Бывшая сына. Запретная страсть

Пролог

Я открываю дверь квартиры, и первое, что меня встречает – это тишина. Ни звука. Ни телевизора, ни шагов из кухни, где Жанна обычно что-то готовит, хотя ее кулинарные шедевры чаще напоминают химические эксперименты.

Ставлю чемодан у двери, снимаю пальто и захожу внутрь. Вернулся из командировки на день раньше, хотел сделать сюрприз. Сюрпризы, как правило, приятные вещи, правда?

Прохожу через гостиную, замечаю бокал вина на столе. Наполовину полный. Или, как говорят пессимисты, наполовину пустой.

– Жанна? – зову я.

Никто не отвечает.

Двигаюсь дальше. В коридоре вижу ее шелковый халат на полу, тот самый, который она так любит, потому что «он создает настроение». Ну что ж, настроение он действительно создал, правда, не то, на которое я рассчитывал. Потому что за дверью я слышу… голоса. Мужской и женский.

Я подхожу ближе. И чем ближе, тем отчетливее слышу: стоны, шепот, смех. Это шутка?

Резко толкаю дверь.

Передо мной, в моей собственной кровати, лежат они. Жанна, моя тридцатитрехлетняя невеста, с растрепанными волосами и потекшей тушью, и Сергей. Мой двадцатипятилетний сын.

Мое дыхание останавливается на секунду, а потом начинается вулкан.

– Вы серьезно? – говорю я, громче, чем планировал.

Они оба подпрыгивают. Жанна хватает одеяло, закрываясь им до подбородка, а Сергей смотрит на меня широко раскрытыми глазами.

– Папа, это не то, что ты думаешь…

– О, нет-нет-нет, – перебиваю я, заходя в спальню. – Не то, что я думаю, Сергей? А что тогда? Ты просто решил постирать с ней белье?

Сергей пытается что-то сказать, но у него выходит только бессвязное:

– Я… мы… это…

Жанна тоже начинает лепетать:

– Егор, послушай, это просто…

– Просто?! – перебиваю я, чувствуя, как мое лицо становится горячим от прилива ярости. – Просто что, Жанна? Просто ты решила, что не можешь дождаться, пока я вернусь, и перешла на младшую версию? Измена с моим сыном не считается за измену или что?

Конечно, она не знает, что на это ответить. Я смотрю на них обоих и злость во мне закипает все сильнее.

– Одевайтесь. Оба. Немедленно.

Они переглядываются, как два провинившихся подростка, застигнутых врасплох.

– Егор, пожалуйста, позволь мне объяснить… – начинает Жанна, но я поднимаю руку.

– Ты мне ничего не должна объяснять. Ты свободна. Поздравляю, Жанна. Считай, свадьбы не будет.

Сергей встает первым, натягивая на себя одежду. Я смотрю на него и понимаю, что злость кипит у меня не только на Жанну.

– А ты, – говорю я, обращаясь к сыну, – просто мастер подставить своего отца. Знаешь, я думал, что ты хотя бы немного лучше.

Он опускает голову, словно ребенок, которого поймали за воровством конфет.

– Папа…

– Не папкай мне! – обрываю его. – Ты соблазнил мою невесту, Сергей. Поздравляю, ты стал мужчиной. Или как это называется у подлецов твоего уровня?

Жанна пытается вмешаться:

– Это было случайно, Егор!

– Случайно? – усмехаюсь я, смотря на нее. – Ты что, случайно споткнулась и упала в постель с моим сыном?

Она замолкает.

– Оба вон из моего дома, – говорю я холодно.

– Егор, пожалуйста, не так… – начинает она, но я показываю на дверь.

– Вон.

Сергей что-то бормочет себе под нос, но уходит первым. Жанна еще пару секунд колеблется, а потом тоже выходит, сжимая свои вещи в руках. Когда за ними захлопывается дверь, я наконец выдыхаю.

«Какого черта вообще произошло?»

Опускаюсь на диван и смотрю в потолок.

Жанну я не любил, это правда. Но мы встречались уже год, она была красива, мила, даже заботлива. А самое главное, она хотела того же, что и я. Я начал думать, что наконец-то нашел женщину, с которой смогу создать семью, которой у меня никогда не было.

Мне сорок три. Сергей вырос, я его воспитывал сам с восемнадцати лет, после того как его мать умерла при родах. Всю свою молодость я посвятил ему, отложив собственную жизнь на потом. Теперь мне хочется другого. Семьи. Жены, которая будет рядом. Может быть, еще детей. Я знаю, что времени у меня немного, а Жанна казалась подходящей кандидатурой. Не той, кто вызовет бурю страсти или перевернет мой мир, но той, кто сможет быть рядом. Она была удобной, у нас была одна цель. И вот так все рушится.

А Сергей? Щенок неблагодарный!

Пару лет назад, когда я сам оказался в плену запретного искушения, я противостоял ему ради сына, даже когда он бросил свою жену Вику ради разгульной жизни, разведясь всего через полгода брака.

Он бросил прекрасную женщину, которую я, к своему ужасу, не мог выбросить из головы с первой встречи с ней, и даже зная, что она теперь свободна, я не стал ничего делать и оставил ее, чтобы не задеть чувства сына, хотя она и не была ему нужна.

Вика никогда не была нужна ему так, как мне.

Я невольно вспоминаю ее лицо. Ее большие карие глаза с длинными ресницами, которые запали мне в душу, обаятельную улыбку с ямочками. Она была слишком хороша для него. Я с самого начала их отношений понимал, что это ненадолго, но ничего не мог поделать. С первой встречи я чувствовал к ней необъяснимое притяжение, но Вика была женой моего сына. Я подавлял эти чувства, скрывал их даже от самого себя, хотя до сих пор, вспоминая о ней, я чувствую прежний жар и тоску, эти чувства не утихли и никуда не ушли.

А теперь, спустя два года, любимый сын соблазнил мою невесту.

Я смеюсь от иронии произошедшего, но это горький, сухой смех.

– Поздравляю, Егор, – говорю себе, тянясь к бокалу, который стоял на столе. – Ты снова остался у разбитого корыта.

1

Два года назад

Цветочный магазин, как и ожидалось, оказался женским царством: ароматный, уютный, с легким беспорядком, который выглядит нарочно созданным. Я не в восторге от таких мест, но сегодня у меня цель. Сергей сказал, что познакомит меня со своей невестой, и я решил не приходить с пустыми руками. Цветы – универсальный знак вежливости.

– Здравствуйте! Чем могу помочь?

Голос заставляет меня поднять взгляд, и на мгновение я забываю, зачем сюда пришел. Девушка за прилавком великолепна.

Среднего роста, стройная, с тонкой талией, но грудь – полная, аппетитная, бросается в глаза даже через наглухо застегнутую рубашку. На фоне белой ткани выделяются каштановые волны ее волос, а карамельные пряди играют на свету. Но больше всего в ней завораживают глаза. Большие, темные, влажные, как у лани. Глядя в них, я ощущаю, как внутри что-то дрогнуло.

Она улыбается – мягко, почти невинно, совсем как девочка, и это контрастирует с ее аппетитной фигурой зрелой женщины, с тем, как легко ее бедра выделяются под облегающей юбкой.

– Здравствуйте, – говорю я, чувствуя, как мое дыхание становится чуть тяжелее.

– Чем могу помочь? – спрашивает она, наклоняясь к прилавку, и эта легкая поза подчеркивает все, что не должно было бросаться мне в глаза, но бросается.

– Мне нужен букет, – отвечаю, почти сбиваясь на дыхании.

– Для особого случая? – спрашивает она, ее голос звучит тепло, но с легкой игривостью.

Я улыбаюсь.

– Да. Для особенного человека.

Она наклоняет голову, ее волосы падают на лицо и она раздраженно сдувает прядь, что выглядит просто очаровательно.

– Для вашей жены или девушки? – уточняет красавица, чуть поднимая брови.

– Не совсем, – отвечаю я. – Для девушки моего сына.

Ее глаза слегка расширяются и я ловлю на мгновение, как она меня оценивает. В этом взгляде смешивается удивление и что-то еще, что я не могу до конца понять.

– Мужчины обычно дарят букет роз, когда не знают предпочтения дамы, – предлагает она. – Или, может быть, составить композицию из разных видов цветов?

– Давайте на ваш вкус, – говорю я. – Что бы вы выбрали для себя?

– Отлично, – улыбается она. – На какую сумму вы рассчитываете?

– Любую, какую вы назовете, – отмахиваюсь я и начинаю наблюдать, как она воодушевленно делает свою работу.

Ее движения завораживают. Тонкие пальцы с ухоженными ногтями, но без чрезмерного маникюра, плавно сжимают стебли. Она поправляет цветы, добавляет какие-то зеленые ветки, и каждый ее жест кажется рассчитанным на то, чтобы я не мог отвести от нее глаз.

Черт!

Когда она наклоняется за лентой, я вижу тонкий изгиб ее талии, и мое воображение мгновенно рисует лишние детали.

– Вот, – говорит она, выпрямляясь и протягивая мне букет.

Я встречаюсь с ее взглядом и ловлю себя на мысли, что мне уже все равно, что за цветы она выбрала.

– Идеально, – отвечаю, чувствуя, как голос слегка хрипит.

Она улыбается, но в ее улыбке есть что-то застенчивое.

– Я рада, что вам нравится.

Нравится? Она даже не представляет.

Забирая у нее букет, я специально позволяю нашим пальцам соприкоснуться и это мимолетное прикосновение пробирает меня, как незрелого пацана, никогда не касавшегося женщины.

– Спасибо, – говорю я, расплачиваясь.

Когда она протягивает мне чек, наши пальцы снова соприкасаются. Я чувствую тепло ее кожи, и в этот момент понимаю, что завтра обязательно сюда вернусь. Но не за букетом.

***

В ресторане я сижу за столиком, ожидая Сергея и его девушку. До этого он никогда не знакомил меня со своими женщинами, потому что у него никогда не было долгосрочных отношений. Мой сын тот еще ходок, не знаю даже, в кого он такой непостоянный, но ему всего двадцать три, так что пока рано волноваться. А недавно, Сергей заявил мне, что встретил девушку своей мечты и хочет меня с ней познакомить, потому что она в нашей жизни надолго, возможно, даже войдет в нашу семью.

Все, что он о ней рассказал, так это что ее зовут Вика, ей двадцать восемь лет и они без ума друг от друга. Разница в возрасте меня не удивила, потому что Сергею всегда нравились девушки постарше, а вот тот факт, что он уже задумывается о браке, немного настораживает.

Когда они, наконец, появляются и подходят к нашему столику, я поднимаю взгляд и заcтываю от шока. Потому что рядом с моим сыном стоит она.

Моя цветочница.

– Папа, знакомься, это Вика, – говорит Сергей, обнимая ее за талию. – Вика, это мой отец, Егор Михайлович.

– Просто Егор, – говорю я на автомате, пока все внутри меня покрывается коркой льда.

Она смотрит на меня, и я вижу, как ее щеки покрываются румянцем.

– Мы уже встречались, – говорит Вика с ноткой смущения.

– Правда? Где? – спрашивает Сергей, удивленный.

– В нашем магазине, – отвечает она, опуская взгляд. – Твой отец покупал букет.

Сергей ухмыляется.

– Вот как? Пап, ты не говорил, что у тебя кто-то появился.

Я почти не слушаю его, потому что в голове крутится только одна мысль:

«Она, это она, почему она?»

Девушка, которую я не мог выкинуть из головы с самого первого взгляда на нее. И теперь она сидит напротив меня как девушка моего сына.

– Это было сегодня и цветы он купил, получается, для меня, – отвечает за меня Вика. – Если только у тебя нет другой девушки, с которой ты хотел его познакомить.

– Точно! – наконец прихожу я в себя и беру букет со стула рядом, протягивая его ей. – Вика, приятно познакомиться.

– Спасибо, мне тоже, – тепло говорит она, принимая цветы.

Горечь подступает к горлу. Я чувствую себя так, будто кто-то отнял у меня то, на что я даже не имел права, и этот ужин проходит для меня ужасно. Вика улыбается Сергею, глядя на него влюбленными глазами, а я сижу напротив, чувствуя себя последним уродом из-за того, что завидую собственному сыну и жажду его девушку.

2

Новый год прошел под звуки веселья, шампанского и смеха. Сергей был в приподнятом настроении, даже взволнован, причину чего я понял гораздо позже.

Мы сидели за столом небольшой компанией, как раз отгремели куранты, когда он внезапно встал, привлекая внимание всех.

– У меня есть важная новость, – начал он, поднимая бокал. – Вика, милая, встань, пожалуйста.

Вика, сидевшая рядом со мной, удивленно посмотрела на него, но послушно встала. Сергей засунул руку в карман, достал маленькую коробочку и, встав на одно колено, открыл ее.

– Выходи за меня, – сказал он, улыбаясь так счастливо, так искренне, как я не видел уже давно.

Вика закрыла рот рукой, ее глаза наполнились слезами.

– Да! – выдохнула она, кивая.

Комната взорвалась аплодисментами. Я заставил себя тоже похлопать, но внутри все сжалось.

Она станет его женой. Будет частью нашей семьи. Значит, я не смогу избавиться от ее присутствия, как надеялся, ведь рано или поздно она должна была надоесть Сергею и уйти из нашей жизни.

Свадьба была через три месяца, и весь этот период я держался на грани. Я старался избегать ее, отводил глаза, когда она входила в комнату, и говорил только то, что было абсолютно необходимо. Это не помогало.

После свадьбы стало еще хуже.

Каждый раз, когда я видел ее в нашем доме, в ее глазах, которые светились, когда она смотрела на Сергея, я чувствовал себя тем самым монстром, которого боялся.

Я не мог находиться рядом с ней. Не мог слышать ее голос, видеть ее улыбку, чувствовать ее запах.

Я делал все, чтобы держаться на расстоянии. Но каждый раз, когда она невзначай касалась моей руки, каждый раз, когда она называла меня по имени, я чувствовал, как внутри меня что-то рушится.

А через полгода Сергей вдруг заявил, что они разводятся.

Это произошло за ужином. Он сидел напротив меня, выглядел раздраженным и слегка усталым.

– Мы с Викой больше не вместе, – сказал он, отодвигая тарелку.

Я замер, не сразу поняв смысл его слов.

– Что ты имеешь в виду? – спросил я, стараясь звучать спокойно.

– Я подал на развод, – сказал он так, будто это была самая обычная вещь в мире. – Мы не подходим друг другу.

Я смотрел на него, не в силах найти слова.

– Полгода, Сергей. Вы были женаты полгода.

Он пожал плечами.

– Ну и что? Зачем мучить друг друга, если все понятно?

Я молчал, потому что внутри меня все бурлило. Я не знал, что делать с этой информацией. С одной стороны, я испытывал облегчение. Она больше не была его женой. С другой стороны, я понимал, насколько неправильно даже думать об этом.

Несколько дней я ходил как в тумане, избегая разговоров с Сергеем и пытаясь не думать о Вике, но она не исчезала из моих мыслей. Я думал о том, чтобы сделать шаг, чтобы просто дать волю своим чувствам. Она была свободна. Сергей сам от нее отказался. Но я понимал, как дико это будет. Как неправильно.

И тогда я решил: лучше просто дать ей исчезнуть из нашей жизни. Я надеялся, что время вылечит эту больную страсть, что ее отсутствие в моей жизни поможет мне забыть. Но где-то в глубине души я уже знал – это невозможно.

***

Наши дни

Прошла неделя с того дня, как я застал Жанну со своим сыном. Неделя, в течение которой я ни разу не поднял трубку, когда звонил Сергей. Не ответил ни на одно его сообщение. Я не могу говорить с ним сейчас. Не могу понять, как он, мой собственный сын, мог так поступить. Я не ожидал от него предательства, у нас ведь всегда были хорошие отношения, по-настоящему близкие и доверительные.

Каждый раз, когда я думаю об этом, злость захлестывает меня. Но за злостью всегда приходит другая мысль, которая мучает меня еще больше. Теперь, когда Жанны больше нет в моей жизни, у меня нет больше преград. Я наконец могу сделать то, о чем мечтал все эти годы.

Вика.

Эти мысли сводят меня с ума. Я пытался забыть ее. Отступил, когда она исчезла после их развода. А теперь, когда Сергей вот так всадил мне нож в спину, я даже получаю извращенное удовольствие при мысли, что он почувствует, если я предприму шаги в сторону его бывшей жены. Он пару раз упоминал, что жалеет о разводе, но она не хочет его больше видеть. Что он почувствует, если Вика даст шанс мне, его отцу?

Сергей с детства получал все, что хотел. Я баловал его, вкалывал, как проклятый, чтобы у него было не такое полуголодное детство, как у меня. Деньги не упали мне с небес, я много трудился и всегда этот мальчик был моим мотиватором, но сейчас он вырос в мужчину, за которого мне стыдно.

Нет, Сергей, конечно, не бездельник, он амбициозный, такой же трудоголик, как я, но его рабочая дисциплина никак не отражается в его личной жизни. Он стремится к удовольствиям, отрывается по полной, но предать меня вот так? Это низко.

Когда границы допустимого настолько размылись для него? Я не могу просто спустить это на тормозах. Нужно преподать ему урок, а то, что Вика станет частью этого урока – просто бонус. В конце концов, она не средство достижения цели. Она и есть моя цель.

***

Я начал с того, что наводил справки. Узнал, что она все еще работает в цветочном магазине своей тети.

И вот я здесь.

Когда я захожу в магазин, меня снова накрывает тот самый аромат, который я помню с нашей первой встречи. Смесь цветов, свежести и чего-то необъяснимо теплого. Она стоит за прилавком, что-то записывая, и видя ее впервые за такой долгий срок, я едва могу дышать от прилива знакомых эмоций.

Вика немного изменилась. Ее волосы стали длиннее, и карамельные пряди теперь обрамляют ее лицо мягкими волнами. Лицо стало чуть более худым, на нем проявляется усталость, но она все так же притягательна.

– Егор? – ее голос звучит удивленно.

Она смотрит на меня, как на призрак, и в ее взгляде читается растерянность.

– Здравствуй, Вика, – говорю я, делая шаг ближе.

– Что вы здесь делаете? – спрашивает она, ее пальцы начинают нервно теребить фартук на талии.

3

Когда Егор уходит, я остаюсь стоять за прилавком, чувствуя, как по коже до сих пор бегут мурашки и отмахиваясь от странного ощущения, охватившего меня от его взгляда и мимолетного прикосновения. Его появление застало меня врасплох. Я не видела бывшего свекра после развода, и теперь он кажется мне еще более внушительным, чем я запомнила.

В свои сорок три года Егор выглядит просто изумительно, и намного моложе своих лет, несмотря на легкую седину. Высокий, мускулистый, подтянутый – он явно не бросает занятия спортом. Его движения уверенные, осанка безупречная, и даже самый обычный жест, как то, как он держал букет, выглядит у него как-то по-особенному.

Думаю, все дело в сильной личности, от него исходят флюиды лидера и им невозможно сопротивляться. Егор всегда внушал мне уважение, и, честно говоря, даже немного пугал. Когда я была замужем за Сергеем, мне казалось, что он меня не одобряет, так как свекор всегда держался со мной отстраненно и с трудом поддерживал разговор, но мне так хотелось добиться его одобрения. Каждый раз, когда мы встречались, его молчаливый взгляд будто прожигал дыры в моей коже. Я часто думала, почему он меня недолюбливает, неужели ему не нравится, что я на пять лет старше Сергея, потому что моя мама именно на это указала в первую очередь, узнав возраст моего парня. Но Сергей уверял, что его отца такая ерунда, как разница в возрасте, вообще не волнует и он прекрасно ко мне относится, а я все надумываю.

Я удивлена, что сегодня он появился здесь. Разведясь с Сергеем, я оборвала все связи с его друзьями и родными, так было легче. Но вот, сначала бывший муж начал меня преследовать, а теперь его отец появился на моем рабочем месте. Это кажется мне подозрительным.

«А зачем Сергею тебя возвращать?»

Чертов Сергей! Когда-то я любила его всем сердцем. Я была готова терпеть его недостатки, закрывать глаза на его безответственность, надеясь, что он изменится. Но он не изменился.

Сергей разбил мне сердце. Бросил меня, сказав, что я слишком серьезная для него, что я не хочу веселиться, хочу жить, как серая масса, рожать детей, проводить выходные дома и запереть его внутри семьи, когда он вообще, может, не хочет становиться отцом.

Я так страдала тогда. Боль от его предательства жгла меня изнутри. Я винила себя, думала, что могла быть другой, мягче, легче. Но теперь, когда все остыло я знаю, что он не заслуживает ни моей любви, ни моего внимания. Я больше ничего к нему не чувствую, розовый очки разбились и теперь я ясно могу видеть, что он за человек.

Его недавние попытки связаться со мной только раздражают. Я сказала ему «нет», ясно и твердо. Но он продолжает писать, звонить с новых номеров, поджидать меня после работы.

И вот теперь его отец.

Почему он пришел? Правда ли это было случайностью? Или он знал, что Сергей снова пытается ко мне вернуться и хочет уговорить меня дать ему шанс?

Я чувствую странное смешение эмоций. Егор – человек, которого я всегда уважала. Он серьезный, строгий, а самое главное – ответственный. Он так сильно отличается от Сергея! Настолько, что я даже не могу их сравнивать. Сергей все еще ведет себя, как ребенок, которому разрешили играть без правил. А Егор… Егор мужчина, умеющий проводить черту там, где она необходима. Неужели любовь к сыну сильнее порядочности и он решил принять участие в атаке Сергея на меня? Помочь дожать, так сказать, потому что видит Бог, я уже обессилена настойчивостью своего бывшего. Он достает меня везде! Теперь будет терроризировать на пару с отцом?

Я трясу головой, пытаясь избавиться от этих мыслей. Егор просто купил букет и ушел. Все. Никаких скрытых мотивов. Он сам так сказал. Нельзя быть таким параноиком.

– Вика, кто это был? – подходит ко мне постоянная клиентка Оксана, до этого подбиравшая себе цветы для букета самостоятельно. – Я так поняла, вы знакомы?

– Отец моего бывшего, он случайно зашел, – отмахиваюсь я, даже не думая солгать, хотя я заметила, какие страстные взгляды бросала на него Оксана, пока Егор находился в магазине, и мне это не понравилось. Не знаю почему, просто вызвало раздражение.

– Боже, какой мужчина! Он женат?

– Нет, насколько я знаю. Я давно с ним не общалась, не знаю, свободен ли он на данный момент.

– Тогда дай мне его номер, Викусь, я все сама разузнаю, – загораются глаза у Оксаны. – Ну очень мне понравился, понимаешь? Я даже не против первая ему написать.

– У меня не сохранился его номер, – говорю я, радуясь этому факту.

Ничего не имею против Оксаны, но нет. Они с Егором не пара. Слишком разные характеры.

«Это разве тебе решать?» – просыпается совесть, которую я решаю проигнорировать на этот раз.

– Жаль, – тянет она. – О, а как его найти в соц. сетях?

– Никак, – на этот раз откровенно лгу я. – Насколько я знаю, его нигде нет, он очень занятой человек и ему не до общественной жизни.

– Ты уверена? – с сомнением смотрит на меня Оксана. – В наше время, чтобы нигде не было даже пустой странички…

– Я не знаю, Оксан, правда. У нас не было близких отношений, а сейчас и подавно. Ничем не могу помочь, он вряд ли еще здесь появится.

– Ну ладно, – разочарованно тянет она, а потом уходит, ничего не купив.

Ну и к черту! Не знаю, что на меня нашло сегодня, но здесь не брачное агентство, чтобы я устраивала судьбы клиентов. Егор, может, вообще не свободен, такие мужчины надолго одни не остаются, так что ничего непоправимого я не совершила, сказав эту маленькую ложь.

***

Я ненавижу пятницы. Моя подруга Катя говорит, что это время для отдыха, а для меня – самый скучный день недели. Все вокруг кричит о счастье: счастливые пары, оживленные компании. Мне хочется просто вернуться домой, заварить чай и свернуться калачиком на диване.

Но Катя, конечно, знает, что мне нужно лучше. Она вытаскивает меня в ресторан, ссылаясь на свою необходимость «социальной разрядки».

– Ты так долго ходишь с этим выражением лица, что скоро испугаешь даже собственное отражение, – говорит она, подталкивая меня к столику.