Будь моим папой

1

Я с ужасом смотрю, как футбольный мяч летит в дорогущую иномарку бирюзового цвета. В голове мелькает дурацкая мысль, что моя дочь – талантливая спортсменка. Сила удара для пятилетней девочки слишком велика.

Мяч достигает цели и попадает прямиком в зеркало заднего вида. Раздаётся хруст пластика и звон стекла.

Зеркало падает на асфальт.

– Что ты наделала маленькая хулиганка?!

Откуда ни возьмись на мою Лизу нападает разъярённая брюнетка на высоченных каблуках. Хватает её за руку и начинает трясти.

Я бегу на помощь дочери, хватаю обозлённую незнакомку за руку, вынуждаю отпустить Лизу и кричу:

– Вы руку ребёнку сломаете!

– Ваш ребёнок сломал зеркало в моей машине!

– Ну, не руку же!

– Немедленно возместите мне ущерб! – орёт брюнетка, хватая за плечо уже меня. – С вас двадцать тысяч рублей.

– Какие ещё двадцать тысяч? – ахаю я. – За пластиковое зеркало?

– Пластиковое зеркало от немецкого люксового автомобиля.

–У меня нет таких денег!

– Это мы ещё посмотрим! – и нахальная дама хватается за мою сумку на ремне через плечо, начинает тянуть.

– Совсем сдурели?!

Не знаю, чем бы закончилась эта ситуация, но откуда ни возьмись появился мужчина.

– Дамы, брейк! Оксана, прекрати немедленно! – рявкает он на брюнетку, отцепляет её руки от моей сумки и встаёт между нами.

Я имею удовольствие лицезреть спину незнакомца.

Широкие плечи, обтянутые тонкой белой футболкой, которая очерчивает рельефные мышцы спины.

– Андрей, эта мелкая хулиганка сломала мне зеркало! Запустила мячом прямо в мою машину!

– Во-первых, твоё зеркало и так держалось на честном слове. Во-вторых, ну девочка не рассчитала силу удара. Это же ребёнок.

– Андрей! – взвизгивает брюнетка.

– Иди в машину! Быстро!

Истеричная дама делает несколько шагов, но не уходит.

Мой спаситель тем временем оборачивается, и я столбенею от суровой мужской красоты.

Голубоглазый блондин. Жёсткая линия губ, волевой подбородок и пронзительный взгляд голубых глаз.

– Как вас зовут?

– Виктория.

– Андрей, очень приятно. Виктория, дадите мне свой номер телефона? Я перезвоню, и мы придумаем, как решить эту неприятную ситуацию.

– Хорошо, – соглашаюсь я. Мужчина выглядит адекватным, правда, это не отменяет того факта, что двадцати тысяч у меня нет.

Я работаю няней в детском саду, мы с дочкой живём от зарплаты до зарплаты. Каждая копейка на счету. И у меня осталось только пять тысяч до зарплаты.

– Перезвонишь?! – визгливая брюнетка оказывается рядом и снова начинает вмешиваться в разговор. – С чего ты взял, что она возьмёт трубку, Андрей? Заблокирует твой номер и всё. Нет, я требую, чтобы вы прямо сейчас отдали мне двадцать тысяч рублей!

– Вы можете требовать чего угодно, – сухо отвечаю я. – Только двадцати тысяч у меня всё равно нет. Осталось пять тысяч до зарплаты, и те лежат дома.

– Нищебродка! – припечатывает Оксана.

– Оксана! – рявкает умопомрачительный блондин. Однако брюнетка его совсем не боится.

Интересно, кто она ему? Жена? Любовница?

– Отдашь пять тысяч прямо сейчас! Остальные пятнадцать тысяч частями, –фыркает брюнетка. – Садись в машину, едем к тебе домой.

Смотрю на блондина. Сама не знаю, чего жду от него, но внезапно он соглашается.

– Да, давайте мы вас подвезём домой и на месте всё решим.

У меня нет ни малейшего желания садиться в машину к этой истеричке, но Лизок жмётся к моей ноге и тихо плачет.

Скандал её напугал. Спорить дальше с этой парочкой себе дороже, и я соглашаюсь.

Наверное, глупо. Но сейчас ничего лучше я не могу придумать.

Мы с Лизой размещаемся на заднем сиденье, где обнаруживается специальное детское кресло. Я убеждаюсь, что парочка – муж и жена, раз у них есть ребёнок.

До дома едем молча. Я крепко сжимаю Лизу за руку, в дороге она постепенно перестаёт дрожать, вытирает слёзки, успокаивается.

Я же с каждым мгновением злюсь всё больше.

Конечно, я виновата, что не уследила за дочкой.

Она пинала мяч в парке на специальной площадке, огороженной сеткой, но потом явилась целая компания подростков, которые хотели поиграть в футбол, и мы уступили им место.

Дочь выпросила у меня разрешения попинать мяч на открытом пространстве недалеко от парковки.

Я разрешила, но только осторожно. И села на лавке почитать. Стыдно признаться, но я обожаю любовные романы. Любую свободную минутку, заглядываю в книгу. Благо сейчас можно читать их прямо с телефона. В общем, я увлеклась чтением, а Лиза тем временем разыгралась, забылась и пнула со всей мочи. Удар у моей девочки ого-ого. Надо бы её отдать в футбольную секцию, но мне такое не по карману.

2

На первой тренировке родителям разрешают присутствовать.

Мы рассаживаемся на низенькие лавочки, которые предназначены скорее для детей, и наблюдаем за тренировкой.

Соколов великолепно обращается с детьми. Как няня детского сада, которая успела поработать с несколькими воспитателями, я насмотрелась всякого.

Тихонь-воспитателей, у которых дети стоят на ушах, ходят на головах и бегают по потолку.

Истеричных крикуш, которых дети, к слову, тоже совершенно не воспринимают и ведут себя ещё хуже, чем у тихонь.

Фашисток, у которых дети даже вздохнуть боятся лишний раз.

Соколов великолепен. Говорит громко, чётко и по делу. Дети слушают его, раскрыв рты, и тут же в точности исполняют все инструкции.

Сначала он проводит небольшую разминку для разогрева. Затем тренировку, в ходе которой дети отрабатывают удар по мячу. Потом он делит их на команды и устраивает несколько соревновательных игр, а в конце всем раздаёт наклейки, чем окончательно покоряет детские сердечки.

Сижу, смотрю и думаю.

Неужели этот мужчина работает обычным тренером?

На меня он произвёл впечатление уверенного в себе крупного бизнесмена. Хотя учитывая то, что он не способен сладить с Оксаной, возможно, у него просто обеспеченная супруга, а он… ну, трофейный муж.

А что?

В наше время всякое возможно. Тем более что Андрей – настоящий красавец. Голубоглазый блондин с пронзительным взглядом и спортивной фигурой.

Да и за рулём находилась Оксана. Конечно, богатая жена оденет мужа как надо. В парке я успела отметить и брендовую одежду, и дорогущие часы, про которые узнала из фильма про миллионеров.

Моя Лиза тем временем веселится.

Я смотрю в горящие глаза дочки и понимаю, что здесь она абсолютно на своём месте. Конечно, возить её сюда не слишком удобно, особенно зимой, но ради такого восторга в глазах ребёнка я готова.

Да и к тому же… Лизок у меня гиперактивный ребёнок. Ей необходимо спускать пар.

Тренировка заканчивается, и Андрей Алексеевич начинает беседу с родителями. Диктует номер телефона, добавляет нас в общий чат мессенджера, рассказывает, какие справки нужно собрать, чтобы ребёнок занимался спортом.

– Я занимаюсь с детьми футболом с самыми серьёзными намерениями, мои ученики потом переходят в юношеские сборные, участвуют во всероссийских соревнованиях, берут медали. Так что вопрос о физической готовности ребёнка к нагрузкам очень важен. Даю вам месяц, чтобы пройти всех врачей и принести заключение. По истечении этого срока начнём настоящую работу. Пока всё будет проходить примерно так, как вы видели сегодня.

Под конец речи Соколов выкатывает требования к форме для занятий, и у меня падает челюсть. Особенно от суммы, в которую это обойдётся.

Специальная обувь, специальная форма, специальная защита для локтей и коленей. Как будто здесь не футбол, а хоккей.

Мой энтузиазм падает ниже плинтуса. Всю эту экипировку ещё и нужно регулярно менять по мере роста ребёнка. Как минимум раз в полгода придётся отваливать приличную сумму, а моей зарплаты с натяжкой хватает на жизнь. Ребёнка и так нужно одевать, она растёт, постоянно нужно обувь, одежда…

Нет, от футбола придётся отказаться.

Зал я покидаю с тяжёлым сердцем.

Ощущение, что ворую у собственного ребёнка.

Она с восторгом делится впечатлениями от тренировки.

– Мамочка, мы ведь придём сюда ещё раз?

– Посмотрим, – уклончиво отвечаю я. – Идём смотреть рыбок? Ты хотела.

– Конечно, идём!

Я решаю позволить Лизе рассмотреть здесь решительно всё. Даже покупаю ей замороженный лёд в дорогущем киоске. Хочу, чтобы у дочери остались отличные впечатления. Пока она бегает и рассматривает всё вокруг, я пытаюсь искать в интернете альтернативу этим занятиям. Может есть недорогой спортивный кружок, где тренер не нацелен на медали и достижения?

Может есть другой садик со спортивной программой? Правда, о смене работы даже думать страшно.

Заведующая у меня понимающая. Кроме ставки няни, даёт мне подработку уборщицей. Она же мне посоветовала идти в педагогический институт заочно и сказала, что нормально относится, когда отпрашиваются с работы ради сессии. Золотая женщина! Нет, менять садик, я не готова.

Когда Лиза начинает ныть, что устала и хочет домой, у меня всё ещё нет никаких альтернатив.

Мы выходим с ней на крыльцо и обнаруживаем, что июльская жара резко сменилась хмурым небом и проливным дождём.

Открываю приложение с погодой и вижу, что тучи обложили город надолго. И что делать? Даже зонтика с собой нет, хотя сейчас он вряд ли выручил бы.

– Ничего себе погодка! – раздаётся знакомый голос за спиной.

Резко оборачиваюсь и вижу Андрея.

– Вас подвезти?

– Не стоит, – отказываюсь я. Этот мужчина пугает меня… Вернее, пугает реакция моего тела на него. Сердце бешено стучит, по коже бегают мурашки, живот закручивается узлом.

Когда последний раз я так себя ощущала, то согласилась на гражданский брак, переехала в Москву и родила Лизу. А потом так называемый супруг сбежал.

Этот экземпляр ещё и женат.

– За вами едет такси?

– Такси – это очень дорого! Мы не ездим на такси! – объявляет Лиза, сдавая меня с потрохами.

3

Выходные пролетают за бытовыми делами. Уборка, готовка, а ещё я готовлюсь к утреннику в саду.

Последнее дело, которое у нас осталось перед отпуском.

Для утренника я шью костюм Лизе и ещё одной девочке.

Шить я научилась ещё в детстве, но никогда не собиралась заниматься этим профессионально. Просто, когда Владимир бросил меня с годовалым ребёнком на руках, подрабатывала тем, что подгоняла брюки, строчила полотенца из старых простыней для особо экономных хозяек.

Браться за что-то более существенное я просто-напросто боюсь, но в саду ко мне регулярно обращаются с просьбами сшить костюм на тот или иной праздник.

Я не беру денег, но соглашаюсь при условии, что клиент купит ткань и на мою Лизу. С человека – ткань и фурнитура, с меня – работа.

Так я наряжаю Лизу и в платья снежинок, и в костюм русалочки как сегодня.

Около полудня ко мне приходит девушка по имени Лика вместе с дочкой Василисой. Василиса посещает тот же детский сад, что и моя Лиза, но раньше мы с ними не встречались. Кто-то просто дал Лике мой номер.

Мы примеряем костюм русалочки, заодно и на Лизу. Девчонки выглядят очень мило в бирюзовых штанишках с пышными вставками из органзы на лодыжках.

Ещё я сшила тунички на бретельках, а для волос смастерила заколки с ленточками.

– Вика, вы настоящий мастер! – восхищается Лика и просит дочь покружиться.

Полы туники разлетаются от движения девочки.

– Спасибо, – смущаюсь я. – Да... ничего особенного, накопала выкройку в интернете. Тут вот немного вышло не так как нужно.

Выворачиваю тунику наизнанку и показываю проблемное место, которое сожрало немало моих нервных клеток.

– Да кто это увидит, – отмахивается Лика. – Девчонки выглядят замечательно. Сколько я вам должна?

– Нисколько! – тут же отвечаю я. – Мы же договорились. С вас – ткань и фурнитура, с меня – работа.

– Нет, но вы действительно мастер! Любой труд должен быть оплачен! Я переведу вам немного по номеру телефона.

– Нет-нет, Лика, перестаньте!

Лика меня как будто не слышит. Берётся за телефон и присылает деньги. Сумма мне кажется чрезмерной, хотя… если заказывать в ателье, то будет стоить дороже раза в три.

– Спасибо, – смущённо бормочу я.

– Это вам спасибо, – улыбается Лика. – Вы хоть представляете, сколько другая швея содрала бы меня за костюм?

Василиса переодевается, Лика складывает костюм в пакет, и они уходят.

Мы с дочерью садимся обедать.

– Мам, а мы сегодня пойдём гулять? – интересуется она, болтая ногами под столом.

– Пойдём, куда ж деваться, – вздыхаю я.

Честно говоря, совсем не хочется никуда идти. Полночи я провела за швейной машинкой, заканчивая костюм русалочки, жутко не выспалась и с удовольствием бы повалялась дома.

Но ребёнку надо гулять. Особенно летом.

Двор у нас не слишком безопасный – одну не отпустишь, да и развлечений для дошколят тут никаких. Поэтому мы ходим в небольшой сквер недалеко от дома. Там и платных развлечений много, но что важнее – бесплатных тоже хватает.

– На батут можно? – словно читает мои мысли дочь.

– Один раз попрыгать можно, – соглашаюсь я.

Не успели мы собраться на прогулку, как раздаётся звонок в дверь.

Смотрю в глазок и столбенею.

На лестничной площадке стоит тренер Андрей, а рядом с ним мальчик лет пяти. Чего ещё этому товарищу надо?

– Вам чего? – спрашиваю я, распахивая дверь.

– Ого, какой холодный приём! – усмехается Андрей.

Сегодня он выглядит ещё более привлекательным, если это вообще возможно.

Бежевые брюки и тонкая белая рубашка с закатанными по локоть рукавами, которая обнажает крепкие предплечья.

К тому же он гладко выбрил лицо и теперь взгляду открывается мужественный подбородок.

– Простите, но мы очень торопимся, – чуть мягче говорю я. Сама не знаю, почему так агрессивно среагировала. В принципе, ничего плохого он мне не сделал.

– Мы только заехали, чтобы отдать Лизе форму. – И он протягивает мне объёмный бумажный пакет. Я машинально беру пакет, заглядываю внутрь и только тогда до меня доходит. Он купил Лизе футбольную экипировку!

Всю! Полностью! Дорогие бутсы, футболку, шорты, курточку, защиту.

Тут же протягиваю пакет обратно.

– Заберите! Мы вас об этом не просили.

Андрей поднимает руки вверх в пораженческом жесте. Улыбка не сходит с тонких, чётко очерченных губ.

– Я выкинул чек и не смогу вернуть, а у моего сына форма вся в наличии и того же самого размера. Даже на вырост нет смысла оставлять. Кстати, это Никита.

У мальчика тёмные волосы и карие глаза – он явно похож на мать, но, кажется, меня пытаются сбить с толка.

4

Кусаю губы, глядя, как Андрей хохочет. Понимаю, что ошиблась, и меня захлёстывает смущение.

– Прости, – сухо бросаю я. – Меня ввело в заблуждение то, что ты тренируешь детей в бесплатной группе.

– Я – создатель франшизы «Атлант», – просто говорит мужчина, прекращая смеяться.

– Прости ещё раз.

– Да ничего страшного. Я давно так не смеялся, ты меня действительно развеселила. Так что насчёт свидания?

– Я не могу, – продолжаю кусать губы и стараюсь не смотреть на Андрея.

Красивый богатый мужчина, который великолепно ладит с детьми, приглашает меня на свидание, а я не могу преодолеть своё прошлое и рискнуть.

– Почему?

– Не с кем оставить Лизу. Мои родители живут в провинции, – говорю первое, что приходит в голову.

– Я оплачу няню. Могу пригласить ту, которая сидит с Никитой. Очень надёжная женщина.

– Прости, – наконец, решаюсь посмотреть ему в глаза. – Я не готова ни с кем встречаться. Меня устраивает моя жизнь и я не хочу пускать в неё нового человека.

Точнее сказать, я боюсь пускать нового человека. Да, это глупо. Меня всего лишь бросили… Просто уехали, даже не соизволив попрощаться, но страх повторения остался. Встречаешь мужчину, вкладываешь в него сердце и душу, а он просто… исчезает.

– Так сильно обожглась? – спрашивает он.

Я оставляю вопрос без ответа.

Возвращаются дети и тянут нас на другую площадку, попутно пожелав выпить воды, сходить в туалет.

Пока мы занимаемся детьми, у меня вдруг возникает странное чувство, что мы с Андреем давно женатая пара с двумя детьми. Он сажает Лизу к себе на плечи и помогает ей достать старый давно застрявший там мяч, который она приметила в ветвях. Я в это время вытираю влажной салфеткой лицо Никиты, который умудрился где-то перепачкаться.

То, что мальчик меня спокойно воспринимает, совсем неудивительно. Я – няня в детском саду. Успела выработать спокойной, но не терпящий возражений тон. Дети со мной не спорят.

Домой возвращаемся к ужину. Андрей и Никита нас провожают до подъезда. Свой спортивный автомобиль мужчина оставил в моём дворе.

– Пока, Лиза. Увидимся на тренировке!

– До свидания, Андрей Алексеевич, – вежливо прощается дочь.

– Вика, если что понадобится – это моя личная визитка. Мало ли возникнет вопрос, который администратор клуба не сможет решить.

Неохотно беру из рук Андрея ещё один прямоугольник с номером телефона.

– Спасибо.

Мы с Лизой проводим обычный вечер дома. Она набегалась в парке, поэтому после ужина спокойно смотрит мультики. Перед сном мы повторяем стихотворение, которое Лиза должна прочитать завтра на утреннике, а потом вместе читаем книгу. Лиза прижимается к моему плечу, смотрит в книгу. Это наш ежедневный ритуал единения.

Я даже благодарна Владимиру за то, что он вытащил меня из провинции и подарил дочь. Конечно, я мечтала о полноценной семье, но моя девочка – это счастье, и мы с ней настоящая семья.

– Мама, а тебе нравится Андрей Алексеевич? – внезапно спрашивает Лиза.

– Он – хороший тренер, – осторожно отвечаю я.

– Да я не об этом. Ты бы хотела, чтобы он стал твоим мужем?

– Ну… это сложный вопрос, дочка.

– Почему? Я вот хочу, чтобы он стал моим папой. Он сильный, добрый и весёлый. И, по-моему, ты ему очень нравишься.

Не зря говорят, что устами младенца глаголет истина. Или, может, она услышала наш разговор днём? Да нет… они с Никитой всё время были заняты активными играми на приличном расстоянии от нас.

– С чего ты это взяла?

– Когда он на тебя смотрит, то улыбается.

– Он всегда улыбается.

– Не-е-ет. Я наблюдала.

Вот же маленький Штирлиц! Наблюдала она.

– Лизок, отношения взрослых – довольно сложная штука. Давай спать.

– Почему сложная?

– Вырастешь – узнаешь.

Глупейшая родительская отмазка, но в пять лет рановато узнавать о том, что мальчики хотят одного, девочки другого. Да и нет у меня ответа. Судя по тому, что муж от меня сбежал и женился на другой, я сама ничего не знаю об отношениях.

Знаю, что мужем называть Владимира неправильно, ведь мы не были расписаны, но для меня он был именно что мужем.

Дочка засыпает, а я отправлюсь выпить чаю перед сном. Завтра у нас утренник.

Это только моё время.

В очередной раз просматриваю курсы кройки и шитья, которые есть в городе.

Давно думаю начать брать заказы за деньги, но боюсь, что мне не хватает базы, знания технологий.

Обучение не так чтобы дорогое, но в моей ситуации сложно выделить лишние деньги.

В этом году я решилась. Нашла курсы по самой низкой цене и с рассрочкой оплаты. Ещё собираюсь с духом попросить знакомых, которым я уже шила костюмы для утренников распространить информацию, что я с осени буду брать заказы на детскую одежду. Мне давно предлагала это сделать воспитательница, в паре с которой я работаю, но я боялась. Неуверенность в себе останавливала меня.