Братство Хмеля (гс)

Глава 1 – Лохматый гость.

Герои Случая.

Братство Хмеля.

Глава 1 – Лохматый гость.

Комната: На краю мира 78.

Цепочку глубоких следов стремительно хоронила разыгравшаяся не на шутку метель. За последние пол суток она успела как следует укрыть под своим пологом окрестные леса, дороги, горы и редкие строения. Лишь родники оставались ей неподвластны, продолжая упорно бежать и отказываясь скрыться под снежной шапкой.

Ручьи и человек, который, несмотря на накинувшееся погодное ненастье, отказывался слиться с пейзажем. Они продолжали течь весело журча. Он продолжал идти, рождая под ногами глубокие следы, которые, впрочем, довольно быстро стирала метель.

Но человек не просто шёл, он нес на плечах тушу барана, на манер воротника. Это был явно не простой зверь. Черная, как уголь, шерсть была аномально теплой. Снежинки, стоило им попасть на неё, тут же испарялись. Она грела.

Мужчина обливался потом, щурился от острых льдинок, что пытались располосовать его обветренное лицо, и шагал… шагал…шагал…

Он шёл медленно, глубоко проваливался в снег, иногда спотыкался, терял равновесие и неловко ухался в сугробы. Тяжело вздыхал, поднимался, вновь заваливал тёплую тушу на плечи и продолжал идти.

Иней успел плотно осесть на небольшой щетине и ресницах, перекрасив те из черного в белый, однако путник не обращал на это внимание. Равновесие и дыхание – вот что важно.

Завалившись в снег очередной раз, мужчина немного пролежал и поднялся, тяжело дыша. Он протянул к туше раскрасневшуюся от мороза ладонь, но остановился и убрал руку.

- Нет… - сказал он сам себе, - Шанс всё испортить слишком велик, нет нужды рисковать.

Путник снял фляжку с пояса, отвернул крышку, и не прикасаясь губами к горлышку, сделал несколько глотков.

Вода ожидаемо отдавала свежестью мяты. Отпив, человек быстро закрутил крышку и подул на красные пальцы. Ледяной метал обжигал.

- Зря не взял крепкий раствор пряности, - щурясь от снега, произнёс мужчина и, взавлив барана на свои плечи, поплелся дальше.

Шёл он долго, ориентиры приходилось находить чуть ли не на ощупь. Игра метели не позволяла видеть дальше нескольких шагов. Ещё через пару часов к погодному ненастью начал прибавляться мрак. Подарок от матери ночи, который всё усугублял.

Но Эгиль не терял самообладания, он недавно нашёл развалину придорожной часовенки канувшего в небытие божества и уже точно знал, где находится.

Когда он дошёл до одинокой избушки, на улице стояла полнейшая темень. Он открыл сени и скинул туда тушу барана, закрыл на щеколду дверь, после чего быстрее зашел в дом.

Снял тяжёлые валенки, шубу, шапку и, бросив всё прямо на пол, плюхнулся на лавку за столом.

- Фух… - выдохнул он.

Изо рта у мужчины вырвалось едва заметное облачко пара.

- Зараза, дом успел выстыть, - констатировал мужчина.

Ему хотелось и дальше спокойно сидеть на лавке и не шевелиться хотя бы полчаса, а лучше час. Но нельзя, так легко простыть, и так, возможно, придется столкнуться с болезнью, не стоит усугублять.

Эгиль, кряхтя, как старик, поднялся, ориентируясь на ощупь направился к печи. В доме было не только холодно, но и темно.

Добравшись до места, он нашарил кремень и кресало, они заботливо лежали на вьюшке.

Усевшись поудобнее на пол, мужчина открыл дверь печки, радуясь своей предусмотрительности.

Швырк-швырк, - посыпались искры на сухой трут. Запахло палёной травой, и появились первые признаки тления. Они ещё были не способны даже чуть-чуть разогнать темноту, но дарили ориентир своим красно-оранжевым зиянием.

Эгиль нежно подул, заставляя огненные травинки засветиться ярче. Наконец родилось легкое, неуверенное пламя.

Оно тут же выхватило в печи ту плотную конструкцию, что некогда построил Эгиль. Два увесистых полена по краям. Легкая перекладина, на которую до самого верха была наложена тонкая щепа, щедро сдобренная берестой.

Огонь начал трещать, подбираясь к вкусняшкам, что подготовил для него человек. Эгиль закрыл дверку и приоткрыл поддувало. Печь благодарно загудела.

- Так-то лучше, - довольно произнёс человек, поднимаясь на ноги. От небольших трещин в плите расходился свет, позволяя хоть немного, но видеть, что происходит в доме.

Мужчине на данный момент этого света было вполне достаточно, и он не стал зажигать ни лучину, ни пенталь. Он помыл руки в холодной воде и сменил одежду на сухую. Всю же мокрую отправил на печь сушиться.

На плиту тут же поставил небольшой котел с водой, в который плюхнул щедро сухофруктов и сушеных ягод, после чего уселся за стол поближе к печи и дал отдых своему телу, но не разуму.

Он закрыл глаза и вгляделся в логи. За последние сутки он не обращал внимания на сообщения от мира, было не до них.

Сила и иммунитет поднялись на один уровень. Но это было ожидаемо, что удивило, так это подъём воли на целых три уровня.

Хотя, если подумать, с искушениями ему пришлось бороться много раз. Он почти использовал автоматическую разделку, кое-как удержался, слишком уж высок шанс был всё запороть…

Тук-тук-тук – раздался стук в дверь.

Эгиль сначала удивился, а потом нахмурился. Подошёл к стене и вынул из ножен меч.

Стук раздался снова, уже более настойчивый.

- Есть тут кто? – прокричали с улицы.

- Есть! Не мельтеши, щас выйду, - ответил Эгиль.

Человек отставил оружие, взял пенталь, открыл печь и разжёг в нем свечу. В комнате стало тут же заметно светлее. Свечу было жаль, но встречать незнакомца во мраке Эгиль не собирался. Он вновь поднял оружие и так вышел в сени.