Альфа. Истинная для Бешеного

Глава 1

— Альфа, мне нужно поговорить с тобой наедине! — эти слова вырвались у меня с таким трудом, что казалось я ими ободрал горло.

Я подавлял рычание, чувствовал, как адреналин хлестнул по оголенным нервам и разбегается по венам.

Альфа стоящий на крыльце своей усадьбы, собирался начать делить девушек и женщин. Я должен его опередить!

— Я хочу завить право на одну из девушек! — я вышел из толпы, и поднял взгляд на него.

— Ты? — Альфа был удивлен. — Ты даже не бета, кто ты червяк? Один из бойцов? Займи очередь, возможно, получишь ее через несколько месяцев. Если выживет!

Он мерзко рассмеялся, и начал отбирать жертв для своего гарема…

***

Мне казалось, мир застыл вокруг меня… Время словно растворилось в густой тишине, и я не мог дышать, как будто воздух вокруг стал вязким и плотным. Ее глаза, полные ужаса и, чего-то еще может, надежды, а может, отчаяния, смотрели прямо в мою душу, проникая в самые ее глубины, как острые ледяные кинжалы.

Сердце колотилось так, что готово было выпрыгнуть из груди, и я чувствовал, как кровь пульсирует в венах, но я не мог пошевелиться, не мог оторвать взгляд от ее глаз. Без всяких слов я понял, что встретил ту, которую уже не надеялся найти. Ту, что была предназначена мне судьбой. Истинную пару! Ту, ради которой я был готов на все. Ту, которая перевернула мой мир с ног на голову, и теперь я не знал, как жить дальше.

Память мгновенно выкинула в прошлое, словно холодный ветер, пронизывающий до костей. Двадцать лет назад я присягнул волчьей стае, дав клятву верности, которую невозможно нарушить. Я знал, что это не просто слова — это моя жизнь, моя судьба. А еще существовал свод жестоких, но выученных назубок правил, которые диктовали каждый мой шаг.

Одно из этих правил было особенно безжалостным: девушки, привезенные на территорию стаи, становились общими. После того как их лично отбирал Альфа, одаривал своих Бет, и только тогда остатки распределялись среди остальных членов банды. Я никогда не участвовал в этом, стараясь держаться подальше, уходя в город, где мог выпустить пар. Я не имел права голоса, и ничего бы не изменил. Их не убивали, но судьбы этих девушек ломались легко и играючи, как хрупкие игрушки.

Оборотни это власть, сила, и люди, живущие на нашей половине, были для нас не более чем рабами и изгоями. Наш мир был поделен на две части: на одной жили люди, отгородившиеся от нас магической стеной, на второй — оборотни, делящие свою территорию на части и бесконечно воюющие друг с другом за ресурсы, людей, самок. В этой вечной борьбе не было места для сострадания или милосердия.

Но иногда случалось что-то, что выбивалось из этой жестокой системы, что-то, что не поддавалось определению. И это чудо, это нечто необъяснимое, заставляло меня задуматься о том, что же на самом деле значит быть живым.

Сейчас я должен сделать то, что никогда не делал, просить Альфу об одолжении, а он уже положил на нее свой похотливый взгляд, отдать ее мне. Он чувствует в ней самку, и это еще больше влечет его. Волчара похотлив, жаден и не имеет жалости… Этот взгляд, этот запах, этот блеск в глазах — он уже видит в ней не просто женщину, а свою добычу.

Какова будет цена моего выбора? Возможно, моя смерть…

Отказаться?

Нет! Мое сердце бьется так сильно, что, кажется, готово разорваться. Мои инстинкты кричат, что я умру, едва она станет чужой. Зверь внутри бесится, рычит, и желает вырваться на свободу, требуя взять свое. Этот голос внутри меня, этот первобытный зов — он сильнее разума, сильнее страха.

Я не могу позволить ей уйти. Не могу позволить ему забрать ее. Это не просто женщина. Это моя пара. Моя судьба. Моя кровь.

И я готов на все, чтобы защитить ее. Даже если это будет стоить мне жизни…

***

Пришлось повторить, чтобы привлечь внимание к себе.

— Я заявляю право на одну из девушек! — прорычал я, уже не сдерживая ярость, которая клокотала внутри меня. Но никто не обратил на меня внимания.

А еще, я тщательно прятал свою силу, как хищник, готовящийся к прыжку. Никто не терпел рядом с собой Альф одиночек, да еще и медведей. Наша сила сметает все на свете, врагов у нас нет, они мертвы! Мы большая редкость, из-за того, что практически невозможно встретить пару. Мы расходимся по миру оборотней, ища место в жизни… А чаще всего находим смерть.

— Преподайте ему урок! — Альфа, даже не остановился, его взгляд был холодным и отстраненным. Девушек уже выхватывали из толпы и уводили в дом, словно они были просто вещью.

— Альфа, отказал в праве на женщину! Это правило не я придумал! — я повернулся к его волчарам, чувствуя, как внутри меня закипает гнев. Они готовились к бою, хотя, учитывая, что здесь их больше двадцати, то это будет похоже на избиение щенка.

Но я не был щенком. И я не собирался просто так сдаваться. Если только я не вытащу своего Альфа медведя на свет... В этот момент я почувствовал, как моя сила начинает бурлить внутри меня, словно река, готовая прорвать плотину. Я знал, что если я это сделаю, то пути назад уже не будет.

Но и терпеть унижение я тоже не мог...

Глава 2

Приказ Альфы оспаривать никто не хотел. В глазах оборотней мелькнуло сомнение, их лица исказились смесью страха и горечи. Им ведь тоже могли отказать в праве на свободу... Да и вообще, им доставались лишь объедки с барского стола, которые часто даже никто не брал. Волки брезгливы, а для них это было как оскорбление.

— Кто же из них тебя ТАК заинтересовал, что ты готов умереть? — Альфа усмехнулся, прервав свой жадный отбор. Его голос сочился ядом, а в глазах читалось откровенное издевательство. Он знал, что я, как простой боец, один из многих, ему не опасен, и наслаждался своей властью. — Мы все считали тебя импотентом, а у тебя вот, кровь взыграла! Ха!

— Она, — я выдавил из себя, с трудом сдерживая гнев. Мой голос дрожал от напряжения, но я не отводил взгляда от Альфы.

Брюнетка, на которую я указал, стояла на ступеньках, ее держал за локоть один из Бет. Ее страх был осязаемым, волнами растекался по пространству вокруг, словно густой туман. Ее глаза, полные отчаяния и боли, встретились с моими, и я почувствовал, как внутри меня что-то сжалось. Я не мог позволить ей уйти.

— Она? Ты выбрал ее? — Альфа шагнул к девушке, его глаза горели яростью, а руки сжались на ее подбородке с такой силой, что она невольно вскрикнула от боли. Он принюхался, словно зверь, и его лицо исказилось в гримасе отвращения. — В ее роду отметился зверь, но она человек не более. Значит, не родит наследника твоей нищей империи, — его голос зазвучал как раскаты грома, а смех был таким громким и зловещим, что у меня кровь вскипела в жилах. Он посмотрел на меня с ледяным презрением, его глаза метали молнии. — Право требовать имеют только Беты! Ты за двадцать лет ни разу не пожелал претендовать на это место… — Его голос дрожал от гнева, и он прищурился, его лицо исказилось так, что я почти видел, как в его глазах разгорается огонь ненависти. — Ты понимаешь, что это значит? Ты бросаешь вызов мне?

Я стиснул зубы, внутри меня бушевала буря эмоций: ярость, решимость. Я знал, что если сейчас отступлю, то никогда не смогу простить себе этого. Никогда не смогу стать тем, кем должен быть...

— Отлично, — рявкнул Альфа, хлопнув в ладоши так, что стены задрожали. Его голос стал холодным, как сталь, и жестким, как лезвие ножа. — Ты сам выбрал свою судьбу.

Он отдал молчаливый приказ, и передо мной возникла стена из бойцов. Их лица были лишены эмоций, их глаза пустые и безжизненные. Они надвигались на меня, как волны цунами, готовые раздавить и уничтожить. И я знал, что это не конец...

Я только сильнее выпрямился, расставив ноги и сжав кулаки до хруста костяшек. Сердце бешено колотилось в груди, но я не собирался отступать.

— Я бросаю тебе вызов… Один на один! Потянешь, или только шавкам своим доверяешь? — мой голос дрожал от ярости, но я не мог позволить себе показать слабость. Я не хотел этой власти, но и не мог позволить, чтобы он продолжал править.

Он даже не посмотрел на меня, его взгляд был холодным и презрительным.

— Ты не можешь на это претендовать. Бросить вызов Альфе может только Альфа! — его голос был полон насмешки. — Ее ко мне первой, помойте ее, она воняет человейником…

Каждое его слово, как удар ножом, разрывало меня изнутри. Но я не мог позволить этому продолжаться.

Моя Альфа сила вышла из-под контроля. Она вырвалась из-под шкуры медведя, разрывая тщательно контролируемую ауру. Я чувствовал, как она буквально сбивает с ног стоящих рядом оборотней.

— Ты засиделся на этом месте! Пора сменить хозяина этого дома! — зарычал я, чувствуя, как внутри меня разгорается пламя.

Его лицо исказилось от гнева, и он закричал:

— Убейте его! Начать охоту!

Он поднял руку, и один из его охранников шагнул вперед, направляя на меня оружие. Я знал, что это конец. Но в этот момент я понял, что не могу позволить ей уйти. Я сделал шаг вперед, навстречу своей судьбе, готовый принять любой удар.

— Я не отпущу ее, — прошептал я, глядя прямо в глаза Альфе. — Она моя.

В этот момент что-то изменилось. Воздух вокруг нас стал густым и тяжелым, словно перед бурей. Альфа замер, его лицо исказилось от ярости и удивления. Он не ожидал, что кто-то осмелится бросить ему вызов.

— Ты пожалеешь об этом, — прошипел он, его голос дрожал от гнева. — Ты еще не знаешь, с кем связался.

Но я уже не слушал его. Я знал, что должен действовать быстро. Я рванул вперед, пытаясь прорваться сквозь охрану Альфы. В этот момент я понял, что моя жизнь больше не принадлежит мне. Я сражался за свою свободу, за свою честь, за свою любовь. И я не собирался отступать.

И это я был еще в человеческом теле, не желая выпускать медведя, понимая, что превращу это место в кровавую бойню. Моей силы было достаточно, но я начал воздействовать мысленным приказом, разрывая связь между оборотнем-Альфой и его бойцами. Освобождая их от магической узды…

Их растерянность и дезориентация давали мне огромное преимущество. Альфа, осознав, кто был рядом все эти годы, понял, что его время истекло. Он не мог потерять остатки уважения и власти и должен был принять вызов. Возможно, ему хотелось бы все остановить, но его жадность и недальновидность взяли верх.

В бой вступили Беты, на которых моя сила не действовала. Они были напрямую связаны с Альфой, хитрее и сильнее обычных волков. Их глаза горели холодной решимостью, и они были готовы на все, чтобы защитить своего лидера.

Но все прервалось в один миг…

Я получил резкий удар дубиной по затылку, и сознание помутилось. Ноги подогнулись, и я пожалел, что не выпустил медведя. Самонадеянность снова подвела меня.

— Не убивать! — раздался резкий окрик. — Я еще хочу позабавиться! У нас ведь давно не было боев с дикими?

Еще один удар, и я рухнул на землю, теряя сознание. Боль пронзила меня, но я знал, что это только начало.

Глава 3

Поток ледяной воды обрушился на меня, заставляя вздрогнуть и прийти в себя. Я приподнял голову, пытаясь сфокусировать взгляд и понять, где я оказался. Клетка… Меня бросили в клетку для диких зверей. Это место, где их содержат, когда ловят, чтобы устроить жестокие бои. Оборотень против дикого зверя…

— Хорошо, что ты очнулся…, а то такое развлечение обломал бы нам, — послышался насмешливый голос Альфы.

— А я говорил, что ты слабак? Один на один не пошел… — я с трудом приподнялся и сел. Голова кружилась, а мир вокруг качался, словно я был на корабле в шторме. Потрогав затылок, я почувствовал сильную боль и понял, что у меня, вероятно, сотрясение.

— Я учел то, что габариты у нас разные, — продолжил Альфа, стоя в окружении своих псов. Его голос звучал холодно и уверенно. — Медведь против волка — это глупо. Но стая против медведя… Славная будет охота!

Альфа посмотрел на меня с презрением, смешанным с брезгливостью. Его взгляд был полон ненависти и торжества.

— Это будет уроком всей стае, что мое слово — закон! — добавил он, и его голос эхом разнесся по клетке.

Я почувствовал, как внутри меня закипает гнев, обжигающий, словно раскаленная лава. Кровь забурлила, и я сжал кулаки, чтобы не разорвать кого-нибудь прямо здесь и сейчас. Я не мог позволить им победить. Не мог позволить им сломать меня, уничтожить то, что было дорого.

— Она жива? — мой голос прозвучал хрипло, с металлическим привкусом ярости. Я обвел взглядом толпу, собравшуюся вокруг клетки, словно ищейка, выслеживающая добычу. И наконец, мои глаза наткнулись на нее. Она была там, в клетке поменьше, в самом дальнем конце двора. Ее взгляд, полный боли и отчаяния, встретился с моим, и я почувствовал, как сердце пропустило удар.

— Конечно, Михаил! — Альфа, словно ядовитая змея, выплюнул слова, его голос был полон фальшивого возмущения. — Приз неприкосновенен... до тех пор, пока ты НЕ ПРОИГРАЕШЬ!

Я смотрел ему в глаза, и каждый мускул моего тела напрягся. В голове билась одна мысль: я не проиграю. Никогда. Ярость, смешанная с решимостью, застилала мне глаза. Я знал, что он уже понял: отдать жизнь можно только за истинную пару. И это знание разъедало его изнутри. Он преступал не просто закон, он нарушал саму суть существования оборотней.

— Истинная пара — это неоспоримое право любого оборотня! — процедил я сквозь зубы, и мой голос звучал, как раскат грома. — И я не позволю тебе лишить меня этого права!

— Для этого она должна быть зверем… — Альфа словно потерял ко мне интерес и отвернулся, словно я стал для него пустым местом. — На человечек это не распространяется!

Он подал знак, и все начали расходиться, кроме нескольких кучек охраны. Они решали, кто пойдет первым в дежурство. Мне было плевать на них. Все мое внимание было сосредоточено на девушке. Между нами были чуть больше десяти шагов… Она сидела на полу, забившись в угол, как испуганный зверек. Ее взгляд был полон страха и отчаяния.

— Как тебя зовут? — я попытался придать своему голосу мягкость, хотя внутри меня, бушевала буря эмоций. Я сел удобнее и облокотился на решетку. Голова все еще кружилась, тело было слабым, но я должен был держаться.

— Милана… — ее голос дрожал, как листок на ветру.

— Милана... — я буквально смаковал ее имя, словно оно было сладким ядом. — Как ты попала сюда?

Она подняла на меня глаза, полные надежды и отчаяния. Я не торопился с ответом. Она не должна знать, что ее ждет.

— Меня похитили... Я с другой половины мира, человеческой! — ее голос чуть не сорвался на крик, но она тут же замолчала, словно испугавшись собственных слов. — Как сообщить родителям, что я здесь?

Ее вопрос ударил меня, как пощечина. Я не мог ей помочь. Чтобы попасть обратно, ей придется пройти через территории нескольких стай. Нейтральные полосы так тонки... Что переступить чужую территорию очень легко. И это значит, что ей придется сражаться, чтобы выжить.

— Ты не сможешь вернуться, Милана, — сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, но внутри меня все кипело. — Каждая стая защищает свои земли, и никто не пропустит чужака.

Я ничего не мог сейчас обещать. Мне бы для начала получить свободу, хотя и она будет относительной. Каждый шаг — это риск. Ведь на нас будет объявлена охота…

— Кто твой отец? За что ему мстят? Все знают, что здесь людям опасно жить…

— Мой отец работает при институте изучения магии… — ее голос дрогнул, в нем звучало предубеждение, смешанное с горечью.

— Ты не веришь в ее существование? При этом твой отец не человек? — я посмотрел на нее с любопытством, пытаясь понять, что скрывается за этими словами.

— Мой отец человек! — она возмутилась, ее щеки вспыхнули, глаза заблестели от гнева. — А вот дед, мы не знали, кто он, как попал на нашу половину. А бабушка молчала, ведь ее ребенок не имел возможности оборачиваться. Да и сам дед исчез сразу после рождения сына… Как будто его никогда и не было.

— Бывает и через второе поколение человек получает зверя… Магию не обмануть, как и природу! — я потер виски, пытаясь избавиться от боли, которая все еще пульсировала в голове. Мысли путались, но я начал выстраивать план побега, который казался все более призрачным.

Главное — попасть на чужую территорию, там будет проще. Не все захотят связываться с медведем-альфой, который уже однажды доказал свою силу. Но теперь у меня еще одна проблема. Она хочет вернуться за стену, но меня туда не примут, а, возможно, и ее тоже…

Глава 4

Изгоев не возвращают в мир людей, особенно если они оборотни. Их судьбы предрешены, их место — здесь, среди теней и страха. Это не просто изгнание, это приговор, который не оставляет надежды. Каждый день в этом мире становится пыткой, а ночи — кошмаром.

Вопрос о том, как ее дед попал на другую половину мира, терзает меня, словно лезвие ножа. Родился там? Или все же есть лазейка, позволяющая проникнуть туда в обход? Возможно, именно там кроется ключ к нашему спасению, но пока это лишь вопрос, на который у меня нет ответа... И от этого я чувствую себя бессильным, как будто сам мир отвернулся от меня.

Но зато у меня есть план, хотя тут даже всего одно решение — принять бой. В своих силах я не сомневаюсь, я знаю, что могу сразиться с любым зверем. Но Альфа, возможно, захочет облегчить задачу своим псам. Моя задача не пить и не есть до завтра... Хотя от этой мысли, желудок сводит от голода, а во рту пересохло.

Хотя не принято кормить зверей, чтобы сделать их более озлобленными. Честно говоря, я о них только слышал, сам никогда не участвовал в этом. Я мешал своими габаритами большого медведя, меня боялись задеть, и охота провалилась бы. Но я готов рискнуть всем, чтобы доказать свою силу и спасти ту, кто мне уже дорог. Даже если это будет стоить мне жизни.

На двор опускался вечер, подул прохладный ветер, и я посмотрел на Милану. Ее лицо выражало усталость и легкую тревогу, а глаза, казалось, были полны вопросов и беспокойства. Она выглядела замерзшей, ее тонкая рубашка не спасала от коварного ветра, который пробирался под одежду. Милана, обхватив себя за плечи, прижалась к одной из старых деревянных стенок, словно ища в них хоть какое-то утешение. Две стенки давали ей возможность немного оградить себя от промозглой сырости и пронизывающего холода.

Моя клетка, сделанная из железных прутьев, была открыта со всех сторон. Она не имела крыши, и замок, был из прочного металла…

Можно было бы обернуться, попытаться сломать прутья и освободиться, но я знал, что это бесполезно. Клетка была слишком мала для меня, и я не мог вырваться. Оставалось только одно — набраться терпения и ждать рассвета. Хотя в этот момент мне безумно хотелось прижать Милану к себе, согреть ее своим теплом и защитить от всех невзгод.

Я смотрел на нее, и в моем сердце бушевала буря. Мое тепло могло бы согреть нас обоих, но я не мог помочь ей, оставаясь в этой клетке. Я чувствовал, как внутри меня растет отчаяние, но вместе с ним — и решимость. Я должен был найти способ выбраться и защитить Милану. Ради нее я был готов на все.

— Отсюда действительно нет выхода? — ее тихий голос, словно нежный шепот ветра, заставил вздрогнуть и вырваться из тяжелых мыслей. В ее голосе читалась смесь страха и надежды, но она даже не смотрела на меня. Сидела, закрыв глаза, словно пыталась спрятаться от реальности.

Я посмотрел на нее, пытаясь найти нужные слова. Ее бледное лицо, дрожащие руки и тревога в голосе разрывали сердце.

— Есть, но он сложный… — не стал скрывать правду, чувствуя, как слова застревают в горле. — До стены примерно двое суток пешком. Вас же везли на машине, от самых ворот?

— Ворот? — она задумалась, нахмурив брови. — Нет… Я ничего не видела особо. Нас доставляли в мешках на голове. В прореху я смогла рассмотреть только лес рядом.

— Значит, есть проход… — пробормотал я, пытаясь сосредоточиться. Конечно, я не глухой и слушал разговоры других членов банды. Слухи о том, что из-за стены можно достать что угодно за деньги, ходили давно. Было понятно, что где-то есть обходные пути, но они, скорее всего, находились под очень большим наблюдением стай, что жили поблизости.

— Но стоит ли оно того? — ее голос, полный отчаяния, заставил меня вздрогнуть. Она подняла на меня глаза, полные слез. — Мы здесь умрем… Я не хочу…

Ее слова, как удар под дых, заставили меня почувствовать боль. Я знал, что если мы не попытаемся, то она права. Мы действительно здесь умрем. Но рискнуть всем, чтобы выбраться за стену? Стоит ли это того?

Я молчал, глядя на нее. В ее глазах читалась мольба, надежда и страх. Я знал, что должен что-то сказать, но слова застряли в горле.

Подумал, а нужен ли я ей буду, когда она вернется домой?..

— Ты думаешь обо мне сейчас? — тихо прервал мои мысли ее голос.

— О тебе… — не стал скрывать.

— Странно как-то, я чувствую, что твои мысли направлены ко мне. Ты переживаешь за меня? — она повернулась и посмотрела в мою сторону. — Почему?

— Если бы ты знала, что цена твоей свободы – жизнь? Что бы ты сделала?

— Твоя... — она испуганно вздрогнула. — Тогда я бы хотела знать, почему ты решил ее отдать за меня?

— Ты не поймешь… — прошипел я сквозь зубы. Ветерок донес ее запах, нежный и тонкий аромат, он будоражил воображение, и в штанах стало тесно.

Я уткнулся носом в руку, пытаясь избавиться от него, но легче не становилось. Давно я не сбрасывал напряжение, ох как давно…

Мое воображение подкидывали весьма красноречивые картинки. Я буквально видел обнаженную Милану, призывно манящую меня своим прекрасным телом…

Гулко сглотнув слюну, я сжал зубы так сильно, что они скрипнули от напряжения…

Сердце билось учащенно, а в голове проносились мысли одна страшнее другой.

— Почему ты молчишь? — ее голос звучал мягко, но в нем слышалась тревога.

Я поднял голову и посмотрел ей в глаза. В них было столько искренности и заботы, что мое сердце сжалось.

— Потому что я боюсь потерять тебя, — ответил я, и мой голос предательски дрогнул.

Глава 5

Она снова закрыла глаза, прижав голову к коленям, словно пыталась спрятаться от реальности. Ее дыхание было прерывистым, а в голосе звучало отчаяние:

— Но я же просто человек…

— Нет, — тихо ответил я, стараясь не нарушить хрупкую тишину. — У тебя есть зверь, и он слышит меня.

— Отец говорил мне об этом, — прошептала она, ее голос дрожал от волнения. — Он сказал, что если я не встречу свою «пару», то останусь человеком. Ты… ты моя пара?

— Ты ответила на свой вопрос, — вздохнул я, поправляя тесные штаны. Если бы она была бы зверем, то почувствовала мое желание на любом расстоянии. Но для этого нужно не так уж много.

— Звучит… не правдоподобно, — она с трудом сглотнула. — Но это ведь путь к свободе? Если я стану оборотнем…

Я промолчал, чувствуя, как от нее исходит волна интереса, которая быстро сменилась неверием и страхом.

— Это слишком сложно, — прошептала она. — Я не смогу…

— Сможешь, — тихо сказал я, и голос был полон решимости. — Насильно это сделать сложно, но с добровольным желанием и моей альфа-силой ты справишься с оборотом.

— И все?

— Нет... — да был еще пунктик, она должна лишиться девственности. Для меня было не проблемой решить этот вопрос, но для нее...

Она закрыла глаза, словно пыталась осмыслить мои слова. Но ее мысли были полны сомнений и страха.

— Ты должна поспать. Набирайся сил, потому что если хочешь свободы, придется за нее бороться. — Тихо произнес я.

Я чувствовал, как внутри меня поднимается волна нежности.

— Отдыхай, — прошептал я. — Я буду рядом.

Девушка уснула почти мгновенно, ее дыхание стало ровным и спокойным. Я тоже сел как можно удобнее, пытаясь расслабиться. Но мои мысли были полны тревоги. Ночь была короткой...

Три раза сменился патруль, их шаги были тяжелыми и медленными. Они не сильно старались обходить территорию, зная, что чужие не сунутся, а свои не посмеют трогать нас до охоты…

Или все же боя?..

Рассвет застал в врасплох. Услышав шаги, я резко проснулся, сердце бешено колотилось в груди. Посмотрел в нарастающий туман, уже точно зная, кто идет сюда. Альфа и его Беты, неужели они сами загонять будут?

Пошевелился, разминая тело, разгоняя кровь по венам, чтобы быть готовым ко всему. Но Альфа остановился возле клетки с Миланой...

Я чувствовал, как от него разит кровью, чужими страхами и болью. Видимо, он развлекался всю ночь до утра, не ложился и теперь пришел для продолжения своего зловещего веселья. А вот какого именно, было непонятно...

— Я очень тщательно продумал все детали и то, что мы будем делать с вами, — сказал он с холодной улыбкой. — Ведь в этом должны участвовать все! А Беты подсказали мне, как будет правильнее... Вернее честно! — добавил он с сарказмом, его голос эхом разнесся двору.

Милана сжалась в углу, ее глаза были полны страха и отчаяния. Я чувствовал, как внутри меня закипает ярость, но понимал, что нужно сохранять спокойствие, чтобы защитить ее.

Альфа развернулся и подошел ко мне. Клетку осветили фонариками так ярко, что я зажмурился, пытаясь справиться с ослепительным светом. Его тень нависала надо мной, и я чувствовал, как воздух вокруг наполняется напряжением.

— И что же ты придумал? — мой голос дрожал от ярости. Я буквально кипел изнутри, готовый разорвать его на куски, и он знал это. Его ухмылка была настолько мерзкой, что я едва сдерживался, чтобы не наброситься на него прямо сейчас.

— Мы дадим тебе фору… — его слова звучали издевательски. — Отпустим сейчас, вместе с твоей подружкой, и дадим тебе час! А потом не взыщи, она достанется тому, кто ее первым найдет. Чем не приз?

Я стиснул зубы, чувствуя, как кровь закипает в венах. Он знал, о чем говорит. Один я легко ушел бы от погони, но с Миланой… С ней я далеко не уйду.

— А ты… ну сможешь уйти, иди, пересечешь границу нашей территории, ты свободен. Нет… Ну стая хотя бы развлечется! — его голос сочился ядом. Он наслаждался моей беспомощностью, его глаза горели холодным огнем.

Альфа был умен, да и Беты не отставали. Стая давно не меняла главу, и это было его козырем.

— Да, и боя не будет, — продолжил он, наслаждаясь каждым моим мучением. — Ты либо бежишь, либо тебя застрелят…

Его слова звучали как смертный приговор. Мой план проредить стаю до начала охоты был обречен. Теперь надо было срочно решать, что делать. Но времени не было. Ни секунды.

С Миланой я далеко не уйду.

Глава 6

За спиной Альфы собиралась стая. Налегке, только оружие взяли... Воздух вокруг был пропитан напряжением, а в глазах каждого мужчины читалась жажда крови.

Альфа не шутил, пять десятков мужчин сейчас заряжали ружья, автоматы, и готовились просто изрешетить меня пулями. Сердце колотилось, как бешеное, а холодный пот стекал по спине. У меня не было ни малейшего шанса...

— Ну, ты и тварь... — прорычал я, стиснув зубы.

— Ты не прав! — хмыкнул он с ледяной ухмылкой, к его ногам кинули мой вещь мешок. — Я даю шанс исчезнуть с моей территории, навсегда. Даже возможно живым и целым! Но учти, если ты вернешься, твоя судьба будет куда более печальной.

Он отошел, стая сдвинулась, становясь коридором. Холодный ветер пробирал до костей, но я чувствовал, как внутри разгорается огонь — это был не страх, а ярость. Мою клетку открыли, и я вышел из нее, разминая мышцы тела, словно готовясь к битве. Подхватил мешок, закидывая его на плечи. По весу я понял, что ничего не тронуто, все личные вещи были на месте.

Из-за спин вытолкнули Милану, буквально швыряя ее ко мне. Она не удержалась и чуть не рухнула к моим ногам. Я успел подхватить ее за плечо, поставив на ноги и прижав к себе так крепко, словно хотел защитить от всего мира. Ее дыхание сбилось, а глаза, полные страха и отчаяния, смотрели прямо на меня.

— Жаль, конечно, терять такую девку, — голос Альфы звучал грубо и хрипло, в нем слышалась алчность, смешанная с каким-то извращенным удовольствием. — С нее бы вышла красивая шлюха. Но я должен быть щедр к стае, и поэтому она приз для всех!

Эти слова резанули по сердцу, словно нож. Я стиснул зубы, стараясь не показать свою ярость. Внутри меня бушевал ураган эмоций: гнев, отчаяние, желание защитить Милану любой ценой.

«Интересно, сколько он за нее заплатил?..» — промелькнула мысль, но я тут же отбросил ее, сосредоточившись на главном. Я чувствовал, что здесь что-то не так. Альфа не отдаст мне Милану просто так. Его план был глубже, чем я мог себе представить.

Внезапно я понял: он не просто хочет наказать меня. Он хочет сломать ее, напугать до такой степени, что, когда он появится, чтобы «спасти» ее, она будет готова на все, лишь бы выжить.

— Ты еще не понимаешь, с кем связался, — сказал он, и в его голосе прозвучала угроза. — Это лишь иллюзия свободы. Беги, спасайся… пока можешь.

Альфа рассмеялся, но в его смехе не было веселья.

— Убирайся! — рявкнул оборотень, его голос эхом разнесся по округе.

Я обернулся, бросил на него презрительный взгляд и, не сказав ни слова, зашагал, прочь придерживая Милану. Каждый шаг был наполнен решимостью и злостью. Я знал, что это был мой единственный шанс, и я не собирался его упускать.

Плана спасения не было, но я дорого продам свою жизнь, и жизнь Миланы…

Мы прошли ряд со стаей, чувствуя их азарт, предвкушение охоты. Их глаза горели холодным огнем, а тела напрягались, словно стальные пружины. Мы были для них добычей, мясом, и это чувство пробирало до костей.

Впереди маячил лес, мрачный и угрожающий. Мы быстрым шагом пересекли узкую полосу подлеска, где каждый шорох казался предвестником опасности. Деревья сомкнулись вокруг нас, как живые стены, и мы оказались в густой чаще, где царила зловещая тишина.

— Что мы будем делать? — прошептала Милана, ее голос дрожал, а руки дрожали еще сильнее. Она выглядела напуганной, но в ее глазах горел огонек решимости.

— У тебя есть два пути, — ответил я, стараясь говорить спокойно, хотя внутри меня все кипело от напряжения. — Ты можешь слушаться меня. Или ты можешь пойти своим путем, и тогда... ну, ты знаешь.

— Я не хочу туда! — воскликнула она, и слезы потекли по ее щекам. — Я занималась спортом, я могу бежать!

Я вздохнул, чувствуя, как внутри меня поднимается облегчение. Но я понимал, что сейчас не время расслабляться.

— Это хорошо, да вот только бежать мы не будем, — сказал я, стараясь скрыть в голосе напряжение. — Сейчас нам надо запутать следы.

В голове у меня крутились обрывки плана, словно вихрь из осколков стекла. Это был сырой, рискованный план, как хрупкий мост над пропастью. Но другого выхода я не видел — только этот путь мог спасти нас. Сердце колотилось, как молот, разрывая грудную клетку. Я понимал, что час бега по этому лесу нас почти не приблизит к границе между стаями. Здесь огромная территория, и даже как медведь, я бы обошел ее за сутки, ну, возможно, чуть меньше. Но это слишком долго. Слишком опасно.

Мы быстро пересекли часть леса, словно тени, скользящие между деревьями. Ветки хлестали по лицу, как злые плети, но я не чувствовал боли. Мы спустились вниз, к оврагу, где журчал ручей. Я знал, что это слишком маленький шанс запутать волков, но это было лучше, чем ничего. Вода блестела, как зеркало, отражая серые облака и мою решимость.

Мы пошли против течения, вверх по ручью, к противоположной стороне. Каждый шаг был как прыжок в неизвестность. Впереди нас ждали дикие леса, где опасность подстерегала на каждом шагу. И совсем другая сторона от нас была стена, разделяющая наши половины мира.

Сейчас от каждого нашего шага зависела жизнь. Жизнь не только моя, но и того, кто идет рядом. Каждый вдох, каждый удар сердца — это борьба за выживание. И я знал, что если мы не справимся, то этот лес поглотит нас обоих.

Глава 7

Милана без единого слова, с легкой улыбкой на лице, уверенно влезла в ручей и отправилась за мной. Ее глаза светились решимостью, а движения были полны уверенности. Мне она нравилась все больше и больше — и все же кажется, в ней есть характер, не то, что в этих городских неженках.

Путь наш был недолгим, но впереди ждала канава со сточными водами. Она должна была вернуть нас к дому Альфы, но сначала мы направлялись к поселку оборотней. Там мы могли затеряться, начать новую игру. А вот дальше...

План медленно, словно неохотно, вырисовывался в голове, преодолевая мои сомнения. Слишком много «но», и много смутных мыслей. Интуиция вопила, предупреждая об опасности, но я знал, что должен рискнуть. Возвращаться в логово волков было бы глупо, если бы я не был уверен, что они сейчас стоят у леса, выжидают время. А затем, не тратя ни минуты, рванут по тропам к стене. И это даст нам еще час, а то и два!

Час, который может спасти нас двоих.

Мы сделали крюк и подошли к сточной канаве и большой трубе. Я оглянулся на Мелину — она хоть и замерзла, но не подавала виду. Подойдя ко мне, она замерла, поняв, куда придется лезть. Ее глаза расширились от страха, а губы сжались в тонкую линию.

— Ты уверен? — спросила она, сморщившись от невыносимого запаха.

— Нет, — ответил я, пытаясь скрыть сарказм в голосе. — Но кто не рискует, тот мертв! — хмыкнул я, стараясь придать своему голосу уверенность.

Мои враги не подозревали, что я давно готовил пути отступления. Зачем? Я и сам не знал. Возможно, это была привычка, инстинкт, или просто безумие. Несколько лет подряд я рыл ходы, прокладывал маршруты, прятал тайники. И вот теперь нужный момент настал.

Я полез первым, отсчитывая трубы, ведущие в дома, и вентиляционные вытяжки. Они давали слабый свет, позволяя видеть в темноте. Каждая секунда, проведенная здесь, была испытанием. На одиннадцатой трубе я остановился. Вместо трубы там была решетка. Сдвинув потайные задвижки, я открыл ее. Здесь было почти сухо, что было огромным плюсом.

Оглянувшись, я увидел Мелину. Она пыхтела, тяжело дыша, ее тошнило. Лицо побледнело, а руки дрожали. Но она продолжала ползти, сцепив зубы и стиснув кулаки. Иногда ей приходилось нырять почти с головой в вонючую воду, и каждый раз я видел, как она с трудом выныривает, кашляя и отплевываясь.

Я знал, что это испытание для нас обоих. Но мы должны были пройти его. Ради выживания. Ради свободы.

Перевалившись следом за мной, она тяжело дышала, ее лицо исказилось от напряжения. Я заметил, как она ухватилась за край стены, чтобы не упасть, но потом ее стошнило. Она не произнесла ни слова, только закрыла глаза, словно пытаясь отгородиться от всего происходящего. Я не знал, что сказать, поэтому просто стоял рядом, наблюдая за ней. Ее плечи дрожали, а на лице блестели слезы.

Впереди виднелась деревянная дверь, покрытая пылью и грязью. Я осторожно толкнул ее внутрь, и она с громким скрипом открылась. Перелез через входное отверстие, чувствуя, как холодный воздух проникает в легкие. Спустился в повал заброшенного дома, где царила полутьма. На стенах виднелись следы плесени, а пол был усеян обломками мебели и мусора.

Я подошел к ней и помог выбраться из прохода. Она не сопротивлялась, но и не произнесла ни слова. Прижав палец к губам, я попросил ее соблюдать тишину. Она только кивнула, и я почувствовал, как ее напряженное тело немного расслабилось.

Свет в подвале был тусклым, но его хватало, чтобы разглядеть обстановку. Лампочки, установленные на потолке, работали от солнечных батарей, спрятанных за старыми деревянными панелями. Я знал, что это было сделано для того, чтобы не привлекать внимания. В углу стояли пластиковые бочки с водой, а рядом с ними — запасная одежда, сухпайки и оружие. Я быстро открыл одну из бочек и начал скидывать промокшую одежду, чтобы вымыться и переодеться. Запах сточных вод мог привлечь внимание охраны стаи, и я не хотел, чтобы это произошло.

— Ты что делаешь? — хриплым шепотом сказала Милана. Ее голос дрожал от напряжения и беспокойства.

— Моюсь, а ты преподаешь вонять на всю округу, где жители оборотни? — сказал я, не глядя, и скинул с себя белье.

Она густо покраснела, и отвернулась, что вызвало у меня только улыбку.

— У меня нет запасной одежды… — тихо сказала она. Ее голос был наполнен отчаянием и страхом.

— Возьмешь мою, на ноги наденешь теплые носки вместо обуви, нужно полностью сменить наш запах. Это собьет волков с толку, хоть и ненадолго. Если Альфа с Бетами охотится, то это очень небольшая фора. И у нас очень мало времени! — я старался говорить уверенно и решительно, чтобы она не теряла надежды.

Я открыл вторую бочку, положил кусок специального мыла на травах, и отвернулся, продолжая быстро мыться. Но краем уха слышал, как она снимает с себя прилипшую одежду.

А еще на стене было небольшое зеркальце, в которое я хоть и смутно видел все, что она делала. Сначала она сняла верхнюю одежду и обувь, оставляя только нижнее белье. Посмотрев в мою сторону, посомневавшись в доли секунды, она скинула и белье...

Эта сцена казалась мне такой не реальной, как будто я сам стоял там, рядом с ней. Она была прекрасна... Тонкая талия, широкие бедра, аккуратно выбритые нежные розовые складочки и небольшая, но упругая грудь, нежная белая кожа. Ее длинные ноги, похожие на произведение искусства, манили меня своим изяществом.

Черт… Хорошо, что я стоял к ней спиной, мой дружок не скрывал истинных желаний! Ее движения были грациозны и плавны, словно она танцевала. Ее длинные темные волосы, струящиеся по плечам, придавали ей еще больше очарования. Кожа была гладкой и нежной, с легким румянцем на щеках. Ее глаза, большие и выразительные, смотрели прямо на меня, и в их глубине я видел нерешительность и любопытство.

Я стоял к ней спиной, стараясь не выдать своих истинных желаний, но мой взгляд был прикован к ней. Я мысленно уже закидывал ее ноги на свои плечи, чтобы разглядеть все, что между ними...

Глава 8

На стене было небольшое зеркальце, в которое я хоть и смутно видел все, что она делала. Сначала она сняла верхнюю одежду и обувь, оставляя только нижнее белье. Посмотрев в мою сторону, посомневавшись в доли секунды, она скинула и белье...

Эта сцена казалась мне такой не реальной, как будто я сам стоял там, рядом с ней. Она была прекрасна... Тонкая талия, широкие бедра, аккуратно выбритые нежные розовые складочки и небольшая, но упругая грудь, нежная белая кожа. Ее длинные ноги, похожие на произведение искусства, манили меня своим изяществом.

Черт… Хорошо, что я стоял к ней спиной, мой дружок не скрывал истинных желаний! Ее движения были грациозны и плавны, словно она танцевала. Ее длинные темные волосы, струящиеся по плечам, придавали ей еще больше очарования. Кожа была гладкой и нежной, с легким румянцем на щеках. Ее глаза, большие и выразительные, смотрели прямо на меня, и в их глубине я видел нерешительность и любопытство.

Я стоял к ней спиной, стараясь не выдать своих истинных желаний, но мой взгляд был прикован к ней. Я мысленно уже закидывал ее ноги на свои плечи, чтобы разглядеть все, что между ними...

Я уже представлял, как буду обнимать ее, чувствовать ее тепло и нежность. Этот момент был наполнен страстью и желанием, которые невозможно было подавить.

Ее тихий, едва слышный вздох, когда холодные капли воды коснулись кожи, заставил мое сердце сжаться. Я мгновенно оторвал взгляд от зеркала, где ее отражение казалось нереальным, и резко вылил на себя воду. Мысли, которые только что уносили его в фантазии, испарились. Кто знает, что она подумает о нем? Кто знает, примет ли она его таким, какой он есть?

Я быстро оделся, стараясь не думать о том, что это может быть их последний шанс. Взял одежду для нее и аккуратно разложил на лавке: трико, футболка, рубашка. Вместо белья — майка и плавки, но хоть что-то. Он чувствовал себя неловко, но понимал, что это необходимо.

Выбрав оружие, сменил рюкзак на сухой и положил туда сухпайки и пару фляжек с водой. Затем я посмотрел на Милану. Она уже сидела на краю лавки, завернувшись в рубашку, и выглядела такой хрупкой и беззащитной. Я подошел к ней, протянул несколько носков и тихо сказал:

— Возьми, вместо обуви... Потом что-нибудь придумаем.

Она подняла на меня глаза, полные неуверенности. Я не смог сдержать улыбки, хотя внутри все дрожало от волнения.

— Спасибо, — прошептала она, надевая носки.

Я кивнул и пошел к выходу из подвала, показывая ей на верх. Мы быстро забрались по лестнице, и в окно выскочили наружу. Перед нами раскинулся густой лес, темный и непроходимый. Но я знал, что нам предстоит пройти через него, чтобы добраться до ангара с машинами. Это был их единственный шанс на спасение.

Я обернулся к Милане, которая шла рядом, стараясь не отставать. Ее лицо было серьезным, но в глазах мелькали искры растерянности. Сжал кулаки, стараясь не думать о том, что нас ждет впереди.

— Мы справимся, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Главное — не отставай!

Тропинка была узкой, спрятанной под высокой травой, и Милана не отставала, следуя за мной. Сердце колотилось в груди, а в воздухе витало напряжение. Я остановился, замирая перед кустами, где начиналась усадьба Альфы. Высокий забор скрывал площадку с машинами и ангары с тяжелой техникой, все в идеальном состоянии и с полными баками топлива. Охранники были повсюду, и я знал, что нам предстоит столкнуться с ними лицом к лицу.

В заборе была лазейка, но это была лишь иллюзия безопасности. Я знал, что мне придется убить тех, чьи голоса я слышал за углом. Отодвинув железный прут, я проник внутрь двора и, дождавшись Милану, пригнулся, чтобы проскользнуть между машинами. Нам нужны были те, что стояли у ворот, чтобы выгнать их на улицу.

Я старался двигаться как можно тише, но ощущение, что за мной следят, не покидало меня. Голоса охранников слышались откуда-то издалека, и я надеялся, что мы останемся незамеченными. Но когда мы достигли открытой двери ангара, я замер, чувствуя, как волосы на затылке встают дыбом.

Шкурой почувствовал опасность, хотя никого не было видно. Внезапно раздался насмешливый голос Альфы:

— А вот и наши голубки! — его голос прозвучал прямо за моей спиной, заставив меня напрячься.

Я мгновенно развернулся и задвинул за спину Милану, готовясь к схватке. В воротах стояли волчара и его Беты, их лица были полны злобы и презрения.

Я просчитался, но где?

Ведь они должны были быть далеко отсюда, рыскать по лесу в поисках нас!