Курортный роман и его последствия (СИ)

Глава 28

Я не знаю сколько времени просидела в коридоре. К моему удивлению слезы все лились и лились из глаз и казалось, что они просто никогда не закончатся. Встав на затекшие ноги, я кое-как добрела до спальни и просто рухнула на кровать, сразу же проваливаясь в спасительный сон. Спала я крепко, без снов. А когда проснулась следующим утром, поняла, что мне ни капельки не легче. В сердце холодной змеей вползала боль, горечь, отчаяние, пустота, безысходность и жалила больно израненное сердце и душу. Апатия, полная апатия. Не хочется ничего, ни есть, ни пить, ни с кем говорить. Я вставала с кровати лишь только для того чтобы справить естественную нужду. А ночью я снова погрузилась в сон, только в этот раз мне снился Кабил. Во сне мы были вместе, мы были счастливы. А когда наступило утро и я поняла, что это все лишь сон, то снова разрыдалась. К концу второго дня я поняла, что это один из тяжелейших периодов моей жизни. Меня стали посещать мысли о никчемности существования без Кабила, что нет смысла и желания продолжать земную жизнь… Но я одергивала себя. Я никогда не смогу ничего с собой сделать, потому что всегда считала, что это неправильно. Я дала себе обещание, что обязательно возьму себя в руки, найду в себе силы и буду снова жить полной жизнью. Без него. Я привыкну. Но только чуть позже.

А на третий день у меня поднялась температура. Я знала, что такое возможно из-за стресса, когда-то давно я читала об этом статью, чаще всего это обусловлено временным сбоем в работе нервной системы, которая участвует в регулировании функций организма, в том числе терморегуляции. Поэтому и не стала зацикливать на этом внимание. Но температура не спала и на следующий день, появился кашель, мне становилось хуже.

Надо было бы позвонить маме, но у меня не было сил. Я чувствовала, что вся горю, кое-как добредя до кухни, нашла аптечку, выпила жаропонижающее и дойдя обратно до спальни снова уснула. Мне было плохо, очень плохо. Мало того, что болели душа и сердце, так еще теперь душил кашель и жгла температура.

Потом я помню как надо мной склонились мама и папа, мама выглядела очень взволнованной, папа звонил кому-то по телефону. Я снова провалилась в сон. Когда очнулась в следующий раз, то поняла, что еду лежа в машине скорой помощи, рядом сидел врач и ставил мне капельницу. Я снова провалилась в беспамятство. Потом я помню больничную палату, врача, мне поставили укол, снова капельницу.

А когда очнулась в следующий раз, чувствовала себя намного лучше, но все равно я была слаба. Рядом со мной сидела мама, увидев, что я пришла в себя, она заплакала и стала причитать:

— Алина, что же ты делаешь? Ты почему себя до такого состояния довела?

— Что со мной? — прохрипела я.

— У тебя двусторонняя пневмония, истощение. Что случилось? — спросила она с тревогой в голосе. — Почему к врачу не пошла? Скорую в конце концов не вызвала?

И я все рассказала. Рассказала о своем расставании с Кабилом, о том как болит сердце. Мне просто необходимо было выговориться, поделиться своей болью с кем-нибудь. Мама меня внимательно выслушала, не перебивая. Просто гладила меня по голове и держала за руку. Я объяснила, что не думала, что все так серьезно, я думала, что это из-за переживаний.

Выслушав меня, мама ни слова не сказала о Кабиле, никак не оценила его поступок, просто сказала:

— Тебе сразу же надо было приехать к нам, а не оставаться со своей болью наедине. У тебя есть мы. Я, папа, бабушка и мы всегда тебя поддержим, поможем.

— Я знаю. Спасибо. — сказала я.

Ее слова растрогали меня, из глаз снова полились слезы.

— Тебя надо взять себя в руки, пережить эту боль, пусть это будет не просто. Но ты должна. Со временем станет легче. Из-за эмоциональных переживаний, стресса у тебя случился нервный срыв, который ослабил иммунитет и к тебе пристала эта болезнь. Не доводи себя больше до такого, Алина. Не стоит. Подумай, достоин ли он, чтобы ты так о нем переживала? У вас много было хорошего. Но его поступок перечеркивает многое хорошее. — сказала мама.

Да, она была права. Во многом. Но пока я была еще не готова оценивать все плюсы и минусы нашего расставания. Пока я только переживала разлуку с любимым мужчиной. Переживала свою потерю. А это было именно так. Я потеряла Кабила.

Слабость снова нахлынула на меня. Мой организм был еще слаб. В палату вошла медсестра, чтобы сделать мне укол и принесла таблетки. После укола я снова уснула. А когда проснулась в палате увидела бабушку, она привезла мне куриный бульон. Вместе с мамой они настояли, чтобы я поела. И как только я поднесла первую ложку ко рту, поняла, насколько я голодна. Я ведь практически не ела все эти дни. Съев весь бульон, я почувствовала себя намного лучше.

После обеда пришел лечащий врач, провел осмотр, сказал, что есть положительная динамика и дав рекомендации медсестре, удалился. Маме с бабушкой тоже пора было уходить. Они пообещали приехать на следующий день, пообещав привезти что-нибудь вкусное.

Вечером у меня снова поднялась температура. Дежурная медсестра сказала, что это нормально, что болезнь еще прогрессирует и не смотря на положительную динамику, отступает слабо. Мне поставили укол и я провалилась в сон.

В последнее время сны мне не снились. Последний сон был тот, в котором мы с Кабилом снова были вместе, веселые и счастливые. Теперь я просто засыпала вечером и просыпалась утром.

А сегодня я проснулась глубокой ночью от легкого прикосновения к своим волосам. Открыв глаза, в полумраке, я увидела силуэт. Но мне почему-то не было страшно. Наоборот, стало радостно в душе, спокойнее на сердце. Я не видела лица, но я чувствовала запах, такой родной, любимый и желанный. Я знала кому он принадлежит и испугавшись, что это все-таки сон, я протянула руки. Силуэт приблизился, протянул руки и крепко прижал меня к себе. Мы сидели в обнимку, он крепко прижимал меня к себе, нежно гладя по голове. Мы не говорили, слова нам были не нужны, нам было хорошо вот так, сидеть в обнимку и чувствовать друг друга. Я снова стала погружаться в сон. За последние дни я впервые почувствовала умиротворение. Сквозь сон я услышала шепот, это был голос Кабила: «Все будет хорошо. Я люблю тебя. Выздоравливай».

А когда я проснулась следующим утром, то не заметила ничего такого, что указывало бы на присутствие ночью постороннего человека. Разочарованно я поняла, что это снова был сон. Реалистичный сон, в котором мне снова приснился Кабил. Разве такое возможно? Или это мое больное подсознание играет со мной?

С этого дня я пошла на поправку. Мама, папа и бабушка навещали меня каждый день. Аппетит мой восстановился, я снова стала есть, чем несказанно радовала родных. Мне было стыдно перед ними, что я заставила их переживать, поэтому теперь я усиленно делала вид в их присутствии, что у меня все хорошо.

Маску я снимала только тогда, когда они уходили. Если мое физическое здоровье приходило в норму, то душевное нет. Душа и сердце все также продолжали болеть.