Октябрь в этом году выдался злым. Небо нахохлилось и обрушилось на город сплошной серой стеной. Дождь хлестал по лицу, затекал за воротник, и казалось, сама вселенная решила добавить перца в и без того дерьмовый денек. Мда… Иначе этот месяц и не опишешь.
Я Андрей, мне двадцать семь лет, и если бы существовал рейтинг «неудачник года», я бы возглавлял его с большим отрывом. Жизнь — та еще стерва. То подкинет надежду, то с размаху окунет мордой в грязь. Вот и сегодня: снова увольнение, снова плетусь домой, переставляя ноги, будто они налиты свинцом. Впереди — разговор с женой, ее усталый взгляд и мое привычное: «Прости, я справлюсь».
«Почему?» — спрашиваю я у дождя. Дождь не отвечает, он просто лупит по лужам, разбрызгивая грязь на мои единственные приличные ботинки. «Что я делаю не так?» — вопрос повисает в воздухе, мокрый и тоскливый.
Ладно. К черту. Завтра придумаю. Сегодня задача минимум — пережить вечер и успокоить Марию.
— Твою ж дивизию, ну и свинарник, — бормочу я себе под нос, перешагивая через пакет с мусором. Город утопал в грязи. Мусорные баки похожие на сытых доисторических чудовищ, раздувались от отходов. Полупьяные мужики у ларька травили байки, бродячие собаки рылись в кустах. Хорошо хоть крысы не бегают, как в Нью-Йорке. Хотя, может, просто не показываются. Шикарный город. Мечта поэта.
Но кто я такой, чтобы жаловаться? Я сам выбрал эту жизнь. Сам. Когда-то, давно, я принял решение, и теперь пожинаю плоды.
Ах да. Я же не представился по-нормальному. Я — волк. Точнее, северный вервольф. И нет, в полнолуние я не вою на луну и не бросаюсь на людей брызжа слюной. Это всё сказки для тех, кто слишком много смотрит кино. Шерсть покрывает меня целиком, когда я обращаюсь, а не только бицепсы и спину, как у этих голливудских мачо. Кто вообще снимает эту чушь? Наверное, те, кто ни разу не видел настоящего оборотня. Знает ли моя жена, кто спит с ней в одной постели? Как-то, по пьяни, я ляпнул ей правду. Она рассмеялась, чмокнула меня в нос и сказала: «Ах ты мой зверюшка». Не поверила. И слава богам. Представляю её лицо, увидь она меня в истинном обличии.
Жалею ли я, что выбрал путь человека? Ни дня. Ни единой секунды. У меня есть Мария. Моя тихая, тёплая Мария, от которой пахнет яблочными пирогами и уютом. У нас сын Дима и дочка Кира. Почти десять лет я живу под прикрытием, среди людей, и это прекрасно.
Но, если честно… Иногда внутри просыпается тоска. Дикая, первобытная, ледяная. Иногда мне хочется скинуть шкуру человека, стать огромным волчарой и выть в лесу так, чтобы у людей кровь стыла в жилах. Лес… Это единственное место, где я чувствую себя по-настоящему живым. Бежать по хвое, разрывать папоротники грудью, чувствовать запах зайца за километр. Ни один спорткар в мире не подарит таких ощущений. Я даже перестал ездить в лес. Вру жене, что ненавижу собирать грибы. А на самом деле — боюсь. Боюсь сорваться. Боюсь, что однажды зверь во мне возьмет верх и я уже не вернусь обратно к Диме и Кире.
Первые годы после ухода из стаи были адом. Ищейки рыскали по следу, охотники с серебром шли за мной по пятам, бывшая стая жаждала крови за предательство. Пришлось научиться заметать следы так, чтобы даже самый чуткий пёс не взял след. И жить. Жить как человек: ходить на работу, платить налоги, смотреть «Мстителей». Кстати, представьте картину маслом: огромный лохматый волк сидит на диване, в лапе — пульт, на экране — Капитан Америка. Ахаха. Забавно, наверное, со стороны. Но внутри меня это уже не смешит. Это моя реальность.
Пока я предавался этим мыслям, ноги сами принесли меня к дому. Старая пятиэтажка с облупившейся краской, лужа у подъезда, вечно сломанный домофон. Родной, блин, порог. Отмазку для жены я так и не придумал. Ну и ладно. Импровизация — наше всё.
Я глубоко вздохнул, поправил мокрый воротник и нажал кнопку звонка.
— Маааария! Я дома.