Без права быть человеком

Испытание

ГЛАВА 1

ИСПЫТАНИЕ

Мирон был в предвкушении очень важного события.

Сегодня он, в числе группы наставников, сопровождал ученицу на ее первое главное испытание. Скоро он впервые увидит со стороны, как проходит бой и первым поприветствует нового воина в своем отряде.

С волнением он вспомнил собственное испытание. Как дрожал меч в его руках, когда наставник открыл клетку. Как он впервые увидел чудовище так близко. Как вздрогнул, когда голодный и злой тампир ринулся вперёд.

Сейчас ему казалось, что все тренировки с деревенским мастером боя были абсолютно бесполезны. Тогда его спасло только чудо.

Изучая теорию и упражняясь на деревянных манекенах, он понятия не имел, что такое настоящий тампир. Манекен не двигался. Манекен не ждал момента. Манекен не нападал первым.

А тот — нападал.

Мирон тогда едва успел занести меч над головой, как увидел приближающиеся клыки. Он зажмурился от страха, смирился со страшным концом и рубанул наугад.

Голова тампира разлетелась надвое.

Мастер потом уверял, что Мирон даже с закрытыми глазами знал, куда бить, благодаря «волшебным тренировкам». А Мирон знал — это была обычная удача.

Но поединок был выигран и Мирон отправился в поселение воинов.

Первые восемь месяцев его гоняли нещадно. Будто нарочно, громко обсуждая, какой он никчёмный и что участь его — умереть в первой настоящей схватке.

Но Мирон больше не собирался надеяться на чудо.

Через год он гордо носил звание воина. А спустя ещё три — за его плечами было около двадцати убитых тампиров второго класса и один тампир первого класса, уничтоженный вместе с отрядом.

— Пора, Мирон, — хриплый голос Виктора вырвал его из воспоминаний. — Скоро начнётся испытание. Слава, проверь-ка нашего красавчика.

«Красавчиком» Виктор называл молодого тампира, запертого в клетке.

Слава со всей силы стукнул по клетке дубинкой и захохотал. Демон бесновался внутри своей тюрьмы, бился о решётки и демонстрировал огромные жёлтые клыки. Мирон знал, какие раны они оставляют. Тампир за считанные секунды разрывал плоть и вгрызался в жертву.

Лучший исход — потерять сознание от болевого шока и ужаса. Худший — чувствовать, как тебя едят заживо.

— Крепкий. Ты уверен, что она справится? - — Виктор смотрел не на ученицу, а на клетку.

— Да это я самого дохлого вытащил, с ним и ишак справится! — Слава похлопал Виктора по плечу, - Слушай, ты же лично их тренировки контролировал, видел, на что девчонка способна. Достойная замена тебе будет!

Он вдруг ухмыльнулся.

— Ладно, братва, я пойду перекурю по быстрому, вы тут пока начинайте. Справитесь без меня, - Слава развернулся, не дожидаясь ответа.

Мирон еще раз придирчиво осмотрел клетку и тварь в ней. Слишком резвый для «дохлого».

Виктор уже был на импровизированной арене — пустой двор, огороженный металическим забором с проволокой, да пара скамеек вокруг, для деревенских, желающих поглядеть на свою героиню.

Эта деревня была одной из немногих. Мирон знал такие места наперечёт. Те места, где ещё оставались мастера, способные довести ученика до испытания Готовили только одного в год – больше деревня не давала. Слово воин было сродни проклятию, мало кто из них доживал хотя бы до тридцати. И за этим одним учеником стояла очередь, как минимум, из трех-четырех отрядов, все нуждались в новых воинах, на замену погибшим.

В таких деревнях никто не платил золотом – платили будущим мертвецом. Тем, кто должен был после испытания покинуть дом и отправиться дальше с отрядом, посвятив защите и охоте всю свою, возможно, недолгую, жизнь.

Отряду Мирона в этом году повезло – они успели прийти в деревню и разбить здесь лагерь первыми и теперь с радостью ждали принятия в свои ряды нового воина.

***

Её звали Дана.

Она была потрясающей.

Мирон иногда наблюдал за её тренировками. Местный мастер боя использовал новые технологии: манекены выглядели почти как настоящие, а их скорости мог позавидовать живой тампир.

Дана легко управлялась сразу с четырьмя манекенами. Казалось, ничто не способно её остановить.

Мирон затаил дыхание, когда девушка вышла на середину арены и поклонилась. Зрителей собралось много — вся деревня пришла посмотреть на свою воспитанницу.

Дана улыбнулась, махнула рукой и вытащила из ножен боевой меч.

Виктор махнул рукой.

Теперь очередь Мирона открывать клетку. Но Славы все еще не было. По технике безопасности нельзя начинать, если нет всех наставников.

Но Виктор махнул еще раз и с нетерпением покосился на Мирона.

Парень вздохнул подошёл к клетке сбоку и осторожно нажал рычаг открытия. Меч он держал наготове.

Обычно глуповатые тампиры второго класса бросались на ближайшую цель. Но исключения случались.

Тампир вырвался из клетки, потратил пару секунд, чтобы сфокусироваться на Дане, стоящей прямо перед ним всего в нескольких метрах

Мирон невольно сжал рукоять меча. Эти секунды всегда были самыми страшными. Именно в них решалось, кто перед ними — добыча или убийца.

— Начали, — прозвучал голос наставника.

Дана перестала улыбаться.

Она шагнула вперёд первой.

Тампир коротко взвыл и рванулся навстречу, припадая к земле, как зверь. Мирон машинально отметил: быстрый. Наверно даже слишком быстрый для деревенского испытания. Но отступать было поздно.

Дана встретила его уверенно. Первый удар — точный, по плечу. Клинок рассёк плоть, но не глубоко. Тампир даже не замедлился. Второй удар — в бок — был отражён когтями, и металл взвизгнул, словно испуганный.

Толпа ахнула.

— Спокойно… — пробормотал Мирон, не зная, кому именно он это говорит.

Дана отскочила, перекатилась, поднялась на ноги — всё как учили. Она двигалась красиво, почти слишком красиво, будто продолжала бой с манекенами. Тампир же был грязным, рваным и каким-то неправильным. Он не ждал и не вымерял, не «играл по правилам».

Он прыгнул.