Бал императора драконов

1.1

Я спала крепким сном в своей тихой, уютной комнатке на верхнем этаже нашего дома, когда снизу раздался визг и топот. Наверняка опять случилось нечто невероятное и сестры захотят рассказать мне об этом. Искренне, от всего сердца я уверовала в то, что до меня всё это не дойдет, но, как оказалось, зря:

– Мираслава, просыпайся! Ты не представляешь, что только что произошло! – вбежала в комнату первая моя и самая старшая сестра Карина.

Она всегда очень ярко проявляла свои эмоции, немного раздражая окружающих ее людей, поскольку никто не привык к столь яркому и бурному потоку слов, мимики и действий. Я стараюсь сделать вид, что очень крепко сплю, хотя никто мне, судя по всему не верит:

– Мирочка, сестрёнка! Угадай, что случилось! – предлагает мне вторая сестра Луиза в своей излюбленной манере сюсюкать.

Высокая и грудастая Карина, коренастая и такая же пышная в груди Луиза. Обе девушки отличались не только шикарным бюстом, но и прекрасными тёмными волосами до пояса. Похожие во внешности, Карина и Луиза также схожи в характере – хохотушки, любительницы мужского внимания. Они с хохотом упали на мою бедную кровать, катаясь по ней из стороны в сторону.

Конструкция издала жалобный скрежет, подсказывая всем лежащим, что не стоило так резко падать на нее, но мою родню это не останавливает и все продолжается даже в худшем варианте.

Я всё же открываю глаза, пытаясь понять, что в такой ситуации вообще принято делать и как на нее реагируют люди? Но, увы, мне не дают этого сделать:

– Завтра будет императорский бал! – кричит первая сестра, размахивая какой-то афишей, видимо, этого самого бала.

– Там будет сам император Вальнор! – завизжала вторая, тряся ладонями в воздухе.

Я ожидала этим утром что угодно, только не то, что произошло. Планам проснуться в десятом часу в полном одиночестве и тишине не суждено сбыться, увя. За первыми двумя сёстрами вбежала третья, окончательно разбавляя мое сонное состояние:

– Вы разбудили Миру, дурочки! Она же ещё спала! – Маришка всегда была для меня оплотом зрелости и ума среди нашего женского коллектива, на нее я всегда полагалась, если нужно в чем-то убедить наших старших сестёр.

Нас в нашем большом доме живёт всего десять человек – матушка, я и три моих сестры, а ещё пятеро служанок. Карина и Луиза отвечают, если можно так сказать, за необоснованную мечтательность по отношению к противоположному полу, я и Маришка – это скорее про ум, расчётливость и холодный взгляд на мир, наша мама представляла собой что-то среднее между холодом и теплом, умом и сердцем. Служанки, в основном, женщины от двадцати до тридцати лет, тоже не отличались особым характером, являя собой смесь романтики, обожания мужчин и балов. Не хочу ни в коем случае показаться заносчивой, но мы с Марией вроде как единственные в нашем доме, кто трезво оценивает мужчин как противопожарный пол, а ещё холодно смотрит на вещи.

Да, безусловно когда-то я тоже была такой – милой глупышкой, но всё разбилось в ничто, когда мой первый мужчина сказал, что я ему не подхожу. Тогда в мой адрес прозвучало много нелестных слов, которые я запомнила на всю жизнь и уже никогда не смогу забыть. Рикки Вуондлер оставил в моем сердце большую дыру и заполнить ее вряд ли получится, а вот у старших сестер, несмотря на возраст, такого не произошло. Карина и Луиза никогда не состояли в отношениях, хотя пытались в них неоднократно вступить, но у них не получалось.

Скорее всего, этот бал им нужен для того, чтобы попытаться снова найти себе пары, ведь там будет много знатных и богатых молодых людей. Я же уже не хочу таскаться по этим балам, потому что не вижу в этом совершенно никакого смысла. С моей стороны, конечно, глупо так говорить, но пытаться я больше не хочу.

– Ты опять пропустишь все веселье? – грустно спрашивает Карина, оборачиваясь в мою сторону, чтобы показать свои грустные глазки.

– Ну-у, нет! Ты, Мира, будешь веселиться с нами и обязательно найдешь себе достойного мужчину! – заявляет Луиза, тыча в меня пальцем для придания себе бо́льшей важности.

Я громко вздыхаю и умоляюще смотрю в глаза Марии и она мигом подхватывает мою мысль:

– Если она не хочет, то пусть проведёт вечер в тишине и спокойствии! – просто моя спасительница, так я благодарна моей любимой сестрёнке за ее слова.

Я смотрю на нее с нескрываемым обожанием, а она улыбается в ответ, мы достигли согласия ещё давным-давно, когда обе остались без мужчин, когда нас обоих они предали в том или ином смысле этого слова.

– Мира, но ведь это может быть твой шанс! – молит первая сестра, словно я лишаю этой возможности не себя, а её.

– Да, ведь там будет множество мужчин, даже сам император, а ты хочешь пропустить такое грандиозное событие! – просит уже вторая сестра, будто отражение Карины.

– Да оставьте вы её уже в покое! Не хочет и пусть не идёт, это ее дело! – уже начинает злиться Маришка, глядя на сестёр тем взглядом, который я обычно зову "за минуту до...".

Между ними завязывается нешуточная ссора, предметом которой являюсь я. Безусловно это не может не волновать меня, поэтому я хочу развести бойцов по разным углам ринга:

– Успокойтесь, пожалуйста! Я пойду завтра на этот бал, так уж и быть, но уйду раньше, поскольку не ожидаю от этого бала каких-либо результатов! – объявляю я, пока в комнате под конец моей речи не воцаряется тишина.

Мария отступает, видимо, понимая, что я хочу уступить старшим, ведь они не отстанут, а сёстры визжат от счастья:

– Тогда тебе нужно поехать с нами за платьями к мадам Моулкин! У тебя всего два старых наряда! – заявляют они почти в один голос, иногда я сама удивляюсь, как они похожи друг на друга и при этом умудряются сохранять индивидуальность.

– Чем плохо старое? – укоризненно спрашиваю я как любительница носить одно и то же долгое время.

Действительно, за последние пять лет я едва ли полностью обновляла гардероб – только несколько сапожек и головных уборов. У меня есть несколько обычных и несколько торжественных нарядов, но всем им уже по несколько лет, некоторым счёт ушёл за семь лет. Можно ли носить столько времени одно платье? Наверное, нет, так могу только я...

1.2

Подъём оказался ранним даже по моим меркам – я проснулась в абсолютно пустой комнате, только служанка Гельда робко трясла меня за плечо:

– Все девушки уже собираются на бал! – встревоженно сказала она.

– Сейчас шесть утра, а бал будет в шесть вечера... – даже в сонном состоянии понимаю я эту простую вещь.

– Ну и что?! – в комнату забегает Карина, ее голова замотана в фольгу, кажется, она окрасила волосы.

Я смотрю на нее не совсем понятливым взглядом, а она объясняет мне:

– Нужно вымыться, сделать все процедуры по окраске и укладке волос, одеться, подобрать эту одежду, потом макияж и ещё дворец императора в часе езды от нашего дома! Представь, сколько всего нам нужно сделать, а потом ещё трястись час в карете! – ее голос с каждым словом становится всё выше и выше.

Мне не остаётся ничего, кроме как закатить глаза в лёгком раздражении. Каждое мероприятие, будь то бал или званый ужин, мои сестры встречают так, словно никогда туда больше не попадут – верещат об этом событии сутки напролёт, а потом за полдня начинают собираться, чтобы три часа походить по комнате среди других таких же людей.

– Поднимайся скорее, мы ещё успеем сделать тебе покраску волос! – зовёт меня Луиза из соседней комнаты, а я не понимаю, что там за покраска такая, что на неё нужно аж двенадцать часов.

– Иду, – умоляюще отвечаю я, медленно вставая с кровати.

Дом превратился в сплошной бедлам – здесь проживает не больше дюжины человек, а по ощущениям стадо слонов! Все бегают туда-сюда, суетятся, теряют что-то, а потом находят, ругаются между собой, чтобы затем помириться и вновь разругаться. Мои сестры собирались на бал, их обслуживали все наши служанки, только мама уехала по делам и приедет совсем скоро.

Боже мой, дай мне возможность пережить этот день, а будет он, судя по всему, очень долгим. Если мероприятие начинается в шесть вечера, то из дворца мы выйдем только к полуночи в лучшем случае.

– Мираслава!!! Поднимайся и иди сюда, краска для тебя уже разведена!

Шесть утра, а я сижу в комнате среди суеты и на мою голову выливают ужасно пахнущую жидкость, хотя на мне нет ни одного седого волоса:

– Ты обязана этим вечером быть идеальной, как и все мы! – объясняет сестра.

Очень не хочу всё это делать и просто медленно засыпаю прямо на стуле, свесив голову на бок.

– Проснись! – Карина командует, чтобы я шла смывать краску.

Я снимаю с себя пижаму, которую не успела снять после сна, нагибаюсь над ванной и включаю теплую воду. От сонливости я чуть не упала вперёд, но сразу проснулась и не позволила себе заснуть. Темный ручей стекает в сливное отверстие, а я жду, пока вода не станет светлее. Теперь можно закрутить кулёк на голове и идти заниматься дальнейшими приготовлениями:

– Мира, куда ты? Теперь нужно делать укладку и макияж, – меня останавливают две сестры и садят в удобное кресло, я снова погружаюсь в сон.

Сквозь пелену чувствую, как меня красят, сушат волосы и завивают их. Очень хорошо, ведь можно пропустить все эти унылые события, а потом уже сразу перейти к главным делам.

Меня снова вытаскивают из сна слова Марии:

– Вставай, мы уже пошли одеваться!

В смысле одеваться? Сейчас в лучшем случае восемь утра, куда и зачем мы идём одеваться? Я задаю резонные вопросы, на что меня снова ставят на место:

– Ты как будто первый раз родилась, Мира! До бала будет ещё званый обед, а до обеда встреча с гостями и знакомство! Нужно приехать во дворец к десяти утра! – я в шоке перевариваю эту информацию, мне никто не говорил об этом.

Раньше, если мы собирались посетить определенное мероприятие, то мы шли именно на него, там не было кучи формальностей до этого момента. Сейчас, видимо, особенный случай, поэтому я затухаю, чтобы не раздражать остальных собственным неведением.

В гардеробной ещё с прошлого дня для нас заготовлены платья. Я попросила нашу швею-служанку убрать лишние метры ткани, чтобы не тащить на себе всю эту необъятную массу украшений и складок. Сёстры наоборот попросили добавить ещё пару элементов, что создало пышность образа сильнее, чем до этого. Что ж, я не хочу обсуждать их наряды, поэтому пусть носят то, что хотят.

– Я первая! – кричит от восторга Карина и бежит в единственную примерочную, чтобы надеть свое бежевое платье.

Ей требуется долгих десять минут, чтобы водрузить на себя громоздкий наряд и при этом не повредить прическу. За ней пошла Луиза, которая возилась ещё дольше, ведь ее волосы завиты особенным образом – очень громоздко и масштабно. После пошла Маришка и я с нетерпением хотела увидеть, как на ней сидит платье. Она вышла и я обомлела – наряд оказался ей как раз! Она выглядела просто обворожительно! Если бы я была мужчиной, то наверняка потеряла бы голову. Оливковый цвет ей к лицу. Настала моя очередь и я взяла одежду, чтобы пойти внутрь примерочной.

Я никогда не любила долго возиться, поэтому, несмотря на укладку волос, быстренько сняла домашнюю одежду и влезла в платье, застигнув по максимуму молнию на спине, а до конца ее дотянули уже сестры, когда я вышла к ним:

– Ты выглядишь просто волшебно, – улыбается Карина, глядя на меня с ног до головы.

– Мне кажется, на этом балу все будут смотреть на тебя! – заявляет Луиза, также рассматривая меня, а я начинаю смущаться.

– Да, ты действительно настоящая звезда! – заканчивает череду комплиментов Маришка.

Мне, правда, совсем становится стыдно, будто меня ругают, а не хвалят. Некогда думать о комментариях моих сестёр, поскольку мы сразу же спускаемся па первый этаж, где нас ожидают служанки. Они подают нам вернхюю одежду, обувь и мы выходим на свежий воздух. За оградой нас ожидает карета, которую матушка наняла специально для торжественного случая.

Мы проходим к ней, пытаемся усесться внутрь, но там слишком тесно, поэтому каждая из нас, включая маму, сидит почти друг на друге. С другой стороны хотя бы не пешком... Мне кажется, я вся затеку, пока карета с кучером довезёт нас до дворца императора.