Александра. Дитя сумеречного леса

1

“ Если тебе дают второй шанс прожить в другом мире — не обольщайся. Это точно подстава”.

Иномирное наблюдение.

За массивным дубовым столом, хранящим тепло прожитых лет, восседала старая женщина. Её руки, испещрённые паутиной морщин, любовно разглаживали лист бумаги цвета слоновой кости.

Самопишущее перо несколько раз взмывало в воздух готовое излить на бумагу сокровенное, но колебание женщины удерживало его в нерешительности.

Повернув голову, женщина устремила взор к окну, где полупрозрачные занавески трепетно танцевали в объятиях игривого ветра.

Солнечные лучи, пробиваясь сквозь ткань, скользили по комнате, рождая каскад бликов: вот они отразились от поверхности старинного ростового зеркала, заиграли на роскошном покрывале кровати с вышитыми розами и, наконец, озорно рассыпались по ворсу мягкого ковра, словно золотые монеты.

Взгляд скользнул дальше, и в зеркальном отражении зеркала она увидела своё лицо, тронутое благородной сединой. Строгие черты говорили о сильном характере, о непреклонности духа.

Но взгляд смягчали лучики морщин, разбежавшиеся от уголков глаз, в которых, несмотря на бремя прожитых лет, всё ещё искрился живой, неугасимый огонёк.

Время не сумело похитить её красоту, напротив, оно лишь оттеняла её, придав ей оттенок мудрости и достоинства, доступный лишь тем, кто щедро одарен опытом жизни.

На самом пороге исхода, когда тени вечности уже касались её души, она жаждала поведать потомкам историю своей жизни: калейдоскоп случайных встреч и несгибаемой воли.

Она жаждала поведать о себе, о той, что сквозь пелену смятения и непонимания упрямо прокладывала путь вперед, выживая в гордом одиночестве в месте, которое теперь жило лишь в зловещих детских сказках.

Лишь непоколебимая вера и упрямая воля удержали её от бездны отчаяния, когда Александра Федоровна Потапова, юная девушка из иного мира, очнулась в чужом теле, осиротевшем после ухода души на перерождение..

Она вздохнула, собираясь с духом, и подняла руку. Перо, послушное её воле, коснулось бумаги, и из-под него начала рождаться история – повесть о днях, прожитых и прочувствованных. Легко и плавно скользило оно, словно танцуя, оставляя на белом листе след уходящего времени.

*

Утренние лучи, нагло ворвавшись в комнату, рассыпались ослепительными искрами от зеркала на прикроватной тумбочке и настойчиво будили меня.

Золотой рой плясал на лице, выгоняя остатки сновидений.

Попытка отвернуться и ухватить ускользающую дрёму за хвост не увенчалась успехом. И тогда лёгкое томление в постели быстро сменилось осознанием пробуждения.

С неохотой перевернулась на спину, и пришлось открыть глаза, сладко потянуться, прощаясь с грёзами. Долго нежиться в постели было не в моей привычке.

Поднявшись, подошла к окну и распахнула шире створки, подставляя лицо утренней свежести. День обещал быть знойным.

Небесный купол сиял безупречной чистотой, ни единого облачка. Заварив чай и позволив кипятку раскрыть душистый букет трав, направилась в ванную.

Вскоре в лёгком халатике и с тюрбаном из полотенца на голове вернулась на кухню.

Налив янтарный напиток в тонкую фарфоровую чашку, и приготовив скромный бутерброд, присела на подоконник, чтобы перекусить. С высоты своего окна оглядела двор.

Безлюдно…

Что, впрочем, и неудивительно. В выходной день многие еще лелеют остатки сна, наслаждаясь заслуженным отдыхом.

Сделала глоток ароматного чая, откусила бутерброд, рассеянно скользя взглядом по знакомому внизу пейзажу: детская площадка, парковка, небольшой сквер. Тишина и покой царили за окном.

Но нет – внизу послышались голоса…. Из дверей подъезда выпорхнули двое ребятишек, а следом мужчина и женщина с поклажей в руках. Семья соседей направилась к машине, вокруг которой дети, заливаясь смехом, уже затеяли весёлую возню.

-Соседи раньше всех поднялись. Вот же семья жаворонков. Видимо, поедут к матери Оксаны в деревню. Сейчас как раз много работы в саду. Впрочем, для поездки на машине самое время: летний зной ещё не успел набрать полную силу. Молодцы, что сказать! Там и детям раздолье, и свежий воздух полезен для здоровья, - проговорила мама, подходя к окошку и бросая взгляд вниз, прикрыв рот ладонью, скрывая непрошеный зевок.

— Стула, что ли, нет? Опять на подоконнике? — её укоризненный голос нарушил утреннюю тишину.

— Не свалюсь, мам. Отсюда мир интереснее, словно с высоты птичьего полета, — отмахнулась от предупреждения и улыбнулась в ответ на её ворчание.

Мама взъерошила мои волосы, заглядывая в глаза:

— Не опоздаешь?

— Нет, не опоздаю. Иди, ещё поспи. Выходной же, — промурлыкала в ответ, впитывая мимолетное тепло её родных рук.

— Куда там спать! Скоро вся наша мужская гвардия проснётся, и все с голодными глазами потянутся на кухню. И первым вопросом будет…

— …мам, а что вкусненького на завтрак? — подхватила её мысль, и мы обе рассмеялись.

Сегодня у меня важный день – соревнования. И сегодня решится, станет ли моё имя рядом с гордым званием «мастер спорта по фехтованию».

Мама давно смирилась с моим «не девичьим» увлечением. Только куда дочке было деваться, когда три старших брата перепробовали все секции, где хоть краешком пахло оружием или борьбой?

«Три богатыря и лапочка дочка», – любил повторять отец. Вот и приходилось соответствовать этим самым богатырям.

В душе всегда была уверенность, что в любой момент братья встанут на мою защиту и сотрут в порошок любого обидчика, но прятаться за их спинами мне не хотелось.

Именно братья научили постоять за себя. Именно они привели в секцию фехтования. Правда, сами вскоре забросили, а я осталась.

Чувствовать оружие в руках – это ни с чем несравнимое ощущение свободы и силы. Шпага, рапира, сабля…

Умение владеть каждым из этих видов оружия поднимало планку в моих собственных глазах… при выборе парня.