Байки от Петровича

Байки от Петровича

Глава 1. Декор

1

Петрович был мастер на все руки. Окрестные бабушки тащили к нему всякий неремонтопригодный хлам, а он делал из него конфетки (но об этом будет отдельный рассказ). Его обитель располагалась в железном гараже, недалеко от железнодорожной ветки, которая вела на склады. Там же он собирался по пятницам со своими друганами, чтобы выпить пивка и обсудить местные новости.

Золотые руки Петровича ценились очень высоко, так что и денежки у него водились. Был он широкой души человек, и охотно делился с теми, кому это действительно было нужно. Но и простодырым его нельзя было назвать — любителей халявы он чуял за версту и гнал их от себя поганой метлой.

Особо горячая пара начиналась у Петровича в начале осени. Народ возвращался с дач, из отпусков, дети отправлялись в школу. Всем надо было что-то чинить, ремонтировать, налаживать. А в последние годы ко всем этим регулярным заботам прибавилась и подготовка к Хэллоуину. И как эта беда добралась до наших славянских домов одному Гуглу было известно. Петрович и тут был не промах. Он быстро оценил потребности населения, выработал свой особый стиль, и пользовался неизменным успехом. Его поделки поражали воображение, а фантазии Петровичу было не занимать. Он уже столько всего напридумывал, что хватило бы на несколько лет вперёд. Свою деятельность Петрович не афишировал, заказов ему и так хватало, да и с налоговой никаких дел он иметь не хотел. Если что, то он говорил, что работает не за деньги, а за интерес, а то что ему частенько каких-нибудь овощей-фруктов подбросят (про денежки он умалчивал) так это по доброте душевной, по-соседски.

2

И всё-таки Петрович где-то засветился. На него вышел крупный чиновник с совершенно немыслимым заказом. Да и деньги обещал заплатить немалые. Петрович наотрез отказался, и попытался найти концы, как же на него вышли. Но там была такая запутанная цепочка, что затея была просто нереальной.

И тогда его начали прессовать. Подходили и с одной стороны — задабривали, и обещали золотые горы, типа нового гаража и квартиры в центре города. Это никак не помогло им, и тогда они начали запугивать Петровича всякими карами, вплоть до небесных. А был он хоть и неверующий, но в церковь временами наведывался. Особо любил бывать там в праздники. Друганы журили его, но он пару раз на них неслабо цыкнул, и они оставили его в покое. Так Петровича обрабатывали целую неделю. А он отбивался как мог, не поддаваясь ни на угрозы, ни на уговоры.

И эти настырные работодатели нашли-таки слабое место в его обороне. Был у Петровича один пунктик, про который мало кто знал, а он сам его держал при себе. Он самозабвенно любил детей, и готов был сделать для них всё, что угодно, не требуя ничего взамен.

3

Случилось так, что его вызвали на ковёр. И сказали, что отстанут от него в конце концов, но пусть он хоть выслушает в чём состоит задание, и что конкретно от него требуется. Чуть ли не под конвоем привели Петровича в кабинет к начальнику и усадили в кресло, которое легонько поскрипывало под его плотной фигурой?

— И чего же это ты так упираешься? — спросил его Иван Иванович, — то ли тебе деньги не нужны, то ли тебе спокойная жизнь надоела? Не понимаю я тебя.

— Да у меня уже заказов на месяц вперёд, — отвечал Петрович, — Это что же я должен их всех кинуть? Я же обещал, а своё слово я держу. Мне моя репутация дороже всяких денег.

— Да не горячись ты так, — увещевал его хозяин кабинета, — мы же тебя не полностью отрываем. Нам даже и не так важны твои руки золотые, как твоя голова. Сделать-то мы и сами сможем — нам идеи нужны, общая, так сказать, концепция, если ты понимаешь, что это такое.

— Обижаешь, начальник. Я хоть университетов и не кончал, но слова умные всякие знаю и понимаю. К тому же вы ничего пока не сказали конкретного. Я даже не улавливаю пока, чего вы от меня хотите. Всё вокруг да около ходите, какую-то, блин, секретность развели. Скажите всё прямо, да и разойдёмся по-хорошему.

4

— Достал ты меня, — сказал Иван Иванович, — слушай сюда, и не перебивай.

— Не тяните, давайте уже по существу.

— Ну, так слушай. Секретность тут потому, что это должен быть сюрприз. Наши дети помешались на этих новых веяниях. У них на уме только вампиры да ведьмаки. «Ну погоди!» им уже не катит. Им всякие страшилки подавай. И не добрые, а чтобы позлее, чтобы кровищи побольше. И откуда это только взялось? Вот и надо сделать нам этот … праздник Хреновин такое, чтобы надолго отбить у них охоту в эти игрушки играть. А то домой приходишь уже, как в первый круг ада. «Горит огонь в камине, а я сижу на мине!»

— Так бы сразу и сказали, что разговор о детях. Что спасать их надо от нечисти. Может быть и не отпирался бы так долго.

— Так ты согласен? — обрадовался Иван Иванович.

— Надо подумать. Я ещё ни под чем не подписывался.

Но Иван Иванович уже потирал руки, он почувствовал, что лёд тронулся, и Петрович в деле. Они ещё долго обсуждали детали, намечали сроки, составляли смету и калькуляцию.

5

Петровича увлекла эта работа. Он вспомнил свою комсомольскую молодость, когда работал после окончания училища на стройке прорабом. У него тогда было человек семь в подчинении, и у него получалось очень лихо раздавать задания, и поддерживать чёткий ритм в работе. Они всегда успевали в срок, а временами даже шли с опережением графика.

Тут же у Петровича была целая бригада из 13 человек. Вот ведь ведьмино число, но он как-то не верил в приметы, и работа у них спорилась. Приближался конец октября. А это значило скорое завершение всех работ. Работы проводились в цехах старого завода, где Петровичу был предоставлен карт бланш, да и в средствах ему не отказывали. И он развернулся по полной. Работа кипела под его неусыпным надзором. Бабушки соседки, конечно же ворчали, но кое-что Петрович успевал и для них что-то делать. Спал он мало, а ел, как правило, на своём рабочем месте с работягами.