Большой Одинокий Город

Большой Одинокий Город

Жил-был... а может и не жил, и не было его... Может его просто я выдумал, и уже не помнил причину зачем, но так как он был выдуманный, а вскоре я и это забыл, то всегда использовал его образ в своих надобностях.

Большие города одиноки больше, чем маленькие. Слишком много людей и слишком много суеты, которая утомляет. Да, утомляет именно город. Вы думаете, они хотят, чтобы народу было много? Не хотят. Города вообще не любят людей.

Откуда я всё это знаю? Это мне рассказал город, тот самый, который я выдумал, а потом забыл об этом. Который сначала был большим, а потом стал ненужным. Вы думаете, так не бывает? Он тоже так думал.

Как-то раз я случайно попал… туда. Находясь в поисках чего-то такого, где было бы меньше людей и можно было бы насладиться тишиной, я пошёл в лес. Очень долго шёл, слушая пение птиц и лесную тишину. Это вообще отдельная тема - лесная тишина. Там никогда не бывает тихо, но при этом эта “тишина” успокаивающая... Она расслабляет и помогает привести в порядок всё то, что казалось раньше разобранным.

Со мной был термос с горячим зелёным чаем и немного шоколадного печенья. Остановившись, я сел на землю под большой дуб и стал кушать. Сразу прилетели птицы, с которыми я поделился печеньем… Красота! Лес - это великая сила!

Я долго бродил и вышел к каким-то заброшенным строениям, и, как позже оказалось, это был тот самый город. Раньше я мог разговаривать только с домами, Ветром, лесом, а теперь моим собеседником стал город. Но это совсем другой город, он не такой как все, хотя бы потому, что в нём никто не живёт. Лишь редкие животные заходят - и то ненадолго.

Самый интересный вопрос, знаю, как такое могло произойти, среди леса, вдруг, появился город? И как это так: то, что принято считать не говорящим, вдруг начинает разговаривать? Это волшебство. Нужно настроиться на волну того, с кем хочешь пообщаться. Прикоснуться к домам, асфальту. Сесть на землю, прижаться спиной к камню и помолчать, просто помолчать. А потом спросить всё, что хочешь. Только начинать разговор надо так, как-будто давно знаешь его и просто пришёл проведать. Но будьте готовы, в этом случае может прозвучать вопрос: “Где же ты был всё это время?” Мне повезло, город об этом не спросил. Мы говорили совсем о другом, казалось, что он обрадовался мне, видимо, давно ни с кем не разговаривал и кроме животных никого не видел.

Он рассказал мне, что города, подобные ему, всегда считались большими. Здесь процветала жизнь, радость, а потом что-то случилось. Города не понимают таких вещей, поэтому он не смог объяснить что. Какая-то катастрофа, что-то где-то взорвалось, что-то где-то вытекло или “вырвалось” в атмосферу. Все уехали и он (город) опустел. Как я говорил, города не любят людей потому, что те совершают слишком много плохих поступков, но с ними было хотя бы не так скучно, как стало тогда, когда он остался один.

Жизнь в городе текла ручьём, вот, рассказываю об этом и думаю, какая интересная аналогия получилась - вроде бы город и ручей, немного разные понятия, а так похожи оказались. То есть слова, неприменимые к чему-то, показывают то, что нужно в другом ракурсе. Отвлёкся. Снова я отвлёкся. Значит, сначала он был маленьким. Как это бывает? Домик, всего один домик появился здесь. Потом ещё один, потом ещё несколько. Потом эти дома стали меняться - появились многоэтажки, магазины, стадионы, и так Город разросся. Надо сказать про важный момент, о котором город умолчал. На этом месте было не поле, а лес, и чтобы вырасти городу надо было вырубить лес, что люди и сделали… Города всегда замалчивают подобные моменты, хотя это очень важно.

Его история началась больше тысячи лет назад и так печально закончилась. И, вот, теперь стоит он на пороге вечности и кричит о том, что лучше бы его взорвали, что лучше бы разрушили всё и ушли, но только не одиночество - только не такая долгая мучительная смерть, которая ему досталась!

- Ты знаешь, кем я себя чувствую, - сказал он мне. - Каким-то больным человеком, который не сможет уже встать с постели. За которым ухаживают, кормят, он пытается что-то делать: читать, пьёт какие-то лекарства, хотя сам понимает, что уже не излечится. Он каждый день отгоняет от себя мысли о неизбежности того, что происходит, но при этом боится смерти. Он боится того, что… после этого ничего не будет. Хотя уже сейчас итак ничего нет. Как-будто мне, по вашим меркам, за 80, множество болезней тянут к постели, а меня продолжают лечить, хотя слух мой уже нет тот, я с трудом вижу, но меня продолжают мучить, хотя боятся произнести это. Я боюсь, и они боятся. Я хочу умереть, и они хотят, чтобы я умер, но только скрывают это от себя и меня. Я хочу потому, что в существовании таком не вижу смыла, а они потому, что… я им мешаю. Вот так, друг мой.

- Да ты философ, - сказал я.

- Станешь тут… За такое время… Эх, раньше я думал, что только дома могут быть “заброшками”, а тут я - город, целый город. Быть заброшенным в лесу. Забытым… Я их видел. Видел, понимаешь, как они мучаются, просят о помощи… Я их слышал и всё понимал. Иногда мне кажется, что кроме меня их вообще никто никогда не понимал и не хотел им помочь. А теперь, я сам стал таким же. И не знаю, что с этим делать.

- Кого видел?

- Людей. Старых, больных, но которые продолжали существовать дальше, не хотя этого… Они хотели умереть, но почему-то жили. Как и я…

Мы долго говорили. Он наконец-то смог выговориться. Животные его не слушали, он пытался им рассказывать свою историю, но им было всё равно… или непонятно.