Альфа. Не смотри в глаза

1

— Элли, я решил сделать тебе подарок, — Омар накрывает мою ладонь своей.

Как же ты мне осточертел своим напыщенным, показушным вниманием! — думаю, а сама заученно улыбаюсь и осторожно убираю руку из-под его ладони — неприятно влажной, почти липкой. Едва сдерживаюсь, чтобы не спрятать ладошку под стол и не вытереть её о юбку. Вместо этого нервно барабаню пальцами по столешнице и оглядываюсь по сторонам.

Куда запропастилась Лили? Мы же договаривались не терять друг друга из виду ни на секунду. В этом сером, пропахшем дешевым табаком и безнадегой мире одиночество для таких, как мы — непозволительная роскошь. Мы просто обязаны присматривать друг за дружкой. А иначе может не поздоровится.

С каким удовольствием я покинула бы эту скучную вечеринку! Но, во-первых, можно смертельно обидеть шефа — ведь он и так «невероятно» потратился, сняв для корпоратива это затрёпанное кафе на самой окраине города, где даже крысы выглядят депрессивными. А во-вторых, Лили, моя лучшая подруга, действительно куда-то пропала.

— Подружку ищешь? — Омар вновь поймал меня за руку и игриво пощекотал внутреннюю сторону запястья. Меня чуть не вырвало от этого жеста. — Так она с Гаретом уединилась. Тут есть комнаты для свиданий, — прошептал он, наклоняясь ко мне так близко, что я почувствовала аромат его парфюма, смешанного с запахом недорого коньяка. — Ты не знала? Мы с шефом специально это кафе выбрали, чтобы…

Вот это его «мы с шефом» и было тем самым якорем, что удерживал меня от убийства мерзкого Омара и заставляло терпеть его ухаживания. Он был заместителем у нашего босса, и, поговаривают, те, кто пришелся Омару не по нраву, на фирме долго не задерживались.

Я же ему не просто по нраву пришлась, он имел на меня очень даже ясные виды и ничуть этого не скрывал. Коллеги за соседними столами деликатно отводили взгляды в сторону и ехидненько поздравляли меня со скорым повышением. То, что я могу и не согласиться на секс с Омаром, никому в этом бесячем обществе даже в голову не приходило. Кроме, естественно, моей подружки Лили.

Да где же она ходит? Ну сколько можно?! — раздраженно подумала я, а в следующее мгновение почувствовала, как по запястью скользнуло что-то прохладное. Невольно опустила взгляд.

— Это тебе, Элли, — мурлыкал Омар, застёгивая на моём запястье тоненький сверкающий браслет.

Похоже на серебро с дешевыми фианитами. Он по-хозяйски подтолкнул вверх рукав моей нарочито строгой блузы и поддел пальцем второй браслет — не браслет даже, а серый пластиковый ободок.

Никто в этом зале, кроме Лили и её брата, даже не подозвал, насколько моя жизнь зависит от этого куска пластика со вшитой внутрь микросхемой. По сердцу тревожно царапнуло, когда туго обвивавший запястье ободок натянулся, больно врезаясь в кожу под напором пальцев Омара.

— А эту дешёвку снимем, — ворковал Омар, — она только портит твои нежные ручки…

Я попыталась выдернуть руку из его лап, но не тут-то было. В висках уже набатом грохотал пульс, когда я вскочила, опрокинув высокий барный стул. Грохот ножек о кафельный пол на миг заглушил музыку, но Омара это не остановило.

— …Ты достойна самого лучшего, детка. И я — тот, кто его тебе обеспечит…

С этими словами мужчина достал из кармана острые маникюрные кусачки и… ловко перерезал браслет. Пластик жалобно хрустнул и упал на пол серой змейкой. — Вот! — довольно осклабился он, ожидая благодарности.

Я же застыла в немом шоке, чувствуя, как под рёбрами колючими иглами начинает пульсировать холод. Не в переносном смысле, а в буквальном. Сначала это было похоже на резкий укол иглой прямо в солнечное сплетение. Но затем ледяная спираль стала раскручиваться, замораживая всё внутри меня: легкие, сосуды, кости.

Слишком быстро! — билось в висках. — Почему всё происходит так быстро?! Без блокатора моя суть выплеснулась наружу, превращая меня в живой маяк для тех, от кого мы скрывались. Для… альф.

В панике я бросилась бежать к лестнице на второй этаж. Ловко увернулась от мелькнувшей в воздухе руки Омара — он что-то кричал вслед, но его голос казался теперь лишь бессмысленным шумом.

— Лили! — смогла крикнуть я за мгновение до того, как остывающие в моменте связки зазвенели, словно ледяные струны. — Лили, — прохрипела я, спотыкаясь на последней ступеньке.

Холод сковывал тело так стремительно, что я не была уверена, смогу ли подняться и сделать хоть шаг. Потому я просто поползла по ковровой дорожке, экономя силы и остатки энергии. Пальцы царапали ворс, а в груди будто застыла глыба льда.

— Лили, — в панике шептала я, толкнув первую попавшуюся дверь.

На несвежих простынях, под тусклым светом лампы, активно кувыркалась незнакомая мне парочка.

Не то. Опять поползла, толкнула вторую дверь и тут же уставилась на знакомую туфельку со сбитым каблуком. Подняла глаза. Лили с совершенно прибалдевшим, отсутствующим выражением лица лежала на кровати, закинув ноги на плечи мужчине. Он был так занят своей любовницей, что даже не обратил внимания на меня. Да, собственно, и Лили не особо встревожилась моему появлению.

— Элли, ты не вовремя, — прохрипела она, терзая наманикюренными ноготками свои соски и явно находясь на пике удовольствия.

Прости, подружка, но у меня совсем нет времени на твои радости жизни…

Ценой невероятных усилий я поднялась на ноги и переступила порог. Ещё шаг. Другой. До кровати оставалось совсем ничего, когда я зацепилась за вторую туфельку Лили и упала на колени, из последних сил схватившись за грязную простыню у самого лица подруги.

Момент, когда она поняла, что на моём запястье больше нет сдерживающего мою суть браслета, я ощутила очень чётко. Её зрачки расширились, словно ей кто атропин в глаза плеснул.

— Элли! Какого черта! — с гибкостью профессиональной акробатки она слетела с кровати, попутно пихнув ногой возмущённого мужчину, и бросилась ко мне. — Где браслет?!

1-1

Лили была права. Когда схлынула первая, самая страшная волна холода, я почувствовала себя чуть лучше. И я, и она знали, что это ненадолго — это лишь затишье перед бурей. У нас в лучшем случае было минут тридцать. Следующая волна будет куда безжалостнее, она просто выжжет меня изнутри смесью из ледяных крошек и огненных вспышек. И так будет происходить до тех пор, пока мне не наденут на руку новый сдерживающий мою суть браслет, либо… пока я не прижмусь к телу альфы, чтобы вобрать его спасительный жар.

— Так, Элли, тебе получше? Выдвигаемся, — Лили уже окончательно пришла в себя и помогла мне встать с кровати. — Стоять можешь? Ну и умница. Дени в другом конце города. Уже едет, но ему ещё в лабораторию за новым браслетом нужно заехать, старый-то вдребезги. Так что тут будет не раньше, чем через час.

Превозмогая дикую слабость, одной рукой я держалась за обшарпанную стенку, другой мертвой хваткой вцепилась в плечо Лили. Переставляла ноги, делая шаг за шагом, словно училась ходить заново. Мне нужно было как можно скорее убраться подальше от этого места, подальше от скопления людей. Не сделай этого, и какой-то законопослушный урод, почуяв неладное, вызовет ловцов из Корпуса Верификации.

И вот тогда тяжело придётся всем. Мне — потому что я навсегда потеряю свободу и стану «светлячком» в золотой клетке, собственностью какого-то изголодавшегося по чувствам альфы. Лили, которой придётся на долгие месяцы уйти в глубокое подполье — ведь она такая же сигилла, как и я. И главное — Дени, молодому учёному, который рискнул всем и изобрёл способ прятать нас от внутренних радаров альф.

Мы спустились в торговый зал. Там было душно и шумно. Несколько коллег подобострастно утешали Омара, который картинно потирал ушибленный локоть. Он был так поглощен игрой в жертву и наигранным сочувствием, что даже не заметил, как мы, пригибаясь, пробрались к выходу.

Я же, остановившись на скрипучем деревянном крыльце, всей грудью глотнула ночного воздуха. Он показался мне невероятно густым. Пахло прелыми листьями, пылью и гнилой стоячей водой из канавы неподалеку.

Сдерживающий браслет не только делал меня «невидимой» для альф, но и притуплял все восприятие. Не помню, когда в последний раз я так остро реагировала на запахи или звуки.

Обыкновенные люди наслаждаются этим каждый день, не замечая своего счастья. Вкусы, чувства, цвета… Да что там — даже насладиться сексом на полную катушку я не могла, просто потому, что настоящий, сокрушительный оргазм сигилла может получить только с альфой. Все остальное — лишь бледная имитация.

Внутренний холод не исчез, он просто затаился под рёбрами злой змеей, ожидая своего часа. Он вернётся следующей волной и принесёт с собой мучительную, животную жажду тепла.

— Элли, пойдём скорее, — торопила меня подруга, озираясь по сторонам. Я одобряла ее план — нужно уйти как можно дальше в темноту, а затем, корчась от холода и от мучительного желания где-нибудь в тени, дождаться Дени с лекарством и новым браслетом.

Мы уже вышли из тусклого пятна света, который отбрасывал единственный фонарь у кафе, когда вдалеке, со стороны шоссе, послышался низкий, утробный рёв и в темноте замелькали огни.

— Элли! — дернула меня за рукав Лили, почуяв неладное.

Но я уже ее не слышала. Я застыла, жадно впитывая в себя мгновенно уплотнившийся воздух. Запах соли, каленого металла и можжевельника — аромат, который я однажды уже мельком слышала в элитной оранжерее, окутал меня плотным коконом. Ледяная пружинка внутри завибрировала так сильно, что заныли зубы, натягивая до предела все жилы и нервные струны. В самом ее центре будто ток пульсировал, вызывая жгучее, почти непереносимое желание запустить внутрь пальцы, выпустить когти и освободиться от этой пытки, вырвать сковавший меня лед с мясом.

Это состояние можно было объяснить лишь одним… Я почувствовала приближение Альфы.

Мир вокруг меня медленно исчезал, растворяясь в приближающемся рокоте моторов. Холод внутри бушевал, причиняя мне настоящую физическую боль, от которой темнело в глазах. Боль, избавить от которой меня могло единственное существо, взобравшееся на высшую ступень эволюции — тот, кто сейчас летел навстречу на стальном звере.

Байкеры вылетели из темноты внезапно, подняв в воздух тучи серой пыли и ослепляя нас фарами.

— Элли, пожалуйста, нам нужно уходить, — со слезами в голосе умоляла Лили, пытаясь оттащить меня в кусты. — Дэн! — истерично орала она в телефонную трубку, которую так и не выпустила. — Она невменяемая! Зависла! Что делать? Что?! Ты с ума сошёл?!

Лили со страхом смотрела на кружившие вокруг нас адские машины. Она прижималась ко мне всем телом, дергала за руку, но я стояла словно приклеенная к асфальту.

Не знаю, как передать это ощущение… Наверное, в тот момент я чувствовала себя ночной бабочкой, которая даже зная что пламя погубит её в секунду, всё равно летит на свет.

Так и я.

Из всей жуткой, многоликой и шумной толпы я моментально выделила одно-единственное существо. Существо, которое излучало такое мощное тепло, что оно могло с лёгкостью согреть меня, растопить весь лед, хрустевший внутри. И оно же с такой же лёгкостью могло меня погубить. Уничтожить. Заковать в клетку, из которой мне больше не выбраться никогда. Ни в буквальном смысле, ни в переносном.

— Элли! — Лили в порыве паники что-то сунула мне в руку, силой сжала мой кулачок. — На, держи презик. И помни — не смотри ему в глаза! Слышишь? Мы спасём тебя, Дени уже близко… Только не смотри ему в глаза!

Она исчезла, растворилась в тенях, спасая свою шкуру — и я её не винила. Мы тысячу раз обговаривали подобную ситуацию, и знали, что делать в случае, если одна из нас утратит контроль.

А я медленно, словно во сне, пошла вперёд. Даже закрыв глаза, я видела его ауру — она разгоралась с каждым моим шагом, заполняя всё пространство. Меня больше ничто не могло защитить. Или остановить. Этот альфа был моим светом, а я превратилась в мотылька. Он учуял меня так же быстро и остро, как и я — его.