Босс, поздравь меня полностью!

Глава 1

— Руфи, ну, где ты? Почти все уже собрались, — шипит мне в трубку Карина.

— Ну бегу я, бегу! Ой, да даже если и опоздаю, то эта лондонская задница уж как-нибудь переживёт мое отсутствие, — отбриваю коллегу и завершаю разговор.

Тоже мне позер! Думает сообщил за час: «Всех к ногтю» и народ побежал исполнять приказ? Обед у меня!

Новый генеральный директор решил показать нашим девчонкам, что такое Принстонское воспитание и удумал поздравить коллектив с Международным женским днем… а то, что в рассылке опечатка и вместо женского суровое «жесткий» – наш денди не заметил, или таким образом решил подшутить.

Можно было бы списать эту опечатку на нерадивого секретаря, но так случилось, что правая рука гендира заболела. Лечится солнечными ваннами на турецком берегу и регулярно отправляет коллективу новые поводы для перемолки костей. И купальник им не тот, и жирок на ляжке разглядели…

До лифта остается несколько метров.

Мой взгляд цепляется за высокую мужскую фигуру, скрывающуюся внутри металлической кабины, которая вот-вот уедет без меня. И тогда еще лишние две минуты опоздания бонусом.

— Придержите лифт, пожалуйста! — кричу громогласно, чиркая по мраморному полу каблуками высоких сапог. Лучше бы коврики резиновые постелил, но, конечно, проще же цветы всучить…

— Какой этаж? — галантно интересуется симпатичный брюнет в светло-коричневом пальто.

— Седьмой, пожалуйста. Пообедать людям не дадут, — ворчу едва слышно, но, кажется, незнакомец обладает отменным слухом и всё слышит.

— Плохое настроение в этот предпраздничный день? — ухмыляется красавчик.

Обычно я не болтлива, но этот вопрос / он как-то располагает к доверительным беседам:

— Новое руководство решило выпендриться и одарить всех мимозами с рижского рынка.

Разворачиваюсь к своему собеседнику лицом, потому что невежливо говорить только с его носом и подвисаю.

Ну, он правда красавец: черные как смоль волосы, со спадающей на одну сторону челкой, ореховые глаза, острый подбородок с виднеющейся щетиной, несмотря на то, что утром мужчина брился. Это такая порода тестостероновая – называется «настоящий мужик». А под пальто на нем надет дорогущий костюм с идеально-белоснежной рубашкой. Но, пожалуй, самое необычное в нем – это родинки на лице. Аж целых три: одна на щеке и две над губой.

Понимаю, что слишком долго и пристально его рассматриваю, и спешно отворачиваюсь. Щеки мгновенно становятся пунцово-красными. Это у меня с детства…

«Молодец, Руфина! Еще бы зубы его проверила, вдруг там кариес…» — мысленно отвешиваю себе подзатыльник, стараясь переключиться и вернуть своему лицу привычный цвет лица. Девчонки и так шутливо называют меня – аленький цветочек в лакокрасочном раю. Наша фирма специализируется на производстве и продаже красок и других расходных материалов для ремонта.

Отец, через друзей своих друзей, устроил меня сюда продажником. А-то чем же еще заниматься девушке ростом «метр с кепкой», вечно кудряво-непослушными светлыми волосами и наивными зелеными глазами, ждущими от этого мира: когда же перевернется огромный фургон сладостей и… женихов. Ведь уже через неделю мне стукнет, катастрофичное для моей мамы слово «тридцатник», которое она не произносит ни под каким предлогом.

Впрочем, кажется, маман уже смирилась с тем, что я не собираюсь соответствовать чужим мечтам и ожиданиям. Возьмем, к примеру, мое имя – Руфина (с латинского – рыжая). Родители были уверены, что родится девочка с рыжими волосами, как у них, но… сюрприз! Я решила, что мне больше нравятся светлые волосы деда, как и его характер.

«Дзинь» — тренькает лифт, и я несусь в конференц-зал на всех парах, а красивый незнакомец остается где-то там. Я ведь даже не обратила внимание на каком этаже он собирался выходить.

Уже внутри ловко уворачиваюсь от рассаживающихся по своим местам девчонок и мальчишек и занимаю скромное местечко на первом ряду возле стены. Хоть это и галёрка, зато вид шикарный.

Едва моя попа опускается на стул, как гудение резко прекращается и в зале воцаряется неестественная тишина.

— Какой мужик, — восхищенно шепчет Лидка из офисной столовой и толкает мою ногу своим нечищеным сапогом.

Только я хочу зарычать на нее из-за отпечатка на своих любимых замшевеньких черевичках, как, взглянув на говорящего, шокировано открываю рот, и выпучиваю глаза.

— Дорогие девушки, милые и прекрасные! Позвольте представиться, и от лица всей компании поздравить вас с этим замечательным днем, — сверкая белозубой улыбкой, без каких-либо признаков кариеса и иных дефектов, расточает свое красноречие мой недавний лифтовой сосед.

Чертики хвостатые, ну что у меня за язык-то такой?! Хорошо, что далеко сижу… и во все глаза на него гляжу…

Впрочем, чего это я раньше времени паникую? Сейчас Роман Варламов двинет свой спич и пойдет дальше верховодить. Чего ему наша челядь столичная? С нами Лондόны всякие не пообсуждаешь.

Однако спустя несколько минут выясняется, что я слишком размечталась, и новый гендир решил выпендриться с размахом – вручить каждой по букету пионовидных роз и премию в конверте. За последнее, конечно, очень приятно.

— Не мимозы, уж извиняйте, — кивает Роман с легкой усмешкой и безошибочно находит меня среди толпы.

Ах ты, Р-р-ромашка…

Хорошо, что я сижу, не то рухнула бы от стресса. Плохо – что на соседнем стуле лежит мой свернутый в гульку пуховик, а не плащ-невидимка.

Молодец, Лапина… умеешь ты найти подход к руководству.