Академия нежных чувств

Глава 1. Прибытие в академию

Виолетта Калин

— Может, останешься? — спросила я у Нелли, глядя на то, как она красит ресницы, вместо того чтобы убедиться, все ли вещи прихватила с собой.

— Чтобы ты там всех женихов захомутала без меня? — фыркнула сестрица. — Нет уж, довольно того, что ты три года училась магии, а я слушала матушкины нотации. Я тоже могу разгладить складки платья по щелчку пальцев, так что еду с тобой.

— Но тебе не нравится учиться, — напомнила я.

Из нас двоих я всегда сидела за учебниками, а Неля читала любовные романы и мечтала про принца на черном коне. Чем ее не устраивал белый, она и сама не знала.

— Не нравится, но я рассчитываю на твою помощь.

Я закатила глаза и не стала спорить. Бесполезно. Матушка часто повторяла, что из нас двоих сестрица раньше подберет нужную партию и выйдет замуж. Меня с детства манила магия и ее возможности, я предпочитала учебник глупым книжкам про неземную любовь бедной девушки и богача.

— Виолетта, Нелечка правильно мыслит.

Как-то незаметно в комнату сестры вошла матушка — леди Инесса и вставила свое словцо.

— Про вовремя накрасить глаза? — не поняла я.

Именно этим сейчас и занималась Неля.

— Ви, дорогая, предназначение девушки не в науке, а в удачном замужестве. Таком, чтобы не экономить на платьях и украшениях, — снисходительно произнесла матушка.

Я внимательно посмотрела на родительницу. Мы не богачи, но и не рядовые горожане. Обедневшее дворянство, слегка растерявшее свои возможности, но не достоинство. Я получала повышенную стипендию, но если бы мои родные знали, сколько нервов и сил это у меня отнимало! Объяснить попыталась, но все бесполезно.

В результате сестра решила, что раз она маг, то тоже попробует поступить в академию. У нее получилось. Только цели у нас были разные. Я туда пошла за знаниями, она за женихом.

Пожала плечами и принялась вспоминать, все ли взяла с собой. Два комплекта формы остались в общежитии, мантия, костюм для занятий физкультурой там же, как и специальная обувь. А вот насчет обычных платьев я засомневалась, нужны ли они мне там в таком количестве, в каком прихватила с собой Нелли.

— Ты что, только книги с собой повезешь? — недоверчиво спросила сестрица и ткнула пальцем в мой саквояж.

— Неля, он зачарован. — Матушка проявила гениальность, хотя обычно мои вещи настолько ее не интересовали.

— А мне такой?! — воскликнула сестра и пнула дорожный сундук, будто это именно он собирал наши вещи и разделил так, как получилось.

Неля взвыла и совершенно неаристократично выругалась, после чего рухнула на свой сундук.

— Вообще-то, когда-то это было подарком бабушки, — заметила я. — Но если хочешь, то попробую и твой саквояж зачаровать.

— А ты сможешь? — с сомнением протянула матушка, проигнорировав едкое словцо младшей дочери.

— Увидишь. — Я пожала плечами и не стала рассказывать, что один из экзаменационных билетов касался именно изменения размеров ограниченного пространства.

Попросту говоря, мне пришлось растянуть клетку попугая до тигриного вместилища.

А тут всего лишь расширить внутреннее пространство без искажения внешнего. Ерунда. У меня получилось! Только маленький побочный эффект в виде вонючего дымка матушка приняла за возгорание и вытряхнула на саквояж сестры содержимое вазы: воду и цветы. Разумеется, виноватой родительница сделала меня (не предупредила), еще мне же сушить ковер пришлось.

Спустя какое-то время мы с Нелли вышли из портального зала академии.

— Проходите, не стойте, сейчас еще народ прибудет! — скомандовал дежурный, и мы немедленно подчинились.

И надо ж было тому произойти, что из соседнего портала вышла группа парней. Высоких, привлекательных и точно не наших.

— Ты не хотела, чтобы я тут училась из-за них? — пробормотала сестрица. — Не думала, Виолка, что ты жадина. Такие женихи — и без охраны.

Я не слушала Нелли, потому что рассматривала незнакомых адептов. Они были точно не из нашей академии, а насколько я знала, в ближайшее время к нам должны прибыть темные маги из Хагендорфа. Главы академий заключили договор по обмену опытом, и теперь эти наглецы будут ходить по коридорам и строить пакости. В исключительно добрые намерения темных я не верила.

Поговаривали, что они появились у нас из-за короля. Дескать, его жена из темных, а мы дружим, вот и прислали к нам первую партию. Это с ними-то дружбу водить?!

Когда наши адепты отчалят в Хагендорф, я пока не знала. Мне осталось учиться всего год, и, надеюсь, меня никуда не отправят.

— Что? — переспросила я у Нели.

— Ты что, все прослушала? — Сестрица остановилась и взглянула на меня возмущенно.

Нелли подбоченилась, ее ноша мотнулась, и тут случилась она — подлая неожиданность.

Ручка саквояжа осталась в руке сестрицы, тогда как сам он с грохотом упал на мраморный пол. Эх, ручку-то надо было тоже зачаровать, чтобы не отваливалась. Обалдевшая от произошедшего Неля растерянно уставилась на меня, и тут же раздался громкий хохот парней.

— Светлые, что с них взять, — произнес один из прибывших магов.

Блондин с наглым взглядом и пошловатой ухмылкой, решивший, что его шутка очень оригинальная.

Даже не удивилась, когда прочие темные заржали, а я вдруг поняла, что мне хочется кое-кого ударить. Или одарить на память светлым заклинанием, чтобы не слишком радовались. Бросила взгляд на дежурного портальщика, однако того и след простыл. То ли сбежал, чтобы не участвовать в конфликте, то ли срочно вызвали к начальству, а мы не заметили.

— Куда нас отправили, Алан, — заржал какой-то темный с залихватски торчащим чубом, напомнившим мне петушиный гребень.

Смотрели они на нас как на дно, и это мне очень не понравилось. Да что там, все светлые знают, что эти темные сами находятся на низшей ступеньке развития. И ниже их только бездна.

— Вам помочь? — спросил один из темных.

Тут сестрица спохватилась и бросилась поднимать упавший саквояж, при этом его ручка выпала из ее ладони. Паршивый темный с чубом едва не налетел на Нелли и не отдавил ей пальцы, а кто-то с разочарованием произнес:

Глава 2. Ссора с сестрой

Виолетта

— Ты куда меня привела?! — возмущенно воскликнула сестра, едва мы очутились в нашей теперь совместной комнате.

— Тебе что-то не нравится? — тихо поинтересовалась я.

После того как мы встретились с темными, даже ни разу не поссорились, да и спорить было не о чем.

Моя комната была отведена на двоих, и если бы Нел знала, сколько стоило труда уговорить коменданта поселить тут сестру, а не кого-то другого. Моя бывшая соседка получила диплом и освободила место, которое отчего-то не понравилось Нелли.

— Ну… — протянула младшенькая, на ходу осознав, что переборщила. — Ви, я хочу самостоятельности. Дома матушка, тут ты опекаешь. А я мечтаю познакомиться с новыми людьми.

— То есть ты решила захомутать того, кто отдавил тебе пальцы? — Я заинтересованно посмотрела на сестру.

— Он не отдавил!

— А ты бы хотела?

— Ви, ты решила последовать наказу матушки и присматривать за мной круглосуточно? — возмущенно воскликнула Нелли. — Я самостоятельный человек. Маг, между прочим.

— Самостоятельный? Планируешь сама себя содержать и точно уверена, что получишь отличный балл и повышенную стипендию? — поинтересовалась я.

— Понятия не имею, но от денег не откажусь, — передернула плечами собеседница.

— Значит, пока ни о какой самостоятельности речи не идет. Расслабься, я тоже так жила первое время.

— Ну ты-то у нас всегда была умницей, даже домашние коты тебя боялись, — язвительно припомнила сестрица.

На самом деле живность от меня не шарахалась. Просто после одного эксперимента на каникулах я целые сутки воняла гадостью, залитой в мой шампунь двоюродным братцем. Он тогда прибыл к нам в гости со своими родителями. В ответ я всего лишь склеила все его штаны, и так, что пришлось срочно отправлять слугу в лавку готового платья.

Нет, я нисколечко не умаляла талантов Нели, а вот ее планы знать хотелось. Заодно настучать по макушке тому, кого она уже выбрала в свои герои, если таковой успел попасться нам по пути от академических ворот до комнаты. Пришлось вспомнить, с кем мы успели встретиться, и самыми подозрительными мне показались именно темные.

— Я просто хочу, чтобы у тебя все получилось, а для этого не стоит с первого дня строить парням глазки.

— Не собиралась, — фыркнула Неля и открыла свой саквояж, после чего принялась доставать из него вещи.

Наконец-то!

Как-то не планировала я воевать с собственной сестрой, но что поделать, я старше, а значит, придется опекать. Иначе матушка проест мне плешь, что не помогла дорогой деточке и не оградила ее от неприятностей.

На удивление, вещи мы разобрали быстро и довольно мирно. В процессе я рассказывала Неле про общие правила, действующие внутри академии. Затем мы быстро перекусили прихваченным из дома пирогом, после чего отправились за формой для сестрицы.

В нашей академии выдачей мебели, а также постельного белья и даже одежды заведовал комендант. Низенький гном с пронзительным взглядом и крепким словцом сидел за дубовым столиком и что-то корябал в тетради. Отгороженный от нас такой же дубовой стойкой, он грозно смотрел снизу вверх на вошедших, и неважно, что почти все мы были его выше.

— Виолетта Калин, да ты, оказывается, еще и не одна такая! — с каким-то священным ужасом произнес гном, переводя взгляд с меня на сестру. Он тут же нахмурился: — Форму не портить, запасной не выдам!

— А тебя здесь хорошо знают и уважают, — язвительно усмехнулась сестрица и ткнула меня локтем в бок.

— Так и есть. А ты запомни дорогу сюда, потому что скоро вернешься, — посоветовала я.

И мне было совершенно не стыдно и даже не обидно, потому что знала: первокурсники всегда портят форму чаще остальных.

— Не смейте разбазаривать академическое добро! — прикрикнул на нас гном. — Нажалуюсь ректору!

После гневной угрозы на стойке перед Нелли возникли вещи, сложенные аккуратной стопочкой. Обувь в мятой коробочке тоже обнаружилась рядом. Даже размер господин Тильдом не спросил, вот что значит опыт!

— Пошли в примерочную. — Я потянула сестру прочь от стойки гнома.

Нелли отправилась надевать обновки, мне же оставалось только ждать результат за шторкой.

— С ума сойти! — воскликнула младшенькая, стоило ей увидеть в зеркале свое отражение.

Я тут же отодвинула шторку и уставилась на сестрицу. Разумеется, наряд отличался от тех модных платьев, которые она привыкла носить дома. Но все в рамках приличия, и потом, это же стандартная академическая форма, что в ней может быть не то?!

— А что тебе не нравится? — спросила я прямо.

— Какие-то проблемы, барышни?! — сидя на своем месте, прогрохотал гном.

Даже у меня по коже пробежали мурашки. Этот мелкий мужичок был мстительным, а мы сейчас его чем-то разозлили. Или не совсем мы, а тот, кто пришел сюда до нас?

— Ви, да ты только глянь — юбка ниже колен, а пиджак только-только пупок прикрыл.

Я посмотрела на сестру и решила, что все отлично.

— Не нравится? — снова повысил голос гном.

— Все замечательно, господин Тильдом! Ткань так вообще просто отпад. Спасибо вам! — Я постаралась как можно вежливее улыбнуться вредному коменданту.

Незаметно погрозила пальцем сестрице, чтобы она не смела и рта открыть, и жестом велела переодеваться. Мы довольно быстро покинули каморку коменданта, а едва вышли, как Нелли недоуменно спросила:

— Это что сейчас было? Почему я не могу сказать, что мне этот фасон не идет?! Я что, должна все время прикрываться мантией, чтобы скрыть неудачную одежду?!

Все, достала!

Я резко развернулась к младшей:

— А знаешь, иди и требуй себе отдельную комнату.

— Ви, ты чего?! — Сестра уставилась на меня с недоумением и даже выданную форму (включавшую в себя не только пиджак и юбку, но еще и брючки с блузкой, а также мятую коробку с обувью) прижала к груди как ценность.

Я глубоко вздохнула, мысленно досчитала до трех и ответила:

— Неля, ты тут находишься всего несколько часов, а уже предъявила кучу претензий. Скажи, ты делаешь это нарочно, чтобы вывести меня из себя? Или решила, что все должны уступать исключительно потому, что ты одаренная? Так оглянись, магия тут у всех, только матушки рядом нет, чтобы прихоти исполнять. И таким темпом ты не только друзей не заведешь, но очень скоро вся академия будет во врагах.

Глава 3. Первый учебный день. Поединок с темным

Виолетта Калин

На удивление, заснула быстро, а утром поднялась бодрая, словно не я скакала ночью с целью угомонить храпящую сестрицу. Бросила взгляд на кровать Нелли, а ее и след простыл. Тревожная мысль улетучилась в мгновенье, едва до меня донесся звук льющейся воды.

Сестра показалась очень быстро. Выглядела Неля свежо, что не помешало ей высказать претензию:

— Ви, тут во всех комнатах такие крошечные ванные?

Мне самой места хватало, хотя в первое время не раз стукалась локтями в душевой. Однако ко всему можно привыкнуть, да и идти никуда не надо — все удобства рядом.

— Везде не была, а что?

— Тесно, — пожаловалась сестрица.

Она стянула с головы полотенце и принялась им вытирать волосы.

— Это не проблема, — заверила я и пошла в сторону ванной, чтобы тоже привести себя в порядок. — В конце коридора есть общая купальня, можешь ходить туда. Вечером покажу, что к чему.

— Учту, — серьезно ответила сестрица, — но не пойду. Не хочу раздеваться перед всеми.

Разумеется, мыться в одежде еще никто не додумался.

— У нас приличное общежитие. — Я поджала губы. — Главное — не перепутать мужскую купальню и женскую.

— Не обижайся, но ведь и правда тут тесно, — примирительно протянула Нелли.

В столовую мы отправились вместе. Набрали подносы с едой, а потом сестрица от меня упорхнула. Я заметила незнакомые лица, сразу приписала их к первокурсницам, после чего отвернулась в поисках своих девчонок.

Бонни, рыжая оборотница, первая заметила меня и помахала рукой, привлекая внимание. Я не стала больше никого выискивать и поспешила к ней, аккуратно лавируя между столиками. Даже один раз прошлась по чьей-то неосторожно выставленной ноге, получив в спину недовольное шипение.

— Привет, а где все наши? — поинтересовалась у лисицы.

— Наверное, проспали или прибудут прямиком порталом к занятиям, — пожала плечами однокурсница и потянулась к чашке с чаем. — Ты пришла сюда с сестрой?

— С ней, — не стала я скрывать и села за стол.

Рисовая каша на молоке, бутерброд с ветчиной, черный чай с лимоном — мой завтрак был вполне сытным и вкусным.

— А вы похожи, — заметила подруга (мы неплохо ладили на протяжении всей учебы, и я вполне могла назвать таковой оборотницу).

Отвечать посчитала излишним делом. Подчерпнула ложкой кашу и отправила ее в рот, принялась жевать. Готовили в академии вкусно, и это было жирным плюсом.

Бонни откинула спавшую на лоб прядь, и тут я заметила, как ее рыжий волос спланировал прямо в чашку. Неужели линька началась? Пока я раздумывала, сказать или нет, пришла к выводу, что показалось. Подруга принялась активно размешивать сахар в чае, а потом и вовсе сменила тему:

— Ты уже знаешь, что у нас в академии появились темные из Хагендорфа?

— Видела вчера в портальном зале, — кивнула я, вмиг забыв про лисью линьку. — Лишь бы к нам их не распределили.

— Я бы так не надеялась, — сумничала рыжая и вздохнула: — Они не выглядят как первокурсники. Считаю, что кто-то из них точно старше нас.

Я молча ее поддержала. А что сказать, если каждый светлый понимает, что темные ничего хорошего в учебный процесс не принесут.

Словно в ответ на наши слова раздался громкий смех парней. Мы с Бонни, не сговариваясь, повернулись на хохот. И я почему-то не удивилась, заметив в трех шагах от нас стол, за которым сидели хагендорфцы. Они-то и ржали как полковые кони, разве что копытами по полу не били. Что их так развеселило, мы с Бонни не поняли, но у одного из гостей Лаории на лбу красовался синяк.

Мне даже похорошело, стоило подумать, что эту отметину парень нашел в портальном зале! Смотри, как качественно получилось приложить идейного врага! Порадовалась от осознания, что самостоятельно свести синеву им не удалось.

— Смотри, Виолка, они едят и не давятся! — то ли с укоризной, то ли с восхищением произнесла подруга.

— Вражеский хлеб слаще? — посмеялась я.

Едва успела договорить, как неожиданно поймала на себе взгляд того нахала Алана. Парень подмигнул мне и отсалютовал чашкой.

Я сделала вид, что ничего не заметила. Даже того, что этот наглец принялся жевать пирожок.

С завтраком мы не затянули, а после двинулись на занятия. И первым стояли магические заклятия у профессора Дарбора. Опоздавших он наказывал по-своему — устраивал допрос по формулам, плетениям и способам защиты и нападения. И делал это преподаватель с вечно издевательской ухмылкой, отчего каждый провинившийся сразу понимал: лучше бы он пришел в кабинет с рассветом, а не следом за профессором.

— Пошли поближе к окну, пока кто-нибудь не занял тот ряд, — предложила Бонни, и мы заторопились.

Увы, осталась только предпоследняя парта, но нас она вполне устраивала. Профессор маг громогласный, с дикцией у него полный порядок, поэтому мы всё всегда слышали.

Пока шли, здоровались с теми, кого не успели увидеть утром в столовой. Настроение в первый учебный день было приподнятым, хотя опыт подсказывал, что слишком веселиться не стоило — удача может отвернуться.

Так и случилось. И первым звоночком стало появление трех темных в дверях. Они вошли в аудиторию как к себе домой, и я даже не удивилась, что среди них был тот самый блондин Алан и парень с синяком.

— Я сплю? — раздался женский голос. Громкий такой, прозвучавший на всю аудиторию. — Какой красавчик!

Разумеется, темные это услышали, и ухмылки на их лицах стали просто запредельными. Похоже, природа кое-кого щедро наградила внешностью и наглостью, но забыла про мозги. Так бывает.

— Как думаешь, они у нас надолго? — спросила Бонни.

Лисица не отрывала взгляда от вошедших, а мне вдруг стало обидно за наших парней, потому что они точно лучшие, а сейчас девчонки просто проявляют вполне объяснимый интерес — некоторые наши учащиеся были оборотнями. А тут новенькие пришли, почему бы и не обнюхать!

Темные двинулись в нашем направлении. Они заняли последнюю парту позади, и это стало довольно неприятным раздражителем. Только боевой факультет светлых известен своей выдержкой, все же не истеричками нам быть. Поэтому мы с Бонни сделали вид, что вот вообще ничего не заметили и никого нового рядом не появилось.

Глава 4. О тех, кто ломает кактусы и бродит по оранжерее

Виолетта Калин

До оранжереи мы добрались довольно быстро, но не успели войти в нее, как Бонни оглянулась и произнесла:

— Куда катится светлый мир?

Я тоже посмотрела в том направлении и увидела, что позади темных движется их свита. Пожала плечами, мне-то было совершенно все равно, что задумали парни. Магистр Пилори — женщина с твердым характером, ерундой заниматься никому не позволит. Я первой открыла дверь оранжереи и вошла в нее. Аптекарский огородик по большей части располагался именно в ней, и это было интересно.

Мы прошли по дорожке мимо экзотических и не совсем растений и добрались до места занятий. Стеклянная стена отгораживала парты и стол преподавателя от зеленой растительности, и мы поспешили на свои привычные места.

Нас уже ждали.

Магистр Пилори едко взглянула на приблудившихся вместе с темными парнями девиц, и те, не говоря ни слова, зашагали прочь. Замечательная молодая женщина, и дисциплина у нее железная.

— Тема сегодняшнего занятия — растения, способные останавливать кровь, — произнесла магистр.

— А как же заклинания? Зачем усложнять себе жизнь? — лениво поинтересовался темный Генри.

— Их никто не отменял, — с охотой ответила Пилори и тут же припечатала: — А если не нравится тема занятий в Лаории, то выход там.

Тонкий палец целительницы указал направление, однако темный как-то сразу угомонился, и повисла тишина.

— Замечательно, — произнесла магистр. — Рассаживайтесь поудобнее, приступаем к занятию. Кто мне назовет растения, способные остановить кровь? Смелее, вы все их знаете. Давайте начнем с хагендорфцев. Любопытный адепт с синяком на лице, вам мои советы по жизни точно пригодятся. Поднимайтесь, мы все ждем ваш ответ.

В голосе женщины промелькнула насмешка.

И надо ж было тому случиться, что вслед за скрипом стула раздался грохот, а за ним и звук от падения. Тихого такого, но его было слышно даже на первой парте, которую мы с Бонни сегодня заняли.

— Ой, — выдал Генри Шарго.

Маг даже не понял степень своего попадания, зато мы все слегка напряглись. Просто он, темный, каким-то образом во время подъема задел стоящий у окна длинный кактус, и тот неожиданно переломился пополам и упал на пол. А ведь этот суккулент являлся частью дипломной работы самой Пилори.

— Что?! — выдохнула магистр и стремительным шагом двинулась на звук.

Она словно почувствовала, что стоящий у окна кактус, ее детище, вечно цепляющееся за штаны и юбки студентов, вот-вот будет безжалостно растоптан сапожищами неловкого адепта.

Некоторые из однокурсников привстали, чтобы увидеть оглушительный провал новеньких. Жалели ли мы темных? Нет. Однако сочувствовали. Лично у меня не раз возникало желание отставить этот цветок от греха подальше, особенно после того, как вытащил из новеньких чулок здоровенную затяжку.

— Адепт, как вас там?

— Генри Шарго, — подсказал хагендорфец.

Лицо парня выглядело непроницаемым, а вот синева стала значительно ярче. Не иначе от волнения прилила кровь. Да и как не дергаться, если магистр Пилори та еще ведьма. Именно сейчас я не видела лица женщины, но легко могла представить ее в гневе. За прошедшие учебные годы чего только не случалось в нашей группе.

— Так вот, Шарго, я знаю, кто сегодня будет убираться в оранжерее.

— Почему?! — выдохнул Ламберт.

Похоже, блондину было обидно за товарища из собственной свиты.

— Таковы правила Лаории, — припечатала Пилори. — К слову, вы все трое тут остаетесь. Причина — нарушение порядка светлой академии, разговаривать нужно меньше! В другой раз то время, что вы отняли от урока, я компенсирую вашей переменой.

Потрясенные, мы сидели молча. Темные тоже оказались не дураки, не стали спорить с Пилори. Ведь неизвестно, что в следующий раз придумает изворотливый женский ум.

Признаться, магистр у нас строгая, но вот чтобы прямо так, с первого урока и новые адепты, а она их припечатала по полной программе — этого никогда еще не было. Не видела я такого, хотя и темных до этих троих в академии не встречала.

Вот что значит задеть женщину за живое!

И как подтверждение, Пилори неожиданно заявила:

— Отложим кровоостанавливающие травы, приступим к растениям, способным убить человека, и не только его. Начнем с тех, которые довольно быстро приводят к летальному исходу. Кто назовет хоть одно?

— Клещевина, — заявила я, вспомнив раскидистое растение с веточками и резными листьями, временами напоминавшими раскрытую ладонь.

— Болиголов.

— Белладонна.

— Аконит.

Ответы звучали один за другим, тут подготовка адептов не подвела. Были названы и другие растения, только хагендорфцы в этом не участвовали. Похоже, они решили сидеть на задней парте и не отсвечивать, чтобы бонусом к наказанию не получить уборку на целую неделю. Или по-тихому делили, кому достанется веник, кому скребок, а кому и ведерко с мусором.

— А теперь перейдем к практическому занятию. Сейчас мы разобьемся на пары и отправимся в оранжерею. Каждый из вас найдет то самое растение, которое озвучил. Рвать не советую, а вот зарисовать обязаны. Тот, кто промолчал и ничего не назвал, следует за товарищем и принимает самое активное участие в поисках.

Если я и собиралась поинтересоваться, в чем смысл искать уже знакомую зелень, то, глядя на хмурое лицо магистра Пилори, предпочла промолчать. Я не желала составлять компанию темным в уборке. Подозреваю, что однокурсники подумали так же, оттого лишних вопросов задавать никто не стал. Возможно, магистр решила нас выпроводить из кабинета, чтобы порыдать над несчастным кактусиком.

Группа великовозрастных лбов, то есть магов, с шумом поднялась из-за парт и отправилась искать свое растение. Мы с лисицей прихватили с собой бумагу и карандаши и двинулись следом.

— Ви, ты знаешь, где искать эту твою клещевину?

— Понятия не имею, — честно ответила подруге.

Мы решили, что будет лучше не топтаться по газонам, а для начала пройтись по дорожкам в надежде увидеть что-то похожее. Нужное растение не нашлось ни через десять минут, ни через двадцать. А ведь урок не безграничен! И мы решили, что газону ничего не будет, если немного пройдемся по нему, тем более что наши однокурсники уже активно утаптывали нежную травку.

Глава 5. Подпольный бой в академии

Виолетта Калин

— Сегодня вечером бой на заброшенном стадионе, ты идешь?

Я посмотрела на Бонни и поправила сумку на плече. Бои были запрещены администрацией, но все знали, что в начале учебного года любой желающий адепт, а также тот, кому бросили вызов, может подраться и получить за это деньги. Зрители тоже зарабатывали на ставках. Запрещенное всегда манило, и этот учебный год не был исключением.

— То есть облавы не боимся? — Я подмигнула подруге.

Помнится, на первом курсе мы с трудом убежали от патруля магистров. Я тогда подвернула ногу, а лиса разбила коленки, но все-таки активные разборки прошли мимо нас.

— Последний год учимся, Виола. Надо же хоть что-то себе позволить.

На самом деле в течение года боев могло быть несколько, а информация о них, страшно секретная, мгновенно распространялась среди адептов. Девчонок среди участников практически не было, да и неинтересно на них смотреть (мне точно). Хотя однокурсники придерживались иного мнения. Гораздо приятнее наблюдать за мужским боем, особенно если парни стягивали с себя рубахи, желая произвести впечатление, а кто-то — и сэкономить на вещах.

Девчонки захлебывались слюнями, а после боя победителю грозило не только обожание, но и преследование со стороны особо впечатлительных поклонниц.

— Я бы с удовольствием, но хочу узнать, как дела у Нелли. Наверняка задали кучу заданий, а у нее глаза разбежались от информации. Может, ты к нам? Посидим, чай попьем.

— Пф! Сами делайте свои уроки, — отмахнулась лисица. — Есть занятие повеселее.

— У меня такая милая подруга, — засмеялась я и нисколечко не обиделась.

— Само собой. Не переживай, я тебе расскажу, кто из дерущихся был особенно хорош и эффектен. В этом году хочу поставить на кого-нибудь из наших парней.

— То есть ботаники тебя не интересуют?

— Меня никогда не привлекали дрищи, — согласилась Бонни. — Что в них хорошего, если даже на руки меня поднять не смогут? Я девушка приличная, костями не гремлю, так что искать надо по себе, а не наоборот.

Спорить я даже не стала, ведь Бонни права. Субтильные и мелкие парни вызывали желание накормить и пожалеть, не больше.

Мы забежали в столовую, наскоро перекусили. Я не заметила ни Нелли, ни ее девчонок, которых успела запомнить, и в душе засела тревога. Сестрица у меня с ветерком в голове, а ведь тут не родительский дом, выкрутасы терпеть никто не станет.

Я попрощалась с лисицей и отправилась к себе. Увы, Неля куда-то пропала, и это уже было опасным звоночком.

Через час, наскоро сделав заданное, я переоделась и отправилась на заброшенное спортивное поле. Наверняка эта мартышка там вместе со своими новыми подругами! И все бы ничего, но стоило поговорить сначала со мной, расспросить!

Как и все адепты, я пробиралась словно шпион, лишь бы преподаватели меня не заметили. Разумеется, стадо слонов, идущее на водопой, трудно проигнорировать, но мы все старались. А вот первокурсников было отлично видно, особенно девчонок, вырядившихся как на маскарад. На меня они глянули как на несерьезную конкурентку, выбравшую брюки и тунику невзрачного серого цвета и самые обыкновенные ботинки, а не туфли на каблуках.

Не желая привлекать к себе ненужное внимание и на случай облавы, я отошла от этих пестрых куриц подальше. Уж если красоваться, то точно не здесь и не при таких обстоятельствах.

Пройдя постовых, назвала пароль и двинулась дальше. И пусть мы с этими парнями были знакомы, порядок прежде всего. Едва различимый полог — глушитель шума — преодолела сразу после контроля.

Дальний заброшенный стадион давно порос чертополохом и крапивой, не говоря про старое двухэтажное здание, служившее когда-то раздевалками. Добралась до него я быстро, а вот лисицу увидела не сразу, после чего двинулась к ней. Яркие рыжие волосы Бонни спрятала под косынкой, как делала это всегда. Подруга стояла со своими сородичами и о чем-то оживленно болтала.

Парни, которые решили сыграть, кучковались на круглой площадке, и я с удивлением заметила несколько магов из нашей группы. Впрочем, некоторые из них не раз побеждали. Я потрогала карман, в который перед выходом сунула несколько монет, и одну поставила на нашего старосту. Больше ставить было жалко. Вдруг нас всех накроют раньше, чем состоится дележ выигрыша? С чего бы Рику сегодня участвовать, понятия не имею, он все-таки на четвертом курсе учится, но я почувствовала азарт.

— Твоя сестра вон в тех кустах у раздевалки, — заявила Бонни, когда я к ней приблизилась.

— Ты уже поставила на Рика? — спросила я.

— Одну монету на него, а вторую на медведя из иллюзорников, — подтвердила лиса.

— Предусмотрительно, — похвалила я рыжую.

— Ты была не в курсе, что Нелли тут, я права? — догадалась подруга.

— Угу, — буркнула я. — Она приходила, но до меня.

— Понятно. Исключительно родственные отношения, — съехидничала рыжая, ее родня немедленно подхватила и захихикала.

Обычно я не обращаю внимания на лисиц, они народ хитрый, но не злой. А сегодня как-то звезды не сошлись, и мне стало не по себе. Я отвернулась в сторону раздевалок, чтобы рассмотреть там Нелли. Если она попадется в случае облавы, то к гадалке не ходи, матушка обвинит во всем меня.

— Не обижайся, у нас своих проблем хватает, и тебя мы очень даже понимаем. Молодняк в этом году пришел безбашенный, только глаз да глаз за ними. — Бонни почувствовала мой настрой. Она уцепилась мне за локоть и прошептала на ухо: — Кстати, темные тоже тут неподалеку, и их, оказывается, у нас много. Уверена, Алан Ламберт у них за главного.

Я кивнула, отвечая и на извинения, и на информацию про темных. Наконец-то мне удалось рассмотреть желтенькую кофточку Нелли и захотелось застонать в голос. Вот что она творит? Где маскировка?! Даже лисы свои волосы прячут, зато первокурсники у нас готовы соревноваться с попугаями.

— А сейчас на ринг выходят Рик Шурт и Алан Ламберт, — раздался голос ведущего.

Глава 6. Мы с Ламбертом в одном шкафу

Виолетта Калин

Заброшенное здание, некогда служившее раздевалкой для адептов, выглядело не слишком удручающе, хотя не использовалось несколько лет. Я расслышала топот за углом и бросилась по коридору. С каждым шагом во мне назревало желание дать подзатыльник безответственной сестре, но так ведь последние разумные мысли из нее можно выбить!

Нелю я нагнала в какой-то дальней комнате, напомнившей склад испорченной мебели. Несколько лестниц, шкафов с отломанными дверцами и даже стулья. А еще ободранный комод, непонятно зачем тут появившийся. Сестра стояла посреди этого хлама и вертела головой в поисках спасения.

— У тебя совсем мозгов нет?! — прошипела я и на всякий случай подскочила к окну, осторожно отодвинула занавеску.

Пыль немедленно сорвалась с ткани и попала мне в нос. Захотелось чихнуть, но я не позволила себе этого сделать, потому что прямо перед зданием остановились несколько магистров с помощниками, включая секретаря Сильвера.

— Вот же засада, Виола! — приблизившись, зашептала мне в ухо сестра. — Надо было бежать в лес, как ты предлагала.

Она тоже решила проникнуться важностью момента и уставилась на магистров как на злобных инквизиторов.

— Я тебя не в лес звала, а в противоположное общей толпе направление. Мы могли бы отсидеться где-нибудь, а потом вернуться, но другим путем. Про отчисление я не шутила. Каждый год кто-то уезжает с вещичками домой, отучившись всего лишь день или два, — заявила я.

Нелли тяжело вздохнула. Неужели стало доходить, что ее самостоятельность ведет к возвращению домой?

— Как будем спасаться? Тут переждем? Или попробуем прорваться?

— Предлагаешь накрыться сломанными стульями и выйти к магистрам, заявив, будто мы в домике?

Хруст дерева в коридоре нельзя было спутать ни с чем. Едва он раздался, мы с Нелли отпрянули от окна. К нам кто-то приближался, и этот некто чувствовал себя крайне уверенно, словно уже поймал нас и препарировал перед всей академией.

— Ви, можешь сделать меня невидимой? — испуганно попросила Нелли.

— Разве что ты закроешь глаза и представишь себя рядом с матушкой, — съязвила я. — Срочно прячься! Смотри, сколько тут мебели!

Повторять дважды не потребовалось. Нелли забралась в самый дальний инвалидный шкаф, у которого цела была только одна дверца, вторая моталась на верхней петле. Я сорвала с комода дырявую скатерть и перекинула ее через планку для вешалок в шкафу, таким образом скрыв сестру от чужих глаз. Что за пошлая мыслишка пришла ей в голову — надеть эту цыплячью яркую кофточку?!

Сама же сиганула в шкафчик побольше, решив, что ради пряток и одна целая дверь хороша. Лишь бы помогло! А стоило мне прижаться к деревянной стенке и затихнуть, как неожиданно засвербело в носу. Знала бы — заранее бы пришла и убрала здесь пыль, сейчас же приходилось терпеть.

Осторожные шаги послышались не сразу. Скорее, я их осознала на интуитивном уровне и непроизвольно сжала кулаки. Сердце перестало стучать, а желание оказаться в собственной комнате возросло в несколько раз.

— Я проверю здесь, а вы идите дальше! — Донесшийся мужской голос прозвучал издалека.

Но тогда чьи шаги я слышала несколько секунд назад?!

И тут я почувствовала присутствие того самого чужака. Он остановился где-то рядом, совсем неподалеку, словно тоже уловил наше с Нелли присутствие.

Пальцы непроизвольно сложились в нужную конфигурацию, и я приготовилась то ли к защите, то ли к нападению.

Темный?!

Даже не знаю, отчего не огрела заглянувшего в проем Ламберта. При виде меня он только удивленно вздернул бровь и ловко забрался в шкаф. Проделал все так быстро, словно всю жизнь тренировался на чужой мебели.

Что за наглость?!

— Тут нет места двоим! — заявила я и сложила руки на груди, словно это могло помочь выгнать незваного гостя.

— Я так и подумал, — не стал спорить парень, и по щелчку пальцев вместо отсутствующей дверцы проем заткнуло сорванное со стены зеркало.

Сам темный придвинулся ко мне и замолчал.

В шкафу стало сразу мало места, не говоря про то, что маг прижимался как-то слишком активно, ища выгодное положение.

Как представила, что нас найдут вдвоем, так сразу жаром опалило лицо.

— Тоже мне женская раздевалка, — пробормотал кто-то голосом секретаря Сильвера. — Один мусор кругом.

Можно подумать, что мужская за столько лет начала благоухать розами, а у входа выросли ромашки. Видела я их кем-то забытые трусы в горошек, когда мимо пробегала, никакого порядка!

Секретарь оказался дотошным работником и принялся греметь мебелью, явно намереваясь выслужиться перед руководством.

— Сильвер, кого-нибудь нашел? — Громогласный голос профессора истории заставил меня натянуться словно струна.

Нудный дядька, а еще очень мстительный. И он до сих пор у нас преподавал.

Раздавшийся деревянный скрип резанул по ушам, а после все повторилось.

— В первом шкафу пусто! — сообщил Сильвер.

— В одном туалете тоже, — в тон ему ответил историк.

Он что, под крышку унитаза заглядывал?

Мы с темным непроизвольно придвинулись друг к другу и перестали дышать.

— Сильвер, может, пойдем отсюда? Какой дурак будет прятаться прямо здесь, в центре событий?

— А как же поручение лорда Кроссмана? Ректор спросит, как все было. — В голосе секретаря промелькнуло сомнение.

— Раз ты такой молодец, иди вместе со мной и обыскивай уборные, — припечатал историк.

— Вы отлично справляетесь, профессор! — подхалимным тоном парировал секретарь.

Приблизившиеся шаги заставили меня напрячься, а пальцы снова сами собой сложились в конфигурацию. Напряжение все возрастало. А еще я переживала за Нелли, помочь которой сейчас уже никак не могла. Самообладание у боевых магов должно быть на высоте, а вот у меня едва не появилась искра. Ламберт вовремя накрыл своей ладонью мою руку.

— Терпение, Виола, — чуть слышно прошептал темный.

Губы мага коснулись моего виска, и по коже пробежали торопливые мурашки. Казалось, произнес всего два слова, а у меня сердце замерло, словно где-то был заложен тайный смысл с особым подтекстом. И вообще, разве можно запускать парня с таким завораживающим голосом в шкаф к честным девушкам?

Глава 7. Как попасть в свою комнату и не опозориться

Виолетта Калин

Когда темнота на улице стала отчетливой, мы вышли из здания. Ламберт выдвинулся первым, Нелли увязалась за ним, я прикрывала всю команду. Шли в обход и даже поторапливались, однако стоило приблизиться к воротам, как нас неожиданно встретил историк. Профессор выглядел слегка потрепанным, на куртке в районе боков темнели грязные пятна, словно мужчину кто-то пинал и он забыл переодеться. Однако когда я присмотрелась, то поняла, что это следы от обуви секретаря. Молча посочувствовала и тут же приняла покаянный вид, встав впереди всей нашей команды.

— Извините, такое больше не повторится, — грустно произнесла я.

— Адептка Калин, где вы были?

Сказано все было настолько требовательно, что я заморгала. Нет, мне совершенно не хотелось рыдать, я всего лишь надеялась, что слезный способ поможет разжалобить мужчину, зачем-то застрявшего на проходной. И даже попыталась выдавить из себя хоть капельку влаги, однако реветь отчего-то не тянуло совсем. Пришлось потереть сухие глаза пальцем, словно я действительно пустила слезу.

— Гуляли, господин профессор, — ответила я и практически не соврала, ведь академия расположена на территории населенного пункта. — Сестра поступила к нам, а сегодня первый день, и мне захотелось показать ей городок. Только со временем не рассчитали. Дальше ведь задавать будут много, и не факт, что удастся вырваться на выходных.

— Правда ваша, адептка Калин, будет сложнее. Через неделю жду доклад о первом ректоре Хагендорфа, и меня совершенно не интересуют общие сведения. Найдете что-нибудь необычное, но подкрепленное фактами. Теперь проходите, и быстрее. И друзей своих заберите, а в следующий раз не опаздывайте!

Я опешила и захлопала глазами, ведь доклад про ректора темных! И где я возьму такой материал?! Однако спорить не посмела и быстро проскочила через проходную. Задерживаться не стоило, ведь, преодолев одно препятствие, непременно встретишь другое.

Так и оказалось. Когда мы подошли к женскому общежитию, выяснилось, что орчанка заперла двери, сама же вытащила стул и уселась перед входом, чтобы никто не проник без ее ведома. Сложила руки на груди и задремала.

Мы безнадежно опоздали, и это не добавляло хорошего настроения.

К этому времени Ламберт отстал от нас, наверняка отправился к себе, что и неудивительно. Меня его проблемы не волновали, гораздо важнее было попасть в свою комнату.

— Что будем делать, Ви? — спросила Нелли.

Сестра поежилась и обняла себя руками. Легкая блузка совершенно не подходила к вечерней прохладе.

Я нащупала в кармане несколько монет и двинулась вдоль первого этажа, только подальше от орчанки. Ломиться во все подряд окна не стоило, но я была уверена, что кое-кто точно не откажется пропустить нас через окно, и даже была готова заплатить за это. Нашла нужное место и постучалась, только в ответ никто не открыл. Увы, но именно сегодня в этом окне не было света, как и во многих других. Складывалось впечатление, что на стадионе побывали все.

Я запрокинула голову и уставилась на собственное окно. Рамы были прикрыты, но не заперты — забыла это сделать, потому что торопилась, но тут проблемы я не видела. Заклятие от чужого проникновения накладывала сама, а потому никто бы не решился ко мне попасть, да и зачем?

— А где наше окно? — поинтересовалась сестра. — Может, мы сумеем так залезть?

— Ты хоть раз подобное практиковала?

— Никогда. — Плечи Нелли опустились.

— Я так и думала. А окно над нами. — Я ткнула пальцем вверх. — К сожалению, магия земли мне поддается плохо, и именно в этом месте замковая стена гладкая и отсутствует плющ.

Зеленое ползущее растение давно содрали с высокого каменного забора, ограждавшего академию. А то, что оказалось внутри, было красиво опутано плющом. Подозреваю, что проплешины на стенах общежития сотворили активные адепты, под весом которых растения попросту оборвались.

— Может, постучимся в другие окна?

— Не стоит, — покачала я головой.

Сплетни — это то, чего нам для полного счастья сейчас и не хватало, да и не везде жили те, с кем бы мне хотелось общаться.

— Ладно, сейчас что-нибудь придумаю.

Я уставилась на свисающую с крыши зеленую лавину, положила руки на стену и мысленно обратилась к растению. Темнота не способствовала общению, но я старалась.

— Ви, плющ спускается к нам! — удивленно прошептала сестра и схватилась за меня. — Ты настоящий маг!

— Нелли, если сейчас же меня не отпустишь, то у меня онемеет плечо, — предупредила я.

— Извини, оно само так вышло, — пробормотала сестра и отцепилась.

Видимость оставляла желать лучшего, но растение все равно ловило магию и откликалось. А когда оно замерло напротив нашего окна, я вздохнула свободнее. Затем снова направила поток силы к плющу, а он, вредная зараза, взял и застыл в метре над нами. И что бы я ни делала, ни в какую не желал спускаться.

Сестрица даже попрыгала, но в итоге подвернула ногу и тихо взвыла.

— Чтобы я еще хоть раз туда пошла! — выругалась Нелли.

— Не забудь только про свои слова в тот самый следующий раз, — хмыкнула я. Потерла ладошки, подняла их, чтобы снова прислонить к стене и заняться плющом, когда неожиданно рядом с нами раздалось:

— А через дверь зайти не пробовали?

Я резко обернулась и едва ли не нос к носу столкнулась с Ламбертом. Он был не один, а в компании своей свиты: Генри Шарго и Седрика Баха.

— Умник, — буркнула сестра и придвинулась ко мне поближе.

— Девчонки, мы можем потесниться, — широко улыбнулся темный Генри.

— Ты хочешь спать на улице и уступить нам свою комнату? — заинтересовалась я.

Разумеется, я не ждала от темных ничего приличного, но вдруг ошибалась? Вдруг он предложил исключительно по доброте душевной, а не из желания посмотреть, как девица покраснеет или же сразу согласится?

— Мы можем занять ее вместе, — осклабился умник.

— Перебьешься. Вы уже успели убраться в оранжерее и теперь дышите свежим воздухом? Как там поживает сломанный кактус?

Глава 8. Что забыли темные в светлой академии

Алан Ламберт

Алан едва успел вернуться к себе в комнату, как в открытое окно влетел вестник: письмо от дядьки. Сам лорд Фредерик Ламберт, он же куратор Хагендорфа, находился за пределами светлой академии и проживал неподалеку. Однако даже в этот поздний час желал видеть племянника.

«Алан, постарайся быть у меня в ближайшее время», — писал родственник.

Пояснения были не нужны. Фред хотел отчет о сегодняшнем дне, и Ламберт-младший был готов его сделать. Портал открылся без проблем, и уже через несколько секунд Алан очутился в просторной гостиной. Дядюшка нашелся сидящим в кресле у камина. Куратор темной академии потягивал вино из бокала, а на его коленях лежала тетрадь с записями. Хотел бы адепт заглянуть в содержание текста, однако, заметив интерес племянника, лорд быстро захлопнул свои бумаги.

— Как прошел день? — с ходу задал вопрос Фред и тут же сделал жест рукой, приглашая племянника сесть.

Рассказ вышел недолгим, и он касался общего впечатления об академии светлых. Единственное, о чем не стал упоминать Алан, так это о Виолетте Калин. Адептке, на которую он сразу обратил внимание. Даже сейчас маг мог без труда воспроизвести в памяти ее взгляд, когда девчонка увидела темных в портальной комнате. Восторга у нее не было ни на медяк, а вот желание отомстить за смешки довольно быстро переросло в маленькую месть. Не каждая такое себе позволила бы, а эта и стесняться не стала, но провернула все молча и ловко.

Это заинтересовало Алана, но впечатлений было много, а стоило присматриваться и к окружению. Поэтому на какое-то время маг забыл о шустрой девице. Тем приятнее было узнать, что учиться им предстоит вместе. Более того, половину занятия Ламберт провел, рассматривая девушку со спины. И надо заметить, то, что маг видел, ему очень нравилось: идеальные линии тела, нежная кожа, выбившиеся из косы светлые волосы и даже ее попытка сделать вид, что их, новеньких, в аудитории нет.

Как маг Виолетта оказалась сильной, это Алан сразу понял, хоть и не стал применять все свои умения. Хотелось знать, чему учат в Лаории, какие приемы предпочитают светлые боевые маги. Они оба словно не состязались, а танцевали, выставленные перед всей группой. Жаль, что места оказалось мало, на тренировочном поле было бы куда удобнее.

Слегка разочаровал Генри, проигравший старосте светлых. Это могло быть тактичным ходом, но Алан видел — Шарго действительно не справился с Риком Шуртом.

Тем интереснее было бы встретиться с этим старостой, бросавшим на Виолетту ревнивые взгляды. Алан сразу понял, что Рик Шурт неровно дышит к девушке, чего не скажешь о ней самой.

Дальше и вовсе все сложилось удачно, этот староста неожиданно предложил помериться силой на ежегодных тайных боях. В темной академии они тоже существовали, и Алан был уверен, что подобное развлечение встречалось везде. Но с чего Шурт решил, что темный позволит себя побить? Или этот светлый настолько самоуверен? Возможно, он приревновал понравившуюся адептку Калин к темному магу, который уселся позади самой девицы.

— Как провел день мой младший племянник? Я слышал, в этом году у светлых много первокурсников. Надеюсь, Ивар не вляпался в какую-нибудь историю.

— У него все в порядке.

— Это хорошо. Даже не знаю, разочарован ли я в нашей миссии или нет.

Оба Ламберта посмотрели друг на друга и промолчали. Хагендорфцы и лаорийцы издавна отправляли друг другу делегации, но вот чтобы случился обмен адептами — такого не было уже несколько столетий.

По личному распоряжению короля и королевы было решено устроить рокировку адептов. Любовь светлого монарха и темной принцессы выкинула подобный фортель, хотя нельзя было не признать: определенный толк от этого решения есть.

В результате возглавил компанию куратор Хагендорфа лорд Фредерик Ламберт. По его же настоянию была сформирована группа адептов для обмена, в которую вошли два племянника самого лорда и еще несколько талантливых магов. Главный смысл миссии — получение знаний. Но это светлые, а значит, потенциальные враги, и надо быть настороже.

Существовало перемирие, и очень давно. Даже браков между магами с разных сторон случилось много за последние столетия. И все же то и дело в тавернах вспыхивали конфликты между перебравшими вина темными и светлыми, заканчивающиеся непременным мордобоем.

Монархи придумали эту чехарду, а вот дипломаты и спецслужбы эйфории не испытывали. Поэтому Алану, как старшему из адептов, было поручено отчитываться о прошедшем дне, а сам лорд Фредерик на какое-то время намеревался задержаться в столице, но жить за пределами академии.

— И ты тоже убирался в оранжерее? — хмыкнул лорд.

— Присутствовал, — кивнул Алан и протянул ноги к камину.

До вина он даже не дотронулся, зато не отказался от предложенного ужина.

Сегодняшний день был сложным, но насыщенным. Особенно вторая его часть, когда после окончания боя с Риком Шуртом он бросился за Виолеттой. Почему именно за ней, маг и сам на сто процентов не знал, однако чувствовал — эта девица разумна и наверняка выведет к безопасному месту. Быть пойманным светлыми Алану совершенно не хотелось.

Оказалось, что Виолетта пыталась спасти свою сестру, которая, вместо того чтобы убежать, спряталась в ближайшем здании. Как страус, воткнувший голову в песок и посчитавший, что этого достаточно. Младший брат Ивар так не поступал, но у него были свои причуды, которые с возрастом наверняка должны пройти.

Очутиться в одном шкафу с адепткой Калин оказалось неожиданно приятно. К ней потянуло как никогда и ни к кому, хотя с чего бы так — разбираться было попросту некогда. Ситуация не располагала к размышлениям, а придурок-секретарь выслуживался и топтался в заброшенной раздевалке.

А еще Алан был уверен, что если бы он прикоснулся с нежностью к Виолетте, то девушка этого бы не оценила. В ответ тычок в бок мог бы стать самым быстрым вариантом.

В итоге они покинули заброшенное поле и оказались на территории академии, после чего разошлись. Ламберт отправился к себе и почти сразу наткнулся на Седрика и Генри. Как оказалось, тем удалось избежать столкновения со светлыми магистрами: парни довольно быстро покинули место облавы. А еще отчего-то совершенно не переживали за самого Алана.

Глава 9. Выселение сестры

Виолетта Калин

Проснулась я очень рано и первая отправилась в ванную. Перед тем как прикрыть за собой дверь, сняла звуковой купол над сестрой. Неля этого даже не заметила — она сопела, отвернувшись от меня.

Стоя под теплыми струями воды, я вспомнила вчерашний день и в очередной раз убедилась, что с сестрой надо поговорить. Непременно!

Я прикрыла глаза, ощущая, как теплые струи касаются волос и спускаются по плечам, и неожиданно (абсолютно случайно!) перед моими глазами возник Алан Ламберт. Такой, каким он был в шкафу.

Само собой, я была в курсе, что темные хорошо умеют кружить головы девицам, и наверняка это же едва не случилось со мной. Однако трудно было не заметить сильные красивые руки, да и телосложение парня на высоте.

Со смешком тряхнула головой, осознавая, что мы с Ламбертом знакомы несколько дней, а я уже о нем задумалась. Нет уж! Пусть своими помпонами другие трясут перед ним и прыгают, строят глазки. Мне же нужно написать доклад, и вот ради этого я забегу сегодня в библиотеку или пообщаюсь с Ламбертом. Должен же он знать что-то о ректоре Хагендорфа?! Может, тот хромал, но всячески стеснялся на людях это демонстрировать? Или же был лысым, косым, а из уважения к должности никто о таком не упоминал?

Ободренная собственными планами, я отключила воду, открыла глаза, и тут до меня донеслось:

— Ви, ты долго?

— Еще минуту, — ответила сестре.

Однако когда я собралась выйти из ванной, Нелли остановилась в дверях, не давая мне пройти, и хитро так поинтересовалась:

—Ви! Ты была на боях с тем темным парнем?

Кто о чем, а лысый о расческе!

— Разумеется. — Я без труда рукой отодвинула Нелли с дороги и прошла в комнату. — Разве ты не видела, что мы вместе с ним лезли в шкаф?

— Шутишь, его с нами не было. И все же откуда он взялся?

— Ветром прибило, как и секретаря? — предположила я.

На самом деле я хорошо помнила, что в тот тревожный момент, когда адепты узнали о появлении магистров, Алан Ламберт дрался с нашим старостой. Мне же пришлось гоняться за самой Нелли, поэтому прочие мелочи ускользнули от моего внимания.

— Знаешь, Ви, когда этот ненормальный секретарь нас разыскивал, я жуть как испугалась. И я бы тоже предпочла прятаться в шкафу с кем-нибудь, лишь бы не сидеть там одной. Этот темный мог бы и ко мне в шкаф залезть, я бы так от страха не тряслась. И зачем только пошла на эти бои?!

— Наверное, стоило посоветоваться со мной? — Я вопросительно приподняла брови. — Неля, ты не помнишь, не роняли тебя в детстве?

— Нет, а что?

— Головой сама не ударялась?

— Было разок, когда полезла за мячом под кровать. Виолетта, что за допрос?!

— А я все гадаю, с чего ты такая безответственная и делаешь только то, что хочется, и не думая о последствиях. Я понимаю, ты вырвалась из-под власти маменьки и желаешь свободы. Но рот-то у тебя имеется. Язык тоже и даже тридцать два зуба. Говоришь — не шепелявишь, все четко и понятно. Так почему бы не спросить про бои?!

— Но ты-то тоже там была, — напомнила Нелли, словно о таком можно забыть.

— Была, — не стала отрицать очевидное. — Тебя искала.

Я промолчала про ставку, все равно бой сорвался, а мои денежки плакали. Лучше бы решила сэкономить, а не гадать, кто из парней наставит шишек другому. Дармовщинка не удалась, а жаль.

И тут в дверь постучали.

— Кого к нам принесло в такую рань? — удивилась сестрица.

— Наверное, это Бонни, моя подруга. Переживает за вчерашнее.

Я открыла дверь и с удивлением посмотрела на двух парней. Тех самых, которые принимали денежные ставки. Я отчего-то понадеялась, что они кого-то разыскивают, поэтому и постучали в первую попавшуюся дверь. Однако один из них, лысый некромант, ловко достал кошелек. Он отсчитал несколько монет, протянул их мне и шепотом произнес:

— Темный вчера успел сделать Рика. Это твой выигрыш, Калин.

Парни ушли так же быстро, как и появились. Даже не стала спрашивать, как они умудрились пройти мимо орчанки. Эти проныры везде сумеют пролезть и внедриться.

Едва я прикрыла дверь, как сестра ехидно сморщилась.

— Говоришь, случайно там оказалась?

— Абсолютно. — Я даже бровью не повела. — К слову, ты с сегодняшнего дня полностью самостоятельная и от меня съезжаешь.

— Куда? — опешила сестрица.

— Не знаю, решите с комендантом.

— А если мест нет? Если этот вредный гном мне откажет?

— Такое вполне возможно, — согласилась я. — Договоришься с Тильдомом, как только кого-то отчислят, он тебя на то место и переведет.

— То есть вместо тебя у меня будет другая соседка? И еще непонятно, кто именно достанется?

— Верно, — спокойно произнесла я, видя, что Нелли задумалась и готова пойти на попятный. — Но ты не переживай, после вчерашнего кого-то могут отчислить.

— И ты так спокойно об этом говоришь?! — воскликнула с упреком сестрица, только меня ее тон даже не задел.

— Я им искренне сочувствую, поверь. А теперь поторопись, а то опоздаешь на завтрак или на занятия.

Умывалась сестрица очень быстро, я только и успела, что надеть платье. Взялась за чулок, натянула на одну ногу, когда Нелли вышла из ванной. Сестра встала передо мной и решительно заявила:

— Я сегодня же доберусь до коменданта, и он мне поможет. Выберу комнату и от тебя съеду. Сделаю жалобное лицо, и орк обязательно пойдет мне навстречу.

— Он гном, — напомнила я, с досадой глядя, как из-под ногтей побежала стрелка.

Испорченная вещь не подлежала починке.

— Какая разница?! — отмахнулась сестра.

Она направила палец на мою ногу, и надо же такому случиться, что капроновый чулок стал как новенький. Нити стянулись, и уже ничто не напоминало о дыре.

— Научишь? — тут же сориентировалась я.

Польза от родственницы все-таки была. Дырки на одежде я латать умела, но не чулки.

— Непременно, — пообещала она. — Но потом. Сейчас тороплюсь на завтрак.

Глава 10. Как побывать на физкультуре и в лечебнице в один день

Виолетта Калин

— Девчонки, привет. — Рик Шурт, наш староста, без спроса плюхнулся рядом со мной.

Его верный спутник Джек Ноа тоже не отстал. Уселся рядом, но с другого бока и пихнул локтем, да так, что я едва не облилась чаем.

— Вам что, других мест не выдали? — проворчала я и раздвинула локти, намеренно ткнув нахалов в бока.

Все это происходило под внимательным взглядом Бонни. Она-то сидела напротив и сейчас давилась от смеха компотом, наблюдая за нами.

Парни сразу поняли мой намек и отодвинулись.

— Калин, ты чего такая нервная с самого утра? — поинтересовался Джек.

— Переживала, отчислят тебя или нет, — огрызнулась я.

— Так я тебе и поверил, — ответил он.

— А вот я вчера еще и у ректора побывал, — заявил Рик, после чего принялся с аппетитом наворачивать кашу.

— И?! — не выдержала Бонни. — Наши попались?

— Нет, только первые и вторые курсы, — помотал головой староста. — Меня вызвали для профилактики: наших видели, но никто не попался.

— Опыта маловато, — подхватил Джек.

Мы все дружно кивнули, посочувствовали младшим, а за себя порадовались.

— Я слышал, ты вчера поставила на меня, — неожиданно заявил Рик и взглянул так внимательно, словно помимо денег думал о чем-то еще.

— Было дело, — не стала я отказываться.

Докладывать, что поставила и на темного, я не стала. Рик расстроится или обидится, а мне ссора со старостой ни к чему.

— О чем это вы тут болтаете без нас, а? Подвиньтесь, мы же теперь одна группа. Можно сказать, команда по выживанию.

Появление Алана Ламберта вышло настолько неожиданным, что Джек с чего-то действительно решил потесниться, а темный немедленно воспользовался ситуацией и втиснулся между нами. Прочие его друзья, включая трех девиц, тоже скромностью не страдали и уселись за наш стол, даже хотя свободных мест было меньше, чем незваных гостей.

Разумеется, после появления этой компании у нас стало тесно, а Рик зачем-то еще и прижался к моему плечу, хотя мог бы этого не делать. Я напряглась, все-таки жевать и свободно дышать — это разные вещи, и мне сейчас действительно стало неудобно. Попыталась провернуть трюк с расставленными локтями, но на этот раз парни меня проигнорировали.

— Алан, ты не мог бы чуть-чуть потесниться? — попросила та самая девица, которая подсунула магу выпечку.

— Нет, — сказал как отрезал Ламберт.

От его несколько резкого отказа мне вдруг стало приятно.

— Но почему? — Девица захлопала ресницами, словно решая, пустить слезу или не стоит.

— Гелла, если я подвинусь, то Виолетта перестанет дышать, — пояснил маг.

— За столом это необязательно, — буркнула любительница темных парней и уткнулась в свою тарелку.

— А ты попробуй. — Я расплылась в улыбке, готовая продолжить перепалку.

Увы, но больше ничего добавить не успела — Рик дернул меня за рукав.

— Рад, что ты вчера сбежала, — сообщил староста, отвлекая меня от парочки сбоку.

— Опасаешься, что меня отчислят? — произнесла я.

На всякий случай повернула голову, чтобы поплевать через плечо три раза, но не удалось. Жаль, что в это время рядом со мной сидел Ламберт, а не Гелла-пирожок, уж тут бы я не постеснялась. Наверное.

— Разумеется, я хотел пригласить тебя на новогодний бал в качестве моей подружки, — сообщил староста.

— Зачем так рано? — опешила я.

Снег мы все ждали уже через месяц, а то и раньше, однако получить приглашение от Рика Шурта я была не готова ни сегодня, ни через неделю.

— Чтобы ты знала, с кем идешь, и не переживала. Не волнуйся, Виолетта, я напомню, — заявил староста.

Он сказал это так самоуверенно, словно я уже дала согласие, выбрала платье и к нему туфли.

Я открыла рот, как рыба, потом закрыла и тут же осознала, что за столом повисла тишина. Все ждали моего ответа. Лишь Генри и Джек соревновались, кто быстрее соскребет кашу со дна тарелки. Выходило громко и настойчиво.

— Как интересно, — протянул Алан и ехидно глянул на нас с Риком. — У вас приглашают девушку за завтраком?

— А у вас за ужином? — непонятно почему огрызнулась я.

Гелла-пирожок перестала жевать и прислонилась к плечу Ламберта, но тому вдруг захотелось почесаться, в результате девица отскочила от мага как мячик.

— По-всякому, — ответил за всех темных Генри.

— Даже не знаю, повезло вам или нет, а нам с Бонни пора на занятия, — язвительно отозвалась я.

Мы с подругой переглянулись и одновременно встали из-за стола, затем двинулись к выходу из столовой.

— Котик, наконец-то стало не так тесно, — донесся довольный голос Геллы. — Эти девицы с виду худые, но столько места заняли!

— Наслаждайся этим, — коротко бросил Ламберт и тоже встал вслед за нами.

Судя по донесшемуся грохоту и смешкам, парни поднялись все разом, а девицы с помпонами остались в одиночестве. Мне хотелось обернуться и посмотреть на лица светлых прилипал. Хотелось! Но я не стала делать этого, чтобы кое-кто не подумал, будто для меня это важно.

— И что, ты с Риком пойдешь на зимнее торжество? — поинтересовалась Бонни, стоило нам очутиться в коридоре.

— Я еще не решила, — пожала плечами.

— Да? А староста наверняка посчитал, что ты согласна.

— Его проблемы, — отмахнулась я.

Насколько я знала Рика и адептов, стоит нам побывать вместе хоть на одном мероприятии, как после все будут считать нас парой.

А я этого точно не планировала.

Первым занятием стоял урок физкультуры. Зная об этом, мы много не ели, потому что иначе беда. Магистр Орм Колль слыл тираном и зверем, и в этом была доля правды — преподаватель родился оборотнем. Волк терпеть не мог полных и ленивых, однако и любимчиков не имел.

Новый полигон располагался гораздо ближе старого, и, переодевшись, мы все как один выстроились у беговой дорожки. Коренастый магистр придирчиво осмотрел нас (девочек), довольно крякнул, глядя на темных новичков. Наши парни остались практически без внимания, что тоже было неплохо.

Глава 11. Поцелуй в библиотеке

Виолетта Калин

Когда я вернулась с занятий, то не обнаружила в комнате ни одной вещи Нелли. Немного царапнуло в душе, что мелкая даже записочки на столе не оставила, а ведь могла и порядок после себя навести. Маг-бытовик в ее лице наплевал на свою работу, зато не забыл прихватить мой шарфик, который висел на дверце шкафа.

Пришлось вначале потрудиться, после чего я взяла тетрадь и отправилась в библиотеку. Точнее, сделала всего несколько шагов, но в самый неподходящий момент почтовик издал пронзительный звук. Этакий грозный окрик, напомнивший, что кое-кто забыл проверить сообщения.

Пришлось вернуться.

Как я и предполагала, письмами меня завалила матушка.

«Виолетта, радость моя, как прошел твой первый день?» — гласила первая записка.

Я на всякий случай отодвинула шкатулку и внимательно ее рассмотрела: моя ли? Матушка только на первом курсе поинтересовалась, как я добралась, на этом ее родительское внимание закончилось. А тут сразу несколько писем, читать которые становилось страшно. Мало ли какие новости она решила сообщить, раз пишет мне, а не самой Нелли.

«Как там Нелли? У милой девочки все хорошо, и она учится не покладая рук. Скажи, чтобы ответила на мои записки. И завтракает ли она? Надеюсь, что задают первокурсникам не так много, как ты рассказываешь».

Я взяла следующую бумажку, за ней другую, потом третью. Все они касались исключительно сестры. Недолго думая, набрала номер почтовика Нелли и отправила всю корреспонденцию ей. Сверху положила свою записку, в которой крупными буквами написала: «Ответь матушке, иначе она сама к нам приедет. Меня искать не станет, а вот тебя достанет и через ректора!»

Переживала ли я по поводу того, что мать печется о Нелли, но постоянно забывает обо мне? Раньше да, меня это часто задевало. Однако с годами нашла в этом свою прелесть — родительница не лезла в мою жизнь. Зато мне с лихвой хватало любви отца, хотя он вечно занят на своей работе в магической мастерской, изготавливающей артефакты.

Шкатулка проворно проглотила послания, мне же оставалось только взять рабочую тетрадь и отправиться в библиотеку. До ужина еще несколько часов, и я намеревалась уже сегодня прощупать почву относительно чего-нибудь интересного про ректора Хагендорфа. Очень надеялась на то, что в период вражды наши магистры собирали необычный материальчик на темных.

До библиотеки я добралась без приключений, разве что при выходе из общежития столкнулась с Геллой-пирожком. Девица светилась от счастья, а при виде меня откинула распущенные волосы с плеча на спину, задрала нос и довольно произнесла:

— Мы сегодня с мальчиками идем на прогулку, а ты, судя по всему, решила учиться в свободное время? Бедная Виолетта Калин, так и парня у тебя не будет.

И с этаким сочувствием напускным все было сказано, что захотелось выдать в ответ гадость.

— У тебя одолжу, если понадобится, — оскалилась я и поспешила прочь.

Однако едва я вышла на крыльцо, как дверь за спиной открылась и вслед донеслось:

— Я своим не делюсь!

— Тогда донашивай сама, — пожала я плечами.

— Ты просто завидуешь мне! — выкрикнула дурная девица, а потом хлопнула дверью, словно бессмертная.

Жаль, что суровая орчанка тетя Граба днем отдыхала, ее сейчас крайне не хватало для наведения порядка.

И надо ж тому было случиться, что именно после этих слов я заметила стоящих в стороне темных однокурсников. Ламберт, Шарго, Бах, они смотрели на нас с интересом, явно ожидая продолжения. Сразу стало понятно, о каких парнях для выгула упомянула Гелла-пирожок.

Останавливаться я и не подумала, здороваться тоже посчитала излишним делом. Виделись сегодня уже. Перехватила тетрадь покрепче и поспешила прочь.

До нужного здания добралась без проблем, трудности возникли уже при общении с библиотекарем.

— Мне бы что-нибудь про темных ректоров, желательно про самого первого.

— Про темного ректора? — удивился библиотекарь и поправил очки на переносице. — У нас светлая академия, как можно?!

Патриотизм в чистом виде прекрасен, но не в том случае, когда велено принести доклад с перчинкой.

— Это не моя инициатива, а профессора Ревеуса. — Я покаянно вздохнула.

Дескать, не я такая, историк чудит.

— Даже не знаю, адептка Калин, что вам посоветовать. Попробуйте поискать нужное на дальних стеллажах. Лучше начать с самого низа, хотя без лестницы все равно не обойтись.

— То есть нужные мне книги имеются? — В моем голосе появилась надежда.

— За последние несколько лет ни разу не интересовались таким, — утвердительно кивнул библиотекарь. — Но все доступные адептам материалы по темным расположены там. Они есть, а вот насчет нужных, Калин, выбирайте сами.

Поблагодарив книгохранителя, я отправилась в указанном направлении. Читальный зал, через который мне пришлось идти, уже не пустовал. Пришлось тащиться в самый дальний угол, минуя давно изученные мной стеллажи.

— Вот ты какая, наука темная, — выдохнула я, глядя на мрачные полки, установленные книгами чуть ли не до потолка.

Свет из окон не делал темные корешки краше, а из-за того, что стеллажи были высокими, в этой части библиотеки царил полумрак. И тишина, нарушаемая едва доносившимися разговорами сидящих в читальном зале адептов.

Магические силы, только бы не уснуть!

Спустя два часа из всех выбранных книг на маленьком столике лежали три тощие брошюрки, напоминающие скорее выдумки, чем серьезный материал. Рассказы о темных колдунах и их достижениях мало походили на научный труд, больше на сплетни. Более того, неизвестный автор еще и насмехался над магистром, придумавшим механическую мясокрутилку. Дескать, вот какие отсталые ученые у темных — вместо магии используют ручной труд.

Я выписала себе авторов, чьи работы посмотрела, а потом снова принялась за дело. На этот раз пришлось воспользоваться лестницей, но чем выше я забиралась, тем больше росло мое разочарование и болела спина. Решив, что на сегодня энтузиазм иссяк, я принялась спускаться. Кряхтя и держась одной рукой за лестницу, другой за поясницу, вдруг осознала, что нахожусь здесь не одна.

Глава 12. Когда завтрак с друзьями бодрит

Виолетта Калин

«Ви, если хочешь, приходи ко мне в гости. Живу этажом ниже», — гласила записка от Нелли.

Надо же, вот и я дождалась чести получить письмо от взбалмошной сестры. Значит, финт с новым жильем младшенькая сумела провернуть. Обычно этажом ниже селили первокурсников, скорее всего, кто-то из них попался во время облавы. Остается надеяться, что сам урок Нелли усвоила и больше не станет бездумно нестись туда, куда позовут.

Я посмотрела на пол и подавила желание подпрыгнуть. Возможно, сестрица ушла на ужин, а я тут буду топать впустую.

После произошедшего в библиотеке аппетит отсутствовал, и я решила, что сегодня столовая обойдется и без меня. Перекушу печеньем с чаем, а на завтрак, само собой, приду как полагается. Диеты не для магов, а то ноги к концу месяца переставлять не смогу.

Все, решила, в столовую не иду. И мне без разницы, будут ли сидеть девицы-помпоны за нашим столом. У нас с Аланом нет никаких отношений, а я имею право на собственную прихоть. Пусть Ламберт считает, что это женский каприз и он исключительно из-за темного нахала.

Может, после поцелуя у меня случилась травма, как ее?! Душевная!

Возникло желание навестить сестренку, и я даже сунула ноги в туфли, а потом шкатулка недовольно пропиликала о поступившем письме. Поход в гости пришлось отложить. Наверняка это матушка озаботилась здоровьем младшей дочери и ее успехами.

Я оказалась права, присланная записка прибыла из дома. Мама утверждала, что у нее вот уже несколько часов мигрень и давление. Отсутствует аппетит по причине того, что неблагодарные дочери совсем о ней забыли. Совершенно!

Пришлось написать ответ, что у нас все в порядке и что сегодня отличная погода. Задают, как всегда, много, но я давно привыкла к такому ритму. Нелли же сама в силах написать, и она это сделает в ближайшее время. В конце дополнила, что непременно постараюсь проследить за сестрой.

Вложила записку в шкатулку и послала ее домой. Затем я взялась за матушкино сообщение и переправила его Неле. Если у сестрицы уже есть копия, то пусть еще раз прочитает.

Пока я думала, стоит ли идти в гости этажом ниже, пиликнул почтовик. «Сейчас исправлюсь!» — писала сестра.

Прогресс, однако!

Я нагрела воду в чашке и бросила туда щепотку заварки, добавила дольку лимона. Отчего-то сахара у меня не нашлось, зато обнаружилась плитка шоколада и пачка печенья. Прогуливать столовую оказалось довольно сладким делом, и я расслабилась, только долго это не продлилось. Почтовик снова оповестил о поступившей корреспонденции.

Ну, Нелли, если ты опять забыла ответить матушке, то смотри у меня!

На этот раз писал отец. От бумаги, которой он касался, пахло можжевельником и шиповником, и я невольно заулыбалась. О привычке папочки добавлять ягоды в чай знали все. Значит, сейчас он сидит в своем кабинете, работает, а рядом стоит чашка с ароматным напитком.

Отец просил прощения, что не смог нас проводить из-за большого и важного заказа. Я хмыкнула: какая ерунда, нас неплохо выставила из дома матушка, озабоченная поиском жениха для своих кровиночек, особенно для младшей.

Еще папа написал, что перевел на мой счет деньги. Узнав сумму, я согласилась, что такой заказ упускать было никак нельзя. Добавил, что его девочки самые умные и красивые, а старшая еще и талантливая. Приписал, чтобы я не забывала о личной жизни -— она должна быть.

Да разве о таком забудешь?! Нахальный темный со своим поцелуем забрался в голову и то и дело подкидывал мыслишки о себе! Мечтательные, весьма нехарактерные для меня.

Растроганная запиской отца, я в ответ поблагодарила его и сообщила, что личная жизнь у меня имеется. В выходной мы с друзьями отправляемся в театр на новинку.

Отец похвалил, поддержал и пожелал успеха. И это было последнее на сегодня сообщение, полученное через почтовик. Даже хотела сунуть артефакт в шкаф под стопку одежды, но он и сам отлично уловил мой мысленный посыл. Не пиликнул ни разу, и я благополучно про него забыла на этот вечер.

Зачем нужны друзья, догадайтесь?!

Бонни заглянула ко мне в тот момент, когда я переодевалась ко сну.

— Извини, подруга, раньше не могла. Так почему ты не была на ужине? — спросила лиса, едва я открыла дверь. — У тебя гости?

Рыжая вытянула шею и попыталась заглянуть, не спрятался ли какой адепт в моей комнате.

— Аппетит пропал.

— Это ты зря. Вот, держи! На кухне прихватила.

Бумажный пакет с пирожками, который подруга бережно прижимала к себе, пах изумительно.

— Проходи, чего застыла в дверях, как не своя? -— спохватилась я.

Отказываться и упускать такую вкуснятину не хотелось. Дурная я, что ли?!

— С дороги-то сойди, — хихикнула лисица. — Ой! А где твоя сестра? Ты ее все-таки выгнала? Достала тебя мелкая?

— Она съехала этажом ниже, — поделилась я. — Нелли тренирует самостоятельность и независимость.

— Это полезно, — согласилась подруга.

Разумеется, пирожки закончились нескоро, мы же под чаек отлично поболтали.

— Тебя за ужином не хватало. Видела бы ты, сколько народа теснилось за нашим столом. Честное слово, Ви, придется нам менять место обеда. Им всем как медом намазано! А когда-то мы с тобой спокойно ели, и никто к нам не прижимался, не сопел в уши.

— Опять девчонки с помпонами прискакали? — посочувствовала я, а у самой неприятно кольнуло в сердце.

Наверняка Гелла-пирожок сидела рядом с Аланом и сияла, как начищенный медяк.

— Помпоны были, и темные тоже. А еще Рик с толстяком Джеком. В общем, не ужин, а какой-то базар. Только тебя и Ламберта не хватало.

— А он-то куда пропал?

При мысли об Алане в памяти возник блеск глаз мага. Сейчас Ламберт показался мне парнем, овеянным тайной. Однозначно этот темный не был рядовым адептом даже в своей академии.

— Сказали, что отбыл к какому-то родственнику. Ви, ты не против, если пирожок с повидлом я оставлю тебе, а сама возьму с мясом?

Глава 13. Приключение с огоньком. Как попасть к дракону и не быть съеденной

Виолетта Калин

— Адепты, порадуйтесь вместе со мной: сейчас у нас будет теория, а потом практика. И это на весь день, — заявил Дарбор и осклабился, глядя на нас, как на подопытных кроликов.

Полная тишина в аудитории сменилась тихим стоном. Причем звук издали как парни, так и девчонки.

Я напряглась. Конечно, для боевого мага практика – само собой разумеющееся, да и не впервой подобное перемещение прямо с занятий. Зная пакостный характер Дарбора, напряглась еще раз. Более того, даже лисица застыла как на охоте, выдавая всей своей позой усиленное внимание.

— Не боитесь, берите пример с Калин. Все будет в лучшем виде, правда, Виолетта? — Вредный магистр подмигнул мне, и по коже пробежал неприятный холодок.

В прошлое такое перемещение меня забросило в серые пустоши, где помимо мрачных песков и вонючих испарений бродили голодные зубастые твари. Я отличилась – уничтожила трех перламутровых монстров, тогда как наши по одному или два. Но мало того что пришлось вспомнить все заклинания, так вдобавок там было невозможно жарко. Вернулась я в пропитанной грязью форме, потрепанная и в вонючей слизи, облепившей меня после уничтожения последней твари. Бытовая магия не помогла, пришлось блестеть и благоухать до смены одежды. Про то безобразие, которое творилось на голове, лучше не вспоминать.

Порадовал факт, что не одна я такая красивая пришла к Тильдому, вместе со мной половина группы была вынуждена менять испорченный нарядец, что не добавило настроения вредному бородачу.

А еще возмутил факт, что после моего поистине блистательного возвращения я получила зачет. Всего лишь один?!

— Записывайте. Магическое истощение как результат неправильного использования и перерасхода магии, — произнес Дарбор.

Мы все послушно заскрипели самописными перьями.

Я успела закончить всего лишь первое предложение, как почувствовала легкое прикосновение к шее. Едва ощутимое, но я была уверена, что это проделки темного. По коже сразу пробежали восторженные мурашки, а восприятие обострилось. Сердце заколотилось часто-часто, а в груди потеплело. Как такое возможно?!

Алан в отличие от своих друзей сидел прямо за моей спиной, и именно его я не могла видеть. И все же я обернулась, после чего уверилась в своих предположениях.

Чокнутый Генри и Седрик уткнулись в тетради и тоже записывали наравне со светлыми адептами. Лишь сидящий между ними самоуверенный аристократишка смотрел на меня с едва различимой улыбкой. Маг веселился из-за того, что я сопела и пыталась делать вид, будто ничего не происходило.

Нашел развлечение!

Вызвать в себе хоть толику праведного гнева на идейного врага не получилось. Магистр же говорил очень важные понятия, так что мне пришлось снова сосредоточиться на учебе. На какое-то время Ламберт от меня отстал, и только прозвеневший звонок выдернул из состояния сосредоточенности.

— Ты куда? — поинтересовалась я у подруги, которая подскочила из-за парты.

— Надо найти брата и узнать, как насчет билетов, достал или нет, — пояснила Бонни, после чего умчалась разыскивать одного из братьев.

— Культурная программа на выходные, да, светлячок? — поинтересовался Алан, едва подруга умчалась.

Трое темных отчего-то не желали выметаться из помещения даже на перемену.

— Разумеется, — не стала я отказываться.

— Кабаре, танцы в трактире или сразу напиваетесь? Поете песни о светлых, но беспробудно пьяных магах, мечтающих разбогатеть? — полюбопытствовал Генри.

— А ты спроси у Геллы, она девушка общительная, расскажет и покажет. В смысле покажет заведение, которое тебя интересует, — пояснила я и поднялась из-за парты.

Покинула аудиторию и даже не удивилась, когда заметила Геллу-пирожка, проходящую по коридору. Интересно, сколько раз она так курсировала туда-сюда, делая вид, что шла мимо.

Я покинула аудиторию и присела на подоконник, после чего уставилась на кабинетную дверь, чтобы не упустить очередной променад прилипчивой девицы.

Ламберт вышел вслед за мной. Я даже не удивилась, глядя на то, как на парня сразу налетела любительница потрясти помпонами.

— Ой, Алан! Ты-то мне и нужен, — воскликнула девица и попыталась схватить адепта за рукав.

У нее ничего не вышло, темный оказался проворнее.

Маг не стал топтаться на месте, а подошел ко мне и остановился рядом. Со стороны посмотреть — мы словно сладкая парочка, решившая посекретничать.

На несколько секунд Гелла зависла, на ее лице мелькнуло неудовольствие. Однако она быстро пришла в себя. Подошла к нам и, глядя исключительно на Ламберта заявила:

— Алан, мне очень нужна твоя помощь.

Дескать, а ты, Калин, можешь даже не слушать, не для тебя секретик припасен. Иди отсюда и не мешай соблазнять главаря темных адептов.

— Какая? — с ленцой в голосе поинтересовался Ламберт.

— Ты не мог бы мне помочь расстегнуть браслет?

— Нет, мне некогда, — заявил Алан, — у меня дело. Обратись к Генри, он точно поможет.

Выражение: ты ее гонишь в дверь, а она лезет в окно, приобрело понятные очертания. Я даже замерла, боясь пропустить хоть слово от Геллы-пирожка. Неужели меня не вспомнит и просто так уйдет?

— Пожалуй, — согласилась девица и поджала губы, словно ее смертельно обидели.

Таки не вспомнила, переживу этот факт как-нибудь.

К слову, Генри куда-то запропастился, прихватив с собой Седрика. Мы остались вдвоем, если не считать адептов моей группы, слоняющихся по коридору. Разумеется, наше с Ламбертом общение не осталось незамеченным.

— Зачем ты это сделал? — спросила у Алана.

— Ты про Геллу? — усмехнулся парень.

— Не прикидывайся, я про то, что вытворял на уроке.

— Тебе не понравилось?

Я поджала губы и уставилась на Ламберта, решившего, что может в легкую вогнать меня в краску. А я действительно почувствовала, как к щекам прилила кровь, но слова для мага нашлись. Чуть подалась навстречу Алану, отчего адепт перестал зубоскалить и сглотнул. Прошептала, глядя в глаза темного:

Глава 14. Как спасти Виолетту и не пропасть самому

Алан Ламберт

Тот момент, когда магистр Дарбор отправил Ви в непонятное место, маг едва не пропустил. Шустрая Калин дождалась своей очереди для перемещения и коснулась рукой артефакта. Ламберт тут же схватил девицу за локоть, в голове сгустился туман, а спустя короткое время маг очутился на берегу озера.

Алан прямо так и очнулся с протянутой вперед рукой.

— Ты, милок, подаяние просишь или стихи читать русалкам вздумал? — насмешливо произнес женский голос.

— Чего?! — Ламберт убрал руку.

Солнце нещадно било в глаза, словно он простоял тут не несколько минут, а как минимум час.

Темный маг повертел головой и сразу заметил сидящую на деревянных мостках девицу. Ноги незнакомки были скрыты по колено в воде, тогда как сама она была одета в яркий сарафан. Черные косы разметались по плечам, а скособоченный на макушке платок грозился вот-вот свалиться с головы.

Ламберт напряг память. На территории темных проживали всякие национальности, эта больше походила на лесных колдуний.

— Яга? — спросил адепт.

— Ой, какой ты серьезный, милок. Мог бы и подыграть. Поспрашивать, кто я такая и чего на мосточке забыла, — с насмешкой произнесла девушка, после чего легко поднялась на ноги.

— Некогда мне глупостями заниматься, — заявил Ламберт и внимательнее уставился на собеседницу.

Преображение девушки случилось моментально. Вот только что тут сидела обычная девица и мочила ноги, а теперь перед Аланом стояла статная красавица с выразительными глазами, показавшимися Ламберту выцветшими. Накопленный опыт сбрасывать Яга не пожелала.

— Мне нужен портал, — заявил темный.

— Так уж и нужен, — заулыбалась девица, сверкнув щербиной между нижними передними зубами.

Яга подошла к Ламберту и попыталась прикоснуться пальчиками к груди парня, но маг перехватил тонкое запястье.

— Так где портал?

— Пообедаешь со мной — скажу, — заявила колдунья.

— Мухоморами кормить станешь?

Алан не доверял ведьмам, никогда не доверял.

— Если захочешь, — рассмеялась плутовка. — А вообще-то, меня Азалия зовут, а тебя?

— Алан. Так что с порталом? Какой он, далеко ли берет?

— Фу, какой ты скучный. — Яга перестала улыбаться, но в серых глазах промелькнуло самодовольство. — А вообще, некогда мне с тобой разговаривать, у меня дел много, да обед стынет. Хочешь тут оставаться, тогда сиди на берегу и грейся на солнышке.

Колдунья что-то задумала, и маг это сразу понял. А чего ожидать от лесной жительницы, частокол которой оказался усыпан черепами?

Пустые глазницы ближайшего черепа издавали подозрительное свечение, и маг остановился у головы, однако прикасаться не стал. Кость показалась слишком белой, словно ее недавно отполировали и потерли кислотой.

— Боишься? — спросила Азалия.

— Кто это?

— То женихи мои неудавшиеся. Буйную головушку сложили в драке друг с другом. А мне с ними расставаться не хотелось.

Приятного в увиденном не было ничего, некромантом Ламберт никогда не мечтал быть.

— Ну что, Алан, все еще аппетит не отбил? — развеселилась Яга Азалия. — Пошли, говорю, не съем я тебя, только немного понадкусаю. Сегодня картошка с грибами да пироги с кашей. Иного нет, гостей я не ждала.

Ламберт перешел на магическое зрение, но ничего необычного не заметил. Более того, черепа выглядели как тот же забор или пугало, воткнутое у куста вишни.

Алан перестал рассматривать череп и двинулся вслед за ведьмой. «Пироги с кашей» даже звучало странно, наверняка и на вкус ничего хорошего.

Однако стоило магу сделать шаг, как до него дошло, чем пахло от черепа. Клеем. Темный не постеснялся и вернулся, после чего приблизил лицо к голове. Принюхался.

— Чего рассматриваешь? — раздался настороженный возглас Азалии.

— Народное творчество? Сама додумалась делать их из клея и бумаги или кто-то научил?

В ответ собеседница недовольно фыркнула и ушла.

Первая страшилка на поверку оказалась рваными клочками бумаги, приклеенными друг на друга. Настоящих же черепов маг насчитал лишь половину от тех, что висели на заборе.

Стол Яга собрала скоро — все и так было приготовлено, разве что к обеду присоединился нежданный гость.

— Садись, молодец недобрый, — произнесла Азалия и хмуро покосилась на Ламберта. — Наливку вишневую пьешь или водой чистой питаешься?

— Не откажусь. — Алан решил подыграть хозяйке, к тому же она так и не сказала про ближайший портал.

То, что наливка была с секретом, адепт распознал сразу. Перстень на пальце поменял цвет с кровавого на розовый. Осталось только произнести заклинание, нейтрализующее одурманивающий наговор. Маг сделал это прежде, чем выпить стакан до дна. Увы, вместе с ядом испарились и градусы, превратив напиток в вишневый компот.

— И как? — с придыханием поинтересовалась Яга и облизнула губы. — Может, хочешь еще?

Стоящий перед ней стакан тоже опустел, зато щеки колдуньи порозовели.

— А давай! — согласился Алан.

Второй и третий компоты были магом благополучно выпиты. Ведьма проследила за каждым действием гостя, а потом осторожно спросила:

— Ну как я тебе? Хороша?

— Слов нет как, — подтвердил Алан, едва сдерживая смех.

Порошок подчинения в картошке маг тоже распознал, да только не действовал он на Ламбертов. Особенность рода такая, унаследованная от того самого ректора Хагендорфа.

— Тогда, мил человек, исполняй мое желание! — Ведьма вошла в раж.

Азалия подскочила из-за стола, сорвала платок с головы и отбросила его на пол.

— Какое?

— Стриптиз хочу со срамными песнями и задорными танцами, — заявила Яга и залпом выпила стакан вишневой настойки. После чего поддернула повыше сарафан на груди и приготовилась ждать исполнения мечты.

Маг засмеялся и сам потянулся за четвертым стаканом компота. Однако быстро передумал, потому что предыдущие три точно были лишними.

— Ты чего, Алан? Песен, что ли, задорных не знаешь? — поинтересовалась Яга.