Араш -Мастер храма Бога Хаоса

Глава 1

Багровое солнце Тартоса медленно тонуло за зубчатым горизонтом Пустошей Кхарна, окрашивая песчаные дворы Храма Бога Хаоса в цвет запекшейся крови. Воздух, еще днем раскаленный до звона в ушах, стремительно остывал, обещая ночной колючий мороз. Я, Араш, не чувствовала ни того, ни другого, стоя на краю тренировочной платформы. Мои пальцы впивались в шершавый камень парапета, но взор был обращен внутрь себя, туда, где горел образ, врезанный в память агонизирующим сознанием матери Моргуса.

Не чернильная карта на пергаменте, а память скал, изгиб высохших русел, силуэт одинокой меззы на вершине Черного Пика в сердце пустыни Генэ. Сокровища. Знания, ключ к свободе.

Мысль была пьянящей и предательской. Откупиться от Храма. Выплатить свой «долг» за годы обучения, еду, кров и знание, которое вдалбливали в меня, как кузнец вбивает раскаленный металл в форму. Храм не воспитывал — он ковал орудия. И я, новоиспеченный Мастер, была всего лишь самым новым, отточенным клинком в их арсенале. «Тихий Шёпот» и «Отзвук» у моего пояса тихо гудели, ощущая мое волнение, отвечая на него едва слышной вибрацией.

— Возможно ли это? — мой собственный голос прозвучал в голове холодно и прагматично. Я откинула со лба прядь темных, до плеч, волос. — Риски колоссальны. Пустыня Генэ не прощает ошибок даже таким, как я. А если Пак узнает...

Ашшш... Теплое, пушистое тело прижалось к моей ноге. Моргус. Еще не взрослый грифон, но уже и не птенец. Размах его золотисто-черных крыльев был с хороший щит, клюв и когти — отточенные кинжалы. В мой разум хлынула волна беспокойства, привязанности и простого голода. Я уронила руку на его голову, погрузив пальцы в густые перья.

— Тихо, малой. Я знаю. Ты тоже видел это. Это твое наследие тоже, — прошептала я, глядя своими ярко-голубыми глазами в его умные, преданные зрачки.

Я мысленно перебирала варианты. Нужен был предлог для ухода. Задание. Желательно — долгое и одиночное. Первое же задание Мастера. Пак наверняка уже придумал для меня нечто «захватывающее», проверку на прочность и покорность. Моя стандартная ученическая роба из прочного темного полотна, с множеством потайных карманов для зелий, порошков и клинков, казалась сейчас тесной клеткой.

Внезапный, резкий звук рога, разносящийся эхом по каменным ущельям храмового комплекса, заставил меня вздрогнуть. Не сигнал тревоги. Сигнал... прибытия. Важных гостей. Не ко времени. Сумерки — не время для визитов.

С низкого поводка, где обычно приземлялись посыльные ястреба, поднялась к небу мощная вспышка оранжевого света — телепортация высокого уровня. Не один человек. Группа.

Любопытство, холодное и профессиональное, заставило меня двинуться вдоль парапета к лучшей точке обзора. Моргус, насторожившись, последовал за мной, сливаясь с удлиняющимися тенями.

На главном дворе, уже залитом светом магических факелов, замерла группа легатов. Не храмовых. Столичных. Их узоры – личины горели на лицах в сумерках, словно живые чернила. Преобладали гости с оранжевым и зеленым уровнем силы — мастера, чиновники. И в центре... я замерла.

Двое с алыми, яростными узорами, которые плясали, как пламя. Легаты высшего эшелона. Воины. И эти лица... в них угадывались знакомые черты. Прямой нос, резкая линия бровей, высокие скулы. Сердце мое сжалось. Дорин.

Я не видела его с момента окончания испытаний. Его отозвали в столицу сразу после церемонии. И вот теперь здесь, рядом с этими людьми, стоял он сам. Высокий, широкоплечий, в безупречных дорожных доспехах столичного легата. Его светлые волосы были коротко стрижены, а в желтых глазах, обычно таких яростных, читалась неестественная отрешенность. Его собственная алая Личина горела ярко, но поза была неестественно прямой, а взгляд устремлен вперед, мимо знакомых храмовых стен. Он выглядел как на параде, а не как дома.

И тут же, чуть поодаль, словно не желая смешиваться с общей группой, стоял другой знакомый силуэт. Более стройный, в строгом темно-синем одеянии Храма Безмолвного Камня, с холодной, сдержанной аурой. Амон. Его узоры мерцали сложным, переплетенным фиолетовым узором на бледной коже. Его глаза, холодные и всевидящие, медленно скользили по фасаду храма, будто оценивая стоимость каждого камня.

Что он здесь делает?

Ворота главного зала распахнулись, и вышел Мастер Пак. Высокий, сухопарый, в своих неизменных темных одеждах, он казался воплощением спокойствия. Он произнес несколько слов приветствия, и группа стала перемещаться внутрь.

В этот момент Дорин резко обернулся. Его взгляд, дикий и беспокойный, метнулся по двору — он искал кого-то. На мгновение его желтые глаза встретились с моим взглядом, с моей скрытой фигурой в тенях. В них мелькнуло что-то быстрое, тревожное, почти паническое. Предупреждение? Затем его спутник — мужчина с алым узором-соколом, положил тяжелую руку ему на плечо, и Дорин, стиснув зубы, повернулся и исчез в дверях.

Амон же, проходя последним, намеренно замедлил шаг. Его голова повернулась в мою сторону. Он не мог видеть меня в сгущающихся сумерках, но он знал, что я там. Уголки его губ дрогнули в слабой, холодной, почти невидимой усмешке. Он слегка кивнул в направлении моего укрытия, как будто говоря: «Я вижу тебя, диковинка», и затем скрылся из вида.

Сердце мое забилось чаще, но не от страха, а от яростного, жгучего любопытства. Игры начались. Родители Дорина, явившиеся с помпой. И его заклятый брат, Мастер конкурирующего храма, здесь, как часть их свиты?

Глава 2

...Их имена, данные при рождении, были тяжелыми, как доспехи, и звучными, как удар клинка о щит. Имя, которое носил Дорин, было лишь удобным сокращением, данным ему в стенах Храма. Его полное имя, отражающее статус его древнего и могущественного рода, было Дориан эль-Касир из Дома Сокола.

Его брат, Амон, отвергнув имя, данное семьей, взял себе новое, но его происхождение никуда не делось. Его кровь, как ядовито заметил их отец, кричала. И если прислушаться, в холодных слогах его имени угадывался отзвук старого, забытого: Аморик эль-Касир. Теперь он был Мастером Амоном из Храма Безмолвного Камня, но для таких, как Пак, и особенно для его семьи, он навсегда остался беглым принцем, пятном на репутации Дома Сокола.

Их алые Личины — Дорина и его родителей — горели в кабинете Мастера Пака как раскаленные угли. Рядом, чуть в стороне, мерцал холодным фиолетовым светом узор Амона. Он стоял, скрестив руки на груди, будто наблюдая за представлением, к которому не имел прямого отношения.

Я, вызванная туда же, застыла в тени у двери, сделавшись частью интерьера, слушая. Моргус где-то на крыше ловил последние лучи багрового солнца, его присутствие в моем сознании было успокаивающим фоном.

— ...и потому мы здесь, Мастер Пак, — голос отца Дориана, Валариуса эль-Касира, был веским и не терпящим возражений. — Угроза реальна. Мы раскрыли нити заговора, ведущие в самые высокие кабинеты Умбары и даже ко двору Императора Азарии.

Его жена, Ливия эль-Касир, с лицом, прекрасным и безжалостным, как лезвие, кивнула. Ее голос был тише, но оттого не менее опасным:

— Кто-то очень могущественный желает сорвать помолвку. Брак наследника имперского престола, принца Кассиана, и нашей племянницы, Ланиссы из Дома Кобры, — это не просто союз двух сердец. Это клятва мира между Азарией и Умбарой на поколения вперед. Кто-то хочет войны.

— Заговорщики уже предпринимали попытки, — продолжил Валариус. — Отравленное вино, которое случайно выпил дегустатор. «Несчастный случай» на охоте, когда на Ланиссу спустили разъяренного песчаного медведя. Они изощренны и не оставляют следов.

— И вы хотите, чтобы Храм Бога Хаоса предоставил охрану? — уточнил Пак, его пальцы сложены домиком, фиолетовый узор на лице был непроницаем.

— Мы хотим лучшего, — поправила его Ливия. Ее взгляд, тяжелый и оценивающий, скользнул по Дориану, потом по мне, и наконец остановился на Амоне. — Мы хотим, чтобы охрану возглавили они. Мастера. Не солдаты, которых можно купить или запугать, а те, чья воля закалена в Пустошах Кхарна и ледяных садах Безмолвного Камня.

Дориан выпрямился, его алая Личина вспыхнула от вызова.

— Я готов. Я защищу Ланиссу своей жизнью.

— Твоей жизни недостаточно, сын, — холодно парировал Валариус. — Нужен не просто меч. Нужен ум. Хитрость. Предвидение. Те, кто видит яды, скрытые в комплименте, и нож в спине — в дружеском жесте. — Он посмотрел на Амона. — Его школа... сильна в этом.

Амон медленно кивнул, его лицо все так же ничего не выражало.

— Храм Безмолвного Камня видит то, что другие предпочитают не замечать. Я могу обеспечить... анализ угроз.

— А она, — Ливия указала тонким пальцем в сторону Араш, — может их нейтрализовать. Нам докладывали. Та, что выживает там, где другие сгорают. Та, что может принять любое обличье и чье оружие находит цель. Прагматизм Храма Хаоса в ее лице. Идеальный инструмент для грязной работы.

Мое сердце сжалось. Инструмент. Всегда только инструмент.

Пак слегка кивнул, его расчетливый ум уже взвешивал выгоды. Предоставить охрану для невесты такого уровня — это огромное политическое влияние, долги, которые потом можно будет взыскать с Дома Сокола и Кобры.

— Мастер Араш только что получила свое звание. Это будет ее первое задание. Испытание. — Он посмотрел на нее, и в его взгляде читался приказ. Приказ и предупреждение. — Мастер Дориан будет отвечать за физическую безопасность. Мастер Амон — за выявление угроз. Мастер Араш — за ближнюю охрану и превентивные... меры. Вы будете работать вместе. Вопреки личным антипатиям.

В воздухе повисло напряженное молчание. Дориан сжал кулаки, его взгляд метнулся от брата ко мне, полный ярости и беспомощности. Амон лишь приподнял бровь, словно говоря: «Как интересно получилось».

Я медленно вышла из тени. Постаралась, чтобы мой голос прозвучал ровно и холодно, без тени эмоций:

— Я понимаю задачу. Когда мы отправляемся?

Вопрос был простой и деловой. Идеальная маска для бури, которая бушевала у меня внутри. Заговор против империи. Охрана невесты. Дориан, пылающий обидой. Амон, холодный как лед. И я, как «инструмент» на перепутье.

Но где-то там, в пустыне, ждала моя тайна. Карта, оставленная матерью Моргуса. Ключ к свободе.

Ирония, — подумала я. — Меня посылают охранять чужую невесту, в то время как моё собственное будущее висит на волоске. Что ж. Возможно, в суматохе дворцовых интриг найдется момент, чтобы сделать шаг к своей собственной цели.

Первое задание Мастера начиналось. И оно пахло не песком и кровью, а ядами, предательством и большей политикой.

***

Телепортационный ковчег Храма Бога Хаоса выбросил их на окраине города-крепости Энкор, известного своими искусными ремесленниками и самым большим рынком в регионе. Стены Энкора, высеченные из единой скалы, были пронизаны древними рунами, подавляющими любые попытки магического проникновения. Никаких порталов внутрь. Только главные ворота, днем и ночью охраняемые десятками стражников в доспехах, инкрустированных подавителями магии.