Адепты Злоключений

Глава 1

Территория Главной Межрасовый Академии, полигон «Темный», недалеко от Восточных ворот

Доменико де Мур

Пульсирующая огненная сфера неслась прямо на меня. Страшно ли? Нет, чем смертельнее, тем веселее — это вам скажет любой боевой маг.

Переплести руки и выставить зеркальный щит, и мы меняемся ролями — уже сфера становится добычей, а я охотником. Именно тут просыпается азарт. Каким способом уничтожить огонь на этот раз? Хочется вложить в удар всю силу, хочется выдохнуться и упасть, с выкаченным до дна резервом. Профессор де Фарон за такое послал бы меня чистить зверинцы или мести полы у артефакторов. Но сейчас, во время предэкзаменационных каникул, в Академии из нашей группы остался только я, и полигон был в моем полном распоряжении.

Остановившись, позволил сфере улететь дальше и сосредоточил на ней свой взгляд. Капля пота спустилась по лбу и носу, зависнув на кончике на долю секунды. Держать атаку и защищаться одновременно, разыгрывая и жертву, и нападающего было изматывающим делом, но сфера пылала все ярче и ярче, а клубок магических нитей в моих руках искрился сильнее.

Еще немного, и паутинчатая сеть вырвалась вперед, стремясь поглотить огненную магию. Я побежал за ней, будучи ее движущей энергией, не теряя контроль над нитями. И в этот момент освобождения уничтожающей силы краем глаза я увидел фигуру сбоку. Так близко, что не было никаких сомнений — удар заденет и этого остолопа. Демоны, откуда он взялся? Я закричал, поворачивая голову. Парень не шелохнулся, даже не посмотрел на меня. Резерв был почти пуст, держать третий, уже защитный удар, не было возможности. Выругавшись, я отпустил сеть к сфере, вместе с этим ослабляя огонь, так, чтобы удар поглотил меньше окружающей энергии и не осветил взрывом половину полигона. Адреналин зашкаливал. Смог бы я потом повторить свои манипуляции за столь же короткое время? Сомневаюсь.

Я бросился в сторону, несясь прямо на парня и размахивая руками. Тот все никак не реагировал на меня, уставившись куда-то в пространство.

— Ложись, идиот! — закричал уже ему в ухо, валя с ног на землю и закрывая его своим телом. Послышался громкий хруст, а затем звук взрыва — сеть сомкнулась вокруг сферы и поглотила ее, разорвавшись при этом на десятки лоскутов. Спину и затылок обожгло жарким паром.

Я сосчитал до пяти и приподнял голову. В воздухе зарево магии только начало потухать, а вокруг разнесся запах скошенной травы.

— Ты сумасшедший! Жить надоело?! — зло прошипел я, резко скатившись с парня.

Передо мной был худощавый блондин в квадратных очках. Он растерянно поднялся, хватаясь руками за шею и осматриваясь вокруг. В этот момент он походил на взъерошенного цыпленка.

— Чего молчишь?! Или ты немой?

— Я не понимаю, — пробурчали мне в ответ, голос у него оказался хрипловатым, словно он долго не мог как следует прокашляться. — Где же это?

— Ты полоумный, да? Не отвечай — я вижу, — грубо произнес, потирая переносицу. Такой ведь удар испортил! — Просто скажи «спасибо», что я заметил тебя до того, как тебя размазало по земле. И больше не приближайся к тренировочным полигонам!

Так и не получив ответа, я махнул рукой, подхватив скинутую во время тренировки толстовку, и побрел в сторону общежитий. Но через минуту услышал душераздирающей вопль. Стоило испугаться, но я только замер.

— Ты сломал его!

Последовал топот ног, словно на меня бежало адептов двадцать. Парень оказался около меня за секунду. Вот это скорость, когда не надо! Сунул мне какой-то камень в лицо и обвинительно затрещал:

— Посмотри, что ты сделал?! И как мне теперь сдавать экзамен? Ты хоть осознаешь, насколько это кропотливая работа?!

Я скрестил руки на груди, смотря на этого дурня сверху вниз, он был ниже меня примерно на пол головы. Стоило просто убрать его с дороги и уйти, но что-то подтолкнуло меня спросить:

— Что это за побрякушка?

Парень засопел, широко раздувая ноздри.

— Это высший артефакт!

Наверное, мне стоило впечатлиться, но как-то не получалось. Я внимательно посмотрел на треснутый камень коричневого цвета, уныло мотающийся на веревке.

— А ты, значит, высшим артефактором будешь?

Парень аж весь покраснел, замахав своим «артефактом» из стороны в сторону.

— Стой-стой, считай, я испугался, только не выбей мне глаз.

— Смеешься? Это защитный артефакт! С ним мне светило твердое «отлично», а теперь что? Ты раздавил его своей тушей!

Вот на этих словах я перестал веселиться.

— Послушай, недоартефактор, если бы не моя туша, ты бы уже лежал в Целительском крыле. Тебя разве не учили не гулять там, где не надо, а? И не хочу тебя расстраивать, но этот твой «защитный» что бы там ни было — простой булыжник. Максимум бы тебя по головке за него погладили, и то в качестве утешения. Гуляй!

Усмехнувшись, я похлопал парня по плечу и обошел несчастного. Ужасно хотелось быстрее скинуть грязную одежду и помыться.

— Ты не понимаешь! — прозвучало мне вслед. — Меня бы не затронула твоя магия, артефакт сильный, защита бы сработала идеально. Мне нечего было бояться!

И вот зачем я вступил с ним в диалог? Видно же сразу, что полный неадекват.

— Так ты специально бродил тут, дожидаясь, пока кто-нибудь не придет на полигон? Чтобы проверить свой камушек?

По его красноречивому молчанию я понял, что попал в самую точку.

— Шизик. Даже мне, далекому от артефакторики ясно, что твой камень пуст, как и твоя голова, видимо. Ноль магии, уясняешь?

— Ты не далек от артефакторики, ты просто недалекий, — огрызнулся парень и поспешил ретироваться.

Мне оставалось только негодующе смотреть ему в спину. И вот за последние слова даже бить его не хотелось — жизнь сама с этим справится. Но за испорченную тренировку все равно было обидно, хотя сам виноват — не стоило пренебрегать защитным куполом. Сколько раз де Фарон твердил нам про безопасность. Казалось бы, за четыре курса стояло уяснить, что в любую минуту может случиться то, чего вообще не ожидаешь.

Глава 2

Эльфийские леса, 7-ой Микрорайон, Дом «Белого созвездия», более известный как Белый Дом

Меридиана Ригель

«Главная Межрасовая Академия, в отличие от столичной Королевской Академии, греющейся в лучах дворцовых стен, была заложена многие века назад на отшибе государства, что было и большим ее минусом для роста престижности, и великим спасением от всякого влияния высших департаментов, хотя не от бюрократических проволочек. Расположение Академии вблизи провинциального городка, недалеко от пограничного морского порта было продиктовано исторически, ведь смешанное расовое обучение не всегда одобрялось и приветствовалось в обществе. И в наше время существуют Демонические Академии и Академии цветочных фей, не говоря уже об Академиях Оборотничества и Колдовских учебных заведениях, в которые по новым уставам может попасть каждый желающий при условии сдачи определенных вступительных экзаменов. Другое дело, что не каждая магисса способна сдать физподготовку на факультете оборотней, и не каждый человек может разглядеть в темноте катакомб виноградинку, подобно вампиру, а так — сплошные свобода и равноправие.

С неизбежным течением времени когда-то созданная для всякого, не владеющего магией, сбро… создания, ГМА превратилась в крупнейшее учебное заведение страны. Некоторые считают его еще и лучшим, по крайней мере, каждый поступающий уверен в этом, а каждый преподаватель после вовремя выданной премии готов в этом поклясться. Но что духов обманывать, Межрасовая Академия, действительно, интересное место. Где же еще вы увидите вампира на кафедре целительства, человека на ведьмовском факультативе или фею в рядах некромантов? Главное, чему учит ГМА своих адептов — никогда не сдаваться, ведь вы не знаете, сколько талантов в вас сокрыто».

— Талантов, говорите? — вздохнула я, перелистывая в конец тонкой книжки, где можно было найти подробные иллюстрации всех корпусов, полигонов и парков Академии.

Необычная манера изложения информации в «Достоверном путеводителе по ГМА» наталкивала на мысль, что автором являлся ее ироничный выпускник, нацеленный на привлечение внимания к Академии, пусть и двоякого. Если честно, мне даже понравилось. Место, где всем будет абсолютно безразлично, кто я такая и как тут оказалась, а главное - зачем.

— Неплохо звучит, да, Лорди? — я погладила свернувшегося под боком белого кота, но тот даже не шелохнулся. Никакого уважения к хозяйке, что, правда, не мешало ей, то бишь мне, вечно говорить с пушистым властителем моей кровати.

— Но сейчас нас должно волновать другое — как оказаться в двух местах одновременно?

Вообще, вот на это у меня уже был подготовлен ответ. Надо было только решиться.

Раздался стук и, не дожидаясь разрешения войти, дверь комнаты открыли. Я спрятала брошюру за спину, неестественно прямо выгнув спину. Хотя, почему неестественно? Вполне себе достойно для эльфийки. По крайней мере, по взгляду мамы я видела, что за это меня отчитывать не планируют.

— Меридиана, тебе давно пора быть в холле. Гости прибывают. И хватит сидеть — помнешь шелк.

— Извини, дай мне всего секунду.

Мама щелкуна пальцами и изогнула светлую бровь. Да, секунда прошла. Пришлось подавить вздох и мягко уточнить:

— Я выразилась фигурально. Две минуты, и я выйду.

Как только дверь снова закрылась, я опустила плечи и выдохнула.

Брошюра была быстро спрятана в тайник за книжным шкафом, а я даже не забыла посмотреть в зеркало и поправить лепестки цветов на платье.

Сегодня наш дом принимал гостей в честь господина Ригеля. Мой отец вот уже как пятнадцать лет возглавлял Совет Эльфийских лесов. В Темные времена это значило бы, что он являлся одним из эльфийских королей, а наш род —хранителем всех Домов подвластных земель. Как прекрасно, что мы уже давно не живем в Темные времена! Однако даже сейчас в Эльфийских лесах не все знали, что такое новые магэпы на приводе магических сфер, а я бы отдала фамильное колье за возможность поуправлять одним из этих новых экипажей.

Чета Ригель стояла около главной лестницы просторного холла. В хрустальных лампах искрились белые огни сотни свечей, а лилии украшали стены и свисали на покрытых серебром лианах с потолка. Лилии — любимое цветы мамы. Я ненавидела лилии, мне нравились розы, красные розы. Их в нашем доме не бывало никогда.

Мама с отцом смотрелись вместе изумительно. Оба беловолосые и зеленоглазые, статные и грациозные. Чистокровные эльфы, они умели держать лицо в любой ситуации, всегда оставались с ясной головой и всегда вежливо, но холодно улыбались. Порой мне казалось, что отец больше склонен к импульсивности, а мама же всегда его приземляла. Но папа не любил говорить не по делу, по крайне мере, со своей младшей дочерью, так что его я знала довольно плохо. Однако так было до недавнего времени.

— Меридиана, вы копия своей матери в юности! — воскликнула рядом пожилая эльфийка. Как и положено в честь сегодняшнего праздника, она оделась в серебристые цвета, отчего была похожа на белую мумию, платье окутывало ее высокую фигуру как саван. Я испугалась, что и сама представляю похожую картину — бледную, потухшую, сливающуюся с окружением.

В мыслях всплыла строчка из прочитанного «Достоверного путеводителя»: «Где же еще вы увидите вампира на кафедре целительства или фею в рядах некромантов?». Я точно знала, где не увижу — в Эльфийских лесах.

— Благодарю, госпожа Олифель, — склонила голову перед старшей эльфийкой, а мысленно добавила: «Да не приведи духи предков».

Кажется, решиться мне помогла всего одна фраза, так что напишу в завещании, что во всем случившемся можно смело винить госпожу Олифель. От нервов хотелось постоянно чесаться, но надо было продержаться еще пару часов, источая любезность. Было сложно, а еще обидно, ведь родители так и не заметили моего состояния. Не чувствовали беспокойства последних дней. К этому я, конечно, и стремилась, быть пойманной с поличными означало крах всех планов. Однако все равно неразумное желание, что мама заметит мои настоящие эмоции хотя бы сейчас, билось где-то глубоко внутри. И я даже услышала его звук. Такое отчаянное тихое шипение. А потом предупредительное грозное мяуканье. И тут я поняла, что так точно не умею.

Глава 3

Два месяца спустя. Территория Главной Межрасовый Академии

Беатрикс де Вон

Магическое послание достигло меня на Центральной аллеи основателей Академии. Такие же искрящиеся письма летали над головами адептов в поисках адресатов с самого утра.

«С первым учебным курсом! Твои папа и мама» — гласила записка, истлевшая тут же, как я ее прочитала. Смешные, право слова, поздравляют с первым учебным курсом уже третий раз.

Вокруг сновали адепты, еще веселые, легкие, не побитые реалиями академической жизни, встречались после каникул с друзьями или возвращались из города, навьюченные покупками к новому учебному году. Первокурсников всегда можно было различить в толпе, лица у них были особенно раздражающие, пятикурсников тоже легко приметить — слишком прожженные, циничные выражения глаз, уже с первого дня проклинающие все выпускные работы.

Неся в руках стопку библиотечных книг, я старалась смотреть только вперед, не попадаясь никому на глаза. Это меня и сгубило. Если бы смотрела, кто идет рядом, удалось бы скрыться прежде, чем услышала над ухом веселый голосок Саваны Фэй.

— Трикс! Какая чудесная встреча. Могу я рассчитывать на тебя в этом году? —-воскликнула она, приноравливаясь к моему быстрому шагу.

Фея уже успела облачиться в форму своего факультета: сиреневую клетчатую юбку, белую блузку с эмблемой в виде цветов на фоне фейерверков. Вот только картинку прилежной адептки портили сумка через плечо, гремящая значками, и сползший на голень полосатый чулок. Со своими болотистыми волосами, собранными в высокий хвост, Савана Фэй всегда была приметной.

— Нет, — ответила лаконично, ускоряя шаг, но фею это нисколько не смутило.

Ее «могу ли я рассчитывать на тебя» означало желание приобщить кого-то к волонтерской работе в «Вестнике адептов», главным редактором которого Савана и являлась. Но поверьте, никому бы я не посоветовала вписываться в дела этой несчастной газетенки Академии.

— Расскажешь, что приключилось на этот раз? — спросила Фэй, явно имею в виду мое очередное отчисление.

— А ты еще не в курсе? — съязвила, холодно улыбаясь.

— Я слышала, драка с летальным исходом.

Вот мне даже удивляться не хотелось, но пришлось.

— Думаешь, я сейчас шагала бы свободной адепткой, если бы с летальным?

— Может, с полу-летальным? — кровожадно спросила Савана, перепрыгнув через клумбу.

Полу-летальным будет мой случай, если я не верну книги в библиотеку до обеда.

Игнорируя назойливую фею, завернула в сторону главного корпуса, мерцающий на солнце шпиль которого, кажется, упирался в самое небо. Песочные стены основного здания Академии грелись на осеннем солнце, пока что еще довольно теплом. Правда, это никак не спасало от сквозняков, живущих во всех коридорах ГМА.

— А у тебя новая соседка, — провозгласила Савана, заставив меня обратить на себя внимание.

— Откуда знаешь?

— Видела списки распределения. Ну бывай, моя хорошая!

Фея изящно упархнула, заметив в толпе однокурсниц.

Соседка, еще чего не хватало. Я ненавидела соседок, совершенно любых. В прошлом году мне удалось дать хорошую взятку завхозу, чтобы он предоставил отдельную комнату, хотя от неприятностей это меня никак не избавило. Комната, конечно, оказалась у самого чердака, зато была только моей. Но сейчас родители заплатили огромную компенсацию за принесенный моральный ущерб после одной магической дуэли, и меня пока что лишили всех карманных денег… Ха! Моральный ущерб. Скажите спасибо, что, вообще, смогли отлепить тельце этой чокнутой от земли.

Тряхнув волосами, я сосредоточилась на более насущной проблеме, чем соседка, — вернуть книги, а то библиотекарь меня со свету сживет.

Перед стендом на первом этаже общежития, где вывесили списки распределения по комнатам, я оказалась только через час, выслушав долгую тираду о чувствах стыда и совести, которых современные адепты напрочь лишены. Госпожа Бланчефлеер, на вид невинный одуванчик с непроизносимым именем, на самом деле была библиотекарем со стажем в тридцать лет и знала свое дело. Она могла пристыдить любого, и того, кто никогда не страдал этим чувством, и даже тех, кто нигде не провинился.

Найдя свое имя, я увидела, что мне отвели комнату номер сто двадцать семь на третьем этаже. Не та ли это, где прошлой зимой устроили пожар? Рядом гласило, что моей соседкой является некая Диана Лютвиль. Распространенная фамилия среди эльфов. Значит, нежное создание. Что ж, если повезет, она самостоятельно решит вопрос переезда с завхозом, как только узнает, с кем ей придется жить.

В комнату я входила уверенно, словно прожила в ней всю жизнь, хотя из вещей у меня сейчас лишь те, что на мне. Чемоданы должны были доставить только к вечеру. Как я и предполагала, пожар был, потому что характерный запах жженой бумаги ударил по ноздрям с самого порога. Никакой соседки не наблюдалось, хотя на одной из кроватей и стоял саквояж. Старомодный, с большой неудобной ручкой, таких уже лет десять никто не выпускал.

Спинку деревянного стула у углового стола тоже пометили — на ней висел длинный черный плащ, полы его лежали на полу, собирая пыль. Интересный наряд. Я еще помню, как в таком у меня бабушка красовалась на местных ярмарках.

Собственно говоря, еще одна кровать с клетчатым пледом, второй стол, только у окна, и один большой шкаф с четырьмя отделениями и были обстановкой комнаты. Ничего особенного: все, как у всех. Только окно досталось со старой рамой, придется затыкать свозящие щели подушками, но хоть подоконник широкий, заслонку от зимних ветров можно будет соорудить потолще.

Пока я размышляла, как выбить у завхоза дополнительное одеяло, дверь за моей спиной открылась. Обернувшись, я увидела высокую стройную блондинку со слегка раскосыми зелеными глазами, розовыми щечками и мило торчащими острыми ушками. Она походила на испуганного пушистого котенка. К слову, она, видимо, действительно, испугалась, потому что застыла на пороге, как каменное изваяние.