А есть ли выбор?

Глава 1

Сознание медленно начало приобретать ясность. Веки категорически отказывались разлепляться, словно они приросли друг к другу. Впервые мне приходиться бороться с желанием не открывать глаза, в то время как сознание уже во всю бодрствует. Однако, даже когда у меня получилось окончательно проснуться, вид комнаты меня выбил из колеи. Все вокруг казалось одним мутным пятном, будто мое зрение в раз упало за такой короткий срок. А короткий ли? Как долго я тут лежу?

Как только все вокруг приобрело четкость и ясность, так сразу появилась проблема куда серьезнее. Каждый миллиметр тела адски болел, а головой, казалось, пытались проломить стены. Болело везде, особенно шея и грудная клетка. Я посмотрела на руки, которые были перемотаны. Насколько сильны мои повреждения и почему Северус не отнес меня в Больничное крыло, а оставил у себя в комнате?

Медленно в голове стали появляться картинки этой адской ночи. От них голова еще больше стала пульсировать и доставляла больший дискомфорт.

«— Оставьте Нотта, оставьте его, слышите? Его раны — ничто для Темного Лорда по сравнению с утратой пророчества, — в щель между стеллажами я увидела знакомые белобрысые волосы. Люциус грозно размахивал палочкой, давая остальным поручения. Так это Пожиратели смерти? А я уж думала, что просто попала в свой страшный кошмар. — Джагсон, вернись сюда, мы должны действовать организованно! Разобьемся на пары и будем искать — и не забывайте, с Поттером нужно обращаться осторожно, пока пророчество у него, а прочих можете убить, если понадобится… Беллатриса, Родольфус, вы идете налево; Крэбб с Рабастаном — направо; Джагсон с Долоховым — прямо вперед, в ту дверь; Малсибер и Эйвери, сюда; Руквуд, туда!

Один из Пожирателей — весьма помятый мужчина с сальными, вьющимися черными волосами и сумасшедшим взглядом — повернул голову ко мне. Я резко прижалась к стенке стеллажа, прислушиваясь. Ничего, кроме отдаленного топота приспешников Тома, не было слышно. Сердце все также бешено стучало, отдаваясь гулом в ушах. Я аккуратно выглянула, и тут же к моему горлу приставили палочку. При взгляде в эти глаза, которые готовы были разорвать тебя на месте, страх сковал меня, не давая пошевелиться.

— Дай мне хоть один повод тебя не убивать, — прошипел он так близко, что я почувствовала теплое, неприятное дыхание у меня не щеках. Дерево сильнее вдавилось мне в кожу, а кончик палочки стал нагреваться, причиняя адскую боль. Слезы градом полились с глаз. Я стиснула зубы, сдерживая болезненный крик. — Ну!

— Поттер сидит в кладовке, вместе с двумя его друзьями, — еле произнесла я, пытаясь хоть на миллиметр отодвинуть шею и голову от палочки, которая, казалось, уже полностью прожгла кожу. Я ненавижу Дамблдора и его идиотские идеи!

Пожиратель схватил меня за шкирку и буквально поволок к остальным. Я облегченно вздохнула. Мне уже было все равно, что со мной делают, самое главное, что он убрал это жжение. Когда мы вышли из-за стеллажей, я сразу же встретилась взглядом с Люциусом. В его глазах появилось минутное недоумение, которое моментально скрылось за надменной холодностью. Пожалуй, сейчас в его глазах я выгляжу убого. Загнанный в угол зверек, который только и делает, что ревет! Отвратительное чувство.

— Смотрите кого я нашел. Она утверждает, что Поттер в кладовке, — Пожиратель тыкает в меня своей палочкой, на которую я с опаской кошусь.

— Джагсон, отпусти ее, — холодно произнес Люциус, на что получил неодобрительный возглас. — Эта девчонка - Розье, — Малфой смотрел поверх меня. Неприятная дрожь прошла по спине. — Ты уверена, что они там? — я вздрогнула, когда опять почувствовала тепло от палочки Джагсона и поспешно кивнула. — Алохомора!

Дверь распахнулась, но за ней никого не было. Пара Пожирателей заглянули внутрь, осматриваясь там.

—  Наверное, убежали в холл, — сказал грубый голос.

— Проверьте под столами, — тихо произнесла я, четко видя подол мантии Долгоппупса, которая вылезла из-под его укрытия. Мерлин, какие они все же полоумные! Если Пожиратели их не найдут, обвинят во лжи меня. Я не хочу получать еще больший вред из-за замашек школьного директора, которому я, видимо, так насолила, что он готов был отправить меня на смертную казнь!

 — Остолбеней!

Красный луч ударил в Пожирателя смерти, который нагнулся посмотреть под стол. Он упал назад, на стоячие часы и свалил их на пол. Послышался грохот и болезненный стон. Его напарник скрылся за стеной, которая мешала обзору.»

«Забежав куда-то и пробежав несколько шагов по новой комнате, я почувствовала, что пол ушел у из-под ног. Я полетела кувырком по крутым каменным ступеням, ударяясь о каждую из них по очереди, и грохнулся на спину с такой силой, что едва не вышибло дух. Я издала жалобный стон. Как же больно дышать. Рядом со мной приземлились еще люди. Повернув голову, я увидела лишь пустые стены, а в середине комнаты возвышалась платформа с каменной аркой.

Все помещение задрожало от хохота Пожирателей смерти. Да, когда же это закончиться? Когда я уже наконец проснусь в своей любимой кроватке от этого кошмара? С огромным трудом поднявшись, я обхватила одной рукой живот, а другой сжала палочку, на случай, если придется защищаться. Дышать было катастрофически тяжело и больно, все тело ломило, а голова просто раскалывалась.

— Ты проиграл, Поттер, — негромко сказал Люциус, взбираясь на платформу с аркой, где стоит Поттер. — А теперь будь хорошим мальчиком, отдай мне пророчество.»

Глава 2. 1991

Англия. Магическая Британия. 1990 год

Август

Погодные условия Британии уже как неделю оставляют желать лучшего: часами идет непрерывный дождь, в моменты, когда кажется, что все успокаивается, слышится раскат грома и комнату освещает отблеск молнии. Казалось, за 2 года проживания в Англии, я уже должна была привыкнуть к такому климату и перестать каждый раз вздрагивать от грохота, который звучит прям над домом, однако, с таким смириться сложно.

— Нарцисса, я больше не могу! У меня не получается сосредоточиться на тексте, когда шум дождя перекрывает любые мысли, а ожидание Северуса с письмом — просто убийственно, — нетерпеливо запрыгала я на диване. Раскрытая книга, что лежала на моих коленях с грохотом упала на пол. — Вот, — я рукой указала на учебник по этикету, — я даже не помню, на какой странице остановилась.

Нарцисса тихо захихикала и снисходительно посмотрела на меня.

— И как только Северус занимается с тобой зельями? — она тяжело вздохнула и, с помощью магии, поставила книгу обратно на полку к остальным.

— Ты лучше спроси, как он занимается со мной заклинаниями, — весело сказала я. — Практика — моя любимая часть наших занятий.

— Самое главное — что бы при этой практике не пострадала ты.

— Мне тяжело контролировать эти всплески, — в момент поникла я. — От Драко не так много проблем.

— Ты ошибаешься, — Нарцисса подсела ко мне на диван и нежно взяла за руки, смотря в глаза. — Драко и его игрушечная метла — одна сплошная катастрофа. Ему также тяжело контролировать свою магию, именно для этого вас учат сейчас, а потом продолжат в Хогвартсе.

— Но он хотя бы не швырял случайно креслом в учителя по французскому!

— Верно, но ты же знаешь, насколько ваш магический потенциал отличается. Какими бы сильными волшебниками мы с Люциусом не были — возможности, что пришли к тебе от родителей, тяжело перевесить, — я виновато опустила голову, но Нарцисса тут же двумя пальцами приподняла его обратно. — Ты не должна винить себя за то, кем ты являешься. Представь, сколько всего хорошего можно будет сделать в будущем!

— Но Северус все равно не может полюбить меня в полной мере! — глаза уже застилала пелена слез, которые я не в силах остановить. Тема родителей для меня всегда считалась самой больной из всех возможных. — Я знаю, он видит во мне Его. Именно поэтому Северус так против моего попадания на Слизерин, а Люциус почти не появляется тут. Они боятся, что я начну делать плохие вещи.

— Аврора, детка, — Нарцисса нежно смахнула большим пальцем слезу, за которой моментально последовала вторая. — Северус очень любит тебя, даже не смей думать иначе! Он будет рад любому факультету, на котором ты будешь. И Люциус тебя любит. Просто, с ним сложно. Малфои — трудные люди и их помешанность на своих традициях, порой, выходит боком. Как сейчас. Люциус до сих пор не может полностью отмыть имя Малфоев перед обществом, и он не хочет, чтобы проворные министерские ищейки докучали тебе и мешали спокойно жить, — она умело оправдывала мужа, заставляя сомнения потихоньку развеиваться. — Ты никогда не будешь одна. Дома всегда буду я, а в Хогвартсе — Северус и Драко, который заступиться за тебя и поможет.

Я невольно улыбнулась, вспоминая наши постоянные ссоры с Малфоем-младшим. Догадывается ли Нарцисса, что не так все гладко в нашей с ним дружбе, как ей хотелось бы? Скорее всего догадывается, но умело делает вид, что не замечает. Сомневаюсь, что наши с Драко притирки можно не заметить.

Нарцисса Малфой — это тот человек, который в какой-то степени заменил мне мать. После гибели моей матери и переезда к Северусу в Англию, который является моим опекуном, Нарцисса стала тем человеком, к которому я могла обратиться с вопросами, на которые не мог ответить сам зельевар. Из-за полного отсутствия опыта в воспитании девочек, да и детей в целом, Северусу приходилось очень тяжело. И даже при учете, что в девять лет я уже знала много всего и многое понимала, наступали моменты, когда я видела, что ему сложно мне объяснить. Именно тогда на помощь являлась Нарцисса.

Члены семьи Малфой, в принципе, одни из немногих, кто полностью знают мою историю: кто мои родители, почему мама первое время прятала меня во Франции и какими на самом деле силами и особенностями я обладала. Все знал так же и Северус. При маминой жизни он был очень хорошим другом семьи, а после ее смерти забрал меня к себе. Я его считаю своим крестным, однако также не отказываюсь от своего настоящего, порой холодного, Люциуса.

- Беги умойся. Сейчас уже должен вернуться Северус. Не будем его расстраивать, - Нарцисса немного подтолкнула меня в спину.

Умывшись, я критично осмотрела лицо на наличие хоть малейшего намека на слезы. Глаза немного красные, но, как показала практика, спустя несколько минут это пройдет. С стороны зала послышалось Нарциссино приветствие и грубый мужской голос, с растягивающими нотками.

— Северус! — радостно прокричала я и моментально вылетела с ванной комнаты. Не дав ему опомниться, я крепко обняла его. - Ты принес?

— Привет, Рори, — с улыбкой произнес он. — Принес.

- Винки! - окликнула Нарцисса домовика.

- Чем могу помочь, госпожа Малфой? - тут же отозвалась она, появляясь из ниоткуда.

- Подай чай, пожалуйста. И пирог не забудь.

- Одну минуту, госпожа, - Винки с хлопком исчезла.

Северус снял с себя мантию и сел на кресло, напротив Нарциссы. Я поерзала на диване, пытаясь найти самую удобную позу, и с нерешительностью посмотрела на письмо в его руках. Он покрутил конверт и протянул мне.

— Списки детей составляются магией, а в день твоего рождения твое имя появилось на фамильном древе как минимум и тем самым зафиксировалось магией, — растягивая слова,он скорее обращался к Нарциссе, чем ко мне. — Дамблдор заверил меня, что кроме письма эта фамилия больше не будет нигде мелькать.

Глава 3

Драко молча сидел на кресле и читал книгу. Наколдованные шарики света, что витали вокруг него, освещали его профиль, благодаря чему я отчетливо видела каждую эмоцию, пробегающую у него на лице. В такие моменты, когда Малфой полностью уверен, что его никто не видит, он становиться уязвим, спадает его излюбленная маска безразличия и появляются настоящие, подлинные эмоции. При таком раскладе не составляет больших усилий понять, что у него в голове. Не требуется быть искусным легилиментом, чтобы понять – он нервничает и напряжен. Об этом свидетельствует взгляд, который направлен в одну точку в книге и костяшки на руках, которые, с каждым сжатием корешка книги, отчетливее прорисовывались.

Пророчество разбилось. Сомневаюсь, что подобная оплошность сойдет с рук Пожирателям. Остается лишь догадываться, что Темный Лорд сотворит с семьей Малфой за провинность Люциуса, который шел во главе операции. Случилось ли что-то с Нарциссой? Из-за проблем с материю Драко не по себе? Или произошло что-то ужасное?  

- Помоги мне встать, - наконец я подала признаки бодрствования и аккуратно перевернулась на спину. Как только я произнесла просьбу вслух, Драко моментом напрягся и все признаки хоть каких-то эмоций разом сошли на нет. Он медленно повернул ко мне голову и выгнул правую бровь. Один взмах палочкой и свет в комнате загорелся, а чарующие светлячки исчезли. 

- Чтобы ты рассыпалась прямо у меня в руках? За такое мне спасибо не скажут, - вопреки своим словам, он встал.

- Вот давай только без твоих комментариев, - я закатила глаза. - Просто помоги мне. Должна же быть от тебя хоть какая-то польза.

- К твоему сведению, я бы уже мог находиться дома и наслаждаться летними каникулами, вместо того, что сидеть и нянчиться тут с тобой, - Драко недовольно поморщился и подошел ко мне.

Несмотря на его тон и слова, он бережно запустил одну свою руку мне под колени, а другую под голову и аккуратно приподнял. Такой резонанс между словами и прикосновениями ввел меня в небольшое замешательство. Осторожно посадив меня не кровати, Малфой отошел на несколько шагов и придирчиво осмотрел меня. Что-то прикинув у себя в голове он поправил подушку, на которую я облокачивалась. В таком положении стало значительно удобнее сидеть.

- Я не настолько беспомощная и в состоянии сама поправить подушку, - эти слова стали моей главной ошибкой. Лицо Драко ожесточилось, а сам он стал натянут как струна. От вида еще более холодного слизеринца, мне захотелось хорошенько себя ударить. Кто меня просил все портить?

- Я бы с этим поспорил, - коротко ответил он и, видимо, собрался уходить, как снова заговорила:

- Больше, чем уверена, что Северус либо Нарцисса что-то тебе пообещали взамен на присмотр за мной.

И опять я сама нарываюсь на грубость. Что мешало мне просто отпустить его на все четыре стороны? Он же почти ушел. Не я ли сейчас получу целую кучу гадостей, а потом буду жаловаться какой Малфой ужасный ублюдок?

- Это, само собой, - на его лице появилась усмешка.

- И что на этот раз? Тебе купят очередную метлу?

Заткнись, пожалуйста. Просто заткнись и дай ему уйти.

- Нет, - наконец в его глазах появилось что-то отличительное от холода – насмешка. Он смеется надо мной? – Тебя выселят из моего дома.

- Что? – мои глаза округлились от шока. Это явно не входило в мой список предполагаемых желаний Драко Малфоя. – Зачем? 

- Я подумал, что было бы неплохо завязывать родительское гостеприимство и отправить тебя обратно к себе, - он растягивал слова, наслаждаясь моим недоумением. - В конце концов, у тебя есть собственный дом.

- Какая же ты сволочь, - я швырнула в него пустой склянкой от зелья, которую он с легкостью поймал. В груди неприятно заныло, но не так сильно, как было часами ранее. - Решил лишить меня одного единственного собеседника в лице твоей матери? Надеешься, что я сойду с ума на фоне одиночества?

- С моей стороны было бы наивно так думать. Моя мать все равно будет к тебе приходить, но, если ты сама к нам явишься – я лично вышвырну тебя оттуда, - последнюю часть предложения он почти выплюнул.

- Ты просто отвратительный человек! – я разочарованно покачала головой. Я устала с ним бороться, особенно, когда я раз за разом выхожу из нашей перепалки проигравшей.  

- Знаю, - Драко пожал плечами и все же вышел из комнаты, оставив меня одну со своими мыслями.

Мне нравится Малфой-мэнор. Хоть он и не такой уютный как наша с Северусом квартира, все в нем изыскано и дорого. А еще там просто потрясающая музыкальная комната, в которой любой инструмент звучит как нечто волшебное. Это помещение – некий лучик света в темном и местами холодном особняке.

Спустя непродолжительное время в комнату вошел Северус. Вид у него был слегка уставший и более мрачный, чем обычно. Завидь его в таком состоянии ученики, они бы пришли в ужас. А ведь, вследствие всей этой ситуации, я эгоистично думала только о себе и даже не поинтересовалась, где все это время ночует Северус. Своим недугом я так бесцеремонно вытеснила его из комнаты, из-за чего ему ничего не оставалось, как спать в другом месте и каждый раз спускаться ко мне.

- Как ты себя чувствуешь? – он подошел ко мне и начал осматривать бинты. – Драко сказал, что когда ты подняла руку – немного поморщилась. Ребра все еще болят?

Глава 4. 1992

Несмотря на мою учебу в Хогвартсе, мои занятия летом с Северусом все также остались неизменными. Начали мы с того, что я около суток доказывала ему как работает закон о магии несовершеннолетних. Мы часами ходили по квартире и оспаривали каждое слово друг друга, продолжая отстаивать свое собственное мнение. Я успокоилась лишь тогда, когда Северус принес мне книгу, в которой было четко написано, что «такому тотальному наблюдению подвергаются лишь дети, не зарегистрированные в волшебной семье», проще говоря маглорожденные и сироты, которые живут в маглловских детских домах. Все это нацелено на то, чтобы не раскрыть себя обычным людям, а при учете, что я проживаю в квартире зарегистрированного волшебника, который является моим опекуном – претензий ко мне не будет.   

Обучение Северуса было направлено больше на магию без палочки, которой в школе меня научат не раньше пятого курса. По словам самого зельевара: «Пока есть возможность развивать навыки в таком раннем возрасте – этим не стоит пренебрегать». Путем тренировок у меня уже получаются несколько простых заклинаний, которые мы проходили на первом курсе, и передвигать предметы. По принципу это получалось почти как обычная левитация, правда на небольшое расстояние, но по словам Северуса, если в будущем это умение развивать, то я смогу передвигать на бо́льшее расстояние, однако на подобный вид магии уходит очень большое количество сил и энергии. По началу, когда я только пыталась передвигать предметы мне было сложно держать под контролем количество сил, которые я на это трачу и случалось такое, что попросту падала в обморок.

***

       1 сентября. Вокзал Кингс-Кросс. Платформа 9 ¾ 

Сегодня, в отличии платформы, которая, как и всегда была переполнена кучей народу, в Лондоне был сильный, проливной дождь, что еще дольше вводило в заблуждение. Если раньше были хоть какие-то догадки о расположении места отправки поезда, то теперь я потерялась в догадках.    

— С этого года я состою в команде по квиддичу, — горделиво сказал Драко и повернулся ко мне, ожидая реакции. Я приподняла правую бровь.

— Квиддич? И скажи мне на милость, как тебе удалось обыграть систему и попасть туда раньше третьего курса?

— Поттер попал на первом, чем я хуже? – слизеринец хмуро на меня посмотрел. Я издала смешок и покачала головой.

— Ах да, вечная борьба с Поттером за право «кто лучше». Как я могла забыть?

Драко схватил меня за руку и развернул к себе. Теперь мы стояли настолько близко друг другу, что я видела в отражении его гневного взгляда себя.

— Я ни с кем не борюсь, — прошипел он.

— Да неужели? — сощурила глаза и также прошипела я. Малфой тяжело дышал, его ноздри то и дело раздувались, когда он делал вдох.

- Ребята, успокойтесь, — к нам подошла Нарцисса и нежно надавила нам на плечи, отстраняя нас друг от друга. — Никто не соревнуется, просто Драко выпал шанс, и мы им воспользовались.

Мы продолжили идти по платформе. Я то и дело искоса поглядывала на Малфоя. Теперь он шел с нахмуренными бровями, а в глазах не было уже той капли восторга, которая появлялась у него при разговоре о квиддиче. 

- Ой, Малфой, - я закатила глаза, - если бы я знала, что та улыбка перед новогодними каникулами была последней, то сделала бы колдографию, - слизеринец перевел, а меня свой недовольно взгляд и закатил глаза.

— Если бы я знал, что тот момент, когда ты замолчала, чтобы поесть, был последним, я бы ценил каждую минуту тишины, — я его передразнила, на что он ухмыльнулся.

***

          Сентябрь

«Для создания мнимого одушевления на практике вам нужно использовать два заклинания – Фацерум и Креатурум. 

Фацерум применяется для того, чтобы вырастить конечности. Любые конечности: ноги, руки, крылья... Это не имеет значение. Важно представлять себе в красках конечность во время применения чар. Ударение в этом заклинании ставится на второй слог. Жест - короткий взмах волшебной палочкой сверху вниз.

Креатурум – это заклинание используется для того, чтобы "оживить" предмет. Обратите внимание на то, что предмет будет выполнять только ту функцию, о которой вы думали во время трансформации. То есть, летать, бегать, хватать или пинаться. Что угодно, главное, чтобы вы это как следует представили. Ударение в этом заклинании ставится на третий слог, то есть на первую "у".»  

Звучит не так сложно, как должно быть. Я закрыла глаза и попыталась четко представить, как мое яблоко приобретает крылья и взлетает. Оно должно лететь, не бегать и прыгать, а лететь. Сделала глубокий вдох и схватила крепче палочку. Взмахнуть сверху вниз или снизу-вверх? Я приоткрыла один глаз, сверяясь с учебником. Сверху вниз, хорошо. Сделала еще один глубокий вдох и взмахнула палочкой.

Какое-то время ничего не менялось, и только после второй попытки из яблока, словно из снитча, вылезли хлипкие крылышки. Яблоко поднялось на несколько сантиметров над скамьей и повисло в воздухе. Я радостно захлопала в ладоши. Завтра пятнадцать баллов за домашнее задание будут моими.

Неожиданно послышались крики вперемешку со смехом. Крылышки у фрукта исчезли, и оно упало на землю, закатившись под скамейку. Я раздраженно повернулась ко входу на квиддичное поле, откуда слышались голоса. Команда Слизерина и Гриффиндора вперемешку стояли друг напротив друга и сверлили своих недругов злыми взглядами. Несколько гриффиндорцев склонились над кем-то, кто лежал на земле, и только, когда этого кого-то подняли, я узнала в нем Рона Уизли. Выглядел он мягко говоря не очень. Гогот слизеринцев стал еще сильнее.