Братство Хмеля (гс)

Глава 1 – Лохматый гость.

Герои Случая.

Братство Хмеля.

Глава 1 – Лохматый гость.

Комната: На краю мира 78.

Цепочку глубоких следов стремительно хоронила разыгравшаяся не на шутку метель. За последние пол суток она успела как следует укрыть под своим пологом окрестные леса, дороги, горы и редкие строения. Лишь родники оставались ей неподвластны, продолжая упорно бежать и отказываясь скрыться под снежной шапкой.

Ручьи и человек, который, несмотря на накинувшееся погодное ненастье, отказывался слиться с пейзажем. Они продолжали течь весело журча. Он продолжал идти, рождая под ногами глубокие следы, которые, впрочем, довольно быстро стирала метель.

Но человек не просто шёл, он нес на плечах тушу барана, на манер воротника. Это был явно не простой зверь. Черная, как уголь, шерсть была аномально теплой. Снежинки, стоило им попасть на неё, тут же испарялись. Она грела.

Мужчина обливался потом, щурился от острых льдинок, что пытались располосовать его обветренное лицо, и шагал… шагал…шагал…

Он шёл медленно, глубоко проваливался в снег, иногда спотыкался, терял равновесие и неловко ухался в сугробы. Тяжело вздыхал, поднимался, вновь заваливал тёплую тушу на плечи и продолжал идти.

Иней успел плотно осесть на небольшой щетине и ресницах, перекрасив те из черного в белый, однако путник не обращал на это внимание. Равновесие и дыхание – вот что важно.

Завалившись в снег очередной раз, мужчина немного пролежал и поднялся, тяжело дыша. Он протянул к туше раскрасневшуюся от мороза ладонь, но остановился и убрал руку.

- Нет… - сказал он сам себе, - Шанс всё испортить слишком велик, нет нужды рисковать.

Путник снял фляжку с пояса, отвернул крышку, и не прикасаясь губами к горлышку, сделал несколько глотков.

Вода ожидаемо отдавала свежестью мяты. Отпив, человек быстро закрутил крышку и подул на красные пальцы. Ледяной метал обжигал.

- Зря не взял крепкий раствор пряности, - щурясь от снега, произнёс мужчина и, взавлив барана на свои плечи, поплелся дальше.

Шёл он долго, ориентиры приходилось находить чуть ли не на ощупь. Игра метели не позволяла видеть дальше нескольких шагов. Ещё через пару часов к погодному ненастью начал прибавляться мрак. Подарок от матери ночи, который всё усугублял.

Но Эгиль не терял самообладания, он недавно нашёл развалину придорожной часовенки канувшего в небытие божества и уже точно знал, где находится.

Когда он дошёл до одинокой избушки, на улице стояла полнейшая темень. Он открыл сени и скинул туда тушу барана, закрыл на щеколду дверь, после чего быстрее зашел в дом.

Снял тяжёлые валенки, шубу, шапку и, бросив всё прямо на пол, плюхнулся на лавку за столом.

- Фух… - выдохнул он.

Изо рта у мужчины вырвалось едва заметное облачко пара.

- Зараза, дом успел выстыть, - констатировал мужчина.

Ему хотелось и дальше спокойно сидеть на лавке и не шевелиться хотя бы полчаса, а лучше час. Но нельзя, так легко простыть, и так, возможно, придется столкнуться с болезнью, не стоит усугублять.

Эгиль, кряхтя, как старик, поднялся, ориентируясь на ощупь направился к печи. В доме было не только холодно, но и темно.

Добравшись до места, он нашарил кремень и кресало, они заботливо лежали на вьюшке.

Усевшись поудобнее на пол, мужчина открыл дверь печки, радуясь своей предусмотрительности.

Швырк-швырк, - посыпались искры на сухой трут. Запахло палёной травой, и появились первые признаки тления. Они ещё были не способны даже чуть-чуть разогнать темноту, но дарили ориентир своим красно-оранжевым зиянием.

Эгиль нежно подул, заставляя огненные травинки засветиться ярче. Наконец родилось легкое, неуверенное пламя.

Оно тут же выхватило в печи ту плотную конструкцию, что некогда построил Эгиль. Два увесистых полена по краям. Легкая перекладина, на которую до самого верха была наложена тонкая щепа, щедро сдобренная берестой.

Огонь начал трещать, подбираясь к вкусняшкам, что подготовил для него человек. Эгиль закрыл дверку и приоткрыл поддувало. Печь благодарно загудела.

- Так-то лучше, - довольно произнёс человек, поднимаясь на ноги. От небольших трещин в плите расходился свет, позволяя хоть немного, но видеть, что происходит в доме.

Мужчине на данный момент этого света было вполне достаточно, и он не стал зажигать ни лучину, ни пенталь. Он помыл руки в холодной воде и сменил одежду на сухую. Всю же мокрую отправил на печь сушиться.

На плиту тут же поставил небольшой котел с водой, в который плюхнул щедро сухофруктов и сушеных ягод, после чего уселся за стол поближе к печи и дал отдых своему телу, но не разуму.

Он закрыл глаза и вгляделся в логи. За последние сутки он не обращал внимания на сообщения от мира, было не до них.

Сила и иммунитет поднялись на один уровень. Но это было ожидаемо, что удивило, так это подъём воли на целых три уровня.

Хотя, если подумать, с искушениями ему пришлось бороться много раз. Он почти использовал автоматическую разделку, кое-как удержался, слишком уж высок шанс был всё запороть…

Тук-тук-тук – раздался стук в дверь.

Эгиль сначала удивился, а потом нахмурился. Подошёл к стене и вынул из ножен меч.

Стук раздался снова, уже более настойчивый.

- Есть тут кто? – прокричали с улицы.

- Есть! Не мельтеши, щас выйду, - ответил Эгиль.

Человек отставил оружие, взял пенталь, открыл печь и разжёг в нем свечу. В комнате стало тут же заметно светлее. Свечу было жаль, но встречать незнакомца во мраке Эгиль не собирался. Он вновь поднял оружие и так вышел в сени.

Глава 2 – Великая миссия.

Глава 2 – Великая миссия.

- Ух!!! – поморщился Ори, - Крепкая, зараза!

- Ты же опивень? – удивился Эгиль.

Его итак не очень приятное на вид лицо обезображивала гримаса отвращения. Он взял тонкий кусок сала и глубоко втянул воздух ноздрями. Приятный аромат чеснока начал прогонять мерзость алкоголя. Насладившись запахом, Эгиль закинул кусок в свой рот и принялся резко жевать.

- И что, что я опивень? – активно работая челюстями, спросил Ори.

- Как что? – удивился Эгиль, - Это же алкоголь, тебе же такое должно быть приятно.

- Вздор! – возмутился Ори, - Сам подумай, я опивень а не какой-то там самогоний, мне пиво милее, и то далеко не каждое.

- А что, есть такие существа, как самогонии? – удивился Эгиль.

- Никогда не встречал, - честно признался Ори, разгрызая сухарь, -Но ты же знаешь, Лабиринт, он огромный, если не бесконечный.

Со скромной трапезой голодная парочка разобралась довольно быстро. Дом потихоньку начинал наливаться теплом. Эгиль подошёл к печи, подкинул уже более увесистых дров, после чего разлил весь компот в две большие деревянные кружки.

- Приятно в такую погоду оказаться под крышей, рядом с печкой и пить горячий напиток, - сказал Ори, вдыхая аромат распаренных ягод и фруктов.

- Не могу с тобой не согласиться, - шумно отхлебнул компот Эгиль.

- Жаль вот только с яствами совсем скромно, - вздохнул опивень.

- Да это ж мы так, только слегка перекусили.

- Ого, так это у нас ещё не весь ужин! – обрадовался Ори.

- Не весь, - кивнул Эгиль.

Некоторое время парочка просидела молча, раздумывая о чем-то своём под вой вьюги и гул как следует разгоревшейся печи.

Опивень вынырнул из размышлений и принялся разглядывать обстановку. В целом убранство дома выглядело довольно скромно.

Несколько шкафов, немного кухонной утвари, меч, висящий на стене, стол, лавки, сундук и кое-что ещё.

- Колдовством балуешься, - оживился незваный гость, приглядевшийся к небольшому столику-алтарю, стоявшему в углу.

- Есть такое, и не балуюсь, а следую пути, - поправил его Эгиль.

- Глядя на тебя, никогда бы не подумал о таком, - честно сказал Ори.

Мужчина снял одежду и показал левое плечо. На нём была старая, выцветшая от времени татуировка. Треугольник, направленный вершиной вниз. Внутри него были ровные круги, связанные друг с другом линией. В каждом таком круге было схематичное изображение. В нижнем - минерал, в левом - лист растения, а в правом - след зверя.

- Ого, у тебя уже цвета стали проявляться.

- Качаюсь тут потихонечку, а ты в колдовстве разбираешься?

- Немного, у самого-то навыка нет, но знаком с парочкой раскачанных колдунов. Сам делал алтарь?

- Сам.

- Вижу, пошёл по стандартному кругу стихий, только что используешь как элемент огня?

- Пока свечи простые использовал или горячие угли.

- М-да, не очень эффективно. Тут бы язык огненной ящерицы или сердце огненного голема.

- Я почти решил эту проблему, - улыбнулся Эгиль.

- Собрался охотиться на голема?

- Нет, что ты, да в этой комнате таких и не водится.

Так под беседу о колдовстве новоиспеченные знакомые выпили весь компот.

- Эгиль, ты там что-то про ужин говорил? – зевая, спросил Ори и зевнул ещё раз, - А то я сегодня намерзся и устал уже, сил нет. Сейчас бы наесться от души и баиньки.

- Это можно.

- Так что у нас будет на ужин?

- Свеженина.

- О-о-о! Ты добыл мяса и успел его разделать? – обрадовался опивень.

- Нет, мой дорогой гость. Я его только добыл, а теперь нам с тобой предстоит пойти на улицу и довести дело до конца.

Такие новости заставили замереть опивня. Его и так большие глаза сделались ещё здоровее. Гость сделал жалобное лицо. Эгиль медленно кивнул. Существо отрицательно замотало головой, потешно шлепая ушами, а человек ухмыльнулся и молча прошёл в другую комнату.

Ори озадаченно повернулся в сторону хозяина дома. Тот вскоре появился с теплыми штанами и шапкой, толстый тулуп он снял с вешалки на кухне.

Обреченный опивень оделся во всё выданное ему и стал смотреться ещё комичнее. Ему было это всё чудовищно велико.

Эгиль тоже оделся, вручил лохматому недоростку пенталь и запасную свечу, и вдвоём они вышли в сени.

- Ты не споришь, - заметил Эгиль.

- А смысл? Я же все понимаю, - глядя на лежащую тушу огненного барана ответил опивень, - Он же твое решение с огненным элементом в колдовстве?

- Верно, возьму клочок шкуры на это дело.

- Тут будешь работать?

- Нет, - поморщился Эгиль, - Грязища ж будет, в сарай пойдём.

- Опять на улицу…

- Ага, - констатировал человек и взвалил барана на плечо.

Стоило открыть дверь, как ветер и снег ворвались в сени. Намело ещё больше. Кое-как доковыляли в вдвоем до стаек. Эгилю пришлось руками откапывать дверь, её неслабо так занесло.

Внутри оказалось не очень убрано, зато практично, стол, инструменты, дрова и всё это слегка запорошено снегом, проникающим через щели.

Возился Эгиль долго. Что-то отделяя на колдовство, что-то отбирая просто в запасы. Когда человек закончил с работой, догорала вторая свеча. В конце Ори, несмотря на одежду, вновь начал терять хиты.

Когда вернулись в дом, в печи остались жалкие угольки. Пока Ори возился со щепой и огнём, Эгиль слазил за овощами в подпол, всё почистил, нарезал и, скинув в котел, отправил на печь готовиться.

Уставшие существа смотрели на языки пламени и думали о чем-то своем. Первым нарушил молчание Ори.

- Ты, на мой взгляд, тот человек, которого я ищу уже давно.

- Для чего?

- Для одной важной миссии.