Академии Тьмы и Света: Эстетика интриг

Пролог

Полтора года назад

Брейгель, тогда еще Свободные земли

Архелия придирчиво оглядела кабинет лорда Слейта, который тот любезно предоставил для беседы важных гостей. Да уж, лорд Аркелл Слейт просто помешан на роскоши: довольно просторное помещение больше напоминало королевскую приемную, чем простой кабинет. Большой дубовый стол, шкафы вдоль стен с книгами — причем новыми, не потрепанными, и Архелия очень сомневалась, что Аркелл действительно их читает. Стены были покрыты тканевыми бежевыми обоями с золотистыми узорами, легкий газовый тюль рассеивал свет. За обитым кожей креслом с высокой спинкой на стене висела картина с пейзажем гор. Хель без труда узнала стиль художника, творившего пять веков назад. Зная страсть брейгельского лорда к дорогим вещам, Архелия некоторое время размышляла, отличная подделка это или оригинал.

— Со стола все убрать, — велела она лакеям, — принести карту континента, бумагу, перья с чернилами. Пусть из погреба возьмут несколько видов вина, коньяк — говорят, Авенир очень его любит. И кресла. Нас будет много, найдите еще кресла.

Пока лакеи беспрекословно исполняли её приказ, сама Хель зубами вспорола себе запястье и позволила крови ручьем стекать в железный кубок. Убиравший со стола лишние книги и исписанные документы лакей испуганно покосился, но ничего не сказал.

Кровь перестала стекать довольно быстро, рана затянулась. Хель дождалась, пока лакеи выполнят свою задачу, и прогнала их прочь. Суеверные простаки не были против — им наверняка казалось, что Архелия в любой момент может их проклясть. С трудом удалось сдержать усмешку. Впрочем, так даже лучше — никто не помешает наложить на комнату заклинание ограничения — все слова, сказанные в ходе беседы, не уйдут дальше стен этой комнаты.

Читая заклинание, Архелия окунала указательный палец в теплую красную влагу и чертила небольшие, где-то с ладонь, знаки на двери, на подоконниках и стенах. Они тут же вспыхивали и исчезали, не пачкая и не оставляя следов, но она чувствовала их слабую пульсацию. Несомненно, знаки ощутит и Авенир, но он без труда отличит их природу и поймет, что никакой угрозы они не несут.

Дверь распахнулась, и лакеи начали затаскивать мебель — кресла и софу. Со стола убрали все, поместили туда подробную карту, рядом поставили запечатанные бутылки.

Лакеи ушли, и почти сразу в кабинет ворвался Катрей - скоро он выиграет в войне, котораятолько начиналась. Будущий князь - или король? Если кто и был достоин, то только он: мудрый, переживший не одну империю, первородный вампир знал, какие ошибки ни в коем случае нельзя допускать. 

Чужой человек сказал бы, что лицо его было отстраненным, но знавшая Катрея тысячу лет Архелия заметила, как едва заметно насуплены были брови. Недоволен предстоящим разговором? Не понравилась демонстрация силы Авенира?

Катрей сел в кожаное кресло с высокой спинкой во главе стола, ни на секунду не задумываясь, что оно принадлежит другому. 

Сразу же открылась дверь, и вошли драконы — Авенир, будучи вождем, сел в кресло напротив Катрея, его спутники остались стоять по бокам. Архелия с интересом пригляделась к ним. Вроде как Ингвар является наследником Авенира, вот только кто из них кто?

— Я помню твой приезд тысячу лет назад, Катрей, — неожиданно тепло начал Авенир. — Воспоминания размытые, ведь тогда я был мальчишкой.

— Твой отец был великим вождем, Авенир, и я благодарен ему и тебе за века бережного хранения артефакта. — В знак уважения Катрей чуть склонил голову.

— С чего вы вообще взяли, что Стааб ищет божественные артефакты? — усомнился Авенир. — Может быть, он заполучил Разящий, но до остальных добраться будет проблематично.

— Император уже начал завоевывать окружающие территории. — Катрей провел ладонь по юго-западной части карты, на которой еще было указано королевство Эремон, соседствующее со Стаабом. Вот два года как оно было захвачено и перешло во владения императора. — Он подписал договор с Альенде. Города Таврион и Ревирия думают над его предложением, но велик шанс, что согласятся. Хотя по факту этот договор забирает их независимость. Он пытается пока мирно поглотить Свободные земли. Что будет после этого? На пути к Каринтии и Вормессу у него будут Драконьи горы. При все уважении, Авенир, ваш народ считается вымирающим, драконов не так много. Он может найти способ перебить всех вас.

Голос Авенира стал чуть более сух:

— Именно поэтому я не могу найти причин, чтобы ввязываться в эту войну и создавать возможность потери хотя бы одного моего подданного. Мы долго живем, но не бессмертны. К тому же в последнее время драконы почти перестали рождаться.

— Потому я и предлагаю вам отстоять наши дома. Вместе. Не позволить южному ублюдку с помощью артефактов уничтожить нас, — уверенно произнес Катрей.

Ралина, приближенная Катрея, многозначительно прокашлялась и, дождавшись, пока все обратят на неё внимание, мило улыбнулась:

— Если позволите… Эта проблема решаема. За помощь в военной кампании Катрей может договориться со своими союзниками из Вандеи об изучении вашей проблемы, а также подключить к исследованию одного из самых величайших умов. Мага, который творит безумно сложные заклинания. — И эта чертовка перевела хитрый взгляд на Хель.

Архелия удивленно подняла брови, встретив её взгляд.

— Что? — пожала плечами Ралина. — Хватит уже прятаться в своем замке, используй наконец свои знания для дела.

1.1

Глава 1

Рейвен Маринер, 

ректор Академии Темных Чар

Просторный коридор Темной Академии был переполнен студентами. Они смеялись, вскрикивали, громко спорили, тяжело вздыхали - словом, обычная перемена. Время, когда можно отдохнуть от знаний, методично впихиваемых в молодые головы назойливыми преподавателями.

Я не любила шум, но за долгие годы работы в учебных заведениях привыкла к нему и даже научилась абстрагироваться. Меня успокаивало понимание, что вскоре начнется очередная пара, коридоры опустеют, и невыносимый гомон сменится практически гробовой тишиной.

Без труда лавируя в толпе, я едва заметно кивала в ответ на приветствия студентов и преподавателей. На глаза попадались те, с кем следовало бы побеседовать, но времени не было, так что им повезло.

Официального известия о крайне важном научном исследовании не было, но, конечно же, все обо всем знали. Я не признавала и не отрицала, но неожиданное появление драконов в небе пару часов назад подтверждало слухи.

Драконы - невероятно сильная, могущественная раса, живущая в среднем около тысячи лет. Долгое время они оставались полусказочными существами, так как веками предпочитали жить уединенно, и дальше непроходимых гор, названных в их честь, не выбирались. Но год назад, неожиданно для всех, ввязались в военный конфликт. Как оказалось, не просто так: они заключили взаимовыгодный договор с нынешним нашим князем - поддержка драконов в войне против Стааба, а взамен помощь в решении, пожалуй, единственной их проблемы.

Драконы - практически идеальные существа. Живут долго, стареют лишь в последнюю сотню лет, регенерация вызывает зависть у всех остальных рас, разве что кроме вампиров. Но, несмотря на это, величественная древняя раса постепенно вымирает. Драконицы редко беременеют, и даже после этого шанс выносить ребенка крайне низок. Сейчас, по словам вождя драконов, их осталось чуть больше двух тысяч, хотя пятьсот лет назад их было около пяти тысяч. Сами драконы не смогли ничего сделать, им пришлось обратиться за помощью.

Проводить крупное научное исследование вполне логично решили в научном и культурном центре бывших Свободных земель, а ныне королевства Дагомея. Вандея - город, в котором сосредоточено с десяток университетов и академий разной направленности, где же еще решать такую серьезную проблему?

Базой для исследования сделали Темную Академию. Выбор абсолютно субъективный - полгода назад я помогла главе исследования Архелии Марибо, что и повлияло на решение. Светлые, конечно возмущались, но сделать ничего не смогли. Особенно долго упорствовал новоиспеченный ректор Светлой Академии Себастьян Эрриан. Он-то меня и беспокоил, к сожалению, придется с ним работать, несмотря на заочную неприязнь: изучать проблему драконов будут на базе Темной академии, но делать это будут лучшие ученые современности, в числе которых, увы, и светлые. Драконов и Архелию Марибо не интересовали наши со светлыми склоки, они целиком были сосредоточены на результате. Логично, это я могла признать, но при мысли о работе с ректором Светлой академии в груди поднималась буря протеста. Причин было много - как сугубо профессиональных, так и личных. О последних, впрочем, я ни говорить, ни думать не хотела. Но не получалось.

Направляясь в аудиторию, подготовленную для встречи, я кричала, плакала, избивала Себастьяна Эрриана. Все это мысленно, разумеется. Снаружи я сохраняла маску невозмутимости, делала это легко, играючи: за несколько лет работы ректором Темной Академии и еще раньше, работая преподавателем в Салеме, этот навык выработался до автоматизма. Даже самые близкие друзья не могли бы выявить на моем лице волнения.

А между тем я захлебывалась в яростной обиде на Себастьяна Эрриана. Старая, давно заросшая рана вдруг открылась - через столько лет. Я тщательно похоронила свое прошлое, больше десяти лет не возвращалась в место, где родилась, и не видела кровных родственников. Правда, с последними вовсе не горела желанием увидеться вновь, так что сильно не переживала.

Эрриан разрушил мою жизнь, сделал меня черствой, озлобленной и холодной, словно льдина. Когда став моим наваждением, моей любовью - первой, горячей и, как оказалось, единственной, он пробрался в самое сердце, заставил довериться себе… чтобы пройтись по мне разрушительным огнем - жарче, чем огонь драконов. И сейчас мне предстояло встретиться с ним спустя четырнадцать лет.

Так что меня интересовал вопрос - помнит ли он меня так, как помню его я?

Может быть, у него были еще такие влюбленные дурочки, которых он использовал, и я одна в целой череде его любовниц. Вполне вероятно, ведь в прошлом он был очень красив, статен, богат и обаятелен. А что еще нужно для того, чтобы влюбиться юной девушке?..

С трудом погасив рвущуюся наружу магию, я открыла дверь в аудиторию и вошла, равнодушным взглядом мазнув по собравшимся. Для удобства столы сдвинули в форме буквы «П», чтобы каждый мог видеть друг друга и спокойно обсуждать проблему.

Кучкой сидели мои подчиненные, преподаватели Темной Академии. Они недовольно зыркали на светлых, но молчали, вовремя уловив угрожающий взгляд Архелии Марибо. Из темных, пожалуй, дружелюбный вид имел Том, мой незаменимый помощник. Именно он в последнее время вел дела со светлыми. Началось это примерно тогда, когда в противостоящей нам академии сменился ректор.

Ученые и преподаватели из Светлой Академии расположились на противоположной стороне. Было их чуть больше, все-таки там больше как штата, так и студентов. Нынче темная магия не в моде, студенты рвутся к свету.

1.2

Предательский румянец окрасил щеки в красный цвет - а может, мне просто так казалось. В любом случае, сохранить невозмутимый вид удалось с большим трудом.

- Итак, все в сборе, - кивнула Архелия, задержав взгляд на мне. - Давайте начинать.

Я присела вместе со своими подчиненными, как раз напротив Эрриана. Но в его сторону не смотрела, целиком сосредоточилась на Архелии и двух драконах, сидевших за главным столом.

- Сегодня здесь собрались, - начала Архелия, поудобнее усевшись в центре, -  самые умные люди современности, будь то светлые, темные маги и вампиры. В нашей помощи нуждается раса драконов, которая медленно, но верно умирает. Они живут тысячелетие, и поэтому природа позаботилась, чтобы земли не были перенаселены одними драконами - их женщины способны рожать лишь раз в несколько столетий.

Мысль подхватил Авенир, вождь драконов:

- Но в последние полтысячи лет и эта способность стала угасать. Драконицы практически не беременеют, а если это случается, то крайне велика угроза выкидыша. За четыреста лет родилось всего два ребенка, причем один из них не дожил и до трех лет. В ваши руки я вверяю нашу судьбу, и поверьте, тех, кто поможет нам справиться с главной проблемой, мы озолотим.

Авенир выглядел величественно, даже сидя за университетской партой. Власть чувствовалась в повороте его плеч, уверенном взгляде, четких суровых фразах. И вместе с тем видна была его простота: туго стянутые в хвост каштановые волосы, неброская, местами запыленная одежда, поношенные сапоги, испачканные в светло-коричневой глине. Два последних короля Вормесса, члены Совета города Вандеи, князь Катрей, - словом, все правители, с которыми я была в свое время знакома, выглядели более презентабельно. Но сложно выглядеть по-королевски, когда ты несколько часов летел в обличье дракона, а потом спешно переодевался.

Пока он говорил, я с удивлением рассмотрела на его усталом лице едва заметные морщины - естественные признаки старения. Значит, Авенир доживает последнюю сотню лет, которую проведет, как человек - медленно увядая, слабея и, наконец, умирая.

Эта мысль и подтолкнула меня к изучению второго дракона. Ингвар, старший сын и наследник драконьего трона, был очень похож на отца: темные волосы, карие глаза, хищный разлет бровей. Вот только кожа чуть смуглей и телосложение более стройное. Последнее можно было списать на относительную юность - лет триста, для драконов еще даже не расцвет сил. Еще заматереет, станет более грузным.

О сыне как раз и говорил Авенир:

- К сожалению, я не могу постоянно находиться в Вандее, но оставляю вместо себя наследника. Ингвар будет тщательно следить за исследованием и обо всем докладывать мне.

Сам Ингвар отмалчивался, не протестуя против главенствующей роли своего отца. Он спокойно мазнул взглядом по собравшимся, в том числе по мне, и вновь уставился куда-то в пустоту.

- Сегодня же, пока я присутствую здесь, хочу услышать ваши мысли и предложения, - подытожил Авенир и посмотрел на Архелию.

- Итак, кто хочет начать? - деловито спросила она.

Светлый маг, старик лет семидесяти, скромно откашлялся, привлекая внимание, и каркающе начал:

- Если позволите, леди Марибо… Раз уж вы упомянули действия природы, то смею предположить, что сокращение популяции драконов - вполне естественное явление. Может быть, боги сглупили, создав долгожителей, и сейчас исправляют свои ошибки.

Что за пафосный бред! Я едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. Поразительно, но среди профессоров я заметила необычную тенденцию - чем старше и мудрей они становились, тем более резкие и зачастую нелепые взгляды выражали.

- И что теперь, оставить драконов умирать? - ехидно поинтересовалась я. Нет, ну сами боги велели поиздеваться над светлыми.

Еще одна любопытная деталь - стоит только опровергнуть напыщенные слова пожилых профессоров, как они покрывались забавными красными пятнами, словно хотели покраснеть от злости, но не получалось сделать это полностью. Проверено на моих подчиненных, которых бесил такой молодой начальник, как я.

- Да я… да вы…

- Стаабские дикие кошки тоже считаются вымирающими, и что теперь, перестать их спасать? - продолжала язвить я.

Краем глаза я заметила, как усмехнулся Себастьян, тут же спрятав улыбку. Ввязываться и защищать «своего» он не стал, видимо, был согласен со мной, но не захотел вставать на сторону темной.

- Тем не менее, не стоит совсем отказываться от этого варианта, - по-дипломатичному мягко заметил мой помощник Том. - Нужно провести исследование, взять кровь на анализ и прочее.

Архелия согласно кивнула и, поднявшись, написала на доске «Из-за продолжительности жизни».

- А что, если это проклятье? - предположила молодая женщина из светлых. Я обратила внимание на её безумно красивые красные волосы. - Может быть, когда-то в древности наложили медленно действующее проклятье на всех драконов.

Архелия заинтересованно хмыкнула и написала следующий пункт на доске: «Давнее проклятье». Подумав, приписала двоеточие и включила два подпункта - «На крови (магия крови)» и «Через предков (некромантия)».

1.3

- Вы заставили меня ждать слишком долго, ректор Маринер, - улыбнулся Эрриан.

Какая многозначная фраза! Не подразумевает ли он, что…

Прошло ведь столько лет.

Все внутри сжалось, но бурю в душе удалось подавить. Лишь губы чуть дрогнули, но это мог заметить только наблюдательный человек.

- Неужели? - Получилось холоднее, чем планировалось, - из-за волнения. Эрриан ничуть не оскорбился.

- С самого моего прибытия в Светлую Академию я несколько раз отправлял вам приглашения для встречи. Разве вы их не получали? - притворно удивился он.

Нет уж, я не выдам себя! Не отрывая взгляда от его лица, я безмятежно улыбнулась и ответила:

- Сами понимаете, как много дел у ректора! Документы, исследования, первокурсники, финансы… Когда под контролем буйные, да еще и склонные к темной магии молодые парни и девушки, весьма опасно отвлекаться на всякого рода встречи. - Руки не глядя собирали со стола бумаги и документы в ставшую почти родной папку, с которой я редко расстаюсь. - Но я присылала к вам моего доверенного помощника.

- Да, Том весьма профессиональный сотрудник, - согласился Эрриан, неожиданно помогая собирать бумаги. Когда наши пальцы случайно коснулись, я неосознанно вздрогнула.

Проклятье!

- Однако сложно решать судьбу Академий с помощником, - с намеком произнес Эрриан и протянул мне собранную кучку бумаг, исписанных во время обсуждения. Я поспешно сунула их в папку и пошла к выходу, игнорируя все нормы приличия. Неудивительно, что Эрриан отправился следом. На ходу он веско добавил: - К тому же меня интересовала не только профессиональная беседа… Признаться, я наслышан о ваших достижениях в магических исследованиях.

О, не только в исследованиях. Я прекрасно владею магией, настолько тонко и искусно, что ни один профессиональный маг-сыщик не найдет моих следов. Впрочем, об этом знали лишь единицы, самые доверенные люди - и Себастьян Эрриан уже давно не входил в их число.

- Поэтому мне захотелось лично познакомиться с вами и, возможно, поработать вместе, - закончил он, когда мы были уже в коридоре.

С минуты на минуту закончатся занятия, и коридор заполнится студентами. Сейчас же мы шли по пустынному холлу наедине, и это обстоятельство крайне меня злило. Ну когда там звонок?..

- О, мне жаль, но я не увлекаюсь светлой магией, - как можно вежливее отказалась я от невысказанного предложения.

Эрриан чуть обогнал меня и теперь шел полубоком, с любопытством изучая мое лицо.

- Дражайшая госпожа Маринер, неужели и вы подверглись предубеждениям об отношениях светлых и темных магов?

Он вроде как спросил, но создалось впечатление, что отчитал меня. Пожурил, точно глупую студентку!

Щеки вспыхнули от злости, и я ответила уже резче:

- Я убеждена в тщетности связей между темными и светлыми магами. Слишком разные взгляды на мир, на людей, на самих себя.

Эрриан, гад такой, не отчаивался. Он вдруг насмешливо посмотрел на меня и хмыкнул:

- Видимо, вам придется менять свои взгляды, раз мы теперь в одной рабочей группе.

Как бы ни хотелось послать его в самое пекло, но Эрриан прав. Мы с ним занимаемся одной из версий вымирания драконов, и я не позволю личной неприязни повлиять на работу.

Хотя очень хотелось превратить Эрриана в мерзкую лягушку и выкинуть где-нибудь в болоте.

Но профессионалы так не делают.

К сожалению.

- Есть идеи, с чего начнем нашу работу? - поинтересовалась я, стараясь дышать глубже. Еще ни один студент, даже самый проблемный, не вывел меня из себя так, как это сделал Эрриан. Да еще так быстро!

- Вообще-то, есть, - кивнул светлый ректор и посерьезнел, смахнув с себя налет легкой насмешки. - В моей личной коллекции есть несколько крайне бесценных книг о драконах, я за ними охотился много лет. К сожалению, их приобретение оказалось бессмысленно.

- Почему же?

- Книгам около двух тысяч лет, они сохранились исключительно благодаря заклинанию стазиса. Соответственно, написано на том языке, которым пользовались в то время. Причем пользовались только в одной местности, - Эрриан интригующе помолчал, ожидая, пока я внимательно посмотрю на него, - книги написаны на салемском.

Теперь понимаю, к чему он клонит. Салемский, или древневедьминский, язык использовался исключительно ведьмами в далеком прошлом. Он давно считается мертвым, с ним даже поверхностно знакомы лишь единицы. Его запретили из-за того, что заклинания, произнесенные на салемском, (ддаже простейшие бытовые) получались слишком опасными и, что самое главное, необратимыми.

Я же знала его в совершенстве: самостоятельно изучила с помощью редких книг из городской библиотеки в Салеме, в закрытом разделе. Местный библиотекарь оказался крайне жадным человеком и легко закрывал глаза на мои посещения, как только в его руках оказывался увесистый мешочек с серебряными монетками.

Но мало кто знал о моих успехах. И Эрриан не мог выяснить об этом.

1.4

***

Отходить от встречи с прошлым пришлось долго. Ошарашенная секретарша в приемной проводила меня изумленным взглядом - еще ни разу ей не доводилось видеть свою начальницу ругающейся самыми грязными словечками. Да я и сама была удивлена своим познаниям.

Уже в кабинете, отбросив папку с документами на письменный стол, дрожащими руками налила себе немного коньяка: в кабинете каждого ректора есть тайник с алкогольными напитками. Как минимум, чтобы успокоить себя после беседы со студентами.

Коньяк помог. Дрожь прошла, сердцебиение успокоилось. Осталось только мысли привести в порядок.

Итак, Себастьян Эрриан в Вандее. В одном городе со мной. Я так долго не слышала о нем… думала, он уже давно женился, завел детей. Живет где-нибудь подальше от меня. Именно поэтому я тщательно избегала Вормесса и Лерны. Особенно Лерны - в этом городе он родился и вырос, велика вероятность, что и жить он остался там. К тому же, если я не ошибаюсь, Себастьян являлся сыном правителя Лерны и его наследником.

Видимо, нет. Когда я услышала о новом ректоре Светлой Академии, сначала не поверила своим ушам. Но нет, вместо того, чтобы править в Лерне, Эрриан выбрал профессию преподавателя и в какой-то момент очутился здесь, в Вандее.

Мне не хотелось верить в это. Четырнадцать лет я тщательно хоронила внутри воспоминания о нем. Не чувства, нет - любовь давно исчезла, следом за ней ушла и обида. Точнее, я так думала. Просто старалась не копаться в себе, сосредотачивалась на настоящем. А оказывается, до сих пор больно, обидно. Хотелось высказать ему все, ударить, бросить парочку смертельных заклинаний.

А еще - неожиданно даже для себя самой - хотелось расплакаться. Спросить, за что он так со мной? Неужели ему нравилось глумиться над наивной девушкой? Он ведь был таким обходительным, таким искренним… Да и сейчас такой.

Смахнув случайно скатившуюся по щеке слезу, я залпом допила коньяк и вернулась к столу.

Он не помнит меня? Замечательно. Я профессионал, не красивым личиком заработала себе кресло ректора в тридцать один год. Умею вести себя как деловой человек. Драконам я обещала помочь, уважение Архелии Марибо крайне важно - как-никак, она приближена к нашему новому королю, а его расположение может сыграть на руку Темной Академии. Значит, я буду работать с Эррианом. И сделаю все идеально.

Пусть даже для этого придется всю ночь отходить от встречи с ним.

- Ну что, определили, почему драконы перестали рожать мелких ящеров?

В кабинет ворвался Эдгар Марибо. Только он мог так нагло и безапелляционно ворваться ко мне - и только его я могу простить за дерзость. Когда-то он спас меня от гибели: будучи еще молодой аспиранткой Салемского университета, я отправилась на болота, чтобы собрать редкие травы, но так увлеклась, что не заметила, как попала в беду. Не знаю, каким образом среди непроходимых болот оказался Эдгар, а сам он так и не сказал. Его призвали боги, чтобы спасти мою жизнь, не иначе.

Совсем недавно я отплатила долг: нашла способ заблокировать особую, казалось бы, нерушимую связь. Каяр - специфичный вид брака, который невозможно разорвать, но у меня получилось создать заклинание, чтобы приглушить его. Заклинание не понадобилось: Эдгар помирился со своей каяриной, Архелией Марибо. Вот только факт того, что я постаралась ради них, остался, и именно поэтому Архелия решила проводить исследование на базе моей академии.

Сдуру при нашей последней встрече предложила Эдгару поработать в Академии преподавателем боевых искусств. Тогда мне эта идея показалась гениальной: Эдгар талантливый и опытный воин, оттачивающий свои умения в течение тысячи лет, если кто и сможет научить молодняк сражаться, то именно он.

Однако я поняла, что решение было слегка поспешным, едва Эдгар приступил к работе. Уже полтора месяца он вел боевые искусства у старших курсов. Те, спокойно переживающие теоретическую и практическую некромантию, а также теоретическую темную магию, которую вел зануда профессор Нерибас. На Нерибаса жалобы поступали регулярно - раз в неделю или меньше, он же безжалостно строчил докладные в ответ.

На Эдгара ябедничали каждый день. Точнее, умоляли отстранить его от работы. Надо сказать, что он в ответ не жаловался. О нет, Эдгар лишь лениво ухмылялся и отыгрывался на парах. После этого жалоб стало меньше - подозреваю, студенты уставали после тренировок настолько, что не могли даже взять в руки перья.

Сначала я переживала, остро реагировала на каждую жалобу. Даже посещала пары - конечно же, под пологом невидимости, чтобы посмотреть на процесс обучения, так сказать, в естественной среде. Хотя сомневаюсь, что Эдгар стал бы меня стесняться. Скорее, вел бы себя более вызывающе.

Увиденное, что поразительно, мне понравилось. Да, студенты ныли, стонали, мысленно расчленяя нового преподавателя. И Эдгар показывал себя как преподаватель-тиран. Даже более - он искренне наслаждался этой ролью, смаковал каждую крупицу бессильной ненависти студентов. Садист, истинный садист. Однако, посетив занятия спустя месяц после начала учебы, я обнаружила удивительное: уровень умений студентов значительно повысился. Совсем немного, но прошел ведь всего месяц.

Эдгар сотни лет муштровал людей, превращая их в великолепных воинов. Иронично, но в нем оказалась педагогическая жилка, и я была намерена её развивать.

Так что, оценив приобретенное сокровище, я стала выбрасывать все жалобы в мусорное ведро. И предвкушала результат.

1.5

Они продолжали игнорировать друг друга, в итоге первой не выдержала я.

- Что-то срочное, Том? - поинтересовалась я.

- Нужно проверить результаты реконструкции аудитории по практической темной магии, подписать документы о выходе из отпуска профессора Агилона, а также прочитать доклад об обустройстве наследника драконов в преподавательском общежитии. - Подумав, он добавил: - А еще в приемной ждет студентка, Инесса Бри, второй курс. Видимо, из-за вчерашнего инцидента.

- А, та рыжая кукла, - махнул рукой Эдгар, смотря лишь на меня. - Она пришла почти вместе со мной.

- Почему же ты не сказал? - удивилась я.

- Пусть помаринуется перед наказанием, - пожал плечами он. - Я не собирался провожать её к тебе, а твоя милейшая секретарша боится постучать в кабинет, пока я здесь.

Укоризненно покачав головой, я вздохнула и произнесла:

- Если тебе не трудно, проверь, как там Архелия.

- Понял, ухожу, - фыркнул Эдгар и встал, разминая плечи. Лениво скользнул взглядом по Тому и неторопливо вышел из кабинета.

Девочку, как сказал Эдгар, я еще немного «помариновала». Разобралась с делами Тома, прокомментировала его кандидатскую работу - какие недочеты есть, что нужно поправить и так далее. Раз уж я стала его научным руководителем, то буду прикапываться к каждой мелочи. Работа должна быть идеальной, это отразится и на моей репутации.

И только потом, проводив Тома, я пригласила Инессу Бри побеседовать.

Девушка выглядела несчастной. Заплаканные и покрасневшие глаза, нервозно прикушенные губы, сухие и воспаленные. Эту картину я видела в своем кабинете довольно часто. Причем в основном ревели первые два курса - юные, глупые, пока наивные.

Причина почти всегда была одна: профессор Ричард Верделет, молодой, обаятельный и холостой мужчина. Почти все девочки были беззаветно влюблены в него, писали записочки, жутко ревновали друг к другу и пытались профессора соблазнить. На мое счастье, Ричард не пытался развратить студенток и на все признания отвечал приглашением - но не в ресторан, а в мой кабинет. За что я была очень благодарна: не хотелось бы увольнять такого перспективного и харизматичного преподавателя.

А уж у меня в кабинете дурочки быстро теряли свою горячую влюбленность. Стоило придумать одно наказание - и сразу же все чувства пропадали. Но потом начинался новый год, приходили другие юные первокурсницы… И все возвращалось на круги своя.

- Итак, студентка Бри… - медленно начала я, откладывая бумаги в сторону. Сложив ладони в замок, прямо посмотрела на Инессу фирменным ледяным взглядом. Обычно под его тяжестью студенты сжимались в комок - снаружи или внутри, но нервозность была заметна в любом случае. Глубоко вдохнув, я повторила: - Студентка Бри, у вас невысокие оценки, многие преподаватели вами недовольны. Теперь же вы пытались напоить профессора Верделета собственноручно приготовленным приворотным зельем… Хотя зельеварение, если я не ошибаюсь, вы начнете изучать лишь в следующем семестре.

- Не ошибаетесь… - едва слышно проговорила Инесса, виновато опуская глаза.

- Какие ингредиенты вы добавляли в зелье? - холодно поинтересовалась я, заранее зная ответ. Все преподаватели знают ответы на заданные вопросы - другие просто не задаем.

Инесса неохотно прошептала что-то.

- Не слышу, - недовольно проговорила я.

- Сушеная шкура огненной саламандры, крылышко бабочки, волос возлюбленного… - забурчала она.

- Не знаю, в какой книге вы вычитали этот рецепт, - резко оборвала я и жестко добавила: - Шкура огненной саламандры при взаимодействии с человеческими частицами, такими, как волосы, ногти, слюна и так далее, вызывают эффект, подобный яду горного вепря. Смерть наступает моментально.

И без того светлая кожа Инессы стала еще бледнее. Она широко распахнула глаза и испуганно посмотрела на меня.

- Я… Я… О, Боги! - всхлипнула она, прижав руки к груди. - Я не знала!..

Еще некоторое время я терпеливо дожидалась окончания истерики, а потом холодно бросила:

- Достаточно слез. Вы чуть не убили профессора Верделета, пусть и неосознанно. Ваше счастье, что я не подписала документы об отчислении.

Инесса закрыла губы пальцами, с трудом сдерживая слезы. Она смотрела на меня с плохо скрываемой надеждой.

- На первый раз вы отделаетесь наказанием, - я чуть смягчила голос, но лицо оставила холодным, - но в следующий раз…

- Нет-нет, обещаю! Я больше ни на километр не приближусь к профессору Верделету! - искренне пообещала Инесса.

- Ну, на лекции к нему все же стоит ходить. А вот в его комнату в преподавательском общежитии не стоит.

Инесса горячо закивала, облегченно улыбаясь.

- Ваше наказание, студентка Бри, будет заключаться в следующем. Вам необходимо вручную, без помощи заклинаний, написать реферат на тему «Огненная саламандра как ингредиент в зельях. Предупреждение ошибок при составлении рецепта».

Инесса еще раз кивнула:

1.6

***

Светлая Академия была… ну, светлой. Высокие здания из белого мрамора, мощеные светлым камнем дорожки, сверкающие серебром на солнце крыши. Даже студенты вокруг были одеты в светлые одежды, несмотря на то, что официальной формы не было - бежевые брюки, камзолы у парней, светлых оттенков платья у девушек. И я, наряженная в темно-синее платье с закрытым горлом и длинными рукавами, в этой картине тепла и солнца выглядела чернильной кляксой. Неудивительно, что на меня глазели, с любопытством оглядывались и даже перешептывались. Некоторые даже напрягались и хмурились, но сопровождающий меня привратник одним своим нахождением поблизости успокаивал особо ретивых. Впрочем, я бы с удовольствием посмотрела, что умеют светлые…

Эта мысль меня немного развеселила и успокоила - самое то перед встречей с Эррианом.

Называть его по имени я не могла даже про себя, с фамилией как-то проще. Хоть так и больнее.

Привратник любезно довел меня до кабинета ректора и, поклонившись, ушел. Я озадаченно нахмурилась. И что теперь? Он не собирается оповестить о моем прибытии?

По идее, перед кабинетом должна была располагаться приемная, где работали секретари и ожидали встречи с ректором студенты. Так было в Темной Академии и даже в Салеме. Именно  поэтому, недовольно хмыкнув, я без стука открыла дверь и вошла.

Дверь же сразу вела в кабинет, и Эрриан сидел за столом. При моем появлении он отложил перо и поднял голову, сдержанно изогнув брови.

Щеки моментально покраснели, но я постаралась сохранить невозмутимый вид.

- Прошу прощения, я предполагала, что сначала будет приемная, - извинилась я, закрывая за собой дверь.

Эрриан чуть снисходительно улыбнулся, как будто сейчас совершила глупость нерадивая студентка.

Уже почти привычно я подавила вспышку злости.

- Перед официальным кабинетом действительно расположена приемная, - сдержанно кивнул Эрриан. - Но это мой личный кабинет, где я могу спрятаться от студентов и преподавателей с их вечными вопросами. Сюда я никого не приглашаю.

- Похоже, я исключение, - заметила я, присаживаясь в кресло напротив стола. Если то, что он говорит, правда, то второе сиденье притащили специально для меня. Миленько.

Эрриан внимательно посмотрел на меня и как-то странно серьезно сказал:

- Да. Вы исключение… госпожа Маринер.

Я внутренне напряглась. Показалось или нет? Он так выделил фамилию… Стоило взять другую. Менее символичную.

Но нет, Эрриан, отложив бумаги в сторону, поднялся и прошел к неприметной двери. Открыв её, он шутливо поклонился, пропуская меня вперед.

- Прошу, миледи, - насмешливо проговорил он.

Поджав губы, я вошла в дверь. Мы оказались в небольшом кабинете, стены которого были полностью обставлены книжными шкафами. В центре комнаты стоял широкий письменный стол - видимо, тут тоже заранее подготовились к моему прибытию, так как стульев оказалось два.

- Моя личная библиотека, - начал рассказывать Эрриан, обводя рукой полки с книгами. - Когда мне предложили пост ректора, я перевез их в первую очередь. Комната защищена несколькими сильными заклинаниями.

- Я чувствую отголоски темной магии.

Эрриан одобрительно улыбнулся.

- Все верно, для большей безопасности мне пришлось заплатить одному темному магу.

Я хмыкнула, но промолчала. Эрриану не стоит знать, что заклинание выполнено неаккуратно, я его снять могу за минуту, если не меньше. Правда, только его: здешние заклятья, сотканные из светлой магии, мне неподвластны.

Книги оказались действительно интересными. Я прошлась по комнате, неторопливо скользя взглядам по корешкам. Книги на разных языках, живых и мертвых, по разной тематике. Некоторые чуть поблескивали из-за защитной оболочки стазиса - так время не портило их.

Остановилась около одной из полок, находившихся как раз на уровне лица, когда заметила знакомые символы. Древневедьминский язык. Целый сборник книг.

Поразительно… столько не было даже в Салемской городской библиотеке. А Эрриан собрал. Сколько же денег он за это выложил? Наверное, можно купить половину Вандеи.

- Похоже, символы вас заинтересовали. - Голос Эрриана прозвучал невероятно близко.

Прямо за спиной.

Я едва заметно вздрогнула и резко обернулась. Так и есть: Эрриан оказался близко… очень близко.

- Может быть, вы знакомы с салемским языком чуть ближе, чем говорите мне? - негромко спросил он, опустив взгляд на мои губы.

Сердце взволнованно колыхнулось. Эрриан чуть наклонил голову, чтобы оказаться ближе, и когда он произносил слова, теплое дыхание ласкало лицо.

Волнение внутри оказалось настолько непривычным и забытым, что я не сразу его идентифицировала. Поразительно, но спустя года я все еще хотела его как мужчину. Ни одному человеку после него не удавалось вызвать во мне такое жгучее желание одним лишь… дыханием, даже не касанием.

- Что вы делаете, ректор Эрриан? - сухо спросила я и даже похвалила себя за ровный тон. Странно, как сильно отличалось мое поведение и внутренние переживания.

2.1

Обычно документы, бумаги, письменные принадлежности и прочее на моем столе находились в идеальном порядке. Исключение составляли дни во время зачисления первокурсников: сложно следить и за порядком, и за растерянным молодняком.

Сейчас же большую часть рабочего стола занимало то, чего раньше я ни разу там не видела. Собственно, за несколько лет моей работы на посту ректора я даже не фантазировала о подобном. И сейчас разглядывала это с искренним недоумением.

Белые нарциссы. Целый букет. Огромный. Поместившийся в плетеной корзине и занимающий чуть ли не половину стола.

И что мне с этим делать?

Упираясь подбородком в ладони, я ошеломленно рассматривала это белое пятно в корзине. Когда пришла в кабинет, они уже тут стояли. Наверное, Берта их принесла.

Призвав магию, я распахнула дверь в приемную и позвала:

- Берта!

Секретарша осторожно заглянула и, робко улыбнувшись, вошла.

- Вы что-то хотели, госпожа Маринер? - вежливо поинтересовалась она.

Кивком головы я указала на цветы и спросила:

- Это ты их принесла?

Тут же Берта расцвела, даже глаза её как-то странно заблестели.

- О, их принес посыльный! Заходить в Академию он не решился, но я вовремя проходила мимо главных ворот. Правда, посыльный не сказал, от кого они.

Тут и гадать не надо. Под цветами, там, где никто чужой не мог бы обнаружить, нашлась записка. Без подписи, лишь время и адрес встречи.

Сегодня, в восемь вечера. Ресторан «Непенф».

Свидание, замаскированное под деловую встречу. Всю прошлую ночь я не спала, думая об этом. О чем с ним говорить, как вести себя? Как вытравить слабачку Ировенн Сегнар, которая все еще пряталась где-то глубоко внутри? Она боялась встречи с Себастьяном, боялась того, что может сказать.

Но, несмотря на сомнения, какой-то частью души я с нетерпением ждала вечера.

- Ты несла букет через всю Академию? - подозрительно спросила я.

Берта закивала. Сегодня выходной день, пар нет, и многие студенты выбирались в город. Но большая часть оставалась: гуляли по аллеям, собирались в дружные компании.

Если хотя бы дюжина студентов заметила, как секретарь несет огромный букет прямиком в мой кабинет, то через час об этом будет знать вся академия.

Даже представлять не хотелось, в какой экстаз придут сплетники, когда узнают, от кого букет. Ректоры темной и светлой академий находятся в романтических отношениях - какой скандал, какой повод для кулуарных обсуждений!

- Разве вам не нравятся нарциссы? - растерянно спросила Берта, заметив мое недовольное лицо.

Не особо. Точнее, я к ним равнодушна. Себастьян знал, что Ировенн Сегнар питает слабость только к пионам, остальные цветы её не восхищали. И если бы сейчас передо мной стоял букет пионов, я бы заподозрила неладное.

Видимо, все-таки не узнал. Мои сомнения развеялись.

- Поставь их себе в приемную, - вздохнув, попросила я и осторожно отодвинула корзину. - У меня нет времени на эту ерунду.

Берта растерянно заморгала, но послушно выполнила просьбу.

Одна я была недолго. Практически сразу в кабинет зашла Архелия. Приветственно кивнув, она грациозно села в кресло и расслабленно откинулась на спинку. Само совершенство: бледная кожа, блестящие черные волосы, полные алые губы. Черное платье с узким лифом и пышной юбкой делало её еще более бледной, словно призрак.

Интересно, во сколько лет она стала вампиром? Кажется, Архелия навечно застыла между двадцатью и тридцатью годами, но в зависимости от одежды и прически можно было дать как больше, так и меньше.

- О чем задумалась? - спросила она, вскинув бровь.

Я слабо улыбнулась и соврала:

- О драконьей проблеме. Есть успехи?

- За три-то дня? - хмыкнула Архелия, дернув плечом. - Подобные исследования могут длиться годами, тебе ли не знать. Тем более, мы пока даже не уверены, что послужило причиной вымирания драконов: магия, боги или природа. Пока мы роем во всех направлениях, но это нас и тормозит.

- К счастью, драконы живут достаточно долго и могут подождать лет десять, - съехидничала я, но тут же одернула себя и спросила: - Тебе что-нибудь нужно для работы? Могу освободить тебя от занятий.

Архелия, улыбнувшись, едва заметно покачала головой. Если Эдгар стал полноценным преподавателем, то она решила взять полставки у пятого курса, причем по собственной воле. По её словам, решила поделиться мастерством с выпускниками.

- Оказывается, мне нравится преподавать, - призналась она, вернув выбившуюся черную прядь в низкий пучок. - Конечно, не так, как моему мужу, но все же.

Я рассмеялась, вспомнив о методах Эдгара.

- Да уж, - вздохнула я. - Посмотрим, что будет со студентами на сессии.

- Если они доживут, - хмыкнула Архелия. Некоторое время помолчав, она задумчиво проговорила: - Пожалуй, у меня есть еще одна просьба.

2.2

***

Для всех преподавателей была создана комната отдыха. Там можно было передохнуть между парами, подготовиться к лекции или просто перекусить, если нет времени сходить в столовую. В выходные здесь мало кто бывал, но я знала, кого точно могу увидеть.

Профессор Ричард Верделет, молодой, чуть старше меня, красивый мужчина. Любимец студенток. Из-за него я позавчера наказала студентку. Он сам её ко мне направил, и я понимаю, что Инесса совершила глупую ошибку, чуть не отравив преподавателя. Но профилактическую беседу нужно было провести не только с Инессой, но и с Ричардом.

- Доброго дня, ректор Маринер, - вежливо проговорил мужчина, не отрываясь от чтения книги.

- Доброго, Ричард, - я присела на стол напротив него и прямо посмотрела на прекрасного профессора. Красив, ничего не скажешь. Мечта любой женщины, что уж брать со студенток.

- Что-то не так? - ощутив мой интерес, Ричард отложил книгу.

- Позавчера меня по вашему приказу посетила студентка Бри.

Он не повел и бровью: каждый подобный разговор мы начинали с подобных фраз.

- Да, я сам её к вам послал, - кивнул Ричард и спокойно встретил изучающий взгляд. - Сразу после того, как чуть не отравился наскоро приготовленным любовным зельем. Вы не думаете, что стоит ввести курс зельеварения на первом курсе?

Не удержавшись, я приподняла уголки губ. Перевод темы уже тоже можно назвать классическим ходом.

- Мы сейчас не учебный план обсуждаем, а проблемную ситуацию.

- Со студенткой Бри?

- Со студенткой Бри, а до нее была студентка Хейзэл, еще раньше - Адамс, Брайн, Рэк и остальные. С эти нужно что-то делать.

Ричард чуть заметно нахмурился и пошутил:

- Ну не могу же я перестать быть милым.

- К сожалению, не можете, - согласилась я.

Я взяла книгу, повернула к себе и прочла название. «Исторический аспект в развитии чернокнижия». Именно за это я его и ценила: даже законный выходной Ричард уделял науке и самообразованию.

- Студентки не перестанут восхищаться тобой, Ричард, даже если ты начнешь носить иллюзию старого уродца. Обаяние никуда не денешь.

Мужчина криво усмехнулся и, откинувшись на спинку стула, скрестил руки на груди. Еще не защита, но уже оборонительный жест.

- Ричард, - повторила я, подавшись вперед, - я не хочу винить тебя, но надо что-то делать. На случай с Инессой Бри нельзя закрывать глаза, ведь она чуть не убила тебя, пусть даже по ошибке.

В комнату отдыха вошли еще два преподавателя. Профессор Кормак чем-то напоминал Ричарда: примерно того же возраста, тоже красив и харизматичен, но красота его была другая, более порочная. Если Ричард был на первом месте по количеству влюбленных девушек, то Кормак занимал второе. Правда, Кормак сам успешно отгонял от себя студенток после первого занятия. И здесь начиналось его сходство с другим преподавателем - с Эдгаром Марибо. Кормак вел практическую некромантию и обожал шокировать студентов на практическом занятии: то принесет истлевший труп на пару, то отведет студентов на кладбище и заставит поднимать умертвия. После такого развлечения любовь девушек пропадала сама по себе.

Жаль, что Ричард не умел отгонять от себя влюбленных так, как Кормак.

Второй преподаватель, Калиса Филикс, вела бытовую магию совсем недолго, всего год назад она стала преподавателем. Молодая, весьма робкая и немного наивная: она все еще верила, что студенты действительно сожалеют о невыполненном домашнем задании.

- А-а, Верделет! - хохотнув, похлопал коллегу по плечу Кормак. - Что, опять кто-то начудил из-за тебя?

Калиса негромко хмыкнула и присела как можно дальше, стараясь не мешать. Она раскрыла блокнот и что-то начала писать, абстрагируясь от нас.

- А что, может быть, научишь Ричарда паре приемов по избавлению от влюбленных студенток? - усмехнувшись, спросила я.

Кормак фыркнул, уселся рядом с Ричардом и заявил:

- Не получится, он слишком добрый. Впрочем… есть одна идея, которой уже давно пользуется наша дорогая Калиса. Почему бы тебе, Ричард, не начать носить обручальное кольцо?

Калиса вздрогнула и оторвалась от записи, недоуменно и как-то испуганно уставившись на Кормака. Тот вызывающе улыбнулся:

- Что, думала, проведешь меня такой ерундой? На студентов действует безотказно, со мной же такой спектакль не пройдет.

Проигнорировав начинающуюся любовную драму, я задумчиво прикусила губу и посмотрела на Ричарда.

- А что, это хорошая идея, - одобрительно кивнула я. - Две четверти студенток это успокоит, оставшейся горстке проще будет остудить пыл.

Кормак громко рассмеялся:

- А что, ректор выделит премию на покупку обручального кольца?

Я перевела взгляд на него и напоказ грозно прищурилась. Кормак подмигнул - незаметно для остальных. Его можно назвать моим приятелем, но только когда мы наедине. В остальных случаях Кормак соблюдал субординацию. Относительную, конечно: образцом для подражания он никогда не был.

2.3

***

Преподавательское общежитие несколько отличалось от студенческих: у каждого была не просто своя комната, а покои, состоящие из нескольких комнат - спальни, гостиной, кабинета, кухни и ванной. В общем, довольно комфортабельно. Правда, некоторые преподаватели, у которых были семьи, жили в городе и каждое утро приезжали верхом или на карете. Даже у меня в центре города пустовал особняк. Туда я приезжала редко, когда хотела побыть одна, и никто о нем не знал, даже самые близкие люди. Место, которое я не могла назвать домом, но в котором могла снять все маски: сильного мага, умного ректора, независимой женщины. Наверное, только те стены и видели мои слезы.

Что-то у меня сегодня весьма меланхоличное настроение. Даже подтрунивание над Кормаком не помогло. Может быть, это из-за предстоящей встречи с Эррианом?

Мотнув головой, я отбросила прочь мысли о светлом и постучала в дверь. Удары о деревянную поверхность почему-то отдались внутри.

Ингвар открыл дверь и улыбнулся одними губами.

- Госпожа Маринер, чем могу помочь? - вежливо спросил он.

Дракону около трехсот лет, но в это трудно поверить. Он казался моим ровесником. Вот в Архелии сразу можно было узнать тысячелетнее существо - глаза выдавали. В Эдгаре, если приглядеться, тоже. Но Ингвар казался молодым, возможно, даже наивным. В глазах не было многовековой мудрости, в чертах не проскальзывала смертельная усталость. Его так легко было принять за простого человека.

- Я хотела лично убедиться, что вас разместили с комфортом, - я улыбнулась в ответ.

Ингвар посторонился, пропуская меня в покои, и дружелюбно сказал:

- Меня все устраивает, Рейвен… Я же могу вас так называть?

Я кивнула и бегло осмотрела гостиную.

- Если вам что-то понадобится, вы можете смело обратиться к моему заместителю или ко мне, - предупредила я, присев на диван.

Ингвар сел в кресло напротив, подавшись вперед и положив локти на колени. Он смотрел на меня кристально чистыми глазами. Трудно поверить, что Ингвар способен превращаться в огромного дракона.

- Хотел лично поблагодарить вас за гостеприимство и участие, - сказал он. - Честно говоря, драконы отделились от людей еще до моего рождения, и для меня все в новинку. Вандея - чудесный город.

- Мне всегда было интересно, почему драконы стали затворниками? - поинтересовалась я.

Ингвар пожал плечами.

- Это началось давно, еще когда отец был молод - а ведь ему больше тысячи лет. Были какие-то конфликты с людьми, нас притесняли, и драконы, не желая воевать с изначально более слабыми противниками, ушли в горы. - Ингвар задумчиво смотрел в сторону, и только через минуту продолжил: - К тому же, союзов между нами быть не может - наверное, это тоже повлияло на затворничество драконов.

- Что вы имеете в виду?

- Союз дракона с другой расой обречен на провал. И не важно, оборотень это, фейри, маг или простой человек. От дракона способна зачать только драконица… да и с этим, как вы знаете, сейчас большие проблемы.

Да уж, знаю. На миг стало искренне жаль этих существ: их осталась относительно немного. Такие одинокие, закрытые… Я бы чувствовала себя запертой в клетке.

- Мы найдем ответ, - пообещала я.

Ингвар едва заметно улыбнулся:

- Я верю вам, Рейвен. Скоро будет год, как драконы начали улетать за пределы гор, но я весьма любопытен, так что узнал много информации о мире. В том числе о вас и вашей репутации. Если кто и сумеет разобраться с проблемой драконов, то наверняка вы.

- Ну что вы, - вежливо улыбнулась я, - наверняка моя помощь будет кстати, но разберется во всем леди Марибо.

Ингвар чуть нахмурил брови и покачал головой.

2.4

2.5

3.1

3.2

3.3