Академия Симурга

Пролог

Пустынный коридор тонул в полумраке. Каждый шаг, который делала Ингрид, казался ей слишком громким, но она не сбавляла темп. Сердце бешено стучало, отдавая пульсацией в висках. Лишь бы никто не заметил, как она крадется по темному проходу. Приближаясь к нужным покоям, девушка попыталась перевести дух и успокоить волнение, что бурей поднималось в груди, накрывая новым приступом паники. Опустив медную ручку, Ингрид быстро вошла в комнату. Как только дверь за ней закрылась, полог тишины пал, после чего раздался громкий женский крик. Спустя мгновение слух уловил детский плач. Миновав маленькую гостиную, девушка практически влетела в покои госпожи, наспех присев в приветствии.

– Ингрид, иди сюда. – Маркиза слабым голосом позвала ее к себе.

Ингрид на мгновение застыла, рассматривая младенца, которого бережно держала госпожа. Ребенок, прижавшись к матери, тихо лежал, прикрыв глаза, хотя совсем недавно его крик был слышен повсюду.

– Это Каролина.

Молодая мать ласково погладила подрагивающими пальцами малышку, на что девочка сморщила свой красный носик.

– Поздравляю вас, миледи, – счастливо сказала Ингрид, чувствуя огромную радость за свою госпожу.

– Я умираю. – Эта фраза прозвучала тихо, но так, словно на Ингрид вылили ушат с холодной водой.

Ужас сковал ее тело, пробежавшись мелкими разрядами от макушки до кончиков пальцев.

– Миледи… – бросилась она к постели маркизы, но была остановлена резким жестом. Только сейчас девушка заметила красное пятно на белоснежном одеяле.

– Пророчество сбылось. – Всегда веселый голос госпожи звучал тихо и бесцветно. На лице проступили серые пятна, а под глазами залегли тени.

– Я сейчас позову лекаря! – Ингрид уже развернулась, чтобы как можно скорее помочь умирающей женщине.

– Нет! – жестко оборвала этот порыв госпожа. – Так и должно быть. Помнишь, я тебе рассказывала, что на свое тридцатилетие получила в подарок предсказание от старой прорицательницы?

Ингрид кивнула, хотя сейчас трудно воспринимала слова.

– Так вот. Она мне сказала, что я подарю новую жизнь, отдав богине свою. Но это не самое страшное. – Маркиза устало прикрыла глаза, продолжая рассказ. – Она предрекла смерть для моей малышки. Когда дитя достигнет совершеннолетия, оно погибнет в магическом поединке, отдав свою душу. Я долго думала, как обойти это предсказание, искала в книгах, пока не нашла кое-что. В одной старой рукописи сказано, что пророчества можно избежать, если изменить путь, по которому ты должен пройти. Изменив судьбу, мы сможем сохранить жизнь Каролине.

– Но как? – Слова, сказанные маркизой, казались странными и никак не укладывались в голове служанки.

– Я все решила. Возьми ее.

Ингрид приняла из рук миледи новорожденную. Маркиза ослабленно опустила ладони, тяжело вздохнув. Открыв полку в прикроватной тумбочке, она кивком указала на ее содержимое. Коричневый кожаный кошель, доверху забитый золотом, первым попался на глаза.

– Этого на первое время хватит. Ты знаешь, что каждый ребенок, который появляется в нашей семье, обязан обуздать свой дар и учиться магии. Таковы вековые традиции, и нам просто не позволят их нарушить.

Маркиза тяжело закашлялась. Было видно, что каждое слово ей дается с трудом. Ингрид приблизилась, чтобы помочь госпоже, но маркиза вновь прервала этот порыв.

– Ты должна унести мою дочь и вырастить ее в мире, далеком от магии. Здесь есть документы на дом. Моя дочь не должна ничего знать о своем происхождении и пусть как можно дальше держится от магов.

– Но у малышки рано или поздно проснётся дар. – Все, что сейчас происходило, казалось нереальным.

– Хорошо, что ты напомнила.

Маркиза протянула руку, и Ингрид подала ей дочь. Приложив к запястью малышки серебряный амулет, волшебница прошептала заклинание, после чего алый камень в его центре вспыхнул, а на теле младенца появилось необычное родимое пятно.

– Это заклинание поможет удерживать магию. Если она вдруг проявится, то дар будет ничтожно мал.

– А что скажет маркиза? Она начнет искать внучку.

Малышка недовольно завозилась, и служанка, прижав кроху, стала ее укачивать.

– Эту тайну я унесу с собой в могилу. Дай руку… – тяжело сказала госпожа. Коснувшись Ингрид, скрепила ее магическим заклинанием. – Клянись, что никому не расскажешь о том, чей это ребенок, и постараешься спрятать мою дочь.

– Клянусь.

Вокруг запястья служанки засветился магический обруч, но мгновенно исчез под кожей. Клятва принята.

Отпустив холодную руку миледи, Ингрид еще раз посмотрела на лицо госпожи, вовремя сдержав крик. Свет в золотистых глазах померк, и маркиза, испустив последний вздох, упала на подушку.

Осенив себя знаком богини, испуганная Ингрид собрала документы и золото, а потом убежала прочь. Прочь из этого замка, города, королевства.

Глава первая

Двадцать лет спустя

– Каролина! – Громкий голос пробудил меня ото сна. – Вставай!

Откинув покрывало, я сладко потянулась. Солнечный луч пробрался сквозь плотные шторы и упал мне прямо на кончик носа, после чего захотелось чихнуть.

– Я уже встала.

Громко оповестив матушку, я поспешила в душ, пока упертая родительница не пришла проверять. Она знает, что стоит только зазеваться, как я вновь могу уснуть, и ей придется подниматься ко мне в комнату.

В зеркале мне улыбнулось лохматое чудо, больше всего напоминающее домовика. Волосы за ночь превратились в воронье гнездо, и я, страдальчески вздохнув, принялась приводить причёску в порядок. Закрутив свободный пучок и закрепив его шпилькой, я сбросила пижаму и быстро забралась в душевую кабинку. В этом деле главное – не передумать, ведь прохладная вода не только бодрит, но и приносит лёгкое неудобство.

В нашем приморском городке Блертоне горячую воду подают только во второй половине дня, и по утрам жителям приходиться довольствоваться холодной. Из-за этого я не стала тратить лишнее время на душ и, быстро выбравшись из кабинки, попрыгала на одной ноге к полотенцу, висящему на стене. Тело покрыли мурашки, но, укутавшись в махровую ткань, я ощутила тепло.

Подхватив пижаму, я вернула ее в шкаф и, бросив взгляд на часы, отметила, что немного опаздываю. Матушка держала неподалеку небольшой дом гостиничного типа, и с годами ей стало тяжело справляться по хозяйству, поэтому я помогала ей, беря на себя основную часть забот. В гостинице работы хватало, и хотя у матушки было несколько человек в штате прислуги, я всё равно добросовестно подходила к делу.

Ой, уже без двадцати минут шесть!

Затянув шнуровку на летнем платье, я влезла в любимые босоножки и быстро выбежала из комнаты. По ступенькам спешила, перепрыгивая через одну, но когда только решила сократить спуск, съехав на перилах, из-за угла показалась мама. Запал тут же сошел на нет, и я, притормозив, остановилась на последней ступеньке, потупив взор под прозорливым взглядом родительницы. Она будто мои мысли читает. Я еще ничего не успела сделать, а она на меня смотрит, как будто я только что проехала весь этот путь на своей пятой точке.

– Доброе утро, солнышко. – Она ласково раскрыла объятья, и я с улыбкой прижалась к ней. – Я все не перестаю удивляться, как быстро ты растешь.

Да, на самом деле я уже давно перегнала маму в росте, да и годы берут свое, и матушка от возраста все чаще стала сутулиться. Когда я выскользнула из ее объятий, увидела, что она слегка поморщилась. В последнее время у нее часто болела спина, но она старалась не подавать виду, вот и сейчас проскользнувшая на миг гримаса боли вновь сменилась легкой улыбкой.

– Завтрак на столе.

Я спешно уплетала кашу, сваренную на молоке, пока матушка давала указания по поводу гостиницы. Сегодня выпало быть в паре с Синди, и это меня радовало. Мы с ней дружили и работу всегда делили поровну, справляясь с делами в два раза быстрее. Может, удастся наведаться на рынок. Говорят, в город приехал караван и прилавки пестрят от восточных украшений, тканей и специй.

Поцеловав на прощание матушку, я подхватила тряпичную сумку и выбежала из дома. Матушка провожала меня, глядя вслед, пока я не скроюсь за поворотом.

Еще раз махнув рукой, я свернула за угол. Гостиница находилась в десяти минутах пути, но эта дорога была одной из моих любимых, ведь проходила по набережной, вдоль бесконечно красивого моря. Небо было чистым, и уже сейчас стало понятно, что день будет жарким. Море ласкало черные гладкие камни, то накатывая волнами, то вновь убегая. Я вдохнула полной грудью соленый воздух, с улыбкой глядя на блестящее в рассветных лучах море и счастливо жмурясь. По дороге встретила хозяйку любимой пекарни и, обменявшись с ней приветствиями, поспешила туда, где уже маячила крыша с красной черепицей.

Обогнув здание, я с легкостью открыла дверь, войдя через вход для прислуги.

– Каролина! – Подруга уже переоделась и, увидев меня, протянула накрахмаленный передник. – У нас много работы.

Синди сказала это, спародировав мою матушку, и я, хихикнув, набросила передник, туго перевязав его вокруг талии.

– Что у нас нового? – пока не начался рабочий день, хотелось узнать у подружки последние известия.

Синди была очень любопытной и постоянно совала свой слегка вздернутый носик в чужие дела. Я не очень одобряла подробное, но иногда подруга могла рассказать некоторые новости раньше, чем их узнавали остальные жители нашего городка.

– Ничего особенного, – слегка поморщилась девушка, отчего ее нос пересекла смешная складка. – Но Кевин, который дежурил прошлой ночью, сказал мне, что в один из номеров в полночь заселилась молодая парочка.

– Ну и что тут особенного? – Я пожала плечами, не понимая важности данного события.

– Он сказал, что мужчина был эльфом, а девушку, которая его сопровождает, он даже не смог рассмотреть сквозь скрывающий ее с ног до головы плащ. Расплатившись, они поднялись в номер и больше из него не показывались.

– Может, его спутница больна или у нее шрам на лице, поэтому парень не хочет, чтобы ее внешность обсуждали на каждом углу? – предположила я, и пока напарница не стала развивать эту тему дальше, добавила: – Чур, я сегодня на кухне.

– Так нечестно, – поначалу надулась Синди, но после ее глаза хищно блеснули. – Хотя коль уж мне достались комнаты, быть может, я смогу рассмотреть поближе наших новых постояльцев.

На том и порешили. Разбежались по делам, но я не переставала думать о новых жильцах. Эльфы в нашем городе редкие гости, и если честно, мне и самой было жутко интересно посмотреть, как выглядит наш постоялец. Говорят, эльфийский народ обладает прекрасной внешностью и врожденной изящностью. За всю жизнь я лишь однажды видела эльфа, но он уже был весьма почтенного возраста, и слишком сложно оказалось судить о его прежнем величии, видя сухощавого старика с седой бородой до пола.