Глава 3


Когда открылась дверь, я непроизвольно вздрогнула и крепче вцепилась в бокал, будто он мог меня спасти. Почему-то мне было страшно поднимать взгляд на вошедшего… Страшно смотреть на того, кто мог теперь сделать со мной всё, что угодно.

Он же не стал ничего говорить. Молча повернул в замке ключ, немного постоял на месте… а потом неспешно двинулся ко мне. Я слышала его шаги – спокойные, уверенные. Но всё равно не могла заставить себя повернуться. Увы… это не могло продолжаться долго.

– Красавица.

Это слово было сказано с таким предвкушением, от которого я ещё больше напряглась. А когда моего подбородка коснулись мужские пальцы, когда властным жестом этот человек повернул моё лицо к себе… я всё-таки увидела того, кто заплатил за меня деньги.

– У тебя потрясающие глаза, – проговорил он, погладив меня по щеке. – Такие насыщенно зелёные, яркие. В них будто отражаются все тайны мира.

Покупатель был намного старше меня. Наверное, по возрасту он годился мне в отцы. Его тёмно-русые волосы на висках уже серебрила седина, а у глаз виднелись мелкие морщинки. Но вот во взгляде царило откровенное желание, от которого мне почему-то стало страшно.

– Ты явно неопытна, сладкая девочка, – проговорил, поймав мою руку и заставив встать напротив.

Затем стянул с меня халат, отбросил в сторону и, окинув моё тело довольным взглядом, снова коснулся лица. Провёл пальцем по моим губам, легко скользнул им в рот и похабно улыбнулся.

– Мягкие губки, – сказал, подводя меня к кровати. – Ладно, сладкая. Давай-ка, помоги мне снять с себя всю эту лишнюю одежду.

У меня дрожали руки. Потому даже расстегнуть пуговицы на его камзоле получилось далеко не с первого раза. С рубашкой я справлялась ещё дольше, а вот от брюк он почему-то решил избавиться сам, как и от коротких нижних штанов. А оставшись передо мной полностью нагим, притянул к себе и накрыл ладонями мои груди.

Боги… когда меня ласкал Девис, это даже казалось приятным. Ему нравилось играть с сосками, облизывать их, посасывать. Но с этим лордом всё было совсем не так. Мне были противны его прикосновения, его присутствие… да и он сам. Он сжимал мои груди с таким напором, что стало больно. А потом и вовсе прикусил сосок, да так сильно, что я едва сдержала крик.

– Целуй меня, красавица, – выдохнул, усаживаясь на край кровати. – Иди сюда. Сделай мне приятное.

Он снова поймал мою руку и почти опрокинул на себя. Я опёрлась коленями на постель, ну и поцеловала его… в шею. Тому же Девису нравилось, когда я так делала. Но вот кожа этого… мужика… была далеко не такой нежной, и пахла совсем не так. И тем не менее, я заставила себя продолжать. Опускалась поцелуями к его груди, покрытой жёсткими волосами. Ниже, к животу… а потом мою голову поймали чужие руки и опустили вниз.

– Давай, красавица. Покажи, как ты умеешь ублажать, – возбуждённым голосом проговорил он.

Я же… отчаянно боролась с тошнотой. Боялась, что меня вырвет, едва посмотрю на то, что этот лорд желал засунуть мне в рот. Теперь мысли о деньгах, балу, высшем свете перестали казаться приятными. Тогда я снова заставила себя вспомнить образ того идеального мужчины, которого себе придумала. Закрыла глаза и попыталась убедить себя, что я сейчас с ним. С тем единственным, ласковым, самым лучшим.

И у меня получилось. Даже тошнота отступила. И эти оральные ласки я пережила вполне легко. К счастью, надолго выдержки моего временного хозяина не хватило. Но в момент, когда этот лорд был близок к финалу, он вдруг отстранился, заставил меня встать на кровати на четвереньки и грубо вошёл в моё тело.

– Ласкай себя, девочка, – прохрипел, резко двигаясь в моём теле. – Давай, погладь свою киску. Я хочу, чтобы ты стонала.

Это было сказано, как приказ. Потому я и не думала противиться. Опёрлась лишь на одну руку, а пальцы второй положила себе между ног. И да, так стало гораздо лучше. Всё же, несмотря ни на что, тело оказалось возбуждено и требовало разрядки. И в этот раз я тоже представила, что со мной… мой очаровательный незнакомец. И… позволила себе получить удовольствие. Оно было довольно слабым, но я всё равно изобразила стоны, и даже этакий сладостный вопль. Именно после него мой покупатель и кончил. А потом и вовсе покинул моё тело и рухнул на кровать.

Я тоже позволила себе опуститься на постель и прикрыть глаза. Внизу живота чувствовалось опустошение, примерно то же самое сейчас творилось и в моей душе. И больше всего на свете я хотела остаться одна, отправиться в ванную и смыть с себя всё, что связано с этим мужчиной, чтобы даже малейшего напоминания не осталось.

К счастью, он тоже не желал тут разлёживаться. Погладив меня по обнажённой ягодице, сказал что-то вроде: «отлично, красавица» и скрылся за дверью ванной.


***


– Неплохо для начала, – проговорил лорд Лендом, войдя в комнату примерно через полчаса после ухода покупателя.

К этому времени я уже успела принять душ, одеться и даже поправить причёску. Ненавистную маску хотела выбросить, но потом решила просто вернуть её Мартину. Кто знает, может, она ему дорога?

– Наблюдать за этим было даже… интересно, – добавил он, медленно подойдя к зеркалу. – Но, Кати, это была работа обыкновенной шлюхи, а не дорогой куртизанки. Хотя теперь я вижу, в каком направлении нам нужно двигаться. Потому, с завтрашнего дня твоё обучение немного изменится.

Я вздохнула и отвернулась. Сейчас мне даже в зеркало на себя было противно смотреть, а Мартина и вовсе видеть не хотелось. Думала ли я, что когда-то докачусь до такой жизни? Могла ли себе представить, что однажды один лорд будет обсуждать со мной то, как я отдавалась другому?

– Ты сегодня заработала пятьсот золотых. Всего за один час, – добавил Лендом, подходя ко мне и легко касаясь моей ладони.

Очень хотелось отдёрнуть руку, спрятать её за спиной, но я всё равно заставила себя сдержаться. Пятьсот золотых? Да уж… В кондитерской моя зарплата составляла тысячу льер в месяц. Один золотой равнялся сотне льер. Получается, что за один час я получила в пятьдесят раз больше, чем за тридцать дней работы? За час – зарплату за четыре с лишним года работы на прежнем месте?!

– Я отдам их тебе. Купишь что-нибудь для души, – добавил граф, когда я подняла на него ошарашенный взгляд. – И не нужно так терзаться, милая. Ты ведь знала, на что шла. И это только начало. Тебе ведь предстоит столькому научиться. Но я не сомневаюсь, что в итоге ты станешь лучшей. Для этого у тебя есть все задатки.

Отвечать не стала. Сейчас мне вообще не хотелось говорить. Думаю, Мартин это понял, потому и не стал больше приставать с разговорами. Он помог мне надеть тёмный плащ, в котором я сюда пришла, поправил на мне капюшон, а потом мы тихо и спокойно покинули это место через чёрный ход.


– Утром придёт Изабелла, – проговорил он, когда спустя полчаса помогал мне выбраться из картела у калитки моего домика. – Она обещала привести девушку, которая поможет тебе, станет твоей наставницей на ближайший месяц. Я же завтра скорее всего буду занят, но если смогу освободиться раньше полуночи, то обязательно наведаюсь к тебе.

– Будешь принимать очередной экзамен? – спросила абсолютно бесцветным тоном. Сейчас мне было до жуткого всё равно, что произойдёт дальше. И как он отреагирует на такой вопрос.

Но Мартин только улыбнулся и отрицательно покачал головой. А после наклонился чуть ниже и легко дотронулся до моего подбородка.

– Нет, Кати. Экзаменов больше не будет, – сообщил с улыбкой. – Сегодняшний можешь считать боевым крещением. – Он легко потёрся носом о мою щёку, а потом и вовсе невесомо коснулся её губами. – Тебе нужно было через это пройти, чтобы понять и уяснить собственное место, милая. Ты не леди, и никто не будет относиться к тебе, как к леди. Но ты и не проститутка.

– А кто я тогда? – спросила, подняв на него взгляд.

Он стоял очень близко и, наверное, при других обстоятельствах я бы даже начала млеть рядом с таким видным и даже красивым мужчиной, да ещё и лордом. Но сейчас мне было всё равно.

– Пока ты просто Катарина, – отозвался он, сделав шаг назад. – Но должна стать той, кого боготворят. Куртизанка – это не просто любовница. Это даже больше, чем жена. Это и друг, и сестра, и партнёр, и лекарь для души. Твоему покровителю должно быть с тобой очень хорошо, и не только в физическом плане. Он должен чувствовать, что его здесь всегда любят, ждут, ценят. Понимаешь? И ты научишься всему этому. Станешь той, кто сумеет покорить кого угодно.


Уже позже, лёжа в своей постели, на мягких свежих простынях, я смотрела за тёмное окно и думала о словах Мартина. Почему-то после того, что услышала от графа, даже плакать не хотелось, а изначально мне казалось, что разрыдаюсь, едва переступив порог своей комнаты. Более того, стало интересно: как же именно меня собираются учить. Что вообще будет дальше? А главное, какую роль в этом обучении отвёл для себя сам лорд. Ведь судя по его сегодняшним жестам, в моей постели он станет частым гостем.

Тогда-то я и спросила саму себя, хочу этого или нет? Нужен ли мне такой любовник-учитель, как Лендом? На мгновение я даже представила, что сегодня со мной был именно он, а не какой-то неизвестный аристократ. И как ни странно, по телу прокатилась волна лёгкого возбуждения. Удивительно, но Мартин был мне симпатичен, и я на самом деле хотела узнать, попробовать, как это может быть с ним. И что-то мне подсказывает, очень скоро такая возможность появится.


***


Вопреки заверениям графа, леди Изабелла пришла не утром, а заявилась далеко после обеда. Хотя, кто их знает, этих аристократов, может, у неё полдень – это сущая рань. Она явилась в компании довольно просто одетой темноволосой девушки, которую представила мне как Ларту.

– Теперь у тебя немного изменится расписание, – проговорила леди Самерс. – В первой половине дня ты будешь заниматься со своими учителями, то есть продолжишь изучать историю, этикет, кое-что из наук. Так же, думаю, стоит сделать упор на изучение основных аристократических родов империи, – добавила она, прохаживаясь по гостиной.

Честно говоря, за прошедшую неделю я уже начала считать этот дом своим, и мне было неприятно видеть, каким брезгливым взглядом она осматривает мою мебель и мои стены. Да, на них не было дорогих тканей, позолоты, их не украшали шедевры живописи, но мне нравилось это место.

– Ларта будет твоей наставницей в вопросах отношений с мужчинами, – добавила леди Изабелла. – Слушай её. Те советы, что она тебе даст, ты не найдёшь ни в одной книге, ни в одном справочнике. К моей великой радости она согласилась стать твоей наставницей. И поверь, лучшей кандидатуры на эту роль мы бы не нашли. Можешь доверять Ларте, как самой себе… и даже больше. Очень надеюсь, что вы подружитесь.

Судя по внешнему виду, эта самая девушка была старше меня всего на каких-то пару лет. Выглядела же она и вовсе странно. Её волосы были распущены и едва доставали своей длиной до плеч. А ещё они вились… закручивались мелкими кудряшками, что придавало её внешности ещё более наивный вид. Худенькая, миниатюрная, она была похожа на куклу. Черты её лица тоже выглядели кукольными – маленький, чуть вздёрнутый носик, полные губы, большие голубые глаза, обрамлённые длинными густыми ресницами. Встреть такую на улице, и никогда не подумаешь, что она вообще уже хоть раз была с мужчиной. Но, как я успела узнать, внешность почти всегда обманчива.

По приказу леди Самерс для Ларты подготовили комнату, расположенную через стенку от моей. И только теперь я поняла, что в отличие от мисс Селесты и моей доброй мисс Амины, эта девушка будет рядом постоянно. Как нянька… или как надсмотрщица. На самом деле, я даже не представляла, чему она может меня учить? Как принимать наиболее возбуждающую позу, или как изображать стоны полного экстаза? И тем не менее, я как смогла выдавила из себя улыбку, заверяя леди Изабеллу, что рада такой наставнице, и пообещала быть прилежной ученицей.

Не знаю, поверила она мне, или кивала лишь для того, чтобы быстрее закончить разговор и убраться восвояси, но вот сама Ларта смотрела на меня со странной смесью сомнения и иронии. А стоило леди Самерс уйти, та и вовсе поднялась, поманила меня рукой и направилась наверх.

– Ты хоть примерно понимаешь, во что впуталась? – спросила она, бесцеремонно входя в мою спальню и захлопывая дверь. – Девочка, сколько тебе лет?

Почему-то откровенное пренебрежение в её голосе мигом вывело меня из себя. И, пройдя несколько шагов по комнате, я остановилась у кресла и обернулась к ней.

– А тебе какое дело? – спросила, стараясь держать свои эмоции в рамках, как учила мисс Селеста. Ведь леди не повышают голос, а я должна была соответствовать этому правилу.

– Мне? – с усмешкой бросила она. – Никакого. Даже наоборот. Леди Самерс уже вручила мне весьма внушительный аванс, который я возвращать не стану в любом случае. Но мне жаль тебя. Ты же… совсем молодая. Чистая, красивая. У тебя хорошая фигурка, очень яркие глаза, волосы. Да тебе было бы достаточно столкнуться на улице с каким-нибудь молодым лордом, и он бы тебя уже не отпустил! И любил бы, и содержал.

– Это сказки, – ответила я, не понимая, зачем она снова мучает мою душу. – Лорд на улице? Молодой и красивый? И зачем ему простолюдинка, когда вокруг столько очаровательных аристократок?

– Так с ними просто так в постели не покувыркаешься, – с ехидством ответила девушка. – На них же жениться придётся. Там родня не позволит просто так развлекаться.

– И ты думаешь, что они все так неукоснительно придерживаются этих правил? – спросила, почему-то сильно в таком сомневаясь.

Вспомнился наш пансион, где тоже были строго-настрого запрещены любые отношения между полами. И что? Помог запрет? Наоборот, подстегнул всех нарушать правила. Правда, приходилось прятаться, скрываться, но ведь это только добавляло отношениям перчинки. Вот нам с Девисом тоже запретили быть вместе, даже за границами пансиона. Нет, мы, конечно, послушались, разорвали отношения, но… всё равно ведь периодически встречались на чердаке. И занимались совсем не беседами о том, как прошла неделя. И пусть это тоже вскоре закончилось, но… в нашем случае всё просто перешло в дружбу.

– Я знаю, что не придерживаются, – вырвал меня из воспоминаний голос Ларты. – Более того, за пределами своих семей, всех этих раутов, сборищ, балов и прочей дребедени они ведут себя совсем не так, как положено. А те, у кого есть дар к магии, вообще самые своевольные ребята. У них даже брачный обряд не такой, как у обычных людей. Там какой-то странный ритуал проводится, позволяющий паре после свадьбы чувствовать эмоции друг друга, даже на больших расстояниях. И ты попробуй изменить супругу или супруге при такой связи? Там же мигом всё известно станет. Потому они и стараются нагуляться до свадьбы. Чтобы потом даже не тянуло на сторону.

– И ты утверждаешь, что я могла бы зацепить кого-то из них на улице? – с иронией уточнила я.

– Могла бы, – продолжала стоять на своём Ларта. Она даже руки перед грудью переплела, всей своей позой показывая, что ни капли в этом не сомневается.

– А удержать бы смогла? – проговорила я, отвернувшись. – Сколько бы со мной пробыл этот аристократик? Ночь? Две? А потом что?

– Ну, подруга, это уже от тебя бы зависело. Смогла бы увлечь собой, привязать к себе…

– Вот именно этому я и хочу научиться, – ответила, усевшись в кресло. – И не надо считать меня глупой дурочкой, которую обманом вынудили стать куртизанкой. Я сама на это пошла. Сама, понимаешь?

Ларта одарила меня долгим пристальным взглядом, а потом хмыкнула и, рухнув в соседнее кресло, ответила.

– Ну и дура.

Но только я собралась ответить ей что-то обидное, как эта странная девушка широко улыбнулась и протянула мне руку.

– Я такая же, – сказала она. – Хотела лучшей жизни. Хотела войти в высший свет. Но знаешь, какая между нами разница? Ты, судя по всему, понимаешь, что тебя ждёт, и не строишь иллюзий.

– Да какие тут иллюзии, – сказала я, подняв взгляд к потолку. О том, что не далее как вчера вечером мои иллюзии разбились вдребезги, говорить не стала. Может, потом когда-нибудь и расскажу. Но точно не сейчас, не через час знакомства.

– Ладно, – сказала Ларта, легко ударив ладонями по деревянным подлокотникам и поднявшись на ноги. – Я рада, что ты не рыдаешь и не сетуешь на судьбу. Рада, что осознаёшь свой выбор. И… Кати, мне действительно есть, чему тебя научить, и поверь, тебе на самом деле всё это пригодится. Потому, давай настроимся на дружеский лад. Прими как факт, как непреложную истину, что опыта и знаний у меня больше, и что, слушая меня, ты сможешь научиться не только тому, как покорить мужчину, не только как удержать и вытянуть из него много всего нужного – подарки там, особняки, драгоценности… А тому, как заставить его в тебе нуждаться. Поверь, именно это важно.

После чего она ушла, оставив меня одну в тишине собственной спальни. Но что странно, если поначалу эта Ларта казалась мне просто нагловатой девицей, то теперь я начала понимать, что она мне интересна. И даже не как наставница, а просто как человек.

Хотя ещё неизвестно, чему именно она собралась меня учить.


***


До самого ужина всё в доме оставалось по-прежнему. Ларта даже изъявила желание присутствовать на моих занятиях с мисс Селестой. Та не противилась. Мне вообще казалось, что преподавать – это её истинное призвание. Ей бы настоящих студентов учить, а не… двух девушек, не особенно обремененных моральными принципами. Мне на самом деле было интересно на её уроках. Да, про правила этикета слушать быстро надоедало, но вот историю империи она преподносила так, что казалось, будто рассказывала волшебную сказку, полную борьбы, приключений и даже любви.

Думаю, Ларте тоже это нравилось. Она вообще смотрела на нашу преподавательницу, как на небожителя. А слушала её почти с детским восторгом. Наверное, только увидев такую её реакцию, я задумалась, а имеет ли она вообще хоть какое-то образование? Как она жила раньше? Да и откуда набралась того опыта, которым хвалилась днём?

Вечерняя трапеза тоже прошла для нас всех вполне привычно. И мисс Амина, и мисс Селеста приняли Ларту очень радушно, да и она вела себя с ними, как пай-девочка. И если честно, это немного настораживало. А когда после их ухода я всё же спросила об этих странностях у самой девушки, она только похабно ухмыльнулась и ответила:

– А им сказали, что я твоя дальняя родственница и приехала лишь за тем, чтобы тебе было комфортнее, – а заметив удивление на моём лице, издала смешок и добавила: – Они простые женщины. Одна училка, вторая специалист по красоте. А я – шлюха. Думаешь, если бы они знали правду, то называли бы меня «милая»? Нет.

– Не думаю, – ответила я, сильно сомневаясь, что эти женщины стали бы относиться к ней с пренебрежением. – Им известно, что из меня делают куртизанку.

– Понимаешь, Кати, – пояснила она, обойдя кресло, где я сидела в этой небольшой, но уютной гостиной. – Куртизанка и шлюха – это всё же разные понятия.

– Знаю, – хмыкнула, наблюдая за её перемещениями. – Граф вчера очень доходчиво объяснил.

– Так вот, и отношение людей к ним разное. Вот взять леди Самерс. Она бывшая куртизанка, а её даже в высшем свете принимают, да и многие относятся к ней с уважением. И никто даже представить не может, что она станет вести себя неподобающе, или закатит скандал. Это совсем другой уровень… этакая элита.

Ларта обошла стоящее напротив меня кресло и, остановившись за ним, опёрлась локтями на его спинку.

– А что мешает тебе стать куртизанкой? – спросила я, глядя на девушку. Она казалась мне очень даже симпатичной. Было в ней что-то такое притягательное, завораживающее.

– Нет во мне… утончённости, – бросила она с весёлой улыбкой. – И характер не тот. Не умею молчать. А леди, они ведь сдержанные. А я могу в случае чего и по роже треснуть.

– Но… в своём деле ведь ты… преуспела? – спросила я осторожно.

– Иначе меня бы тут не было, – усмехнулась девушка. – К счастью, в постели манеры только мешают. Там главное в другом.

– И в чём?

Но вместо ответа Ларта посмотрела на меня как-то особенно хитро и, выпрямившись, игриво щёлкнула пальцами.

– Интересно? – бросила она интригующим тоном. – Тогда идём. Покажу тебе, детка, что на самом деле важно.

Не знаю почему, но мне стало не просто интересно – во мне проснулся настоящий азарт! И я пошла за ней, как привязанная. И почему-то даже не удивилась, когда, весело смеясь, она без вопросов вошла в мою спальню. А там, прикрыв за мной дверь, повернула в замке ключ, уселась на кровать и скомандовала:

– Раздевайся!

– Зачем? – спросила я, не особенно понимая, для чего ей это могло понадобиться.

В конце концов, она же не мужчина, для чего ей смотреть на моё голое тело?

– Раздевайся, говорю, – повторила Ларта. – Хотя нет, подожди. Начнём сначала.

Она резко подскочила на ноги, развернула меня лицом к большому напольному зеркалу и остановилась за спиной.

– А вот теперь раздевайся так, чтобы это выглядело… завораживающе. Чтобы это нравилось тебе. Ты же красивая. И очень важно, чтобы ты сама осознавала свою красоту. Могла её показать, и не просто продемонстрировать, типа: «Нате, смотрите, пользуйтесь», а подать так, чтобы каждый, кто на тебя смотрит, слюной захлебнулся. А для этого, Кати, ты должна полюбить себя и своё тело.

Честно говоря, её слова казались мне странным бредом. Любить своё тело? Да ещё и наслаждаться его оголённым видом? Как это может мне помочь?

– Я и так его люблю, – сказала, глядя на Марту с откровенным сомнением.

– Тогда покажи, как ты его любишь, – заявила она, удобнее усаживаясь на кровати. – Постарайся раздеться так, чтобы тебе самой понравилось. Не торопись.

Она смотрела на меня с таким воодушевлением, что в итоге я решила смириться. Желает наблюдать, как я раздеваюсь? Ну и пусть смотрит. В конце концов, мне предстоит ещё столько раз раздеться перед посторонними людьми…

Но когда я потянулась к крючкам на платье, Ларта как-то особенно странно хмыкнула и, улегшись на бок, посмотрела на меня с сомнением.

– А начни-ка ты с чулок, – бросила она, подперев голову рукой. – И знаешь, как… поставь ногу на стул, потом медленно подними юбку… только при этом скользи пальцами по ноге, чтобы тебе самой было приятно. Гладь себя, прикасайся к своему телу. Ласкай его. Покажи, как ты его любишь, как восхищаешься им! Попробуй сделать приятное самой себе. Это ведь мелочь – всего лишь погладить себя по ноге. Но… попробуй расслабиться. Давай!

Я решила ей подыграть. Да и разве мне сложно попробовать? Потому, развернувшись к зеркалу, скинула туфли, поставила ногу на ближайший стул и потянулась к краю чуть задравшейся юбки. Поднимая её – медленно, всё выше и выше, вела кончиками пальцев по голени, коснулась колена и неожиданно для самой себя вздрогнула от собственной такой приятной ласки. Чуть задержала руку, и продолжила поднимать юбку. И что странно, теперь даже прикосновение ткани стало казаться приятным, а собственные касания и вовсе заставляли кровь течь быстрее.

– Отлично, малышка, – тихим томным голосом проговорила Ларта. – А теперь развяжи ленты на подвязках… чуть спусти чулок и погладь кожу под ним. Приласкай, она ведь так долго была одета, а теперь свободна. Подари ей немножко своего внимания, своей любви.

Я покорно слушала её наставления и только вздрагивала от собственных прикосновений к себе же. Почему-то раньше одевание и раздевание не вызывало у меня вообще никаких эмоций, кроме эстетического удовлетворения. Но теперь…

– Спускай чулок. – Голос Ларты звучал ещё тише и как-то завораживающе. Я подчинилась, а когда тонкая ткань оказалась на полу, она добавила: – Погладь бедро… до самого края кружева белья. Но выше не лезь. Интригуй себя, детка. Мы никуда не спешим.

Пока она не запретила мне лезть выше, я даже не думала об этом. А теперь вдруг захотелось коснуться собственной ягодицы, чуть зацепить край полупрозрачных шортиков, погладить кожу под ними. Но этот запрет… от него становилось только хуже!

Второй чулок я снимала с куда большим энтузиазмом. Более того – начала наслаждаться этим раздеванием!

– Умница, – долетел до меня голос молодой наставницы. – А теперь медленно расстёгивай крючки на платье.

К счастью, последние несколько лет в моде преобладали практичные вещи, снимать и надевать которые было не особенно сложно. И на моём наряде крючки располагались спереди, что существенно упрощало раздевание.

– Будь нежна с собой, Кати, – снова напомнила о себе Ларта. – Ты ведь любишь своё тело, побалуй его лаской.

И я пробегала пальцами по своей коже, гладила её. А окончательно разобравшись с крючками, опустила верхнюю часть наряда и, словно завороженная, уставилась на своё отражение.

Боги, а ведь я на самом деле красива! Странно, но никогда до этого момента не воспринимала так свои внешние данные. Смотрела и видела лишь привычный образ. А теперь… в зеркальной глади отражалась соблазнительная яркая особа. Такая, смотреть на которую было очень даже приятно.

Я коснулась своей шеи… и сознание вдруг снова воскресило в памяти образ того призрачного молодого мужчины, которого придумала себе вчера в публичном доме. Словно наяву увидела его синие глаза, тёмные волосы, подстриженные даже короче, чем принято у аристократов. И в зеркале рядом со мной будто отразился призрачный фантом. Этакий ускользающий образ самого лучшего и даже идеального мужчины.

Теперь, гладя себя по плечам, обводя грудь, касаясь живота, я представляла, что моими руками управляет он. Что это мой таинственный незнакомец наблюдает за мной, помогает мне ощутить гладкость кожи, изгибы своего собственного тела. И что странно, я настолько увлеклась, что, избавившись от платья, сама, без подсказок Ларты потянулась к застёжкам бюстье.

Грудь гладила с особенным наслаждением. Интриговала сама себя, не позволяла себе касаться сосков, но подбиралась к ним всё ближе. И мой призрачный мужчина улыбался, глядя на меня из отражения, будто это он ласкал мою грудь… Но стоило мне представить, как он касается моей ставшей очень чувствительной кожи губами, и я просто взорвалась от нестерпимого желания.

Рука сама поползла к лентам коротких кружевных шортиков, а едва те поддались, поспешила забраться под ткань. И именно в этот момент я неожиданно осознала, что за моими действиями внимательно наблюдает Ларта. Нет, не могу сказать, что мне стало стыдно, но руку я всё же поспешила убрать.

– Да, подруга, с чувственностью у тебя точно проблем нет, – послышался её голос с кровати. – Даже меня завести умудрилась, а я ведь вообще на голых баб никогда не реагировала!

Я набрала в лёгкие воздуха, медленно выдохнула, и только после этого решилась обернуться к Ларте. Ленты на белье завязывать не стала – просто позволила ему соскользнуть вниз. И едва не сошла с ума от ощущения скольжения ткани по ногам.

– У тебя в глазах голод, – хмыкнула девушка, окидывая меня странным взглядом. – А ведь, насколько я знаю, буквально вчера ты была с мужчиной.

– Это совсем не то, – ответила я, поёжившись.

От одного воспоминания о вчерашнем вечере по телу прошла волна озноба, будто на него кто-то направил струю холодного воздуха. А от возбуждения и растекающегося внутри жара не осталось и следа.

– Не понравился он тебе, – с понимаем заметила Ларта.

– Нет, – холодным тоном ответила я. Вот только эмоции всё равно вырвались: – Да и как такой мог понравиться? Как вообще может нравиться, когда тебя покупают на час, как какую-то вещь?

–Ну… – пожала плечами девушка, с беззаботным видом накручивая на палец собственный локон. – Всё зависит от того, как ты сама к этому относишься. Если как к возможности получить удовольствие, да ещё и денег заработать, то почему бы и нет?

– Но… – Хоть убейте, я не могла понять её логики.

– Просто, Кати, в этом деле очень многое зависит от тебя самой. От твоего настроя, от твоих желаний. Ведь сам процесс, по сути, примитивен. Один вставляет, другая – принимает. И хорошо бы этим двоим ещё двигаться в одном ритме. Но важно ведь не это. Точнее, конечно, важно, но само соитие – это закономерный итог. А вот от того, какой будет прелюдия, каким окажется настрой и готовность обоих – зависит куда большее. И если перед сексом даже не с самым приятным мужиком ты будешь заведена так же, как сейчас, то точно сможешь получить от процесса хоть какое-то удовольствие. Достаточно только правильно раздеться.

Может, этот разговор и продолжился бы, Ларте явно было что добавить, и мне хотелось о многом спросить, но нас прервал донёсшийся с улицы звук хлопнувшей дверцы картела. И почему-то я ни на мгновение не усомнилась, что к нам явился именно граф.

– Кажется, лорд Лендом пожаловал? – с довольной ухмылкой поинтересовалась девушка, поднимаясь с кровати. – Ну, я пойду в свою комнату. А ты… попробуй побыть эгоисткой. Думай только о своём удовольствии. Вряд ли он будет возмущаться. Но всё равно попробуй определить, что ему нравится, а что нет. Можешь даже спросить напрямую, но это если возникнет желание доставить ему удовольствие.

Она быстро натянула на ноги домашние туфли, которые умудрилась закинуть под кровать, и теперь явно спешила покинуть комнату. Но у самой двери зачем-то остановилась.

– Наслаждайся. Ты не мученица, Кати. Ты куртизанка. Учись расслабляться и получать настоящее удовольствие. Поверь, ты пока даже не представляешь, каким разным оно может быть.

После чего умчалась, тихо прикрыв за собой створку, а я только теперь поняла, что стою посреди комнаты совершенно обнажённая. И тут же вспомнились слова Мартина про бельё – что многим нравится самим снимать его с девушек. Значит, и ему тоже. И про чулки он что-то говорил. Потому, недолго думая, похватала разбросанные вещи, вытянула из шкафа новый комплект, состоящий из шортиков и бюстье, почти добежала до ванной комнаты. Но тут резко притормозила, развернулась и схватила ещё чулки в тон.

И лишь оказавшись под душем, решительно улыбнулась. Ларта говорила об удовольствии? Что ж… Сегодня я решила обязательно его получить.

Загрузка...