Алый цвет моей одержимости

Пролог. Разбитое сердце...

Роман предназначен только для читателей 18+

Внимание! В книге присутствуют жестокие сцены, нецензурная лексика, сцены курения и распития алкоголя (конечно, автор подобное осуждает и не пропагандирует подобный образ жизни), а так же откровенные сексуальные сцены. Сюжет романа и герои являются вымышленными, любые совпадения с реальными людьми или жизненными ситуациями, случайны. Автор не имеет намерений задеть чьи-либо чувства или кого-то оскорбить. Роман является вымыслом автора и предназначен исключительно для развлекательного чтения.

* * * * *

Пролог

Разбитое сердце...

Уже три дня от Дениса нет вестей. За эти три дня после нашей первой ночи он ни разу мне не написал и не позвонил. Мы встречались семь месяцев и за это время не было ни дня, чтобы мы не общались. А сейчас я в который раз набираю звонок, слышу гудки, но он не отвечает. Все сообщения от меня прочитаны, но ответа нет. Боже, что могло случиться? Он так нежно со мной попрощался после нашей ночи. Если бы ему что-то не понравилось, то я бы явно заметила. Конечно, не всё прошло гладко, но я была готова к тому, что первый раз будет больно, тем более он знал, что я девственница. Прощаясь, Денис был ещё нежнее, чем во время занятия любовью. И я точно знаю, что ему всё понравилось, ведь ласки и удовольствие друг другу мы уже дарили не раз, поэтому я знала, как сделать приятно своему любимому.

Спрятав телефон под партой, набираю очередное сообщение.

Света-конфета: Любимый, я уже не нахожу себе места от волнения! Если в ближайшее время ты не ответишь, то я приеду к тебе домой. Очень волнуюсь за тебя

- Светлана, я вас не отвлекаю? - раздаётся рядом со мной голос преподавателя по психологии и маркетингу.

Чёрт, я его даже не заметила. Стыдно-то как!

- Простите, мистер Томсон, - виновато опускаю голову.

- После окончания лекции не забудьте подойти ко мне за дополнительным заданием, - высокомерно произнёс он и потерял ко мне интерес.

Да уж, мистер Томсон типичный англичанин - чопорный, слегка надменный и хмурый. Убираю телефон в сумку, подальше от соблазна проверять каждую секунду, прочитано ли сообщение или нет.

Как только покидаю аудиторию, находу убираю дополнительное задание в сумку и с нетерпением смотрю в телефон. Не верю своим глазам! Он ответил!

Дионис*: Не приезжай. И не звони больше

Перечитываю сообщение несколько раз, но смысл уловить так и не могу. Чувствую нарастающую дрожь по всему телу и будто уменьшаюсь в размерах. Среди толпы спешащих студентов, я вдруг чувствую себя маленькой и растерянной, будто потерявшийся ребёнок. Пространство вокруг меня становится размытым и глухим. Все краски и звуки смешиваются, и давят на меня своей плотной энергетикой. По инерции отхожу к стене, но глаза от экрана отвести не в силах. Пальцы начинают бегать по экранной клавиатуре.

Света-конфета: Дионис, что случилось? Ты не в городе? Связи не будет?

Мой мозг судорожно генерирует все возможные варианты значения его послания, боясь даже предположить, что смысл самый прямой.

Дионис: Не звони мне больше. Не пиши. Не ищи. Мы больше не вместе. Как ещё сказать, чтобы ты поняла? Не напоминай мне о своём существовании.

Не даю себе время на обдумывание сообщения и набираю его номер. Гудки прошли до конца, но он так и не ответил. Чувствую, как шок и непонимание смешиваются с обидой и злостью. Тут же пишу ответ.

Света-конфета: Ты меня бросаешь?

Дионис: Бинго!

Света-конфета: По телефону? Вот так трусливо? Получил своё и всё?!

Дионис: В точку

Буквы расплываются перед глазами, пытаюсь проморгаться и только после этих попыток понимаю, что слезы льются непрерывным потоком. Мне катастрофически не хватает воздуха.

- Света, что случилось? - сквозь влажную пелену удаётся разглядеть одногруппницу Тессу. - Тебе нужна помощь?

- Нет, не нужно, я справлюсь, - шёпотом выдавливаю из себя.

- Может воды?

- Воды? Да, спасибо.

- Окей, я мигом. А ты постарайся успокоится, ладно?

Я машинально киваю, но уже не думаю о ней. Всё моё внимание сосредоточено на сообщении, которое я пишу Денису.

Света-конфета: Скажи мне всё в лицо! Потому что я не верю, что ты говоришь серьезно

Дионис: Верить или нет - твоё личное дело

Света-конфета: Скажи в лицо!

Света-конфета: И я больше никогда тебя не потревожу

Кажется, что ответа нет целую вечность, но вот курсор вверху экрана начал движение и почти сразу приходит сообщение.

Дионис: Приеду вечером. После этого ты от меня отвалишь

Глава 1. Потанцуем?

Смотрю на счастливых жениха и невесту и чувствую только искреннюю радость за них, несмотря на то, что на месте невесты могла быть я.

Мы с Никитой действительно чуть не поженились по настоянию отцов. Наша свадьба уже обсуждалась, как данность, но Ник влюбился и его отец не стал обрекать сына на жизнь без любви даже в угоду бизнесу. Жаль, не могу сказать того же о своём папе, ведь ему плевать на мои желания, на моё счастье, да и на мою жизнь в целом. Когда он предоставил мне выбор, за кого выйти замуж, то я даже удивилась, что этот выбор у меня есть. Естественно, я выбрала Никиту, ведь он симпатичный и мой ровесник. Я даже надеялась, что смогу с ним договориться и после свадьбы жить отдельно. Но вмешалась любовь. И хоть я давно перестала в неё верить, но при взгляде на Никиту с Несс не остаётся никаких сомнений, что их связывают крепкие узы любви и страсти. Возможно, любовь просто не для всех.

Пригубляю шампанское из бокала и смотрю на дальний столик, а вернее на несколько сдвинутых столов, где собралась шумная и весёлая компания парней и девушек. Представляю, что я могла бы так же веселиться и радоваться жизни, и не беспокоиться о том, насколько прямая у меня спина и как громко я могу рассмеяться. Подобные радости не для меня, ведь я дочь главного архитектора города и за мной всегда наблюдают, чтобы испортить репутацию отца при моём малейшем промахе. На самом деле это, конечно, не так, но спорить себе дороже.

Ведущий объявляет танец жениха и невесты, и я, взяв свой бокал шампанского и развернувшись вполоборота, смотрю за изящным и нежным танцем Никиты и Несс. Сердце тоскливо сжимается, когда я замечаю, как он смотрит на свою жену, как трепетно прижимает е к себе, как доверчиво и ласково смотрит на него Несс. Нет, я не завидую. Но в области груди и под лопатки врезаются тысячи острых игл, а грудную клетку сковывает льдом от звучащего имени в моей голове.

Денис. Дионис.

Щемящая тоска с примесью горького привкуса предательства и притупленной годами боли пытаются вновь затопить всю меня. Взяв себя в руки, я непроизвольно передёргиваю плечами, будто пытаюсь скинуть тяжесть своей тоски по нему.

Когда? Когда я перестану чувствовать боль предательства? Когда моё сердце перестанет замирать от одного воспоминания о нём? Когда я смогу его ненавидеть так, как он того заслуживает? Когда моё сердце перестанет сбиваться с ритма, едва я увижу кого-то похожего на него?

Эти вопросы, как всегда, остаются без ответа. Да и в глубине души я осознаю, что сама не отпускаю воспоминания о нём. С одной стороны это единственное время, когда я была счастлива. С другой, я должна уже наконец понять, что счастье, любовь, радость - это всё не для меня. И чем быстрее я перестану поддаваться иллюзиям, тем лучше для меня.

- Потанцуем? - поднимаю взгляд на симпатичного парня, который стоит напротив меня и протягивает руку в приглашающем жесте.

Слегка скашиваю взгляд на рядом сидящего отца и получив едва заметное покачивание головы, отвечаю.

- Благодарю, но я не танцую.

- Я настаиваю.

- И всё же нет. Простите, - дарю ему одну из своих милых улыбок и он уходит, решив не тратить на меня своё время.

- Улыбаться было необязательно, - полушёпотом говорит отец.

- Это просто вежливость, чтобы смягчить отказ, - так же тихо отвечаю ему, чтобы сидящие с нами за одним столом гости не услышали.

- Улыбаться будешь другим людям, а не всем подряд, - недовольно бросает он и тут же сменяет тему. - Это какой по счёту бокал?

- Первый. Я помню, что не больше двух, - сказала и тут же пожалела.

Дура, видно же, что отец не в духе. Он вполне может расценить это, как спор с ним. Надо не забывать, что лучше отвечать односложно. Не стоит доводить до того, чтобы отец сфокусировал своё внимание на мне.

- Анатолий Олегович, - облегчённо выдыхаю, когда соседка за столиком перетягивает его внимание на себя. - Какая удача, что мы с вами за одним столиком сидим.

- Екатерина, ну что же вы так официально, - он улыбается ей одной из своих самых располагающих улыбок. - Я тоже очень рад этому обстоятельству. Как продвигается подготовка к вашему мероприятию? Вам понравился выставочный зал, который мэрия любезно предоставила для вашей фото выставки?

- Конечно...

Перестаю вслушиваться в их пустую болтовню и воспользовавшись секундной паузой в разговоре, встаю из-за стола.

- Ты куда? - отец тут же вскидывает на меня свой вечно подозрительный взгляд.

- Простите, я что-то слишком засиделась. Хочется немного пройтись и размяться, если вы не против, - с вежливой улыбкой покидаю компанию, потому что отец подарил мне свой царственный, одобрительный кивок головы.

Первым делом направляюсь в уборную, чтобы проверить макияж. Убедившись, что красная помада идеально лежит на моих пухлых губах, уже с большей уверенностью смотрю на своё отражение в зеркале. Поправляю изящные рукава-воланы на синем платье, пряжку красного ремня располагаю чётко по центру талии и подарив своему отражению напряжённую улыбку, покидаю туалетную комнату.

Увы, красная помада придаёт мне уверенность и чувство защищенности, но она не может сделать меня счастливей. С ней мне просто более комфортно держать ровно спину и отгораживаться от фальшивых людей. Цинично? Возможно. Но так действительно легче. К тому же, вопреки стереотипу, мало кто из мужчин решается подойти ко мне, когда я под защитой алого цвета. Ведь весь мой вид будто предупреждает о том, что я та ещё стерва. А это именно то, что мне надо.

Глава 2. Агония прошлого

- Плесни ещё, - прошу бармена обновить мой стакан.

Хорошо, что Ник организовал выездной бар на своей свадьбе. Только похоже, что этот бар сегодня персонально для меня работает. За коктейлями подходят и сразу возвращаются в свою компанию, но за стойкой сижу только я. Потому что мне, блять, не весело. Сейчас я осознаю, что за все эти годы я так и не смог забыть эту дрянь. Да, вспоминал всё реже, но до конца вытравить её из памяти так и не смог. И стоило только увидеть её, как чёрная волна ярости затопила нутро.

А сейчас я и себя ненавижу. Зла на себя не хватает, когда понимаю, с какой жадностью я поглощал её образ. Вихрь мыслей и мимолётных наблюдений со скоростью света проносились в моей голове, но тогда я даже не успевал фиксировать все изменения в ней. Оглядывал её с такой жадностью, что не успевал сконцентрироваться на чём-то конкретном. Потому что этих изменений слишком много.

Она обрезала свои длинные волосы, которые я, словно одержимый, любил пропускать сквозь пальцы и зарываться в белые пряди всей ладонью. Она накрасила красной помадой свои пухлые губы, от вида которых у меня всегда закипала кровь, хотя раньше предпочитала неброский, светлый макияж. Она похудела, и её, некогда сочная фигура, стала хрупкой, но не менее сексуальной. В её взгляде появилась дерзкая уверенность, а смущение, которое всегда отражалось в её глазах и розовело румянцем на щеках, исчезло бесследно.

Передо мной стояла холодная шикарная сука, а не та юная и доверчивая девчонка, по которой я когда-то сходил с ума.

Та Света и эта, совершенно два разных человека, но я бы всё равно никогда её ни с кем не спутал. Ведь даже под убойным количеством виски, я никогда не забывал. Ни её. Ни нашего прошлого. Ни того, какой блядью она в итоге оказалась.

- Денис, тебе уже хватит, - тишину нарушает голос моего папаши, а его ладонь крепко сдавливает моё плечо. - Мы уезжаем.

- Это свадьба моего дддруга, - приходится бороться с собственным языком, он стал слишком непослушным, - я ещё за...держусь.

- Твой друг давно свалил, - с едва сдерживаемым гневом шипит отец. - Быстро поднимай задницу и домой.

Он подхватывает меня подмышки и стаскивает со стула. Вот нахера это надо было делать? Я же сидел нормально, а теперь из-за него голова кружится и в глазах всё плывёт.

- Вот чё ты постоянно лезешь ко мне, а? Я сам!

- Сам ты должен был не нажираться, а помнить о своей репутации! - яростно рявкает папочка. - Опирайся на меня и старайся не подавать виду, какой ты бухой. Мало ли, ещё снимут на видео и выложат в сеть.

- А тебя только это волнует, да? Только «Империя» всегда важна, - я пьяно усмехаюсь, но всё же опираюсь на отца, который подхватил меня за спину и ведёт на выход.

- «Империя» должна быть и у тебя в прио...

Перебиваю его, потому что внезапно вспоминаю о ней.

- Стой! Ссстой, - мы останавливаемся и я начинаю крутить головой, пытаясь сфокусировать зрение на окружающих гостях. - Где она?

- Кто? - раздражённо спрашивает мой папочка.

- Конфффета.

- Какая, нахрен, конфета?! Ты до белочки допился, сучёныш?

- Мне нужна моя конфета, - почти хнычу и понимаю, что я совершенно пьяный. Ни одной мысли не успеваю поймать, чтобы сказать что-то понятное.

- Будет тебе конфета. Такая конфета будет, что жизнь мёдом не покажется. Дай только домой приехать.

- О, угрозы. Как банально, - я громко смеюсь и отец на меня шикает. Но мне похеру. Пусть бы хоть сегодня отвалил от меня.

Урывками помню, как мы доходим до стоянки и с помощью водителя отец грузит меня на заднее сиденье.

- Конфффета моя...

Мучительно медленно и болезненно выныриваю из пьяного угара в салоне автомобиля. Супер, меня даже не стали вытаскивать из машины.

Стараясь не делать резких движений, медленно вылезаю из тачки и сразу направляюсь в дом. Яркий солнечный свет режет глаза, а в висках долбит каждый сделанный шаг. Нахуя я так нажрался? Света же не стоит этого. Хватит того, что я месяцами беспробудно бухал из-за неё и ещё несколько месяцев лечился в закрытой клинике. Нет уж, больше такого не повторится. Этот срыв должен стать единственным. Перебрал просто потому, что не ожидал её увидеть на свадьбе лучшего друга, вот и всё. Да ещё такой дерзкой и шикарной.

Пройти в свою комнату незамеченным мне не удаётся. В гостиной сидит отец и явно поджидает меня. Сжимаю зубы и сажусь в кресло напротив него.

- Только давай быстрее, мне домой надо, - я даже не стараюсь скрыть свою скуку, ведь ничего нового не услышу.

- Ты какого хера вчера нажрался, сучёныш?!

О, сучёныш - это его любимое. Дальше будет ублюдок, выродок, щенок. Я даже не стараюсь скрыть усмешку, до того всё предсказуемо.

- Так свадьба же.

- Дерзишь, щенок?! - ой, кажется, я перепутал последовательность. - А ты подумал о репутации компании? Как я могу отдать тебе «Империю», если лицо компании нажирается до поросячьего визга?!

- Так не отдавай, - равнодушно пожимаю плечами и не поднимаясь, наливаю себе воды из графина, который стоит на столике возле кресла. В глотке такая сухость, что даже отвечать больно. - Я никогда не стремился владеть твоей «Империей».