Болезненная связь. Одержимость полной луны

Глава 1. Идеальные показатели

Моя жизнь в Нью-Джерси напоминала идеально выглаженную школьную юбку: ровные складки, ни одной лишней ниточки.

Я была той самой Джесси, которая всегда возвращается домой к ужину. Мое будущее было расписано в календаре на пять лет вперёд, а учебники бережно обёрнуты в прозрачную плёнку.

Своеобразный ритуал укрощения хаоса.

Даже мои карандаши в пенале всегда лежали заточенными грифелями в одну сторону — на север. И не дай бог кто-то случайно сдвигал томик Хемингуэя хотя бы на пару миллиметров от края — глаз начинал дёргаться, пока книга не возвращалась в идеальный строй.

Родители, безусловно, гордились мной.

— Наша Джесс далеко пойдёт, — часто говорил папа всем своим родственникам.

Наконец настало время подавать документы в высшее учебное заведение. Из-за высоких баллов на моё резюме откликнулись сразу более десяти университетов. Тем не менее основной выбор пал на престижный университет в Вермонте.

Прежде всего потому, что это шесть часов езды от нашего дома, а во-вторых — там обещали хорошую стипендию.

Когда пришло приглашение, я не поверила собственным глазам.

Престиж этого места зашкаливал, но требования… требования казались, мягко говоря, странными.

Помимо идеальных баллов за экзамены и трёх эссе о лидерстве, с меня потребовали то, что обычно просят в секретных лабораториях или элитных спецподразделениях.

— Мам, зачем им моя группа крови и развернутый генетический тест? — спрашивала я, разглядывая длинный перечень медицинских форм.

Мама пожимала плечами, продолжая паковать мои вещи.

— Там огромные физические нагрузки, Джесс. Это университет для будущих лидеров, им нужны только самые выносливые и здоровые.

— Но, зачем университету знать, что течёт в моих жилах?

Ещё раз смотрю на список:

Группа крови.

Генетический тест.

Иммунологические тесты.

Анализ на антитела к инфекционным болезням.

Справка от… Психиатра.

— И именно по этой причине им вдобавок понадобилась справка от психиатра?

— Наверное, страхуются на всякий случай. Видимо, переживают за стрессоустойчивость студентов.

— Да, но это как-то странно…

Не хочу выглядеть занудной, но, когда я приехала в клинику для финальной сдачи ДНК-профиля, врач не был похож на обычного медика.

Его глаза слишком цепко следили во время забора крови, а потом он едва заметно принюхался к пробирке.

Ставя жирную печать на документах, он пробормотал про себя, что-то вроде:

— Идеальные показатели.

— Что за глупости, Джесси, — отец только закатил глаза.

Летние каникулы пролетели незаметно. День отъезда наступил внезапно быстро.

Казалось, только вчера мы с подругами спорили до хрипоты у старого причала, чья очередь прыгать в воду, а сегодня я уже стою на пороге с собранным чемоданом.

Те бесконечные июльские дни, когда время буквально плавилось от жары, а единственной серьезной задачей было успеть доехать на велосипедах до магазина с мороженым на окраине, чтобы утолить жажду в летний зной, теперь казались воспоминанием из другой жизни.

Мама была сама не своя с самого утра. Она начала хлопотать у плиты ещё до того, как взошло солнце, решив приготовить в дорогу моё любимое имбирное печенье.

В нашем доме такой аромат обычно стоял только на Рождество и по большим праздникам. Сегодня как раз тот особый случай.

Пока я собирала сумку, с кухни донёсся звонкий грохот — мама не удержала стеклянное блюдо, и оно разлетелось вдребезги о кафель.

Она даже не стала ругаться, просто молча собрала осколки, дрожащими руками упаковывая ещё тёплые сладости в контейнеры.

Папа уже вовсю суетился возле гаража, проверяя мой старенький чемодан. Колёсики быстро закрутились после смазывания.

На автобусной остановке мама со слезами на глазах совала мне контейнеры с печеньем, будто в штате Вермонт нет продуктовых магазинов.

— Мам, да не переживай ты так! — я шутливо приобняла её за плечи, пытаясь развеять неловкую тишину, повисшую в воздухе. — Я же не насовсем уезжаю и даже не в другую страну. Всего пара часов езды.

— Обещаю звонить каждый вечер, жаловаться на невкусную еду в столовой и несносных профессоров. Всё будет хорошо!

— Да, ты права… Прости, — она наконец натянуто улыбнулась. — Не знаю, что на меня нашло. Просто переживаю за тебя.

— Там… университет серьёзный, люди непростые. Будь осторожна, ладно, доченька. Если что — сразу звони.

— Ладно-ладно, буду паинькой, — я засмеялась, закидывая рюкзак на плечо. — Главное, печенье не забыла, остальное разрулим.

Город встретил меня плохой погодой с проливным дождём. Непроглядная серость давила на плечи.

Ноги остановились перед массивной кованой аркой, которая служила входом на территорию. Высокие чёрные прутья, увенчанные острыми пиками, выглядели неприступно.

Рядом, на каменном столбе, я заметила небольшую металлическую панель.

Стоило мне нажать на кнопку вызова, как из-под козырька, бесшумно повернулась камера наблюдения, фиксируя моё лицо. Секундная пауза показалась вечностью.

Затем раздался тихий механический щелчок, открывая путь внутрь.

Сам университет больше напоминал старинный замок, нежели обычный кампус. Расположенный на склоне горы, в окружении вековых сосен, он казался естественным продолжением скалы.

Шестиэтажное здание впечатляло своим величием: мраморные колонны уходили в утренний туман. Огромные готические арки при входе казались челюстями гигантского зверя.

Но самое интересное и одновременно пугающее находилось сверху.

На четырёх возвышениях крыши застыли каменные стражи — головы волков, каждая из которых имела определенный характер.

Глава 2. Странный университет

Мия уверенно шагала впереди, с лёгкостью перехватив из моих рук старенький чемодан. Колёсики с гулким звуком дребезжали по каменным плитам коридора, неестественно громко отражаясь от высоких сводов.

Мы миновали, наверное, более пятидесяти одинаковых дубовых дверей, пока сестра не затормозила у одной из них. Над тёмным деревом тускло поблёскивала латунная табличка с номером «307».

— Ну, добро пожаловать в твою новую обитель, — сказала Мия, толкнув вперёд дверь, приглашая войти первой.

Комната оказалась довольно узкой, зато внутри приятно пахло свежевыстиранным бельём. Интерьер максимально простой, почти аскетичный: одноместная кровать, застеленная серым пледом, массивный рабочий стол у окна, пустые книжные полки вдоль стены. Ничего лишнего, способного отвлечь внимание от учёбы. Мой внутренний контролёр довольно захлопал в ладоши — сохранять идеальный порядок не составит труда.

— Давай посмотрим, что приготовил для тебя университет из одежды.

Мия по-хозяйски подошла к дальнему углу, привычным жестом нажав на цифровую панель.

За кроватью, вдоль всей стены, располагался высокий встроенный шкаф. Стоило коснуться едва заметной сенсорной кнопки, как дверцы бесшумно разошлись в стороны, открывая стройные ряды вешалок. Вроде ничего особенного — стандартная студенческая форма, однако разнообразие удивляло. Такого комплекта хватит с головой на несколько лет вперёд: три белые блузки с длинным рукавом из плотного шёлка, строгая юбка-карандаш, сарафан, брюки со стрелками, пиджак с эмблемой университета и жилетка. Всё — в глубоких оливковых тонах. Ниже, на обувной полке, стояли две пары ботинок из мягкой кожи, две пары замшевых туфель и даже кроссовки, тоже в зелёном цвете.

Любопытство взяло верх. Пальцы коснулись ткани — та оказалась невероятно приятной на ощупь, явно дорогой. Но больше всего поразило другое.

— Вещи подошли, — довольно воскликнула я, прижимая ботинки к груди.

Кожа облегала стопу так плотно и мягко, как будто её отливали по индивидуальной мерке.

Пиджак как литой сел в плечах, рукава оказались нужной длины, талия подчёркнута без единой складки.

— Конечно подошли, — как ни в чём не бывало подтвердила кузина.

— Но как они узнали размер? Мерки ведь никто не отправлял.

Мия лишь неопределённо пожала плечами, разглядывая содержимое моих полок.

— Помнишь тот огромный список анкет и медосмотров? Тебя обмерили ещё в клинике, до последнего миллиметра. Всё это сшили специально под твой ДНК-профиль, Джесс. Здесь любят точность.

Руки сами потянулись к практичному и строгому костюму — безопасному варианту, чтобы не привлекать лишних глаз. Но кузина тут же пресекла эту попытку, перехватив вешалку.

— О, нет! Даже не думай. Ни за что не позволю тебе в первый же день выглядеть как библиотечный работник на пенсии.

— Но в штанах удобнее...

— Ты наденешь сарафан и блузку, — безапелляционно заявила Мия, выкладывая одежду из моих рук. — И не спорь, это не обсуждается.

Сопротивляться было бесполезно. Через десять минут сарафан уже идеально сидел по фигуре, подчёркивая её куда больше, чем привычные бесформенные кофты.

— Отлично, завтра в нём и пойдёшь, — она одобрительно кивнула. — Ладно, распаковывай вещи, Джесс, не буду тебе мешать. У тебя ещё целая ночь, чтобы выспаться и стать той, о ком завтра будет шептаться весь кампус.

Я хотела возразить, но слишком устала с дороги.

— Хорошо, — выдохнула я, придирчиво разглядывая своё отражение в зеркале.

Непослушные волосы светло-белого оттенка спускались на плечи, подчёркивая и без того чересчур бледную кожу. Голубые глаза, как два синих колодца, выглядели ещё темнее из-за темных кругов под ними. Всему виной — бесконечные ночи над учебниками. Чего не сделаешь ради поступления в университет мечты. Только моя ли это была мечта или моих родителей? Нет, я не вправе так думать. Они дали мне всё, что могли, лишь бы их дочь «выбилась в люди».

— Мне и вправду стоит отдохнуть, если я хочу произвести на одногруппников хорошее впечатление, — сказала я уже тише, когда кузина выходила из комнаты.

Глава 3. Страшный сон

Оставив Мию в коридоре, я прислонилась спиной к двери, прикрыв глаза. Хотелось побыть наедине со своими мыслями.

Передвинув чемодан поближе к кровати, я начинаю неспешно разбирать вещи. Какой же тяжёлый, едва сил хватает сдвинуть с места, а Мия всю дорогу тащила без передышки. Откуда в этих тонких пальцах такая сила? Она ведь на полголовы меня ниже, и миниатюрнее, а со стороны выглядело так, будто в ее руках была подарочная коробка конфет.

Ладно. Первым делом достаю из бокового кармана старую семейную фотографию в рамке. Сразу ставлю — на почетное место посреди полки.

Так намного лучше.

На самом дне чемодана лежит небольшой свёрток, осторожно завернутый в мягкий свитер. На губах невольно расплывается теплая улыбка.

Мой любимый снежный шар. Тяжёлая стеклянная сфера на резной подставке — внутри которой замерли два маленьких фарфоровых ангелочка.

Беру шар в руки и легонько встряхиваю. Множество крошечных серебристых блесток тут же поднимаются со дна, и закручиваются в медленном танце, мерцая в тусклом свете настольной лампы. Они переливаются, плавно оседая на крылья ангелов, создавая иллюзию сказочного, застывшего во времени мира. Думаю, если долго смотреть на этот вихрь, можно забыть о чужих стенах и о плохой погоде за окном.

Аккуратно ставлю его на прикроватную тумбочку, наблюдая, как последние искорки затихают в прозрачной глубине.

— Ну вот, мы и на месте, — шепчу я в пустоту.

Почему-то хочется плакать. Пресекаю на корню этот глупый порыв.Только этого ещё не хватало. Возьми себя в руки, Джесс.

Так, не раскисать!

Это срабатывает. Слёзы отступают.

Раскладываю дальше стопки свитшотов, разноцветных футболок и нижнего белья.

В какой-то момент мой взгляд скользит вдоль дальнего угла комнаты. Справа от шкафа поверхность кажется абсолютно ровной, но если присмотреться можно увидеть тонкую вертикальную щель.

Дверь! Плотно прилегает к стене, что практически сливается с ней. Единственным опознавательным знаком служит крошечная, едва заметная чёрная ручка. Тяну её на себя, она поддаётся, открывая вид на современную душевую из серого кафеля и туалет.

«Надо же, скрытые коммуникации в готическом замке», — меня накрывает волна облегчения, что не придется бегать через весь коридор в общий туалет.

Мысли отвлекает телефон на кровати — на экране мигают пропущенные от мамы. Ой, совсем забыла включить звук в этой суматохе.

— Алло, мам? Да, уже в комнате, — отвечаю, стараясь звучать бодро.

— Слава богу! Джесс, как ты? Нормально добралась? Как комната? Ты поела?

— Всё хорошо, мам. Как раз раскладываю вещи. Не волнуйся, Мия просто чудо — помогла мне дотащить чемодан и провела целую вводную экскурсию. Без неё я бы до сих пор бродила по двору.

— Хорошо, что она рядом, — голос мамы потеплел. — Мия заверила меня, что присмотрит за тобой. Она девочка опытная, всё здесь знает...

— Мам, ну началось, — я закатила глаза, хотя она этого не видела. — Мне уже не десять лет, я справлюсь. Мия старше меня всего на два с половиной года, а не на целую вечность.

— Ты права, но для меня ты ещё ребёнок. Я никогда не отпускала тебя так далеко и надолго, — прослезилась мама в трубку. — Обещай, что будешь прислушиваться к ней…

Мы проговорили ещё минут десять, пока я пыталась всячески успокоить маму. Наконец, поверив моим словам, она положила трубку.

Дикая усталость окутывает с ног до головы. День выдался чересчур насыщенным на события. Проверив, заперта ли дверь, я выключаю свет и падаю на жёсткую кровать. Сон уносит мгновенно, едва голова касается подушки.

Вот только вместо долгожданного покоя в моё сознание просачивается...

Он.

Высокие столетние деревья стоят непроглядной стеной, пока я, борясь с жаром в грудной клетке, продолжаю бежать. В чащах темного леса, сквозь которые едва проглядывает болезненно-жёлтая луна, наверняка водятся разные опасные хищники. И всё-таки ужас на меня наводит лишь один — тот, кто сейчас идет по моему следу.

Я больше не чувствую ног, лихорадочно меняя направление, специально петляю и путаю следы. Хлёсткий ветер бьёт в лицо. По щекам текут слёзы, размывая всё перед глазами. Руки и ноги исцарапаны, но мне плевать.

Знаю, он выследит. Точно найдёт.

Под ботинками то и дело хрустят сухие ветки. Думаю, меня слышно за милю, особенно из-за рваного дыхания и сумасшедшего сердцебиения.

Но я не сдаюсь, забегая всё дальше вглубь леса.

Остановиться — значит проиграть; он настигнет в меня два счёта. Во сне он всегда находил меня, потому что он, черт возьми, прирожденный хищник.

Ещё немного, и я упаду в траву навеки вечные. И только неведомая сила заставляет бежать дальше. Вдруг за спиной раздаётся дикий, пронзительный вой. Внутри всё обрывается, по позвоночнику поднимается ледяная волна. Я спотыкаюсь, едва успев затормозить у самого края обрыва.

Как это… как это возможно? До моего сознания поздно доходит пугающая истина.

Нет, нет, нет… этого не может быть!

Этот монстр специально загонял меня в тупик, как добычу. Всматриваюсь в темноту, но ничего не могу разглядеть — ночной туман ложится плотной пеленой на глаза. Мне не обязательно видеть, чтобы почувствовать: воздух вокруг изменился, лес стал немым.

Тихо.

Очень тихо.

Только бешеный стук пульса отдает в виски.

Знаю, он наблюдает за мной.

Совсем близко, на расстоянии вытянутой руки. Резко обернувшись, тут же замираю, его глаза уже передо мной. Вильнув, бросаюсь в другую сторону. Ботинки скользят по мокрой траве. Запоздало понимаю — левая нога подворачивается. Земля уходит, я теряю равновесие, мысленно готовясь к падению с обрыва, но сильные руки рывком дергают меня на себя, выбивая из груди весь кислород.