Академия Нотингейл

Пролог

Два моих самых дорогих человека умирают прямо сейчас. Сестра за сотни миль отсюда, в тишине больничной палаты. Любимый - здесь, у меня на руках, в полумраке стылого подземелья академии.

Юбка моего платья от-кутюр в пыли, шёлк стального цвета порван по подолу. Он скрипит под коленями, когда я бережно укладываю на них голову любимого. У меня словно наживую отрывают куски сердца, когда я медленно провожу пальцами по бровям, глажу скулы, целую лоб, переносицу, касаюсь застывших губ.

Я потеряла его.

Я потеряла сестру.

Я не знаю, как жить дальше.

Потоки магии вокруг питаются горем, разрывающим грудную клетку. Нотингейл всегда забирает своё. Его бессмысленно умолять о пощаде, торговаться, предлагая взамен свою душу, требовать или грозить местью. Древние стены не знают пощады: они пропитаны магией Источника, первородной, изначальной, всемогущей. Ты можешь рассчитывать на поддержку, но там, наверху, где веселятся люди и гремит музыка. Здесь же, в Сердце, где сами камни подземелья будто дышат силой, магия глуха к человеческим страданиям.

Всего сутки назад тот, кого я люблю, сказал: «Не смей жертвовать собой! Твоя жизнь очень важна». Сутки назад... Двадцать четыре часа, за которые я почти поверила, что всё будет хорошо.

Нет, не будет. Только не с нами. Глупые мечты наивной девушки разбиваются о пол подземелья, на котором лежит самый невыносимый - и самый желанный на свете мужчина.

Я целую его холодные губы снова и снова, надеясь, что детские сказки были правдивы. Увы, это всё ложь.

Я потеряла двух самых дорогих людей. Моя жизнь превратилась в прах.

Гул магии опять нарастает вокруг.

Мне больше не выбраться из этого подземелья. Никогда.

Глава 1. Элитная школа для девочек

За три месяца до этого

Я кладу заявление на стол директора и молча жду решения. Господин Бэнкрофт, вздохнув, поднимает на меня взгляд. Он сворачивает проекцию окна новостей: вспышка камеры выхватывает немолодого статного мужчину, с непроницаемым лицом садящегося в аэромобиль. У двери в окружении охраны замер черноволосый парень лет двадцати с надменным взглядом типичного мальчика-мажора. Заголовок гласит: «Разлад в империи Мейсонов! Брендан Мейсон отказывает наследнику в передаче дел...» Я отвожу взгляд: не хочу, чтобы директор подумал, будто я заглядываю ему в магпроектор.

Не притронувшись к заявлению, мистер Бэнкрофт нажимает кнопку спикера и велит секретарю перенести встречу за ланчем на полпервого. Мне отведено тридцать минут – роскошь в условиях плотного директорского графика.

- Итак, мисс Хантер, вы хорошо подумали?

Я даже не удивлена, что господин Бэнкрофт в курсе моей затеи: мисс Митчелл, наш... мой опекун, всегда докладывает директору о любых проблемах. А что может быть более проблемным, чем перевод из Райтон-Хоув, престижной школы для девочек?

- Да. – Голос уже не дрожит, когда я коротко киваю в ответ.

Директор фыркает и откидывается на спинку кресла, запускает пальцы в волосы, ероша их почти юношеским движением. Хотя чего я: господину Бэнкрофту всего тридцать четыре, он мечта и объект поклонения всех девчонок, начиная со средней школы. Пряди каштановых волос ложатся ему на плечи, ясные голубые глаза никогда не смотрят с презрением или превосходством. Я знаю: он искренне желает помочь но, увы, это не в его силах.

- Вы понимаете, от чего отказываетесь? Что ставите на кон? Школа Райтон-Хоув предоставляет всего пять мест королевским стипендиатам. Вы и сами знаете, какой трудный у нас конкурс. Наши выпускницы добиваются высокопоставленных должностей в Совете, становятся министрами и директорами крупнейших компаний, чаще прочих женщин совершают магические открытия и руководят важнейшими разработками по всему миру. Вы только перешли из средней школы в старшую. Три года – и перед вами откроются все двери.

Я упрямо поджимаю губы. Для девчонки из приюта диплом Райтона – всё равно что выиграть в лотерею собственный станок по печати денег. Никогда я так не радовалась, как пять лет назад, когда прошла вступительные испытания сразу на второй курс средней школы. Чтобы остаться в старших классах, я весь прошлый год готовилась к сложнейшим экзаменам. Мисс Митчелл расплакалась от счастья, когда узнала мои результаты. Она всегда была добра ко мне.

Директор помолчал, дав время на обдумывание его слов, но я упрямо двигаю к нему заявление, а потом отступаю на шаг от стола. Взяв листок в руки, директор применяет запрещённый приём:

- Думаете, мисс Кэтрин хотела бы для вас этого?

Я стискиваю зубы, сдерживая рвущуюся наружу грубость. Демонстративно отворачиваюсь к окну, невидяще смотрю, как садовник сметает опавшие листья в кучу и развоплощает их одним движением. Держать такого мага на этой должности невероятно затратно, но господин Бэнкрофт не считается ни с чем, когда под вопросом внешний вид школы. Родители богатых и талантливых должны видеть, на что идут их денежки.

Конечно, Кэти хотела бы, чтоб я закончила Райтон, устроилась на престижную работу и ни в чём не нуждалась. Вот только всё теряет смысл, если она никогда не скажет этого сама.

Стук ручки по бумаге отвлекает от горьких мыслей. Директор берёт заявление, читает его, будто надеется увидеть в нём нечто иное, и снова кладет на столешницу.

- Вы мне ещё спасибо скажете, – вдруг говорит он.

Одинокая бумажка с моими небрежными письменами тлеет под его пальцами, как сухой лист. Я вспыхиваю. Ну уж нет! Он не заставит меня прорываться второй раз через секретаря-привратника, стерегущего директорский распорядок не хуже цепного пса. Прищурившись, я смотрю на пепел, который господин Бэнкрофт уже собирается смести в мусорку. Еле заметноый блик пробегает по столу, и лист бумаги восстанавливается из мельчайших пылинок в считанные секунды.

Директор хмурится. Такое беспардонное использование магии нельзя спускать с рук: каждое обращение к Источнику энергозатратно и требует времени на его восстановление. Потому первые уроки по магическому искусству направлены вовсе не на освоение крутых заклятий, а на умение контролировать свой резерв. Да и неуважительно это – отметать директорское решение, как несущественное, однако мне всё равно.

- Сегодня мне исполнилось восемнадцать, господин Бэнкрофт, – говорю я со злостью, кипящей внутри весь последний месяц. – Никто, даже мисс Митчелл больше не может влиять на мои решения. Благодарю за заботу, но лучше подпишите заявление.

Я сжимаю кулаки с такой силой, что болят костяшки. Мы с директором смотрим друг на друга: я с яростью, он с недовольством. Бумага скрипит под ручкой, когда он наконец-то ставит размашистую подпись в самом низу.

- Надеюсь, вы знаете, что делаете, мисс Блэр, – мрачно говорит господин Бэнкрофт. – И, кстати, уголка не хватает.

Он кивает на крошечный недостающий фрагмент листа – и как только разглядел? Я бегло ощупываю пространство магией. Нахожу пропажу: бумага расплавлена в пыль. Чтобы восстановить её, придётся приложить вдвое больше усилий. Не колеблясь, я черпаю из Источника, и заявление в руках директора восстанавливается будто само собой. Даже через чур: чернила светятся от переизбытка магии, впихнутой в бумагу.

Глава 2. Академия Нотингейл

Скоростной поезд за полтора часа привозит меня в Мейдвуд, самый крупный город графства Кантум. Всю поездку я бездумно пялюсь в окно. У меня нет плана, как нет и желания его продумывать, только тонкая папка с документами из Райтон-Хоув. Мисс Митчелл здорово помогла мне, направив заявления о переводе через Социальное министерство, а потому я знаю: меня ждут.

После причудливого сочетания современных зданий и старой кирпичной кладки столицы здесь всё походит на деревню конца прошлого века. Брусчатка, редкие аэромобили, сам вокзал всего в три этажа. Я будто окунаюсь в прошлое, которое никогда не видела, но казавшееся очень знакомым. Тяжёлые тучи заволакивают небо, но я, несмотря на наставления Энн, вызываю обычное такси и ещё два часа трясусь по колдобистым дорогам графства. Дождь то барабанит по крыше, то стихает, уступая место назойливой музыке из динамиков. Я даже успеваю задремать, привалившись к оконному стеклу. Но когда впереди показываются шпили академии, меня охватывает напряжение.

Академия Нотингейл построена пятьсот лет назад, и по сравнению с ней, Райтон-Хоув кажется скромной общагой. Зал для празднеств и приёмов с торжественными арочными потолками, окна с витражами, высоченные входные двери в три моих роста, отдельное крыло библиотеки – наверняка на десятки тысяч книг, а позади неё – узкая башня часовни. Одной стороной здание примыкает к лесу, но мы едем к нему с юга, через медленно увядающие поля. И чем ближе подъезжаем по грунтовой дороге, тем массивнее выглядит академия – целый городок, объединённый разноуровневой крышей.

Кстати, город на горизонте тоже виднеется, к нему ведёт другая дорога. Я вижу очертания домов, неясные огоньки в окнах, свет фонарей, отражающийся в небе, затянутом сизыми вперемешку с чёрными тучами. Это Истерфорд – небольшой городок на берегу Звёздного моря. Там жизнь, смех, слёзы и счастье, а здесь – мрачная тишина пятисотлетнего замка. Я приоткрываю окно, чтобы впустить в кэб свежий воздух: надеюсь ощутить солёный морской аромат, но в лицо бьёт густой запах влажной земли и холодного осеннего леса.

- Приехали, мисс.

Таксист – грузный дядька с недельной щетиной – останавливает машину перед коваными воротами в стене академии. Величественное здание палачом нависает над нами, и я невольно ёжусь под взглядом десятков тёмных окон.

Браслетом прикасаюсь к счётчику между передними сиденьями, оплачивая поездку. Таксист помогает вытащить мой чемодан, но не успеваю я зайти внутрь, как он уезжает, пробороздив лужу, и окатив носки моих ботинок водой. Прижав к груди сумку, тащусь к воротам. Во внутреннем дворе, который видно через узорчатую решётку, никого. Кажется, что во всей академии пусто, так здесь тихо.

Толкаю воротину и с изумлением выясняю, что вход закрыт. Интересное дело! И как мне попасть внутрь?

Будь это Райтон-Хоув, я бы позвонила в администрацию. Кроме того, школа находилась в пригороде столицы, в крайнем случае можно подождать в кафе, пока выйдет охранник. Тут же ни души вокруг, только ещё час топать пешком до города.

Редкие капли снова падают на гравий площадки перед входом. Их темп нарастает с каждой минутой. Нет уж, мокнуть тут, как подзаборная крыса, я не собираюсь.

Сначала я трясу ворота обеими руками, бросив чемодан. Кричать кажется глупым, но, когда через пять минут никто не приходит, я плюю на стеснение – и на ворота, – и зову во всё горло:

- Эй! Кто-нибудь! Открывайте!

- И нечего так орать, – раздаётся скрипучий голос откуда-то справа.

Там, в арке, появляется тень. Сумрак, настигший академию с дождём, не даёт мне сразу разглядеть дверь в каменной кладке. Прямо перед моим носом загорается лампа, и я щурюсь от яркого тёплого света.

- Меня зовут Блэр Хантер, – подавив робость, твёрдо говорю я. – Приехала учиться по распределению от Социального министерства.

- Точно. А я-то думаю: кажется, что-то забыла, – саркастично говорит голос.

Тень отползает от лампы, поднятой на уровень моей макушки. Через витую решётку ворот на меня смотрит старуха лет семидесяти. Седые волосы, не прикрытые капюшоном, торчат соломой, лицо в морщинах, крючковатый нос венчает бородавка. Вылитая ведьма из сказок.

- Ну заходи.

Старуха касается ворот пальцем, ногтем проводит по ним сверху вниз, и те распахиваются, будто разрезанные ножом. Любопытная охранная система. Бесключевой доступ наверняка обходится администрации в копеечку.

Не подаю вида, что удивлена. Спешно затаскиваю чемодан в арку: дождь уже барабанит во всю. Старуха рассматривает меня с подозрительной ухмылкой. Её просторные одежды полностью скрадывают фигуру – кажется, что я и впрямь попала на столетия назад. Нащупываю магбраслет, убеждая себя, что скачки во времени невозможны, но это не укрывается от проницательного взгляда старухи. Фыркнув, она даёт мне знак идти следом.

- В Нотингейле никто не будет бегать за вами, юная леди, чтобы открыть дверь, – бросает она через плечо. – Я миссис Гарт, завхоз академии и смотритель порядка. Имейте ввиду: если ваше поведение не будет соответствовать нашим высоким стандартам, вы рискуете получить наказание.

Сжав зубы, я тащу чемодан по брусчатке через дворик. За какие-то секунды мелкий дождь разошёлся в полноценный ливень, и струйки холодной воды уже проникают за шиворот. Колёсики чемодана жалобно скрипят, пока на очередном камне правое не отрывается вовсе. Вот чёрт! И что теперь, тащить его на руках?!

Глава 3. Новые друзья и новые враги

Я выдыхаю, когда дверь директорского кабинета захлопывается за спиной. Слова миссис Рид всё ещё звучат в ушах. В Райтон-Хоув я была сосредоточена на учёбе, хоть Энн и пыталась привить мне любовь к тусовкам. Но то, что спустят на тормозах члену семьи Уолден, никогда не простят девочке из приюта.

Сейчас же придётся нарушать правила – иначе как выяснить, что произошло? Отличница во мне протестовала, сестра, жаждущая правды, раздражалась, что нужно притворяться, будто я и впрямь приехала учиться.

Не попасться под пристальным оком директрисы и провести собственное расследование – в самом деле, что может быть проще? Но для начала хорошо бы попасть в класс, чтоб не схлопотать проблем в первый же день.

Я разворачиваю расписание, нахожу нужную колонку. Последний урок уже почти заканчивается, и логичнее пойти в столовую на ужин, однако я помню слова директрисы. Что ж, в класс так в класс.

- Северное крыло, Башня Красной звезды, аудитория пять, совместная лекция у профессора Бэйли, – читаю я. – И как мне найти эту башню?

Строчка в расписании блестит иссиня-чёрными чернилами. А что если использовать поисковик? Обычно для него нужно точно представить искомый объект. Формировать его вот так, вслепую, зная лишь название – верный способ потратить Источник наполовину, а результата не добиться. Но ведь здесь я не ограничена временем пополнения резерва.

Решившись, я черпаю магию, складываю ладони лодочкой и шепчу:

- Башня Красной звезды.

Светлячок взлетает с моей руки. Сделав круг по коридору, он летит вперёд, а я бегу следом, стуча подошвами по каменным плитам. К счастью, башня оказывается рядом: я миную галерею, перебегаю внутренний двор, прикрывая голову сумкой от ливня, а потом взлетаю по широкой лестнице на второй этаж. Дёрнув дверную ручку, пропускаю поисковик вперёд. Тот, юрко прошмыгнув между моих рук, взвивается по спирали вверх. Я поднимаюсь по крутой лестнице, чувствуя колотьбу в боку. Когда светляк замирает на лестничной площадке, я уже с трудом сдерживаю хрип. Вспыхнув, магия растворяется в воздухе, оставив после себя лёгкий запах озона.

Я пытаюсь отдышаться и одновременно поправить растрепавшиеся волосы. Форму академии мне ещё не выдали, поэтому я до сих пор в чёрных джинсах и водолазке. Кожаную куртку пришлось снять ещё внизу башни, и я запихиваю её в сумку. Выдохнув, осторожно стучу по двери. Может, удастся проскользнуть незаметно?

Не дожидаясь ответа, тяну ручку на себя и вхожу внутрь.

Полукруглая аудитория освещена множеством огоньков, парящих под потолком. В высокие окна бьёт дождь, дальнее из них приоткрыто, и в классе пахнет прохладой наступающей осени. Удивительно, но здесь почти уютно. Длинные парты заняты лишь наполовину: в классе не больше тридцати студентов.

- Итак, давайте перейдём к практике! – радостно предлагает молодой человек за кафедрой.

Профессору Бэйли около тридцати, светлые волосы мягкими волнами падают ему на лоб, а голубые глаза смотрят с улыбкой. Я опускаю сумку на скамью у входа, стараясь привлекать к себе как можно меньше внимания, но дверь хлопает от сквозняка так оглушительно, что я подскакиваю на месте.

Все присутствующие поворачиваются в мою сторону. Щёки невольно краснеют от столь пристального внимания.

- А вы у нас..? – нахмурившись, спрашивает профессор, отвлекаясь на магбраслет. – Ага, вижу. Мисс... Хантер?

Студенты переглядываются, кто-то начинает шептаться. Мистер Бэйли листает развернувшийся в воздухе список, удивлённо вздёргивает брови.

- Блэр Хантер, – киваю я.

- Что ж, мисс Хантер, проходите. – Профессор улыбается и указывает на парту перед собой. – Оставьте вещи и подойдите ко мне, поможете в эксперименте.

Отсидеться не получится. Я расправляю плечи, игнорируя шепоток студентов, уверенно прохожу вперёд, хоть внутри вся робею.

География магических Источников – скучный предмет. В Райтон-Хоув мы бесконечно чертили карты, заучивали даже самые мелкие Источники королевства, разбирали изменения потоков магии. Одна сухая теория, ничего интересного. Так о какой практике идёт речь?

- Сейчас мы с вами попробуем найти Источник по карте, – возвращается к уроку мистер Бэйли. – Из первого курса мне поможет мисс Хантер, из третьего... – Он скользит взглядом по студентам за моей спиной и говорит: – Мистер Мейсон, помогите мисс Хантер.

Я кидаю сумку под парту, прохожу к кафедре, затылком чувствуя всеобщее внимание. Так, Блэр, плевать на учёбу, главное – не получить неуд по дисциплине. Вот только быть отстающей – непривычная роль.

Я подхожу к профессору, и тот вручает мне колбу с пробкой – по виду самая обычная, какими пользуются на уроках алхимии.

- Мистер Мейсон?

Такая знакомая фамилия... Я поднимаю голову. Все взгляды уже устремлены не на меня, а на парня за дальней партой. Он сидит, откинувшись на спинку скамьи, чёрная чёлка падает на глаза. Белоснежная рубашка небрежно расстёгнута, приоткрывая ключицы. Тёмно-синяя жилетка нараспашку, пиджак валяется на парте рядом. Его окружают пятеро парней и пара девчонок – всем лет по двадцать, наверняка с выпускного курса.

- У вас практика, мистер Мейсон, – напоминает профессор. Я замечаю, как он нервно сжимает ручку. – Подойдите и помогите мисс Хантер.

Глава 4. Ничтожество – это я

Дождь кончился только к утру. Мы с Дженной чуть не опоздали на первую лекцию, полночи обсуждая всё подряд. Меня и впрямь поселили к ней в спальню. Комната оказалась меньше, чем наша с Энн спальня в Райтоне, зато на последнем этаже башни. Должно быть, днём отсюда открывается красивый вид на бескрайние поля, а ночью можно будет наблюдать за звёздами – когда разойдутся тучи.

Проспав, я хотела было пропустить завтрак, но Дженна меланхолично повернула в сторону столовой. Пришлось идти следом, хоть я всё время нервно посматривала на часы.

- Успокойся ты, мы успели, – с усмешкой говорит Дженна, когда я первой прибегаю к двери в аудиторию, едва дав соседке поесть. – Это же практика по контролю. Тебе, наверное, и вовсе можно не ходить.

Я с сомнением хмыкаю. Мы оказываемся в просторной зале без парт. Одна стена закрыта зеркалами, в углу притулилось фортепиано, вот только танцы и музыка нам сегодня не светят. Кажется, здесь собрались все ученики средних и старших классов.

- Мисс Хантер, мисс Маршалл, проходите скорее, – поторапливает нас низенькая пухлая преподавательница, миссис Петерсон.

Мы берём по мягкому коврику и пробираемся в дальний угол, где ещё есть свободное место. Украдкой я оглядываю собравшихся студентов. Лиама нахожу не сразу. Он сидит в противоположном углу залы, близко к профессору, выглядит так же болезненно, как и вчера. Услышав мою фамилию, Лиам вздрагивает, как от удара, но не поворачивается, лишь ещё сильнее вжимает голову в плечи.

Надо с ним поговорить – пока его мерзкого братца нет поблизости.

- Итак, начнём, – хлопает в ладони миссис Петерсон. – Сядьте в удобной позе, расслабьте руки, покрутите головой, чтобы размять шею. Закройте глаза и сосредоточьтесь на Источнике внутри.

Свет под потолком становится тусклее, мягче. За окнами всё ещё хмурятся тучи, и я боюсь, как бы не задремать в такой умиротворяющей обстановке. Послушно прикрываю глаза, чувствуя, как под кожей бегут заряженные потоки магии. За всеми нервами последних часов я даже не сразу обратила внимание, как искрится силой мой Источник.

- Почувствуйте, как он наполняется снаружи, а потом найдите собственные резервы. Откуда они исходят? Насколько они стабильны? О, мистер Мейсон, поторопитесь, вы отвлекаете других. Мы уже начали.

Из расслабленного состояния меня выдёргивает знакомая фамилия. Приоткрываю один глаз и вижу перед собой ноги в безупречно отглаженных брюках. Если Дэмиан намерен доставать меня при всех, то пусть не надеется, что я буду молчать. Однако провоцировать его не собираюсь.

Демонстративно выпрямляю спину, чуть запрокидываю голову. Тень парня исчезает, но я слышу, как Дэмиан усаживается за моей спиной. Пытаюсь снова поймать ощущение спокойствия, но всё внутри так и ждёт подвоха.

- Зачем ты сюда явилась?

Я вздрагиваю от его внезапного шёпота. Дэмиан сидит за моим левым плечом, подальше от Дженны и остальных студентов. Его дыхание щекочет шею, когда он наклоняется ближе.

- Тебе здесь не место.

Поведя плечами, я отбрасываю волосы, собранные в привычный хвост, надеясь попасть по нахалу. Увы, парень отодвигается ровно настолько, чтобы избежать удара, но продолжать вторгаться в моё личное пространство.

- Тебе-то какое дело? – слегка повернув голову, отвечаю я. – Боишься?

Мои губы едва шевелятся, но слова Дэмиан услышал. Скрипнув зубами, он нагибается к моему уху.

- Я не виноват в том, что случилось с твоей сестрой – если ты об этом. И никто не виноват. Девчонка полезла туда, где одной с нестабильным Источником находиться крайне опасно.

От этих слов я вся холодею, хотя его дыхание обжигает шею. Врачи, директор Бэнкрофт, миссис Рид, профессор Бэйли, а теперь и Дэмиан говорят, что произошедшее с Кэти – случайность. Но почему я никак не могу в это поверить?

- Тогда чего ты дёргаешься? – собрав всё спокойствие в кулак, спрашиваю я. – Дай мне поговорить с братом...

- Только подойди к нему, – перебивает Дэмиан. В его голосе неприкрытая угроза.

- Почему? Я просто хочу узнать...

- Не смей, я сказал. Не заставляй портить тебе жизнь.

- Думаешь, это может меня напугать?

- Думаю, что если не дура, то будешь держаться от моего брата подальше. А если умная – попробуешь вернуться в свою престижную школу.

Не успеваю ничего ответить: миссис Петерсон грозно смотрит в нашу сторону. Приходится прикусить язык, оставив за Дэмианом последнее слово. Остаток урока я прилежно пытаюсь сосредоточиться на Источнике, но то и дело возвращаюсь мыслями к парню, сидящему позади. Он тоже больше не пытается меня задеть, лишь за секунду до звонка встаёт и быстро, пока я ничего не успела сделать, догоняет брата.

- Ты моим телохранителем заделался? – слышу я обречённый вздох Лиама, когда они проходят мимо.

- Просто хочу проводить с братом побольше времени, – непринуждённо отвечает Дэмиан.

Они скрываются в коридоре, а меня догоняет Дженна.

- Что он хотел? – любопытствует она.

- Да так, ерунда.

Я уклоняюсь от ответа, не желая говорить о своих планах, которые всё ещё не оформились, но понимаю: помощь Дженны мне наверняка понадобится.

Глава 5. Урок этикета

- Вот, гляди, что я достала! – Дженна украдкой жмёт что-то на магбраслете, и мне прилетает сообщение.

Подруга опоздала на ботанику, и мистер Хилл, сухонький старичок-профессор неодобрительно качает головой. Оранжерею, полную всевозможных растений, накрывает стеклянный потолок, а одна из стен – ряд сплошных высоченных окон, из которых открывает вид на побуревшие поля.

Я пододвигаю горшок с наперстянкой, которую нужно аккуратно пересадить в общую кадку, и под прикрытием растения нажимаю на магбраслет. Пролистываю список имён, который мне ни о чём не говорит.

- И? – Я недоумённо смотрю на Дженну. Та чуть ли не подпрыгивает от возбуждения, пытаясь одновременно натянуть на руки холщовые перчатки.

- Это одногруппники Кэти! – шепчет она. – Начнём с девчонок: у нас общая гостиная, и выцепить их после уроков будет раз плюнуть!

Я ещё раз проглядываю список. Кроме Лиама здесь семнадцать человек. Итого восемь девочек, десять мальчиков – как будто не много, вот только вести допрос мне ни разу не приходилось. Что ж, придётся учиться на ходу.

- Спасибо! – шепчу, поспешно сворачивая проекцию, пока мистер Хилл не сделал нам замечание.

Урок заканчивается ровно тогда, когда мы с Дженной пересаживаем последнюю наперсятнку и поливаем корни раствором, сдобренным крупицами магии. Стащив с рук изгвазданные в земле перчатки, я запихиваю фартук в шкаф. Надо поторопиться: следующее занятие ведёт директриса.

Дженна тоже взволнована, но по другому поводу – урок этикета, на который мы собираемся, совмещён у всех старших классов.

- Это несправедливо – ставить этикет после ботаники, – возмущается она. – Как можно непринуждённо вести светские разговоры и держаться за столом с достоинством, когда от тебя пахнет удобрениями?

- Считай это испытанием для собеседника: ему же нюхать – ах, простите, обонять! – наши одежды.

Я не успеваю закончить, как Дженна, украдкой понюхав свой пиджак, уносится в спальню переодеваться. Пожав плечами, я поднимаюсь в залу, где по утрам проходят практики по контролю Источника. До звонка ещё пять минут, успею забежать в туалет в конце коридора.

Открываю дверь, и чуть не сталкиваюсь нос к носу с Реджиной и двумя её подругами – Сильваной и Молли.

- Фу, – морщится Реджина, театрально прикрывая рукой нос. – Ты подставляешь весь класс, Хантер: миссис Рид будет недовольна таким внешним видом.

Сама Реджина выглядит безупречно: туфли без единой пылинки, белокурые волосы пышными локонами лежат на спине. Уж не знаю, как она умудряется и на ботанике не отлынивать, и выглядеть, как королева, но я рядом с ней – совершенная замарашка.

Девушки проходят мимо. Черноволосая Сильвана хихикает, а рыжая Молли бросает на меня презрительный взгляд. Я влетаю в туалет, громко хлопнув дверью. Проклятье, мне нельзя получить выговор от директрисы!

Открываю кран, быстро умываю лицо и руки цветочным мылом. Собранные в хвост волосы распускаю, беспощадно деру их расчёской, а затем старательно укладываю в низкий пучок. Пиджак засовываю в сумку, туда же летит жакет. Я остаюсь в тонкой белой водолазке, юбке до колен и ботинках. Чёрт возьми, и как я не догадалась взять с собой туфли? Но времени бежать за сменной обувью нет: раздаётся первый удар колокола.

Когда я прибегаю к аудитории, студенты уже заходят внутрь. Миссис Рид встречает нас у дверей, оценивающе оглядывая каждого. Её собственный вид идеален, как всегда: тёмные шоколадные волосы собраны в гладкий низкий хвост, неизменная красная помада и овальные очки добавляют ещё больше строгости.

- Мистер Аллен, в следующий раз отправлю в прачечную, гладить рубашку без помощи магии. Мисс Грэм, выплюньте леденец, это неприлично – так чавкать. Мисс Стивенс, хорошо, а вот мисс Форт побольше опрятности с волосами и поменьше духов.

Реджина сияет от похвалы, а Молли спешно приглаживает рыжие локоны, собранные в косу.

Меня миссис Рид окидывает пристальным взглядом, но делает замечание, о котором я подумала и сама:

- В следующий раз берите на занятия туфли, мисс Хантер.

Дженна удостаивается короткого кивка: она вбегает следом, переодетая в элегантное чёрное платье-футляр. Миссис Рид уже собирается закрыть дверь, как последним в зал входит Дэмиан в компании высокого блондина. Они разительно непохожи друг на друга: светловолосый одет в белоснежную рубашку и тёмно-синие брюки, а Дэмиан весь в чёрном. Рубашки обоих небрежно расстёгнуты, у блондина ещё и рукава закатаны.

- Мистер Мейсон, мистер Корвин. Как приятно, что вы почтили нас своим присутствием, – едко замечает директриса. – И застегнитесь, у нас не урок соблазнения.

Девушки в зале хихикают, краснеют, бледнеют. Я закатываю глаза, когда Дэмиан с выражением глубочайшей скуки на лице застёгивает одну пуговицу. Его приятель подмигивает девчонкам неподалёку, чуть кланяется миссис Рид и преувеличенно поспешно приводит себя в пристойный вид.

- Итак, начнём. – Директриса жестом велит всем подойти поближе. – Вчера пришло сообщение от комиссии: в этом году Нотингейл принимает зимний бал дебютантов. Лучшие ученики старших классов со всей Илатерры приедут к нам, чтобы предстать перед главами корпораций, владельцами международных производств, видными политиками, деятелями науки и культуры. Это важный день для всех студентов. Найти место для профессиональной практики, добиться стипендии от фонда, получить предложение по работе в лучших компаниях королевства можно будет каждому. Как принимающая сторона, мы не можем показать себя невеждами, не знающими правил поведения в приличном обществе. Поэтому эти уроки так важны в этом году, и я надеюсь на вашу полную вовлечённость.

Глава 6. Стреляй, Хантер

Обдумываю предложение Виктора до самого утра. Да, я настроена нарушать правила, но взлом директорского кабинета – за гранью. Что если меня поймают, а я ничего не узнаю, или того хуже, поймают, а я узнаю нечто важное, но доступ в Нотингейл будет уже закрыт? Верчусь на подушке полночи, представляя лицо миссис Рид, когда она обнаружит меня, копающуюся в её хранилище. Только под утро забываюсь беспокойным сном, в котором сердце продолжает заходиться бешеным стуком от простого скрипа двери.

- Ты в порядке? – осторожно интересуется Дженна.

Мы сидим в столовой за завтраком, и я дважды уже попыталась посолить кофе и сыпануть сахар на яичницу. За соседним столом взрываются смехом старшекурсники. Дэмиана среди них нет, но я вижу активно жестикулирующего Виктора. Девушки смотрят на него с обожанием, парни дружески подначивают. Виктор замечает мой взгляд и приветственно машет рукой, от чего остальные поворачиваются в нашу с Дженной сторону. Я утыкаюсь носом в кружку с кофе, делаю долгий глоток, надеясь, что всем надоест пялиться.

- Блэр?

Голос подруги выдёргивает из хмурых мыслей. Надо что-то делать – и я решаюсь, на одном дыхании выдаю ей предложение Виктора.

Глаза Дженны становятся круглыми, как блюдца.

- С ума сошла? – шепчет она, наклоняясь так близко, что кончик её русой косы щекочет мне запястье. – Тебя поймают, выгонят с позором и отберут стипендию! Это таких, как Виктор, за подобные выходки ждёт лишь выговор. Для нас же это крест на учёбе!

- Знаю, – со стоном я тру лицо руками. – Но что делать? У меня нет времени, я не могу ждать три месяца, пока пришлют копию отчёта.

- А если это подстава? – продолжает сыпать моими страхами Дженна. – Виктор и Дэмиан дружны чуть ли не с первого появления Мейсона в Нотингейле. Что если всё это лишь забава мальчиков-мажоров, для которых чужая жизнь – пустышка?

Я с сомнением бросаю осторожный взгляд на стол старшекурсников, но они уже расходятся.

- Не похоже, – мямлю в ответ.

Дженна горестно закатывает глаза.

- И как он собирается достать ключ? – продолжает она. – Ты видела, как здесь открывают двери – всё настроено на магию, а уж у миссис Рид и подавно! Запасные ключи были только у миссис Гарт, но после того как… Короче, их больше нет!

Поникнув, молча болтаю ложкой в кружке с кофе. О ключе я не подумала. В Райтон-Хоув у персонала был доступ по заряженным ключевым картам. Как-то раз девчонки сумели сделать копию, чтоб пробраться в запертый на ночь бассейн. Когда их поймали, Энн здорово досталось от родителей за неподобающее поведение. В Нотингейле же всё работает на магии. И правда, как Виктор собирается помочь мне проникнуть в кабинет директрисы?

- Давай начнём с чего попроще, – предлагает Дженна. – Я выяснила, кто соседка Кэти. Поговори с ней, и если поймёшь, что без отчёта никуда, я попробую тебе помочь.

- Ты не обязана, – говорю я, комкая салфетку. – Не хочу тебя подставлять.

Но Дженна отмахивается.

- Без меня ты наделаешь дел. Пошли, надо успеть поймать Лину после практики по контролю.

Лина оказалась крупной высокой девушкой с ярко-рыжими пышными кудрями. Смешливая, она даже во время медитации на Источник то и дело фыркала, что-то рассказывая соседке. Мы с Дженной устроились прямо за её спиной, и весь урок я только и могла, что следить за девушкой, даже не пытаясь сосредоточиться на магии внутри себя.

Когда звон колокола огласил здание академии, я тороплюсь вслед за ней. Выйдя из аудитории, Лина идёт в сторону туалета. Дженна даёт знак, что придержит ненужных свидетелей, и я вбегаю следом.

Девушка стоит у раковины, поправляя растрепавшиеся волосы и одновременно косясь на проекцию сообщения в магбраслете. Остановившись рядом, я растерянно кручу вентили крана, засовываю руки под воду. Не представляю, как начать разговор.

- Ой, привет! – Повернувшись, Лина чуть не врезается в меня и смеётся. – Прости, рассылка анонимных сплетен заставляет забыть о реальности.

Не представляю, о чём она, но киваю. Лина всматривается в моё лицо, и её улыбка вянет.

- Ты сестра Кэтрин. – Девушка не спрашивает. – Конечно, это ты. Вся академия только и говорит о твоём приезде.

Я пожимаю плечами.

- Блэр. – Протягиваю ей руку, но она настороженно смотрит на меня, не спеша здороваться в ответ. Вздохнув, решаю быть честной: жонглировать словами не мой конек. – Мне нужна твоя помощь.

Лина наигранно вздёргивает брови, но не спешит отмахиваться.

- Я всё рассказала полисмену – и не раз. Неужели тебе не передали результаты расследования?

- Только в общих чертах. – Я набираю в грудь воздуха. Спрашиваю, будто в ледяную прорубь ныряю. – Скажи, что делала Кэти в тот вечер?

Девушка скрещивает руки на груди. Она высокая – в свои пятнадцать я была сантиметров на пять ниже. Сейчас же мы смотрим друг другу в глаза, со стороны и не скажешь, кто тут из старшей школы.

- Это мой первый год в Нотингейле, мы даже не успели толком пообщаться, – пожимает плечами Лина. – Прошла всего неделя с начала занятий.

Я стараюсь не показывать, как расстроена. Весь последний месяц я вновь и вновь корю себя, что ничего не знаю о друзьях Кэти. Единственная подруга, про которую она рассказывала, покинула Нотингейл год назад, и с тех пор сестра не делилась подробностями, а я и не лезла, считая, что ей хочется самостоятельности. Паршивая-препаршивая из меня сестра.

Глава 7. Чем заканчиваются танцы

- Он... что? – От удивления брови Дженны чуть не исчезают в волосах.

Она сидит на кровати, листая перед сном конспект по диагностике ауры. Когда я ввалилась в спальню и, бросив сумку, закрылась в ванной, подруга принялась испуганно стучать в дверь. Не ответив, я скинула форму на пол, чтобы тут же забраться в душ. Вывернула краны на максимум. Только стекающие по лицу струи горячей воды сумели меня успокоить. И чего я так разнервничалась? Дэмиан – мерзавец, всё его поведение это подтверждает. Нельзя позволить ему влезать мне под кожу. Нужно выдохнуть, составить план и начать действовать – и плевать на его предупреждения.

Когда я вышла из ванной, Дженна чуть не снесла меня с ног. Потребовалось десять минут, чтобы успокоить её, переодеться в пижаму, а заодно пересказать случившееся в тире. Теперь она сидит на кровати, болтая розовым пушистым тапочком в воздухе, а серые глаза округляются всё больше, по мере моего рассказа.

- Снова угрожает, – бурчу я, падая на свою постель.

Вспышкой-воспоминанием возникает холодный взгляд зелёных глаз. Не могу выкинуть из памяти грубую хватку его рук, сильное тело, прижимающееся ко мне, палец, почти касающийся моих губ, минеральный запах парфюма. Трясу головой, прогоняя наваждение.

- О нет, Блэр, это называется не так. – Дженна смеётся, а я закатываю глаза. – Когда парень прижимает девушку к стене всей грудью, это не всегда угроза. Точнее, может быть и она, но ещё это называют заигрыванием.

- Он нахал, лжец и манипулятор, – злюсь я.

- И красавчик, – добавляет подруга.

- Да, но... Дженна!

Та заливисто смеётся, а я густо краснею. Неужели мои мысли так легко прочитать? Зарычав, накрываюсь одеялом с головой. Свет гаснет по щелчку пальцев – я потихоньку привыкаю к особенностям Нотингейла, используя магию всё чаще в бытовых вещах. Матрас прогибается, когда Дженна плюхается рядом и гладит меня по спине.

- Прости, что смеялась, – со сдерживаемой улыбкой в голосе говорит она. – Ну нравится он тебе...

- Не правда! – Отбросив одеяло, яростно смотрю на неё.

- Хорошо, – покладисто соглашается Дженна. – Значит, ты ему нравишься...

- Это не так! Он только и делает, что угрожает!

Подруга фыркает, но не настаивает.

- Я б не отказалась от такого угрожателя, – мечтательно говорит она. – Красивый, богатый...

- Злой, – вклиниваюсь я.

- Страстный, – поправляет Дженна.

Тут я не выдерживаю, и мы смеёмся.

- Так что ты будешь делать с отчётом? – спрашивает она примирительно.

Устало тру лицо ладонями. Будто у меня много вариантов! Когда Виктор достанет ключ? Как забраться в директорский кабинет и не попасться? Чувствую себя балансирующей на канате эквилибристкой: одно неверное движение – даже не шаг, а лишний наклон головы, – и я разобьюсь на осколки. А ещё впереди благотворительный вечер. Миссис Рид ясно дала понять, что ждёт моего участия. Никакие отговорки об отсутствии времени на подготовку не помогут.

Минуточку.

Благотворительный вечер!

***

Когда на следующее утро я просыпаюсь ни свет ни заря, то не сразу понимаю: сегодня суббота, первый выходной в Нотингейле.

Вчера мы с Дженной полночи обсуждали мой план. Сначала подруга пришла в ужас, но, выслушав аргументы, вынуждена была согласиться: лучшего момента для взлома директорского хранилища не придумать, чем во время вечера талантов. Пара десятков гостей, суматоха среди выступающих, вся организация на миссис Рид – ей точно будет не до кабинета. Дело за малым – получить ключ.

- И самой выступить тоже, – напоминает Дженна, когда мы спускаемся в столовую.

Сегодня здесь малочисленно: многие ученики старшей и средней школы просыпаются лишь к полднику, и сейчас в главной зале едят лишь сонные ученики младших классов.

Мы устраиваемся за столиком в отдалении ото всех. Пока Дженна заказывает две порции илатеррского завтрака – сосиски, жареный до хруста бекон, яичница и тосты с маслом и джемом, – я уныло пялюсь в окно.

Выступление – это ещё одна проблема. Мой талант хорошо учиться не покажешь на сцене, за него не выпишут крупный чек, да и я не обладаю врождённой харизмой, чтобы за одну беседу обо всём и ни о чём убедить пожертвовать денег сиротам. А если откажусь участвовать, то непременно получу выговор или вообще припашут помогать в организации. Ещё неизвестно, что хуже.

- И какие у тебя таланты? – с улыбкой спрашивает Дженна, расправляясь с яичницей.

- Получать годовые «отлично» не подходит? – мрачно шучу я, ковыряя вилкой в тарелке.

- Брось, должно быть что-то, пригодное для благотворительного вечера.

Я задумчиво верчу на месте кружку с чаем.

- Могу прочитать наизусть поэму «Лоренс и Лейла», – предлагаю варианты. – Летом соревновалась в конкуре с Энн и даже не провалилась. Ещё брала уроки фортепиано...

На последнем Дженна чуть не подскакивает на месте.

- Отлично! – восклицает она. Тост падает из её рук на стол маслом вниз, но она даже не обращает на него внимание. – Миссис Рид обожает рояль!

Глава 8. Вечер талантов

Мой чек-лист на следующую неделю короток: залезть в кабинет к директрисе и не провалиться на выступлении. Не знаю, что вводит меня в нервный приступ больше – необходимость рыскать среди записей миссис Рид или аккомпанемент Дженне сразу после.

- Я покараулю в коридоре, – отважно предлагает подруга, когда в понедельник мы получили программу вечера. – Заходишь, копируешь отчёт, и мы успеваем подготовиться к выходу на сцену.

- Ни за что! – яростно шепчу в ответ, когда миссис Петерсон отворачивается к проекции картины Фрэнка Рейнгевинна, художника-экспрессиониста прошлого века. Каждый желающий получить высокий статус в обществе должен разбираться в искусстве и знать основы этикета, поэтому таким не связанным с магией предметам отдаётся несколько учебных часов в неделю. Вот только миссис Петерсон не особо заботится об увлекательной подаче материала. Пока профессор монотонным голосом рассказывает биографию одного из известнейших живописцев Илатерры, большинство студентов тихо обсуждает приближающийся благотворительный вечер – и мы, конечно, тоже.

- Ты не станешь так рисковать, – твёрдо решаю я. – Лучше прикрой меня в зале, если вдруг миссис Рид заинтересуется, куда я пропала.

- А если тебя поймают? – еле шевеля губами спрашивает Дженна.

- Притворишься, что ничего не знала. Это моя идея от начала и до конца, тебе нельзя в этом участвовать.

Та вздыхает, но больше не лезет. Разговор с Дженной оказался куда легче короткой беседы с Энн по магбраслету. Когда вчера я рассказала ей о своих планах, подруга развопилась не хуже миссис Гарт.

- Это идиотская идея, Би! Если тебя поймают, то выгонят с волчьим билетом! Не уверена, что па сможет вернуть тебя в Райтон-Хоув – это слишком большой удар по репутации.

- Тебе ли мне рассказывать о правилах, – вяло пытаюсь обороняться, но Энн переходит почти в ультразвук.

- Я тогда залезла к Бэнкрофту ради шутки, а не собиралась выкрасть официальный документ!

- Ты спёрла его пиджак!

- И вернула на следующий день обратно!

Впервые мы с Энн разругались по-настоящему. Подруга так долго перечисляла все возможные последствия, которые непременно со мной случатся, что я не выдержала и попрощалась, не дав ей закончить отповедь. Можно подумать, я сама не знаю, что план рискованный! Как будто мне хочется это делать! Да если бы у меня был выбор..!

Усилием воли сосредотачиваюсь на занятиях. Уговорить миссис Петерсон помочь с фортепиано оказалось несложно, и теперь я каждый вечер по два часа провожу с ней за инструментом.

- Правая отвечает за ритм, – наставляет она. – Не давите, мисс Хантер, ведите аккорды ровно. И не забывайте о бемолях, их три. К левой добавьте педаль – лучше сразу привыкать к ней. Вот, хорошо! А теперь чуть быстрее.

Я повторяю мелодию снова и снова, пока не начинают ныть суставы пальцев. Результат не заставляет себя ждать. Уже к четвергу я играю вполне прилично: Дженна, с которой мы теперь репетируем вместе, от восторга аж хлопает в ладоши.

- Это потрясающе, Блэр! Номер будет великолепный!

Ага, если я вообще доберусь до сцены. В крайнем случае, миссис Петерсон сможет подменить за роялем, пока директриса делает из меня фрикасе за кулисами. Но расстраивать подругу я не хочу, хватит, что сама почти не сплю ночами. Причина моей бессонницы проста: от Виктора ни слуху, ни духу.

С момента субботней репетиции он не пытался со мной пересечься, а будто наоборот стал избегать. Репетиции танцев на этой неделе отведены под выступления, и моя надежда встретиться с Виктором в зале не оправдалась. Я видела его лишь в столовой, часто со спины, не смея подойти и поздороваться – рядом всегда был Дэмиан. Вот уж кто даже не скрывался, рассматривая меня так пристально, что начинали краснеть уши и кусок в горло не лез.

- А если он передумал? – со сдерживаемой надеждой в голосе спрашивает Дженна в пятницу.

Время ужина подходит к концу, пора возвращаться в спальню, чтобы проверить наряды, приготовить косметику и принять душ – завтра в суматохе финальных репетиций можно просто не успеть, ведь собираться мы будем сами. К нам с Дженной никакой стилист из столицы не приедет: я даже не подумала об этом, а подруга не привыкла к подобной роскоши, обычной для знатных однокурсниц.

- Тогда взломаю кабинет в прямом смысле слова, – мрачно отвечаю я.

Дженна горестно изгибает брови. Она даже не пытается вызнать, есть ли у меня запасной план, и я благодарна ей за это. Узнай подруга, что я всерьёз подумываю устроить локальный пожар рядом со сценой, чтоб без помех вскрыть дверь кабинета, её б удар хватил.

- Лучше расскажи, что с платьем? Всё готово? – Я перевожу разговор на более насущный вопрос.

Дженна оживляется. Всю неделю она потратила, чтобы пришить множество мелких бусинок на лиф своего чёрного узкого платья в пол. Внутри каждой из них мерцала искорка её дара – почти незаметно при обычном свете, но под софитами блеск становится ослепительным. Особенно если знать, какого труда ей стоило зачаровать эти бусины.

- Да, сегодня утром как раз закончила! Уверена, что не хочешь тоже добавить магии образу?

- О, нет, увольте, – в притворном ужасе взмахиваю руками.

Хватит того, что Энн каким-то образом умудрилась ещё в Райтоне подсунуть в мой чемодан тёмно-зелёное, почти чёрное платье от известного дизайнера. Его можно было бы назвать незамысловатым: рукава я подтяну повыше, чтобы не оголять плечи, чуть расклешённая к низу юбка делает меня ещё стройнее. Вот только разрез от самого бедра оголяет левую ногу при каждом шаге. Я была искренне благодарна Энн за избавление от мук поиска наряда, но будь моя воля, выбрала бы платье поскромнее.

Глава 9. Теперь ты должна мне. Дважды

Чужое тело вжимает меня животом в столешницу, а крепкая мужская ладонь закрывает рот. Пытаюсь схватить босоножку – её шпилькой можно обороняться, как кинжалом, но пальцы нападавшего сдавливают запястье с такой силой, что ещё чуть-чуть и сломают руку.

Я мычу, брыкаюсь, но поза, в которой меня поймали, унизительно уязвима. Пинаю незнакомца в голень, надеясь заставить его отшатнуться. В ответ раздаётся сдерживаемая ругань. Чужое колено вклинивается между моих ног, мускулистое тело ещё больше прижимает меня к столу.

- Да успокойся ты, бешеная! – раздаётся злой шёпот у самого уха. – Ничего я тебе не сделаю – если сама не попросишь, конечно.

Этот язвительный голос, прохладный запах минерального парфюма, кольцо, давящее на кисть. Озарение приходит с новой волной ужаса – нет, не может быть! Только не Дэмиан!

Отчаявшись, пытаюсь ударить его затылком в лицо, но парень уклоняется. Рука, зажимающая мне рот, заставляет откинуть голову назад. Чувствую тёплое прикосновение губ на шее, почти за ухом.

- Значит, вот какие ролевые игры нравятся нашей заучке? Ну же, Хантер, дёрнись ещё раз, можешь даже магии добавить.

Издевательский голос шепчет прямо в ухо. Дэмиан кусает меня за мочку, не больно, но подчёркивая своё превосходство – от этого хочется взвыть. Проклятье, в самом деле, магичка я или кто?!

Не в состоянии рассчитать силу удара в таком положении, я просто пытаюсь отшвырнуть придурка хотя бы на пару шагов назад, но... Как и в тренировочном зале, магия будто впитывается в его ауру, не причиняя вреда. В тот раз я посчитала это заслугой защитного костюма, однако сейчас происходит нечто странное.

- Хорошая девочка. Предсказуемая, зато послушная, – довольно шепчет Дэмиан, сжимая пальцы с такой силой, что я начинаю задыхаться. – А теперь слушай. Я тебя отпущу, и только попробуй заорать – съёмка как ты роешься в магблоке директрисы тут же отправится ей на браслет. Поняла?

Глаза застилают слёзы злости. Никогда я не чувствовала себя слабее, беззащитнее, уязвимее. Ну почему именно он делает меня бессильной? Хочется завопить во всю, но когда подлетает «шмель» – крохотный шарик портативной магкамеры, – снимая моё лицо крупным планом, я с чудовищной ясностью понимаю: Дэмиан держит меня по рукам и ногам не только физически.

С трудом киваю, подавив ярость. Магия ворочается под кожей, требует выхода, но последнее, что мне нужно, так это устроить погром в кабинете директрисы. Я уже влипла по макушку.

Хватка чужих рук исчезает – Дэмиан отступает. Он падает в кресло, по-хозяйски закидывает ногу на ногу. Спасибо, что молчит: новой порции язвительных комментариев мне не перенести. Поднимаюсь со столешницы, опираясь на неё ладонями. Руки дрожат, дыхание никак не хочет выравниваться. Заставляю себя скинуть босоножки на пол: нужно обуться, чтобы перестать смотреть на Дэмиана снизу вверх. Проглотив застрявшую в горле гордость, я отмахиваюсь от настырного «шмеля». Попытка незаметно вытереть слезинку провалена – противная магкамера шмыгает мимо лица вне пределов досягаемости. Ненавижу.

Источник обжигает желудок, когда я сминаю вёрткого «шмеля» магией, развоплотив его до состояния горстки песчинок, а воздушная плеть тут же приоткрывает окно. Секунду наслаждаюсь победой – собрать устройство обратно невозможно, только если не обходить поля вокруг Нотингейла, без конца призывая магию.

Мой триумф прерван вспыхнувшим за спиной тусклым светом. Не хочу поворачиваться к Дэмиану лицом – догадываюсь, что так легко его не провести. И верно: наглец развернул запись видео со своего магбраслета. Он даже не смотрит на меня, с преувеличенным интересом наблюдая, как в замедленной съёмке снова и снова его пальцы сминают мои губы.

Обречённо приваливаюсь к столешнице. Желая сохранить остатки гордости, едко шиплю:

- Целиком отправишь, вместе с нашим скромным домашним видео?

- О нет, это я оставлю для себя. – Дэмиан издевательски улыбается.

Его оценивающий взгляд проходится по мне с головы до пят, бровь изгибается, когда он замечает обнажённую до бедра ногу, выглядывающую из разреза. Неудержимо хочется подтянуть рукава на плечи, а декольте до подбородка, но я заставляю себя выпрямиться и гордо вскинуть голову. Не позволю ему понять, как чертовски сильно меня нервирует его внимание.

- Как ты сюда попала, Хантер? Кто дал тебе разрешение на вход? – требовательно спрашивает Дэмиан.

- А ты? – в тон ему отвечаю я.

Ответить парень не успевает. В коридоре раздаётся быстрый стук каблуков по паркету. Он приближается, не думая проходить мимо. Дэмиан реагирует мгновенно: стремительно поднимается с кресла, хватает меня за руку и тащит к окну. Магблок погасает сам, а парень заталкивает меня за плотную длинную портьеру, прижимает к стене у откоса. Я снова оказываюсь в его плену. Хочу возмущённо отстраниться, но он опять зажимает ладонью мой рот – дверная ручка поворачивается, и каблуки входят внутрь.

Сердце тяжело стучит чуть ли не в горле, вот только не могу понять – это из-за страха быть раскрытой, или от того, что грудью чувствую дыхание Дэмиана.

Глаза привыкли к темноте кабинета, и когда вспыхивает настольная лампа, её мягкий свет даже через портьеры кажется ослепительно ярким. Мы оба прислушиваемся к шагам по ту сторону штор: директриса открывает дверцу шкафа, выдвигает коробку и что-то перебирает внутри. Вдруг Дэмиан насмешливо улыбается и беззвучно говорит только одно слово: «Обувь».