Брешь двух миров: Раскол

Пролог

Храм Виды уже был обречён.

Его белые своды потемнели от копоти, символы на стенах – иссечены ударами, а статуя богини лежала расколотой у алтаря. Люди называли это очищением. Карисса – выполнением приказа.

– Никого не убивать, – холодно бросил командир. – Вироилов взять живыми. Суд решит их судьбу.

Карисса молча кивнула.

Она вошла в числе первых.

Внутри пахло пеплом. Несколько вироилов прижались к стенам, истощённые, израненные. Они не сопротивлялись. Слишком усталые. Слишком поздно понявшие, что бежать некуда.

– На колени, – приказал Вадор.

Они подчинились.

Все, кроме одного.

Он стоял, опираясь на обломок колонны, и смотрел не на людей – на неё. Его глаза блестели от усталости.

Карисса ощутила это сразу. Взгляд был тяжёлым, внимательным, будто он видел не её доспехи и не эмблему короны, а то, что скрывалось под кожей.

Вироил медленно усмехнулся.

Не зло.
Сломленно.

Его взгляд скользнул мимо Кариссы – к командиру. Эрин Лорас. Молодой, слишком уверенный в правильности приказов.

Сердце девушки забилось сильнее. Магия задрожала внутри, будто предупреждая о том, чего она сама не понимала.

– На колени, – сухо сказала Карисса, сохраняя образ.

Он не сводил глаз с мужчины и тихо произнёс:

– Вы пригрели на шее змею.

В храме стало слишком тихо.

– Что ты сказал? – резко спросил Эрин, делая шаг вперёд.

Вироил снова усмехнулся, переведя взгляд на Кариссу.

– Ты даже не поймёшь, когда она сомкнёт клыки.

Её пальцы едва заметно сжались, дыхание сбилось на мгновение. Магия откликнулась тревогой.

– Заковать его, – приказала она, вскинув голову.

Цепи сомкнулись на запястьях провидца. Он не сопротивлялся.

– Ты врешь, – сказал он напоследок, когда его уводили. – Вы все лжете… но ты – лучше всех.

Смех мужчины утих. Эрин кивнул оставшимся солдатам и те покинули храм. Они остались вдвоем.

Карисса отвернулась к разбитой статуе Виды, зная что командир уже заподозрил ее и никакие слова ей, уже не помогут.

В горле застрял горький смешок. Сколько лет она скрывалась, прятала магию, прятала себя, выстраивала образ идеальной солдата… . И всё это рухнуло в одно мгновение. Один взгляд, одно слово – и тайна, которую она берегла даже от самой себя, стала видна.