Алекс. Новая Днк

Вступление

Этот день был не только для меня судьбоносным. День, в который произошло оно. Сегодня всем детям вкололи одновременно некую инъекцию, многие умирали, многие вставали, пытаясь выжить. Они пытались сбежать, но потом просто падали замертво. Это был день Z. Все ждали каких - то положительных результатов от тех, кого выбрали в эту программу, но выжило только трое. В день, когда мне вкололи триггер, моё сердце остановилось. Я слышала, только отдалённо, что кто - то мне кричал: - проснись, проснись! Затем голос попросил десять кубиков адреналина. После этого, моё сердце снова начало биться. Я проснулась и увидела их, а потом снова потеряла сознание. До того момента, пока они не поняли, что надо вколоть что - то ещё. После этого, я снова очнулась, сердце пришло в норму, я не чувствовала ни жара, ни холода, ничего. Это нужно было для устойчивости к экстремальным температурам. И это сработало. Я лежала на столе, привязанная руками и ногами к столу липучками, пока вдруг они резко не выбежали в коридор. Одна липучка оторвалась и держалась почти на соплях. Мне понадобилось две секунды, чтобы освободить руку и освободить себя от оков. Я убрала капельницу и выбежала из здания в операционной сорочке. По дороге я не встретила никого, почти. Только что я заметила, как некоторые врачи в операционных, с прозрачными окнами, пытались спасти остальных детей. Однако, я хотела спастись больше всего на свете и как можно быстрее убежала в лес. На мой след напали, я слышала вой собак и как они бежат, я слышала хруст снега вдалеке и выстрелы. Выстрели, попадающие в таких же детей, как я. Это не прекращалось, как на войне, становилось только менее их слышно, с каждой минутой, когда я убегала всё дальше и дальше от них. Впереди я увидела мост через реку. Когда я подбегала уже к мосту, я поскользнулась и провалилась под лёд. Подо льдом, внизу, воды уже не было, только немного льда, перемешанного с листвой. Я остановилась и решила никуда не бежать. Когда они подходили к мосту, собаки застыли, пытались что - то унюхать, но они потеряли след. Я слышала хруст снега наверху и бляшку на ремне, которая постоянно стучалась о ружьё. Мне было очень страшно, казалось, они убивали безразборочно всех, даже тех, кто прошёл этот эксперимент. Они обсудили, что делать дальше, так как собаки потеряли след и решили пойти дальше в лес. В то время, пока я ещё лежала на мокрой траве, через некоторое время я перестала их слышать. Поэтому я пошла по тоннелю, держась левее, в надежде, что так я выйду к лесу, а затем и к дороге. Я шла босыми ногами по холодному, плиточному полу тоннеля, было темно, разве что свет от луны, сквозь верхний слой льда немного освещал путь. Спустя минут десять туннель закончился и дальше был резкий подъем по заледенелой земле. Мои ступни постоянно скатывались, раздираясь в кровь, и я падала обратно в туннель. Минут тридцать я карабкалась, пытаясь подняться как можно выше, чтобы дальше я смогла ухватиться, за выпирающий кусок льда, чтобы вылезти из этой ямы. Я оказалась на спине, чувствуя холодный воздух в лёгких, а под собой, твердую ледяную поверхность, слушая шелест веток от ветра. Пора идти - говорила я сама себе. Впереди ещё вся ночь и мне нужно уйти как можно дальше от этого места. А теперь отмотаем назад.

Я Алекс и это моя история

Начало

Начало.

Это был один из тех жарких июньских дней. На часах 18:45 всё ещё светло, начнёт темнеть только в девять вечера. У нас выпускной, конец девятого класса. Я была в красивом облегающем нежно-розовом кружевном платье, с жемчугом на шее, которое он мне подарил, бежевых каблуках, на которых я с трудом ходила. Мне было ужасно грустно, скучно, по большей части я смотрела в телефон и пыталась скрыть тот факт, что мне не с кем общаться. Все веселятся, танцуют на территории школы, общаются и пьют горячительное. Я же, глазами изредка искала его, своего парня. Красивый брюнет, с азиатскими глазами, идеал мужчины для многих девочек из нашей школы. Я знала, что пора привыкнуть к его популярности. Он всегда будет в центре внимания, и, мне стоит просто смириться и гордиться тем, что я с ним встречаюсь. Мне было ужасно одиноко, как всегда, я всегда чувствовала себя одинокой, но только не с ним. В этой школе я явно была лишняя, я ни с кем не общалась кроме него, он же, общался со всеми, хотя и не учился в этой школе.

Когда я нашла его в той толпе, разговаривающим с теми мальчиками, которые годами издевались надо мной, я сняла каблуки и пошла по направлению к дому. Я говорила ему об этом и просила не общаться с ними, но это произошло. Всё произошло именно так, как происходило всегда, я оставалась ненужной, и поэтому, шла одна домой. Сегодня было не исключение. Я уже подумала о доме, и что я буду отвечать маме, когда приду домой. Она так обрадовалась, когда у меня появился друг, а потом и стал парнем… Звук становился уже менее громким, а темнота всё ближе. Это была сельская местность, поэтому фонари тут некоторые не работали, или стоял всего один фонарь на пятьсот метров. Ноги стали привыкать к твёрдому асфальту, и я начала привыкать к мысли, что даже в этот вечер, я не была нужной тому, кто нужен мне. Боль от ходьбы по каменистому и неровному асфальту, затмевала мои разочарования, и поэтому, я пока не хотела плакать.

Прошло ещё немного времени, как я услышала чьи - то тяжёлые, глухие шаги. Но я продолжала идти дальше, будто ничего не слышу. И если честно, я не хотела его уже видеть или слышать. Я настроилась побыть одной, и в тишине, дойти до дома. Шаги всё учащались и стали уже совсем рядом, как он схватил меня за руку. Когда я обернулась и посмотрела на него, я поняла, что он уже пьян, и он даже не жалел, что оставил меня одну, зная, что я тут ни с кем не общаюсь. Странно, что он всё - таки вспомнил обо мне, когда у него тут столько друзей и красивых девушек.

- Что ты делаешь? Я хотел с тобой поговорить.

- Так говори, пока я не ушла.

- Я не хочу тут, давай вернемся в обратно?

- Я не хочу туда возвращаться, мы уже далеко ушли.

- Я хочу тебе кое - что показать. Оно там, в школе.

Я попыталась понять, чего он от меня хочет. И решив, что может быть он хочет извиниться, и провести остаток вечера со мной, я согласилась: - Пошли. Все время мы шли молча, а на его попытки заговорить, я не обращала внимания. Мы зашли с ним в одну из комнат, и он заговорил:

- Слушай, ты всё неправильно поняла, и мы с ним общались совсем не о тебе, а о боксе.

- Но ты не увлекаешься боксом, ты мне ничего про это не говорил, и, насколько я знаю, мои одноклассники тоже.

- Меня в детстве родители отдали на бокс, и мне это очень нравилось, просто пришлось прервать занятия, потому - что отец решил, что, мне стоит заняться чем - то более полезным, что мне пригодится, когда я начну работать в полиции.

- Почему ты так мало о себе говоришь, я тоже хочу знать о тебе хоть что-то.

- Ты знаешь, что я работаю в полиции, мой отец и все мужчины в нашей семье тоже. Моя мать умерла, когда мне было двенадцать лет, и она была очень похожа на тебя. Я иду на повышение, так что я вполне обеспеченный. И я очень, очень сильно люблю тебя. Он обнял меня, но я отодвинула его руками.

-Ты всё время говоришь одно и тоже. Я уже выучила наизусть твою речь при ссорах, я уже знаю, что ты скажешь на любое моё недовольство. И я тебе нравлюсь, только потому что похожа на твою мать, если это так, то нам стоит расстаться прямо сейчас.

-Я приготовил тебе подарок! -Он открыл шкафчик и достал коробочку. -Посмотри. -Он открыл коробочку, там было золотое кольцо в виде бантика по центру и камнем. -Выходи за меня. Это кольцо принадлежало моей маме, я хочу, чтоб теперь его носила ты.

-Прости, давай расстанемся.

-Подумай ещё раз, я могу вытащить тебя отсюда, мы можем уехать прямо сейчас.

-Мне 16 лет.

-Ты можешь учиться в Москве, перейти в 10 класс и когда тебе исполнится 18 мы поженимся.

-А потом жить в золотой клетке, не работая, не имея никакой страховки, без связи со своими родителями и сёстрами.

-Ты хочешь продолжать учиться в этой школе с друзьями, которые тебя обсуждают за спиной. С родителями, которые вот-вот разведутся. Ты хочешь жить в этой деревне и продолжать доить козу до старости?

-Мы скоро уедем.

-И куда?

-Не твоё дело. Я пошла.

-Куда? Мы не договорили.-Я видела, как быстро изменилось его лицо и будто уже понимала о чём он думает, мол, не прокатило. Но теперь я не знала, чего ожидать, в его глазах появлялась ярость, с каждой секундой мне хотелось убежать от него как можно быстрее, мне не хотелось знать, что будет потом. В моей голове петляли мысли только о том, как бы мне сейчас уйти. Всё это время пока я раздумывала, он смотрел прямо мне в глаза.

-Слушай, я думаю нам стоит поговорить завтра, ты пьян. - Я развернулась, ощущая на себе его пронзительный взгляд, и пошла, постепенно ускоряя свой шаг.

Мы ещё не закончили. -Он догнал меня и крепко схватил за руку, мне стало больно, теперь я точно поняла, что мне стоит срочно выбираться отсюда.

Пусти, мне больно. -Я пыталась отцепить его руку своей рукой, пока он просто стоял и наблюдал, будто ему это приносило удовольствие. Мне трудно было сдвинуться с места, было видно, что у него хорошая хватка и уверенная стойка, а его спокойствие и лёгкая улыбка, от того, что я никак не могу выбраться вселяло в меня всё больше страха. Этот взгляд…он был похож на маньяка в этот момент. Ему нравилась моя беззащитность, ему нравилось причинять мне боль и нравился страх в моих в моих глазах. Его рука сжималась всё сильнее и сильнее, пока я просто не упала на пол от жуткой боли, только тогда он меня отпустил. Он присел на корточки и схватил меня за плечи.

Глава 1

Глава 1.

Я оказалась в необычном помещении, вроде подвала, но обустроенного, как для свиней. На полу лежала большая кормушка, в ней что - то похожее на человеческое мясо. Вокруг было много детей, лет десяти, и там была моя сестра. Моё внимание привлекла маленькая, красивая девочка, с чёрными грязными волосами и большими глазами, похожими на чёрные дыры, в которых можно было утонуть. Она протянула мне человеческую руку. Кожа была уже снята. Я заметила, что все ели человеческие конечности, не противясь этому, будто это их обычная еда с младенчества. Я так долго смотрела на то, как они выглядят, что все начали приподнимать взгляд на меня. Каждая из них выглядела как ребёнок, с глазами, как у ангела. Но они были не людьми. В их взгляде была пустота, какая бывает у роботов, и это пугало ещё сильнее. Чтоб не выделяться, мне пришлось начать есть. По вкусу мясо ничем не отличалось от обычного сырого. Когда-то в детстве я решила попробовать сырое мясо, хотя мама мне напрочь запрещала это, тогда мне сырое мясо показалось даже вкуснее готового.

Проснувшись ото сна, мне стало так противно, что с утра я побежала сразу блевать. На улице была ужасная жара, казалось, все сорок градусов, возможно, из - за такой погоды мне и снятся эти сны. Ещё около часа я ходила вся угрюмая и уставшая, однако надо было приходить в себя, поэтому я быстро собралась, и пошла в школу.

- Алекс, почему ты вчера не пришла, тебе было настолько плохо, чтоб не приходить в школу?

- Да, могу сказать, что причина была достаточно веская, чтоб не приходить в школу.

- О чём ты думаешь? - Спросила Катя с явным недоумением на лице, она так внимательно на меня смотрела, что я даже покраснела. - О чём ты думаешь? У нас экзамены на носу, а ты просто прогуливаешь дни.

- Мне нужен был отдых. - Сказала я с облегчением. Я думала, что мне придётся рассказывать о своих чувствах, потому что я не умею врать. В итоге она просто вздохнула.

День в школе прошёл совсем незаметно, я общалась с подругой, но на физике она подсела к Роме. Это был мальчик, который перевёлся в нашу школу под конец девятого класса, не сказать, что он довольно симпатичный, но это был мальчик, который умеет поддержать разговор в компании и развеселить народ. Он часто прицеплялся к девушкам и разговаривал с ними, но в его голосе была небольшая наигранность и презрение. Можно сказать он был «play - boy». Он пытался когда - то заговорить со мной, но я немного боялась разговаривать с одноклассниками, особенно похожими на тех, кто меня задирал в старой школе. Я разговаривала с ним только по делу, кратко отвечая на вопросы, возможно даже немного грубо. Когда мы сидели за партой, я не знала о чём говорить и хоть он задавал вопросы и боялся меня чем - то обидеть, я всё равно ему не доверяла. Вроде прошлое я отпустила и простила обидчиков, но я так и не перестала доверять парням, даже просто похожих на тех, кто издевался надо мной в той школе. Возможно, я стала лучше разбираться в людях, или я на подсознательном уровне ненавижу таких парней. На остальных уроках она просидела с ним вместе за партой. Меня гложило чувство ревности, я боялась, что парень станет для неё на первом месте между мной и Катей. Я боялась стать третьей лишней, поэтому я решила найти себе подруг и уже не бояться, что её уведут, тогда у меня будет страховка и я не буду сидеть одна за партой. Я решила, что уже в понедельник начну со всеми разговаривать и искать себе подругу, с которой мне будет также весело и интересно, как с Катей.

На следующее утро я проснулась довольно поздно, где - то в час дня, такое часто бывает по воскресеньям. Долгое время я продолжала смотреть в потолок, ожидая, что мама войдёт в комнату посмотреть, проснулась ли я. Хотя, наверное, я застряла в возрасте тринадцати лет, когда мама приходила в комнату к каждому и говорила, что приготовила блинчики. В те дни мы успевали проснуться секунд за 30 до её прихода от запаха блинов. Иногда мы сами выбегали из комнаты и шли прямо на кухню, накладывая блинчики по одному в тарелку. Дрожащими от горячих блинов руками мы отламывали кусочки и засовывали их в рот. Запах искушал нас так сильно, что мы не боялись обжечься и клали в рот как можно больше кусочков, а потом дышали как собаки, пытаясь охладить свой рот свежим и прохладным воздухом. Хотя это всё в прошлом, я хочу вернуться в то время, когда я чувствовала мамину любовь и заботу.

Я продолжала лежать, глядя в потолок, ожидая, что мама придёт, как приходила раньше, но ко мне пришла только кошка, которую мы завели совсем недавно. Она была британкой, с темно - серой густой шерстью и карими глазами, совсем недавно мы её стерилизовали, потому что она часто мяукала, у неё был период течки. Сейчас же, она ведёт себя спокойно, и часто приходит в мою комнату, чтобы отдохнуть от людей и спокойно полежать. Когда её только стерилизовали, она пошла сразу ко мне и легла на кровать, что меня очень сильно удивило, она редко приходила меня навестить. Она легла около моих ног, и я наклонилась к ней, дабы погладить и пожалеть, и она лапкой докоснулась до моего пальчика и сжала его, в тот момент я хотела о ней заботиться, во мне проснулось, как ни странно, чувство ответственности за неё.

Я чувствовала, что ей нужна моя забота и уход, по крайней мере, на некоторое время. Я не могла убрать свою руку ещё некоторое время и просто смотрела на неё. Она выглядела измученной и уставшей и ей хотелось материнского тепла. Хоть она и взрослая, она также как и я нуждается в материнской любви, но к сожалению, мы не можем просто подойти и сказать: - «Мне нужна твоя любовь и забота». Поэтому, мы просто продолжаем сидеть в своей комнате, в одиночестве, вспоминая, когда чью - то любовь мы принимали как должное. Некоторое время спустя, она всё - таки отпустила мои руки, и как бы я не хотела её покидать, я пошла на кухню поесть. Вся еда была убрана в холодильник, но ничего нового не было приготовлено. Я выбрала пару персиков, яблоко и банан, красиво нарезала и пошла на балкон. Я кушала фрукты, смотря на людей, которые куда-то торопятся в воскресенье, и на маршрутки, спешно убегающие от остановки.

Глава 2

Глава 2

- Ты как, всё хорошо? Стой, только не падай. Ты меня слышишь? – Эти звуки доносились уже где - то далеко. А я всё думала о своём, пока не упала на пол, сама того не осознавая. Я чувствовала, что я упала, но я не могла ничем пошевелить. Это состояние очень похожее на сонный паралич. В своей голове я прокручивала всё один и тот же сон, теперь я понимала, что произойдёт дальше, но как долго это будет продолжаться? Этот разговор: «Она похожа на ту, которую мы искали» я прокручивала в своей голове, я прокручивала свой побег из больницы. Снова и снова, пока не оказалась там же, о чём я и думала.

Эта была всё та же больница, всё тот же сон. Я выходила из палаты, но на этот раз в коридоре было многолюдно. Я решила не стоять на одном месте, и пошла прямо в толпу идущих людей. Когда я шла, у меня что - то спросил один человек, я не услышала, что, поэтому просто обернулась и кивнула. На его лице была ухмылка, будто он знал, что я задумала сбежать и у меня ничего не получится. Мне стало очень страшно и не по себе. Я пыталась не идти так быстро и контролировать свои эмоции, но моё сердце билось так сильно и казалось, его биение сейчас услышат все, кто здесь находится. Я шла как все люди, медленно и не спеша, но я начала паниковать, меня заметили! Я обернулась и увидела, как тот, кто мне что - то сказал, разговаривает с охранником, теперь - то я знала, что это обо мне. Я уже не могла контролировать себя и начала ускорять шаг, а потом и вовсе побежала. Мне казалось, меня вот - вот поймают и у меня потекли слёзы. Я уже видела выход и думала, что всё уже позади. Я видела маму и её спокойное лицо, а потом я увидела троих охранников рядом с ней. Я остановилась, я уже не знала, как мне действовать дальше, и через пару секунд меня взяли сзади за руки, и повели назад. Я сопротивлялась и плакала, но этого было недостаточно. Остальные охранники тоже подбежали и начали уводить меня. Я видела лицо мамы, такое спокойное, словно ей внушили, что всё будет со мной хорошо. Почему она меня так легко отпустила? Почему все эти люди, находящиеся в больнице, не обратили на меня внимания? Почему я так боюсь этой больницы, и что здесь происходит?

Спустя время, мне уже было всё равно на то, что со мной произойдёт. Когда я проснулась, глаза, словно слиплись, на моих ресницах были комочки, которые я чувствовала, когда открывала глаза. Это была обычная комната, рядом стояла капельница с физ. раствором, но пошевелиться я не смогла, возможно, они подумали, что я захочу сбежать и привязали руки и ноги к кровати. Я была перепугана, и попыталась вырваться, но я была привязана плотно, мне оставалось только ждать, пока ко мне придут. Это была обычная белая комната с двумя кроватями, но на второй никого не было, наверное, меня изолировали ото всех. Всё было в белых тонах, что даже тошно стало.

- Доброе утро, я руководитель этого мед. Учреждения и твой лечащий врач. Я буду лично следить за твоим состоянием и отслеживать прогресс твоего лечения. Мне доложили, что ты проснулась. Как ты себя чувствуешь? – В палату зашёл человек, лет тридцати пяти - сорока, наверное, это и есть мой лечащий врач в этой больнице.

- Что я здесь делаю? Когда моя мама придёт? - Спросила я. – Он подошёл ближе ко мне, пододвинул стул и сел с папкой бумаг.

- Ты упала в обморок, ты помнишь? - Ответил мужчина.

- Да, я помню, но почему я привязана?

- Мы подумали, что ты захочешь сбежать, поэтому решили обезопасить и тебя и всех остальных. Ты можешь быть серьёзно больна, ты знаешь?! Мы не смогли разблокировать твой телефон и дозвониться до твоих родителей, но ты можешь сказать их номер телефона сейчас, мы позвоним.

- Я не помню номер телефона мамы, он у меня в телефоне.

- Хорошо, ты помнишь пароль, ты сможешь разблокировать его?

- Да, но я плохо его помню, отвяжите мне руки и дайте телефон, я попытаюсь его разблокировать.

- Во-первых, у тебя не должно быть амнезии, во-вторых, развязывать руки опасно, как я уже говорил, ты можешь сбежать.

- Меня будут искать родители! Вы знаете, что вы сейчас делаете? – Этот человек меня уже начал бесить своей принципиальностью, а шанса сбежать у меня не появляется, тем более, здесь камеры, иначе как он узнал, что я проснулась.

- Мы - знаем, но вы сейчас представляете для всех угрозу, и пока результаты полного обследования не придут, мы не можем вас отпустить, пожалуйста, скажи пароль от телефона, и мы позвоним твоим родителям.

- Каким образом я за одни сутки стала больной настолько, что могу кого - то заразить? - Он промолчал. Хорошо, один, девять, семь, три, шесть...Блин, дальше не помню, дайте, пожалуйста, телефон, я смогу вспомнить пароль, у меня хорошая мышечная память, пальцы сами вспомнят. – И хоть мне он не понравился с первой секунды, я всё равно должна пытаться уговорить его. – Обещаю, я не буду сбегать. Вы посмотрите на меня, я сейчас совсем без сил, и как такая хрупкая девушка сможет сбежать?

- Хорошо, в случае попытки сбежать, двери будут заблокированы, а вы вернётесь обратно в палату и будете всё это время ждать пока мы не придумаем как связаться с твоими родителями. – Он потянулся к моим рукам и отцепил сперва, одну липучку, потом потянулся за второй и тоже отцепил. У меня будет всего один шанс, чтобы сбежать, я не должна упустить его. Я вынула иглу из вены и вставила ему в шею, как я видела в боевиках. Этого не хватило бы чтобы полностью его парализовать, поэтому со всей силы я ударила ему ещё и в лицо, а потом и по шее. Ноги я быстро отцепила взяла телефон и направилась к двери, её не успели заблокировать. Это произошло буквально за 5 секунд, что я сама даже не ожидала. Я смогла, но что дальше?

Это было совсем другое место, я стояла посередине коридора, одна половина была светлой, вторая тёмной. Надо бежать туда, где свет. Я побежала прямо, во мне адреналина было так много, что, было б у меня ружьё, я бы убила всех, кто встал бы у меня на пути. Мне было страшно, но это позволяло мне бежать дальше. Я добежала, и с правой стороны была лестница, а внизу никого не было, но сзади меня послышался голос, я не стала оборачиваться и побежала вниз по лестнице, пока на этаже ниже не послышались звуки. Я спустилась на этаж и побежала по другому коридору, здесь должен быть где - то второй или третий этаж, в зависимости от того, есть ли там парковка. На каждом этаже, получается, две лестницы… Коридоры были достаточно большие, следовательно, хотя бы часть, но она будет не тронута охраной. кроме первых этажей. Я должна добраться быстрее на первый этаж, чтоб меня не заметили. Пробежав ещё немного, я увидела лестницу и начала спускаться. Охрана её ещё не тронула, и я начала спускаться, перепрыгивая через ступеньку.

Глава 3

Глава 3

Внутри была пустота. Не та, которая обычно после слёз или при желании умереть. Это то чувство, когда ты умом понимаешь, что всё вроде так как и должно быть, но душой понимаешь, что что - то не так. И ты не можешь понять, что не так. Будто все твои воспоминания просто выкинули, и ты совершенно не знаешь себя, чего ты хочешь, что ты любишь. Это чувство очень похожее на то, когда твои чувства никому не нужны и все пытаются их заглушить. Когда ты уже не знаешь, кто ты и не можешь различить, что тебе навязали, а что ты, правда, хочешь. Эта пустота, это незнание так угнетает. С этим невозможно смириться, ты просто начинаешь плакать, не зная почему. Ты начинаешь плакать, ощущая пустоту, ощущая, что у тебя забрали, что - то жизненно необходимое для тебя, не зная, что это. Мне трудно объяснить словами, это нужно прочувствовать самой. Я плакала, как плачет мама, потеряв своего ребёнка. Я плакала, взявшись за грудь, будто собиралась вырвать сердце. Это был даже не обычный плач, это было похоже на мольбу о помощи. На мольбу вернуть частичку себя, то, что отняли у меня, когда мне это так нужно.

- Алекс! Алекс, всё хорошо? Алекс, почему ты плачешь? – Я оглянулась. На меня смотрели две девочки, я их впервые видела, но похоже меня они знают. Я находилась в небольшой комнате с двумя двухъярусными кроватями, хорошо заправленных, именно так, как я не любила. Мне было всё равно, что на меня смотрят, это была невыносимая боль, которую словами не остановить. И даже если бы меня ударили, я не смогла бы остановиться и перестать плакать. Мне так же было всё равно где я нахожусь, ведь у меня уже забрали самое ценное, что только могли. И тот, кто это сделал, постарался на славу. Единственное, на что мне не было всё равно, так это на то, что просто так им с рук это не сойдёт.

Так я плакала минут двадцать, пока не почувствовала облегчение. Девочки же просто смотрели на меня, некоторые вышли. Может они чувствовали себя также, когда только пришли сюда, потому и не стали меня утешать, зная, что это никак не поможет. Они просто смотрели на меня, сидя на своих кроватях. Они хотели, чтобы я сама с этим справилась, так, как справлялись они. Я опять легла на кровать и, свернувшись в клубок, просто лежала, пытаясь понять, что именно тут не так. Ничего не выходило. Прозвенел звонок, и все девочки выбежали куда - то, я медленно встала и пошла за ними, по коридору. По бокам так же находились маленькие комнатки, как в общежитии, из которых продолжали выходить дети. Я просто шла по коридору, как и все остальные. И вот когда я уже вышла, все побежали налево, но я пошла прямо, спускаясь по лестнице. Я была одна, никто туда больше не шёл. Я шла медленно, смотря вниз лестницы. Это была обычная, но довольно крутая лестница, с металлическими перилами.

- Ты как раз вовремя, тебя кое - где ждут. Идём! – На меня смотрел молодой парень с чёрными волосами и короткой стрижкой. Я была погружена в свои мысли, что не заметила его шаги. – Пошли скорее! – Он выглядел довольно взволнованным, а я просто стояла и смотрела на него. Ещё несколько секунд постояв, я пошла дальше по лестнице, таким же шагом, но он пошёл, не дожидаясь меня, и мне пришлось ускориться. Он свернул направо, и я пошла быстрее, пытаясь догнать его. Со спины он выглядел довольно хилым: не спортивного телосложения, а больше худощавого, широкие плечи и не высокого роста, около 177 см. – Поторопись! – Он быстро оглянулся и посмотрел на меня.

- А кто меня ждёт? – Я подбежала к нему, поравнявшись с ним.

- Сейчас всё сама узнаешь. – Он смотрел прямо, продолжая идти быстрым шагом. Больше я не стала его ни о чём спрашивать и вскоре мы дошли до кабинета. Он постучался и открыл дверь, пропустив меня первую, а потом тоже зашёл.

- Присаживайся! – Сказал мне доктор, сидевший передо мной на стуле за столом. Я села, оглядывая кабинет врача. Ничего необычного: стопка журналов и книг на столе, стакан с ручками, ну и бумаги, на которых изображена моя фотография. – Меня зовут Александр Михайлович, и я заместитель руководителя, когда твоего лечащего врача на рабочем месте не будет все вопросы с тобой буду решать я. — Это был человек лет пятидесяти, довольно полный для своих лет. На нем была надета белая рубашка, синий галстук в диагональную линейку и темно - синий пиджак… Это был человек с седыми волосами, старческими морщинками на лбу и щетиной. - Ты попала сюда ещё вчера и была так шокирована, что потеряла сознание. Возможно, ты не помнишь, как сюда попала, и немного взволнована, это вполне нормально, через некоторое время, ты привыкнешь. Так как на твоём телефоне был пароль, нам пришлось взломать его, чтобы как - то связаться с твоими родителями. И сегодня они уже придут. Его слова прервала открывающаяся дверь. В кабинет вошла женщина с тёмными волосами, я встала, ожидая её увидеть, и она обняла меня.

- Ты как? Всё хорошо? - Она взяла меня за плечи и ещё раз взглянула. Я так рада была её видеть, хоть какой - то родной человек, в неизвестном мне месте. Хоть и ненадолго, но это дало мне почувствовать себя увереннее и защищеннее. Возможно, она не самая лучшая мать, не умеет поддерживать и ведёт себя так, будто ей плевать, но это не так. Просто она понимает, что с некоторыми проблемами, мы должны справляться сами, что мы должны привыкнуть к одиночеству и что нас не будут поддерживать, когда нам это нужно, но именно эти ситуации позволят нам привить полезные качества для взрослой жизни. И хоть рядом она только сейчас, а всё остальное время мне придётся справляться самой, но этого мне хватит.

- Да, мам, не верь им, прошу, они сделают всё чтобы я тут осталась, если ты подпишешь договор, то ты навсегда меня потеряешь, они сделают всё чтобы я потом не вернулась домой.

- Детка, что ты говоришь, доктор мне уже всё объяснил, и знаешь, крайне глупо было убегать от людей которые хотят тебе помочь.

- Ты не понимаешь, мам. Они не хотят меня вылечить, я совершенно здорова, они меня просто используют. Я взяла её за руку, и уже слёзно умоляла. мои глаза и без того были красные, как у наркомана, так ещё и сейчас я выглядела как брошенный и униженный ребёнок.