Боли нет

Глава 1. Паршивое утро.

Уважаемые читатели, начался новый литературный конкурс на мою тематику. Не могу его пропустить. Много работал над произведением. Даже застопорил слегка другие проекты. В дальнейшем в главах будут добавлены ещё и рисунки. Они уже есть. Пока разбираюсь , как это сделать. В общем , предлагаю на суд первые главы. Надеюсь , вам понравится. Прошу максимально поддержать книгу лайками и наградами. Всем добра и приятного чтения!

Глава 1. Паршивое утро.

День не задался с самого начала. Сходу. С первых лучей солнца. С первого вздоха. Сколько ни подбирай синонимы — итог один.Семён Пеплов шёл по разбитым улицам городского гетто, кипел от злости и безнадёги и почти не замечал окружающих.

Впрочем, немногочисленные прохожие и сами не стремились приближаться к странной фигуре. Длинный плотный стёганый плащ, глухая маска, мотоциклетные очки, шлем. Налокотники и наколенники. Полспины занимал армейский ранец.

Чёрный цвет «походного костюма», почти двухметровый рост и вес далеко за сотню килограммов дополняли картину. Даже обитатели неблагополучного района среди бела дня предпочитали расходиться в стороны.

Хотя понятие «день» здесь было относительным. Высотки нависали над узкой улицей, большинство фонарей не работало. Полумрак — вечный спутник этих проулков — царил даже в полдень.

— Мама, мама! Это бандит?!

Звонкий детский голос прорезал вязкую тишину.

Семён не сразу понял, что столкнулся с кем-то. Перед ним стояла худенькая девушка лет двадцати пяти. Грязная, в поношенной одежде, с коротким ёжиком волос неопределённого цвета и тёмными кругами под глазами. На её груди крест-накрест были закреплены ремни переноски, а за сутулыми плечами болтался ребёнок — лет трёх или четырёх.

— Извините… — девушка испуганно попятилась.

Ребёнок же смотрел смело.

— Это из банды Бешеных Псов? Ты же говорила, они в масках и чёрных плащах ходят!

— Помолчи! — шикнула мать.

Семён медленно окинул их взглядом. Худые щёки, едва ли не синеватая кожа, измождённые лица. По сути, это она врезалась в него, поскользнувшись на грязных ступенях.

Он поднял глаза. Выцветшая вывеска с некогда красным крестом. Пункт сдачи крови.

Понятно.

Сдавала кровь, чтобы прокормить себя и ребёнка.

Внутри что-то неприятно кольнуло. Он давно не слышал, чтобы дети говорили так громко и без страха.

Семён расстегнул нагрудный карман, достал кошелёк и бросил его девушке.

Деньги ему больше не понадобятся.

Она ловко поймала лопатник на лету, раскрыла, замерла на секунду — и глаза её расширились. Потом развернулась и побежала, будто опасаясь, что благодетель передумает.

В кошельке лежали сбережения всей его жизни. Толстая пачка крупных купюр. Перед походом в больницу он опустошил тайник. Банкам не доверял.

Семён без осуждения посмотрел вслед убегающей фигурке. Полубосые пятки в дырявых сандалиях мелькали с неожиданной скоростью.

Ребёнок, развернувшись, показал ему дулю.

Семён хмыкнул.

Плевать.

Он ковырнул носком армейского ботинка растрескавшийся асфальт. Нужно было решать, что дальше.

Дом. Джек.

Пеплов и его хомяк жили вдвоём в небольшой квартире на границе гетто. Утром Джек внезапно захирел и едва не сдох. Семён вызвал скорую.Медики не привыкли спасать грызунов. Но деньги не пахнут. За приличную сумму пожилой фельдшер сделал укол, и Джек завалился спать.

— Похоже на отравление. Если не поможет — везите в ветеринарку, — сказал он на прощание и добавил с укором: — И больше так не делайте, Пеплов. Бригад и так мало.

Ветеринарка … Сейчас.

Сегодня у Семёна были дела поважнее. Год назад после несчастного случая на работе его врождённая болезнь резко прогрессировала. Пришлось сдать анализы. Сегодня — операция. Точнее, должна была быть.Он сунул руку в карман, нащупал сложенный лист и развернул его.Глаза скользнули по плотным строкам сухого медицинского текста. В ушах снова прозвучали холодные пояснения врача:

— Скоро к вашему синдрому нечувствительности к боли добавится ангидроз, и откажут потовые железы. Потом — потеря вкуса, запаха, зрения. Затем паралич.

Ваше тело станет вашей могилой.

Без жалости. Без фальши.

Семён скомкал заключение и выбросил его в переполненный мусорный бак.

К чёрту.

Нужно быть мужиком. Вернуться домой. Позвонить родителям. Сестре. Уволиться. Привести всё в порядок. А дальше…

Додумать он не успел.

Внезапно потемнело в глазах. Мир поплыл. Полумрак сгустился до почти полной тьмы. Руки и ноги ослабли. Слова врача всплыли сами собой.

Дома лежал Джек. Если сдохнет — кто его закопает? Нет. Не сейчас. Ещё рано подыхать. Он нащупал в кармане шприц-тюбик, задрал платок и вколол препарат. Всё равно куда — боли он не чувствовал.

Через минуту зрение начало возвращаться. Онемение отступило.

— Эй, цыпа! Иди-ка сюда. Покажи, что за кошелёк тебе дали!

Хриплый бас донёсся с конца улицы.

Семён обернулся.Ту самую девушку окружили четверо парней в чёрных плащах и масках.

Помочь? В этом мире каждый сам за себя. С другой стороны… что он теряет? Вдруг убьют — и мучиться не придётся. Мысль показалась почти утешительной. Семён отлепился от стены. И пошёл к ним.