Алу: так шепчет лес

Глава первая

Прочь!

Ветер надрывно завывал, от его крика закладывало уши, а босые ноги совсем заледенели. Маленькие следы тянулись за девочкой, из последних сил убегающей сквозь неприветливый и оскалившийся лес. Длинные и некогда гладкие волосы свалялись комками, веснушчатое лицо расцарапали колючие ветви, щёки хранили на себе разводы от слёз.

Она не помнила, почему плакала. Не помнила, кто она такая, и как её зовут. Она знала лишь одно – нужно бежать. Вперёд, не оглядываясь. И лишь это знание, казалось, выжженное в её крови, заставляло перебирать онемевшими ногами и не падать на снег. Что-то незримое придавало сил. Кто-то незримый.

«С тобой всё будет хорошо», – раздался в мыслях старческий голос.

***

Мои глаза открылись. В полумраке комнаты тени на мгновение показались мне врагами. Я подскочила в кровати, отбрасывая назад косу. Рука сама нашла маленькую сферу, которая от прикосновения зажглась голубым светом, разгоняя полумрак. Я пригляделась и обнаружила: это всего лишь моя одежда висит на краю двери, а не враг, притаившийся в темноте.

Вытерев ладонью мокрый от пота лоб, я поморщилась и согнулась в постели, обнимая колени. Ночная рубашка прилипла к спине, дыхание всё никак не хотело выравниваться, быстро колотящееся сердце угрожало пробить грудь. Сквозь маленькую форточку в окне пробирался ветерок и шевелил тонкие занавески ручной работы.

Я жила в деревне Аольм в Лисьих землях уже два месяца, а стены моей хижины до сих пор казались неуютными. Вернее, стены хижины, в которой мне разрешила остановиться старейшина Лилана-Дил.

– Увы, прошлые владельцы сюда уже никогда не вернутся, – тогда в её голосе безошибочно звучало, что с ними случилось нечто ужасное. Поэтому, когда я убирала в кладовку тряпичную детскую куклу, в моём горле встал ком.

Местами ветхий, но в целом довольно крепкий маленький домик находился немного в отдалении от остальных домов. Мне пришлось пару раз слазать на крышу и залатать все дыры соломой и вязкой смолой. Но я пережила уже не один дождь, и течи не случилось. Двери и окна скрипели, пол кое-где опустился, но хижина пригодна для зимовки: в кухне – и по совместительству прихожей – стояла печь, на которой можно готовить пищу.

При мысли о готовке моё лицо сморщилось. Пусть в клане Лунар ко мне и относились с презрением, но слуги обеспечивали все мои нужды так же, как и других оборотней. А теперь меня ждёт вчерашняя пустая каша, которая пригорела ко дну и горчила. Мясо, купленное у охотников пару дней назад, закончилось. Нужно это исправить.

«Скорее бы настал сезон фруктов и ягод», – подумала я со вздохом. Дикая яблоня, растущая прямо перед окном хижины, как раз недавно отцвела. Мне не привыкать есть кислые и несозревшие плоды.

Медленно поднявшись, я потянулась. Нужно смыть с себя ночной пот. Здесь мне повезло: к дому примыкало несколько хозяйственных построек, в том числе и маленькая баня.

В Лисьих землях сны стали сниться гораздо чаще, но стоило мне проснуться, как их содержание тут же забывалось. Лишь голос пожилой женщины не желал выходить у меня из головы, хоть я не помнила, что именно говорила его обладательница. В груди разлилась какая-то другая, особенная тоска, словно та незнакомка была для меня важна. Но увы, старейшине Лилане-Дил пока не удалось ничего выяснить о моей семье.

«Да и зачем тебе знать? Ты можешь начать свой род с себя самой», – пожала она плечами в одну из наших первых встреч. Пребывание в Лисьих землях уже научило меня, что фоксы часто держатся обособленно даже друг от друга. Большие и дружные семьи встречаются редко, обычно они состоят лишь из родителей и маленьких детей, которые по мере взросления отдаляются от старших.

Так что убежать прочь из Монтэм Сильва оказалось вполне в моей природе фоксы, и дело не только в выживании.

В ранние утренние часы я позволяла себе думать о том, что оставила позади. Кого я оставила позади. Воспоминания чаще пробирались в мою голову под покровом темноты, перед сном, но мне удавалось не подпускать их близко. Подобные мысли напрочь лишали меня сна, тоска в лунном свете становилась невыносимой. А вот на рассвете она больше напоминала надежду. Вместе с солнцем поднималась и уверенность, что скоро всё закончится, и я увижу родные лица. Жаль, что это лишь самообман.

Клара, наверное, уже закончила семестр и отправилась на каникулы домой. Умерилось ли её горе или стало ещё больше? Мне хотелось написать ей, но существует огромный риск, что дакса Августа узнает. Это может привести к страшным последствиям, если она действительно настроена меня убить.

Записка мэтра Вульдса говорила, что она жаждет моей смерти. Больше он ничего не написал. Два месяца помогли мне немного смириться с этим, но внутри меня всё ещё клубилось множество чувств, в том числе неверие, что дакса может так поступить.

Лиркс наверняка прекрасно развлекается. Он учился в академии ещё до моего прихода, и ему предстоит провести в её стенах ещё год. Потом друг станет свободным фелином и наверняка ввяжется в какие-нибудь неприятности. Но я ощущала искреннюю радость, что вскоре он обретёт свободу.

И, наконец, Магнум.

Со вздохом я взглянула на свою ладонь. Прошло столько времени, а мне порой казалось, что я всё ещё ощущаю на руке его поцелуй и колкость щетины. Только в разлуке ко мне пришло полное осознание того, насколько ценно проведённое с ним время, как мне не хватает его взгляда, наших разговоров или уютной тишины у камина.

Глава вторая

Мои лапы путались в траве, когда я неслась вперёд. И едва не пробежала мимо, не ожидая увидеть его так скоро.

Высокий, темноволосый, одновременно до боли знакомый и неуловимо другой, он взглянул на меня своими пронзительными глазами. В них блеснуло неуверенное узнавание, а я застыла, не в силах отвести от него взгляда. Хотелось скорее превратиться и встать напротив, взглянуть ближе привычными человеческими глазами. Но я не могла этого сделать, не могла пошевелиться, не веря в происходящее.

Но вот один шаг, второй. Магнум – действительно он – присел и протянул ко мне руку. Из моего горла вырвалось жалобное скуление, шедшее из глубины сердца.

– Алу? – позвал он тихо, мягко, с надеждой. Мой нос ткнулся ему в ладонь, и с неожиданно широкой усмешкой Магнум сел на землю. Я фыркнула и опустилась рядом с его боком.

А потом его лицо оказалось напротив моего. Ветер трепал мои распущенные волосы, звуки леса окутали со всех сторон. Но всё моё внимание сосредоточилось лишь на глазах напротив, которые рассматривали меня изучающе и вместе с тем необыкновенно тепло. Я знала, что изменилась, что лицо покрыли веснушки, а волосы стали рыжее и рассыпались по плечам лёгкими волнами. Но он смотрел так же, как когда мы расставались. Пронзительно и неотрывно.

И вот Магнум снова здесь. Спустя два с половиной месяца, пролетевших как один момент и вместе с тем длившихся целую вечность.

«Никогда больше не хочу с ним расставаться», – пронеслась в голове почти отчаянная мысль.

– Магнум, – мягко позвала я в ответ. Я не произносила его имя вслух так долго! Сердце гулко билось в груди, пальцы покалывало от желания прикоснуться, ощутить, что это не видение, посланное тоскующим разумом.

– Значит, всё это время ты просто приспосабливалась, – проговорил Магнум, скользя взглядом по моим волосам. И словно не было двух с половиной месяцев разлуки. Будто мы расстались только вчера, а теперь просто с лёгкостью, как и всегда, начали разговор.

– Это мой истинный вид, – пожала я плечами, продолжая неотрывно смотреть на него. – Оказывается, сама того не осознавая, всю свою жизнь я пряталась. Этот цвет действительно несколько вызывающий и наводит на мысли о лисах, – я подёргала прядь своих более лёгких и рыжеватых волос. Рыжая фокса. Как банально.

– Красиво, – неожиданно сказал Магнум, взгляд его окутал меня теплом и лаской. Кончики моих ушей покраснели. Смущение разлилось по всему телу, заставляя его покалывать, и я поспешно поднялась. Нужно наконец проявить гостеприимность. Он действительно здесь. Это не моё видение.

– Идём, я тебя провожу, – моя рука потянулась к Магнуму. Я сглотнула, ожидая его реакции. В тот последний вечер в академии он так много держал меня за руку… Мне хотелось вспомнить это ощущение. Хотелось больше никогда не забывать.

Когда его ладонь обняла мою, я осознала – он правда здесь. Его пальцы были тёплыми, мозолистыми, знакомыми. Он поднялся, оказываясь очень близко, на расстоянии дыхания. Я приподняла подбородок, растворяясь в его взгляде. Лучистом и тёплом, как этот день. Сердце в груди сжалось, тело требовало сократить последнее расстояние и почувствовать больше тепла. Почувствовать наконец его объятия.

Что привело его сюда? Неужели… я?

– Я не ожидала тебя увидеть, – неуверенность окрасила мой тон.

– Я не думал, что существует такая возможность. Если бы знал… – Магнум откашлялся. – Флос-Вина договорилась.

– Первый чужак в Лисьих землях…Только она способна такое устроить, – мои губы сами изогнулись в улыбке. Иногда мне казалось, что Флос-Вина – божество. Так сильно она повлияла на мою жизнь. Божество, чью милость я каким-то образом заслужила.

– Наконец я начал получать от дружбы с ней хоть что-то хорошее, а не только головную боль, – привычно проворчал Магнум. Улыбка моя стала немного шире. Всё это мне знакомо. Его напускное ворчание, его не покидающий меня взгляд, от которого во рту пересохло, и я ощутила едва преодолимую тягу.

– Она ушла, как только я устроилась, – поделилась я. Магнум кивнул, но, кажется, это его не очень расстроило. Как однажды пояснила мне сама Флос-Вина, они предпочитали встречаться не чаще раза в год, с трудом долго вынося компанию друг друга. На самом деле мне казалось, что они просто преувеличивают.

Воцарилось молчание. Большой палец Магнума нежно погладил мою ладонь, всё внутри меня сжалось от этого жеста, а ресницы дрогнули. Я сжала его пальцы в ответ, мечтая, чтобы этот момент никогда не заканчивался.

Солнце проникло сквозь ветви, освещая его сзади сверкающим ореолом. Всё это казалось прекрасным сном. Но нет, это прекрасная реальность.

– Что тебя сюда привело? – решилась спросить я спустя долгие минуты. Глаза Магнума наполнились чем-то удивительным и незнакомым мне. Я сглотнула, сердце дрогнуло в ожидании ответа, дыхание замерло.

Когда губы Магнума приоткрылись, из зарослей неожиданно появилась Лилана-Дил. Теперь её слова в хижине стали для меня понятны. Конечно. Она знала о приходе Магнума, она позволила этому случиться.

– Что же ты держишь нашего гостя на пороге, Алу? Проводи его в деревню, я поговорю с ним после костра, – её здоровый глаз скользнул к нашим сцепленным рукам, губы скривились в понимающей усмешке. Мои уши снова покраснели. Она видела меня насквозь.