Баронесса Кашинская. Комбо над пропастью

Пролог

Российская Империя, город Тверь, Центральная агломерация

Еще вчера Анна ждала этого дня с нетерпением, но когда приехала в Центр Системы от чего-то начала нервничать. На следующий день ей исполнялось восемнадцать, и должен был открыться доступ к тому, что в старые времена называли игровым интерфейсом. Во сколько это произойдет и как – неизвестно, известно только, что в день совершеннолетия каждый человек получает то, что заслужил.

Анна готовилась к этому практически с рождения, как и все дети этого нового мира. Хотя все, конечно, зависело от финансовых возможностей, а они, прямо скажем, у давно обедневшего баронского рода Кашинских были невелики, да и личные предпочтения тоже играли свою роль. Она ходила в неплохую школу, где готовили к жизни внутри Системы, и этого было бы достаточно для обычного ребенка, вступающего на путь взрослого человека, но этого было совершенно недостаточно в ее ситуации. Впрочем, она считала, что ничего страшного случиться не должно. Не с ней.

В Центре девушке определили бокс, вполне комфортабельную комнату, где она проведет эту ночь и весь следующий день, а возможно и еще несколько дней, чтобы адаптироваться. Не у всех, не всегда, но иногда случались сложности с установкой интерфейса и адаптацией. Мало ли как организм отреагирует на приход Системы? Мигрень на несколько часов получали практически все, но бывали и случаи похуже, иногда даже кто-то не переживал установки. Правда, такое случалось довольно редко.

– И чего я сейчас об этом думаю? – пробормотала Анна, заваливаясь на вполне удобную кровать и подключая игровую консоль. Пока можно и поиграть в обычные игры, возможно, в последний раз в этой жизни.

Через час пришли сотрудники, прицепили пару датчиков, чтобы следить за состоянием, отслеживать показатели жизнедеятельности, ну и эксперименты проводить, конечно. Ведь никто не знал, что такое Система, откуда она вязалась, а главное, никто не мог в точности уловить тот момент, когда она появляется в голове. Как она это делает? Просыпается из каких-то внутренних резервов мозга, посылается лучом с инопланетного корабля более развитой цивилизации, просачивается сквозь ткань мироздания? Ученые строили теории, спорили до хрипоты, была, говорят, даже пара драк на эту тему. А может, и не пара, ученые мужи – народ горячий, за свои теории любого разорвут. Особенно, своего собрата по науке с другой теорией.

Да это и неважно, факт в том, что в первые сутки совершеннолетия человек начинал видеть интерфейс Системы, который подозрительно напоминал обычный игровой, как в любой онлайн игре старого, да и этого мира. Хотя надо сказать, что большинство современных игр просто в точности скопировали то, что видит любой взрослый. Зачем что-то придумывать, если можно не придумывать?

Теперь дети играли в компьютерные игры постоянно, но это было не развлечением, а частью обучения, подготовки к взрослой жизни. Их сверстники еще несколько десятилетий назад могли об этом только мечтать. Сейчас же это просто скучная обязанность, а играть предпочитали в охотников на чудовищ и в покорителей пустошей, бегая с игрушечным оружием на улице.

Когда стрелка часов перевалила за полночь, Анна стала нервничать все сильнее. Родилась она полвторого ночи, именно с этого времени идет суточный отсчет. Но девушка все же заставила себя лечь спать, хотя сон не шел. Как можно успокоиться и заснуть в такой ситуации?

И ровно в полвторого пришла страшная боль – голову просто разрывало на части, перед глазами замигалии красные блики, из носа, глаз, ушей пошла кровь. Угасающим кусочком сознания баронесса Кашинская поняла, что так не должно быть, что что-то явно пошло не так. И это было последнее, о чем она успела подумать перед тем, как полностью отключиться.

В ее комнату вбежали сотрудники Центра, потом медики, но что бы они не делали, сердце девушки остановилось. И когда врачи уже потеряли всякую надежду его запустить, оно толкнулось в груди вновь. Раз, второй, а потом ровно застучало, будто ничего и не произошло.

*****

Я проснулась в палате. Как неожиданно! Впрочем, аппарата жизнеобеспечения не было и это уже хорошо, ведь последнее, что я помню, это как я начала задыхаться и врачи кричали, что необходимо подключить ИВЛ.

Это ведь так обидно и глупо – только сбылась мечта, только жизнь начала налаживаться, и тут я настолько тяжело заболела.

Вот ты – совершенно здоровая девица двадцати трех лет от роду, подхватив мартовскую простуду, кашляя и чихая, отпросилась с работы. Идешь, значит, домой, размышляя, зайти ли в аптеку или дома осталось что-то из лекарств, и видишь, как уже по подтаявшем льду пруда бежит ребенок. Сердце пропускает удар, потом начинает стучать чаще, ты наблюдаешь, люди с берега кричат, ты молишься про себя всем богам, но чуда не случается. Дальнейшее я помню смутно, возможно, из-за уже поднимающейся температуры. Но этот обжигающий, впивающийся во все тело острыми иглами холод от ледяной воды, в которую я провалилась, когда доставала из полыньи ребенка, я запомню надолго. Нет, я не утонула, нас с ребенком слава богу все же выловили, потом осмотрели врачи прибывшей скорой. Мелкого отправили в больницу, а меня, не найдя серьезных повреждений, подвезли до дома.

Только вот уже начинающаяся болезнь и последующее купание в проруби дали о себе знать – началась пневмонии. Мне становится все хуже и хуже, и соседка по квартире вызвала скорую. На тот момент я уже почти не могла дышать. Меня отвезли в больницу, но лучше там не стало. Последнее, что я помню – я задыхаюсь, что-то кричат врачи, и сознание медленно уплывает в серую вязкую даль.