Глава 10

Ной смог сохранить невозмутимое выражение лица, хотя его сердце колотилось с такой скоростью в грудной клетке, словно собиралось выскочить. Он понял, что его не подвело плохое предчувствие по поводу этого разговора, но он однозначно не мог предположить такого поворота. Мысли мчались со скоростью света, пытаясь сложить все кусочки вместе — ее вопросы о Ричарде, полный ужас в ее глазах, когда он заявил, что отвезет ее к Ричарду, и сложив хотя бы это, он пришел к одному выводу — Ричард был причастен к этому.

Глубокий голос Рэбеля разнесся по кухни:

Твоей жизни? Рипер, какого черта здесь происходит? О чем она говорит?

Бул вмешался тоже:

— Мы никому не позволим добраться до Рипера. Что за чушь ты задумала, Брианна? Что ты пытаешься сделать с ним? — его голос был наполнен ненавистью, он перешел на крик.

Он сделал несколько шагов к ней, и Брианна рассеянно попятилась назад. Она чувствовала чувство вины и боль за то, что потеряла его доверие, но выражение, застывшее у него на лице, напугало ее еще больше. Она никогда раньше не видела его таким, особенно по отношению к ней.

Брианна пыталась сохранить свой голос спокойным и не добавлять напряженности, которая только возрастала.

— Я знаю, ты не доверяешь мне, но я ничего не делаю. На самом деле я пыталась сделать так, чтобы было... лучшее... для всех. Ты даже не представляешь, как сильно я скучала по всем вам, это убивало меня, находясь от вас вдалеке все эти три года, но я была вынуждена пойти на это, потому что это был единственный способ защитить тебя. Как только я увидела, что Ричард объявился, выйдя из укрытия, я поняла, что теперь после меня он нацелится на Ноя. Я пытаюсь помочь Ною.

Бул возразил:

— Дерьмо! Ты несешь полное дерьмо! — обращаясь к Ною, продолжил: — Рипер, не ведись на эту…, — он показал пальцем на Брианну и выругался матом. Брианна зажала руками рот и закрыла глаза, слезы потекли еще сильнее.

— Хватит, Бул, — резко произнес Ной, даже не повышая голоса, но резкость его тона не оставляла сомнений в том, что разговор окончен.

Пытаясь предотвратить крупную ссору, разгорающуюся на кухне из-за БОМБЫ, которую Брианна сбросила на них, и эмоционального выпада Була, Ной предложил Булу и Рэбелю отправиться домой и немного отдохнуть. Все они нуждались во сне, и им однозначно стоит продолжить разговор немного позже, завтра. Бул и Рэбел передали Ною свои секретные коды и ушли. Брианна не поняла, что они означают, но в этот момент она подумала, что это совершенно не важно.

Она приняла решение, и ей стало легче, но существовал единственный вопрос, ответ на который она хотела получить, поэтому застыла у основания лестницы, пока Ной опять включал сигнализацию.

Он повернулся к ней и произнес:

— Ты нашла свою пижаму, остальная твоя одежда в шкафу в гостевой спальне. Тебе следует пойти наверх и поспать.

— Ты… ты сохранил мою одежду? — с удивлением спросила она, но Ной ничего не ответил, а просто кивнул. Да, все эти годы он хранил ее одежду, которая по-прежнему оставалась сначала у него в шкафу, пока не был не в состоянии больше стоять пред ней и предаваться воспоминаниям, поэтому попросил экономку перенести ее одежду в другую спальню. Даже тогда он все равно не мог заставить себя расстаться с ее вещами, которые остались от нее.

Зачем он хранил ее? Она прикусила нижнюю губу, и он понял, что она задумалась, переживая о чем-то, потому что всегда так делала, когда нервничала.

— Что, Брианна?

— Я, эм... просто интересно... почему ты не оставил сегодня у себя, — она с трудом сглотнула, — подружку на ночь.

— Подружку? — он немного смутился.

Она посмотрела на него взглядом, ясно говорившим, что он лжет, и она понимает это.

— Девушку, с которой ты был сегодня на банкете.

Он вздохнул, но не стал отводить от нее глаз.

— Она не моя подружка. Она хочет ею быть, но я не хочу.

Она посмотрела на него и приподняла одну бровь.

— Я подслушала, что говорили люди на сегодняшней вечеринке. Они говорили, что ты снова будешь ночевать у Алексы дома сегодня.

Он испустил долгий, громкий звук, наполненный раздражением.

— Да, время от времени я ночую у нее. Но только у нее. Она никогда не оставалась на ночь здесь. Она никогда не была в нашей… э-э, моей кровати.

Брианна кивнула, соглашаясь, но при этом выглядела грустной. Он все еще не верил, что это происходит на самом деле, и точно не мог сказать какие чувства испытывает к ней. Столько вопросов крутилось у него в голове: «Почему она оставила меня? Почему позволила мне поверить, что была мертва в течение трех лет? Зачем она прокралась ко мне в дом? И если бы у нее были плохие намерения, зачем ей отдавать за меня жизнь?»

Он все еще стоял рядом со входом, руки на бедрах и пытался смотреть куда угодно, только не на нее, потому что сейчас она снова выглядела его Брианной. И несмотря на все это, его убивало, чтобы он может стоять так близко к ней, но при этом чувствовать себя таким далеким. Он так долго оплакивал ее, мечтая, чтобы она хотя бы на один день вернулась к нему, но теперь это все напоминало просто ночной кошмар.

Ему пришлось заставить пройти мимо нее, именно благодаря этим своим качествам характера, он смог построить свой бизнес, скрывая чувства, и по правде он был очень хорош в этом. Мысль о том, что она обратилась в программу зашиты свидетелей, а не к нему, была для него слишком удручающей, потому что так она ставила под сомнения его способности. Она предпочла довериться кому-то другому, кого совсем не знала, кто не любил ее, так как он. Другому человеку, который не был вынужден жить без нее три года.

Его гнев от всего этого даже не собирался сходить на нет, а только усиливался, достигая точки кипения.

— Знаешь, Брианна, я все еще очень зол. Ты хоть представляешь себе, через что я прошел? Когда мне сообщили, что самолет, в котором ты была взорвался! Я пришел к тебе на панихиду. ... Твои друзья и семья — они были убиты горем! А ты была жива и здорова все это время, прячась в Колорадо! Пока мы все хоронили и оплакивали тебя! Как я должен на это реагировать?

Ее голос звучал низко, но нежно, хотя и... слабо, он едва слышал ее через всю комнату.

— Я не хотела причинять тебе боль. У меня не было выбора, Ной. Я не знаю, что еще сказать.

— А что если этого недостаточно? Я заслуживаю большего ответа, чем этот! Черт возьми, даже Бул и Рэбел заслуживают лучшего ответа, чем то, что ты говоришь. Ты бросила всех нас. А как насчет меня? Меня? И ты можешь мне только сказать: «Я не хотела тебя обидеть»? Но ты это уже сделала!

Он знал, что до конца еще не проанализировал ситуацию, но было слишком много незавершенных вопросов, поэтому он даже не пытался сдерживаться.

— Он бы подверг твою жизнь опасности, если бы…

Он еле сдерживался, чтобы не взорваться.

— Чем я занимался, когда встретил тебя? Чем я зарабатываю сейчас на жизнь? Не надо мне вешать лапшу на уши! Ты не настолько доверяла мне, чтобы попросить у меня защиты! Но ты легко доверилась незнакомцу, который смог тебя защитить.

Она понимала, что лучше не реагировать своей болью и гневом на его, поэтому еще больше понизив голос, попыталась объяснить:

— Знаю, Ной, ты профи. Разница в том... у тебя есть хорошее представление о том, кто является твоим врагом, даже когда мы впервые встретились.

— А сейчас у меня нет этого представления. Так что ли? И ты думаешь, я должен в это поверить?

Она обхватила себя руками, как будто пыталась защитить себя и удержать в сохранности.

— Ной, попытайся вспомнить, как все было между нами до того, как все произошло. У тебя не появлялись сомнения в моей любви к тебе?

— Я доверял тебе тогда, — от произнесенных им слов, она поняла, что в то время он доверял ей, но сейчас он не был уверен в этом.

— Задумайся на секунду, Ной. Зная, как я к тебе относилась, зачем я бросила все, все самое ценное в своей жизни, если бы у меня был другой выбор? Вы... парни... вся моя семья, Ной. Каждый, кто когда-либо имел для меня значение! Я бросила все и была совершенно одна все это время. Ты знаешь меня лучше, чем кто-либо. Могла ли я совершить такое, если бы у меня был другой выбор?

Ной попытался обдумать ее слова с разных ракурсов. Он чувствовал, что его уже однажды надули, и ему не нравилось чувствовать себя дураком. Но сейчас он не мог придумать ни одну причину, почему она исчезла, чем та, которую озвучила, поэтому он ответил:

— Допустим.

— Позволь мне спросить тебя другим образом. Что бы ты предпринял, чтобы обеспечить мою безопасность... тогда, когда... ты меня еще любил? — она закусила изнутри щеку, чтобы снова не заплакать, но с треском провалилась.

Злость, бурлившая в нем, на ее вопрос о его любви к ней только возросла, и он с рыком выпалил:

— Я сделал бы все, что потребовалось, и ты чертовски хорошо это знаешь.

Кивнув, она ответила:

— Точно, Ной, что бы ни потребовалось, невзирая на последствия, ты бы столкнулся с ними лицом к лицу. Невзирая на боль, которую они могут тебе причинить. Я знаю, что ты пошел бы на все. И я также знаю, что сделала бы все, чтобы защитить тебя, потому что люблю тебя.

Ной казалось воспринял ее слова положительно. По крайней мере, он задумался над ее словами.

— Я все еще не понимаю, или думаю, что не понимаю, но я понял твою точку зрения.

Он провел рукой по волосам, затем по лицу. Когда снова открыл глаза, она стояла прямо перед ним в двух шагах. Она была так близко, что он почувствовал запах ее шампуня и мыла, и это напомнило ему то время, когда они занимались любовью в душе. И как он все время постоянно вспоминал это, когда заходил в душ в прошедшие три года без нее.

— Я хочу кое-о-чем тебя попросить. Я думаю, это последняя просьба, — она закусила снова губы, выглядя такой уязвимой и напуганной. Он все еще находился в замешательстве от боли и сумасшедших событий, и в конце концов своей собственной ярости, которая не оставляла его эти несколько часов. Он пытался осознать все, но все еще не мог поверить, что она просто ушла от него.

— Продолжай, — его голос звучал вопрошающе, а взгляд был покровительственным.

Она замолчала, потом начала, но до конца так и не озвучила свою просьбу.

— Ты можете сказать «нет». Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя... чем-то обязанным...

— В чем дело, Бри? — его голос прозвучал с нотками нежности, и она ощутила проблеск надежды, который согрел ее сердце. Но она почти прошептала, совершенно не надеясь на какую-то сказочную концовку. Ему действительно было безумно больно, и он не простил ее, и она не могла винить его за это.

— Можешь ли ты... э... ты… могу ли я..., — она затихла, неуверенная стоит ли спрашивать, но больше всего неуверенная, как он отреагирует.

— Просто скажи, что ты хочешь.

Она попыталась найти его глаза на какое-то мгновение, прежде чем спросить:

— Оставшуюся часть ночи можешь ты просто... притвориться... что все еще любишь меня? — у нее в глазах стали наворачиваться слезы, как только она опустила голову и посмотрела на пол, слезы побежали по щекам. — Я просто хочу провести свою последнюю ночь в твоих объятиях.

Брианна подняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Она видела, как в его глазах идет война, он анализировал, взвешивал, стоит ли ему или не стоит уступить ей, и она поняла, что было ошибкой с ее стороны просить его об этом.

Она смотрела, как его глаза снова становятся холодными, она слишком хорошо знала этот взгляд. Он был весь в своих мыслях. Слишком многое произошло за последнее время, и он не мог сделать шаг назад. Она проведет последнюю ночь своей жизни также, как и провела все последние три года... в полном одиночестве.

Она начала отрицательно мотать головой, смотря на ноги и пятясь к лестнице.

— Забудь, что я сказала. Я не должна была просить тебя. Это было слишком эгоистично с моей стороны, прошу прощения, что поставила тебя в такое неловкое положение.

Она повернулась и медленно стала подниматься по изогнутой мраморной лестнице на второй этаж, остановившись на пару секунд в коридоре напротив спальни, которую она когда-то делила с мужчиной, которого любила больше всего на свете и почувствовала удар в сердце от осознания того, что потеряла его навсегда. Она глубоко вздохнула и зашла в одну из гостевых спален, закрыв за собой дверь.

Ной не мог поверить в то, о чем она только что попросила его. Притвориться, что он до сих пор любит ее? Он не знал, стоит ли ему разозлиться еще больше или же просто выполнить ее просьбу. Эмоции внутри него вели неустанную борьбу, разрывая его в клочья. С одной стороны, он хотел броситься наверх за ней и сказать, что он не собирается притворяться, потому что по-прежнему любит ее. С другой стороны, она предала его, и что самое худшее, позволила ему поверить, что умерла. Она даже не пыталась связаться с ним, и он никогда бы так ее и не увидел, если бы сегодня совершенно случайно не поймал.

И какого черта я должен делать теперь?

* * *

— Мне нужно знать, зачем ты залезла ко мне в дом.

Тряся ее за плечо спросил он:

— Брианна, мне нужно знать, зачем.

Она открыла глаза и испуганно уставилась на высокую, темную фигуру, склонившуюся над ней. Ей понадобилось секунда, чтобы вспомнить, где находится, но она сразу же узнала глубокий тембр, потерла глаза и взглянула на часы. Она всего лишь проспала десять минут, опустив ноги с кровати, села.

Спросонья она спросила:

— О чем ты, Ной? Что ты сказал?

— Ответить мне, почему ты залезла в мой дом. Мне нужно знать это.

Она посмотрела ему в глаза, решая стоит ли ей правдиво отвечать на его вопрос, и пришла к выводу, что сейчас было самое лучшее время, собственно, как и любое другое, чтобы предоставить ему доказательства, которые она собирала тогда. Она решила для себя отдать их утром, и объяснить все подробно Ною и парням, прежде чем они отвезут ее к Ричарду. Но сейчас Брианна наклонилась к своей туфле, засунула внутрь руку и вытащила флешку. — За этим, — сказала она, протягивая ему.

Он опустился перед ней на колени, лунный свет лился сквозь окно прямо на ее лицо.

— Что это?

— Все доказательства, которые тебе необходимы. Храни их в надежном месте. Я… я на самом деле пыталась тебе помочь, Ной. Мне так жаль, что я не смогла.

Он хотел спросить ее, что она имела в виду. Он хотел объяснить ей все от начала до конца. Но единственное о чем он думал сейчас, была только она, находящаяся здесь, в его доме. После трех долгих лет, когда ему так не хватало ее, сейчас она была в гостевой спальне вместо его кровати.

— Защищена паролем. Пароль..., — она поднесла руку к губам, заморгала, чтобы сдержать слезы и отвернулась от него. — Пароль Санни, с большой буквы С.

Санни это сокращение от Солнца. Когда она была на базе и заслужила их доверие, она в шутку пожаловалась, что у них у всех есть прозвища, а у нее нет ни одного, и от этого она чувствовала себя одинокой. Они все дружно загоготали над ней, и тогда Бул предложил называть ее Санни, потому что она всегда была такой солнечной и радостной.

«Санни» прилипло к ней, поскольку очень подходило. Но она утверждала, что ей не нравится, потому что некоторые называли ее Сонни (сынок – прим.пер.), как парня, а многие называли ее именно так. И тогда они все пообещали заботиться о ней, быть ее братьями, как они были друг для друга. Он смотрел на нее сейчас и почувствовал, как сдавило у него грудь, потому что именно сейчас у него возникло чувство, что они все подвели ее.

— Бри..., — его голос был мягким и напоминал именно тот голос, как он раньше произносил ее имя.

— Осталось всего лишь несколько часов до рассвета, Ной. Ты должен немного поспать. Все это скоро закончится, и ты сможешь оставить все это позади. Знаю, что не имею права ни о чем просить тебя, но это действительно для меня...

Она смотрела ему в лицо, чтобы понять его реакцию, потом продолжила:

— Пожалуйста, не говори моим родителям ничего по поводу моего возвращения. Я не хочу причинить им еще большую боль, чем уже есть. Не думаю, что они смогут похоронить меня второй раз.

Заключительные ее слова вызвали у него обезумевший взгляд, которым он смотрел на нее. Он понял, что она намерена довести дело до конца, до ее конца, именно так она и сказала. Независимо от того какую боль и злость он испытывал от ее исчезновения, он не мог оставить ее в таких муках.

Она была все той же Брианной, в которую он без ума влюбился много лет назад. Она до сих пор ставила всех во главе себя и все еще любила его безусловно, и охотно отдала ему все документы, которые с таким трудом получила. Все это говорило о том, что она не пыталась с ним играть ни в какие игры.

Он продел одну руку ей под колени, другой обхватил плечи и начал поднимать с кровати. Она уперлась обеими руками ему в грудь и сказала:

— Ной, нет. Ты не должен делать этого... все нормально, я понимаю. Я не могу пройти через это теперь… когда знаю, что ты не любишь меня. Мне казалось, что я могла претендовать только на одну ночь... но не могу этого сделать... знаю, потому что боль будет только хуже.

Брианна понятия не имела, о чем он думал, потому что его глаза не отражали никаких эмоций. Ее сердце снова разрывалось на части от каждого его прикосновения, хотя бы от того, что она находилась просто рядом с ним. Она знала, что он никогда не согласиться, что столько времени она держалась от него подальше, потому что любила его больше всего на свете. И это разбивало ей сердце намного больше, чем осознавание предстоящего обмена Ричарда и что она умрет, а Ной при этом будет думать плохо о ней.

— Брианна, я не могу согласиться с тем, что ты сделала. Совсем не могу.... Ты должна была довериться мне, чтобы я смог защитить тебя.

С досадой выдохнув, она сказала:

— Ной, ты не смог бы защитить меня. Мне пришлось скрыться, чтобы защитить тебя. Все, кто мог испортить тебе жизнь должны были поверить, что я погибла в том самолете.

Она любовно погладила рукой его подбородок. Ее глаза, наполненные слезами, удерживали его взгляд, она сказала:

— Я люблю тебя, Ной, больше всего на свете, больше, чем кого-либо. Я никогда не переставала тебя любить, я люблю тебя с тех пор, как встретила в пустыне, и не переставала тебя любить, даже когда мне пришлось скрыться на три года, когда мне необходимо было держаться подальше от тебя, чтобы защитить. Я любила тебя всем сердцем и каждую секунду несмотря на то, что мы были врознь. Я надеюсь, что когда-нибудь ты поверишь в это.

— Ты не будешь тут спать, Брианна, — с этими словами он поднял ее на руки и понес к себе в комнату. Она обвила руками его за шею и наклонилась ближе, чтобы вдохнуть его запах. Она поклялась сама себе, что будет лелеять этот момент, и неважно насколько он разбивал ей сердце. Он усадил ее на кровать и заметил глубокую любовь в ее глазах, которые искали хоть маленький ответный отклик в нем.

Он покачал головой, не спуская с нее глаз, передвигаясь, чтобы слегка дотронуться до ее губ поцелуем. Его рука поднялась к ее шее, пальцы слегка поглаживали кожу у ключицы, перемещаясь ниже. Он прошелся пальцами по ее плечу и поцеловал, прокладывая дорожку из поцелуев вслед за своими пальцами. Он чувствовал дрожь ее тела от своих прикосновений, он передвинулся на другое плечо и начал все сначала, потом его рука двинулась к шее и волосам.

Ухватившись за волосы, он наклонил ее голову назад и накрыл ее рот. Их поцелуй вдруг стал лихорадочным и требовательным. Ее руки взлетели к его груди, почувствовав его напряженные, накаченные мышцы. Она расстегнула его рубашку, чувствуя каждый дюйм его тела, запоминая каждую линию, проходясь пальцами по шести кубикам брюшного пресса, она наблюдала как смокинг и брюки с сорочкой падают на пол. Он снял трусы, она потянулась к нему, он наклонился над ней.

Она чувствовала его эрекцию на своем животе, ее рука обхватила твердый, толстый член, нежно поглаживая его. Он застонал и схватил ее за руку, останавливая.

— Продолжишь в том же духе, и это долго не протянется.

Он быстро через голову снял с нее майку и спустил ее трусики, поцеловал и облизал ее тело, поднял ее на руки, сев на край кровати, усадив ее к себе на колени, нежно проводя пальцем по ее лицу.

Он не мог остановить мысли, которые крутились у него в голове.

...Я потеряла все...

...Она защищала тебя...

...Я попыталась тебе помочь....

...Моя жизнь за Ноя...

— Что случилось, Ной? — спросила Брианна, когда он вдруг замер. Ее сердце сжалось, она затаила дыхание, ожидая, что он передумал, потому что не может простить ее и не хочет проводить с ней ночь.

Он посадил ее на кровать и подошел к окну. Сияние от света снаружи лилось в окно, освещая его обнаженное тело, демонстрируя атлетические формы. Он уперся рукой в оконную раму и опустил лоб на сгиб локтя. Брианна чувствовала себя беззащитной и ненужной, сидя совершенно голой на его постели. Он передумал. Она прикрыла себя простыней и ждала его реакции.

— Ты действительно хочешь отдать свою жизнь за меня, так ведь, Бри? — впервые послышался легкий намек на эмоции в его голосе, всего лишь просто намек на то, что он принял, что она сказала ему правду.

— Да, — он обратил внимание, что она ни секунды не колебалась.

Он повернулся, пару минут просто молча смотря на нее, затем направился к ней обратно. Его челюсть сжималась и передвигались желваки на скулах, и много эмоций отражалось у него на лице. Он встал перед ней на колени, снимая с нее простыню, обхватил за талию.

— Ты уже сделала это, не так ли? Ты отдала свою жизнь, чтобы защитить меня, также как пытались защитить меня в машине, когда решила, что парень стреляет в меня, — вообще-то он не спрашивал, но при этом все равно ожидал от нее ответа.

Она заколебалась, прежде чем ответить, понимая какие за этим последуют вопросы.

— Да.

— Но, зачем? Что я пропустил?

— Это долгая история, Ной. Но я расскажу тебе все… потом. Сейчас ты можешь просто поверить мне?

— Есть еще одна вещь, которая беспокоит меня..., — она кивнула, давая понять, чтобы он продолжил. — Почему ты не доверяешь мне? Почему ты не рассказала тогда? Я бы помог тебе, — в его тоне не звучало ни обвинения, ни сомнений по поводу нее, ему просто нужно было знать, почему.

— Я ни не доверяла тебе, Ной, я доверяю тебе. И я пыталась это тебе сказать... но ты... ты начинал злиться, когда я произносила имя Ричарда, и в тот последний день, когда я пыталась поговорить с тобой.... Я хотела сказать... но ты был так занят работой. Потом мне пришлось уехать на задание, еще до того, как ты вернулся домой той ночью..., — ее голос замер.

Он вздохнул и положил голову ей на колени.

— Да, я помню..., — я помню, что был слишком погружен в свои мысли, чтобы слушать то, что ты пыталась мне сказать.

Загрузка...