Ангелы тоже смертны

Пролог

Платяной шкаф был большим, вместительным и, как успела заметить Гермиона, прежде чем скрыться в нем, величественно-прекрасным, как и все в этой комнате, но чертовски неудобным внутри. Конечно, удобства - последнее, что от него ждешь, и все же в подобные минуты остро ощущаешь их необходимость.

Укрытая плотной стеной из костюмов, похожих друг на друга как братья-близнецы, она сидела, прижавшись спиной к боковой стенке, подтянув к себе колени, и старалась не шевелиться: малейшее движение, шорох в душной тишине - и она обнаружена.

Спина ныла, ноги затекли настолько, что она перестала их ощущать, не спасало даже попеременное их вытягивание. Время, казалось, остановилось...

И дернул же ее черт в самый ответственный момент подумать о нем!

«Теперь жди, когда он уснет...»

* * *

Вечер лучами заходящего солнца просачивался сквозь окно небольшой, но уютной комнаты на третьем этаже, приютившей на пасхальные каникулы Гермиону Грейнджер. Ее хозяйка, Джинни Уизли, сидела рядом с Гермионой на полу, и они радостно обсуждали проведенный в Косом переулке, в его лавках и магазинах, последний день каникул.

Уединение нарушил Рон Уизли, ворвавшийся в комнату с испуганными глазами и взъерошенными волосами.

- Ты не видела, - начал он прямо с порога, обращаясь к сестре, даже не обратив внимания на Гермиону, - мой амулет?

Джинни хотела было ответить, но раздавшийся снизу крик миссис Уизли перебил ее:

- Рон! Когда ты сам научишься вытаскивать из карманов все, прежде чем давать мне вещи в стирку! Об очередное непонятночто я только что порезала руку!

Кровь мгновенно отхлынула от лица Рона.

- Ма-ам, я же просил не стирать эти брюки!!!

Он опрометью бросился вниз.

- Что значит «не стирать»?! - Миссис Уизли была в негодовании. - Что значит «не стирать», позвольте вас спросить Рональд Билиу…

Джинни заклинанием захлопнула дверь, и в комнате стало тихо.

- Ты не видела мой амулет? - передразнила она брата, а после недовольно буркнула: - Как можно видеть то - не знаю что?!

Предмет, который Рон называл своим амулетом, появился у него около года назад. Он никогда с ним не расставался, никому не показывал и не говорил, где взял. Даже Фреду с Джорджем, с их неоднократными попытками, не удалось выяснить, как этот предмет выглядит в действительности.

- Он вообще существует... этот амулет? - фыркнула Джинни, озвучив давно сидящую в головах у всего семейства мысль. - Или у моего братца настолько разыгралось воображение, что пора...

- Существует, - перебила ее Гермиона, вспомнив, как впервые увидела его.

Это было в гостиной Гриффиндора. Она спускалась по лестнице, когда заметила сидящего перед камином Рона. Он держал в руке плоскую, округлую, размером с ладонь вещицу. Почувствовав на себе взгляд, он обернулся и поспешил убрать ее в карман брюк.

- Джиневра, - голос Гермионы был тихим и твердым. Джинни вздрогнула. Она не любила, когда к ней обращались полным именем, особенно Гермиона. Та становилась слишком серьезной в такие минуты, и Джинни начинало казаться, будто Гермиона старела лет на десять. - Этот амулет... он… разве он не появился у Рона после того как мы…

- Вернулись, - закончила за нее Джинни.

- Да.

- Возможно. Но почему тебя это так заинтересовало?

- Кажется, я знаю, что это.

- Ты его видела?!

- Незадолго до Рождества. Узнала сразу. Такую вещь невозможно не узнать... Сначала, правда, засомневалась - видела ведь мельком, - могла принять желаемое за действительное. Потом как-то подзабылось, а сейчас думаю, что была права.

- Что это? - Джинни снедало любопытство.

- Совсем забыла, - Гермиона вдруг резко поднялась и направилась к двери, - мама просила меня обязательно быть дома этим вечером. Я воспользуюсь вашим камином. За мой чемодан не переживай, он давно упакован, просто отправь его завтра в школу, пожалуйста. Увидимся на платформе.

Оставив Джинни в недоумении, она спустилась в гостиную.

Ложь. Никто ее ни о чем не просил: родителей не было ни дома, ни в Англии. Они уже вторую неделю находились во Франции и должны были вернуться только завтра, когда Гермиона будет на полпути в Хогвартс. Просто возникла острая необходимость побыть наедине с собственными мыслями, что в Норе сделать крайне сложно - обязательно кто-нибудь да помешает.

Она видела, она догадывалась, но до последнего убеждала себя в неправильности своих же выводов, и только поняв, что за предмет скрывал ото всех Рон, Гермиона осознала насколько была права. И насколько была несчастна сама...

Глава 1

Учебный год подходил к концу. Все с нетерпением ждали дня, когда Хогвартс-Экспресс вновь взметнет в небо свои пары, а колеса понесут всех прочь от замка.

Позади было Министерство с его тайными комнатами, коридорами и пророчествами, позади больничное крыло… впереди - прощальный ужин, дорога и дом.

Ночь выдалась безоблачной, и звезды ярко мерцали на черном небосклоне, но Драко не обращал на них никакого внимания; он был зол и меч­тал о мести, мести всем тем, кто стал причиной их, Малфоев, позора. Мысли в голове сменялись одна за другой, ухмылка становилась шире, а глаза безумнее.

Вдруг он остановился и взглянул в окно.

План созрел мгновенно.

«Так, именно так... Не забыть Забини, Крэбба и Гойла. Отличная забава получится...»

Драко развернулся и быстро зашагал в сторону подземелий.

* * *

Гарри сидел на кровати, пытаясь в очередной раз сложить рубашки, но те, словно объявив ему бойкот, отказывались от участи быть сложенными. В конце концов, ему это на­доело, и он, скомкав их все воедино, зашвырнул в стоящий рядом сундук.

События в Министерстве проносились в голове, подобно хорошо смонтированному кино - кадр за кадром, и всякий раз, когда в нем возникал образ Сириуса, сердце сжималось от боли.

Нужно перестать думать и занять чем-то руки, или мысли сведут его с ума. Гарри снова принялся складывать рубашки, вытащив их из сундука. Добравшись до дна, он наткнулся на небольшое зеркальце, лежавшее под одной из его кроссовок. Оно было старым и грязноватым, с нацарапанными на обратной стороне словами. Почерк Гарри узнал сразу - это была рука Сириуса, а слова предназначались ему.

Вникнув в их суть, Гарри почувствовал, как сердце заби­лось сильнее, зажигая в его душе надежду, но, увы… она погасла также стремительно, как и зажглась, лишь Гарри попробовал использовать зеркало по назначению.

От разочарования он швырнул его обратно в сундук с такой силой, что оно разбилось. Звук, подобно сухой ветке, треснувшей под тяжестью наступившей на нее ноги, пробудил в Гарри неожиданную мысль, которая заставила его вскочить с кровати, выбежать из спальни, в считанные мгновения преодолеть гостиную, оказаться за пределами гриффиндорской башни и помчаться по коридору в поисках Почти Безголового Ника.

* * *

Ночь оказалась на редкость прохладной, но для Драко, уже миновавшего хижину Хагрида и ступающего в границы За­претного леса, это был ничего нестоящий пустяк, чтобы задумываться об этом. Скоро станет слишком жарко...

- Люмос, - проносится в тишине, и луч света прорезает темноту.

Последние несколько месяцев были самыми мучительными, ибо он достиг предела, за который не мог перешагнуть. Он был на перепутье. Душу разрывало надвое. Но еще несколько минут и этой дилемме настанет конец: или он обретет сегодня свободу, или расстанется с ней навсегда. Столь удоб­ного случая может больше не подвернуться, и Драко ускорил шаг. Он почти бежал, боясь не успеть, но когда отчетливо услышал голоса, успокоился.

Свет, струящийся из кончика его палочки, выхватил из тьмы небольшую лужайку, а на ней три расплывчатые тени, по мере приближения к ним света, обретающие человеческие очертания.

Да, он не ошибся! Это была именно она - Гермиона Грейнджер.

Она смотрела на него, и в ее глазах читалось… он так и не понял, что это было: страх, испуг, удивление или еще какое неведомое чувство, застывшее в этих ненавистных карих глазах, а может и все вместе.

Двух других он заметил не сразу, и то только после того, как гриффиндорка бросила на них свой взгляд. Свет упал на стоящие фигуры, и Драко смог их разглядеть. Ну, конечно - Уизли и Лавгуд, как их там… Джинни и Луна, кажется… Но они его не интересовали. Ими займутся Крэбб, Гойл и Забини, они как раз показались из-за деревьев, чтоб их… Когда они научатся быстро ходить? Нет, ему нужна только она. И где, черт побери, ее палочка?

«Странно, что она до сих пор не направила ее на меня. Но это не важно…»

Он уже приготовился схватить добычу…

- МАЛФОЙ!!! Убери от нее свои грязные руки!

Гарри стоял в нескольких шагах и целился палочкой ему в лицо. За спиной Поттера стоял Уизли (как же без него!) и кто-то еще. Драко напряг глаза и разглядел Невилла Долго­пупса. Этот-то здесь что забыл? Неужели, тоже возомнил себя героем? Впрочем, после недавних событий в Министерстве… Драко передернуло от такого напо­минания.

Глаза Гарри были красноречивее слов: одно движение в сторону Гермионы и Малфою несдобровать. Спасибо Невиллу, он вовремя предупредил их.

После разговора с Почти Безголовым Ником у Гарри остался неприятный осадок, но Ник был прав, потому его надеждам не суждено осуществиться. Сириус, его единственный близкий человек в этом огромном мире, мертв, и это надо принять и просто жить дальше.

Подойдя к портрету Полной Дамы, Гарри заметил Полумну; она развешивала объявления. Кто-то украл у нее все вещи, и теперь она пыталась их найти. Но как показалось Гарри, это ее не сильно расстроило.

Глава 2

Тусклый свет, продирающийся сквозь веки, доносящийся до ушей странный гул, ощущаемая всем телом непонятная вибрация пола - все это заставляло прийти в себя. Сколько времени он был без сознания, Драко не знал. Голова отказывалась работать и жутко болела; произошедшее в Запретном лесу вспоминалось с трудом.

Он лежал на спине, ощущая холод, исходящий от пола, отчего все тело мгновенно пробрала дрожь, и оно покрылось мурашками. Приподнявшись, Драко огляделся. Стены и потолок из металла, окон не было, за место двери плоский металлический кусок стены, обрамленный неглубокой нишей. Из ламп льется холодный свет, которого едва хватало, чтобы осветить середину комнаты; углы же утопали в темноте. В одной свет подергивался: то погаснув, то зажигаясь вновь.

Глаза постепенно привыкли к полутьме, и Драко сумел разглядеть всех, кто лежал рядом: и друзей, и врагов. Все были без сознания.

Первым пришел в себя Уизли. Щурясь от света, он стал осматриваться. Встретившись взглядом с Драко, он поначалу испугался, но когда понял, что все были в одинаковом положении, успокоился.

Последним очнулся Долгопупс. Он и спросил:

- Где я?

Вопрос, на который никто не знал ответа, как и на тот - куда подевались их палочки?

Без них они способны лишь на мелкие, ничего незначащие, заклинания - комариный укус для врага. Вот и сидели, испепеляя друг друга взглядами, потому что даже дверь, которую Гарри попытался открыть, была против них.

* * *

Время текло медленно, не торопясь. Все молчали, лишь вибрация и гул, которые ощущал на себе каждый, не прекращались ни на секунду, словно от этого зависели чьи-то жизни, но к этому привыкаешь и перестаешь замечать. Единственное к чему нельзя было привыкнуть или просто отбросить в сторону - неизвестность. Она давила, не позволяла расслабиться, не давала сосредоточиться и медленно сводила с ума.

Погруженные каждый в свои мысли, они не сразу заметили, как дверь, уйдя с легким шипением в сторону, открылась, и внутрь хлынул поток яркого света, отчего женская фигура, показавшаяся на пороге, больше походила на тень. За ней вошли еще двое, но предпочли остаться в полутьме. Женщина же вышла под тусклый свет ламп.

Средний рост, светлые волосы, собранные в хвост, черный полуоблегающий комбинезон, на котором отсутствовали рукава; сапоги, достаточно поношенные и доходящие до колен; бедра опоясывал широкий ремень, с непонятной г-образной штуковиной, что оттягивала его вниз. Левое плечо обвивал рисунок черного дракона.

- Как вы смеете нас здесь держать!!! - набросился на женщину Драко. Он был зол. - Я Драко Люциус Малф…

Договорить он не успел. Крепкие пальцы сдавили ему горло, а сам он оказался прижатым к стене настолько быстро, что не сразу это осознал.

- Я знаю, кто ты! - чеканя каждое слово, она выдохнула их ему в лицо. - И я не люблю, когда на меня орут. Понятно?!

Глаза Драко расширились от ужаса и нехватки воздуха, из гортани вырывались хрипы. Он судорожно пытался оторвать ее руку от своей шеи, оставляя на ней царапины, но было бесполезно - она держала крепко. И только когда сознание стало покидать Драко, женщина разжала пальцы.

Первый же глоток терпкого воздуха резанул болью внутри, но Драко, не обращая на это внимание, продолжал заглатывать воздух, наполняя легкие. Ноги, сделавшись ватными, больше не держали его, и слизеринец медленно сполз на пол. Женщина, не сводя с него холодного взгляда, опустилась рядом на корточки.

- Я знаю, кто ты, - сказала она более спокойным, и даже миролюбивым, голосом, - и кто они. - Она кивнула в сторону остальных. - Вопрос не в этом, а в том - какого черта вы здесь делаете?

- А здесь, это где? - Голос был тихим и не уверенным.

Женщина обернулась. Он принадлежал худощавому парню в очках, которые съехали с его носа, и тот пытался водворить их на место дрожащей рукой. Поднявшись, она шагнула в его сторону. Гарри, не желая повторить участь Драко, отпрянул назад. Женщина только ухмыльнулась.

- Ты Гарри? - спросила она, заставив всех удивиться.

- Да. Но…

- Наслышана… о каждом, может и не в подробностях, но достаточно.

- Капитан, - одна из помощниц вышла на свет, - прибыл грузовик с припасами.

Женщина посмотрела на нее, кивнула и направилась к двери.

- А с ними что делать? - услышала она вслед.

- Как договорились, - бросает она через плечо и вместе с другой девушкой выходит из комнаты, оставляя дверь открытой.

* * *

Они шли по узкому коридору за помощницей капитана; от металлического пола глухо отлетали звуки шагов и врезались в такие же металлические стены и потолок, с протянувшейся под ним одной (или так только казалось) нескон­чае­мой лампой.

Их спутница, шедшая впереди, была, как и капитан, среднего роста, но ниже ее на полголовы, лицо закрывала маска. Тело облегали брюки, майка и куртка без рукавов, позволявшая разглядеть татуировку в виде крыльев, что вытянулись вдоль плеч и переходили на руки. На бедрах, как и у капитана, но по одной с каждой стороны, г-образные штуковины. Волосы, каштановые и слегка вьющиеся, собраны сзади в узел.

Глава 3

Звезды медленно проплывали мимо корабля, отражаясь в его черных, отполированных боках. Сквозь прочное стекло иллюминаторов они заглядывали внутрь, наполняя каюты и помещения мягким светом. Предметы, выхваченные из темноты, приобретали очертания.

Драко не спал. Сон не шел к нему, и он устало смотрел в потолок.

Каюта, которую им выделила капитан, была не больше той каморки, где они провели первые часы, но имела две пары двухъярусных металлических коек и металлический же шкаф, один на всех. Койки для устойчивости были прикручены к полу и стояли вдоль стен; шкаф скромно притулился около двери и оставался не заполненным даже на половину, так как личных вещей, кроме тех, что были на них, они не имели.

Волшебные палочки им так и не отдали, хотя прошла уже целая неделя.

Неделя, проведенная за постоянным оттиранием, мытьем и отскребанием непонятно чего под общим названием «грязь». Руки болели и ныли, а от постоянного зуда хотелось лезть на стену, но грязь не убавлялась, скорее наоборот, и начинало казаться, будто ее специально годами копили к их появлению.

В первый же день, когда их заставили мыть груду грязной посуды, весь его элегантный, пошитый точно по фигуре, костюм был испорчен безвозвратно, когда литры грязной воды обрушились прямо на него. И хотя после этого им дали нечто похожее на одежду - комбинезон (кажется, так его назвала та толстуха на кухне), потеря костюма стала для него сродни потери близкого человека.

Да, он всего лишь кусок ткани, каких дома у него множество! Но его чистота олицетворяла его мир, его дом; он был той частичкой, что еще связывала их. А теперь? Теперь он грязный и пропах помоями, как и сам Драко. Запах въелся в кожу и волосы и не смывался ни мылом, ни водой. Он витал в воздухе, словно надоевшая муха, и спасения от него не было. Или может это только его воображение?..

Сейчас костюм, чистый, по их мнению, но не по его, лежал свернутый в металлическом шкафу вместе с одеждой остальных.

Пленниками они больше не были, но относились к ним так, словно они все еще ими оставались. И это злило даже больше, чем присутствие Поттера. Но он понимал - забыть не давали, - откажись и тебе конец. Даже к этому проклятому словечку «белобрысый» он как-то попривык.

Койку Драко выбрал верхнюю, больше из чувства безопасности, чем просто из-за врожденного снобизма, так как нижнюю занял Крэбб, сейчас мирно храпящий во всю глотку. Другие тихо сопели каждый в свою подушку, но к нему сон не шел, хоть застрелись.

- Поттер, - тихо позвал Драко.

Он чувствовал, что тот тоже не спит. Их койки стояли на одной линии, так что голова Гарри была всего в нескольких сантиметрах от его собственной.

- Поттер, - повторил он чуть погодя, когда тот ему не ответил.

- Что?

- Почему не спишь?

- А сам?

- Не знаю.

- Я тоже. Это все?

- Нет. Поговорим?

- О чем, Малфой?

- Зачем мы здесь?

- Может «почему»?

- Может и «почему».

- Ну, если может, то себя и спроси.

Драко не ответил. Поттер прав, не потащись он тогда в лес, ничего бы и не было.

- А как ты узнал, что мы там?

- Вас Невилл видел и успел сказать нам.

- Странно, я его не заметил.

- Удивительно было бы, если ты вообще что-нибудь заметил в тот момент.

- Ты это о чем, Поттер?

- О чем? - Гарри даже приподнялся, практически нависнув над слизеринцем. - Это у меня, по-твоему, свербило в одном месте, что все мозги напрочь отшибло.

- С чего это вдруг так решил?

Драко повернулся к Гарри, так что их глаза встретились.

- Ты ж смотрел на нее, как голодный волк на добычу, - прошипел тот, злобно сверкнув глазами из-под очков. - И дружков просто так притащил? Видимо для остальных, чтобы тебе не помешали.

Они еще с минуту сверлили друг друга взглядом, пока, не поняв бессмысленность этого занятия, просто не отвернулись, улегшись обратно в койки.

Слова Гарри невольно всколыхнули почти забытое в бесконечных оттирках и отмывках раздирающее надвое душу чувство, и рука сама потянулась к серебряному медальону, висящему на шее. Маленький, изящный, больше подходящий для тонкой шейки прелестной девушки, нежели парня, но по-своему дорогой, потому и не снимаемый.

- Поттер, - вновь позвал Драко.

- Что еще? - недовольно отозвался тот, поняв, что этой ночью ему уже точно не поспать.

- А что они вообще в лесу делали?

- Не знаю, - тихо произнес Гарри спустя какое-то время. Как еще можно ответить на то, на что ответа просто нет или, по крайней мере, он тебе не известен.

Из памяти никак не хотел уходить взгляд Гермионы, брошенный на них там, в Запретном лесу, и так сильно его поразивший, что он допустил эту непростительную ошибку - опустил палочку и позволил Малфою напасть на него. Гарри сотни раз прокручивал в голове все причины такой озлобленности, но так ничего и не смог понять.

Глава 4

Боль пронзала каждую клеточку головного мозга, скручивала его и выпрямляла, скручивала и выпрямляла, а порой принималась долбить внутри, словно молотком: бум... бум... бум... Тело ныло, будто один большой синяк. И до чертиков хотелось пить.

Драко смотрел на ребят, сползающих с коек, но сам вставать не спешил, да и куда - их никто не звал. Звезды по-прежнему медленно проплывали за иллюминатором, но теперь там была еще одна - огромная и круглая как луна, когда смотришь на нее в безоблачную ночь из окон Хогвартса. Но звезда не была безликой и бледной, напротив, яркие цвета четко вырисовывались на ее поверхности, закутанные в белесую рваную вату чего-то. Облака. Атмосфера. Планета. Планета, к которой «Шакал» плавно продвигался через черноту космоса, как к спасательному маячку.

В памяти все еще стояли события вчерашнего, или не вчерашнего, а все еще сегодняшнего (Драко совсем запутался в этом внутреннем отсчете времени) дня, а может и ночи. Поддернутые алкогольным туманом, но не забытые, отчего внутри вновь все сжалось и хотелось выть. Но он Малфой, он не позволит чувствам взять над ним вверх, чтобы не происходило вокруг. Ну, может, только когда никто не видит...

- Драко, вставай. - На плече почувствовалось легкое прикосновение чьей-то руки. Блейз.

- Зачем? Нас никто не зовет.

- Ты что, ничего не помнишь?

- А что я должен помнить? - Драко посмотрел в черные глаза Забини.

Тот не ответил, только губы скривил в усмешке, но Драко все равно ничего не понимал и удивленно смотрел на друга, не обращая внимания на раздающиеся по всей каюте ехидные смешки.

- Еще б он помнил, - злорадно фыркнул Рон.

Драко переводил взгляд с одного лица на другое, пока не задержал его на Поттере. Тому явно было не до смеха. Гарри натягивал комбинезон, вздрагивая каждый раз, когда тело пронзала боль. Его левый глаз обрамлял темно-фиолетовый синяк, такой же круглый, как и его очки.

- Ну, ты вчера и вдал, - протянул Забини, не прекращая ухмыляться.

- Может, он и вдал, - зашипел Гарри, бросив злобный взгляд на Малфоя, - но и сам не меньше огреб.

- Вот только расхлебывать теперь будут все, - заметил Невилл, почесывая затылок.

- Есть охота, - пробубнил Крэбб. - Пошли, а то опять последними будем.

Драко сполз с койки и поплелся за остальными на камбуз. В желудке неимоверно урчало.

Всю дорогу он пытался вспомнить, но толку - ноль. Память упорно отказывалась представлять отчет о вчерашнем происшествии, и ему начинало казаться, что ничего и не было, лишь глупый и неуместный розыгрыш. Драко от злости сжал кулаки... и вскрикнул - боль уколола руки. Он посмотрел и ужаснулся: на костяшках пальцев алели ссадины, не замеченные в полутьме каюты и покрытые буро-красной коркой, теперь треснувшей; кровь снова сочилась из ран, выдергивая на поверхность долгожданные образы...

... тело ватное, внутри тепло, голова не работает, и было хорошо. Балаболка о чем-то трещал, не умолкая, прямо в ухо, но что точно, Драко не помнил. Душ. Он притащил их в душ. Потом холодные струи воды, просто ледяные. Немного протрезвел. Остальные тут же, тоже трезвеют. Он начал что-то говорить, что-то про себя, про своих родных, дом. Язык заплетался. Посмотрел на Поттера - глаза злые. Забини рядом, пытается его утихомирить, но слова прут из него как из рога изобилия. И все о себе, о своей исключительности... Первый удар пришелся в челюсть, свалив с ног, но это только подлило масла в огонь. Он вскакивает и налетает на Поттера не хуже ястреба на добычу, и началось... Злость, скопившаяся за неделю унижений и подогреваемая еще не выветрившимся алкоголем и четырехлетней ненавистью друг к другу, наконец-то, нашла выход. Они мутузили друг друга с остервенением, ломая все вокруг себя.

Их расцепили только минут через десять, когда Балаболка, попытавшийся прекратить драку в одиночку, и которому досталось не меньше, чем самим дерущимся, вызвал подмогу в лице капитана и парочки тяжеловесов.

Последняя картинка, родившаяся в голове - огромный торс, заслонивший весь обзор. Потом удар в живот, взрыв боли в затылке... и ничего... провал.

- Кажись, вспомнил, - произнес Рон, заметив потрясенный взгляд Малфоя, застывшего посреди коридора и молча рассматривающего свои руки.

- Интересно, а о последствиях нам обещанных он вспомнил? - уточнил Невилл, даже не повернув головы.

- Не думаю. После удара об стену, он уже в отключке был, когда их произносили.

- Жаль, - констатировал Долгопупс и продолжил путь.

Драко так бы и стоял, если бы не толчок в спину от Гойла. Тот шел за ним, и когда Малфой резко остановился, чуть не врезался в него.

Через пять минут они переступали порог камбуза.

- Эй, драчуны, чё к полу примерзли, - раздался резкий голос Кори, - вставай в очередь.

- Новости разлетаются быстро, - буркнул Гарри, одарив Малфоя очередным злобным взглядом.

«Помои» (как однажды окрестил еду Рон; славу богу, не в присутствии Кори), плюхнулись на тарелку, и ребята прошли к своему месту. Оно как-то сразу за ними закрепилось, и они всегда сидели особняком. Это было и хорошо, и плохо. Хорошо - им никто не мешал, и можно было спокойно обговорить что-то без лишних ушей, а плохо, что их по-прежнему считали... впрочем, они и сами не знали, кем их считали.

Глава 5

Планета Грейс-Фол находилась на окраине Млечного пути, и от нее до Земли - рукой подать, если не исключать два гиперпрыжка. И хотя Дракон скрыла это от ребят, но «Шакал» напрямую шел к прародительнице человечества, давно раскиданного по всей Галактике и немного за ее пределами.

Ремонтная база «Нержавка» (странное, невесть откуда взявшееся, название, но спрашивать никто не рисковал, зная о крутом нраве владельца, в прошлом тоже гонщика удачи), предоставляла услуги за определенное вознаграждение и без лишних вопросов. Владелец Джем Карсон по кличке Корка брал втридорога, но за качество и молчание ручался, потому и от клиентов отбоя не было.

«Шакал» приближался к планете, постепенно заглушая двигатели. Все, кто не нес вахту, отдыхали в своих каютах или проводили время в кают-компании, стилизованной под ботанический сад с разнообразной флорой из многих уголков Галактики и поддерживаемый системой жизнеобеспечения корабля.

Корабль мягко сел на стапеля, лязгнув килем.

- Грейс-Фол, - булькнул Оркс, попутно поведав и о планете, и о цели прибытия.

Работы по очистке, не в переносном смысле, загаженных фильтров, продолжалась. Поттер с Малфоем, находясь в стороне от остальных, но и не слишком близко друг к другу, постоянно ощущали на себе их недовольные взгляды. Кому ж охота возиться в дерьме, если не ты зачинщик?

Так и работали, молча, под глухие удары инструментов по корпусу корабля да шипение сварочной горелки, что раздавались где-то вдалеке.

Время потерялось…

* * *

Голодные, уставшие, они смывали с себя грязь «ада», но его смрад, казалось, въелся в них навсегда. Руки Драко распухли и покрылись волдырями, что ложка держалась с трудом. В медотсеке его посадили рядом с емкостью, содержимое которой больше походило на жижу, в избытке лежащую на дорогах каждую осень, и заставили опустить в нее руки. Жижа приятно холодила кожу, слегка пощипывая.

Драко почти уснул за этим занятием, но его вырвали из приятных грез и приказали вынуть руки. Жижа стекала, не оставляя на коже и следа своего пребывания; руки стали прежними, волдыри сошли, а о ссадинах напоминали лишь розовые отпечатки.

Еле доплетясь до каюты, Драко провалился в сон, лишь коснулся головой подушки.

Вечер разбудил его теплым лучом заходящей местной звезды да вскрикиваниями Рона Уизли, которому явно снился кошмар. Все спали после суточного очищения канализационных фильтров. Джул не появлялась. Значит, они не нужны, и можно еще немного поспать, но сон пропал. Драко лежал и слышал храп Крэбба, сопения Поттера и остальных, а еще удары по корпусу корабля - ремонт шел полным ходом.

Через пятнадцать минут пустого лежания и созерцания потолка, он все же слез с койки и подошел к иллюминатору. Ландшафт Грейс-Фол мало отличался от земного: все та же зелень листвы, синева вечернего неба, краснота заходящего солнца, серость скал, возвышающихся поодаль от стапелей, на которых «Шакал» сидел, как наседка на гнезде, снующие туда-сюда по бетонной площадке ремонтники...

- Нет... пожалуйста, нет... держись...

Очередное вскрикивание Рона, голова которого металась по подушке, выдернуло Драко из грустных мыслей о доме и заставило подойти его, чистокровного волшебника, к этому предателю крови, чтобы разбудить. Что побудило его сделать это, он так и не понял.

- Уизли, - Драко тряс его за плечо. - Уизли, проснись!

Рон открыл глаза. Его дыхание было частым, а лицо покрыто испариной.

- Ты кричал, - равнодушно бросил Драко.

Приподнявшись на руках, Рон сел и еле слышно произнес:

- Спасибо.

- Ангар?

Рыжий только кивнул и опустил голову на подтянутые колени.

Драко уже собрался было направиться к своей койке, но вопрос, заданный Роном так и не поднявшего головы, заставил его остановиться.

- Ты когда-нибудь видел смерть?

Видел ли он смерть?

Видел.

В тот же день. Зачем спрашивать, если знаешь?

- Прости, я не то имел в виду, - сказал Рон, будто прочитал его мысли.  - Тебе доводилось видеть, как стекленеют глаза, как последний вздох слетает с губ, и тебе кажется, что это душа покидает тело, но ты все равно надеешься, пережимаешь рану, чтобы не истек кровью, хотя сам по локоть в ней?

Драко молчал. Он думал, что ужаснее того, что пережил он сам, ничего нет, но ошибся - хуже пришлось рыжему и Долгопупсу.

- Нет, не видел, - и помотал головой.

И опять молчание.

- Уже вечер, - произнес Рон, подняв голову и взглянув в иллюминатор.

- Вечер, - буркнул Драко.

«Вечер, - повторил уже про себя. - Такой же, как дома...»

И грусть захлестнула его с новой силой.

- Ложись спать, - тихо сказал он вслух.

- Я боюсь спать. Он вернется. Кошмар.

- Тогда просто лежи, пока есть возможность. Неизвестно, что Она еще придумает.

Глава 6

«Шакал» достигал заданной точки, чтобы начать перемещение, и вскоре привычные глазу чернота и сияние звезд исчезли, сменившись пурпуром гиперпространственного коридора, через который корабль преодолел не одну сотню парсеков.

Джул возникла, как всегда неожиданно.

- К капитану, - коротко бросила она, и тут же пропала, вздернув виртуальный носик с чувством выполненного долга.

- И что на этот раз? - раздраженно протянул Гарри, выходя из каюты.

Дракон стояла у одного из стеллажей, держа в руках открытую книгу в переплете с золотым тиснением и пожелтевшими страницами. Когда они вошли, она мельком на них взглянула и сказала:

- Редчайшая вещь... книга. - Любовно провела пальцами по старым страницам и, грустно вздохнув, закрыла ее. - Достать почти невозможно, только за большие деньги. Вот и «одалживаю» их у других эпох...

Поставив книгу обратно на полку, капитан вернулась к столу. Присев на краешек, и скрестив на груди руки, продолжила:

- Теперь поговорим о вас. В свете недавнего происшествия... - она осеклась, поймав на себе колючий взгляд Гарри. «Неужели все еще сомневается».  - Думаю, не лишним будет уметь защищаться от таких как Брюзга и прочих отбросов подобных ему.

- Мы в состояние постоять себя, - с вызовом произнес Гарри, вздернув подбородок, но капитан только хмыкнула. Она нажала на кнопку, вделанную в стол, и извлекла из открывшегося углубления семь волшебных палочек, при виде которых в глазах ребят зажглась надежда.

- Этим что ли? В мире, где магия под полным запретом, и за малейшее ее проявление - смерть? Один взмах этой деревяшкой, и магические ищейки найдут тебя быстрее, чем ты успеешь произнести заклинание, а церемониться они не любят. - Капитан сжала все семь в одной руке, отчего они опасно хрустнули. - А то, что вы умеете кулаками - курам на смех! Любой Брюзга уделает вас с лихвой!

С этими словами и характерным звяканьем, провожаемые молчаливыми взглядами, палочки полетели обратно в стол, после чего створки над ними закрылись.

- И потом... -  Дракон приблизилась к Гарри. На ее губах цвела странная, отдающая холодом, улыбка. - Никто не говорит, что это просьба.

Тот сглотнул, поступивший к горлу комок, но все же произнес:

- Нам не нужно...

- Поттер, говори за себя! - Из черных глаз Блейза сквозила непонятная смесь из страха и любопытства, и где страх явно преобладал.

- Гарри, - Рон коснулся его плеча, тем самым заставив обернуться, - думаю, Невилл бы тоже согласился...

- Я всего лишь хотел сказать, - раздражено бросил Гарри, - что незачем тратить время на то, что в нашем мире нам не пригодится...

- ... если доживете до возврата в него, - добавила капитан. - А с таким умением влипать во все неприятности как у вас, вероятность очень мала.

Зеленые глаза сверкнули из-под очков.

- Если мы будем покидать корабль...

- Пока вы здесь, - Дракон оскалилась, а ее рука легла на плечо Гарри, - будете делать то, что скажу вам я. И если скажу выйти в открытый космос без скафандров - вы это сделаете.

Пальцы впились в плечо Гарри с такой силой, что тот вскрикнул от боли.

- И мой тебе совет, парень - не шути с огнем, - она развернула его лицом к двери и толкнула. - Обучение начнется завтра в 9:00 в тренинг-каюте. Прошу не опаздывать.

До каюты шли молча. Но внутрь нее Гарри не вошел - он влетел, получив увесистый пинок в спину, когда переступал порог. Пролетев по инерции вперед, он с трудом удержался на ногах. Потом его оттащили к стене, развернули и буквально припечатали к ней спиной, да так, что он едва пошевелиться мог.

Это был Рон.

- Ты совсем рехнулся!!! - Уизли кипел от злости. Таким его Гарри видел впервые. - Захотел как Невилл, быть пропоротым насквозь?! Ты глаза ее видел?! Я не знаю, что удержало ее от ножа в твоем боку!

Слизеринцы со страхом взирали на Рона, опасаясь, что его агрессия перекинется и на них, и старались держать от него как можно дальше, насколько это вообще возможно в столь тесном помещение.

- Рон, - только и смог выдавить Гарри, - отпусти, мне больно...

Но тот его не слышал, лишь сильнее сжимая пальцы на руках Гарри.

- Не лезь на рожон, приятель, - Рон говорил уже тише и немного спокойнее. - Делай все, что она велит. Это пойдет на пользу, и не только тебе, но и всем нам. Что плохого, если мы научимся тому, что она предлагает? Что?

Рон смотрел Гарри в глаза и требовал ответа.

- Ничего, - ровным голосом произнес Мальчик со шрамом. - Ничего плохого в этом нет.

- Отлично, - отчеканил рыжий, разжав, наконец, пальцы, и Гарри смог спокойно вздохнуть.

В каюте повисла тишина, но нарушать ее никто не собирался из-за боязни попасть под горячую руку Рональда Уизли. Все разбрелись по койкам, и вскоре по каюте разнеслись тихие сопения и похрапывания. Не спал только Гарри. Он лежал, повернувшись лицом к стене, и думал. Мысли крутились в голове, сменяя друг друга подобно водовороту.

Рон прав. Что плохого в том, чему их хотели обучить? Разве такое может не пригодится? Или как все слизеринцы - ничего от маглов? Неужели Шляпа была права, когда хотела распределить его на Слизерин, а не прав он, уговорив ее не делать это?

Глава 7

Коридор был пуст, местами забрызган кровью, свежей, не успевшей высохнуть. Зеленой. Кровь мкрани. «Блин, язык сломаешь, пока произнесешь». Раздался выстрел. Вдалеке. Потом очередь, ругань, брань, и вновь тихо.

Они осторожно пробирались вперед. Сердце бешено колотилось, а руки слегка дрожали, но палец на спусковом крючке «BRT 6341 I», любовно прозванный Ангелом «Берти», держался крепко. Он шел первым, за ним Астролог, потом Чернокнижник и Циркач. Близнецы - замыкающие.

- Волк, - прошуршал в наушнике голос Хакера.

- Что?

- Впереди засада. Тепловизор показывает троих.

- Расстояние.

- Пятьдесят метров. Через два поворота.

Он обернулся и чуть не задел локтем Астролога.

- Можно не так резко, - недовольно бросил тот, успев увернуться. Его зеленые глаза зло сверкнули.

- Извини.

- Извини, извини, - передразнил его Астролог. - Аккуратнее надо быть.

- Парни, хорош эфир засорять, - предостерег их Хакер.

Те ничего не ответили, только смерили друг друга взглядами и продолжили движение.

В конце концов, он не виноват, что старшим в группе назначили его, а не Астролога? Он не напрашивался. Ему и без этого было неплохо. Этот же вечно рвется в лидеры. Но дракониха решила по-своему. И теперь этот постоянно недовольный взгляд в его сторону.

Впереди звякнуло. Он предостерегающе поднял руку - всем остановиться.

Тишина.

Сердце готово выпрыгнуть из груди, а лоб покрылся испариной. Первое, самостоятельное задание. Они не могут его провалить. Всего-то найти капитана и доставить живым на «Шакала». Вот только как этот самый капитан выглядит, черт бы его побрал? Эти рептилоиды все на одно лицо: ни знаков отличия, ни разницы в одежде - все одинаковое, словно клоны.

- Волк, - вновь ожил наушник.

- Что?

- Не забыл? Красный гребень, - словно угадав его мысли, напомнил Хакер.

- Да помню...

Красный гребень. Легко сказать, увидеть практически не возможно.

- Первичный признак лидера мкрани, - наставляла капитан, включив изображение на экране. -  Появляется в минуту опасности в затылочной части головы самца.

«В минуты опасности... - повторил про себя Волк. - А как эту самую минуту предугадать, если эти твари ничего и никого не боятся, по тем же самым словам капитана?»

Первый поворот... пусто. Коридор метров десять. Кровь повсюду. Господи, здесь что, всех через мясорубку пропустили? Знакомый спазм скрутил желудок. Ну нет, не дождетесь! То время прошло. Ноги скользили. Двигались медленно. Только было не упасть... в этот зеленый ужас.

Второй поворот... тихо. Он вскинул руку - всем стоять. Зеркальный визор на стволе прекрасно предоставлял обзор... бзынь... стекло вдребезги. Заметили.

- Волк...

- Хакер, не сейчас.

- Их уже пятеро.

- Понял.

- Подмога нужна?

Нужна ли им подмога? Шестеро против пятерых. Шестеро наскоро обученных, ни разу не обстрелянных, против пятерых «космических волков», готовых разорвать их бренные тела напополам. Он шутит? Разумеется, нужна! А лучше вообще здесь не появляться...

Ну, какого черта он попёрся тогда в лес?!

Он оглянулся. Все смотрели на него и ждали. Хорош старший, трусливая твоя задница. И этот лыбится, черт зеленоглазый. Подумать, он бы не струхнул? Вот зараза! Нажать на спусковой крючок, мкрани в решето, и дело в шляпе... А вдруг среди них капитан? «Стрелять только по ногам». Приказ четкий.

Чпок.

Волк вжал голову в плечи. Пуля врезалась в противоположную стену и отрикошетила. Слава тебе Господи, мимо...

Чпок.

Ну, и как тут стрелять по ногам, скажите на милость?

- Дай твой, -  обратился он к Астрологу. Сняв разбитый визор, он бесшумно положил его на пол и, присев на корточки, добавил: - Прикрой.

Воздух озарился красным и завонял гарью.

Чпок, чпок, чпок... пришло в ответ.

- Коридор не большой - метра три-четыре. Сидят за ящиками.

- Хреново, - заключил Чернокнижник.

- Циркач, - позвал он рыжего. - Ползать не разучился?

План безумный и рискованный, но ничего другого в голову не приходило.

Лязг металла резанул тишину. Это Циркач запустил своего «Берти» по полу к ящикам, за которыми скрывались мкрани, а в след и сам пополз к ним, прикрываемый Волком и Астрологом, не дававшим рептилоидам даже головы высунуть. Ползал он быстро, за считанные секунды, преодолев нужное расстояние. Вскочив на ноги и подхватив «Берти», Циркач обежал ящики и...

- Отбой, - прогремело сверху.

Картинка с рептилоидами задрожала, подобно горячему воздуху, мелькнула и пропала, обнажив серые стены тренинг-каюты.