Аромат слепой весны

Глава 1

Тёплый весенний ветер разносил по поместью Небесной Луны аромат цветущей сакуры. Юмико шла по каменной дорожке, сжимая ладони в кулак — её сердце билось чаще обычного.

Наставница только что вызвала её к себе, что было удивительно само по себе, так ещё и поручила неожиданное задание: стать сопровождающей Сё — её младшего брата.

— Тебе хватит чуткости и такта, чтобы помочь ему без лишней жалости, — говорит Аями, глядя на Юмико своими проницательными ярко‑синими глазами. — Будь рядом, не отходи от него ни на шаг. Я боюсь… что он совершит непоправимую глупость. Будь терпелива и усердна, и, несомненно, я вознагражу тебя.

Юмико кивнула, стараясь не выдать волнения.

Она смутно помнит Сё — в детстве видела его лишь издалека, мельком, когда он ещё не покинул клан. Высокий, неуловимый и дерзкий… Он вечно доставлял наставнице хлопот, не следуя протоколу. Казалось, что проще поймать вечер, чем его.

Теперь же он вернулся — ослепший, но, как говорят, всё такой же непреклонный и гордый.

Юмико знает, что под этой маской сейчас скрывается сломленный, испуганный человек. Что Сё просто играет роль, не желая доставлять удовольствия врагам своим отчаяньем.

«Всё же он потерял зрение…»

Какого это — в один момент потерять практически всё? Какого это — чувствовать себя слабым, ничтожным человеком, когда раньше восседал на пьедестале? Мир слабость не прощает, особенно потомкам благородных кровей. За их успехами и неудачами люди следят пристально, до изнеможения. Одна единственная ошибка, один прокол — и ты потеряешь всё.

Юмико даже рада, что родилась в обычной крестьянской семье. Там были нужны рабочие руки, а не идеальная осанка и оценка строгих преподавателей. Там можно было быть неидеальной. Здесь же — нет!

Девушка нервно сглотнула, закрыла глаза и досчитала до трёх. Ворота в поместье Первого Господина уже виднелись впереди: синяя черепица, белоснежный камень… Юмико почувствовала иррациональный страх. Она слышала, что некоторые люди становятся придирчивыми и злыми к другим, когда теряют дееспособность. Остаётся лишь надеяться, что младший брат наставницы не упадёт настолько низко, чтобы из‑за своего увечья портить жизнь другому человеку.

Нервный смешок тронул губы Юмико.

«И когда я стала столь наивной?»

Пусть наставница — приличный, добрый человек, который не делает большой разницы между благородными и низкородными, это не гарант того, что её брат придерживается той же политики.

«Никто не помешает ему пользоваться своей властью, ведь он будет в своём праве…»

Ученики в клане принадлежат клану. А Сё остаётся старшим сыном Главы. И пусть, как слышала Юмико, между этими двумя пробежала чёрная кошка, простых учеников этот конфликт не касается — они по‑прежнему обязаны кланяться и выражать почтение Сё, пока Глава не скажет обратного.

Юмико отчётливо помнит, какой кошмар царил в клане, когда Сё уходил из него. Кажется, года три Глава посылал за ним учеников с приказом привести Сё обратно, но тот был неуловим, словно ветер. Ученики возвращались ни с чем — из‑за этого они получали строгое наказание от Главы за проваленную миссию.

В конечном итоге наследницей провозгласили Аями. Наставница Юмико обладает утончённым вкусом и манерами — ей бы быть женой какого‑нибудь богатого даймё, а не преемницей. Тем более что, помимо Сё, у Главы был ещё один сын от второй жены, которого звали Сирануи. Ему зимой исполнилось пятнадцать лет, но он уже приручил сильного ёкая — Юкионну. Все в клане ждали, когда Глава сместит наставницу на своего младшего сына, но тот не спешил этого делать.

Когда же неделю назад Аями пропала на три дня, а затем вернулась с ослепшим братом на руках, вновь поднялся шум. Глава не выпускал их из своих покоев целые сутки — о чём они разговаривали, никто не знает. Но в конце концов поместье Первого Господина вновь открыли.

Юмико изо всех сил старается оставаться незаметной. Её цель проста: скопить достаточно денег и покинуть клан — навсегда, держась как можно дальше от всех этих страстей и интриг, что бушуют вокруг.

«Что благородным — игры, низкородным — верная смерть», — эта горькая истина отпечаталась в её сознании с детства.

Она слишком хорошо знает своё место в этом мире. Юмико не станет искушать судьбу, гонясь за призрачными шансами возвыситься. Слишком высока цена ошибки.

В конце концов не всем суждено быть главными героями. Второстепенные роли тоже по‑своему важны — и порой быть одной из них куда безопасней.

***

Тёплый вечерний ветер играл листьями старых ив, окаймлявших внутренний двор поместья Первого Господина. Среди них затесалась сакура — она должна была вот‑вот зацвести.

Юмико шла медленно, стараясь ступать бесшумно по выложенной камнем дорожке, продвигаясь к беседке, откуда доносилась музыка.

Сё сидел к ней боком, неподвижный, как высеченная из камня статуя. Контраст поражал: белоснежные волосы — и чёрная повязка; мягкий шёлк халата — и грубая кожа браслетов. Пряди волос, выбившиеся из небрежного хвоста, падали на лоб, едва касаясь края повязки. Халат колыхался от ветра, вышивка стилизованных крыльев мерцала серебром. Осанка у мужчины прямая, он держал в руках пиалу с саке, готовясь сделать ещё один глоток.

Рядом с беседкой двое музыкантов играли на пипе — их мелодия лилась плавно, обволакивая пространство тихой грустью.

Юмико остановилась в нескольких шагах, невольно залюбовавшись видом. Даже в ослепшем состоянии Первый Господин излучал опасность — сдержанную, затаённую. Подтянутое, жилистое тело с чётко очерченными мышцами рук и плеч выдавало в нём закалённого в боях оммёдзи. Резкие аристократичные черты лица — высокие скулы, прямой нос, чётко очерченная линия подбородка — казались высеченными из мрамора. Шрам над левой бровью совсем не портил образ, даже наоборот, делал Сё более зрелым и мужественным.

Когда музыкант доиграл последнюю ноту, Юмико сделала шаг вперёд и поклонилась.