Академия Даркмунд. Мой кот - некромант

Пролог

Когда я только поступила в Королевскую Академию Даркмунд, то отчаянно нуждалась в советах. Я была очень внимательным слушателем, поэтому легко запоминала, кто из преподавателей не терпит вопросов на своих занятиях, а кого они приводят в восторг. Но прямо сейчас я с удовольствием обменяла бы все те полезные сведения на один единственный совет — никогда, ни за что, ни при каких обстоятельствах не ходить на вечеринки к некромантам.

— Будет весело, — отчаянно передразнивала я. — Они на третьем курсе и знают, что делают.

— Да брось, было ведь весело, — заискивающе улыбнулась Сельма, моя соседка последние полгода. — Да, потом всё пошло немного не по плану, но в целом…

— Они взорвали склеп! — от избытка эмоций я топнула ногой и посмотрела в звёздное небо. — Мы едва унесли ноги от умертвий. И вполне можем влететь на очередное наказание, в потом нас отчислят. Мне придётся вернуться домой, разочаровать своих родителей окончательно и бесповоротно. А потом я покончу с собой, потому что не выдержу такого позора. И моя смерть будет на твоей совести!

— Не ворчи, — она закатила глаза так, будто ничего страшного не произошло. — Всё ведь обошлось. Мы выжили и даже не попались дежурным.

Чудом. Я до сих пор не могу понять, как старшекурсники прошли мимо моей кривенькой “завесы” и не заметили ни нас, ни гору косточек, что лежала рядом. За пределами действия заклинания.

— Уйди с глаз моих, — почти вежливо попросила я. — Дай пару минут успокоиться, иначе я задушу тебя ночью подушкой.

— Только не долго, — подруга поёжилась. — Мне не по себе после этих их ритуалов.

— Да? А разве тебе не было весело?

Сельма показала мне язык и побежала вперёд. До женского общежития дорога подсвечивалась, так что я понаблюдала, как она скрывается за дверями, и только потом шарахнула молнией по отмеченному специальной руной дереву. По ним можно было дубасить магией сколько угодно — растения её впитывали и отдавали защитному контуру. Так что студенты могли выпустить пар, а заодно помочь родной академии.

— Тысячу демонов вам в души, господа некроманты! — от души выругалась я и топнула ногой.

Придумать более конкретное проклятие не получилось. В конце концов, третьекурсники с самого тёмного факультета академии не виноваты, что они такие… Ненормальные. И что шутки у них дурацкие. Каждый развлекается как хочет. Верно ведь?

Я обвела взглядом пустой двор женского общежития, словно выискивая невидимого собеседника. Но нашла только тощего котёнка. Стоп. Котёнка?

В свете фонаря его рыжая шерсть отливала золотом. Малыш крался ко мне на коротеньких лапках и жалобно мяукал. Тощий, всклокоченный, но удивительно чистый для бродяги.

— Опять чьи-то шутки? — я обиженно выпятила губу. — Фамилиара подослали? Тогда у меня два вопроса: в чём послание и где твоя хозяйка?

В том, что дух рыжего кота, временно принимающий материальную форму, принадлежал кому-то из девушек, я не сомневалась. Ведьминский факультет соседствовал с целительским, а общежитие было общим для всех девушек. Да и любили ведьмы кошек. Особённо чёрных и наглых.

— Ты будешь говорить или нет? Учти. Не дождусь послание — просто уйду. Хозяйка тебе уши надерёт.

Но рыжий фамилиар продолжал мяукать и дрожать всем телом. Замёрз, что ли? Ох, а фамилиар ли он вообще?

Я присела на корточки, разглядывая незваного гостя. Правила академии запрещали держать в общежитии животных. От них шёл запах, за ними нужно было убирать, даже за крошечными колибри, и постоянно кормить. “А мы здесь, чтобы получать знания”.

— Если ты обычный кот, тебя вышвырнут, — с сочувствием предупредила я. — Уходи, пока не поздно. У меня нет для тебя еды. Ни мелкой рыбы, ни молока, ни кусочка мяса. Понимаешь?

Наверное, он понимал. Но голод безжалостно гнал котёнка вперёд и заставлял смотреть на меня такими глазами, что нервы сдавали.

— Ну не могу я тебя оставить, не могу. Я замучилась убираться в подвале. Ещё одно наказание от коменданта мне уже не по силам. До сих пор в кошмарах снится как я оттираю тряпкой грязь. Уходи по-хорошему. Умоляю.

Котёнок добрался до моих ног и ткнулся мордочкой в ученические туфли. Кажется, я пролила на них пунш. Сладкий напиток из вина и апельсина со специями. Вряд ли коты любили такое, но рыжий бедолага слизнул засохшие капли.

— Сельма нас убьёт, — простонала я. — Сначала меня, потом тебя или наоборот. Но демоны с ней. Пойдём. У соседок-зельеварок должно быть молоко. Маловат ты ещё для вина с апельсинами.

Котёнок тихо заурчал, когда я взяла его на руки. Маленький, тёплый, доверчивый. Оставлю на ночь, а утром решим, что с ним делать.

Глава 1. Ответственность 

В кабинете ректора, несмотря на все приключения, я ещё ни разу не была. И слава богам! Атмосфера прямо-таки дышала серьёзными проблемами.

Тёмные шторы, массивная мебель. Тоже тёмная. И сам ректор — темноволосый, одетый во всё чёрное и угрюмый донельзя.

— Это последняя партия? — устало спросил он у секретаря — госпожи Войкот. Благодаря любви этой замечательной пожилой дамы к сладкому, мне и удавалось ускользнуть от вызова к ректору. И нет, это не взятки, а всего лишь способ выжить. — Или там есть кто-то ещё?

— Последние, лорд Андерос, — отчиталась секретарь, потом вспомнила о коробочке дорогущих марципановых конфет на столе и добавила: — Но их на месте происшествия не было. Девушки поздно вечером пошли сбросить излишки магии, но вы велели звать всех, поэтому комендант перестраховалась.

— Разберёмся, — пообещал ректор, не отрывая взгляд от папки с личными делами. — Итак, Сельма Качито и Аурика Ботем. Вы причастны к взрыву на кладбище?

— Не имеем никакого отношения, — предельно честно ответила соседка.

И не скажешь по ней, что мы вернулись далеко за полночь, а потом добывали котёнку еду и устраивали ему место в тумбочке. Пришлось снять дверцу и наложить иллюзию, но оно того стоило. Теперь кот спокойно спал в деревянном домике, и его было не видно, не слышно. Конечно, сначала Сельма на меня прокричала. Потому что питомцы — это вонь и испорченная обувь. Однако я напомнила, сколько у нас возникло проблем из-за её сумасшедших идей, и мы быстро пришли к соглашению.

— Студентка Ботем? — Ректор поднял на меня глаза, и я тихонько выдохнула. В них плескалась магия. Искрилась и переливалась красными всполохами. И на мужественном лице с высокими точеными скулами, узким носом и по-мужски тонкими губами выглядело это… Завораживающе. — Аурика, с вами всё в порядке?

Я медленно кивнула. Язык не желал отлипать от нёба, что было по-настоящему удивительно. Обычно меня не заткнуть. Ну не умела я остановиться вовремя и поэтому влипала в неприятности. Однако сейчас не могла заставить себя произнести ни слова.

Закрыла глаза, стараясь взять ситуацию под контроль. Очевидно, ректор применил ментальную магию высшего порядка. Абсолютно непонятную и недоступную первокурсникам. Мы едва освоили простейшие заклинания. И какого эффекта ждал лорд Андерос? Магия запрещала лгать? Так мы с Сельмой говорили правду. Вернее, безопасную для нас часть правды.

— Что нам делать на кладбище? — всё же вытолкнула я сквозь зубы. — Туда ходят одни некроманты. Ещё, может быть, студенты с боевого факультета. Им намного легче взорвать склеп, чем нам.

— Неужели? — почему-то не поверил ректор. — Тогда откуда вы знаете, что взорвали именно склеп?

— А что ещё там взрывать? — пожала плечами Сельма. — Не магазин же цветов.

— Леди Ботем?

— Не леди, — я открыла глаза и вновь почувствовала, как меня затягивает в водоворот чужой магии. — Я из простой семьи.

— Вы маг, — не растерялся ректор. — Значит, когда получите диплом, станете леди. Привыкайте заранее.

— Если получу диплом, — поправила его я. Лорд Андерос отвлёкся на бумаги, и меня моментально отпустило. Язык привычно зажил своей жизнью: — Судя по всему, комендант женского общежития против того, чтобы я когда-нибудь стала леди. Разве вечерняя прогулка является поводом для беседы с ректором?

— Или кто-то из участников вечеринки нас оболгал? — добавила Сельма.

Я вздрогнула от её голоса. Демоны, до чего же силён ректор! Я на мгновение забыла, что в кабинете кроме нас с ним ещё кто-то есть!

— О вечеринке я тоже не сказал ни слова, — усмехнулся лорд. — Откуда вы о ней знаете, если не причастны к происшествию?

— Мы все вместе сидели в приёмной, — вмешалась я. — Народ активно обсуждал взрыв. Разве внимательность является нарушением Устава?

— Внимательность, значит, — лорд Андерос взглянул на меня с насмешливым прищуром, а затем поднял папку и пальцем подвинул вперёд маленькую безделушку. — Тогда посмотрите внимательно, леди Качито и не-леди Ботем. Узнаёте?

На столе лежала заколка Сельмы. Точно такая же красовалась на её отросшей чёлке. Да вот прямо сейчас. Нам конец! От такого сложно будет отвертеться.

— Она похожа на мою, — согласилась соседка. — Но я ведь не на заказ её делала, а купила в лавке. Это ничего не значит.

Ректор щёлкнул пальцами, и от заколки к Сельме потянулась тонкая сверкающая нить. Маги уровня лорда Андероса обходились без словесных форм. Хотя прошло меньше суток с последнего контакта с вещью. Отследить, кому она принадлежит, могли бы даже мы с Сельмой. Правда, нам пришлось бы делать всё по правилам — чётко проговоривать формулу заклинания вслух.

— Две недели в подвалах за участие в повреждении памятника архитектуры, студентки, — с видимым удовольствием постановил ректор. — И ещё две за то, что нагло утаили правду. Госпожа Войкот, напишите приказ.

Мы вышли из кабинета вслед за секретарём и аккуратно прикрыли за собой дверь. Зря только мучились, разыскивая последнюю коробку марципана. Взятка не сыграла.

— Остальные тоже получили по четыре недели, — шепотом успокоила нас госпожа Войкот. — С кем вас поставить в смену?

А, нет! Всё же взятки — отличный вид магии. Работает не всегда безотказно, зато гибко меняется в зависимости от ситуации.

— С кем угодно, кроме некромантов! — округлила глаза Сельма. — Хватит! Наобщались.

— Тогда с ведьмами, — кивнула секретарь.

Тоже не сахар, но возражать мы с соседкой не стали.

Глава 2. Рыжий кот становится фиолетовым

Дома, в нашей с Сельмой комнате, нас ждал сюрприз. Из тумбочки сквозь иллюзию вываливался хвост рыжего кота. Огромный хвост. Не чета тому крошечному недоразумению, которым обладал наш питомец.

— Э-э-э, — протянула соседка, отодвигая стул подальше. — Ты принесла второго кота? Не мог же Пушок так быстро вырасти.

— О боги, ты назвала его Пушок, — скривилась я. Ещё и со мной не посоветовалась. — Нет, конечно. Я верю в питательную силу молока, но…

От шума нашей перебранки обитатель тумбочки проснулся. Хвост сначала втянулся обратно в деревянное нутро, а затем показалась морда. Не очень-то довольная морда. Голодная так же сильно, как и вчера.

— Мяу! — требовательно изрёк кот.

— Вроде похож, — сдвинула тёмные брови Сельма. Она была родом с южных окраин империи. Темпераментная, загорелая. Если бы в первый день не представилась как донна Качито, я ни за что не распознала бы в ней высокородную леди. Хорошая девчонка. Своя в доску, как говорили в моём северном городке. — Ага, точно Пушок. Только взрослый.

— Ох уж эти зельеварщицы! — я всплеснула руками. — Ни дня без приключений. Подмешали в молоко какую-нибудь траву для ускоренного роста. Шутницы демоновы.

— Или случайно перепутали склянки, — заступилась за них Сельма. — Споили Пушку домашнее задание по травологии…

— А мы теперь мучайся, — закончила я мысль. — Он уже не влезает в тумбочку! Смотри, какой вымахал.

Пушок выбрался на красный половик и продолжил сверлить нас голодным взглядом.

— Мяу!

— У неё проси, — Сельма ткнула в меня пальцем. — Я тебя в комнату не звала. Телёнок, а не кот. И скоро, судя по всему, превратится в быка.

Опасное предположение я мужественно проигнорировала. Со вздохом сняла сумку с крючка и пошла на поиски еды. Пушок увязался за мной.

— О, нет, — я обернулась к нему, придерживая дверь. — Сиди тут. Не хватало только, чтобы тебя комендант заметила.

Но вы когда-нибудь пробовали приказывать коту? Да? Значит, понимаете, насколько это бесполезно. Пушок задрал хвост и буквально проскользнул у меня между ног.

— Удачи, — пожелала на прощание Сельма. — В подвале полгода будем сидеть. Минимум.

Я молча закрыла за собой дверь. Вовремя. Потому что чуть не потеряла пушистый хвост из вида.

— Да стой же ты. Пушок!

Коридоры в общежитии были узкими. Здание возвели двести лет назад и не рассчитывали на такое количество студентов. Предполагалось, что в каждой комнате будет жить один человек. Но академия разрослась и обзавелась десятком новых факультетов. Юношей-студентов уже расселили в два новых здания. А наша каменная обитель до сих пор строилась. Проблемы случились на востоке с доставкой мрамора. Задерживались поставки.

Я шла за котом и лихорадочно соображала, как наладить его питание. Приносить в комнату еду из столовой не вариант. Кормили нас хорошо, но на столы попадали уже готовые блюда. Не пихать же Пушку в пасть говяжьи медальоны под устричным соусом? Ладно, пример неудачный. От куска мяса он вряд ли бы отказался. Пробраться на конюшню? От лошадиного корма толку не было. И побираться по соседям нельзя бесконечно. Значит, всё-таки столовая. Или…

Я замерла в самом конце коридора. Пушок запрыгнул на узкий подоконник и внимательно что-то разглядывал в окне. Птичку?

— Великая Мать! — я хлопнула себя по бёдрам. — Ты же охотник! Хищник из семейства кошачьих. Даром, что маленький. Так может сам будешь добывать себе пропитание? В подвале полно мышей. Лично видела!

Пушок отвернулся от окна, и тут случилась уже которая по счёту неприятность. Ступени затрещали от топота ног.

— Отдай! — вопил кто-то визгливым голосом. — Отдай, Юстас, или клянусь всеми богами я тебя прокляну!

Я чудом успела вжаться в стену. Дверь на лестничную клетку распахнулась, и в коридоре появился долговязый прыщавый пацан в форме боевого факультета. За ним бежали две ведьмы в синих студенческих платьях. Блондинка с брюнеткой. Последняя и кричала.

— Юстас, это фамильный артефакт! Ты совсем тупой? Отдай!

Но боевик ответил издевательским хохотом и метнул то, что держал в руке, прямо в открытое окно. Промахнулся. Вещица, блеснувшая золотом, попала в Пушка.

Слышали бы вы то возмущённое “Мря-я-я-я-яу!” Рыжая шерсть встала дыбом. Зелёные глаза горели фонарями. Но всей кошачьей гибкости моего питомца не хватило, чтобы увернуться. Вспышка! Хлопок! И коридор заволокло розовым дымом.

— Демоны! — кашляя, ругались ведьмы. Несмотря на цвет, запах у дыма был тошнотворным. У меня слезились глаза. — Конец тебе, Юстас. Нам всем конец.

Однако прыщавого боевика уже и след простыл. Когда дым рассеялся на полу сидел один кот. Фиолетовый кот весьма интересного окраса. Грудь оставалась светлой, полоски на спине почти чёрными, а вся остальная шерсть совпадала оттенком с любимыми фиалками моей бабушки.

— Твой кот? — кивнула на него блондинка. — Извини, мы не хотели. Юстас придурок. Учится на четвёртом курсе, а мозгов, как у школьника.

— Ладно, — отмахнулась я. — Главное, что Пушок жив. Чем хоть в него попало?

Брюнетка поджала губы. Если я всё верно поняла, в кота угодил её фамильный артефакт.

— Не знаю. Медальон не должен был активироваться от простого удара. В нём заключено древнее зло. Я привезла его в академию, чтобы изучать, и никак не думала, что так получится. Кстати, мы не представлены. Грета.

— А я Ундина, — блондинка протянула руку.

Ведьмы любили мужское рукопожатие. Так они считали себя равными магам.

— Аурика, — я ответила на жест. — Первокурсница. Поэтому вряд ли я смогу вылечить Пушка сама.

— Понятное дело, — Брюнетка Грета тоже пожала мне руку. — Я посоветуюсь с однокурсницами, придумаем, что делать. Понаблюдай за ним пока, хорошо? Если станет агрессивным или заметишь что-то странное — зови. Договорились?

— Договорились, — кивнула я.

Пушок, оправившись от шока, недобро покосился на ведьм и сел у моих ног.

Глава 3. Истина в вине 

Распределение — день, который мы ждали даже больше, чем окончания наказания. Возможно, потому что наказание у нас почти никогда не заканчивалось: только отработали, и тут же получили новое. Вот, в очередной раз за некромантов прилетело.

— Пойдём в конце? — неожиданно засмущалась всегда бойкая Сельма

— Перед смертью не надышишься, — вздохнула я. — Лучше в первых рядах идти. Быстрее домой попадём. Пушок сам не свой был с утра. У меня с трудом получилось от него отбиться — прилип как репей. Страшно ему, что ли?

— Может, наше настроение уловил? — предположила подруга. — Я читала, что коты очень чувствительные. Поэтому ведьмы предпочитают их в качестве фамилиаров.

Я пожала плечами. Если бы Пушок уловил моё настроение, он был бы спокоен. Какая разница, на какой факультет меня распределят? Зельевары — это прибыльно и стабильно. Целители ещё и огромную пользу приносят. К боевикам я вряд ли попаду, там очень мало девушек, но даже если вдруг — вполне комфортно буду себя чувствовать. А вот некроманты или ведьмы мне не светили точно. Ведьмовская сила передавалась от матери к дочери, и у некромантов дар всегда проявлялся ещё в подростковом возрасте. Кто-то голоса слышал, кто-то призраков видел. У меня же единственной проблемой в то время были прыщи. Слава богам, они пропали как только прорезалась магическая сила.

— Почему ты так переживаешь?

— Мама ведьма, — со вздохом призналась Сельма.

Про маму подруга говорила много и с удовольствием, но тот факт, что она ведьма, как-то упустила из виду.

— Тогда тем более непонятно, — я развела руками.

— Бабушка — боевик, — припечатала ещё одной новостью Сельма.

С её бабушкой, Изабель Майек, я вообще была лично знакома. Милая дама с благородной сединой передавала нам булочки с корицей через забор.

— Я должна была догадаться, когда она играючи просунула руку с лоточком через защитный периметр, — хлопнула себя по лбу я. — Но как такое возможно? Донна Изабель должна быть ведьмой, раз её дочь — ведьма.

— Всегда есть процент отклонения от привычной закономерности, — явно процитировала кого-то Сельма. — Так что у меня есть шанс стать боевиком, ведьмой или даже зельеваром, как отец. Генетическая рулетка.

— Это же здорово! — я обняла подругу, чтобы поддержать. — Такая интрига… Смотри, начинается!

Перед парадным входом в академический корпус стоял фонтан со статуей Магдалены Торсвиль, жены основателя Академии Даркмунд. Фигуристая дама в струящемся платье часто становилась предметом обсуждения среди парней всех факультетов и курсов. И не только из-за распределительной функции, просто наряд у Магдалены был полупрозрачный.
Пока из бассейна фонтана вверх медленно выезжала лестница, ректор Андерос рассказывал то, что мы и так знали. Всем первокурсникам предстояло подняться к Магдалене, взять из её рук прозрачный кубок и зачерпнуть им воды. Именно напиток определит, на какой факультет определят студента после полугодового курса общей магии.

Ведьмы пили, разумеется, красное вино, некроманты — тёмный эль. Меньше всего повезло боевикам — им предстояло осушить кубок с чистым спиртом. Но я мечтала, чтобы мне попался травяной отвар как лекарям.

— А что у зельеваров? — полюбопытствовала я шёпотом.

— Молоко, студентка Ботем, — ответил ректор, подтверждая байку о своём идеальном слухе. — И пока вы не спросили, где логика, я сам отвечу — её нет. Изначально вода в кубке просто меняла цвет, но студенты, которые учились задолго до вас, в ночь перед распределением решили пошутить. Превратить её в вино, эль и так далее. Снять наложенное толпой первокурсников заклятье не вышло. И тогда администрация академии решила возглавить безобразие. Я удовлетворил ваше любопытство?

Вполне. Но ещё мне хотелось узнать, помнит ли он всех первокурсников в лицо или только тех, кто врал ему в глаза?

— Логика есть, лорд-ректор, — выручила меня Сельма. — Молоко хорошо впитывает тёмные чары. Те же ведьмы постоянно его пьют, чтобы очистить организм.

— Спорно и антинаучно, студентка, — хмыкнул Андерос. — Но признаю, логика прослеживается. Что ж, раз вы обе такие смелые, то с вас и начнём. Прошу! Кто желает стать первой?

Мы с Сельмой переглянулись, а потом она самым наглым образом толкнула меня вперёд, одновременно выкрикивая:

— Студентка Ботем желает! Очень желает, поверьте! Она все уши мне прожужжала: “Хочу побыстрее”. Вот. Пусть с неё и начнётся.

— У-у-у! — Вполголоса взвыла я. — Ведьма!

— Надеюсь, — также шёпотом ответила она и снова подтолкнула меня в спину. — Иди же, иди!

Если бы на нас не пялился весь первый курс, ректор и деканы факультетов, я наверняка бы вступила в спор. Или шарахнула молнией по ближайшему дереву. В общем, сделала бы хоть что-то. Но пришлось подниматься по лестнице, радуясь, что длина юбки позволяет не бояться показать присутствующим нижнее бельё.

Я замерла напротив статуи Магдалены, разглядывая её лицо. Оно действительно было как живое. Пухлые губы, тонкий нос и выразительные глаза. Через полупрозрачную ткань проступали очертания полной груди и плоского живота.

— Кубок, студентка Ботем, — то ли поторопил, то ли подсказал ректор.

Я почувствовала, как запылали жаром щёки. Хоть бы никто не подумал, что я пялилась на статую!

Руки слегка подрагивали, когда я потянулась к статуе. Контраст между холодными ладонями Магдалены и тёплым кубком заставил вздрогнуть. Я присела у края подиума и зачерпнула воды из бассейна.

— Подождите немного, — инструктировал на ходу лорд Андерос. — Как только чаша мелко завибрирует, можете сделать глоток.

Я почувствовала, как кубок нагревается ещё больше, а потом… Раздалось истошное “Мя-я-я-я-у!” и прямо из толпы студентов вылетел бешеный комок фиолетовой шерсти.

Глава 3 (2)

***

Глаза Пушка горели потусторонним бирюзовым светом. В три огромных прыжка преодолев площадь перед фонтаном, он прыгнул на меня. Слава богам, я устояла на ногах! Однако кошачьи когти больно впились в руку даже через длинный рукав форменного платья.

— Пушок! — зашипела я. — Что с тобой?

Вопрос он проигнорировал. Сунул морду в кубок и начал шумно лакать.

— Так-так-так, — с холодком в голосе заговорил ректор. — Студентка Ботем в нарушение правил общежития завела домашнее животное. Вам мало четырёхнедельного наказания в подвале, ещё хочется?

От испуга у меня до сих пор дрожали ноги. И проклятый кот был таким тяжёлым, что держать его на весу не представлялось возможным. Но как отцепить обезумевшее животное от кубка? Он даже молоко так с голодухи не лакал.

— Вы хорошо меня слышите, студентка Ботем?

Я, наконец-то, перевела взгляд на лорда Андреаса. В своём по-некромантски чёрном наряде он возвышался над толпой студентов, как надгробный камень над кладбищенской землёй. Помогала ему в этом каменная трибуна с гербом академии. О, Великая Мать! Кажется, выходка Пушка стала последней каплей. Сейчас меня отчислят.

— Слышу, — пролепетала я.

Хотела добавить что-то ещё, но рука с кубком предательски задрожала. Затем подломилась, как ветка, и растолстевший на мясных деликатесах кот рухнул на землю.

— Фамилиар! — крикнула из толпы Сельма. — Посмотрите на лужу! Она красная. В кубке было вино, Аурика — ведьма.

Действительно. Соображала я медленно, но кое-как шестерёнки в голове вращались. Статуя Магдалены только что распределила меня на ведьминский факультет. А значит, я могла выдать Пушка за фамилиара.

— Точно. Так и есть. Простите, лорд Андреас, мой дух-помощник впервые принял физическую форму, я растерялась.

Тут было уместно невинно хлопнуть рестницами. Наверное, я хлопнула. Лицо онемело. Зубы не скрежетали друг об друга каким-то чудом. В животе от страха тяжелел огромный камень.

— Странный фамилиар, — лорд-ректор наоборот расслабился. Даже повеселел. Чуть-чуть. — Почему он не говорит?

— Мр-р-рау. Не смел прерывать рассуждениями высокое собрание, — вдруг совершенно чётко произнёс фиолетовый кот. — Церемония распределения одна из самых важных в жизни первокурсников. А я нижайше прошу меня простить. Жажда одолела. В энергетическом поле хозяйки слегка не убрано. Фантомная пыль сушит горло.

В толпе студентов кто-то ахнул. Вроде бы Сельма. Но остальные восприняли говорящее животное спокойно. Иные фамилиары даже колдовать умели. Не говоря уже о дельных советах, шпионских навыках и защитных функциях. Да много чего умели! Вот только Пушок обыкновенный кот. Как он собирался прятаться обратно в моё энергетическое поле?

— Хорошо. — Пауза затягивалась, студенты волновались. Поэтому лорд-ректор решил вернуть себе контроль над ситуацией. — Студентка Ботем, поздравляю вас с распределением на факультет ведовства. Верните, пожалуйста, кубок в руку статуи, и можете быть свободны.

По традиции ведьмы приветствовали новую сестру громкими аплодисментами. Кто-то даже свистел и топал ногами. Я же с трудом запихнула кубок обратно в каменную ладонь статуи и почувствовала, что вот-вот потеряю сознание. Ведьма? Серьёзно? От кого из предков мне достался дар? И почему он дремал так долго?

“Ты приёмная”, — веселились младшие братья, когда во мне проснулась магия.

Шутка ли — осушить взмахом руки целую бадью. Спонтанным выбросом, ага. В семье обычных горожан, где мама портниха, а папа сапожник. Той же ночью он устроил скандал. Пытался выяснить, от кого меня нагуляла мама. Она молчала. Упорно молчала ровно до того дня, когда приехал секретарь приёмной комиссии академии Даркмунд и объяснил, что так бывает. “Чистой воды случайность”. Боги выбрали простолюдинку, чтобы наделить даром. “А как вы думали, появились первые аристократы? Именно так”.

Отец был горд. Его настроение и отношение к нам с матерью изменилось щелчком пальцев. Я больше не была плодом греха. Более того на обучение в академию меня собирали всей ремесленной артелью сапожников. Новое платье, сумка, туфли и даже гребень для волос. Я так хорошо выглядела, что ни одна урождённая аристократка в общежитии ни разу не сморщила нос.

И вот сейчас благословенный дар богов перечёркивался красным цветом вина в кубке Магдалены. Ни мама, ни бабушка и ни одна из прабабушек ведьмами не были. Значит, братья правы. Я приёмная.

Слёзы выступили на глазах. Я украдкой смахнула их за мгновение до того, как другие ведьмы бросились меня обнимать. Силой оттащили от фонтана и кричали в уши поздравления. Сельма весело помахала рукой. О том, что она тоже ведьма, мы узнали через пять минут.

А Пушок? А что Пушок? Наглый говорящий кот запрыгнул мне на плечи и молча сидел там до конца церемонии распределения.

Глава 4. Откровения Букмаро

— Ну и как ты объяснишь своё поведение?

Я ссадила кота на стол и возмущённо упёрла руки в бока. Сельма села на свою кровать справа от окна. Грета с Ундиной замерли посреди комнаты.

Да, они поздравляли нас наравне с другими ведьмами, но сразу после распределения молча пошли в общежитие. Разбираться с проблемами сообща.

Пушок молчал.

— Да он демон, — ткнула в кота пальцем белокурая Ундина. Золотистые локоны обрамляли круглое личико с пухлыми губами. Таких в моём городе называли куколками, настолько они были милыми. Большие глаза, длинные ресницы, крошечный нос. Правда сейчас куколка-ведьма пылала гневом. — Вы посмотрите на его самодовольную рожу! Слуга хозяина Пекла, не иначе.

— Ты льстишь ему, — сморщилась Грета. Её холодная красота подчёркивалась болезненной бледностью. А тонкие запястья украшала дюжина браслетов. Ведьма-артефактор. Была у нашего дара такая специализация. — Мелкая сошка на подхвате. Принеси-подай. Всё, что ему позволяет хозяин Пекла, вылизать его сапоги.

— Фи, как грубо, — осуждающе мурлыкнул кот. — Но признаю, что эффективно. Будь на моём месте демон, уже слюной брызгал бы от ярости. А вот нет, красавицы. Я не демон.

— Тогда кто? — растерянно пискнула я. — Что за древнее зло обитало в артефакте?

— Не знаю, — Пушок лизнул свою лапу и умылся. — Никого, кроме себя, там не видел. А я обычный человек. Только проклятый. Двести лет назад один ревнивый маг застукал меня в спальне своей супруги. Мы даже были одеты. Всего лишь пили вино. Но обезумевший от ярости проклятийник швырнул в меня чем-то заранее заготовленным. Кажется, я умер. Не знаю, не уверен. Очнулся в шкуре кота. Скитался по городу, на каждом углу рискуя проверить, верна ли байка про девять жизней. Оказалось, что верна. В первый раз я попал под колёса проезжающего мимо экипажа. Очнулся в шкуре другого кота. Помоложе. Однако чёрного на свою беду. Какие-то культисты принесли меня в жертву хозяину Пекла.

— Давай покороче, — нетерпеливо стукнула носком туфли Грета. — Как ты оказался в моём фамильном артефакте?

— Последняя жизнь осталась, — кот продолжал невозмутимо умываться. — Я служил твоей прабабке ведьме, и она меня пожалела. Заключила душу в камень. Должна была составить завещание и наказать потомкам найти способ вернуть меня в человеческое тело. Не знаю, успела ли. Судя по тому, что её правнучка приняла меня за демона, нет.

— Какая жалость, — огрызнулась Грета. — Чем докажешь, что ты не демон и что не врёшь нам?

— Фыр-р-р-р-р. — Пушок улёгся на стол. — Доказывать. Много чести рассыпаться мелким бисером перед неопытной девчонкой.

— Тогда я отнесу тебя на живодёрню. Лишившись физического тела, демон точно отправится восвояси.

— Ещё раз грубо. — Взгляд кота стал осуждающим. — Куда делись изысканные манеры женщин рода ди Шианле? Твоя мама спуталась с базарным лавочником?

— Тебе бы тоже за языком последить, — осадила я своего фальшивого фамильяра. — Портовым грузчиком при жизни был? Назови своё настоящее имя.

— Верный вопрос, — одобрительно кивнула Ундина. — Только так можно изгнать демона.

— Да хватит уже, — Пушок снова сел. — Хотите доказательств? Хорошо, сейчас будут. Твою прабабушку звали Луиза Мария ди Шианле. Свой первый дом она получила в подарок от любовника. В шестнадцать-то лет. Скандал был, но его быстро замяли. Твоего прадедушку Геворга приворожили. Он был уже не так молод, отметил девятнадцатилетие, но по-прежнему глуп. Гулял на сторону. Его любовниц звали Жоржетта Савой, Лючия ди Люстре и Анна-Ленна. Гувернантка, троюродная кузина и, кажется, певичка. Не помню. Возможно танцовщица. Луиза всех отравила. А следы спрятала мощнейшими кольцами-артефактами, которые заранее отправила жертвам в подарок…

— Достаточно, — Грета стала ещё бледнее, чем всегда. Практически сравнялась цветом лица с накрахмаленной простыней. — Оставь мне хоть один семейный секрет. Теперь верю. И чем же тебе помочь, чтобы выполнить не написанное завещание прабабушки?

— Сразу бы так, — довольно мурлыкнул кот. — Теперь чувствую породу ди Шианле. Но я уже попробовал снять проклятие. Испил из магического кубка. Весьма похожего на тот, что держала в руках прекрасная жена проклятийника. Должно быть, ошибся. Нужен другой кубок. Или другой способ. Луиза была уже стара, когда Великая Мать откликнулась на её призыв. “Проклятье падёт, если нечистый омоется в рубиновой воде греха, камень оживёт, а прерванная любовь двух истинных засияет вновь”. Рубиновую воду греха мы с твоей прабабушкой истолковали. Вино. Так его называли в священной книге Создателя. Но вино должно быть непростым. Я возрадовался, узнав о церемонии распределения. Думал, поможет. Ещё и кубок был похож, но нет.

Пушок вздохнул почти по-человечески, и мне на мгновение стало его жалко. Попал же в переплёт. Двести лет мучился. И человеческую жизнь нормально не прожил, и с кошачьими проблем нахватался. Последняя осталась, да? Потом он исчезнет?

— И всё-таки как тебя зовут? Вдруг это поможет снять проклятие?

— Букмаро, — фиолетовый кот шумно почесал шею. — Других имён я не помню. Многое потерялось за чередой переселений из одной шкуры в другую. Но спастись всё равно хочется. Проклятийник должен мне тридцать пять лет человеческой жизни. Так сказала Великая Мать.

Глава 5. Катрин Таунсенд    

Я скучала по временам, когда Букмаро был Пушком и не умел разговаривать. Теперь он трещал без умолку. То баранина из столовой не дожарена, то яблоки не того сорта. Кто бы знал, что у проклятого мага окажется настолько дурной характер? Мы с Сельмой иногда не знали, куда деться. Но самое неприятное — кота приходилось таскать с собой на лекции. Фамилиар не мог разлучаться с хозяйкой. Даже если он ни разу не фамилиар, а я пока не чувствовала себя нормальной, полноценной ведьмой. И вот там, в аудитории, зловредный Букмаро ни в чём себе не отказывал.

— Дилетанты. Заклинание воздушной стены всего лишь третьего, а не четвёртого уровня. И с каких пор оно считается атакующим? Чистая оборона. Толковая, если у боевика руки из правильного места растут. А нападать лучше “огненными стрелами” или “шипами льда”. Кто допустил бездаря до чтения лекций студентам?

“Бездарем”, очевидно, был лорд-ректор, но я благоразумно промолчала. Еле-еле успела поставить маленькую версию стены воздуха, чтобы господин Хефнер у доски не услышал последнюю фразу. Уши горели от стыда. Ещё неделя таких кошачьих выходок, и сбегу из академии сама. Не выдержав позора.

— Помолчи, пожалуйста, — зашептала я, вцепившись ногтями в фиолетовую шкуру. — Какая тебе разница третий уровень или четвёртый? “Основы боевой магии” для ведьм не профильный предмет. Мне никогда не придётся стоять на поле боя и швыряться во врагов ледяными шипами.

— Ошибаешься, — Букмаро вырвался и угрожающе выгнул спину. — Навыки боя всегда нужны. Вот нападёт на тебя кто-нибудь в тёмном переулке…

— Мы вам не мешаем, студентка Ботем? — грозно спросил господин Хефнер. — Уймите своего фамильяра. Пусть посидит внутри поля. Или вас ещё не учили обращаться с духами-помощниками?

Со всех сторон раздались недовольные возгласы других ведьм.

— Учили.

— Мы умеем.

— В отличие от некоторых.

Я послала коту умоляющий взгляд, и он сдался. Понял, наверное, что перегнул палку. Всё-таки человек в душе. Совесть имелась. Махнув хвостом, Букмаро спрыгнул под стол и улёгся у моих ног. Хвала Великой матери! Последние полчаса лекции прошли спокойно.

Однако спустя каких-то десять минут нас ждало практическое занятие у леди Таунсенд. Потомственной ведьмы и настоящей звезды академии. Сплетники с ума сходили, пытаясь выяснить, каким ветром бывшую советницу короля занесло в нашу скромную обитель. Она жила на широкую ногу. Побывала во всех соседних королевствах и неизменно оказывалась в гуще самых ярких или скандальных событий. Чего только стоил бал у лорда-командующего, где леди Катрина лично поймала двух опасных шпионов. О боги, даже я не понимала зачем ей преподавать. Что она забыла в Даркмунде?

— Давай не пойдём, — заныла я в голос. — Ну Сельма, ну пожалуйста. Королевская ведьма в миг догадается, что Букмаро — фальшивый фамильяр, и у нас будут проблемы.

— Поздно, — подруга с силой сжала мой локоть и практически втолкнула в аудиторию. Чуть не отдавила Букмаро хвост. — Мы всё ещё наказаны, помнишь? Отмываем подвалы овощехранилища под академией. Нам нельзя прогуливать.

Я со стоном плюхнулась на стул. Гадкое предчувствие чего-то дурного тучей нависло над головой. Проснулось ведьминское чутьё? Или во мне заговорила логика? Фиолетовый кот не в состоянии держать язык за зубами. Что-то сейчас будет.

— Добрый день, класс, — Катрина Таунсенд вихрем взлетела на кафедру и сорвавшимся с пальцев заклинанием захлопнула дверь. — Я знаю, вы не в восторге от лёгкой учебной программы, но совет академии настоял. Видите ли, не все знакомы с искусством колдовства с пелёнок. “Катрина, им нужны азы”. Чушь, не правда ли?

Сидящие вокруг нас с Сельмой ведьмы радостно захихикали. Одна половина недавно сформированной группы смотрела на преподавателя с любовью, а другая по-чёрному ей завидовала. Ещё бы. Выглядела Катрина потрясающе. Тёмные волосы уложены крупными локонами. Платье изумрудного цвета идеально подходило к глазам. Кожаный лиф затейливого кроя каким-то чудом держал приподнятой роскошную грудь. Туфли! Да, я выросла в семье сапожника и с первого взгляда поняла, как дорого они стоили.

— Богиня, — ахнул кто-то за спиной. — Само совершенство.

И только Сельма незаметно скривилась.

— Она распутна. Мама мне такое рассказывала…

— Итак, начнём, — леди открыла учебник и шумно пролистывала главу за главой. — Защитные чары — скучно, домовые — банально. Кто-то до сих пор живёт в доме, не окруженным плотным коконом из чар? Зачем это? Ах, вот. Задание с подвохом. Арабелла, дорогая, расскажи нам о бутылках с заклинаниями.

Рыжая девица вскочила со своего места, словно пружина распрямилась. Глаза сияли.

— Бутылки с заклинаниями испокон веков изготавливались вручную, чтобы исполнять желания. Но в последнюю сотню лет их область применения значительно расширилась. От заклинаний делового изобилия, привлечения клиентов, до крепкого здоровья.

— Отлично, садись. Род де Плесси может гордиться твоей подготовкой. Домна. Какое самое первое заклинание поместили в бутылку?

— Заклинание удачи, — так же бодро, как Арабелла, отозвалась шатенка в тёплом свитере поверх форменного платья. — Ингредиенты: лавровый лист, белый рис, кусок веревки и щепотка морской соли. Отдельные историки утверждают, что Навсикая бу Ллитл добавила ещё и цитрин, но в те времена кристаллы жёлтого кварца ещё не добывались в необходимых количествах. Единственная шахта работала на корону.

— Превосходно, леди Домна ди Элдре, — похлопала в ладоши Катрина. — Пять баллов из пяти. Продолжим. Нужно ли ставить в банку свечу или достаточно основных ингредиентов?

Ведьмы явно развлекались. По очереди вскакивали с места и шпарили наизусь страницы из учебников. Или вспоминали рассказы родственниц. В любом случае я чувствовала себя чужой на этом празднике жизни.

— Интересно, она действительно знает всех лично или готовилась к лекции? — пробурчала Сельма над моим ухом. — Досье собирала?

— Жаль, что молчат дальние ряды, — взгляд Катрин ожидаемо впился в нас. — Смелее, дамы, поучаствуйте в обсуждении. Как вас зовут?

Глава 6. Домашнее задание

— Стерва! — рассерженно шипела Сельма. — Сегодня же напишу матери о ней! Может, на Таунсенд есть какой-то компромат? Я слышала о её развратности, вот если копнуть…

— Развратная ведьма, — Букмаро насмешливо фыркнул. — Ты бы ещё пристыдила снег за то, что он холодный.

— Не все ведьмы такие! — возмутилась соседка. — К тому же, разврат разврату рознь. Вдруг у неё совсем уж жуткие скелеты в шкафу?

— Вы можете помолчать? — не выдержав, прикрикнула я. — Или помогите с дурацким заданием или прекратите говорить под руку!

Да, у меня ничего не получалось. Я переделывала работу в третий раз и в упор не видела, где ошибаюсь. Всё как по учебнику же! Что не так? Потоки пустила ровно по схеме, силы вкладываю тютелька в тютельку. Может, бутылка нужна другая? Или аметист бракованный? Свеча недостаточно белая? Что?!

— Мне не даются бутыли, — со вздохом призналась Сельма. — Если бы она задала кого-нибудь проклясть, я подсказала бы, а так… Хочешь в столовую сбегаю и попрошу на кухне сладкого? Чтобы мозги лучше работали?

— Было бы чему, — промурлыкал фиолетовый недофамилиар. — Впрочем, иди. Заодно захвати сливок, будь добра. А мы пока сделаем задание. Зря я, что ли, столько лет бок о бок с ведьмой прожил? Сейчас мы устроим сладкие сны для леди Таунсенд!

Я обречённо посмотрела на вредного кота. Печëнкой чуяла, что ничего путного из его помощи не выйдет. Но сама я всё равно не справлюсь.

— Сдвинь схему плетения на два узла, — кот деловито рассматривал мои конспекты, указывая когтём на силовые линии. — Вот тут закольцуй петлю, ага. Свеча никуда не годится, для бутылки нужно лить воск заново. Ставь водяную баню, сейчас будем творить!

По инструкции кота, как бы странно это ни звучало, я налила в стакан воды, опустила в него свечу и зафиксировала стазисом жидкость. Так мы получили готовую форму.

Воск мелко нарезала и бросила в котелок. Водяная баня на основе магии грелась быстрее обычной, так что очень скоро я залила расплавленную жижу в форму, едва не забыв про фитиль.

— Нитку нужно пропитать воском и кровью, — напутствовал Букмаро. — Да не ладонь режь! Мы же не кладбище поднимаем, а ведьмину бутыль делаем. Капельки достаточно, вот так, да.

— Ты уверен, что я делаю всё правильно? — усомнилась я. — В учебнике ничего не было про кровь и свечу.

— Ваши учебники писали бездари, — отрезал он. — Но ты ничего, неплохо справляешься. Я думал, совсем бестолковая.

— Продолжишь меня оскорблять — и я не стану даже пытаться снять с тебя проклятье, понял? — я установила свечу в бутыль, добавила аметист и закончила заранее нарисованную схему.

К тому моменту как раз вернулась Сельма со сдобным угощением для меня и сливками для Букмаро. Она замерла на пороге, прижав к груди добычу. Глаза соседки загорелись искренним восторгом:

— Вау! Ты справилась!

— Да, — на выдохе ответила я.

Самой не верилось, что миссия выполнена. Представляете? Свеча загорелась! Просто взяла и загорелась, как и должна была с самого начала! Получается, леди Таунсенд специально умолчала о том, что не каждая свеча подойдёт? Дала задание с подвохом и собиралась от души надо мной посмеяться. И другие ведьмы должны были поддержали её веселье. Она ведь богиня, а я выскочка, занявшая чьё-то место.

— Получу диплом и плюну в её идеальную рожу, — решила я. — И начхать мне, что леди себя так не ведут. Они ведь хорошо помнят, что я дочь сапожника? Вот пусть и дальше не забывают.

— Такой настрой мне нравится, — одобрил кот. — Так и должна вести себя ведьма. А то ишь, нос повесила. Грудь вперёд, плечи расправь, и пусть Таунсенд обзавидуется. Она хоть и ничего, но уже не такой сочный персик, как в молодости. Что-то ближе к поздней сливе. Червивой к тому же.

— Если это был комплимент, то очень странный, — поморщилась Сельма.

А я рассматривала горящую свечу и думала. Нормально ли, что меня хвалит фиолетовый кот? Или всё же я свернула куда-то не туда?

В любом случае, пути назад не было. Я закупорила бутылку, чтобы остановить действие заклинания, и протянула руки к Сельме:

— Ты пришла к нам с дарами, о путница?

— Да, великая ведьма свечей и бутылок! — поддержала шутливый тон подруга и размотала кулёк с булочками. — Будем пировать!

Я налила Букмаро сливок, он запрыгнуть на стол, потянулся всем телом и принялся неспеша лакать из глубокой тарелки.

До чего же всё происходящее странно, кто бы знал…