Будешь моим героем?

Глава 1. Оригиналка

Яна всегда хотела быть милой изящной девушкой. Чтобы все говорили, какая она вежливая, умная и красивая. Но где-то внутри нее жила та еще хамка и авантюристка, поэтому сейчас Яна бодро шагает по улице за безумно красивым парнем.

Сталкершой она стала как-то неожиданно для самой себя. Но начать, пожалуй, стоит с того, что Яна – писатель. Начинающий. Ну или авторша, как она сама любит говорить. Пишет она не важные мудрые романы, а легкую женскую прозу про Любовь. Именно так, с большой буквы, потому что только в книгах любовь бывает такой. Чтобы и мужчина сногсшибательный, и история знакомства необычная, и свидания интересные, и финал счастливый: со свадьбой и тремя детишками.

Роман, который она пишет сейчас, на стадии создания казался просто гениальным, но все заглохло еще на четвертой главе, когда появилась необходимость прописать характер главного Героя. Того самого, что в финале будет женатиком с тремя детьми. Герою Яны чего-то не хватало – он казался ненастоящим даже ей самой. А если автор не верит в существование персонажа, то и читатель ничего не почувствует.

И вот, размышляя о внезапно нагрянувшем к ней творческом кризисе, Яна ехала в университет... И тут в автобус вошел Он. Ее Артур. Высокий зеленоглазый брюнет с порочной внешностью и широкими плечами. И щетина… м-м-м…. эта легкая небритость, загорелая кожа и самодовольная усмешка – все как надо.

Красавчик заметил ее внимание к своей персоне и улыбнулся. Разумеется, он все понял совсем не так и посмотрел на Яну с видом победителя. Но ее это уже не интересовало: Артур стремительно обретал плоть, кровь и характер, из картонного образа превращаясь в живого соблазнительного тирана. Это Артур будет вот так поправлять чуть растрепанные волосы, вот так же будет щуриться, рассматривая мелких людишек вокруг, так же будет вытягивать ноги... садясь точно напротив Яны.

Безымянный красавчик самодовольно улыбался, пока Яна восхищенно пялилась на парня, а воображение работало на пределе возможностей. Ей и в голову не приходило подумать, насколько по-дурацки она выглядела в этот момент.

Это сейчас стыд накрывает ее с головой: уставилась на незнакомого парня, как будто ей пять лет, а он – огромный торт на витрине. Но самое стыдное даже не в этом. Проехав всего две остановки, парень подмигнул ей, встал со своего места и быстро вышел.

И Яна почему-то рванула за ним.

Шагая по малознакомому району, она все пыталась понять, а что, собственно, она здесь делает? Собралась отрезать от парня кусочек на память? Фотку сделать? Уж точно не познакомиться: сама Яна свято верила, что к реальной жизни красивые мужики не приспособлены. А еще она ревнива – красавчик ее с ума сведет, даже ничего не делая для этого.

Пока Яна размышляла о мотивах своего поступка, незнакомец заметил "слежку", резко остановился и обернулся. За пару секунд снова окинул ее взглядом: растрепанные волосы с разноцветными прядями, мужская косуха, ботинки из военторга, курносый нос и полное отсутствие макияжа. Ну да, не королева красоты, чего уж там.

– Что, настолько понравился? – с усмешкой поинтересовался незнакомец низким голосом.

Яна, застигнутая врасплох, растерялась:

– А? Э-э-э… Нет… мне тоже сюда… я…

– Наверное, в салон красоты опаздываете? – мужчина сделал шаг назад, всем видом показывая: ну давай, ври дальше.

– Нет! На работу! – выпалила Яна и уже собралась рвануть мимо лже-Артура куда глаза глядят, но тот схватил ее за плечо и участливо, уже без насмешки, поинтересовался:

– А если серьезно?

Яна вздохнула, внутренне смирившись с тем, что снова будет выглядеть идиоткой, и честно ответила:

– Я книгу пишу, а ты точь-в-точь как мой герой… А зачем следом пошла – не знаю. Это был спонтанный поступок.

И между ними повисла тишина. Лже-Артур смотрел на нее с сочувствием, словно уже мысленно носил передачки в психушку. И Яна, ненавидящая неловкие паузы в разговоре, выдала:

– Слушай, а можно я тебя сфоткаю? Всего разочек! Честно, мне для личного пользования.

Парень замер на секунду, опешив от такой наглости, а затем расхохотался уже в голос. Ее плечо он давно отпустил, и она могла бы сбежать прочь, – все равно большей идиоткой выглядеть сложно – но почему-то осталась на месте и обиженно уставилась на парня.

– Для личного пользования? Это как, слюни по ночам пускать? – все никак не успокаивался он.

Яна вспыхнула, но в ее раздражении частично присутствовало и восхищение: ее Артур тоже так ответил бы!

– Сам ты слюни пускать! Мне для вдохновения.

Только произнеся это вслух, Яна рассеянно подумала, что звучит тоже как-то не очень. Если не хуже. Но поздно – парень уже самодовольно улыбался во весь рот. Ответил он, впрочем, тоже весьма неожиданно для Яны:

– Меняю фотку на возможность читать, что ты там пишешь. Где выкладываешься?

Яна потерянно назвала сайт и с ужасом уставилась на лже-Артура, который спокойно зашел в браузер на мобильном, открыл нужную страничку и вопросительно уставился на нее:

– Ну? А дальше? Как тебя здесь зовут-то?

– Янина Соболь.

Уже набирая ее имя в поиске, парень усмехнулся:

– Ну и псевдоним ты себе выбрала. Янина-конина.

Яна тут же надулась: так ее дразнили в детсадовском возрасте, потому что Янина – ее настоящее имя. В отличие от фамилии. Лже-Артур, впрочем, ответа не ждал. Он нашел профиль, открыл текущий впроцессник и сделал скрин экрана – видимо, чтобы не потерять. Но Яна была уверена: забудет. У нее столько знакомых просили профиль, а прочитали… только брат. И тот отказался давать какие-либо комментарии. Зато смотрел о-очень красноречиво. Вот почти как этот парень.

– Ну что? Вон там место красивое, пошли, – приказным тоном потребовал лже-Артур.

– Куда? – растерялась Яна.

– Меня фоткать будешь, – закатил он глаза, явно окончательно разочаровавшись в ее умственных способностях.

Спустя пять минут Яна удивленно пялилась то в телефон, где зеленоглазый брюнет самодовольно ухмылялся на фоне заросшего бетонного забора, то на удаляющуюся спину этого красавчика. Из всех странных событий, в которые Яна влипала по собственной дурости, это – самое странное.

Глава 2. Пара ненормальных

Для Степана пойти куда-то в пятницу вечером – редкое событие. Но раз уж эта неделя у них выходная, то можно и так. В лаунже много людей: все столики либо заняты, либо сверкают табличкой брони. По проходам носятся официантки, явно с ног сбиваются, на крошечной сцене парень с акустической гитарой и девушка, поющая что-то из репертуара Стинга. Степан так привык работать вечерами выходных, что уже и забыл о существовании живой музыки в барах и ресторанах. И о том, что этих людей в пятницу вечером так много.

– Шумно как на свадьбе, – хихикнула Дина.

– Ага, ты, главное, фоткать не начни, – поддержал шутку Степан.

Дина легонько толкнула его локтем:

– Я-то еще ладно, а вот если ты начнешь вызывать всех на сцену, чтобы тост сказать…

– Да иди ты! – расхохотался Степан.

Администратор наконец-то их заметила, проверила бронь и повела в столику. Еще по дороге к своему месту Степан с огромным удивлением заметил ту сумасшедшую из автобуса... Янину Соболь, если он правильно запомнил. Она сидела за столиком вместе с четверкой друзей и вид имела скорее скучающий: с таким лицом дома сидят, а не в модном лаунж-баре мохито потягивают.

Степан, довольно ухмыльнувшись, придержал Дину за рукав:

– Закажешь мне виски и пиццу поострее? Я сейчас вернусь.

– Знакомого встретил? – мигом поняла все Дина.

Степа просто кивнул ей в ответ и с улыбкой отмахнулся от остальных друзей. Сегодня у них есть повод праздновать, поэтому основной костяк и отказался от работы. У их видеографа, Толика, день рождения, в связи с чем собралась вся их большая компания.

Внешность у Янины была не слишком яркой. Обычная девчонка: в меру симпатичная, в меру заурядная – нельзя было ничего определенного сказать о чертах ее лица. Но разноцветные кончики светлых волос делали ее заметной даже в полумраке этого бара. Красные, фиолетовые, синие и бирюзовые пряди смешивались между собой, гарантируя ей повышенное внимание. Сегодня Янина была без очков, без массивной мужской куртки и тяжелых ботинок, так что казалась обычной хрупкой девушкой, а не сумасшедшей неформалкой.

– Ну здравствуй, ненормальная, – Степан плюхнулся на диванчик рядом с ней, чем явно вызвал ступор у ее друзей, поэтому к ним он уже обратился дружелюбнее: – Привет, мы тут с ней недавно познакомились. Я, кстати, Степан.

– Ты что здесь делаешь? – рассерженной кошкой зашипела на него Яна, разом отодвигаясь на противоположный конец дивана.

– Пришел отдохнуть, расслабиться… а тут ты. Вот прям посмотрел на тебя, вспомнил, что вытворяет твой герой с моей внешностью, и решил подойти, объяснить свою точку зрения. А то она мои сообщения не читает, – последняя фраза предназначалась друзьям девушки, продолжавшим недоуменно пялиться на него.

И Степан широко улыбнулся, довольный результатом: Яна сидела с таким ужасом на лице, что героям хорроров учиться и учиться. Степе, на самом деле, было плевать на то, что там вытворяют герои этой юной… авторши – до писательницы она пока не доросла. Но ему нравилось разводить людей на эмоции. Дина даже как-то говорила, что он эмоциональный вампир. Он тогда, помнится, даже обиделся. Обижать людей намеренно все же не его формат. Другое дело - смешить, удивлять или пугать, как сейчас напугал своим появлением Яну.

Напугал, а теперь и сам не знал, что делать дальше. Продолжить давить на девчонку – будет уже не шутка, а издевательство. Поэтому Степа подмигнул ей, расхохотался – реалистично ржать, когда ему совсем не смешно, он всегда умел – и весело добавил:

– Ты бы видела свое лицо! Пошутил я. Успокойся, не буду я тебя преследовать с требованием переписать твое творение. Просто решил пошутить, раз уж мы случайно встретились.

Яна широко распахнутыми глазами просто безмолвно смотрела на него. Даже скучно. Хоть бы послала куда.

– Но герой твой все равно мудак. Ладно, пошел я… - добавил Степан и встал с дивана… Чтобы тут же столкнуться нос к носу с высоким парнем в знакомой кожаной куртке - помнится, на Яне в тот день была именно такая кожанка с погонами и нашивкой мотоцикла в огне. Ее парень, наверное, у кого еще может девушка “угнать” куртку?

– А вы, простите, кто? – чуть сощурился этот молодой человек.

– Так, случайный знакомый, уже ухожу.

И Степан действительно направился к своему столику.

Бывает же такое! Он уже полгода не ездил на общественном транспорте – за пару дней до этого его железный конь решил заглохнуть, и Степа сдал автомобиль в сервис. Сел в автобус – встретил сумасшедшую девчонку. И вот он впервые за те же полгода пришел отдохнуть куда-то в пятницу вечером… чтобы снова встретить ту же сумасшедшую девчонку.

– Кто это? – Дина протянула ему его бокал – когда успели принести?.. – и положила голову на плечо.

– Да так, случайно познакомились, решил посмеяться. Кажется, она просто дар речи от меня потеряла, – добавил с усмешкой.

– Ох и нахал же ты, Степка, – Дина подняла голову и взъерошила его волосы: – Как я от тебя еще не поседела, не понимаю.

– Ой, кто бы говорил, – проворчал он в ответ и отпил из бокала.

Виски был хорош, атмосфера в лаундже тоже не подкачала... Скорее ради эксперимента, чем потому что ему это было реально нужно, Степа спросил:

– Олька, помнишь ты говорила, что любую можешь в инсте вычислить?

Оля, девушка видеомейкера-именинника, широко улыбнулась:

– Что, тебе требуются услуги интернет-сыщика? – и поиграла бровями, хитро улыбаясь.

На одной из прошлых посиделок Оля хвасталась, что может в сети найти любого, если у него существует профиль и он его худо-бедно ведет. Даже рассказывала, как нашла ту, с кем изменял парень ее подруги.

– Хочу проверить, реально ты так можешь или хвастаешься, – прищурился Степан. – Можешь найти мне вон ту девчонку? – и он указал на Яну. – Зовут Яна, и это единственное, что я про нее знаю.

– Оплату принимаю бокалами мартини, – ехидно усмехнулась Оля и взяла в руки свой смартфон.

Глава 3. Похищение Мечты

Выходя из аудитории после пары, Яна меньше всего ожидала увидеть напротив дверей Степана… Валерьевича. Вот почему именно он преподает этот факультатив? И почему делает это так интересно?

И ходить на пары неудобно, и бросать не хочется.

Весь прошлый вечер Яна раздумывала, стоит ли вообще дальше посещать эти лекции? С одной стороны, Степан очень интересно рассказывает, а с другой - он ее порядком раздражает.

В итоге решила остаться. Экзамены ему сдавать не придется, для получения сертификата нужна только посещаемость – пропускать можно лишь три лекции из курса, так что он даже навредить ей на экзаменах не сможет. А что троллит - ну так она закаленная: Януш тоже так постоянно делает.

– О, вот тебя-то я и жду, – увидев ее Степан встал с подоконника, уверенно взял ее за руку и потянул за собой.

– Ты куда меня ведешь? – удивилась Яна такому хамству, но послушно пошла следом.

Последняя пара проходила в поточной аудитории, а около нее был отдельный выход на улицу, совсем рядом с парковкой. Октябрь выдался теплым, Яна все еще ходила на пары в плотном пиджаке и в гардероб его не сдавала.

– Я тебя краду, – уверенно ответил тот, выходя на улицу и шагая к парковке.

– Крадешь? – опешила Яна и даже малость притормозила.

– Ага, – кивнул Степан и достал из кармана брелок от машины. Пискнула сигнализация - и на огороженном участке парковки для преподавателей мигнул фарами новенький Ниссан Кашкай. У Яны аж сердечко екнуло: она всегда хотела кроссовер, всегда мечтала о такой машине и именно эта модель висела у нее на доске желаний. Правда, в синем цвете, а не этом безликом сером оттенке то ли мокрого асфальта, то ли скуки смертной.

Степан подтащил ее, зависшую от восторга, вплотную к Ниссану и скомандовал:

– Полезай! - повинуясь его словам, у машины мечты открылся багажник, и Яна мигом поняла, что ее крадут.

– Ты что, спятил? – выдохнула она, попятившись.

– Да ладно! Это ж буквально твои влажные фантазии. Я просто осуществляю твои мечты, – расхохотался Степан, теперь уже действительно таща ее за руку, потому что Яна начала активно сопротивляться.

– Я не полезу в багажник! – она, как могла, тормозила пятками и испуганно смотрела по сторонам.

Последняя пара закончилась не только у нее, на улице было полно народу, но люди смотрели на них либо с безразличием, либо - почему-то - с завистью.

– Как это не полезешь? Не переживай, я тебя повезу не в свой загородный дом… у меня его и нет, к слову... И даже раздевать не буду. Всего лишь поужинаем вместе.

– Никуда я с тобой не поеду! – Яна изо всех сил упиралась и уже начала планировать, за что бы зацепиться, чтобы ее не затащили внутрь. Ну и еще готовилась громко орать.

Навстречу шла небольшая группа студентов, которые тут же обратили на них внимание, многие начали кричать “Привет, Степан!” или что-то в этом роде.

– Ты куда девушку тащишь? – весело спросил один из парней, и Яна уже хотела начинать голосить “Помогите, убивают!”, как Степан ее опередил:

– Не мешайте, у нас свидание мечты. Яночка просто всегда мечтала, чтобы ее на свиданку в багажнике отвезли.

Яна так обалдела от этого заявления, что даже на секунду перестала сопротивляться, что позволило Булгакову совершенно беспардонно перехватить ее поперек туловища:

– Поставь на место! – испуганно закричала она.

Люди из компании разом заржали и просто прошли мимо верещавшей Яны, а одна из девушек даже довольно громко заметила:

– Кажется, Степа нашел себе девушку под стать: оба немного с придурью.

Яна, прекрасно расслышавшая это заявление, непременно рассказала бы ей, кто тут с придурью, но вот прямо сейчас она не могла отвлекаться: в багажник ее пихать перестали, зато пронесли мимо и поставили возле передней двери.

– Шутка! – широко улыбнулся этот… придурок. – В багажнике ездить небезопасно. Но если хочешь, можешь в него залезть по приезду, я тебя потом достану.

– Да пошел ты! – Яна агрессивно дернула рукой, чтобы парень ее выпустил, и попыталась уйти. Она просто не знала, что еще делать в такой ситуации. Дурацкий розыгрыш, дурацкий Степан… Валерьевич. В глазах закипали злые слезы.

– Да подожди ты, - задержал ее Степан. – Поедем, прокатимся. Поговорим.

Последнее он произнес так спокойно и серьезно, что Яна даже остановилась.

– Поговорим? – изумилась она, и даже слезы от удивления отступили.

Прозвучало, как будто им есть о чем говорить. Даже не так. Прозвучало, будто у них есть какая-то важная Тема (именно с большой буквы), которую непременно нужно обсудить. А Яна ничего подобного не могла припомнить.

– Ну ладно, – снова улыбнулся Степан. – Давай просто поболтаем. Я тебя абсолютно серьезно приглашаю на свидание.

Яна даже несколько раз моргнула, словно надеялась на иллюзорность всего происходящего. Но нет, Степан остался на месте и все так же внимательно смотрел на нее своими зелеными глазами.

– И ты всерьез считаешь, что после этого, - она интонацией выделила слово, имя в виду всю ситуацию в целом, – я поеду с тобой?

Степан широко улыбнулся:

– Брось, это же просто шутка. Разумеется, я бы не повез тебя никуда в багажнике. И вообще, кто бы мне реально позволил это сделать? Опасаться тебе нечего: нас на парковке вместе видела куча людей, если с тобой что случится, все точно обвинят меня. Я похож на идиота?

Яна против воли усмехнулась и смерила его скептческим взглядом. Степан закатил глаза, но все-таки уточнил:

- Ладно, на маньяка-идиота.

Яна вздохнула: ехать со Степаном она никуда не хотела, но и отпускать ее тот явно не собирается. А еще где-то на периферии сознания появлялись мысли, что нужно все-таки отправляться с ним. Во-первых, свиданка с таким красавчиком. Когда еще выпадет такой шанс? Во-вторых, ей просто любопытно: она никогда и не ходила на нормальные свидания. Со своим первым и единственным парнем она была знакома со школы, там все как-то само вышло, без свиданий в кафе и ресторанах.

Глава 4. Не-идеальное этожсвидание

Они шли по узкому коридору с тусклым освещением и простыми кирпичными стенами. Ковровая дорожка скрадывала звук шагов, а вот голоса порождали легкое эхо.

– Что это за место? – спросила Яна.

– Закрытый клуб, - просто ответил Степан. – Место для тех, кто хочет веселиться, но не любит толпы людей. Сегодня здесь будут выступать стендаперы, а так обычно живая музыка с пяти вечера до пяти утра… Ну и иногда еще какие-то события. Здесь тихо, очень вкусно кормят, и ты точно никогда тут не была.

Коридор окончился дверью, за которой обнаружился еще один мордоворот, только этот был в смокинге. На то, что и Степа, и Яна пришли в джинсах, он не обратил ровным счетом никакого внимания, зато забрал у Степана сложенные купюры. Видимо, вход все же платный. Еще одна дверь – и они наконец-то попали в зал.

Просторный, выполненный в темных тонах, с высокими потолками – он мягко освещался необычно расположенными круглыми светильниками: часть была встроена в пол, часть - в стены и потолок. Казалось, в помещении царит сумрак, но при этом было хорошо видно все детали. У одной стены располагалась небольшая сцена, по низу которой протянулись в ряд круглые столики: на пару человек и на компании побольше, а у другой стены, на невысоком подиуме, чуть более интимные места с диванчиками, закрытые друг от друга полупрозрачными шторами. Степа как раз к этим диванчикам и направился. Помог Яне снять пиджак, хмыкнул на лонгслив с изображением толстого кота с кружкой кофе, но ничего не сказал.

Яна же, усаживаясь на мягкое сиденье, чувствовала себя немного не в своей тарелке. Ведь действительно: в армейских ботинках, джинсах и смешной кофте сидит в каком-то жутко дорогом заведении с парнем, о знакомстве с которым уже жалеет… Вечно у нее все через одно место.

В зале было пока что мало людей. Большая компания за столом у сцены дружно читали меню, трое парней на диванах курили кальян, а еще одна парочка устроились в самом дальнем углу – эти пили вино и смотрели друг на друга влюбленными глазами.

– Ладно, удивил, – призналась Яна. – Это капец какое неожиданное место для свидания.

Степан усмехнулся:

– Рад, что тебе понравилось. Я здесь был всего пару раз, если честно.

– Но ты можешь сюда войти, – чуть сощурилась Яна.

Булгаков пожал плечами:

– Делал свадьбу дочери владельца этого заведения. Но не сказать что это действительно настолько закрытый клуб, что сюда вообще попасть невозможно. По знакомству получить ключ достаточно легко - вход-то все равно платный.

Тут к ним подошла официантка с двумя стаканами воды, выставила их на стол и протянула меню.

– Давайте я вам сразу помогу с выбором, – предложила девушка. – Что предпочитаете: мясо, рыбу, птицу?

Яна, задумчиво листая толстое меню, обратила внимание на полное отсутствие цен. Зато были граммы и примерное число калорий на порцию.

– Вы лучше спрашивайте, – посоветовала девушка, – у нас в заморозке только красная рыба, все остальное на кухне готовят из свежего, поэтому чего-то может не быть.

Степан уже начал задавать вопросы, а Яна все так же задумчиво листала меню. Фуагра и бараньи почки… Она даже не знала, что у них в городе такое можно поесть. В итоге Степан взял себе стейк, а Яна – какой-то салат с авокадо и семгой, потому что планировала потом съесть крем-брюле.

– Мне вот что интересно, – сказала она, когда официантка ушла, – откуда у тебя деньги на все это? Машина новая, закрытый клуб, цены тут тоже... Что, ты сын богатых родителей?

По общению он не казался ей представителем золотой молодежи. Ну вот серьезно: какой сын богатеньких предков преподает факультативы в универе? Однако все остальное… Машина, то, как он выглядит и сколько готов отвалить сейчас за свидание с совершенно не знакомой девчонкой… Это было странно и малость напрягало.

Степан чуть улыбнулся:

– Не подумай, что я прям на тебя капец как трачусь, ну или наоборот, что я здесь бываю постоянно. Здесь вкусно кормят. Через… – тут он посмотрел на наручные часы, - через час и десять минут тут будут со сцены травить шутки, так что я хотел сюда пойти.

Яна все так же выжидательно смотрела на него, и парень сдался:

- Мне особо и не с кем: либо большая шумная компания, либо один. Взять тебя – просто оптимально. Думаю, сильно ты меня не объешь. А в остальном… Родители у меня небогатые. Полностью академическая семья. Мама – доктор филологических наук, папа – доктор исторических. Если кто считает, что доктора гуманитарных наук много зарабатывают, то они жестоко ошибаются.

– То есть ты типа все заработал сам? – не слишком-то поверила Яна, даже не стараясь скрыть скепсис в голосе.

Степан совершенно спокойно кивнул и пожал плечами:

– Ну да. Сначала работал ведущим куда позовут. Уже два года устраиваем свадьбы, теперь получаю доход и как организатор, и как владелец, и как ведущий. Выходит прилично, как видишь.

Яна все еще смотрела на него с подозрением. Мутный он какой-то.

– А в универе зачем преподаешь? – вспомнила о главной странности она.

– Мне просто захотелось. Люблю этот предмет, - просто ответил Степан. – Да и на аспирантуру я планирую поступать, а там придется что-то преподавать. Не рушить же семейную традицию, а то что это: все с докторским званием, а я один такой неуч буду?

Яна все еще косилась на него с подозрением, Степан хмыкнул и продолжил:

– Мне нравится то, чем я занимаюсь в университете. Нравятся книги, нравится разбирать их, препарировать сюжет и героев… А еще я люблю качественную одежду, вкусно поесть и хорошо отдохнуть.

Яна тоже хмыкнула и отвела глаза. Ну да, в чем-то его можно понять. Она тоже любит вкусно поесть, красиво одеться и хорошо отдохнуть. Только вот учеба для нее явно не является ни хобби, ни средством заработка.

На какое-то время за их столиком повисла тишина – официантка как раз принесла апельсиновый сок и сырную нарезку. Потихоньку в зале появлялись еще люди. Кто-то спускался по лестнице со второго этажа. Заметив взгляд Яны, Степан охотно пояснил:

Глава 5. Родительские ожидания

Яна влетела на третий этаж так, будто Степан за ней гнался с ножом. Устало выдохнула она уже в квартире, когда прислонилась спиной к входной двери.

Денек выдался странным. Бывали, конечно, дни и веселее, и ужаснее, но все они остались в таком далеком прошлом, что сейчас казались полузабытым кошмарным сном.

– Ну, и кто это был? – крейсером выплыл в коридор Ян и уставился на нее тяжелым взглядом, сложив руки на груди.

Януш действительно выглядел угрожающе, а смотрел и вовсе так, будто сейчас этот крейсер пальнет из всех орудий. Дуется из-за неотвеченных звонков.

– Да так, один придурок, – промямлила Яна, расшнуровывая ботинки и избегая смотреть брату в глаза.

– Ну-ка поподробнее, сестричка, куда ты там опять умудрилась вляпаться? – не отставал Януш.

Яна, замерев над вторым ботинком, так и представила, как она сейчас в лицах начнет рассказывать свою эпопею: засмотрелась на красавчика в автобусе, потом за каким-то чертом поперлась за ним на пустырь, потом выцыганила фотку в обмен на свой акк на сайте, потом еще умудрилась разок с ним случайно столкнуться, а потом оказалось, что он магистрант в универе, да еще и ведет у нее курс. Вдобавок сегодня он попытался ее запихнуть в багажник, накормил ужином, дал поводить машину мечты, а напоследок поцеловал – мол, должна же она знать, как целуется ее главный герой… От его поцелуя путались мысли и подгибались коленки, но Яна не могла сказать, что эти ощущения ей понравились. Так не должно быть. И он не должен был так делать.

Яна тряхнула головой, прогоняя воспоминания о поцелуе, сняла наконец-то ботинок, наткнулась на внимательный взгляд брата и покраснела. Януш продолжал внимательно на нее смотреть, ожидая ответа. Она ужаснулась, представив едкие комментарии после всей этой истории, и снова мотнула головой.

– Отстань! Не буду я ничего рассказывать, – обогнув так и стоявшего у нее на пути брата, Яна устало поплелась в свою комнату.

– Ла-адно, - недовольно протянул тот.

Яна поняла, что ей этот отказ еще припомнят, и поёжилась. Но рассказывать сейчас всю историю не было ни сил, ни желания. Что даже немного странно: в плане доверия друг к другу они были практически “образцовыми” близнецами. Януш для нее – не просто брат, но и лучший друг. Он заботится о ней, пусть и в весьма своеобразной манере. Иногда может едко комментировать ее действия. Иногда ругать. А иногда так произносит какую-нибудь фразу, вроде “ну ничего, еще научишься”, что в конце слышится неозвученное “научишься, дурочка”.

Яна вообще часто попадает в дурацкие ситуации, отчего Януш так и реагирует на многие ее рассказы. Но она же не специально - это они сами с ней случаются. Все остальное - просто следствие.

Степан… Валерьевич - хотя называть его Валерьевичем после сегодняшнего не тянуло совсем – был странным, но любопытным “экземпляром”. Так всегда говорила бабуля про понравившихся ей парней – экземпляры. И Яна не могла не признавать, что Степану хорошо подходит это обычно раздражающее словечко. Он красивый, умный, забавный, начитанный…

Общаясь с ним, она наконец поняла, каким должен быть ее Артур. Трикстером!

Руки чесались включить комп, вцепиться в клавиатуру и написать пару глав, но нужно было сначала задобрить брата. Он временами злопамятный до ужаса: потом припомнит, что она ему что-то не рассказала, и сам что-то не расскажет.

Яну нравилось, когда о нем заботились, и сам умел и любил это делать. Поэтому, полежав пару минут на заправленной кровате, Яна переоделась и направилась на кухню печь блинчики – уж на это ее кулинарных навыков хватит. Потом заварит чай и пойдет подлизываться: чесать брату спинку, делать массаж шеи и говорить, какой он у нее замечательный. Он ведь и в самом деле такой.

А вечером она наконец будет раскрывать персонаж Артура – в голове как раз появилась пара дельных идей, как это можно сделать. И что с того, что главный герой ее романа так сильно напоминает Степана?

***

Мелодия лилась плавно, радуя чистотой звучания и отсутствием фальшивых нот. Януш сегодня был в задумчивом настроении, говорил мало и о чем-то размышлял.

В их с братом квартирке не нашлось места для фортепиано. В шкафу стояла коробка с синтезатором, но с момента переезда инструмент доставали всего пару раз. Почему-то на пианино Янушу играть нравилось больше, а Яна так и вовсе не очень любила это дело. Из-за всего этого Януш может играть только на выходных и праздниках, когда они приезжают домой. Можно сказать: “домой, к родителям”, но Яне иногда казалось, что они так и живут здесь, просто обычно вынуждены ночевать в городе.

Януш любил играть. Яна знала, что ему не хватает вот этого: возможности погрузиться почти в медитативное состояние, прикасаясь к клавишам и плывя на волнах музыки. У брата действительно был талант, и иногда Яна подозревала, что, не дави на него ожидания родителей и бабушки, пошел бы он по музыкальной стезе, благо навыки позволяли.

Самой Яне не хватало терпения и усидчивости часами наигрывать одно и то же, так что музыкалку она еле закончила – все хотелось бросить. Теперь вспоминает о своих навыках только когда они с Янушем играют в четыре руки. Они знают немало композиций, в основном попсовых – тех же Пиратов Карибского моря, например.

Стоило вспомнить о пиратах, как вспомнился и Степан, увлеченно рассказывающий о трикстерах, но мысль вильнула, вернувшись к брату. Что-то его волновало... Вот только что? Спрашивать было бесполезно. По крайней мере, пока.

Бывает у Януша такое настроение, когда он не хочет делиться своими мыслями даже с ней. Потом расскажет, конечно. Всегда рассказывает: не зря они близнецы. Вот только Яна обычно вываливает на брата все сразу, практически с порога, а Януш в этом чуть более скрытный. Впрочем, у него такие ситуации, когда есть повод орать о вселенской несправедливости с порога, случаются крайне редко. Это она постоянно влипает в неприятности, а у Януша все переделки остались в детстве… ну ладно, еще он избил бывшего парня Яны во вполне осознанном возрасте, но там все обошлось.

Глава 6. Случаи и совпадения

Не слишком часто, но все же иногда бабуля подвозит Яну до университета. У Анны Янушовны достаточно заметная машина. Когда-то дедушке, ныне покойному, принадлежала Волга ГАЗ-21. Она простояла в гараже немало времени, бабушка водила в это время сначала Москвич поновее - Яна хорошо помнила, как бабуля сажала ее с братом на переднее сиденье и везла на дачу; потом были Жигули, Опель не первой свежести… А потом папа сделал ей подарок: полностью отреставрировал эту Волгу. Поменял все внутренности, сделал новый салон, добавил часть новшеств вроде современного проигрывателя внутри, выкрасил машину в свеженький лазурно-голубой цвет и презентовал матери. Та была в восторге. Яна, впрочем, тоже. Сама она не хотела бы водить такой ретро-мобиль, но бабуля в нем смотрелась просто потрясающе.

И вот сегодня они приехали из дома вместе и вместе же стояли в бухгалтерии их университета. Яна вынужденно выслушивала бабушкины нравоучения, Анна Янушовна поучала и одновременно умудрялась заполнять какие-то бумаги на высокой стойке. Женщины и совсем молодые девчонки, что здесь работали, посматривали на Яну с веселым сочувствием. Анну Янушовну, на самом деле, в университете любили и уважали, а уж в этом кабинете и подавно: здесь она многих выучила и устроила на работу.

Яна молча кивала в нужных местах и временами посматривала на часы: до пары оставалось всего десять минут, а она забыла закинуть деньги на счет и сейчас кукует без интернета. Вот бы успеть оплатить себе тариф до начала пары.

И тут дверь бухгалтерии открылась и внутрь неожиданно для Яны вошел Степан. Всю эту неделю она успешно его избегала: это довольно просто, ведь они даже учатся в разных корпусах, и только сегодня должны встретиться на его факультативе.

– Степан Валерьевич! – обрадовалась бабуля ему так, будто он ее любимый внук. У Яны даже глаз дернулся.

– Доброе утро, Анна Янушовна, – расплылся в широкой улыбке Степан. – Привет, Ян. Как ваше здоровье, Анна Янушовна? Хорошо себя чувствуете?

Яна сердито надулась: ну вот, он еще и с бабулей любезничает. Сейчас будет мило беседовать, даже не подозревая, что его уже мысленно женили.

– Не дождетесь! – весело ответила Анна Янушовна – она любила так отвечать на вопросы о здоровье. – Я помирать не собираюсь, пока правнуков не дождусь. Кстати о птичках… Говорят, вы с моей Яночкой на свидание ходили? Я жажду подробностей.

Бабуля пропела это настолько елейным голоском, что Яна поняла: Степка попал. Вот прям по-крупному. И это веселило бы, если бы не касалось и ее самой. Поэтому она как могла показывала ему, что пора бы линять: делала большие глаза, играла бровями и кивала в сторону двери. Булгаков улыбался, бросал на нее насмешливые взгляды и молча по очереди протягивал одной из местных бухгалтерш какие-то листы. Та так же молча лепила на них штампы и отдавала обратно, не забывая греть уши.

– Не буду скрывать, – легко признался Степан, – мы недавно ужинали вместе. Я просто не мог пройти мимо такой яркой и очаровательной девушки.

Яна, хоть и была на него все еще зла за поцелуй у подъезда, предательски залилась краской: к комплиментам была не приучена. Бабуля бросила хитрый взгляд на нее, потом - на Степана и мечтательно заявила:

– Ох, молодые годы... Даже завидую вам немного. Сколько у вас всего впереди.

Степан все так же улыбался и кивал; забрав все документы, он обратился к остальным девчонкам:

– А на подпись к ректору мне заходить или просто оставить у секретаря?

Девушки охотно, чуть ли не хором, принялись советовать:

– Лучше сами зайдите, а то может затянуться. Пока прочтет, пока решит... Он как раз еще на месте, зайдите!

– А к нему сейчас можно? - удивился Степан и, получив дружные кивки в ответ, заторопился: - Тогда я побежал. Простите, Анна Янушовна, я бы с вами еще поболтал, но дела не ждут. До скорого, Яна.

Когда за ним захлопнулась дверь, бабуля все так же мечтательно произнесла:

– Нет, ну какой экземпляр, а? Янка, ты хоть представляешь, насколько тебе повезло? Советую вцепиться в него клещом. Твоей маме такой зять нужен.

Яна закатила глаза, а бухгалтерши согласно загомонили и захихикали. Кажется, в этом университете все в восторге от Степана Булгакова... Все, кроме Яны, разумеется.

Вообще, она не особенно-то любит, когда ее трогают посторонние люди. Наверное, плохо быть такой недотрогой, но что ж поделать. Поцелуй Степана ее напугал. Выбил из колеи. Заставил почувствовать себя какой-то не такой… Она хотела бы забыть о нем, но не получалось. Кажется, закроет глаза и снова увидит, почувствует, как Степан ее целует. И сердце при этих мыслях предательские замирает.

В школьные годы она встречалась со своим одноклассником, Виталиком. До того, как родители отстроили коттедж в закрытом поселке, они все жили в другом доме, в черте города. Родители Виталика переехали по соседству, когда они оба ходили в пятый класс, поэтому друзьями совсем уж далекого детства они не были, да и встречаться начали незаметно для самих себя. Просто как-то раз случайно вдвоем пошли гулять, а потом то ли все начали считать их парой, то ли они сами так решили, но с девятого класса они были вроде как вместе.

Виталик ей нравился… Она вроде бы даже любила его. Но дальше поцелуев дело никогда не заходило. Яна боялась. Не хотела. Ей было неприятно. В итоге из-за этого они и расстались. На выпускном, уже поутру, Виталик наговорил ей много гадостей, которые можно было объединить одной фразой: либо мы занимаемся сексом, либо расстаемся.

Яна сама затрудняется сказать, что бы она тогда выбрала – все же, кажется, любила этого рыжего придурка. Но Виталик говорил громко... и его услышал Януш. Впервые в жизни Яна видела, чтобы ее обычно спокойный брат настолько вышел из себя: он практически набросился на Виталика, ударил его несколько раз, тот даже кровью на асфальт плевался. После этого строгий братский запрет гласил: не подходить к этому придурку ближе, чем на пять метров.

Глава 7. Хьюстон, у нас проблемы!

Первым, что услышал Степан по прибытию на работу, было радостное “Поздравляю!” от научного руководителя.

– Спасибо, – машинально ответил Степа и тут же поспешил уточнить: – А с чем?

– Ну как же! Ты же женишься. Кстати, а когда? Обязательно предупреди, я должен подготовить речь, над которой все будут рыдать, – сказал Игорь Анатольевич.

И, не дожидаясь ответа, подхватил папки со стола, а потом сбежал, громко хлопнув дверью. Впрочем, не успело эхо от хлопка стихнуть, как Игорь Анатольевич вернулся и с непередаваемом интонацией в голосе сказал:

– Я же говорил, что главное – начать, – и дверь снова хлопнула.

– Женю-усь… – задумчиво повторил Степа.

В голове возникли смутные догадки, откуда могли взяться сплетни, и стало не по себе. Янина Манцевич замуж за него точно не хотела. И, надо полагать, спасибо за эти слухи не скажет.

– Степан Валерьевич! Слышала, вас можно поздравить? – так же радостно набросилась на него Жанна Николаевна.

Это милейшая женщина никогда не была сплетницей, скорее наоборот - всегда порицала коллег, что те судачат за спиной, поэтому тут Степан уже по-настоящему испугался: что такого произошло, что Жанна Николаевна поверила, что он женится?

– Еще рано меня с чем-либо поздравлять, - натянуто улыбнулся Степа и боком прошмыгнул к двери, за которой работала его мама: доктор филологических наук, заведующая кафедрой лингвистики и просто женщина, на которую Степан очень похож характером. Но не внешностью.

Фаина Аркадьевна едва доставала ему макушкой до плеча, и то благодаря каблукам. Стройная, со светлыми волосами, собранными в низкий пучок, с тяжелыми серебряными украшениями и очень мягкими, женственными чертами лица. Степан от мамы унаследовал только глаза – тот же разрез и тот же цвет.

– Итак, неблагодарный мальчишка, когда ты собирался сказать родителям, что женишься? Почему я об этом узнаю от коллег и бабушки твоей невесты? – вместо приветствия спросила его мама.

Степе резко поплохело. От бабушки невесты что? когда? откуда?

– Вообще-то я не женюсь, – осторожно проронил он, внимательно следя за мамой.

Она несколько заполошно листала толстую папку, принтер на столе устало выплевывал какие-то документы, на полу стояло несколько ящиков – явно с дипломными работами: со дня на день ждут проверку.

– Ага, не женится он. Кому другому это расскажи, – отмахнулась мама. – Мы с Анной Янушовной договорились устроить смотрины на следующих выходных, в воскресенье. Я уже уточнила у тебя на работе: ты свободен.

– Смотрины? – уже всерьез паникуя, переспросил Степан. – Мам, я не женюсь. Мы едва знакомы. У нас было-то всего одно свидание и второе не планировалось!

Фаина Аркадьевна на мгновение отвлеклась от своих бумаг:

– Конечно. В театральный колледж ты тоже ходил “просто посмотреть” и поступать не собирался. Хотя тут я довольна твоим выбором, как минимум семья у девушки хорошая, правильная.

Внезапно дверь кабинета открылась и секретарь деканата быстро затараторила что-то о срочном и неотложном. Мама подскочила с места, чмокнула Степана куда-то в челюсть, вытолкнула из кабинета и заперла дверь.

Степа остался стоять в раздумьях: что это сейчас было и не спит ли он. В таком же потерянном состоянии он вышел из тамбура в коридор, прошел несколько метров, вздрогнул от мелодии звонка на первую пару, а еще через пару метров столкнулся с Яной. Как и ожидал Степан, девушка была в ярости.

– Не здесь, – буркнул он вместо приветствия, быстро дошел до учительской кафедры русского языка и литературы, открыл дверь своим ключом и впихнул туда Яну.

Кроме самого помещения кафедры, где в основном хранили документы, были еще и такие вот учительские, где профессора и преподаватели держали личные вещи. И где у Степы по блату тоже был свой стол.

– Свадьба? – зло зашипела на него Яна, как только дверь закрылась.

– Да я сам не понимаю, что происходит! – не менее раздраженно ответил ей Степан.

Как шутник со стажем, он заранее подозревал, что скорее всего где-то прокололся, но и сам не понимал пока где и в чем.

– Мне бабушка с утра сказала, что ты с родителями к нам в гости приедешь. С… свататься, – зачастила Яна. - И так как я ничего не делала, то виноват по-любому ты!

Степан сердито закатил глаза:

– Ну почему вечно во всем виноват я? Слушай, я уехал сразу после тебя, даже видел, как ты уезжала в машине с какой-то девчонкой… розовая такая. Машина, не девчонка.

– Мила, она меня до дома подвозила, – автоматически поправила его Яна и тут же снова нахмурилась.

– К тому же, зачем мне такое устраивать? – продолжил Степан. – Если бы я решил тебя реально под венец затащить, то сделал бы это… как-то поизящнее. А не стал бы спихивать всю грязную работу на маму, которая мечтает меня женить последние лет шесть.

Яна несколько истерически хихикнула, из чего Степан сделал вывод, что девушку тоже мечтают сбагрить замуж. Практически приятели по несчастью.

– И кто тогда виноват? – дернула плечом Яна, исподлобья рассматривая его.

Степан пожал плечами:

– Пока не знаю. Понять бы, откуда вообще такие слухи появились. Предположим, кто-то мог сказать моей маме, что мы встречаемся. И потому что нас видели вместе, и потому что мой разговор с твоей бабушкой можно было понять несколько превратно…

– Вот именно! – зло буркнула Яна, но Степан продолжил, будто не заметил этого:

– Когда мы вчера с тобой разговаривали, нас могли видеть – галерея просматривается со всех сторон, а наш разговор можно понять двусмысленно…

– Потому что кто-то меня лапал! – снова буркнула Яна, но Степан снова ее проигнорировал.

– Но откуда свадьба? Что… Блин! Шары! – и он, резко выдохнув сквозь зубы, развернулся на пятках и ударил кулаком по стене. Не сильно, но руке все равно стало больно.

– Какие шары? – нахмурилась Яна.

Степа, снова обернувшись к ней, устало рассказал: