Красный снег

Глава 39

Без тебя жизни нет — я не могу найти

Сколько не жмись к стене — сквозь нее не пройти

Ни одного пути грешной душе в зиме

Без тебя смысла нет, без тебя жизни нет....

Сколько не жмись к стене — сквозь нее не пройти

Без тебя жизни нет — я не могу найти

Без тебя смысла нет — я не могу уйти....

Куда уходит душа человека после смерти? В рай или в ад? Суждено ли нам изведать все блага и свет вечной жизни или же вечно гореть в адском пекле за все наши темные деяния и мысли.....

Мне хочется верить, что где то там, далеко за чертой есть покой. Он существует. И то особенное место, где близкие люди всегда будут ждать нас терпеливо и верно, чтобы когда нибудь увидеться вновь, ощутить радость встречи. Ведь там все грани стираются и нет добра и зла. Темной и светлой стороны. Лишь ощущение тепла родного дома, бережно хранимое ими для нас...

Десять дней. Десять невыносимых дней Мари была без сознания. Словно в глубоком сне....

Попав домой, Дэмьян сразу же пошел в их комнату, опустив девушку на кровать. Он по прежнему не сказал нам ни слова.

Хотела было помочь ему. Нужно обработать раны. Но приблизившись, наткнулась на глухое рычание. Он раскалился, словно дикий зверь, и щёлкнул клыками прямо возле моей протянутой руки. От неожиданности резко отдернула руку. Справившись со страхом, решила сделать ещё попытку, но Эйден отдернул меня в сторону, не давая прикоснуться к девушке.

— Не сейчас, Юли. Лучше не стоит ее трогать. Сходи пожалуйста, принеси чистые полотенца и теплую воду.

Я кивнула, уходя в ванную и слыша тихий голос Эйдена.

— Дэмьян. Послушай меня. Хорошо? Нужно снять одежду и промыть раны. Я сделаю обезболивающее и целебную мазь. Ты справишься сам?

Вампир кивнул, не милая смотря на Мари и показывая, что он нас все же слышит.

— Хорошо. Тогда я пойду. Приготовлю лекарство. Если нужна будет помощь, зови нас. Мы будем внизу. Ладно?

Он снова кивнул. В течение следующих нескольких часов мы пытались помогать, как могли и умели... Дэмьян снял с нее платье, едва касаясь проводя руками по ранам, стирая кровь....

Я просто молчала, не зная, что сказать, когда рассмотрела вблизи.... Ни одного живого места! Как она вообще смогла выдержать?! Не понимаю... Помимо ударов от хлыста у нее были сломаны ребра и сильный ушиб головы....

Эйден давал волшебные снадобья и мази. Дэм вливал в полуоткрытые губы свои кровь, чтобы ускорить процесс регенерации тканей и костей...

В доме, где совсем недавно жили любовь и смех, теперь стояла лишь тишина и витал страх смерти.

Случайно задремав в гостиной, проснулась от дикого крика девушки. Ещё ничего толком не соображая, кинулась наверх. Из кухни вылетел Эйден и бросился за мной.

Нет. Мари не проснулась. Почувствовав во сне присутствие Дэма, она кричала и плакала, отталкивая его от себя и отползая к изголовью. Он пытался успокоить ее и обнять, но она, забившись в истерике и по прежнему не открывая глаз, продолжала яростно сопротивляться.....

— Дэмьян отойди! Ты пугаешь её! — Эйден положил руку ему на плечо, останавливая. Я забралась на кровать, сжимая Мари в своих объятиях...

— Тише... тише....это я. Юлианна. Все хорошо. Слышишь?

Она внезапно успокоилась и снова задышала глубоко и ровно, расслабляясь...

Дэм стремительно вылетел из комнаты и мы услышали вой ветра снаружи.

— Дэми!!!! Крикнула ему вслед, порываясь встать, но Эйдэн меня остановил.

— Я поговорю с ним. А ты лучше присмотри за Мари.

Уже в следующую секунду он вышел на улицу вслед за братом...

Дэмьян

Никому и никогда не понять, что чувствуешь, когда снимаешь изорванные платье. Клочок за клочком. Когда промываешь раны. Одну за одной. Когда смотришь в любимое лицо. На ресницы и спутанные волосы, покрытые кровью...

Я уже ненавижу этот металлический запах. Он пропитал все вокруг. Будто дыхание смерти, которая стоит за спиной и дышит в затылок... Я даже чувствовал ее обвиняющий взгляд и ледяное дыхание. Уже схожу с ума?

Я вливал в Мари все силы и свою энергию через кровь. Кости срастались быстро. Эйден приносил снадобья. Он сдерживал Анну. И я был ему благодарен.

Удивительно, как в таком молодом парне сочетается все это. Понимание и деликатность. Забота и ирония. Ему пришлось повзрослеть слишком рано. И это тоже было на моей совести. Он не обвинял меня и не дергал, просто помогая и не задавая вопросов. Он никогда не боялся меня.

Сегодня, сидя у ее кровати, я услышал, как она беспокойно заворочалась во сне. Хотел было обнять не, чтобы успокоить, но она шарахнулась от меня, как от ужасного монстра...

Казалось больнее уже быть не может. Но для израненного сердца это ещё далеко не предел. Она меня боится. И не мудрено. На ее месте я б убежал от себя, как можно дальше, чтобы чудовище во мне не смогло ее найти....

Но я все равно буду. Буду искать везде, где бы она не появилась. Внутренний зверь стремится к ней. К ее теплоте и заботе. Доброте и искренности. Ласке и любви. Которую только она пробуждает во мне. Больше никто.

Что же делать?! Что мне теперь делать?! Я бы смирился с ее ненавистью и злостью. Ничего бы не требовал взамен....

Страшнее всего было увидеть в глазах равнодушие и отчуждение, вычеркнувшее меня из ее сердце раз и навсегда. Она снова станет сторониться меня.... Относиться, как к знакомому. Как к досадному недоразумению в своей жизни.

Единственное, что не давало мыслям о смерти захватить меня целиком, это слова Софии....

Пройдя к озеру, сел на берег, уставившись на песок перед собой.

Здесь она доверилась мне. Разрешила любить себя, несмотря на все свои сомнения. Как же она была права!

Вампиру нельзя доверять. И не за что любить. В любой момент я могу снова сорваться. И все же....

Эйден

Выйдя на улицу, я по зову интуиции пошел к озеру. Был уверен, что найду его там.

Вампир сидел на берегу, обхватив голову руками. Я даже на миг испугался, как бы он снова не натворил чего-нибудь...

Все вода была наверху, переливаясь темной массой и бушуя огромными волнами прямо над нашими головами... Зрелище не для слабонервных — ещё мягко сказано.

Подойдя к нему, сел рядом на песок. Что здесь можно сказать? Не хотел бы я оказаться на его месте. Даже не представляю, что он сейчас чувствует. Мы конечно мало общались до этого. Вернее совсем никак. Но подсознательно я всегда чувствовал, что с ним что-то не так. Скрытая агрессия иногда проскальзывала в поведении. Среди людей он всегда себя сдерживал. Один диавол знает, что творилось за стенами их корпуса! Но я все равно должен помочь. Сделать для него хоть что-то...

Хотел я этого или нет, но этот вампир стал частью моей семьи. Они так похожи с Юлианной...

Он заговорил первым. От неожиданности я вздрогнул.

— Ты знаешь, охотник, раньше я никогда не думал о тех, кому делаю больно. Мне было все равно. Драгомир прав. На самом деле я — чудовище, скрывающееся за маской человека. Я убивал полукровок просто ради забавы или когда мне было скучно. Ни капли не думал об их семьях. Наоборот заставлял их часами стоять в крови своих родных. Мне было совершено наплевать на их чувства. Поводом могло послужить все, что угодно. Я намного хуже Дориона.

— Нет. Я уверен, что в тебе есть нечто большее, чем монстр. Мне кажется, что ты умеешь любить...

— Любить? — он усмехнулся, глядя на воду, парящую над высохшим озером. — Это ты называешь любовью? Посмотри на неё! А за что? За то, что она была предназначена не мне? Мой брат отдал свою жизнь за неё. А что сделал я? Едва не забрал её.... Мне нельзя верить!

— А я уверен, что можно. И она тоже. Верит. Иначе бы не истратила единственный шанс на помощь Софии на тебя. И ты любишь ее. Никогда бы не подумал, что увижу такое!

Вампир слегка улыбнулся.

— Я думал, что люблю Анну. Но это была не любовь. Я не чувствовал и малой доли того, что теперь. Мы с Дором занимались перетягиванием каната, соперничая от эгоизма и упрямства нежели по большой любви. Просто он был настоящим. Действовал силой. А я хитростью и радушием заставлял ребенка тянуться к себе больше. Все дети ищут доброты. Я был лицемером, думающим только о себе. Когда твои родители пришли к настой ночью я даже не удосужился проверить, там ли Дорион. А они не стали надевать маски, потому что Марк заверил их, что убиты все. А я ни капли не сожалел. Лишь бы получить свое любой ценой. Что теперь скажешь, охотник? Тебе все ещё меня жаль? Разве ты не хочешь убить меня?

— Нет. Это не к чему не приведет. Я тоже далек от идеала. В прошлом и у меня есть ошибки. Я их отпустил и начал жизнь с начала. С чистого листа. Какой смысл в ненависти, если она убивает тебя? Убивает других? Марк все пытался помочь, не понимая, что этим лишь делает хуже...

— Марк умер.

— Что...

— Люцина убил его. Мне жаль. Старый охотник был хорошим человеком. Он любил вас, как родных детей. Будет лучше, если ты сам скажешь Анне. Из меня не самый лучший собеседник.

Я на мгновение замер. Марка больше нет. Острая судорога прошла по позвоночнику.

— Жаль, что ведьма сожгла его. Он не заслужил такой лёгкой смерти.

— Ведьма.... - задумчиво протянул Дэмьян, — как тесен оказывается этот мир.... Скажи мне, Эйден, ты хотел бы снова стать человеком?

— Зачем думать о том, чего никогда не будет?

— Но вдруг....теоретически...ты и Анна. Хотел бы ты стать снова человеком вместе с ней? Если бы и она тоже смогла бы? Начать жить с чистого листа? Свободную от боли и воспоминаний?

— Да. Очень хотел бы. Но я научился не думать и не мечтать. София сказала....

— Она сказала, что не видит больше и ни в чем не уверена.

— Ладно. Хорош уже мечтать. Пошли, маньяк. Юли наверняка волнуется да и Мари тоже лучше не оставлять надолго без присмотра. Сначала пусть встанет на ноги, а потом уже решает выгнать тебя или оставить. Как по мне, то в хозяйстве все пригодится. Только опусти будь добр воду на место. И...Дэми. Ты намного лучше, чем думаешь.

Буря утихла и вода с тихим шелестом вернулась в свои берега.

— Эйдэн...

— Да?

— Спасибо тебе.