Академия Пяти Стихий, или Попаданки не сдаются!

Глава 1: Коттедж, мангал и портал

Если мне когда-нибудь скажут, что пятница тринадцатое — это просто совпадение чисел в календаре, я плюну этому человеку в глаз. Или в тарелку. Смотря где будем сидеть.

Всё началось вполне безобидно. Мы с девчонками отмечали окончание универа. Пятый курс позади, диплом защищён, нервы выпиты литрами кофе — грех не расслабиться. Сняли коттедж на окраине, мангал дымит, шашлык шипит, Катька уже второй час ноет, что ей никто не наливает, потому что «я за рулём, девочки, но если чуть-чуть, то можно же?».

— Маш, иди сюда, фотку щас эпичную сделаем! — заорала Ленка, размахивая телефоном. — Там закат ваще бомбический, Инстаграм горит!

Я допила шампанское прямо из горла (не осуждайте, это атмосферно), сунула бокал в руку удивлённому Ленкиному парню и поплелась на холм.

— Иду я, иду. Только если у меня глаза будут как у варёной рыбы — переснимаешь.

Холм был живописный. Высокая трава, где-то внизу сверкает речка, небо оранжево-розовое, как грушевый «Рифмус». Красота. Я встала в позу «случайно задумалась о вечном», поправила волосы, натянула улыбку...

— Лен, ну ты там скоро? У меня уже нога затекает!

— Да погоди ты, настройки покручу! — орёт она снизу.

Я сделала шаг назад, чтобы эффектнее войти в кадр, запнулась о какой-то дурацкий камень, торчащий из земли прям как назло, взмахнула руками...

— А-а-а!

...и полетела в кусты.

Думала, сейчас шмякнусь, перепачкаю новые джинсы и буду до утра оттирать траву. Но вместо жёсткой земли подо мной вдруг раскрылась пустота.

Буквально.

Раз — и нет холма.

Раз — и нет заката.

Есть только ощущение, что тебя засасывает в гигантский пылесос, который забыли выключить после уборки. В ушах свист, перед глазами звёздочки, и какая-то очень навязчивая мысль: «Шампанское было левое. Точно левое. Ленка, дура, где покупала?».

Приземлилась я мягко. Даже слишком мягко.

Сначала я подумала, что угодила в стог сена. Но сеном тут и не пахло. Пахло пылью, старыми книгами и очень дорогими мужскими духами. И подо мной что-то недовольно крякнуло.

Я открыла глаза.

Я лежала на полу. На ковре. В огромной комнате, заставленной стеллажами с книгами до потолка. Горели свечи. Настоящие, не электрические. А подо мной... подо мной был мужик.

Он лежал на спине, раскинув руки, и смотрел на меня с таким выражением, будто я только что сожрала его любимого дракона.

— Вы... — выдохнул он.

— Я, — согласилась я, пытаясь сползти с него, но руки разъезжались, потому что опираться в грудь мужика локтями — занятие так себе, грудь у него, заметьте, каменная, накачанная. — Я это. Маша. Можно просто Маша.

Он сел, стряхивая меня как надоевшую мошку. Тут-то я его и рассмотрела.

Красивый. Зараза. Волосы тёмные, чуть длиннее, чем надо, собраны в хвост на затылке. Глаза серые, холодные, как лёд в «Кока-коле» в июле. Одет в какую-то чёрную хламиду с серебряной вышивкой, на пальце перстень с огромным камнем. Вылитый лорд из дешёвого фэнтези. Сейчас скажет «Как ты посмела, смертная».

— Вы в курсе, что только что рухнули прямо в хранилище магических фолиантов? — спросил он ледяным тоном.

— В курсе, — кивнула я, отряхивая джинсы. — Я специально падала на самого красивого мужика в библиотеке. Угадала?

Он моргнул.

Кажется, такого ответа он не ожидал.

— Где ваша мантия? Почему одежда столь... чудовищного покроя? — он брезгливо покосился на мою футболку с принтом «I'm silently judging you».

— Это принт, — объяснила я. — Слышали про такую штуку? Печать на ткани? Модный приговор? Нет? Ясно. Слушайте, лорд... простите, не знаю вашего имени, но вид у вас очень лордистый.

— Ректор, — отчеканил он, поднимаясь с пола и одёргивая хламиду. — Лорд Ксайен Торн. Глава Академии Пяти Стихий.

— Ого, — присвистнула я. — Я сразу на ректора упала? Ну дела. А я думала, тут только студенты тусуются. Маша, — я протянула ему руку для пожатия.

Он посмотрел на мою руку как на дохлую мышь.

— Что вы сделали с порталом?

— Я? Ничего! Я вообще по делам шла. Стояла на холме, хотела селфи сделать, споткнулась... и вот. Привет. Кстати, а где это «тут»? И почему у вас свечи, а не лампочки?

В этот момент дверь библиотеки распахнулась, и влетел запыхавшийся мужичок в смешной остроконечной шапке.

— Лорд ректор! Артефакт сработал! Портальная вспышка зафиксирована прям над вашей головой! Вы в порядке? Что за...

Он увидел меня и замер. Я помахала ему рукой.

— Здарова. Я Маша. Упала с неба. Буквально.

— Это она?! — мужичок выпучил глаза. — Но абитуриенты приходят через главные ворота! Это нарушение всех правил!

— Я не абитуриентка, — возразила я. — Я вообще не ваша. Я из Краснодара.

— Откуда? — ректор прищурился.

Глава 2: Тест на идиотизм (или гениальность)

Кабинет ректора оказался именно таким, каким и должен быть кабинет ректора в волшебной академии. Огромный дубовый стол, на стенах портреты суровых мужиков в париках, которые явно следили за мной взглядом, камин с живым огнём (магическим, надо полагать) и куча непонятных штуковин, которые тихонько жужжали и попискивали.

Меня усадили в кресло напротив стола. Мягкое, зараза. Утонула почти. Рядом пристроился тот самый мужичок в шапке — его представили как магистра Оллиуса, хранителя артефактов и по совместительству главного нервного тролля академии.

— Итак, — лорд Торн сел в своё кресло и сложил пальцы домиком. — Рассказывайте всё. Подробно. С самого начала.

Я вздохнула.

— Ну, значит, сидели мы с девчонками...

— Кто такие «девчонки»? Ваша магическая ковена? — перебил магистр Оллиус, делая пометки в блокноте.

— Чего? А, нет. Подруги. Ленка, Катька, ну и Ленкин парень, но он не в счёт, он просто шашлык переворачивал.

— Шаш... что?

— Шашлык. Мясо такое, на огне жарят. Очень вкусно, кстати. Вам бы не помешало, а то бледные все какие-то.

Ректор кашлянул, возвращая разговор в русло.

— Продолжайте.

— Дальше Ленка захотела фотку. Ну селфи. Это когда себя снимаешь, чтоб все завидовали. Я пошла на холм, встала красиво, шагнула назад, споткнулась о камень... и всё. Дальше вы знаете. Упала прямо на сокровище академии, — я мило улыбнулась ректору.

Он даже бровью не повёл. Каменное лицо. Наверное, специально тренировался перед зеркалом.

— Камень, о который вы споткнулись. Опишите его.

— Ну камень как камень. Серый. Из земли торчал. Наверное, ваш портал и был.

— Портал не может быть просто камнем! — возмутился магистр. — Это сложнейшая магическая структура, требующая настройки, подпитки и стабилизации!

— Ну значит, у вас тут стройка была, и строители портал забыли, — пожала я плечами. — Я вообще не спец. Я лингвист.

— Кто?

— Языки учу. Английский, немецкий, немного французского. Кстати, вы на каком говорите? Я вроде понимаю всё, но язык вроде незнакомый. Магия, что ли, переводит?

Ректор с магистром переглянулись.

— Интересно, — протянул Торн. — Артефакт перевода сработал автоматически. Это бывает только с теми, у кого есть хоть капля магии. А вы, судя по всему, девушка, вообще фонтан.

— Это плохо?

— Это... нестандартно.

В дверь постучали. Вошёл молодой парень в форме, отдал честь и протянул ректору какой-то свиток.

— Отчёт из архива, лорд ректор. По межмировым переходам за последнюю тысячу лет.

— Спасибо, свободен.

Ректор развернул свиток, пробежал глазами и вдруг резко поднял голову.

— Магистр, вы это видите?

Оллиус подскочил, вчитался и побелел. Буквально. Я даже испугалась, что ему плохо станет.

— Этого не может быть, — прошептал он. — Последний задокументированный случай был пятьсот лет назад. И то...

— Что? — не выдержала я. — Что там? Я смертельно больна? У меня магия несовместима с вашим миром? Я взорвусь нафиг через три дня?

— Хуже, — выдохнул магистр.

— Что может быть хуже взрыва?

— Вы — Искра.

Я моргнула.

— Кто?

— Искра, — повторил ректор, и в его голосе появилось что-то странное. То ли уважение, то ли ужас. — Человек, способный впитывать любую магию, как губка. Усиливать её. И отдавать. Вы — ходячий артефакт, Мари.

— Звучит как комплимент, — осторожно сказала я. — Но по вашим лицам не похоже, что это хорошо.

— Это не хорошо и не плохо, — ректор встал и подошёл к окну. — Это опасно. За Искрами охотятся. Их используют как батарейки для тёмных ритуалов. Их прячут, продают, убивают...

— Стоп-стоп-стоп! — я вскочила с кресла. — Какие батарейки? Какие убивают? Я вообще-то домой хочу! У меня там мама, работа, ипотека, в конце концов!

— Домой вы не вернётесь, — жёстко сказал магистр.

— Это почему это?

— Портал односторонний. Обратно откроется только через год, в день вашего падения. Таков закон межмировых переходов.

Я села обратно.

Год. Год в этом мире с летающими книгами и мужиками в хламидах. Без шашлыка. Без интернета. Без Ленкиных идиотских историй про её бывшего.

— Да ну нафиг, — выдохнула я.

— Не выражайтесь, — машинально сказал магистр.

— Я в другом мире, у меня только что сказали, что я живая батарейка, и меня хотят убить, а вы мне «не выражайтесь»? Да я сейчас такое выражу, что ваши портреты покраснеют!

Ректор усмехнулся. Опять. Ему вообще идёт, зараза.

— Мари, — сказал он примирительно. — Мы не дадим вас в обиду. Вы находитесь в Академии Пяти Стихий. Это самое безопасное место в королевстве.

— Ага, ага, — буркнула я. — Прямо как в хоррорах говорят перед тем, как всех поубивают.

— Что такое «хорроры»?

— Страшные истории. Неважно. Что мне теперь делать? Сидеть тут год и бояться?

— Учиться, — пожал плечами ректор. — Вы в академии. Будете студенткой. Получите базовое магическое образование, научитесь контролировать свой дар. А там, глядишь, и портал откроется.

— Учиться? — я оживилась. — А стипендия будет?

Магистр поперхнулся.

— Сти... пендия?

— Ну деньги. Золото там, монеты. Мне же жить на что-то надо. Или у вас тут коммунизм?

— У нас тут система грантов, — вмешался ректор. — Лучшие студенты получают содержание от академии. Остальные платят сами.

— А я в какой категории? Я же вон, пять стихий зажгла. Это же круто?

— Это... нестабильно, — магистр нервно теребил шапку. — Вы можете зажечь пять стихий, а можете случайно испепелить пол-академии. За вами нужен глаз да глаз.

— О, так мне дадут персонального наблюдателя? — я перевела взгляд на ректора. — А давайте вы? Вы вроде симпатичный. И уже привыкли, что я на вас падаю.

— Я ректор, — отрезал Торн. — У меня нет времени нянчиться с первокурсницами.

— Обидно, — вздохнула я. — А я уж размечталась.

В кабинете повисла пауза. Магистр смотрел на ректора. Ректор смотрел на меня. Я смотрела на огонь в камине и думала, что год — это, в общем-то, не так много. Можно и потерпеть. Тем более что магия, мужики красивые, приключения...

Глава 3: Зельеварение по-нашему

Утро в волшебной академии началось с того, что в мою кровать кто-то плюнул.

Я подскочила с диким воплем, готовая убивать, и увидела над собой наглую морду... цветка. Здоровенный фиолетовый бутон на тонкой ножке раскачивался надо мной и явно целился для повторного плевка.

— Ах ты ж гад! — заорала я, хватая подушку.

— Мари, не тронь его! — засмеялась Линда с соседней кровати. — Это цветок-будильник! Он плюётся росой, чтоб мы просыпались!

— Я ему сейчас так плюну, что он у меня взойдёт раньше времени! — я всё-таки запустила подушкой. Цветок возмущённо пискнул и спрятался в горшок.

— Зря ты так, — вздохнула Линда, потягиваясь. — Он теперь тебе вместо сладкой воды кислоту плевать будет.

— Чего?!

— Шучу! — она прыснула со смеху. — Идём скорее, через час первая пара, а нам ещё форму получать!

Формой оказалось платье. Длинное, дурацкое, с корсетом, который, кажется, должен был сделать из меня леди, а сделал только красные полосы на рёбрах.

— Я в этом не пойду, — заявила я, глядя на себя в зеркало. — Я похожа на портьеру из замка вампира.

— У нас тут нет других вариантов, — развела руками Линда. — Потерпи, пока не получишь форму факультета. Там уже можно будет нормальные штаны носить.

— А когда я получу форму факультета?

— После распределения. А распределение через месяц.

— Месяц в этом... мешке?

— Не ной. Некоторые леди вообще считают, что платье должно быть длиной в пол, чтоб щиколотки не смущали мужчин.

— Ваши леди с ума сошли. У нас на Земле мужчины ноги любят.

Линда хихикнула и потащила меня в столовую.

Завтрак оказался... странным. Каша, которая светилась в темноте. Яйцо, которое само чистилось, когда на него дули. И напиток, который менял цвет в зависимости от настроения. Мой стал ярко-красным.

— Это к чему? — спросила я у Линды.

— К агрессии, — беззаботно ответила она, хлебая свой синий. — Ты злая, что ли?

— Я не выспалась, меня чуть не убили цветком, на мне дурацкое платье, и вообще я в другом мире без интернета. Какой тут цвет должен быть? Радужный?

— Красный, значит, красный. Пей давай, а то остынет.

Я сделала глоток. Напиток оказался... земляничным молоком. Вкусно.

— Ладно, мир, — пробормотала я. — Засчитываю вам плюс за еду.

Первой парой значилось зельеварение.

— Это круто? — спросила я у Линды, пока мы шли по бесконечным коридорам.

— Зависит от преподавателя. У нас профессор Шиповник. Она старенькая, глуховатая, но если зелье сваришь неправильно — может и проклясть. Легко.

— Легко — это хорошо?

— Ну, проклятия у неё слабенькие. Максимум борода вырастет или голос как у лягушки станет. На день.

— Боже, за что мне это, — простонала я.

Аудитория зельеварения напоминала кабинет химии из моей школы, только с чучелами непонятных животных на шкафах и котлами вместо колб. Пахло травами и ещё чем-то сладковато-приторным.

Народу набилось человек двадцать. Все в таких же дурацких платьях или мантиях. На меня косились — новенькая, да ещё и одетая не по погоде (здесь вообще-то прохладно, а у меня футболка под платьем, ну и ладно).

Профессор Шиповник оказалась сморщенной старушкой в очках с толстенными линзами. Она сидела за кафедрой и, кажется, дремала.

— Тихо, — шикнула на нас какая-то девушка с противным лицом. — Профессор отдыхает перед занятием. Не смейте шуметь.

— А мы и не шумим, — пожала плечами я.

— Ты вообще кто? — прищурилась она. — Я тебя раньше не видела.

— Мари. Упала с неба вчера. Можно просто Мари.

— С неба? — она фыркнула. — Самозванка, что ли? Слышала про тебя. Библиотеку разнесла, артефакт сломала. Думаешь, раз пришлая, то тебе всё можно?

— Я думаю, что ты достала меня за три секунды, — честно ответила я. — Отвали.

Девушка побагровела и открыла рот для новой тирады, но тут громыхнуло.

В аудиторию вошёл ОН.

Ректор.

Лорд Ксайен Торн собственной персоной. В идеально сидящей чёрной мантии, с идеальной осанкой и идеально холодным лицом. За ним семенил магистр Оллиус с ворохом свитков.

— Профессор Шиповник сегодня нездорова, — объявил ректор, даже не взглянув на старушку, которая мирно похрапывала за кафедрой. — Занятие проведу я. Работаем в парах.

Класс ахнул. Девушка, которая ко мне приставала, чуть не упала в обморок от счастья.

— Линда, — зашептала я. — А чегой-то они так визжат? Он же страшный в смысле строгий.

— Ты чего?! — зашипела Линда. — Это же сам ректор! Самый завидный жених королевства! Красавчик! Умница! Богач! Его на парax вообще никогда нет, это ж событие!

Я посмотрела на ректора. Он как раз разворачивал свиток с заданием и хмурился. Красивый, да. Но рожа недовольная, как будто лимон сожрал.

— Сегодня варим зелье привлекательности, — объявил он. — Рецепт на доске. Ингредиенты на столах. Приступайте.

— Линда, — я дёрнула соседку за рукав. — А я вообще нифига не понимаю в ваших зельях. Что делать?

— Смотри на доску и повторяй. Я рядом, помогу.

Зелье привлекательности оказалось штукой замороченной. Там надо было три лепестка розы, щепотка пыльцы светлячков, капля росы с лунного камня и всё это варить ровно семь минут на медленном огне, помешивая по часовой стрелке деревянной палочкой.

Я старалась. Честно. Но моя палочка всё время норовляла завернуть против часовой, пыльца комковалась, а розы вообще отказались отдавать лепестки.

— Почему они не отрываются? — прошипела я, дёргая розу.

— Ты им улыбнись, — посоветовала Линда, ловко орудуя над своим котлом. — Цветы любят ласку.

— Это цветок! Ему плевать на мою улыбку!

— Не скажи.

Я улыбнулась розе. Роза чихнула и выплюнула лепестки мне в лицо.

— Спасибо, — буркнула я, собирая их с пола.

Зелье в моём котле начало приобретать подозрительно серый цвет.

— Линда, это нормально?

— Какой цвет?

— Серый.