Бесправная

Глава 1. Проданная

Воздух на площади был густым и тяжёлым, пропитанным запахом сырой земли, дешёвых благовоний и пота. Мия стояла на деревянном помосте, стараясь не шевелиться. Каждый вдох давался с трудом, словно на грудь положили невидимый камень. Она смотрела прямо перед собой, на серую брусчатку, но всё равно чувствовала на себе десятки взглядов — липких, оценивающих, безразличных.

Внизу, в толпе, перешёптывались. Слова доносились до неё обрывками, словно эхо из другого мира.

— ...совсем девчонка...
— ...кожа белая, как молоко...
— ...родители сами привели. Говорят, долги...

Мия сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. Боль была настоящей, в отличие от этого кошмара. Родители. Это слово жгло хуже каленого железа. Они стояли там же, в первых рядах, рядом с дородным мужчиной в бархатном камзоле — распорядителем аукциона. Отец смотрел в сторону, делая вид, что изучает свои сапоги. Мать теребила край шали, её губы беззвучно шевелились, будто она молилась или считала монеты.

Мия хотела крикнуть им что-то, но горло перехватило спазмом. Какой смысл? Они уже всё решили. Для них она была не дочерью, а товаром. Вещью, которую можно обменять на спокойствие и прощение долгов.

— Лот номер семь! — гаркнул распорядитель, и его голос вырвал Мию из оцепенения. — Юная особа из клана Лир! Здорова, обучена грамоте и этикету. Идеальна для дома или... иных целей.

По толпе пробежал смешок. Мия почувствовала, как краска заливает лицо и шею. «Иные цели». Она знала, что это значит. Её могли купить для чего угодно: от работы на кухне до роли постельной игрушки для какого-нибудь престарелого вельможи.

Торги начались лениво. Назывались низкие суммы, больше для вида. Мия слышала цифры, но они не имели значения. Её цена была определена в тот момент, когда отец подписал бумаги.

— Пятьдесят золотых! — выкрикнул кто-то из задних рядов.
— Пятьдесят пять! — тут же отозвался другой голос.

Суммы росли медленно, скучно. Мия уже почти смирилась со своей участью, когда над площадью повисла внезапная, звенящая тишина. Она подняла глаза и увидела его.

Он стоял у самого края помоста, возвышаясь над толпой. Высокий, широкоплечий, одетый во всё чёрное. Не броско, но дорого. Его тёмные волосы были стянуты в низкий хвост, а лицо... оно было словно высечено из камня — резкие скулы, плотно сжатые губы и глаза цвета зимнего неба. Холодные и пронзительные.

Уэндер.

Она знала это имя так же хорошо, как собственное. Враг. Представитель клана Вэйл, с которым её народ воевал поколениями. Клана, который они винили во всех своих бедах... и который, в свою очередь, винил их.

Их взгляды встретились всего на секунду, но Мие показалось, что её ударили наотмашь. В его глазах не было ни похоти, ни праздного любопытства других покупателей. Там была лишь ледяная ненависть и что-то ещё... узнавание? Словно он увидел перед собой не просто рабыню, а воплощение всех своих несчастий.

— Двести золотых, — его голос был низким и спокойным, но прозвучал как удар хлыста.

Толпа ахнула. Сумма была баснословной за простую девушку без особых талантов.

— Двести! Кто больше? — распорядитель обвел площадь взглядом, но желающих спорить с Уэндером не нашлось. Его репутация была известна всем.

— Продано! Лот номер семь уходит господину Уэндеру из клана Вэйл!

Мия не помнила, как спустилась с помоста. Ноги казались ватными. Мать наконец посмотрела на неё, и в её глазах Мия увидела не любовь или сожаление, а облегчение. Сделка состоялась.

Уэндер не сказал ей ни слова. Он просто развернулся и пошёл прочь сквозь расступающуюся толпу. Мие ничего не оставалось, как последовать за ним, чувствуя себя собакой на поводке.

Они шли молча через весь город. Мия семенила сзади, стараясь не отставать от его широкого шага и не привлекать внимания прохожих, которые с любопытством косились на странную пару: грозного воина и хрупкую девушку с опущенной головой.

Когда они вышли за городские ворота и направились к холмам, где располагалось поместье Вэйл, солнце начало клониться к закату, окрашивая небо в багровые тона. Мия остановилась.

— Зачем? — её голос прозвучал хрипло и тихо.

Уэндер замер, но не обернулся.
— Что «зачем»? — бросил он через плечо.
— Зачем ты меня купил? Ты ведь ненавидишь мой клан.

Он медленно повернулся. В его взгляде не было гнева, только бесконечная усталость и холодная решимость.
— Ты права. Я ненавижу твой клан. И тебя я тоже ненавижу. Но ты — ценный актив. А я привык забирать то, что принадлежит врагу.

Он подошёл ближе, нависая над ней тёмной тенью.
— Ты будешь жить в моём доме. Ты будешь делать то, что я скажу. И молись всем богам, чтобы мне не пришло в голову использовать тебя так, как используют рабынь другие хозяева.

С этими словами он развернулся и продолжил путь.

Мия осталась стоять одна посреди дороги. Холодный ветер трепал её волосы. Она смотрела вслед человеку, который только что купил её жизнь за горсть золота. И впервые за этот ужасный день она почувствовала не только страх и унижение, но и глухую ярость.
Он ненавидит её. Но она тоже научится его ненавидеть. И однажды... однажды она заставит его заплатить за каждую минуту этого унижения.

Сгущались сумерки. Впереди виднелись огни поместья Вэйл — её новой тюрьмы. Мия глубоко вздохнула и пошла вперёд. Назад дороги не было.