Адела и дракон

глава 1

Мне снился очень странный сон. Как будто я - дама 63 лет, вся такая чинная и благородная, главный бухгалтер ОАО «Соль» – оказалась в доме, где подрабатывают дамы с низкой социальной ответственностью. Да какое там подрабатывают! Работают во всю мощь, не жалея сил и мужиков. Стоны раздавались и тут и там. Накрашенные, словно на дворе стояли 90-е, женщины в корсетах, но с голой грудью сидели на коленях у господ мужского пола. Звучала музыка, но ее заглушал громкий смех. А я разносила шампанское на подносах. Один мужик меня даже ущипнул. И знаете, было больно!

Я видела себя словно со стороны и выглядела я очень молодо, лет на 23 примерно. Обстановка этого заведения переносила меня в 17 век тире 18 век Европы. Ну, это по фильмам. А где я там была на самом деле-кто же знает, сон такой.

В общем, я видела самую прекрасную девушку на свете, с длинными каштановыми волосами, зелеными глазами, пухлыми губами и аппетитной фигуркой. Зчркнт. Себя в молодости. Я стояла перед дамой лет 45, строгой, в пенсне и длинным платьем в пол. Эта дамочка была явно недовольна.

-Адела, сегодня наше заведение посетят драконы. (божечки мой! какие еще драконы? что вообще у меня в голове, раз такое выдает мой мозг?) среди них будет лорд Алекс Саменл Второй, он изволит купить тебя на десять ночей. Ты должна ублажать его, выполнять все его прихоти. Он хорошо заплатит. Ведь ты нищенка, твоя мать умерла, а тебя оставила у порога моего заведения.

- Я помню, мадам Алисия,-проблеяла я. (Я? Я?)

-Свои причуды отбрось. Не горбись! Не трясись, как осиновый лист! Ты должна мне денег, много денег! Я кормила тебя, растила, покупала одежду. Долг вырос до немыслимых размеров, дорогуша! Лорд хочет девственницу-он ее получит! А я получу свои деньги. И только попробуй не понравится дракону-я утоплю тебя в лохани с грязной мыльной водой! (Ну хоть стираются,-почему-то подумала я нынешняя)

-Я все поняла, мадам,-сказала молодая я и заплакала. (нет, ну что за размазня!)

-Ты не забыла? Перед тем, как он тебя заберет, его человек осмотрит тебя.

Адела(не я) закивала головой часто-часто и продолжила плакать.

Тут мой сон внезапно прервался будильником. Надо было вставать на любимую работушку. Через час за мной должен был заехать шофер на «Дженезисе» и отвезти в крупный холдинг, занимающийся продажей соли, всей соли нашей необъятной родины.

Я –Алла Николаевна Сомова, главный бухгалтер, разведена, детей нет. Характер-нордический с признаками маниакальной настойчивости, как говорил бывший муж. Но он ничего не понимал в настоящих женщинах. Таких, как я. Поэтому ушел в закат. Я привела себя в порядок, все-таки возраст пенсионный, надела дорогой костюм, пошитый Кристобалем Баленсиага вместе с Пако Рабаном где-то в солнечном Мадриде, и вышла украшать свет, а заодно и выстраивать логистические схемы денежных переводов между странами Ближнего Востока и Средней Азии.

На работе меня ценили и уважали, поэтому платили. Именно платили, а не заРАБатывала. У меня давно уже был построен красивый дом, даже два, еще была квартира в Европе, три машины и кот. Я, конечно же, была счастлива, а дети…эти дети…они вечно орут, писаются и шлют смски с просьбой дать денег. Но иногда ночью я плакала. Но эта информация не для всех, только-для подушки.

В общем и целом-я уверенная в себе, обеспеченная и АБСаЛЮТНО-БЕЗСЕКСА (на протяжении уже 19 лет) женщина. Наверное, поэтому снится такая муть. Но сон досмотреть хотелось, это если честно.

Вечером я улеглась пораньше, приготовилась смотреть муть-сон дальше. И не ошиблась. Он продолжился.

Я-Адела стояла и тряслась в красивой и богато убранной бархатом комнате. На столе стояли подсвечники в позолоте, рядом серебряный поднос с гроздью винограда и запотевшим бокалом игристого вина. В кресле сидел молодой мужчина, черноволосый с пронзительно- синими глазами, мощным торсом и широкими плечами в белой расстегнутой рубашке. Он был хорошшшш (это уже я-настоящая) и очень сексуален. Рядом с ним стоял мужчина постарше, вероятно, правая рука. И два вооруженных охранника. Но на них я не смотрела вообще. Как можно было, если перед тобой сидит образец, эталон, небесной красоты мужик?

Перед Эталоном склонилась в поклоне мадам Алисия:

-Лорд Алекс Саменл, позвольте представить вам самых лучших воспитанниц нашего заведения. Все они девственницы, в чем вы можете убедиться прямо здесь. Прошу вас, выберите одну из них, это будет честь для нас.

Вперед вышли пять девушек, среди которых была и я. Мне сверху было видно, что девушки были очень красивы, особенно выделялась жгучая брюнетка, явно загоравшая на пляжах Сиеста Бич, Флорида. Но все-таки я выделялась какой-то внутренней чистотой и свежестью. Эталон тоже так подумал, потому что присматривался ко мне дольше, чем к другим.

-Они хорошо обучены искусству почитания и прихоти своего господина?

-Да, лорд,-отвечала противная Алисия. Эталон махнул своей Правой Руке.

-Встаньте на колени, девушки, поднимите платья, -сказал тот,-и проползите два переката.

Девушки- все! И я тоже-подняли юбки и встали на колени, потом два раза передвинули колени.

Я, Сомова, была в гневе! У меня, парящей во сне, был очень повышен риск появления язвы желудка от всего происходящего.

« Подойди и плюнь в лицо этого красавчика, Адела! Ну нельзя же так не ценить себя! Ты же прародительница Клары Цеткин, этак мы никогда не добьемся пятидневной рабочей недели»,-кричала я своей молодой копии. Но меня никто не слышал. И правильно. Я же спала в это время.

глава 2

Глава 2.

Голова болела жуть как…Как в тот вечер, когда муж сказал, что уходит к другой, молодой и богатой. Но мне ее не жалко было, а расстроилась я из-за гаража, которая эта сволочь продала, чтобы свозить возлюбленную в свадебное путешествие. Гараж был куплен до свадьбы, но мы уже жили вместе, и я платила кредит за него. Добротный такой гараж, с подземной парковкой. Ой! Еще хуже стало…

Болело горло и легкие. Просто жгло. Внутренности разрывало. Да что со мной? Я отродясь так не болела!

Немного придя в себя, я огляделась: оказывается, лежу я на зеленой травке возле речки. На этом моменте я что-то заподозрила, но головная боль не дала додумать. Волосы мокрые и длинные. Таак..а у меня каре. А еще, батюшки, я голая! Но красивая.

Потому что молодая.

Дальше сознание начало уплывать…но я еще успела расслышать мужской голос:

-Красивое тело у этой проститутки. Длинные ноги раскинуты…так бы ей и …

Дальше шло одно похабство. Мое сознание не захотело этого слышать и, пожелав на прощание этому мужику стать импотентом в 35, выключилось.

Очнулась я уже в комнате Аделы. Я эту комнату сразу признала. Лежу на ее кровати ( лежанка-топчанка, самое подходящее слово), вон-рукомойник с грязным, облезлым зеркалом, шкаф деревянный двухстворчатый и мадам Алисия собственной персоной.

-Оооо..Алисия-гавнисия…Кино продолжается. Какая серия? Четвертая?-сказала я, едва разлепив веки. Голова потихоньку проходила, а горло еще драло нещадно. Но судя по тому, что мне ответила Алисия, она меня услышала:

-Ах ты, мерзкая дрянь! Тварь! Как ты разговариваешь со мной?! На хлеб и воду!-визжала она. И, взмахнув юбками, захотела уйти. Но моя натура не могла снести такое, хоть и находилась в полуобморочном состоянии.

-Женщина!

Небольшое отступление: никогда не называйте женщину женщиной. Особенно если она красит губы и подводит брови черным карандашом. Тогда тем более. Даже если ей 60 и 9 внуков. Вы навеки превратитесь во врага, который оживет после ножа патологоанатома и вцепится вам в волосы. Потому что все женщины-это девочки, сударыни, мадамы и мадмуазели. "Женщина!" из уст другой женщины звучит как проклятие. А из уст мужчины- как похоронка молодости с прицелом на то, что он-то, мужик, еще ого-го, а ты вроде как и выбыла из строя.

Поэтому Алисия вернулась к кровати и влепила мне пощечину. Я в нее плюнула.

От такого хамства она начала заикаться и выбежала из комнаты.

-Надо же какое реалистичное кино,-подумала я,-уже звук появился.

После ухода этой мадамы я кое-как попыталась встать. Меня уже не веселила вся эта ситуация. Сон превращался в явь, и это наводило на мысль о генах безумия в родословной семьи Сомовых. Я анализировала поведение свое матушки, которая ездила покупать шумовки для пельменей в кукуевский район города, потому что была скидка, и понимала, что такие гены присутствуют. Мне становилось страшно. Вспомнилось, что тогда она купила сразу три шумовки.

Я медленно подошла к умывальнику и глянула на себя в зеркало. На меня смотрела Адела, то есть молодая Я. Она хлопала глазами, когда хлопала и я; поднимала руку, когда и я; поворачивалась влево-вправо, когда и я; визжала, как сумасшедшая. Но визжала и горланила точно я.

На шум сбежались работающие женщины. Им пришлось оставить свою работу, потому что работать в таком визге шуме им было страшно.

-Адела! Адела! Что случилось?

-Да не молчи ты!

-Больно, да? Плохо тебе?-спрашивали они наперебой, перекрикивая ультразвук. Через десять минут неудачных попыток успокоить меня-неврастеничку, они покинули комнату. Осталось только одна бесстрашная-рыжая, высокая, с крутыми бедрами, одетая в малиновый корсет и панталоны. Она курила длинную тонкую папиросу.

-Ну и что орала?-спросила она, когда из моего горла не могло вырваться ни звука.

Я хотела ответить, но горло после такой нагрузки не функционировало. Я потеряла голос. Жестами я показывала то на зеркало, то на кровать, где обнаружила себя.

-Мышь увидела?-поняла Рыжая.

Я кивнула. Объяснять что-то я не могла, да и не сумела бы. В любой непонятной ситуации мимикрируй, притворяйся своей. Сейчас я была своя в доску. Потому что вдруг поняла, что очутилась в теле Аделы, что это взаправду, что проблема самая что ни на есть настоящая и вряд ли появится конек-горбунок, который вытащит меня из этой передряги.

Мне нужна была информация. И ее источник сидел передо мной.

-Какхххх…..,-начала я и закашлялась.

-Как поймать мышь?

Я покачала головой.

-А что тогда, как?-удивилась Рыжая. Я ткнула в себя и показала на кровать. На четвертой попытке Рыжая поняла, ЧТО я хочу от нее.

Она рассказала, что я пошла топиться в речку Засранку (да, так называется речка). Но меня выловили рыбаки, вытащили на берег, откачали. А потом принесли в заведение мадам Алисии. При этом я была голая, добавила она, и рыбаки всю меня облапали, когда несли.

Вот об этом я не просила ее рассказывать! Вероятно, она думала смутить меня, хотя у этой Рыжей, как я поняла, было всего две извилины, и вряд ли она вообще думала. Но пережив двухсекундный стыд, я начала понимать, что вновь молода!!! Уиххх! Молодая!!! На этом хорошие новости кончались.