Беременна от мажоров

Пролог

— Ну что, кто первый? — спросили мы синхронно.

— Я первым загляну ей под юбку! — бросил мне вызов Антон, нахмурив брови.

— O'кей. А я первым сорву с неё трусики, — я не намерен сдаваться.

— Орел? — фыркнул брат.

— Решка, — выдохнул я, мысленно скрестив пальцы.

Антон подбросил серебристый пятак вверх, ловко поймал его в воздухе, шлепнул на ладонь. И… выпала решка.

Вот так удача! Я! Я буду первым. И очень-очень ласковым.

Теперь можно спокойно выдохнуть за девчонку. Скорей всего, мой брат не пожалел бы малышку. Сорвался и превратил первый раз крошки в незабываемый ад.

— Писец, — братишка расстроился.

— Просто смирись с тем, что сегодня не твой день.

Он ничего не ответил, лишь недовольно оскалился. Схватив пластиковый стаканчик с пивом со стола, Тоха направился на поиски укромного места. Я перевёл взгляд на постанывающую Яну. Фух! Дыхание сбилось, пальцы затряслись от волнения. Итак, она девственница. А это значит, на мне большая ответственность. Одно неверное действие, и у девчонки навсегда может возникнуть отвращение к сексу.

Антон удобно развалился в кресле, напротив кровати, как будто собрался смотреть порнушку выходного дня. Для полного счастья не хватало лишь попкорна. А я… я же говорю, что спятил. Сбросил с себя штаны, трусы. Забрался на кровать и обрушился на улыбающуюся принцесску страстным ураганом из поцелуев. Наши тела сплелись в единое целое, а сердца забились в унисон. Она просила меня, звала по имени, умоляла не останавливаться… И целовала. Немного неумело, робко, что типично для такой вот «божьей коровки», а я, напротив, сатанел от этой неопытности. Но дикой была вовсе не моя реакция, а то, что мой брат внимательно следил за каждым нашим движением, пальцами поглаживая свой огромный и уже стоячий член. Он тоже разделся. И, чтобы не терять времени даром, надумал подрочить.

Зацеловав Яну всю, где только можно, я бережно развел её стройные ножки в стороны, потрогал кончиками пальцев промежность, сглотнул сухой ком в горле. Влажная! Она такая классная! Горячая, мокрая и очень узкая! Давно я не трахал девственниц. Хотя не могу сказать, что их в моей жизни было много, в отличие от полового опыта моего тронутого на всю голову близнеца. Их было всего две.
Погрузил в узкую дырочку палец, едва не кончил от ощущения тугой, горячей плоти, тесно сжавшей фалангу моего указательного пальца. Яна прерывисто вздохнула. Распахнула глаза. Такие пьяненькие, потерянные… Схватила меня за шею, рывком притянула к себе и вцепилась в мои губы своими пухлыми губами со вкусом клубники. Честно, не ожидал. Я даже растерялся.

Я ласкал её языком и одновременно работал пальцами, погружая их внутрь маленькой киски, растягивая и разрабатывая нетронутую дырочку. Она охала, ахала, сжимала меня так туго, что хотелось орать от восторга. Движение пальцев вперёд, назад, вперед, назад... Другой рукой ловлю её сосок, растираю между пальцами. М-м-м! Горячее девчонки я ещё не видел!

Как только Мармеладка стала катастрофически влажной, я, не прерывая поцелуй, попробовал сделать первый толчок. Очень осторожно, придерживая член рукой начал входить. Её влага упростила процесс первого в жизни Яны проникновения. Так, головка почти вошла. Капец, меня передёрнуло. Она дрожала, я тоже дрожал, от напряжения сделать что-то не так мышцы сводило судорогой. Девочка сжалась в комок, вцепилась ногтями мне в спину.

— Будет немного больно, прости, — шепнул в её сладкие губки. — Просто расслабься, не сопротивляйся, я войду очень осторожно.

Мой низкий голос немного успокоил девушку. Закрыв глаза, она выдохнула.

— Яна, впусти меня.

Медленными, неторопливыми движениями я начал работать бёдрами, проталкиваясь в её тело. Точнее, скользил. Она была чертовски мокрой. Это облегчило задачу. Яна лежала на спине полностью обнаженная, широко раскрыв для меня ножки. У неё красивая фигурка и отпадная попка. Плоский живот, длинные ножки. А ещё меня заводят эти забавные веснушки на курносом носу. Их немного. Но они делают Яну ещё более привлекательной.

Она была очень вкусной девочкой, я еле-еле сдержался, чтобы не кончить. Хотелось продлить удовольствие. Чёрт, резинка жмёт не в тему. Так и спустить всё своё добро недалеко, от одного лишь взгляда на извивающуюся в сладких стонах крошку. Поэтому я стащил с себя презик, желая ослабить гребанное напряжение спермы в паху. И все… Дальше я уже ни черта не помню. Пиво, что притащил с собой Антон, было выпито мной до самого дна. Все остальное я помнил урывками. То, как мы делили её друг с другом. И то, кажется, как одновременно в неё кончали. Вот, черт! Это был мой самый глупый поступок в жизни. Как я до такого докатился?

А потом наступило утро. Меня разбудил громкий девичий крик. Вот и веселью конец. Девчонка всё узнала. Она узнала, что мы близнецы. Одно лицо на двоих. И мы имели её этой ночью. По очереди. А она… просила двигаться быстрей и сладко стонала в ответ на бесконечные ласки, думая, что мы — один и тот же человек.
 

Глава 1.

Это сумасшедшее место напоминало сущий ад. В последнее время подобные тусовки не особо сильно привлекали моё внимание. Скорей всего, дело в возрасте. Да, нам с братом скоро исполнится двадцать пять. Клянусь, не так давно я практически завязал с развлечениями, решил взяться за ум, начать новую жизнь, взять в оборот бизнес отца и, в конце концов, построить свою карьеру, а не мотаться с утра до ночи по клубам и тусовкам “Раздоров”.

Ну так почему, спрашивается, если я поумнел, то сейчас я стою здесь, напротив сосущихся лесби с заячьими ушами и шортами, в которых видно пол-задницы, вырядившись в костюм сатаны с рогами и клыками, как у вампира, и не могу пройти внутрь, поскольку эти две полуголые тушки преградили мне путь, «застряв сиськами в дверном проходе».

Ответ прост, но нелогичен для меня, человека пытающегося завязать с блудным образом жизни.
Из-за девчонки.

Я припёрся сюда из-за новенькой, первокурсницы, которую охмурил мой брат и прямо здесь, в атмосфере полного хаоса и разврата, собирался затащить в постель, тем самым надрав мне зад.

Самое интересное, что этот осёл представился ей мной! Это уже игра не по правилам, чёрт! Но какие там правила? Мой брат всегда славился своей хитрожопостью. Хоть мы и близки, как две капли воды, но всю жизнь пытаемся соперничать друг с другом, доказывая всему миру, кто из нас лучший.

А-а-а-а, в общем это слишком сложная история! Нужно немедленно спасать положение и что-то делать, иначе мой брат сделает меня.

— Исчезните, — мне надоело топтаться на месте, поэтому, теряя терпение и срывая нервы, я растолкал в стороны блондинистых сосал, а сам кое-как вклинился внутрь особняка. Народу — тьма! Не развернуться.

В ушах как будто лопнули барабанные перепонки, и я оглох, а потом ещё и ослеп от атмосферы, что царила в этом «портале ада на земле». Особняк Влада Бессонова буквально прыгал, как мяч, так, что стены дребезжали, от басистой музыки, от хохота и ора отрывающейся на полную катушку молодежи. Точнее, сливок общества, собравшихся отметить грёбанный Хэллоуин. Именно поэтому здешние девчонки щеголяли как шлюхи на подиуме, в коротких мини. Кто со светящимися рогами в волосах, кто с метлой в руках, кто вообще в костюме развратной медсестрички — подружки зомби, испачканном в кетчупе.

Ну а я сегодня решил побыть графом Дракулой. Надеюсь, любимый братец выбрал себе что-то более оригинальное. Я с удовольствием представил его напыщенную тушку в костюме петуха. Вот было бы смеху! Даже заулыбался на людях. Но не время расслабляться, я хочу выиграть тот долбанный спор и получить девчонку себе. А заодно еще и уважение. Со стороны брата и друзей. Пожалуй, уважение было в приоритете. Как привычка быть лучше своего брата. Между нами – пожизненное состязание. Мы всегда бьёмся друг с другом за право быть в нашей семье лидером. Это как олимпиада длинной в жизнь. Что-то вроде эстафеты, что вошла у нас в привычку с тех пор, как мы научились ходить. Я даже не знаю откуда взялась такая фигня? Наверно дело в том, что мы, по сути, выглядим как один человек. Но на деле — нас двое.

Я расталкиваю локтями танцующих отморозков в блестящих костюмах, пытаюсь прорваться вглубь дома, а сам глазами постоянно выискиваю высокого синеглазого брюнета с пышными, уложенными в модную причёску волосами, с подкаченным отменным телом и лукавой белозубой улыбкой, с проколотым левым ухом и редким бриллиантом в нём. Ага, кое-кого вроде меня. То бишь — своего клона. У нас даже уши в одном и том же месте проколоты.

Хотите прикол? Мы прокололи их в один и тот же день. Спонтанно. Ни о чём не договаривались! Из разряда мистики. Оба уехали в по делами, а вернулись с проколотыми ушами. Давно это было. Ещё в школе. Предки подарили нам охренительно дорогие, редкого вида бриллианты. Под заказ сделали идентичные гвоздики. Теперь, мы носим их в ушах, не снимая. Для того, чтобы нас было не отличить друг от друга. А что, приходится иногда злоупотреблять положением. Есть и плюсы в том, что твой братец — близнец. Можно подстраховать, в случае ЧП. Иногда мы ладим. Конечно, ради какой-либо выгоды. Как я уже говорил ранее, даже родная мама путает нас.

Атмосфера полного треша давит мне на мозги. Всё в неоновом свете, кругом едкий дым, что режет не только ноздри, но и глаза. Я не больше трёх минут в доме, а мне уже охота проблеваться. Какая-то соска прыгает мне на шею и… впивается губами в мои губы! Проклятье! Она заталкивает мне в рот язык и начинает усердно им работать, громко постанывая от кайфа.

— Отвали, — грубо толкаю дурынду в сторону лестницы, а она… эта малолетняя дура показывает мне сначала язык, а затем свои нифига не маленькие сиськи. Резко срывает с себя блестящий огрызок ткани и с криками «Еху!» машет им над головой, весело пританцовывая, а после — с разгона врезается в орущую толпу беснующихся мажоров.

Кучка курящих отморозков, переодетых в костюмы чертей, подхватывают девку на руки, начинают всей гурьбой её лапать и подбрасывать вверх едва ли не до самого потолка. Вот же ж дура! А Владюша опять, по ходу, переборщил с травкой. Его дом сейчас напоминает отделение в психлечебнице, в котором психи отмечают Новый год. Как бы погоны в гости не нагрянули. Хотя, чего там, все уже давно знают, кто его папик и сколько он отстёгивает ментярам, чтобы те не мешали сыночку веселиться.

Ага, сегодня мы гуляем на вечеринке у моего друга — Влада Бессонова. Его семейке принадлежит несколько нефтяных вышек в Персидском заливе. Как и нам, собственно, тоже. Наши отцы когда-то вели общий бизнес. Теперь моему папке не до нефти. Он решил выловить рыбёшку покрупней — подался в политики. И вот, Михаил Назаров уже практически мэр нашего округа.

Я взрываюсь от бешенства! Да, меня начинает подёргивать от того, что я, кажется, начинаю чувствовать запах поражения. А нет, это, оказывается, только что вывернуло наизнанку вон ту проститутку в костюме Джулии Робертс из фильма «Красотка». Какая мерзость. И не скажешь, что у всего этого сброда отцы – олигархи и нефтяники. Если не обращать внимание на баснословно дорогих диджеев, пойло, золотой унитаз в туалетной комнате и битком забитую парковку «Феррари» и «Ламборгини». А все остальное — как везде. Танцы до упада, беспорядочный секс в тёмных углах, веселящая трава.

Глава 2.

Артём

Кажется, и мне подмешали в питьё какую-то дрянь. В башке что-то замкнуло. Нет, в отличии от своего брата я не был таким уж конченным кретином. Но сейчас… Я был не я. Когда понял, что Антон не собирается делиться. Если я откажусь, он сам завладеет столь лакомым трофеем. Он утрёт мне нос! Он всегда пытается доказать мне, что он — круче. А я не слабак. Есть ещё гордость в венах. И порой она разливается по жилам, как острый перец. Тогда мой истинный характер вырывается наружу.

Как обычно, я иду у него на поводу. Люди мы гордые. Оба львы по гороскопу. Будем идти до победного. Проигрыш — не для слабаков. Я тоже ЕЁ хочу. Я не сдамся. Я первый с ней познакомился, а Антон — как обычно всё испортил.

— Так, и что мы будем делать? — озвучиваю очень важный вопрос и жутко нервничаю.

— Возьмём её… вдвоём, — Тоха хищно скалится, подмигивает и хватает Яну за щиколотку. Малышка ахает. Вот, дьявол! Она выгибает спинку и кончиком языка облизывает губы. — Присоединяйся, брат, развлечёмся. Кстати, она мне сказала, что она девственница. И я в этом уже убедился. Засунул ей руку в трусики и пальцем обследовал дырочку. Тугая как пробка.

— Ты отвратительный извращенец, — захотелось дать ему леща, потому что он успел-таки облапать девчонку.

— А ты? Разве ты её не хочешь?

— Хочу. Да, она мне понравилась. Есть в ней что-то такое, что притягивает.

— Согласен. Она не такая как все. Это её изюминка. И она чистая, нетронутая, податливая куколка. Бери её и лепи всё, что хочешь. Она уже вся наша.

Девочка готова. Девочка очень хочет ласки! А я — до смерти хочу её.

В голове всё гудит, комната плывёт в глазах. Лицо Антона делится на три части. Дурацкое пиво! Дурацкая вечеринка! Дурацкая трава, которой я надышался, пока искал Антона. Лихорадочно верчу головой. Меня чем-то напоили. Ещё и эта сумасшедшая стоячка в штанах мешает ходить. Полный атас!

— Ладно, вместе так вместе, — из-за передоза алкоголем, ни черта сображая, я оглашаю свой сумасшедший ответ. — Учти, если ты хоть пальцем ко мне прикоснешься — я сломаю тебе нос.

— Пфф, спятил? Да ни за что в жизни. Будем лапать только её. По очереди. За кого ты меня принимаешь? За пидара? Придурок.

— Я предупредил.

— На, выпей и успокойся. Получай удовольствие! Вишь, как ей не терпится? Девочка готова. Смотри какая она нежная, ласковая и красивая? Как она изящно выгибает спинку в постели. Как страстно стонет и умоляет своими губками вытрахать её всю. Хочешь её? А? Знаю, что хочешь. Как и я, мля.
И я снова выпил. Хотел немного остыть, успокоиться. А потом в край рехнулся. Перестал себя контролировать. Эту ночь хоть я и помнил обрывками, зато запомнил навечно. В отличии от моего придурошного братца. Такой опыт в сексе я испытал впервые. Моего брата тайком называли «королем групповух». А мне было противно. Но не в этот раз.

Яна оказалась такой сладкой малышкой... что я и представить себе не мог. Мы входили в ее податливую, узкую дырочку по очереди. И едва не подрались из-за права первым завладеть её крошкой. Всё решила монета.

— Ну что, кто первый? — спросили мы синхронно.

— Я первым загляну ей под юбку! — бросил мне вызов Антон, нахмурив брови.

— O'кей. А я первым сорву с неё трусики, — я не намерен сдаваться.

— Орел? — фыркнул брат.

— Решка, — выдохнул я, мысленно скрестив пальцы.

Антон подбросил серебристый пятак вверх, ловко поймал его в воздухе, шлепнул на ладонь. И… выпала решка.

Вот так удача! Я! Я буду первым. И очень-очень ласковым.
Теперь можно спокойно выдохнуть за девчонку. Скорей всего, мой брат не пожалел бы малышку. Сорвался и превратил первый раз крошки в незабываемый ад.

— Писец, — братишка расстроился.

— Просто смирись с тем, что сегодня не твой день.

Он ничего не ответил, лишь недовольно оскалился. Схватив пластиковый стаканчик с пивом со стола, Тоха направился на поиски укромного места. Я перевёл взгляд на постанывающую Яну. Фух! Дыхание сбилось, пальцы затряслись от волнения. Итак, она девственница. А это значит, на мне большая ответственность. Одно неверное действие, и у девчонки навсегда может возникнуть отвращение к сексу.

Антон удобно развалился в кресле, напротив кровати, как будто собрался смотреть порнушку выходного дня. Для полного счастья не хватало лишь попкорна. А я… я же говорю, что спятил. Сбросил с себя штаны, трусы. Забрался на кровать и обрушился на улыбающуюся принцесску страстным ураганом из поцелуев. Наши тела сплелись в единое целое, а сердца забились в унисон. Она просила меня, звала по имени, умоляла не останавливаться… И целовала. Немного неумело, робко, что типично для такой вот «божьей коровки», а я, напротив, сатанел от этой неопытности. Но дикой была вовсе не моя реакция, а то, что мой брат внимательно следил за каждым нашим движением, пальцами поглаживая свой огромный и уже стоячий член. Он тоже разделся. И, чтобы не терять времени даром, надумал подрочить.

Зацеловав Яну всю, где только можно, я бережно развел её стройные ножки в стороны, потрогал кончиками пальцев промежность, сглотнул сухой ком в горле. Влажная! Она такая классная! Горячая, мокрая и очень узкая! Давно я не трахал девственниц. Хотя не могу сказать, что их в моей жизни было много, в отличие от полового опыта моего тронутого на всю голову близнеца. Их было всего две.
Погрузил в узкую дырочку палец, едва не кончил от ощущения тугой, горячей плоти, тесно сжавшей фалангу моего указательного пальца. Яна прерывисто вздохнула. Распахнула глаза. Такие пьяненькие, потерянные… Схватила меня за шею, рывком притянула к себе и вцепилась в мои губы своими пухлыми губами со вкусом клубники. Честно, не ожидал. Я даже растерялся.

Я ласкал её языком и одновременно работал пальцами, погружая их внутрь маленькой киски, растягивая и разрабатывая нетронутую дырочку. Она охала, ахала, сжимала меня так туго, что хотелось орать от восторга. Движение пальцев вперёд, назад, вперед, назад... Другой рукой ловлю её сосок, растираю между пальцами. М-м-м! Горячее девчонки я ещё не видел!

Глава 3.

Артём

Неделей ранее.

В этот теплый осенний день мы, расслабившись после игры на поле, сидели на газоне неподалеку от главного корпуса ВАЗ и, как обычно, ни хрена не делали. Прогуливали пары, строили грандиозные планы на будущие новогодние каникулы (хотя о них стоило еще помечтать два месяца), а также вечно сражались друг с другом, как соперники, за право первым пройти стажировку в фирме отца.

— Погодка сегодня огонь! — я сладко зевнул, потягиваясь на мягком ковре из сочной, насыщенно-зеленой травы, — Несмотря на конец октября.

Никаких пуховиков и пальто! Лишь пиджаки нашей идентичной вузовской формы с гербом в виде раскрытой книги и короной над ней. ВАЗ — Высшая академия знаний. Так называется университет, в котором учатся лучшие из лучших — верхушка мира сего.

— Согласен, — кивнул Антон, посасывая травинку и пялясь на хохочущих первокурсниц, что с задорным смехом гурьбой выбежали из корпуса номер два.

Интересно, о чём он думает? О чём может думать мой братец-извращенец? О том, какую очередную давалку поимеет сегодня вечером? Не надоело ли ему ещё развлекаться, меняя девчонок, как носки, после разовой носки?

Вчетвером – я, Тоха, Влад и Серёга – мы грелись на сошнике, обсуждая день минувший, как вдруг заметили ЕЁ. Одинокая, худенькая, низенького роста, в мешковатом свитере, белом, крупной вязки, и в потёртых джинсах, купленных на каком-нибудь стоке для бомжей, она вышла следом за студентками из огромного светло-бежевого здания, фасад которого, как и оконные рамы, были отделаны золотом. Ну как золотом, качественной имитацией.

Волосы незнакомки собраны в небрежный пучок на макушке, на кончике носа — оправа очков, на ногах — убитые жизнью балетки.

Она уж очень выделяется среди прочих студентов, привлекает внимание. Девочка как будто потерялась. Гадкий утёнок среди породистых птиц. Уборщица или официантка. Но даже уборщицы академии выглядят не хуже моделей с подиума. А эта – явно стипендиатка. Парни, все как один, повернули голову в её сторону и заржали:

— Вы это видите? Смотрите какая! Уууух! — Серёга первым выразил восторг.

— Ну и кадр! Кто это? Новенькая? — поинтересовался я.

— Откуда выползло сие чудо? То есть чучело? — Бес выпучил глаза.

— Я б вдул! — ничего другого от Тохи я не ожидал услышать.

— Выглядит как твоя прабабка, — Серёга толкнул брата кулаком в плечо.

— Иди ты в жопу! — огрызнулся тот.

— Ставлю штуку, что твой братец побрезгует ей втащить, — не унимался Серж.

Какого? Я тут вообще причём?!

— Эй, отличная идея! Как насчёт немного развлечься? На спор? — Бес в предвкушении потёр ладони друг о друга.

Ну вот, началось!

— Да ну, мой братишка побрезгует… Куда ему до таких вот мышей? Он только с избранными ебёт…

— Заткнись! — я пихнул этого недоноска в бок. Он нарочно меня задевает! Провоцирует на конфликт. Всегда так.

— Кто первым из вас двоих её трахнет, станет королем бала! — быстро придумал Влад.

— Если честно, глупый такой спор… — Я хмыкнул, провожая взглядом девчонку, которая, оглядываясь по сторонам, а затем уткнувшись в буклет, почапала в сторону первого корпуса. Если присмотреться, она ничего. Миленькая. Зря эти зазнавшиеся ушлёпки её обзывают.

— О-о-о, мой младший братец испугался? Что я тебя сделаю и обставлю по полной?

— Младший? Да я младше тебя на две с половиной минуты! Всего-то! Ничего я не испугался. Забыл? Мы близнецы. Ты — это я!

— Только внешне. Ну всё равно ты струсил. Боишься, что я тебя уделаю. Пф-ф, не парьтесь, парни, всё равно я его сделаю! Даже и не надо начинать веселье.

— Ты меня достал! Чего ты хочешь? — моё терпение лопнуло. Как же легко, оказывается, вывести меня из себя. Особенно если это делает брат. Несколько секунд, и в мою кровь впрыскивается порция желчи.

Да, у меня горячий характер. Я резко вспыхиваю, если моя гордость задета. Задета моим неугомонным братцем. Срабатывает защитный инстинкт... и всё. Я мечтаю поставить близнеца на место, опустить его пониже, притупить его царскую самооценку.

— Я хочу заключить с тобой спор. Такая ерунда… Через месяц отец улетает за границу на какой-то мега отстойный, нереально скучный, офигительно неинтересный саммит. Он просил для отвода глаз, дабы порадовать репортёров, устроить очередную показуху миру – чтобы кто-то из нас поехал с ним. Эта туса пройдёт в полной глуши. Неделя! Не знаю, как ты, а я там откинусь, или двинусь умом, если поеду.

— Всего-то? — хмыкаю.

Да, глупее спора я ещё не видел.

— Ага! Ну что, по рукам? Кто проигрывает — едет в попу мира.

— Давай. И ещё кое-что… Если выиграю я — ты навсегда перестанешь меня задирать, — протягиваю ему руку.

— Не дождешься! — Тоха ловко хватает мою ладонь, сжимает так сильно, что кости хрустят, а Бес разбивает цепкий замок из крепко сжатых рук.

Вот и всё. Влип я. Да просто невозможно швырнуть своего брата в пожизненный игнор, хотя бы мысленно. Каждый раз пытаюсь быть пофигистом — не выходит.

Парни весело ржут и уже начинают делать ставки на то, кто же из нас выиграет. Как делают ставки? Как на ринге или на скачках. Вон Бес, например, уже пообещал Серёге свой коллекционный «Мустанг», а тот — все свои мячи с автографами звёзд футбола. Честно слово, они как дети. Несмотря на то, что нам уже перевалило за двадцать. Скучно живется тем, кто вечно катается как рубин в золоте, когда из него делают украшение века. Такие как они всегда ищут острых ощущений. Оттого и придумывают всевозможные развлечения.

Я перевел взгляд на это чудо в безвкусном мешке. Она не обращала на нас ни малейшего внимания, даже и не знает, что творится за её спиной. А ведь только что решилась её судьба.

Уткнувшись в «Путеводитель по университету», не замечая никого вокруг, она зашагала по своим делам. Класс, ей даже ещё форму не выдали – видать, прямиком с вокзала.

Глава 4.

Антон

Забив на историю и предстоящий семинар я целые сутки провёл у Михи за городом. Михась — наш с Тёмкой лучший друг детства. В компании его отца мы немного поохотились в лесу на фазанов, а потом тётя Вера угостила нас домашним супом с нашей же добычей. Ну что, время выдвигаться домой. Чё-то я расслабился и совсем забыл про спор. На учёбу переться завтра не хотелось, но пришлось. Не хватало ещё, чтобы братиша выставил меня перед друзьями полным лошком.

Я увидел её случайно. А может быть и нет? Скорей всего, я намеренно высматривал на «обочинах» Рублёво-Успенского шоссе аппетитные задницы «гуляющих» девчонок, чтобы сбросить скопившееся за сутки напряжение. Я знал способ. Дело трёх минут. Когда у тебя в арсенале есть крутая тачка и смазливая моська — осталось лишь щёлкнуть пальцами, и любая щёлка твоя.

Смотрю на себя в зеркало заднего вида, торопливо ерошу волосы, проверяю нет ли у меня петрушки в зубах, а потом перевожу взгляд на окно и вижу, очень даже интересный экземплярчик — длинноногая блондинка на высоченных каблуках шурует по тротуару в огрызке из плотного латекса, что с виду напоминает не то тряпку, не то типа юбку.

Резко жму на тормоз, высовываюсь из окна, властно приказываю:

— Садись в тачку и сделай мне минет, цыпа.

Приспускаю дужку очков на переносицу, вытаскиваю из бардачка наличку и швыряю в окно, девке в ноги. Она пучит свои зыркалки, облепленные тонной нарощенных ресниц, словно рыба, выброшенная на сушу, прикусывает пухлую, как вареник, нижнюю губу, приседает на корточки, чуть разведя колени в стороны так, что мне видны её белые, полупрозрачные стринги, и торопливо начинает собирать бабки с пола. Но потом замирает. В салон не садится, лишь недовольно кривится.

Мало, значит? Хошь ещё? А как тебе это?

Цыкнув, я швыряю ещё такую же пачку ей под ноги.

— Ну что, довольна? Надеюсь, ты того стоишь…

Девчонка лыбится. Снова падает на корточки, широко раскрывает для меня ножки. Хороша, сучка! И пусть кто-то мне скажет, что не все дырки продаются. Бред. Абсолютно любая вещь имеет свою стоимость. Дело в цене.

— В темпе давай, у меня уже вовсю колом стоит. Я хочу твой грязный рот! Немедленно. Садись рядом со мной и как следует пососи. За обе щеки, по очереди.

Давалка хихикает. Быстро запрыгивает в тачку, я на полную выжимаю газ в пол.

Моя «малютка» грозно рычит. Меньше чем через две минуты мы оказываемся в густой березовой роще. Рывком срываю с себя вниз штаны, вместе с трусами, хватаю одноразовую подружку за патлы, жёстким толчком насаживаю на себя по самое горло. Выдыхаю. Как горячо и одновременно больно от невыносимого давления крови в паху. Хочется кончить, по-быстрому. Хочется накончать ей полный рот, чтобы закашлялась от моего размера. Насадить, как на шест, и долбить, долбить, долбить! Пока на хрен не потемнеет в глазах.

Её белокурая головка то опускается, то поднимается. То вверх, то вниз. Движения умелые, отточенные годами. Салон авто наполняют чавкающие звуки и наигранный девичий стон. Отлично сосёт! Аж яйца поджимаются от кайфа. Да у неё талант! За это я глажу губастую по волосам, почухиваю её за ушком, будто собачку, и, широко расставив ноги, любуюсь грандиозным зрелищем.

— Он такой большой! Мне немного больно… — внезапно, незнакомка отстраняется, чтобы пожаловаться.

Приятно это слышать. Да, природа не пожадничала на размер.

— Терпи и хорошо работай языком! Я доплачу.

Ну вот, как говорится, дело в цене. Рот сразу перестал болеть.

Блондинка снова принялась за дело. Она весело причмокивала и теребила языком уздечку члена. Её силиконовые губы тесно обхватывали головку, а язык вытворял ну просто фантастические перлы. Откинувшись на кресле, сложив руки за головой в замок, я закрыл глаза и полностью отдался нирване.

О, да-а-а! Жизнь хороша!

Она не долго пыхтела. Я кончил очень быстро. Схватил красотку за волосы, вдолбился по самое основание члена, метко выстрелил ей в горло мощной струёй вязкой жидкости, так, что она захрипела и закашлялась, мигом попыталась отстраниться, но я лишь глубже насадил её на свой вибрирующий в экстазе стояк, принудительно, нет, даже несколько грубо, надавив на затылок девчонки, излившись в желудок семенем до последней капли нектара.

Уф! Что-то много сегодня накопилось.

Отмучившись, она проглотила мой белок, ещё и язык показала, чтобы я в этом убедился.

— Ты молодец! — задыхаясь, всё еще подрагивая в сладких судорогах, я потрепал шалавку по щеке. — Хорошая сосалка. Телефончик оставишь?

— Я — Лена. Конечно, — она лукаво улыбнулась, после чего назвала мне вслух номер своего телефона.

Хм! Я поражён. Она знает его наизусть, несмотря на цвет волос.

— Чао-какао, Лена, — шлю Ленуле воздушный поцелуй, только сейчас замечаю, что на её ярко-красных пельменищах поблескивает мой белок. — Я тебе эсэмэсну. Может быть. Когда-нибудь. Когда сперма на губах высохнет. И да… новая помада из спермы тебе очень идёт. Не умывайся три дня, мне будет приятно.

Проститутка заулыбалась ещё шире, аж покраснела вся, бедная. Проститутка? Нет, не совсем. Просто типичная фифа, которая с удовольствием пососёт за деньги. Содержанка. Раздоры и Рублевка просто кишат такими красотками, что надевают самые лучшие шмотки сезона и шатаются по обочинам в надежде, что её снимает кто-нибудь статусом не ниже банкира.

С этими оригинальными комплиментами я газую на полную мощь и срываюсь с места. Волосы блонди закручиваются вихрем от силы моей железной лошадки. Так, я проголодался. Пожалуй, неплохо было бы заскочить в какой-нибудь местный ресторанчик.

***

Не успел я доехать до «Nobu», как за какую-то долю секунды вжарил адский ливень. Круто! Спасибо тебе, осень. Только сегодня радовались погоде, и вот на те! Ни свет, ни заря начался вселенский потоп. А я, между прочим, вчера только тачку помыл. Мой путь лежал мимо студенческого городка. Интересно, брат уже дома? Как-то странно, но Артём очень сильно изменился за последний год. Не скрою, он преуспел в учебе. Что-то здесь нечисто. Видимо, дело в разговорах с отцом. Кое-кто хочет отойти от нефти и податься в политику. А свое детище оставить двум другим детищам.

Глава 5.

Яна

Такси высадило меня напротив огромного девятиэтажного здания из красного кирпича, с большими панорамными окнами, отделанными белоснежными витиеватыми узорами. Я едва не уронила под ноги собственную челюсть. Ну и ну! Так не бывает! Я год отучилась в ЧГЭИ, поэтому знаю, что такое студенческая «общага», и сейчас мои представления несколько не сходились с ожиданиями. Да, я видела перед собой пятизвёздочный отель, не иначе. Как в фильме «Один дома два», что-то такое.

Может, я сплю? Я ущипнула себя за запястье. Ой, больно! Нет, не сплю.

Боль бы быстро вернула меня в реальность. Так как же я, девушка из неблагополучной семьи, оказалась в оазисе для богачей? Если бы не конкурс, то сейчас я бы и правда подумала, что сплю. О конкурсе я узнала от своего бывшего декана, когда она заявилась к нам на пару по экономике с интересным объявлением.

Ух, это было ошеломительное предложение! Ирина Витальевна всё так эпично расписала, что у некоторых студентов слюни потекли. Бесплатное обучение в самом крутом вузе страны! По завершении — диплом с золотой коркой. Я слышала, что с этим дипломом берут на любую работу по специальности, в любую фирму, без собеседования и стажировок.

О таком счастье можно было только мечтать простым смертным вроде меня. Я просто решила попытать удачу. Даже не надеялась выиграть. Несколько месяцев непосильного труда, чуток желания и веры в себя и... я здесь. Меня перевели. Просто подарили золотой билет в рай.

Как же сильно завидовали мне сокурсники. А потом начали косо поглядывать, сплетничая за спиной. Хорошо, что я всё-таки уехала.

Никто в меня не верил. Даже я сама. Но вот как всё закрутилось!

Всего двадцать мест на всю Россию! Я — в десятке лучших.

Наверно, вы думаете, это не только моя заслуга, но и моих родителей тоже? Нет. Моя. Только моя. Моей матери плевать на меня. Она родила меня по залету от таксиста и оставила лишь для того, чтобы получать социальное пособие и не работать. Как мать одиночка.

Лучше вам не знать, в каких условиях я выросла. Государство выделило нам квартиру в обшарпанном общежитии. Отец платил алименты. Так и жили. Я начала работать с восьми лет. Ну как работать… Подай-принеси.

Я смотрела на свою мать, как она спивается на глазах и спит каждый раз с новым мужиком, в ужасе качала головой и мысленно говорила себе:

«Нет, я не такая, я — не её дочь. Я не стану как она. Я сделаю всё возможное и невозможное, чтобы стать лучше, чтобы стать человеком, а не таким вот дерьмом. И когда у меня будут дети, я отдам им всю себя, лишь бы они никогда не знали ни слез, ни голода, ни нищеты. Как я».

Так я стала усердно учится. Меня воспитывали соседи и учителя. Помогали, чем могли. А потом я стала более самостоятельной, когда закончила школу. Устроилась официанткой в кафе, потом поступила в университет. Успешно сдала экзамены, отучилась один год в ЧГЭИ, выиграла стипендию на обучение в ВАЗ. Вот и всё, теперь я здесь.

— Это точно общежитие? — чуть приоткрыв рот от восхищения, я смотрю то на огромное красочное здание, то на водителя. Снова туда и снова на водителя, отказываясь верить собственным глазам.

— Точно-точно, вон же указатель, — утвердительно кивает водитель в сторону большого белоснежного билборда с золотистыми буквами на нём: «Студенческий городок. Посёлок Раздоры».
М-да. Поселком это место ну никак не назовешь. В моем представлении поселок — это неасфальтированная дорога, куры, лошади, коровы… Одноэтажные чахлые домишки и конечно же грязь, грязь, грязь.

Академию построили не так давно. Всего пять лет назад. За такое время ничем не цепляющая пустошь, не считая удивительных берёзовых и хвойных лесов, превратилась в настоящий оазис для самых обеспеченных личностей нашей страны. Здесь училась элита не только Москвы, но и студенты, прибывшие из других стран мира по обмену.

— Ясно, спасибо! — попрощавшись с таксистом, я расплатилась, взяла свои скромные пожитки – чемодан и пару сумок – и зашагала в сторону общежития, не закрывая рта от восторга.

Я успешно зарегистрировалась на ресепшене, подписала все необходимые бумаги, взяла ключ «от номера» и потащилась на седьмой этаж на лифте. Шикарно! Даже лифт здесь был, как экспонат современного музея.

Зайдя в комнату, я познакомилась со своей новой соседкой. В общежитии в основном все комнаты были совместными. Одна комната — два студента. Но, приплатив, можно было арендовать одиночную «ВИП».

— Приветик, я Эля, — соседка встретила меня веселым окликом. — Мой папа всего лишь банкир. А мать — сидит у него на шее. Он мечтает, что когда-нибудь у него родится сын. Я самая старшая в семье. У меня две сестры. А пока он впихнул меня в ВАЗ, чтобы я стала запасным вариантом и унаследовала его детище.

— Привет, а я — Яна. Здорово!

— Та туфта, блин, — закатив глаза, Эля устало выдохнула. Мне оно нафиг не надо. Я хочу свой салон красоты и меховую фабрику. Обожаю шубы! А ты откуда?

— Из Челябинска, — я присела на свободную кровать и принялась раскладывать вещи по шкафчикам. Моя мама… домохозяйка, а отец — работает таксистом за границей. Мы видимся раз в год. Честно, с мамой у нас далеко не идеальные отношения.

У Эли был такой резкий голос, как скрипка, а ещё она показалась мне чрезмерно любопытной и доставучей девицей. Усевшись на постели в позе «йога», девчонка усердно полировала ногти пилочкой. Общежитие не делили по классам. То есть здесь не было отдельного этажа для стипендиатов. Поэтому меня определили в ту комнату, в которой оказалось свободное место.

— Почему?

— Я бы не хотела говорить на эту тему.

— Ясно.

Да мои родители в разводе. Мама выпивает. Я — её вечное бремя по жизни. И что бы я не делала, как бы не старались, как бы не стремилась стать лучше, ей по барабану. Она не планировала беременность. Она считает, что я испортила ей молодость.

Обустроившись на новом месте, на следующий день я приехала в университет. Кстати, общежитие мне тоже досталось бесплатно. Я попала в некую программу от депутата Назарова. Так вот, он лично вручил мне диплом за заслуги в учёбе и студенческое удостоверение в золотой корке с логотипом ВАЗ. После торжественного мероприятия я час прорыдала в туалете от радости и целовала этот билет счастья, пока губы не опухли.

Глава 6.

Какая удача! Не прошло и дня, как мы встретились с Артёмом снова.

Да еще и при каких обстоятельствах! Опять, как в кино. В романтической мелодраме. Когда я вышла из академии, небо стремительно затянулось тяжёлыми синими тучами. Я думала, что успею добежать до остановки и на автобусе спокойно доберусь до общежития.

Но природа рассвирепела и, казалось, выплеснула на меня все реки мира, за считанные секунды превратив в мокрого цыплёнка.

И автобуса, как назло нет. Глухота. Посёлок всё-таки, пригород. В котором все жители ездят на собственных навороченных иномарках. Особенно студенты. Либо за рулем, либо за ними присылают личного шофера.

Спасение появилось нежданно-негаданно в образе улыбающегося Артёма за рулём огромной чёрной машины. Честно, в марках автомобилей я не разбираюсь, но этот гигантский зверь с рычащим мотором выглядел эффектно.

— Привет, запрыгивай! — крикнул парень в приоткрытое окно и сексуально провел рукой по шелковистым волосам.

Ох, чёрт.

Ну вот, и как тут можно отказаться? Ладно, кто не рискует, то скучно живёт. Я немного замешкалась, но деваться некуда. Под моими ногами уже образовалось целое озеро. Вот-вот и я пойду ко дну, как бедный Титаник. К тому же, закат близок. Я замёрзла, проголодалась и хочу спать.

В машине было тепло и комфортно. Если вообще эту крутоту можно было назвать машиной. Мы мило общались. Благодаря своему спасителю я быстро согрелась. Какое счастье! 

Артём любезно пригласил меня в кафе. Неужели парень ко мне также неравнодушен, как и я к нему? Разве против этих синих алмазов можно устоять? Они словно гипнотизировали, подчиняли себе. Мой внутренний голос орал: «Не смей даже отказывать! С ума сошла? Не каждый день такой мачо стелется в твоих ножках. Просто кафе. Просто ужин. Ничего страшного не случится, если один раз ты почувствуешь себя человеком, а не рабом системы, который «пахал», как проклятый, лишь для того, чтобы выжить. От стипендии, до стипендии. От копеечной зарплаты в баре до следующей такой же подачки».

Я согласилась. Но по-прежнему дико смущалась. Периодически отворачивалась к окну, когда понимала, что жар от моих щёк шпарит не хуже банной печи, аж стёкла запотели.

Он заговорил на японском, а мне вдруг так неловко стало. И все эти странные названия блюд, и палки вместо вилок. Ох, как неловко. Наверно весь персонал ресторана надо мной хохотал, а гости за спиной тыкали пальцами. Ну ничего, где наша не пропадала!

Отужинав, Артём вдруг ошарашил меня неожиданным высказыванием.

Я просто попросила его отвезти меня в общежитие, а он… он пригласил меня на вечеринку. Но не на простую, а на тематическую. В честь Хэллоуина.

«Не смей отказать! Будешь полной дурой, если упустишь свой шанс! Ты зачем припёрлась в Раздоры? Учится? Все эти байки с дипломом — хрень собачья. У кого связи, тот и купается в шоколаде. Что? Фирма твоей мечты? В центре Москвы? Или в сердце Барвихи? Мечтай-мечтай.

Без связей ты как была блохой, так ей и останешься. В лучшем случае тебя возьмут уборщицей. Другое дело — подцепить мужика. Чтобы богатый был, красивый. Прям как Артём. Зачем девушки едут учится в ВАЗ? Чтобы сорвать грандиозный куш».

Ух, ну ладно. Всего лишь вечеринка. Живём один раз. Надоело. Так и вся жизнь пролетит над учебниками. Хочется чего-то яркого, острого! Хватит боятся, настало время меняться. Артём выглядит очень милым. Такому сложно сказать «нет». Правда, мне показалось, или он вёл себя как-то иначе? Голос более глубокий, движения более резкие. И смех, раскатистый, звонкий, не такой как днём ранее. Иногда он повторял вопросы, а потом удивлялся, будто слышит мои ответы в первый раз. Шутник! Ведь на «экскурсии» уже интересовался моим образом жизни и семьей.

Я была слишком взвинчена и смущена, чтобы заподозрить неладное. Всё, на мне сейчас розовая стеклышки. Околдованная улыбкой самого яркого парня академии, я даже не поняла, как ответила «да». Это сердце сделало за меня. Не разум.

Как жаль, что в тот момент я действительно не задумывалась о последствиях. Наверно, мажор просто меня околдовал. Поэтому я и не думала, чем я, простая девушка из простой семьи с сотней рублей в кармане, смогла зацепить идола всех девчонок мира.

***

Так, у меня очень мало времени! Боже, я так волнуюсь. Я никогда не была на вечеринках. Тем более, на светских, тематических. Главное – не паниковать. Соберись, Ян, веди себя уверенно. Бери ноги в руки и дуй в магазин за костюмом.

Я нервно мерила шагами комнату общежития. Бродила, то туда, то сюда. И думала. Очень много думала. Об Артёме. О его невероятно красивых глазах и безупречном, идеально сложенном теле. Даже шлёпнула себя несколько раз по щекам, чтобы хоть на минуту вытеснить образ темноволосого красавчика из своих мыслей. Вот так вот и сходят с ума. Становятся зависимыми маньяками.

Выдохнув, я быстро набросила на плечи пальто, открыла сумочку, вытащила оттуда кошелёк, заглянула внутрь, оценивая весь свой имеющийся бюджет на сегодняшний день. Хм, негусто. Но на пару недель хватит. После выходных обязательно найду работу.

Эльвира, раскинувшись на подушках, задрав ноги, зависала в телефоне. Отложив смартфон в сторону, она вдруг окатила меня пристальным взглядом.

— Куда-то собираешься?

— На вечеринку, — ответ вырвался сам по себе.

— На какую? — услышав слово «вечеринка» девчонка оживилась.

— Карнавальную. Друг пригласил. Познакомились на днях.

— Здорово! Быстро ты освоилась, — потянувшись, она как амёба сползла с кровати и направилась в мою сторону, покручивая бёдрами. — Мой тебе совет — будь осторожна. У нас здесь хватает придурков, поверь.

Прикусив губу, глядя на ухоженное личико новой подруги и на её подтянутую задницу, втиснутую в тесные легинсы марки «Adidas», я рефлекторно кивнула. Эля обладала яркой внешностью. Она напомнила мне героиню фильма «Блондинка в законе». Живая кукла Барби.

— Я поняла, спасибо.

Глава 7.

Яна

Я едва не захлебнулась шоком, когда получше рассмотрела то место, где происходило мероприятие. Загородный дом. Там всё было из золота. Шторы, скатерти, предметы интерьера... как реликвии музея. Даже унитаз, пардон, из золота литый. Домина принадлежал другу Артёма — Владу, как он мне сказал. Даже представил нас друг другу. Бес странно так обрадовался. Ещё и «пять» другу отвесил. Мальчишки настолько лихо набрались, что даже имена путали. Влад почему-то назвал Артёма Антоном. Так, хватит, пора завязывать с алкоголем, твердила я себе, но не могла отказать Артёму, когда он подавал мне всё новые и новые коктейли якобы для дегустации.

Он говорил, что бутылка каждого из них стоит чуть дешевле хорошего современного смартфона и что я больше нигде и никогда не попробую то, что мне предлагают здесь. По мне, коктейли не вызывали особого восторга. «Не понимаю, за что люди выкладывают такие деньжища?», – думала я и плясала, опрокидывая внутрь себя один стакан за другим. Не знаю, что на меня нашло. Да, я просто стала взрослой, потому что попала в другую среду. Здесь все было таким дорогим и красивым, что меня это вдохновило нарушить сегодня привычные запреты и превратиться в плохую девчонку.

Внезапно я почувствовала на своей талии руки Артёма. Горячие, сильные, властные, они с силой сжали мои хрупкие бедра, словно клеймили. От первого откровенного контакта с ним голова пошла кругом. Обжигающее дыхание коснулось затылка. Несколько волнительных секунд и… как же быстро ЭТО случилось! Долгожданный первый поцелуй обрушился на меня, как торнадо в полный штиль, без предупреждения, застав врасплох. Сначала в шею, а затем, когда парень, подхватив меня на руки, развернул к себе лицом — в губы. Мокрый, глубокий, обжигающий… Этот сумасшедший поцелуй отправил моё тело в состояние полной невесомости. Последующие часы жизни я помнила обрывками, как во сне. Но самое интересное, что мне было невыносимо приятно. Артём меня поцеловал. Случилось то, о чём я так долго мечтала. Но мне захотелось большего! Околдованная странным дурманом, я захотела заняться с парнем любовью.

***

Музыка стучала в висках. Руки и ноги превратились в вату, наполнились слабостью, весили, наверно, с полтонны, не меньше. Артём подхватил меня на руки и куда-то понёс, пока я улыбалась до напряжения в скулах и с жадностью окольцовывала руками шею парня. Запускала пальцы в волосы, шарила руками по совершенному телу Артёма, вдыхала аромат кожи, хохотала, как умалишённая идиотка. Да, мне было стыдно. Но я не знала, как контролировать собственные действия! Ведь тело жило своей жизнью, а разум от этого был не в восторге. То дурацкое пойло с основанием выдрало рычаг тормоза в моей голове, пробудив внутри меня ту бестию, которую я подавляла в закутках души долгие-долгие годы, воспитывая имидж правильной, послушной девочки. И вот зло вырвалось на свободу. Сегодня со всех запретов сорваны замки!

Чем выше мы поднимались по лестнице, тем больше я растворялась в розовом мире. Господи! Как же мне хорошо! Так легко, приятно, беззаботно. Я почувствовала себя бабочкой. Воздушной, летающей в облаках бабочкой. Я что-то бормотала Артёму – помнить бы, что? И улыбалась. А ещё прижималась к его шее губами и ставила на ароматной коже засосы. Посасывала, облизывала, ласкала языком нежную и пахнущую Арктикой кожу нового бойфренда.

Боже, милый! Откуда взялась столь откровенная фантазия? Это точно не я. Правда-правда. Мной управляют черти. Реальная я бы уже раз десять подряд сдохла от смущения. А ненормальная я… уже вся горела. Как раскаленная сковорода! И хотела. Хотела, чтобы Артём меня потрогал. Везде. Избавил от дурацкого душного платья. Пощекотал подушечками пальцев кожу. Обласкал чувственными поцелуями с головы до пяточек. Освободил от уже капец каких мокрых трусиков! Да! Мокрых! Ох… Я очень сильно возбудилась. До такой степени, что низ живота скрутило тугими узлами. Вот это ощущения. Не знала, что так бывает.

Толкнув дверь ногой, Артём, кажется, вошёл в какую-то комнату. Положил меня на кровать. Хохотнув, я что-то ему ответила. А потом... Всё. На какое-то время лишилась чувств. Не помню. Блин! Я правда не помню, что между нами произошло в той комнате. Вроде бы я уснула. Мне приснился сон. Ну о-о-очень горячий. Безумный, ненормальный, такой пошлый, но дико приятный сон. Видимо, из-за интоксикации алкоголем у меня начались галлюцинации.

Перед глазами двоилось. Точнее, Артём разделился на двух своих клонов. Одно лицо — два человека. Ха! Как забавно! Если честно, то это реально прикольно! Так необычно. М-м-м-м, голова трещит как барабан, а разум чокается от творящегося здесь хаоса. Честно, я и не знала, что где-то там, далеко-далеко, в закромах своих тёмных желаний, я, оказывается, та ещё извращенка. Часто во сне мы видим то, о чём постоянно думаем. Вот тебе и проекция, Янка!

Итак, Артём раздвоился… Ха-ха! Безумие! Какое же безумие творится в моей голове! Всё, больше никогда не буду столько пить. Дорвалась, девочка, называется. Нельзя так. Нельзя, Янка-а-а-а! Просто это был мой первый опыт посещения вечеринок. Я не ожидала, что сорвусь с горы в пропасть. Мама никогда не готовила меня ко взрослой жизни. Не умничала, не учила уму-разуму. Не читала лекций о половой жизни и средствах предохранения от нежелательной беременности. Она жила в своё удовольствие. Я была её ошибкой и источником дохода.

Два Артёма, полностью голые, с горящими страстью глазами, обступили меня с двух сторон. Буквально зажали в кровати, там же загнали в угол, как маленькую беспомощную мышку, а сами превратились в голодных, одержимых бешенством котяр. Деваться некуда!

Сначала я испугалась, сердце едва не взорвалось в груди от кипящего в жилах адреналина. Что я творю? Секс с двумя? Серьезно? Они такие уверенные и властные, что мне немного даже страшно. А я — в их власти. Отказать не имею права. Но какое же красивое у них тело. Я такие тела видела лишь на картинках, в новостной ленте Инстаграм у звёзд шоу-бизнеса или популярных моделей. Загорелые, стройные, с твёрдыми, натренированными телами и голливудской улыбкой. Ну просто грозы всех девчонок мира! Упасть, умереть, не встать. Быть такими изумительными — нечто из ряда фантастики.

Глава 8.

Господи Боже!

Я резко вскочила на кровати, схватившись за пылающие жаром щёки, и часто-часто задышала. В горле была настоящая пустыня, невыносимо сильно хотелось пить. Всё тело ныло, горело огнём, особенно низ живота. Отгоняя прочь остатки дьявольского сна, тряхнула головой. Ещё раз. И ещё пару раз. Прогоняя шум в ушах на пару с острой головной болью.

Ужас! Какая стыдоба! Неделя бессонницы после подобных игр воображения мне обеспечена. Слава богу, что тот грязный шабаш втроём — лишь иллюзия. Всего-навсего сумасшедший кошмар!

Или... Или...

Я ещё раз хорошенько махнула головой. Спутанные волосы упали на зудящие стыдом щёки. Чтобы окончательно проснуться и убедится в том, что сейчас я нахожусь там, где должна быть — в общежитии, в своей тёплой и уютной кроватке… ОДНА, я даже легонько шлёпнула себя по лицу. А потом, невольно покосилась влево. Крик не заставил себя долго ждать. Сам вылетел наружу взрывной ракетой мгновенного действия, когда слева от себя я обнаружила голое мужское тело. Как и… справа. И справа тоже лежало точь-в-точь такая же обнажённая мужская фигура попой кверху и сладко похрапывала.

— Мама-а-а-а!

Что за дьявол? Что за прикол? Не кошмар! Не кошмар-р-р-р, блин! Почему я одна, а их — два? Два Артёма! Со мной в одной кровати! Какого черта-а-а-а? Нет! Нет! Нет! А-а-а-а!

Вот зараза! Вот я попала! НЕ. МОЖЕТ. БЫТЬ.

Так! Вдох, выдох. Вдох, выдох. Сильно-сильно жмурюсь, моргаю, щипаю себя за запястья едва ли не до мяса! И… не просыпаюсь.

С бранными воплями я вскакиваю на ноги, шарахаюсь от парней. На глаза уже вовсю давят слёзы. Обидно. И очень больно. До такой степени, что сердце грохочет навылет где-то под рёбрами, сжимаясь от отчаяния при каждом новом ударе в немощный комок. Ещё раз бросаю взгляд на ухмыляющихся мажоров.

Они что? Клоны? Или это типа такие костюмы?

В конце концов, когда голова более-менее перестаёт трещать от похмелья, до меня доходит. Нет. Братья. Они братья! И ради веселья они развели меня, как какую-то лохушку, чтобы трахнуть вдвоем. Вот почему урод Артём, если это его настоящее имя, пол вечера меня спаивал. Для дела, оказывается!

Ненавижу! Мерзавцы! Подлые, двуличные, зажравшиеся индюки! Папенькины сынки! Денежные баловни! Развлечься захотелось. Как же хитро всё спланировали. Умело выбрали жертву. Тихую, скромную, не такую, как остальные проживающие в этом пекле красотки. Да, я знатно отличалась от остальной массы студентов. Именно поэтому привлекла внимание гавнюков. Извращенцы чёртовы!

Это как получается? Если у меня папа не нефтяник, а мама не звезда «Беверли Хиллз», то можно и поглумиться? Над простой девчонкой из простой семьи? Сначала показать ей звезды, а потом, наигравшись, бросить в яму с дерьмом. Ладно бы он один… я и так была не против. Но вдвоем. Это уже край!

Слов нет. Какая же я… небывалая дура! Эля ведь предупреждала. Но я думала, здешние ребята не такие. Они из высших слоёв общества, интеллигенты, как нам о них рассказывали в Челябинском вузе, надежда будущего, опора страны. Но, как оказалось, нам просто вешали лапшу на уши, чтобы набрать побольше участников для проклятой олимпиады.

— Мерзкие мерзавцы! Вы просто попользовались мной? Вдвоем! Да? Лишили невинности! Я думала ты, Артём, или как тебя там, нормальный парень! Задыхаясь от подступающих к горлу слёз, одеваясь на ходу, я пулей выскочила из комнаты. Но перед этим треснула одного из братцев по физиономии. Хоть как-то отомстила, частично сбросив напряжение в подрагивающих руках.

Поделом ему! Чуть отпустило. Если ещё хоть раз кто-нибудь из этих клонов-индюков, что вылупились на свет из золотых яиц, посмеет подойти ко мне ближе, чем на пять метров — я за себя не ручаюсь. Врежу посильнее. Так, чтобы с переломом. Поразительно, сколько гнева скопилось в моем хрупком сердце. Я даже открыла для себя новые способности, в рамках рукопашного боя. Оказывается, у меня отменный хук правой. Да просто в край довели, черти проклятые!

***

Прибежав в общежитие, я тут же закрылась в ванной. Часа два драила своё тело мочалкой, смывая их грязные прикосновения, и рыдала. Во сне всё то, что случилось между нами тремя, выглядело иначе. Да, не буду лгать, мне было невозможно хорошо. Они доставили мне неземное удовольствие. Не насиловали, не грубили, не драли, как какую-то резиновую вещь из секс-шопа. Напротив, шокировали своей обходительностью.

В чем же дело, если мне всё понравилось? Почему я так расстроена и подавлена? А в том, что они меня обманули. Не удивлюсь, если, как по классике жанра, они на меня поспорили. Я даже боли не помнила! К сожалению, я не помнила тот момент, когда всё началось. Кто из них взял меня первым? Или они оба, по очереди, лишали меня девственности? По одному толчку… Врезались в узкую плоть, делая меня своей. А сами — стали моими первыми мужчинами.

Стыд и срам, Яна! Не прошло и недели, как ты начала новую жизнь в новом городе, а уже стала почётной шалавой для двоих. Супер.

— Ян! Привет! С тобой всё нормально? Ты там не умерла? — в дверь ванной настойчиво тарабанили. Эля пришла.

Больше всего на свете сейчас мне хотелось лишь одного — побыть наедине. Завернуться в теплый плед, воткнуть в уши наушники и слушать любимую музыку. Но лучше — отмотать время назад. Жаль, что у меня не было настоящей мамы, которая поделилась бы со мной жизненным опытом. Тогда я бы, сдуру влюбившись с первого взгляда в первого встречного, не бросилась бы вниз головой в омут мощных чувств.

— Всё нормально, — хрипло ответила я, закручивая кран.

— Выходи давай, уже час там сидишь. Мне тоже надо носик припудрить.

Нехотя, набросив халат на распаренное тело, я выплыла в комнату с кислой миной на лице. Соседка тут же заподозрила неладное.

— Ну как? — Эля ухмыльнулась, — Хорошо повеселилась?

— Нет. Не хочу даже об этом говорить, — буркнула я в ответ, плюхнувшись на кровать и свернувшись там клубочком.

— Блин, выглядишь ты хреново, — она присела на корточки, напротив меня, коснулась ладонью плеча. — Расскажи, что произошло-то? Теперь мы подруги. Давай, я тебя поддержу.

Глава 9.

Яна

С момента вечеринки прошло чуть меньше месяца. Близнецы куда-то исчезли. Возможно уехали из города повеселиться за границу, как было принято у богатых. И к лучшему. Ибо от одного лишь их внешнего вида меня начинало мутить. В прямом смысле этого слова! Но тогда я ещё не догадывалась, что мутило меня вовсе не от напыщенных физиономий буржуев, а от кое-чего иного. Более глобального и серьёзного.

Чтобы хоть как-то отвлечься от негативных мыслей, я полностью растворилась в учёбе. И всегда так делала, когда в жизни случались трудные периоды — уходила в себя, абстрагировалась. Искала утешения в книгах. Создавала свои собственные миры и жила в них, как в коконе.

Ещё я любила рисовать. Так, просто, баловалась в свободное время. Сначала это были лишь любительские наброски простым карандашом, затем я подсела на акварель. Излюбленной темой ИЗО был пейзаж или портреты людей.

Хочешь-не хочешь, но нужно как-то крутится. Я смотрела на всех этих породистых девиц-белоручек, что посещали академию, и качала головой, когда они вместо того, чтобы учиться, выпендривались, хвастаясь своими сумками и шмотками перед подружайками. Конечно, они ходили сюда лишь для вида. Папочка с мамочкой впихнули, дабы не порочить репутацию семьи. К тому же, в здешних кругах было престижно отправлять в ВАЗ своих отпрысков. Места в академии были ограничены. Пробиться очень непросто. Даже тем, у кого есть денежки. А у меня почему получилось? Думаю, это было сделано спонсорами для каких-то своих корыстных целей. А спонсором в моём случае стал некий депутат Михаил Назаров, что баллотировался в мэры города. Совпадение, правда ведь, то, что фамилия у гадов и будущего мэра совпадает? Выходит, я держала за руку того, кто породил на свет зазнавшееся исчадье. Это он отправил меня на «доску позора». А его сыновья меня опоили, обманули, опорочили. Весело вышло. Судьба, не иначе. О том, что тот самый Назаров и есть папочка мажоров, я узнал чуть позже. Когда, оправившись от потрясения после зловещей ночки, по душам поговорила с Элей и та мне всё рассказала о депутатской семейке. Папочка — сказочно богатый депутат-магнат, а мамочка — в прошлом мисс Вселенная и дочурка нефтяного барона.

Таким образом, депутат Назаров своим трюком с даром путёвок в ВАЗ простолюдинам, видимо, решил привлечь к своей персоне внимание люда и телевизионщиков, продавая «золотые билетики в рай» простым смертным, тем самым делая бравое дело с целью развития нации. Ведь, по сути, в ВАЗ учились одни дебилы, как те курочки, одержимые шмотками и косметикой. А кто умами-то будет? Если «звёздам» некогда браться за ум? Правильно, чтобы не просеять популярность заведения, решили выехать на простых смертных к славе и изобилию. А лозунги, что Высшая Академия Знаний является самым лучшим вузом страны — проплаченная пиар-кампания. Просто реклама. Просто маркетинг. Просто чей-то бизнес. И ничего личного.

***

Когда в моём кошельке остались последние двести рублей, я поняла, что нужно затянуть поясок и немедленно устроиться на работу. Ну куда уже туже затягивать? Я питалась исключительно лапшой быстрого приготовления, мой желудок начал возмущаться. Да, эта химическая лабуда не сравнится с тем, чем угощал меня один из близнецов в том шикарном «Nobu». Кстати, о нём!

Я ведь прошла собеседование в ресторане. И они... меня взяли. Официанткой. На полставки. С очень впечатляющей зарплатой даже за неполную смену.

 В общем, хоть с работой повезло. До аванса я экономила как могла. Даже стала ходить пешком на учёбу и из вуза в общежитие, тратя на это сорок минут в день. А что, с другой стороны это полезно! Свежий воздух, гимнастика для тела. Я оптимистка по жизни и во всём стараюсь искать плюсы. Во всем? Кроме одного события. Вы знаете, какого... Оно станет для меня жестким уроком жизни. И исключением.

Вот, оказывается, как лихо может повернуться судьба. Сегодня я практически Афродита в сопровождении настоящего Аполлона, а завтра... нищая официантка, бегающая на подачках у высокомерных вельмож, сливок Рублевки.

Надев черно-белую форму официантки, уложив в строгий пучок на затылке волосы, я приступила к работе. И делала это каждый день. Выходной — суббота. До трёх училась в академии, после — до десяти пахала в ресторане. Домой приползала в начале двенадцатого. Два часа на подготовку к лекциям и в завершении насыщенного дня — сон без задних ног.

Первое время мне было неприятно приходить в этот ресторан. С заведением меня связывали особые воспоминания. Глядя на молодые парочеки — посетителей – я погружалась в прошлое. По пищеводу поднималась горечь, а глаза неприятно покалывало. Когда-то и я уплетала за обе щеки за этим столом, под номером девять, дорогущие роллы с креветками и икрой. А сейчас выгребаю объедки из тарелок. Жизнь всё-таки несправедливая штука. Сказка... была так близко.

Но в один миг всё улетело к черту на куличики.

***

Проработав три недели, я запомнила наизусть все названия блюд. Я ведь сообразительная девушка, быстро учусь. В этот день было всё, как обычно. Посетителей не очень много. Обслужив двух упитанных мужичков-бизнесменов в элегантных смокингах, я присела на стул, чтобы перевести дух. Отчего-то стало душно, хоть на улице и не лето вовсе. Сделав глубокий выдох, я принялась обмахиваться папкой — меню. Странно. Какое-то странное самочувствие мешало мне нормально работать. То есть хотелось, то спать. То холодно, то жарко. То тошнота по утрам. Ну конечно, чего я ожидала, питаясь булками и полуфабрикатами? Испортила желудок. Из супермаркетов в Раздорах есть лишь «Азбука вкуса». Но она, увы, мне не по карману. С первым авансом закажу такси и выберусь в город, на оптовый рынок. Там можно выгодно затарится необходимыми продуктами с отличной скидкой.

Призадумавшись, обмахиваясь меню, я не услышала, как на входной двери ресторана звонко звякнул колокольчик. Точнее, “музыка ветра”.

— Яна, там клиенты пожаловали, ты что, уснула с открытыми глазами? — прямо в спину грозным лаем ударил голос администратора Олесечки. Местной фифы, толстобрюхий муженёк которой держал сие заведение.

Глава 10.

Яна

— Яна? Ты что здесь делаешь?

Вот и прилетел первый вопрос от нахмурившегося красавчика «в белом».

— Что будете заказывать? — я сделала вид, что мы не знакомы, продемонстрировав полный игнор. Холодно уставилась в свой блокнот, готовясь записывать хотелки клиентов.

— С ума сойти.

— Вот это поворот.

На одном выдохе отчеканили мажоры, переглянувшись друг с другом.

Секундная пауза. У меня дрожат колени. Я держусь, как могу. Но как же сильно хочется забиться в угол и дать волю слезам. Сидят, как два барана, довольные собой. Хозяева жизни. Сейчас буржуи будут издеваться над простыми работягами. Однако мои мысли не совпали с реальностью.

— Ян, — один из братьев, сидевший по левую сторону Артём, кашлянул. — Поужинай с нами, давай поговорим.

— Я работаю. Жду от вас указаний.

— Как это работаешь? Это шутка? — прыснул второй, развалившись на мягкой софе, закинув ногу на ногу.

Нет блин! Хэллоуин продолжается. Просто мне стало скучно, я подкараулила вас на улице, узнала, что вы собираетесь перекусить в «Nobu», стащила форму официантки из кладовки, переоделась и теперь собираюсь напоить вас пургеном, который подсыплю в суп из рачков, потом трахну в туалете, не спрашивая дозволения, также как, как вы меня трахнули на вечеринке, сниму на видео голых и выложу в сеть. А ваши пипирки нафотошоплю до размера «невидимок». Вот ваши дружки оборжутся!

Я почти улыбнулась от грандиозных мыслей и едва не откусила конец ручки, когда задумалась, но тут же быстро пришла в себя, осознав, что ни черта не выйдет. Сначала меня за такой дебош уволят, а потом посадят в тюрьму. Мажорики же неприкосновенны. Как золотые слитки скифов в музеях, что охраняют под десятью замками целыми бригадами солдат.

Артем привстал из-за стола:

— Но всё-таки, я настаиваю. Мне очень жаль, что тогда… такое случилось.

Поразительно! Он бегал за мной хвостиком две недели с извинениями, какой настырный. Не сдаётся. Какой-то неправильный мажорик попался. Попахивает блефом. Братишки просто не до конца насладились весельем. Пупы земли возжелали взять реванш.

— Не о чем разговаривать, что было, то забыли, — я практически не дрожу. Голос — холоднее льда. — Я на работе. Жду вашего заказа, сэр, — прошипев ответочку, я гордо вздернула нос к потолку.

— Получи от ворот поворот! — Антон раскатисто заржал, хлопнув в ладоши. — Я буду суп дня, дорогая.

А Артём, скорчив угрюмую мину, безвольным телом плюхнулся обратно на софу. Кажется, сдался.

— Мне тогда без разницы что, — он с силой хлопнул коркой меню. Подперев рукой подбородок, расставив широко ноги, уставился в окно. — Сама выбери, на свой вкус.

Ути-пути! Какие мы бяки обидчивые! Даже губку надули.

Ну, Темочка, так бывает. Это жизнь. Может, я сделаю для тебя открытие, но не всегда деньги решают всё. Я не одна из ваших мочалок, которые по первому требованию падают в ноги. Готовься, что ты будешь бегать за мной очень и очень долго. Я не такая. Я жду трамвая. Это не сарказм.

— Мышьяк подойдёт? — тихо-тихо предложила я, так, что они вряд ли услышали, забирая у парней тёмно-синие папки с перечнем блюд. Под пристальными взглядами мажоров на негнущихся ногах я направилась в сторону кухни.

Яна! Тебе что, работа не нужна? И так еле-еле пробилась. Вот ёлки-палки! Ну не удержалась. Вроде бы гады не услышали мой сарказм.

***

Антон заказал тот самый суп из каракатицы, как в прошлый раз. Этот супец сегодня был блюдом дня. А меня… меня, чёрт возьми, от него едва не стошнило. Хотя нет. Вру. Стошнило. ПРЯМО в тарелку.

Я смотрела на это «существо» в кашеобразной жиже и едва сдерживала рвотные позывы. Да что ж такое? Не надо было есть тот черствый хлеб со спредом из Ашана. Теперь вот, отравилась. Что не день, то радость и удача! В кавычках.

Я думала смогу дойти до их столика. Набрала побольше воздухе, чтобы не дышать. Даже щёки надула. Этот супец вонял похлеще стухшего яйца, недельной давности... Повара что, издеваются? Как можно есть такую похлебку? Бездомных собак на помойке и то лучше кормят. Сейчас достопочтенные князья вдоволь наедятся, а потом меня обвинят, что это я стала причиной их незапланированных побегов на горшок.

С отвратительной ломотой в коленях, я послушно тащила «князьям» золотой поднос, набитый диковинными вкусностями и смотрела на них, как будто приклеилась глазами к двум совершенным силуэтам. Не знаю почему, но именно сейчас в голову ударили воспоминания о той самой ночи. Как будто амнезии резко настал конец. Яркие картинки позабытого прошлого вернулись обратно в мозг. Даже щёки из бледных превратились в пунцовые, когда перед глазами вдруг вспыхнуло тесное переплетение трёх влажных тел. Уши наполнились громкими стонами и тяжёлыми вздохами, по рукам побежали мурашки, по бёдрам, как кнутом, ударили острые спазмы удовольствия.

Сделав несколько глубоких вдохов, я почувствовала сильное головокружение, даже покачнулась на ногах, отчего посуда на подносе угрожающе загремела. Ну и напоследок феерии, в горло фонтаном врезалась тошнота. НЕТ! С ума сошла, Яна?! Что с тобой? Просроченный йогурт? Или... Или это нормальная реакция нормальной девушки на двух кретинов, после того, как у нас с ними был секс втроём?

Я не успела дойти до стола. Я отдала свой завтрак. Прямо в этот чёртов суп с уродливым и щупальцами.

— Нифига себе! Во дает! — Антон первым обратил внимание на феерический триумф. Разинув рот, он, как дикий баклан, вскочил из-за стола, вцепившись в меня ошарашенным взглядом.

— Яна! Яна, что с тобой? — а вот Артём уж очень заметно изменился в лице. В отличии от своего брата, его мимика выражала полное беспокойство, в то время как мимика брата — отвращение. — Может, скорую вызвать?

Я швырнула поднос на стоящий рядом столик. Зажав руки ладошками, быстро дала дёру в сторону запасного входа, в шаге от которого располагалась комната для персонала. Схватив куртку и сумку, я вылетела на улицу, как космическая ракета, и со всех ног бросилась наутек.

Глава 11.

Яна

— Спасибо, но не нужно было, — краснея, как лепестки мака, я нервно теребила пряди волос, что выпали из хвоста во время атаки гиен в юбках.

«Але! Янка! — собственная совесть клацнула перед моим носом невидимыми пальцами. — Забыла? Вы как бы в контрах! Быстро же ты сдалась. Опять повелась на смазливую мордашку? Тоже, герой нашелся. Вспомни-ка, что они там с братцем намутили месяц назад?»

— Идём, хочу угостить тебя чаем, — Артем обжёг пристальным взглядом мои и без того обожженные щёки. Когда уже я перестану краснеть, как дурочка? От одного их выдоха в мою сторону.

— Нет. У меня много дел. Скоро начнётся семинар, — нервно замямлила я, пока парень подбирал с газона все мои варварски раскиданные вещи.

— Ян, не упрямься, я всего лишь хочу угостить тебя пироженкой. И… поговорить. Всего один разговор.

И сердце сжалось от жалости. Ну разве можно устоять перед этими синими-синими, как гладь океана, глазами?

— Ладно, — я протяжно выдохнула, принимая из рук спасителя свои вещи. — Пошли.

***

В буфете Артём заказал нам напитки и сладости. Напряжение нарастало. И тошнота, кстати, тоже. Ну вот, опять. Что ж такое? Мои нервы видели лучшие времена.

— Ян, пожалуйста, перестань меня избегать. Я всего лишь хочу попросить у тебя прощения. Мне очень жаль, я не ожидал, что так получится. Правда, — он вытянул руку вперёд. Смотрел так уверенно мне в лицо, будто гипнотизировал. Его нахмуренные брови кричали за своего хозяина: «Я никогда не сдамся. Лучше смирись».

Я нервно покусывала губы, я не знала, как поступить. Все-таки «мягкая я» утихомирила «жёсткую меня».

— Хорошо. Забыли, — смущаясь, я неторопливо вложила свою маленькую бледную кисть в большую и крепкую мужскую ладонь.

— Давай дружить? — Артём неожиданно сжал мои пальцы, отчего в горле перехватило дыхание. Память вспомнила его будоражащие прикосновения. Его стоны, вздохи поцелуи… Чё-ё-ё-рт! Поверить не могу, что у нас с ним… что мы. Занимались любовью. Я занималась сексом с двумя самыми горячими парнями Рублёвки и Раздоров.

— Просто друзья? — мямлю, краснея до предела, а, тем временем, в памяти вижу наши голые, сплетенные друг с другом тела. Вот-вот пар из ушей повалит.

— Да, Ян. Ты мне нравишься. Для меня ты больше, чем просто друг. Я могу стать твоей стеной.

— Это как? — удивляюсь, приоткрывая рот. Едва не поперхнулась.

— Защитой. От таких взбалмошных коз, как Рада. Поверь, здесь тебе будет нелегко в одиночку. ВАЗ — это филиал ада на земле. Как и в любом аду, тут не любят простых смертных. Ты уже нашла друзей?

Я качнула головой, опустив ресницы:

— А как насчёт твоего брата? Он тоже раскаивается?

— Конечно. У него сейчас кое-какие трудности, — мажор кашлянул. После, перевёл тему. — Как тебе чай?

— Спасибо, очень вкусный, — я отпустила его руку, вцепилась в кружку с горячим, ароматным напитком, о которую грела ладони, чтобы этим жаром стереть прикосновения Артёма. Иначе можно сорваться.

Что со мной? Куда подевалась моя гордость?

Тот случай, когда говорят, что разум борется с сердцем, но сердце выигрывает. Сколько бы дней не длилась битва, кажется, я поняла, что влюбилась. Вот только как? И в кого? Ведь двоих любить невозможно.

— Не удалила ещё мой номер телефона?

Отрицательно покачала головой. Всего лишь занесла в черный список. После того, как мы переспали, Артём взял у Антона номер моего телефона и каждый день бомбил мой мобильный сообщениями.

Я стойко держалась. Но так как я очень мягкий человек, то быстро забываю плохое и отпускаю обиды. Именно этим качеством зачастую пользовались мои знакомые, а также ребята в школе, когда просили сделать за них контрольную.

— Хорошо, если понадоблюсь — звони, не стесняйся. Куда тебя проводить?

— Ой, спасибо, не нужно, — я встрепенулась, махнув руками. — Я бегу на последнюю пару, а потом в общагу.

— Тогда до встречи? — близнец одарил меня своей самой очаровательной улыбкой, от которой моё сердечко дёрнулось в конвульсиях.

— Ага. Пока, — отмахнулась я, сорвавшись на бег.

Ведь до начала семинара осталось три минуты.

***

Вот и что это было, Яна? Кажется, вдохновившись геройским поступком, ты только что простила мерзавца? Ну да, а чего таскать за плечами лишний груз? И так жизнь превращается в соль, а не в сахар, как я себе нафантазировала, когда летела в самолёте в Москву. Артём меня убедил в том, что его намерения искренни и серьёзны. А может, красавчик снова загипнотизировал мой ум невидимыми чарами.

После разговора с парнем отчего-то на душе стало чуточку легче. Я сдалась. Ибо он меня достал. Мне кажется, этот настыра не перестанет капать мне на мозги, пока я не скажу ему волшебное слово «Прощаю!». Ну хорошо, убедил. Именно тем, что заступился в схватке «четверо на одну». И тем, что он такой амбициозный.

Артём прав, я будто из другого мира. Белый воробей в стае черных ястребов. Мне обязательно нужна защита. Иначе воробышка раздерут на куски, перьев не останется. Ну хорошо, пусть и дальше искупает свою вину. Настырный парень, именно этим и зацепил в отличие от своего «мне всё пофиг» брата. Да, Антон и шагу не сделал в мою сторону. Видимо, у выскочки всё путём.

Так, с Артёмом помирились. Но только никакого флирта! Я больше ни за что не куплюсь на их тупые чары и приколы. Опыт имеется. Спасибо жизни! Научила так научила.

Как обычно, поглощенная мыслями, отсидев последнюю пару, я вышагивала по тротуару, направляясь в сторону супермаркета. Но вот беда, я едва не столкнулась с женщиной в дверях, потому что в этот момент считала собственных тараканов. Моргнув, я присмотрелась к незнакомке, та что-то буркнула в ответ и, выпятив вперёд своё огромное пузо, еле-еле протиснулась между дверьми.

В этот будоражащий миг по спине пробежал морозный холодок, когда я взглядом упёрлась в её большой, как пляжный мяч, живот. Как оказалось, дамочка находилась в положении, а я, задумавшись, якобы не пропустила будущую мамашку вперед, за что и испытала на себе суровый взгляд незнакомки.

Глава 12.

Артем

Вот тебе и замухрышка-мышка. Врезала, так врезала!

Я крутился на кровати, вот уже полночи не мог уснуть, всё думал о девчонке, одной рукой поглаживая до сих пор пылающую жаром щеку, другой — прижимая к вискам пакет со льдом. Голова трещала, как будто я лихачил без шлема на мотоцикле, врезался в столб и заработал сотряс. Этот удар хрупкой на вид ручонки, но пипец, оказывается, сильной на деле, хорошенько встряхнул мне мозги. Проклятье! Я еще больше заболел Мармеладкой.

Да, именно в тот момент, когда она мне двинула. Капитально устроила встряску башке. В тот момент после удара там, в черепушке, что-то заклинило. Вот так вот… Именно так! У меня проснулись чувства к Яне.

Утром я так и не успел её догнать. Ноги подкосились из-за похмелья. К тому же ещё и удар, блин, дезориентировал. А она убежала. Вся в слезах. Жалко очень. Если бы можно было отмотать время назад, я бы всё исправил. Да, я жалею о многом. Я идиот. Послушал брата, точнее — не хотел, чтобы он выставил меня слабаком и трусом перед дружками. Поэтому и согласился. Но в тот момент Яна нравилась мне не столь адски сильно, как сейчас. После ночи жаркой любви и отрезвительного хука по морде.

Но та ночь, в отношении ощущений, была божественна. Ни с одной девушкой, даже самой красивой, я не испытывал ничего подобного – такого яркого, что в голове и в паху взрывались радужные салюты.

Я закрыл глаза, напряг извилины и вновь вернулся в тот день. Память частично восстановилась. Понемногу я начал вспоминать минувший вечер. Мурашки по коже от того, какие картинки всплывали в моих мыслях – яркие, острые горячие! Ух! Мне стало очень душно, даже лёд не помогал. А мой приятель в трусах налился кровью и до боли врезался в поверхность матраса. С ума сойти! Когда такое было? Чтоб вот так вот, как пятнадцатилетний задрот, от одних лишь мыслей становился тверже металла?

— Мармеладная девочка, — где-то вдали, родом из прошлого, в мыслях эхом загудел голос брата.

— Что? Мармеладная? Почему ты так на её назвал?

— Потому что она сладкая...

Он подошел к Яне со спины, схватил за волосы и облизал бархатную кожу малышки. От ключицы до самой мочки. Девчонка вскрикнула. И едва не упала от слабости, но брат её придержал. Пьяненькая такая.

Доступная. Нереально отзывчивая.

— Ну давай, братец, сам попробуй, убедись... — Тоха провоцировал меня на игру.

Да, я не удержался. Подошел к ней с другой стороны и повторил тоже самое. Медленно, затаив дыхание, смакуя каждое мгновение, провел кончиком языка по совершенным изгибам тела.

— Да-а-а. Сладкая. И вправду! Как мармеладка.

— А еще я советую потрогать её грудь. Сочная. Натуральная. Мягкая. Как попка младенца.

Я рассмеялся.

— Вот ты придурок! Озабоченный. Как будто ты когда-нибудь трогал попки детей?

— Заткнись. Не ломай кайф. Просто возьми её сиськи в обе ладони и крепко сожми.

Я тряхнул головой. Б-р-р-р! С ходу влепил себе же пощёчину.

Так, успокойся! Просто дыши, просто спи, наконец, не думай о сексе, о красивой фигурке Яны, о её стонах и приятной узкой киске.

Да хер там! Полночи не спал. А утром решил во что бы то ни стало добиться прощения девчонки. В душу запала. Хрен теперь выдерешь.

Сколько же страха, грусти и отчаяния было в этих огромных, ярко-зелёных глазах? Не по себе мне. Жалко малышку. Вот я идиот! Я хоть в резинке с ней… того? Конечно же, эту жаркую ночь я помнил обрывками.

Впервые в жизни со мной приключилось самое настоящее дерьмо. Я не знал, что когда-нибудь смогу так сильно налажать. Почему? Да потому что башню снесло капитально. Только потом я это понял, когда она мне врезала. Мозги на место встали. Проснулись чувства. Неужели влюбился? Эти эмоции совершенно новы для меня. Несмотря на приличный опыт в любовных делах.

Поэтому я и потерял голову, и пошёл на поводу у братца. Чтобы завоевать сердце Яны. В другой ситуации не вспылил бы так, сломя голову бросившись к черту на рога. Точно! Вот оно как. Влюбился. И потерял мозг. Когда человек влюбляется, он становится уязвимым. А ещё малость дурит.

Прошло несколько дней. Как бы я не старался — бесполезно. Убегает от меня, как от чумы. Да уж, нормально мы её напугали. Будь я на месте Яны, тоже бы кукушку словил. Уснула с одним, проснулась с двумя. Полный шок!

В общем, не добился я прощения. И слушать не стала. Десятой дорогой обходит. Возможно, следует дать Яне немного времени. На полторы недели мы уехали с отцом и маман в Париж, чтобы немного развеяться перед предстоящими дебатами папы. Вернувшись домой, мы с братом забежали перекусить в «Noby». А там нас ждал сюрприз.

Вот это новость! Яна теперь официантка. И почему мне так больно на нее смотреть? Опять-таки, на предложение перемирия девчонка недовольно морщила нос, пыталась показать характер. А я бесился. Что впервые в жизни не могу контролировать ситуацию, как обычно бывало.

Даже деньги и власть утратили полномочия. Я почувствовал себя никем, пустым местом. Когда всё вышло из-под контроля? Когда проблему невозможно было решить одним ленивым щелчком пальцев. Как я привык. Ох, эта девочка!

Правда, что не такая как все. Строптивая умница. Очевидно, в этом – её изюминка. А у меня к ней всё больше и больше подогревается интерес – как у завоевателя.

В кафе Яна выглядела нездоровой. Бледной, измученной. Хотелось наплевать на все, забросить её строптивую тушку на плечо и вынести вон из ресторана. И пофигу, что она там кричала про работу. На ногах едва держится. Совсем себя загоняла, девчонка. Я так понимаю, до обеда у неё учеба, а после обеда — работа.

Полным потрясением было увидеть то, как Яну стошнило в наш заказ. Вот тогда я не на шутку распереживался. Но не смог догнать девчонку. Она сама испугалась. Представляю, как ей стыдно. Что вообще произошло? Что с её самочувствием? Колокольчик в груди забил тревогу.

***

Я долго думал, как же помириться с Яной? Пока по счастливой случайности не стал свидетелем отвратительной картины. Рада! Мерзкая сучка в компании своих верных овец решила попрессовать новенькую.