Брошенная жена. Барыня - травница

1 глава

Ещё пять минут и меня разорвёт на пятьсот маленьких Анечек. Мне сорок пять, у меня собственный бизнес, квартира в Москве, а ощущение, что мне пятнадцать! И мама заставляет убирать квартиру перед приходом гостей!

Мало того что я проспала, так мой кофе решил стать арт-объектом и вылился на белую блузку.

Гад!

Теперь придётся переодеваться, а чтобы переодеться, надо погладить новую блузку!

Я потопала в комнату доставать утюг и гладильную доску. Тренькнул айфон.

Сообщение.

Что там? Я остановилась на полпути к шкафу.

“Анют, давай встретимся”

Максим? Мой бывший, который при расставании хотел отжать у меня часть бизнеса? Ту самую аптеку, которая приносила больше всего денег, к которой он не имел никакого отношения!

У! Гад! Я встречусь с тобой, обязательно, чтобы глаза выцарапать!

Добавила Макса в чёрный список.

Ой! Пропущенный от мамы. Может, случилось чего? Так-то ей уже семьдесят, и недавно она жаловалась на боли в сердце. Я набрала маму, приложил телефон к уху, подошла к шкафу, сдёрнула с плечиков блузку. Мама не отвечала.

Блин!

Написала сообщение. “Как освободишься позвони”. С тревожным сердцем протопала к гладилке. Утюг уже нагрелся, я стала гладить блузку, поглядывая на телефон. Вдруг он зазвонил.

Мама?

Нет. Мой бухгалтер!

— Анна Анатольевна! Беда! — заверещал всегда спокойный и уравновешенный Валерий Евгеньевич.

Сердце с тревогой трепыхнулось.

— Что случилось?

— Валериана! Поставщик!

Да что там произошло? Откуда такая паника? Мне уже самой плохо от того, как началось моё утро.

— Валерий Евгеньевич, сосредоточьтесь. Мы всё решим. Объясните, что произошло?

— Партия Валерианы оказалась фальсификатом! — голос Валеры дрожал. — Жалобы, проверки, иск на пять миллионов…

Твою дивизию! Что за хрень! Это как так можно было подставиться?

— Но мы же проверяли поставщика! Валера, ты лично за него поручился!

— Он исчез! И деньги тоже…

Капец!

Я опустила телефон.

Да! Блин! Я прожгла блузку утюгом!

Всё отключив, я натянула старые добрые джинсы и футболку. Мне нужно хоть с кем-то посоветоваться.

Мама!

Я подключила телефон и только собралась звонить, как увидела ответ на моё сообщение.

“Доченька я на йоге. Не тревожь меня”.

Ну, хотя бы с мамой всё в порядке. Соньке позвонить? У неё всегда чуйка на бизнес хорошо работала, может, что-то посоветует?

Я набрала номер подруги.

— Ань, привет. Слушай, я тут с другом на море. Коктейль, пляж, — Сонька засмеялась, и я услышала голос её ухажёра:

— Кто это?

— Подруга моя, — промурчала Соня.

— Никаких подруг, мы отдыхаем, — услышала я мужской голос, а потом чмоки.

Блин! Целуются! Я отключилась.

Фигня какая-то. Вроде успешная женщина, а совсем одна осталась. Детей у меня нет, так как замуж я не вышла, всё своими аптеками занималась.

Ладно, всё не раскисать! Мне нужен план! А значит, я должна послушать музыку и прогуляться в парке. Свежий воздух и прогулка всегда помогали прочистить мозги.

Вся жизнь сплошная гонка. День, ночь, день, ночь. Чёрная полоса, белая, так и полжизни прошло, а всё одна. Я открыла в столе ящик, чтобы достать айподсы и увидела там какой-то старинный медальон.

Что за чушь? Я уже совсем, видать, свихнулась. Не помню, откуда у меня этот антиквариат. Может, Максим подарил, когда мы ещё вместе жили?

Я взяла медальон в руки и повертела его.

“Для той, кто найдёт путь”

Странная надпись. Резной такой, симпатичный, почему я раньше не нашла его? Я раскрыла медальон, из него вырвалось странное свечение, которое, ослепив меня, породило головную боль. Меня как будто крутанули в воздухе, и вот я лежу на чём-то мягком.

Резкая боль пронзила висок, и я раскрыла глаза.

— Что за ерунда! — просипела я не своим голосом.

— Очнулась, голубушка, — возникла рядом со мной старушка.

Она положила мне на лоб прохладную ладонь, и боль стала отступать.

И биться сердце перестало. Где я?

Я оглянулась, совершенно не узнавая обстановку. В воздухе витал запах старины, как у бабушки в доме в деревне.

— Отойди, Лукерья, — послышался из-за спины старухи густой бас. — Оставь нас. Раз супруга очнулась, я объявлю ей свою волю.

— Но как же так, барин? — отвернулась от меня старушка, открывая мне вид на огромного мужчину, похожего на богатыря из былины.

Широкие плечи, суровый взгляд из-под нахмуренных бровей, и что за странная одежда на нём? Маскарад?

Стоп. Кого он назвал своей женой?

Меня?

2 глава

Мужчина приблизился и, сев на край кровати, уставился мне в глаза. Я осторожно отодвинулась от него и села, уперевшись о спинку кровати. Не сводя с мужчины взгляда, я пыталась заставить себя проснуться. Властный, опасный вид моего мужа вызывал на уровне всех инстинктов животный страх. Бабулька уже вышла из комнаты, а я тут с ним одна осталась, а если он меня изнасилует? Вот и женой даже назвал.

— О чем вы разговаривали с Сергеем Александровичем Блохиным, когда он тебя завёл в коридор? — холодно спросил мужчина.

Я что в психушку попала, может, поэтому ничего не помню и не понимаю, как тут оказалась?

— Где я? — на свой страх и риск спросила я, оглядывая незнакомую мне комнату с высоким потолком, красным уголком и стеклянными окнами, не стеклопакетами.

Вот вообще место не знакомое и на больницу не похоже. Что-то я совсем заработалась. Может, я в коме? Взяла медальон в руки, а потом инсульт, я упала, головой ударилась и…

— Значит, говорить не хочешь? — строго продолжал глядеть на меня муж.

А что я ему скажу? Даже соврать правдоподобно не смогу.

И молчит ведь ждёт ответ, а часы так противно тикают.

Я вообще не замужем! Что происходит? Может, меня в больнице с кем-то перепутали и привезли сюда. Потому что я чувствую себя живой, и не сон это!

— Блохин Сергей Александрович? — переспросила я, чтобы потянуть время.

— Он самый. Что он мог сказать тебе такого, что ты с собственной свадьбы ушла?

— А я, случайно, головой нигде не ударялась? — с надеждой спросила я.

Ведь должно же быть объяснение всему этому бреду.

— Ты упала в обморок, и Лаврентий Якимович не смог привести тебя в чувства. Сказал тебя паралич разбил. Поэтому я привёз тебя сюда.

— Лаврентий Якимович? — произнесла я ещё одно неизвестное для меня имя.

Так! Муж сказал, что я упала без чувств. Значит, я могу сделать вид, что потеряла память.

Блин! Но я и правда её потеряла!

— Я ничего не помню, — ответила я мужу.

— Варвара! — грозно воскликнул он.

У меня аж сердце ёкнуло, я не Варвара! Я Аня! Я положила руку на грудь, чтобы успокоить разбушевавшееся сердце. Муж проследил за моей рукой. Я аккуратно натянула одеяло до подбородка. Я не хочу, чтобы этот мужчина смотрел на меня так, как будто я в его власти.

Как ему объяснить, что он меня принял совершенно за другого человека?

— Что ты не помнишь? Может, ты не помнишь, как стояла у алтаря и перед лицом Бога давала священный обет? — продолжал сверлить меня недовольным взглядом муж.

Я замерла, боясь сделать неправильно вдох или выдох. Он рядом, огромный и опасный, к тому же ещё и злой!

Надо срочно как-то его успокоить, и всё прояснить.

— Вы меня точно ни с кем не спутали? Я не помню, как замуж выходила, и вас не помню, — увидев, как глаза мужа налились гневом, я зажмурилась и вся скукожилась, боясь, что сейчас он меня ударит.

Но муж подскочил с кровати, выскочил из комнаты и, хлопнув дверью, закричал:

— Лукерья, помоги барыне собраться! Я отвезу её в Торгашино!

Я тут же соскочила с кровати и подлетела к окну. Второй этаж, окно не заколочено, можно открыть. Дрожащей рукой я распахнула створки окна и выглянула во двор. Там ходили люди в лаптях и старинных платьях. У меня аж голова закружилась от странной действительности.

— Барыня! Варвара Ивановна! Пощадите! — послышалось за спиной отчаянный голос Лукерьи.

Я повернулась и увидела испуганную старуху,

— Барин! Барин! Варвара Ивановна из окна хочет выброситься! — кричала она, прижав руки к лицу.

Тут же в комнату, как вихрь влетел мой муж. Я даже не успела и рта открыть, чтобы сказать, что мне всего лишь глоток воздуха нужен!

Муж схватил меня, и мы с ним, обнявшись, застыли, стоя у открытого окна. Мужчина смотрел мне в глаза, и на секунду мне показалось, что там боль и страх за меня.

— Отпустите меня, я не собиралась прыгать, — повела я плечом, твёрдо глядя на мужа.

Он с недоверием продолжал прижимать меня к себе. Его горячие ладони крепко держали меня за спину.