — Повторяю, кривляясь. — Я сожру твой мозг… Р-р-р-р..

— Весьма вероятно. — Пожимает плечами. — Когда-то это случится. — Идиот.

Половину оставшегося дня мы катаемся вдвоём на ватрушке, целуемся и играем в снежки. Наслаждаемся горячим глинтвейном и снежными танцами. Слишком красиво находиться в заснеженных горах России. Невозможно не влюбиться в Ника ещё сильнее. Романтическая атмосфера, его шарм и ощутимая на кончиках пальцев свобода.

— Иди ко мне, Таська.. — Ник рычит, снимая через голову весь свой верх в нашем с Егором номере.

Скажете нет ничего глупее, чем трахаться в номере, куда могут прийти? Я с вами полностью согласна.

Но в то же время бороться с соблазном невозможно. Критически невозможно.

К тому же, Егор сказал по телефону, что они ещё в баре и вернуться не скоро..

Моя огромная куча вещей так же летит на пол, и наконец я оказываюсь прижата горячим телом к односпальному матрасу. Ник покрывает поцелуями меня всю. Губы, шею, грудь. Каждую складку, каждую родинку, каждый пальчик. Всё тело накаляется от исступления, с горла срываются тихие стоны.

Блуждаю руками по его телу, с удовольствием выделяя литые мышцы моего любовника. Опускаю ладонь ниже, и призывно сжимаю стоячий член, ведя рукой вверх-вниз, срывая с губ Ника гортанный рык.

— Ты заставляешь меня прервать прелюдию.. — Шепчет, пристраиваясь ко входу.

— Не заставляю, а требую.. — Принимаю его член с глубоким всхлипом, обнимая мощные бёдра ногами. — Давай, Ник, отнеси меня на остров под названием "Удовольствие"

Повторять дважды не нужно. Мужчина отводит бёдра и снова толкается, начиная выстукивать бешеный темп. Трахает в две дырочки, имея и меня и мой рот. Язык проникает глубоко, лаская нёбо, десны и сплетаясь в танце с моим. Ласкает соски, покусывая и посасывая. Трёт пальцами разбухший клитор, шепчет грязные, но такие возбуждающие слова, прижимается всем телом.

— Ещё.. — Губы сами шевелятся в немой просьбе, и Ник ускоряется, унося меня прямо на склон. Унося и сбрасывая.

Я кончаю. Ярко, сильно, жадно хватая воздух ртом. Зрение рассеивается, восстанавливаясь только через некоторое время. Но лучше бы не восстанавливалось. Потому что прямо напротив меня, в дверном проёме я вижу разъярённое лицо Егора.

Ник продолжает двигаться, ничего не замечая, а я замираю не в силах что-то сказать.