Бывшие. Мы (не) твои

Глава 1

— Беременна, — с уверенностью произнесла гинеколог.

— Вы уверены? — спросила я, не в силах скрыть своего изумления.

— Конечно. Анализ ХГЧ показывает, что срок составляет уже шесть недель. — Гинеколог сосредоточенно что-то записывала, а затем протянула мне листок. — Вот направление на УЗИ. Мы посмотрим, как протекает беременность, и заодно оценим состояние твоего малыша. Ты, надеюсь, будешь его сохранять?

— Конечно, — я положила руку на свой пока еще плоский живот. — Это, конечно, неожиданная новость. Мы с Кириллом не планировали заводить детей так рано. Но раз уж так получилось, я буду рожать.

— Вот и отлично. Твой отец будет в восторге. Он так мечтает о внуках! Ты просто обязана познакомить меня со своим молодым человеком.

— Обязательно, теть Вер. Обязательно. Я обязательно поговорю с ним. Надеюсь, он тоже обрадуется нашему малышу.

— Держи, — она протянула мне справку о беременности. — Порадуй своего рыцаря. Вы встречаетесь уже два года, а я так с ним и не знакома.

— К сожалению, времени нет, теть Вер. Я училась, а он работает. — Я встала. — Спасибо.

— Иди уже, обрадуй его.

С улыбкой я вышла из кабинета, бережно уложив справку в сумочку, чтобы она не помялась.

Моим гинекологом-акушером была моя тетя по отцу, Березина Вера Радиславовна. Это была врач от бога, которая помогла родиться на свет множеству детей и поддержала множество отчаявшихся женщин. Когда я почувствовала недомогания, то даже не раздумывала, к кому обратиться. Благодаря тёте Вере я знала о симптомах беременности и решила всё-таки провериться, чтобы убедиться в своих подозрениях. И вот она подтвердила мои догадки.

Я была уверена, что Кирилл обрадуется этой новости так же, как и я. Мой молодой человек, Новиков Кирилл, был старше меня на два года. Мы познакомились, когда я училась на третьем курсе экономического факультета, а он заканчивал пятый. Кирилл учился в том же институте, что и я, но на другом факультете.

Я всегда была типичной заучкой — любила цифры и с лёгкостью решала задачи по математике. На всех олимпиадах в школе я занимала первое место, а если не первое, то второе. Но это случалось редко. Когда пришло время выбирать, куда поступать, я уже знала, что буду учиться на экономическом факультете. Вступительные экзамены я сдала без проблем и так же легко училась три курса, пока не появился Кирилл.

Я даже растерялась, когда он обратил на меня внимание. За три года никто не проявлял ко мне интереса. Но Кирилл был настолько настойчив, что через три месяца я сдалась, и мы стали парой. Его и мои одногруппники удивлялись, как один из популярных парней института обратил внимание на тихую и неприметную меня. Но вот уже два года мы вместе.

Никогда не думала, что смогу так сильно полюбить. Но я полюбила его всем сердцем. Если мы расстанемся хоть на день, мне будет тяжело. Для меня он был всем — моим солнцем, моим воздухом.

Мы не жили вместе, но я часто оставалась у него на ночь. Отец знал Кирилла и принял его, когда я познакомила их. И снисходительно относился к моим ночёвкам у Кирилла.

Шесть недель назад я окончила институт и получила красный диплом. Мы так отметили это событие, что теперь я беременна. Интересно, как Кирилл отнесётся к этой новости? Мы пока не планировали детей, но раз уж так получилось, то что теперь переживать? Сначала я скажу Кириллу, а потом отцу. Вот они оба обрадуются.

Хотя Кирилл говорил, что сначала нужно устроиться на хорошую работу и построить карьеру, а только потом думать о детях. Он уже работает на хорошей работе и получает неплохие деньги. Мне тоже поступило несколько предложений от крупных фирм, но я пока не говорила об этом Кириллу. Хотела вместе с ним решить, где лучше устроиться.

В сумке зазвонил телефон. Я достала простой кнопочный телефон. На дисплее высветилось имя Кирилла. Я улыбнулась.

— Привет, милый. Что-то случилось? Ты же на работе. Сам говорил, что не звонить тебе, пока ты на работе.

— Дуня, нам нужно поговорить. Может, встретимся в нашем парке? Через полчаса, — услышала я сухой голос Кирилла.

Что это с ним? Он никогда так не разговаривал со мной. Даже тогда, когда добивался меня.

— Конечно, — улыбка сползла с моего лица. — Через полчаса буду. Мне тоже нужно тебе кое-что сказать. — Я отключилась.

Странно, что это с Кириллом? Ладно, при встрече спрошу.

Через полчаса я была в парке. Я уже издалека увидела высокую спортивную фигуру Кирилла с ежиком русых волос. Нас иногда принимали за брата и сестру — оба русоволосые. Но при близком знакомстве понимали, что ошиблись. Нас особенно выделяли глаза. У Кирилла они были насыщенного карего цвета, почти чёрные и выразительные. А мои серо-зелёные достались от мамы.

— Кирилл! — позвала я его.

Он обернулся. Несмотря на то, что он русоволосый, у него были чёрные тонкие брови. Я залюбовалась своим парнем: резкие черты лица, высокие скулы, квадратный подбородок, тонкие губы, подтянутая спортивная фигура. Кирилл занимался футболом и после работы три раза в неделю тренировался.

Он был высоким — метр восемьдесят. Куда мне с моим метр шестьдесят? Чтобы его поцеловать, приходилось вставать на носочки или ему нагнуться.

Глава 2

Я отрешённо смотрела перед собой. Сквозь пелену слёз не видела ничего перед собой.

Все эти два года были враньём. Все его ласковые и тёплые слова, наши совместные вечера, горячие ночи — всё ложь. Я в сумке сжала справку о беременности. Только мой ребёнок не ложь. Он реален. Его ложь довела меня до беременности.

Я согнулась пополам. Как же больно. Сердце вот-вот разорвётся. Только мысль о том, что внутри меня малыш, меня удерживает от отчаяния.

Кирилл сказал, что отец его попросил со мной встречаться. Вот я у него спрошу. Пусть он всё опровергнет. Если Кирилл сказал правду, предательство отца я не вынесу.

Я не помню, как вышла из парка и поймала такси. Отец жил в десяти минутах езды от города. У него была небольшая скотоводческая ферма. Я выросла на этой ферме. Мама умерла, когда мне было восемь лет. Точнее, не умерла, а ее убила случайная пуля. Они тогда с отцом начали свой фермерский бизнес. Мама продавала продукцию на рынке, и там произошли какие-то разборки с выстрелами, и в результате одного такого выстрела мама умерла. Она умерла на месте от большой кровопотери. Скорая не успела. Отец больше не женился и воспитывал меня один. Когда я была подростком, я попросила отца помогать с бухгалтерией. С тех пор до поступления в институт я редко помогала ему на ферме, возилась с цифрами.

Отец был в рассвете сил. Ему было только сорок пять лет. На ферме кроме него были еще трое помощников. Я ему говорила, что нечего ему одному жить. Я уже выросла и скоро создам свою семью. Предлагала ему жениться. Но отец считает, что ему уже поздно. Да и как-то признался, что он так сильно любил маму, что не сможет еще раз полюбить так. Думаю, он винил себя в смерти мамы. Ведь не он поехал, а она. Если бы мама осталась жива, у меня бы был младший брат или сестра.

Я люблю своего отца. Он для меня был не просто отец, а лучший друг. Он знал все мои секреты. Со всеми своими проблемами я могла обратиться к нему. Он помогал мне решать мои проблемы. Нашим отношениям даже завидовали соседи.

За раздумьями я не заметила, как такси доехало до фермы. Я попросила подождать и направилась к кирпичному уютному двухэтажному дому. Сама ферма находилась чуть дальше от дома. Несмотря на то, что отец фермер, около дома он не любил грязь. Поэтому около дома был раскинут небольшой сад, посеян газон и выложены дорожки.

Я знала, что дверь не закрыта. В этом посёлке, в котором находилась ферма, двери закрывались только на ночь.

— Пап, ты дома? — крикнула я, разуваясь.

— Дуняша? — отец появился со второго этажа. — А что ты здесь делаешь?

— Пап, мне нужно с тобой поговорить, — перешла я сразу к делу.

Если бы я не знала, что моему отцу сорок пять лет, я бы дала ему меньше. Несмотря на то, что он полжизни посвятил ферме, отец был в отличной форме — высокий, подтянутый, с густой русой шевелюрой. Только виски начала серебрить седина. Но седина ему шла. Только вот его голубые глаза устало смотрели на мир, а в уголках глаз уже собрались морщины. И обветренная кожа лица выдавала всем то, что он проводит большую часть жизни на улице.

— Что случилось? — отец спустился ко мне.

Я прошла на кухню. Когда я уехала учиться, я одну из местных женщин наняла помогать по хозяйству. И, судя по запахам на кухне, помощница по хозяйству недавно ушла.

Чайник был еще горячий. Я заварила нам чай. Думаю, разговор будет долгим. В душе я надеюсь, что Кирилл соврал.

— Дуняш, не томи, что случилось? — отец сел за стол.

У нас была просторная кухня, оснащенная всевозможной кухонной техникой. Это была моя блажь. Увижу — хочу, хочу. Отец не мог мне отказать. Зато теперь помощнице по хозяйству облегчает работу.

— Кирилл меня бросил, — я отпила чай. Я увидела, как отец напрягся. — Пап, давай с тобой начистоту. Ты ведь никогда мне не лгал.

— Не лгал.

— Пап, Кирилл сказал, что это ты его попросил со мной встречаться. Папа, скажи, что это неправда. Ведь неправда? — отец отвёл глаза, и я всё поняла. — Пап, зачем?

— Я хотела, чтобы ты была хоть немного счастлива. Ты кроме учёбы ничего не видела. С самой школы погрязла в этой учёбе. Я не хотел, чтобы ты свою юность спрятала за учебниками.

— Пап, а где ты нашел Кирилла?

— Кирилл сын моего армейского друга. У него были небольшие денежные трудности. Когда я узнал, что он учится в том же институте, что и ты, я ему предложил с тобой встречаться. За это обещал ему помочь. Он согласился.

— Поэтому ты его принял, когда я вас познакомила. Вы уже были знакомы.

— На самом деле он хороший парень. Я попросил ёго с тобой встречаться всего лишь на несколько месяцев, а вы вместе были два года. Я его попросил, чтобы он вытащил тебя из твоих учебников и цифр. Посмотри на себя, как ты расцвела.

— Папа, — я зарылась руками в волосы, — что же ты наделал? Почему ты всё решил за меня?

— Я хотел как лучше, — отец хотел взять меня за руки, но я убрала свои руки, спрятав их под столом. — Дуняш, ты же знаешь, как я тебя люблю. Ты — всё, что у меня есть. Я не хотел, чтобы ты хоронила себя в своих цифрах и учебниках. Молодость одна, и я хотел, чтобы ты увидела, что не только в этом мире есть одни учебники.

— Почему ты всё решил за меня?! — крикнула я, вскочив так, что стул упал. — Мне было хорошо за своими учебниками. Я тебя не просила. По крайней мере, учебники не делают больно.

Глава 3

Шестнадцать лет спустя...

Я откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза, чувствуя, как усталость берет свое. Однако я не могла сдаться. Игорь никогда бы не простил мне, если бы я оставила его дело. Эта фирма была его детищем, его умом и сердцем. Я обещала, что она достанется нашим сыновьям, и я готова сделать все возможное, чтобы сдержать это обещание.

В дверь постучали. Я открыла глаза и посмотрела на посетителя. Сегодня я не хотела принимать гостей, но выбора не было.

— Войдите! — крикнула я.

— Дуня, ты уверена? — спросил посетитель, держа в руках черную папку.

— Уверена, Дим. Я не могу поступить иначе. Если я не продам фирму холдингу "Новаиндустрикс", она обанкротится. А я не могу этого допустить. Я обещала Игорю. Ты подготовил все, о чем я просила?

— Да, — Дима протянул мне папку. — Ты уверена, что они согласятся на твои условия?

— Уверена. Я уже обсуждала этот вопрос с заместителем генерального директора и их адвокатом. Они согласились. Ты же знаешь, что эта фирма была для Игоря всем. Я обещала ему, что сохраню ее, и я сдержу свое слово. Пусть фирма будет частью "Новаиндустрикс", но она будет существовать. Возможно, со временем, когда появятся деньги, я смогу выкупить ее обратно и передать нашим мальчикам. Ты же видел договор. Там есть такой пункт. И, к тому же, я буду выкупать фирму по той же цене, по которой ее продам. Ты сегодня приедешь к нам с Ингой?

— Приедем. Детей отвезем к маме и сразу к вам.

— Мы с мальчиками будем вас ждать.

— Я пошел. У меня много работы. Увидимся вечером, — сказал Дима и вышел из кабинета.

Я пробежала глазами договор и осталась довольна. Он был в двух экземплярах — все, как я и хотела.

Я посмотрела на фотографию на моем рабочем столе. Эта фотография была сделана год назад, когда мы были счастливой семьей, не зная, что нас ждет впереди. Через два месяца после того, как была сделана фотография, мы узнали, что у Игоря опухоль мозга. Опухоль была неоперабельной и продолжала расти. Она находилась в таком месте, что операция была невозможна. Химиотерапия принесла облегчение на несколько месяцев. Мы вздохнули спокойно, когда узнали, что опухоль перестала расти. Боли были, и Игорь сидел на обезболивающих. Но это облегчение было всего лишь на несколько месяцев. Сегодня ровно сорок дней, как Игорь умер. День рождения наших сыновей был последним днем, когда мы видели его счастливым и радостным. Весь доход от фирмы ушел на его лечение. Остались крохи, которых едва хватает на выплату зарплаты сотрудникам фирмы. Я приняла трудное решение, но это было единственное решение, чтобы фирма осталась на плаву.

Могла ли я шестнадцать лет назад предположить, что мужчина, который пригласил меня выпить какао, станет моим лекарством от разбитого сердца? Он оказался чутким и терпеливым мужчиной, который ждал, когда я отойду от предательства Кирилла и отца. Он заботился обо мне и всегда протягивал руку помощи, когда мне нужна была помощь. Он стал не только моим мужем, но и верным другом.

Когда мы познакомились, Игорь только открыл свою фирму. Когда он узнал, кто я по образованию, он позвал меня работать в его фирму. И я все эти годы работала с ним рука об руку. Мы втроем — я, Игорь и его лучший друг Дмитрий Третьяков — поднимали фирму. Игорь был генеральным директором, Дмитрий — его заместителем, а я возглавляла экономический отдел. Сколько махинаций я предотвратила за эти годы! Однажды Игоря чуть не посадили. Но не на тех напали. Нам пришлось приложить немало усилий, чтобы доказать невиновность мужа, а затем обелить честь фирмы. С трудом, но нам это удалось. Мы не спали ночами, но справились. И я не могла позволить, чтобы фирма больше не существовала. Да и наши сыновья привыкли к комфортному образу жизни.

Игорь стал для моих сыновей настоящим отцом. Они так и не узнали, что он им не родной. Он любил их как родных и ни разу не упрекнул меня в том, что дети ему не родные. Он дал им свою фамилию и отчество. И он же уговорил меня помириться с отцом. Мне с трудом далось это решение, но со временем я простила и не пожалела об этом. Он стал лучшим дедушкой для наших мальчиков.

Хотя какие они мальчики — парни! Я долго не могла отойти от шока, когда узнала, что у меня будут тройняшки. Игорь был рядом и помог мне перенести эту новость. Я думала, что он после этого меня бросит. Кому нужна девушка с тремя детьми? Но он остался и был со мной до самой своей смерти. Он даже больше меня порадовался, когда мы узнали, что все трое мальчики.

Он растил мальчиков настоящими мужчинами. Прививал им качества, которые, как он выражался, важны для настоящих мужчин — честность, ответственность, верность, уважение и заботу. С тремя мальчиками, у которых разные характеры, это было нелегко. Но он справлялся. Мы справлялись. И, надеюсь, у нас получилось.

Он помог сыновьям развиваться в той области, в которой они хотели. Тройняшки — спортсмены, занимающиеся разными видами спорта.

В дверь снова постучали, прерывая мои мысли.

— Войдите!

Дверь резко открылась, и в кабинет ввалились трое высоких парней, похожих друг на друга как три капли воды. У всех троих русые волосы торчали в разные стороны, а сами они были взъерошены.

— Рома! Родя! Слава! Вы куда опять вляпались? — возмутилась я.

— Мам, но мы не могли пройти мимо девушки, попавшей в беду, — сказал один из тройняшек.

Глава 4

Шестнадцать лет назад

Я сидела в кафе с чашкой горячего какао в руках, наслаждаясь теплом напитка. Передо мной стояла тарелка с воздушными пирожными, которые казались настоящим волшебством. Мой новый знакомый Игорь сидел напротив, тоже с чашкой какао, но в меньшей чашке, а на его тарелке лежали эклеры с заварным кремом.

— Легче? — заботливо спросил Игорь, глядя на меня.

— Да, — улыбнулась я в ответ.

— Я же говорил, что какао поможет, — улыбнулся он в ответ.

— Спасибо, мне действительно стало лучше.

— Но у тебя все равно грустные глаза и на мокром месте.

— Жизнь не удалась, — грустно улыбнулась я.

— Почему?

— Меня бросил парень, с которым мы встречались два года. Как оказалось, они сговорились с моим отцом.

Я отломила кусочек пирожного и отправила его в рот. Божественно! Я закрыла глаза от удовольствия. Вкусное какао и пирожное могут действительно излечить разбитое сердце. Но только до тех пор, пока они не кончатся. Боль от разбитого сердца не может вылечить даже самое вкусное пирожное мира.

— Но вот, — Игорь протянул руку и вытер мне слезы одноразовой салфеткой. — Снова плачешь.

— Прости, — я открыла глаза и приложила руку к груди. — Вот здесь так больно, что даже вкусное какао не помогает. А мне еще нужно вернуться в квартиру.

— В квартиру, где вы жили с парнем?

— Нет, мы жили отдельно. Он говорил, что как только я окончу институт, мы сойдемся. Но, как видишь, не получилось. — На этот раз я сама вытерла слезы. — Я думала, он меня любил. Строила с ним планы. В своих мыслях я расписала нашу жизнь на годы вперед. Представляешь, я же хотела троих детей ему родить. Думала, после института поженимся. Я устроюсь на хорошую работу. Рожу ему троих детей. Заведем собаку и кошку. Но ничего из этого не случилось. Как выяснилось, его купил мой отец, чтобы он сыграл со мной любовь. — Я шмыгнула носом. — Отец купил его, чтобы он несколько месяцев сыграл со мной любовь. Но его игра продлилась два года.

— Ну не плачь, — сказал мягко Игорь. — Он не стоит твоих слез.

— Отец тоже не стоит?

— Наверное, стоит. Если бы мой отец так поступил, я бы тоже расстроился.

— Тебе повезло, твой отец так не поступил с тобой.

— Ты права. Мне повезло, — сказал печально Игорь. — Мой отец умер десять лет назад. У меня есть только мама.

— Прости.

— Ничего. Ты же не знала.

— Спасибо, что помог. Пожалуй, я пойду. — Я отставила чашку. Тарелка с пирожным была пустой. И когда я успела его съесть?

— И куда ты пойдёшь в таком состоянии?

— Честно? Не знаю. В квартиру не хочу. Боюсь, если останусь одна, буду себя накручивать. Может, прогуляюсь.

— Тогда я составлю тебе компанию, — сказал Игорь тоном, не терпящим возражений. Да я и спорить не хотела.

Игорь расплатился, и мы вышли из кафе.

— Знаешь, его игра в любовь дала свои последствия, — сказала я, когда мы отошли от кафе.

— Надеюсь, ты не собираешься покончить с собой, как только мы расстанемся? — забеспокоился Игорь.

— Нет, — замотала я головой. — Даже и не думала. — Я положила руку на пока еще плоский живот. — Да и не могу я умереть. Я беременна. Малыш не виноват, что его отец оказался таким уродом.

— А твой бывший парень знает?

— Нет. Я не успела ему сказать. Но теперь ему не нужно знать. Какая ирония — для него была игра, а беременность настоящая.

Игорь как-то странно улыбнулся, но ничего не сказал. Мы еще немного погуляли. Я окончательно успокоилась. Хоть и были знакомы несколько часов, но рядом с Игорем было спокойно и надёжно, что ли.

Потом мы на автобусе добирались до дома, где я снимала квартиру. Игорь проводил меня до самого подъезда. Провожать до самой квартиры не стал. Мы обменялись номерами телефона и разошлись.

За несколько часов прогулки я так устала, что у меня хватило сил только принять душ. Я не была голодна, поэтому не стала готовить ужин. Сразу после душа легла спать. Заснула, несмотря на разбитое сердце, с лёгкой улыбкой.

А вот утром на меня накатило. Стоило мне открыть глаза, как ко мне пришло осознание того, что произошло вчера. Я свернулась калачиком, прижав колени к подбородку, и не просто заплакала, а завыла, как раненная волчица. А сердце болело так, что горело за грудиной. Боль не проходила, а вместе с ней не останавливались и слезы.

Я услышала звонок телефона. С трудом открыла опухшие от слез глаза и пошла на поиски телефона. Телефон лежал в сумочке, которую я оставила в прихожей. Высветился номер Игоря.

— Слушаю, — приняла я звонок.

— Доброе утро, — сказал бодро Игорь.

— Доброе утро.

— Я тебя не разбудил?

— Нет.

— Судя по голосу, ты плакала. И нечего мне говорить, что я неправильно понял. Я не удивлюсь, если ты всю ночь проплакала.

Глава 5

Прошлое

— Приехали, — сказал с улыбкой Игорь.

Мы остановились около небольшого кафе, где было много людей. Игорь припарковал машину и помог мне выйти.

— Пойдём, — он взял меня за руку и повёл в кафе.

Мы сели за столик у окна, и Игорь открыл меню.

— Выбирай, что будешь есть.

— Я не особо голодна, — сказала я, рассматривая меню. — Полагаюсь на твой вкус. Видно, что ты здесь не первый раз.

— Хорошо. Только не забывай, что тебе нужно питаться за двоих. Хотя бы салат нужно скушать, — Игорь подозвал официанта и сделал заказ.

— Знаешь, я все еще не понимаю, почему ты так возишься со мной. Даже с работы уехал, чтобы меня накормить, — сказала я, когда официант отошёл от нашего столика.

— Я тебе ещё вчера сказал, — Игорь положил локти на стол, сцепил руки в замок и положил подбородок на руки. — И почему бы мне не помочь красивой девушке?

— И ты просто так мне помогаешь? Ничего не попросив взамен? — спросила я с подозрением.

— Нет. Не попрошу. Я вижу, что ты сомневаешься.

— Обычно люди просто так не помогают. Знаешь, сколько раз мне помогали, но за это всегда что-то просили.

— А я вот такой бескорыстный, — Игорь откинулся на спинку стула и развёл руками.

Я не удержалась от улыбки. Нам принесли завтрак. Мы молча поели. Я наслаждалась едой. Было вкусно. Оказывается, я проголодалась, хоть и говорила, что не голодна. Я съела все, что мне принесли, и запила это апельсиновым фрешем.

Мы позавтракали, и Игорь отвёз меня домой. Когда он подъезжал к дому, у меня зазвонил телефон. Звонила тетя Вера.

— Да, теть Вер? — ответила на звонок.

— Дуняша, ты не забыла, что завтра на УЗИ?

— Нет, теть Вер. Я завтра обязательно буду.

— Жду, — тетя отключилась. Пока я разговаривала, Игорь уже подъехал к моему подъезду.

— Спасибо за завтрак, — сказала я, когда он припарковал машину у моего подъезда.

— Не за что, — ответил Игорь. — Рад, что тебе понравилось. Дуня, я слышал ваш разговор. Можно я завтра поеду с тобой? — спросил он осторожно.

— Ты действительно этого хочешь?

— Хочу. Но если тебе неудобно или я тебя стесняю, то я не буду настаивать.

— Знаешь, когда я узнала, что беременна, я думала, что мой парень будет этому рад. Но, видимо, не суждено. И если тебе хочется, то можешь пойти со мной. Мне завтра к десяти.

— Я буду, — обрадовался Игорь. — Я сам тебя отвезу.

— А как же твоя работа?

— Я сам себе хозяин. Когда хочу, тогда прихожу и ухожу.

— Тогда буду ждать, — сказала я.

— Обещай, что, пока будешь одна, не будешь грустить?

— Обещаю.

— Честно-честно? — Игорь с подозрением посмотрел на меня.

— Честно-честно, — я подняла вверх руку, растопырив пальцы. Мы с Игорем засмеялись.

— Если будет одиноко, звони. Я приеду.

— Обещаю, что не будет одиноко. Не буду отвлекать тебя от работы.

— Дунь, можно я приеду к тебе вечером? На чай.

— Но если на чай, то можно. Только у меня к чаю ничего нет.

— Я привезу.

— Тогда до вечера, — я взялась за ручку двери.

— До вечера.

Я вышла из машины и помахала ему рукой. Игорь улыбнулся и помахал в ответ. Он уехал.

Я зашла в подъезд и поднялась на свой этаж. Достала ключи и открыла дверь. Зашла в квартиру и оглядела квартиру. Давно я не наводила порядок. Зато займу себя до вечера, и ненужные мысли не будут лезть в голову.

Я переоделась и принялась за уборку. До вечера провозилась. Отрывалась только на обед. Не заметила, как пролетело время. Стрелка часов приближалась к шести. Я посмотрела на гору мусорных пакетов. На сегодня, пожалуй, хватит. Я все пакеты вынесла к мусоропроводу и выкинула мусор.

Нужно было принять душ и переодеться. А то скоро приедет Игорь. Я зашла в ванную и включила воду, посмотрела на себя в зеркало. Да, опухшее лицо, красные глаза. Сама не хотела себе признаваться, но я снова поплакала. Просто, пока убиралась, вспоминала, как мы с Кириллом каждые выходные проводили генеральную уборку. Сначала у него в квартире, потом у меня.

Я помылась и посмотрела на себя в зеркало. Стало лучше. Я надела домашнее платье и пошла на кухню. Поставила чайник кипятиться. Подумала, что Игорь после работы, возможно, будет голодный, и начала готовить ужин.

Я так увлеклась приготовлением ужина, что вздрогнула, когда раздался звонок телефона. Я схватила телефон. Звонил Игорь.

— Я внизу. Какая квартира?

— Двадцать четвертая. Четвертый этаж.

— Скоро буду, — Игорь отключился.

Я посмотрела на ужин на плите. Игорь приехал вовремя. Ужин уже готов.

Глава 6

Прошлое

Игорь привез меня домой. Мы с ним попрощались, и я ушла к себе. Он не стал меня провожать до квартиры. Да и я не настаивала. Мне нужно было побыть одной, чтобы собраться с мыслями.

Зашла в квартиру, переоделась. Приготовила себе чай и с кружкой чая уселась за компьютером. Но компьютер я даже не включала.

Я была растеряна. Что мне делать? Я только окончила институт. И кто меня возьмет на работу без опыта и беременной? Пусть у меня и красный диплом, но даже это не спасет, когда узнают, что я беременна. Даже если я смогу скрыть, на работе быстро поймут, что со мной что-то не то. Да и учитывая то, что я беременна тройней, живот начнет расти быстрее, чем при обычной беременности.

Господи, я беременна тройней! Я не знала, что делать с одним ребенком, а тут трое. Без денег, без работы. Хорошо, что эту квартиру отец оплатил на полгода. Отец. Я даже к нему не могу приехать. Он меня так же предал, как и Кирилл. Не знаю, смогу ли я его после этого простить. Он сделал еще больнее, чем Кирилл. Я не ожидала, что самый близкий человек так со мной поступит.

Кирилл. Как бы он со мной ни поступил, он должен знать, что станет многодетным отцом. Обратно я его вряд ли приму, но совместную опеку над детьми никто не отменял.

Я взяла телефон и набрала номер Кирилла.

"Абонент выключен или находится вне зоны действия сети", — сообщил мне механический голос.

Ясно. Он выключил телефон. Не захотел со мной общаться.

Включила компьютер и залезла в соцсети. Но и там его не было. Нет, он был, он меня заблокировал везде.

Я глубоко вздохнула, быстро досчитав до десяти, чтобы успокоиться, и выдохнула. Раз не хочет со мной общаться, значит, он не узнает, что станет отцом. Я воспитаю и подниму их одна. Я справлюсь. Пусть папа так поступил, но он всегда учил меня быть сильной и никогда не опускать руки. Не получилось с первого раза — получится с двадцатого. Вот я и не сдамся. Я что-нибудь придумаю. Для начала попробую попасть на собеседования в те фирмы, куда меня приглашали. Может быть, мне повезет и беременной возьмут.

Я созвонилась с фирмами и договорилась о собеседовании. Занялась составлением резюме, но плавно как-то само собой перешло о сведениях о многоплодной беременности. Я побывала на куче сайтах, где рассказывали о многоплодной беременности.

Так увлеклась, что от неожиданности подскочила на стуле, когда раздался звонок в дверь. Посмотрела на время. Ого, пять часов вечера. Я полдня просидела за компьютером.

Звонок повторился, я пошла открывать. Посмотрела в глазок. Игорь. Я открыла дверь.

— Игорь? Что-то случилось? — спросила я, пропуская Игоря в квартиру.

— У меня к тебе серьёзный разговор, — сказал Игорь, входя.

— Чай будешь? — спросила я, закрывая за ним дверь.

— Да, спасибо.

Мы прошли на кухню. Я быстро приготовила чай. У меня еще остались пирожные, которые принес Игорь.

— Что случилось? — спросила, садясь напротив Игоря с чашкой чая.

— Дунь, только не руби с плеча, — начал Игорь. После этих слов я насторожилась. — Выходи за меня замуж.

— Что?! — Я аж поперхнулась чаем.

— Фиктивно, — быстро сказал Игорь. — Тебе будет тяжело одной с тремя детьми, а я тебе помогу. Я хочу стать отцом твоим детям, — сказал Игорь, смотря мне в глаза.

— А если тебе захочется своих детей?

— Не захочется, — усмехнулся грустно Игорь. — В детстве я сильно болел, и теперь я бесплоден. Я обследовался везде, даже за границей. Все твердят одно и то же — бесплоден и шансов иметь детей никаких. Я буду любить твоих малышей, как своих собственных.

— Даже если я соглашусь выйти за тебя замуж, что ты скажешь родным?

— Скажу, что мы моя девушка и от меня беременна. Поэтому мы женимся. Я как ответственный человек взял на себя ответственность за ребенка.

— А мама?

— Мама знает. Я с ней сегодня разговаривал. Она мне и посоветовала позвать тебя замуж. Я понимаю, как тебе тяжело будет беременной тройней. Я буду тебе помогать. Если хочешь, буду ходить с тобой в клинику. Буду помогать, пока ты будешь в декрете. Мама тоже обещала помогать. Обещаю, что не буду препятствовать, если ты захочешь выйти на работу. Дам малышам свои фамилию и отчество. Наша с Димкой фирма приносит хороший доход. Мы пока не миллионеры, но ты и дети не будете ни в чем нуждаться. — Игорь поднял руки. — Супружеский долг я не буду требовать. Обещаю. Если ты не захочешь, я тебя не трону. Но на людях все равно придется изображать счастливую семью. Возможно, даже целоваться. Я не настаиваю. Я даю тебе время подумать.

Я смотрела на Игоря. Я знаю его только третий день, а он уже готов мне помочь. Хотя что я теряю. У нас будет фиктивный брак. Да и вряд ли я во время беременности смогу работать. Не каждый работодатель возьмёт беременную женщину на работу. И одной с тремя детьми мне будет сложно. У меня не будет денег даже на няню, а к отцу я пока не могу вернуться. И быть замужней женщиной с детьми проще, чем матерью-одиночкой.

Игорь сидел и ждал, маленькими глотками попивая чай. Что я теряю? Если мне не понравится жить с ним в браке, я в любой момент могу развестись.

Глава 7

Настоящее.

В дверь кабинета постучались, отвлекая меня от воспоминаний.

— Войдите, — крикнула я.

В кабинет вошла моложавая женщина со стильной короткой стрижкой и в модном брючном сером костюме.

— Алевтина Федоровна, что-то случилось? — спросила я женщину.

— Случилось, — женщина положила мне на стол папку. — У нас крах.

— Какой? — Я пододвинула папку.

— А вы сами посмотрите, — женщина села в кресло для посетителей.

— Я догадывалась, что так все плохо, — сказала я, просматривая папку. — На зарплату сотрудникам хватит?

— Хватит. Но на этом все, — развела руками Алевтина Федоровна.

— Выбора не осталось, — я отложила папку. — Я старалась сделать все возможное, чтобы сохранить фирму. Но чтобы ее сохранить, нам придётся продаться.

— Когда сделка?

— Завтра.

— Нам пора искать новую работу? Я не уверена, что новое начальство будет нас держать.

— Нет, — я покачала головой. — Никого увольнять не будет. Я позаботилась об этом. А тебя тем более. Ты с самого начала в этой фирме. И где они еще найдут такого главного бухгалтера, — сказала я с улыбкой. Я постучала по папке. — Об этом ещё кто-то кроме тебя знает?

— Нет.

— Вот и хорошо. Не нужно остальных сотрудников пугать. Пусть и дальше работают.

— Хорошо, — Алевтина Федоровна взяла папку. — Завтра у бухгалтерии много работы. — Женщина встала и вышла из кабинета.

Я посмотрела на время. До конца рабочего дня осталось еще несколько часов. Но я вряд ли смогу еще работать.

Я знаю, на что потрачу оставшиеся часы. Я встала и вышла из кабинета, попрощавшись с секретарем. Ей тоже разрешила пораньше идти домой. Секретарь понимающе на меня посмотрела. Она тоже с Игорем была с самого начала. И двадцать лет была неизменным секретарём Игоря. И за все годы брака я его не ревновала. Она была счастлива замужем. Может, слухи и ходили какие-то, но никто не из них не обращал на них внимания.

Я спустилась вниз. Около входа стояла фотография Игоря с черной лентой по краю. Фотография стояла в окружении цветов. А люди все подходили и клали цветы к его фотографии. Я грустно улыбнулась. Фотография с черной лентой — все, что осталось от Игоря.

Я вышла, села в машину, которую Игорь мне подарил на тридцатипятилетние, и поехала в сторону дома. Но сначала решила заглянуть в одно место.

Раздался звонок телефона. Я достала из сумки телефон. Посмотрела на имя контакта. Звонил отец. Я с ним все-таки помирилась. И все благодаря Игорю. Когда я была беременна, Игорь меня уговаривал помириться с отцом. Может, я бы и не простила, но у него был железный довод — не нужно лишать детей дедушки. И за эти годы я не пожалела, что простила отца. Он для мальчиков стал отличным дедушкой. Как говорят мальчишки, самым лучшим. А отец до сих пор с ними носится. Он души не чает во внуках. А мальчики все лето проводят у отца на ферме. Он был в шоке, когда узнал, что у меня будет тройня. Может, отец и догадывался, что мальчишки от Кирилла, но за все годы он ни разу об этом не сказал, и я не говорила. У мальчишек был отец, и другой им не нужен.

— Да, пап? — ответила я на вызов.

— Привет, дочь. Как ты?

— Держусь, пап. Ты сегодня приедешь?

— Приеду. Уже собираюсь.

— Хорошо. Мальчишек возьмешь с собой?

— Возьму, если они поедут, — сказал со смехом отец. — Скоро у вас буду.

— Ждем. — Я отключилась. Остановилась около цветочного ларька и купила небольшой букет гвоздик.

Через двадцать минут я остановила машину около ворот кладбища и, взяв букет, пошла на кладбище. Нашла могилу Игоря. Пока у него только был крест и фотография. Чуть позже поставлю ему памятник. Его могила утопала в цветах. Сегодня не я одна приходила на кладбище.

На меня с фотографии смотрел молодой улыбающийся мужчина, шатен с добрыми серыми глазами. Ему было сорок пять лет, когда его не стало.

— Привет, родной, — я положила цветы на могилу и провела рукой по фотографии. — Нам тебя не хватает. Как же мальчики будут без тебя? Знаешь, а я привыкаю к холодной постели. В ней не хватает тебя, — по щекам текли слёзы. — Ты больше не обнимаешь меня. Не целуешь в висок перед сном. Не приносишь свой фирменный кофе. Прости, я не уберегла твою фирму. Завтра твоя фирма будет частью огромного холдинга. По-другому я не смогла ее уберечь. Уверена, ты бы меня простил. Но если бы я это не сделала, фирма бы разорилась. Я обязательно найду того, кто стремиться потопить твоё детище. Мне просто нужно время. — Я упала на колени и, прижавшись лбом к фотографии, расплакалась. — Мне тебя не хватает, родной. Без тебя меня ничего не радует. Только наши мальчики меня держат и не позволяют пасть в депрессию. Мне трудно научиться жить без тебя. Но я смогу, родной. Я обещала тебе, и я справлюсь. Ради наших мальчиков.

Отстранилась от фотографии и грустно улыбнулась. Встала с колен и отряхнулась. Села на лавочку. Это я попросила ее здесь поставить. Для свекрови. Лавочка так и стояла.

Наш брак начинался как фиктивный, но именно я сделала первый шаг к тому, чтобы он стал настоящим. И за все эти годы ни разу об этом не пожалела.

Глава 8

Я подъехала к дому. Остановилась около ворот, но не спешила въезжать во двор. Я смотрела на железные ворота дома. Потом посмотрела на сам дом, окружённый кирпичным двухметровым забором. Дом был двухэтажный. Двести шестьдесят квадратных метров. Игорь купил этот дом для семьи, когда мальчикам стало тесно жить в одной комнате. Им было по восемь лет, когда мы переехали в этот дом. Я влюбилась в этот дом. Такой двухэтажный мини-замок с балконами и башенками. Чердак сделали игровой комнатой для мальчишек. Раньше там было куча игрушек, а теперь комната для подростков, куда они приглашают своих друзей.

Каждая деталь в этом доме сделана мной с любовью. Но вот уже сорок дней мне тяжело находиться в этом доме. Всё напоминает об Игоре. О счастливых моментах с ним.

Я нажала на пульт, и ворота сами открылись. Я въехала на территорию дома. Дорога вела прямо к дому. Рядом с домом стоял гараж. Вокруг дома был разбит газон. Около забора стояли можжевельник и декоративные ели. Среди них затесались кусты роз. Около дома был разбит цветник. Этим цветником я занималась сама лично. Когда мне бывает плохо, цветы мне помогают. Пока я вожусь с цветами, настроение у меня поднимается, и я успокаиваюсь. Больше всего любила пионы. Пионы у меня были разных сортов и цветов. Даже были редкие виды. Я не знаю как, Игорь никогда не говорил, но он мне доставал эти редкие сорта пионов. Рядом с пионами находились лилии, флоксы и хризантемы, гортензии. Я с любовью посмотрела на свои цветы. Даже они напоминали мне об Игоре. В выходные дни он иногда со мной возился с цветами.

— Я дома! — крикнула я, войдя в дом.

Стоило мне это сказать, как на меня понеслись три собаки. И если бы эти собаки были маленькие и породистые, но нет. Это были обычные дворняги, которых подобрали мои сыновья. Это еще три кошки не встретили меня. Все три сына были любителями животных. Эти три дворняги и кошки — те, которые я разрешила оставить. Если бы я разрешала оставлять всех подобранных ими кошек и собак, у нас был бы зоопарк. Нам с Игорем пришлось открыть приют, чтобы эти трое могли определять всех найдёнышей. Каждые выходные они с утра до вечера пропадают в этом приюте. Я уже не говорю о их комнатах. В комнаты старших я лишний раз стараюсь не заходить. В комнате Ромы три террариума со змеями. Змеи! Ромка любит животных, но больше всего змей. У Славки большая клетка с крысами. У него три крысы. Только у Родиона два хомяка и один кролик. Вот в комнату младшего я с удовольствием заглядываю и ласкаюсь с кроликом. А собаки и кошки общие. Собак они все трое выгуливают.

Я еле удержалась на ногах от собачьей радости. Каждого погладила.

Следом за собаками появились сыновья. Они уже переоделись в чёрные брюки и серые рубашки.

— Ты сегодня раньше, — сказал Слава.

— Сегодня не работается. Пойду приму душ и переоденусь. Скоро дедушка приедет. На выходные к нему поедете?

— Нет, — ответил Ромка. — У нас тренировки и сборы.

— Ясно.

Я поднялась к себе в комнату. Пока я принимала душ и переодевалась, я услышала, что подъехал отец и Дима. Одевшись в черное платье, я вышла.

Парни и гости сидели в гостиной и общались. Дима приехал со своей женой Ингой. У них было двое детей — сын десяти лет и дочь шести лет. И если их не было с ними, значит, они детей оставили у бабушки и дедушки.

Я присоединилась к ним. Стали подтягиваться остальные гости. Сегодня были только друзья, семья и партнеры Игоря. Свекровь тоже была. Она за эти сорок дней угасла. Она сильно похудела и посерела. Она уже не та веселая и пышущая здоровьем женщина. За эти дни она посидела. Мы как могли друг друга поддерживали. Но нам обоим тяжело. Мы обе потеряли дорогого нам человека.

Поминки прошли мимо меня. Все вспоминали Игоря. Свекровь больше всего молчала. Ей было трудно говорить об Игоре. Когда партнеры и друзья ушли, остались только Дима с женой и свекровь, мы сидели рассматривали семейный альбом. Рассматривая альбом, свекровь рассказывала об Игоре. Со слезами. Я ее обняла за плечи, прижала к себе. Свекровь плакала. Я тоже не сдерживала слез. Тогда мои три надежды и опоры подошли к нам и обняли нас со всех сторон. Мы со свекровью оказались в коконе сильных и надёжных рук. Пусть им только пятнадцать лет, они уже растут настоящими мужчинами. Игорь всё возможное для этого сделал.

Они наша гордость. Благодаря Игорю, они занимаются тем, что они любят.

Он первый заметил, к чему они тянутся. Ромка у нас футболист. За неделю до смерти Игоря стал капитаном. Славка пошел в своего биологического отца — хоккеист. Лучший нападающий. Каждый раз, когда я смотрю за его играми, я вижу Кирилла. Он так же был предан хоккею. А Родион был пловцом. Игорь сразу понял, куда отправить Родиона, когда Родион часами проводил в воде. И не просчитался. Он со всеми парнями не просчитался. У всех троих одна стена увешана и уставлена кубками и медалями. И никто из их команд не знает, что они тройняшки. Их вместе из их команд никто не видел. Когда они ходили на соревнования друг к другу, они надевали толстовки с капюшонами или кепки с очками и садились на самые дальние ряды. О том, что они тройняшки, знал только их тренер по карате, куда они ходили все вместе и в школе. Их на карате тоже отвёл Игорь, когда мальчики в детском саду подрались, заступившись за девочку. И, конечно, выигрыш был не в их пользу. Мальчики были так расстроены, что Игорь записал их на карате. И с тех пор мальчики никогда не проигрывали. Им пятнадцать лет, а уже носят чёрный пояс и в одном шаге от мастеров спорта.

Глава 9

Кирилл

Я стоял около окна и смотрел на город внизу. Прикрыл глаза. Когда был молодой, я мечтал быть богатым и знаменитым. Сейчас я смотрю на город с высоты пятнадцатого этажа здания, принадлежащего моему холдингу. Но если признаться самому себе, то я зае***ся. Меня уже это не радует. Я понимаю, что всех денег мне всё равно не заработать, а тех, что у меня уже есть, мне вполне достаточно. Скупаю фирмы на грани банкротства, потому что мне скучно. Хоть чем-то себя занять.

Однако стоит мне закрыть глаза, и я вспоминаю, какой ценой мне все это богатство досталось. Шестнадцать лет прошло с тех пор, но я всё ещё не могу забыть маленькую женскую фигурку, плачущую на лавке. Её слёзы, когда я сказал ей, что наша любовь — всего лишь игра. Как же мне тогда было после этих слов ху*во. Сутки беспробудно пил. Но по-другому я не мог поступить. Все это делал ради нее. Сколько раз я подмывался кинуться к ней. Узнать, как она. Но каждый раз себя останавливал. Переборол. Я ее оставил. У нее своя жизнь и у меня своя.

Я пытался устроить свою личную жизнь. Женился, но с женой прожил восемь лет и развёлся. Детей не было. Как оказалось, три года из наших восьми лет брака она мне изменяла. Но я отпустил ее. Хорошо, что мы заключили брачный договор. Она получила все по брачному договору. Хотела получить больше, но ей обломилось. После этого я больше не женился. Женщины у меня были, но ничего серьёзного. Только в последнее время и отношения с женщинами меня не радовали. Стоило мне поманить пальцем и любая женщина у моих ног. Только всем этим женщинам нужны мои деньги и мои дорогие подарки, а не я сам.

— Кирилл Викторович, можно? — в кабинет заглянула моя помощница.

— Заходи, — я сказал я, подходя к столу и садясь в своё кресло. Даже моё кресло кажется мне осточертевшим. Может, стоит взять отпуск на месяц? Но одному как-то не хочется. А взять с собой некого. Не хочу тех одноразовых женщин, которые только испортят отпуск. — Что у тебя?

— Вот документы по фирме "ТриР", — женщина положила передо мной папку.

Я открыл папку. Очередная фирма, которую я решил купить. Какая уже по счету в этом году? И сколько их уже у меня?

— Там, кажется, хозяин умер?

— Да. Теперь хозяйка фирмы — вдова умершего. Вы уже ознакомились с договором купли-продажи?

— Ознакомился. Интересные у них условия. Но я согласен. У меня еще не было таких условий. Обычно соглашались на мои условия. А тут установили свои. Сделка завтра?

— Да. Сами отправитесь заключать сделку или Виктора Ивановича отправите?

— Сам. Интересно посмотреть на того, кто выдвинул такие условия.

— Вы уверены, что эти условия приемлемы?

— А почему бы нет? Многие сотрудники фирмы работают там с самого создания фирмы. Если они хорошо работают, зачем увольнять тех, кто знает всю подноготную фирмы. А остальные пункты обсужу с новой хозяйкой. Надеюсь, хозяйка адекватная женщина и что-то понимает в бизнесе.

— Кирилл Викторович, вы последнее время плохо выглядите. Может, вам в отпуск?

Я усмехнулся. Моя помощница читает мои мысли.

— Я бы, может, и пошел, Марин, только мне не с кем лететь в отпуск. Не звать же тебя. Боюсь, твои муж и двое маленьких детей не поймут.

— Жениться вам нужно, Кирилл Викторович. Детишек нарожать.

— Детей будет рожать жена, — сказал я с улыбкой.

— Вот и я о том же. Вы мужчина в рассвете сил. Поэтому вам нужна жена и детки. Заодно вам будет с кем поехать в отпуск.

— Да где же я найду жену. — Я откинулся на спинку кресла. — Всем женщинам, с которыми я знакомлюсь, нужны мои деньги, а не я.

— Но ведь у вас была женщина, которой вы были нужны?

— Была.

— Вот на ней и нужно было жениться.

— Нужно было. Но я ее потерял. По своей же вине. Я был тогда молодой с огромными амбициями. Думал, делаю лучше для нее. Но теперь по прошествии шестнадцати лет понимаю, что те года с ней были самые лучшие в моей жизни. И она бы приняла меня любым. Но я ей причинил такую боль, что не уверен, сможет ли она меня простить, если мы встретимся вновь.

— Не встретитесь, не узнаете, — сказала с улыбкой Марина.

— Вряд ли встретимся, — ухмыльнулся я.

— Как знать, — пожала помощница плечами. — Жизнь непредсказуема штука.

Помощница ушла, а я задумался над ее словами. Я не интересовался её жизнью все эти шестнадцать лет. Мы не виделись шестнадцать лет. И вряд ли мы с ней встретимся. Тогда бы я ей все рассказал.

Иногда цена богатства слишком высока. И я знаю цену своему богатству. Тогда, шестнадцать лет назад, это стоило мне того, что я потерял ту, которая со мной была готова пойти и в огонь, и в воду. Да, все началось с того, что ее отец меня попросил с ней повстречаться. Мне тогда нужны были деньги. Мама была больна. Но постепенно я влюбился. Я уже не мог без нее находиться. Я представлял себе тихую невзрачную заучку. Но очень удивился, когда передо мной предстала красивая умная девушка. Все мои слова о любви были правдой. Только вот я не мог быть с ней. Слишком был амбициозен. Думал, поднимусь и заживу с ней. Но все пошло не так, как я планировал. И теперь шестнадцать лет живу с этим.

Глава 10

Евдокия

— Дуня?! — удивлённо произнес Кирилл.

Я глубоко вздохнула. Досчитала до десяти. Успокоилась. Прошло шестнадцать лет. Все уже переболело. Я уже не та мягкая и доверчивая девушка.

— Здравствуй, Кирилл, — сказала я спокойно. Я прошла и села за стол переговоров. — Только я уже не Дуня, Евдокия Михайловна. Дуня я для друзей и близких. А мы с тобой, насколько мне известно, не близкие. Шестнадцать лет как.

— А ты изменилась, — Кирилл пересел напротив меня. Для этого юристу пришлось подвинуться.

— Шестнадцать лет прошло. Естественно, я изменилась. И ты тоже изменился. Важным человеком стал. Как и хотел, — усмехнулась я.

— Да. Ты ведь знала, кому продаешь фирму?

— Поверь, если бы знала, я бы десять раз подумала. Со мной вел переговоры твой заместитель и твои юристы. Они ни разу не упомянули твоё имя. Перейдём к делу, — я открыла папку с договором. Кирилл открыл свою папку. — Надеюсь, вас всё устраивает. Если нет, можем обговорить, но я не изменю своего решения.

— Нет. Меня всё устраивает. Пункт, где сказано, чтобы я оставил старых работников, меня более чем устраивает. Не придется заморачиваться поиском новых работников. И даже пункт, где оставить тебя на месте директора, тоже устраивает. Только вот ты уверена, что ты захочешь перекупить фирму? - Кирилл постучал по договору по тому пункту, где описано, что я могу перекупить фирму по той же цене, по которой продала.

— Если бы не была уверена, не внесла бы этот пункт.

— Когда фирма начнет приносить прибыль, она будет приносить прибыль мне.

— Советую почитать пункт 6.3, — я показала на нужный пункт.

— Я помню, что это за пункт. Ты уверена, что тридцати процентов от прибыли тебе будет достаточно, чтобы накопить нужную сумму для покупки фирмы?

- Кирилл Викторович, вы, кажется, забыли, на кого я училась. Так вам напомню. На экономиста. И я десять лет возглавляла экономический отдел фирмы. Я все просчитала. Фирма приносила неплохую прибыль, пока в фирме не завёлся крот. Кто-то сливает фирму. Сразу вас предупреждаю. Пока фирма будет принадлежать вашему холдингу, я буду искать того, кто это делает. Прежде чем обратиться к вам, я изучила всё о вашем холдинге. И продать вам фирму — единственный шанс удержать фирму на плаву, пока я ищу того, кто пытается разорить фирму. Если вас всё устраивает, подписываем?

— Подписываем, — согласился Кирилл.

Мы подписали все необходимые бумаги. И уже к концу дня фирма стала частью холдинга "Новаиндустрикс". Быстро. А на счет фирмы поступила приличная фирма. Мне эта фирма грела душу. Пусть таким способом, но я сохранила фирму. Я найду того, кто пытается разорить фирму, и вернуть ее обратно. Только вот придётся привыкать к тому, что моим начальником стал бывший и отец моих тройняшек. Но он об этом никогда не узнает. У парней был отец. И другой им не нужен. Кирилл лишился этого права, когда так цинично меня бросил.

Черт! Шестнадцать лет прошло, а я не забыла. Думала, забыла. Игорь помог мне забыть. Но вот увидела Кирилла, и память вернулась.

А он за эти годы изменился. Стал более уверенным. Даже взгляд стал более жёстким. За эти годы волосы выгорели и стали светлее. А линия губ стала жёстче. Видимо, ему часто приходилось поджимать губы. Я помню его эту привычку. Он всегда поджимал губы, когда чем-то был недоволен. Но да. Он стал большим начальником. И не всегда дела в таком большом холдинге идут хорошо.

Его мечта осуществилась. Я помню, как мы долгими вечерами смотрели телевизор, он, обнимая меня, рассказывал, как он станет большим человеком. Станет крупным бизнесменом. Ему будет пожимать руку даже президент и министры. Насчёт президента и министров не знаю, но крупным бизнесменом он стал. Даже очень. Я рада, что он осуществил свою мечту.

Когда узнавала о холдинге, нужно было узнать о его хозяине. Но я так торопилась продать фирму, чтобы окончательно не разориться, что не стала смотреть информацию о хозяине холдинга. Интересно, он женат и есть ли у него дети? Если есть, значит, у моих парней есть братья и сестры

Если бы бы он тогда меня не бросил, смог бы он добиться таких высот? Уверена, что смог бы. Только вот у меня бы не было такого замечательного мужа, как Игорь, а у сыновей любящего отца.

Отец. Если бы я тогда успела ему сказать, что беременна, он бы все равно меня бросил? Или, может быть, отправил на аборт? Конечно, зачем ему нужен был ребёнок от нелюбимой девушки. Тогда бы мы с ним все равно расстались. Я бы не смогла жить с человеком, который решил убить нашего ребенка. А в данном случае детей.

Но как теперь мне быть? Я шестнадцать лет о нем ничего не слышала. Даже не искала о нем информацию. А зачем? Он бросил меня. У него была своя жизнь, у меня была своя жизнь. Но теперь мне придётся с ним работать. Надеюсь, он не будет заглядывать в фирму каждый день и мне не придётся с ним часто видеться. Да и зачем ему наша фирма. У него таких фирм куча. Если не больше. Пусть он дальше руководит своим холдингом, а я буду спокойно работать и искать того, кто так яростно стремиться разорить фирму.

И Кирилл еще не знает, что я буду пахать день и ночь, чтобы получить прибыль и накопить нужную сумму, чтобы выкупить фирму. Я обещала Игорю, что фирма останется парням. И я костьми лягу, но фирму верну. Да и Дима тоже. Он с Игорем создавал эту фирму. Они были партнёрами. Но когда мама Димы серьёзно заболела, Дмитрию пришлось продать свою долю Игорю. Но Игорь не бросил своего друга. Он сделал его заместителем. И помогал Дмитрию поднять на ноги его мать. Сейчас она здоровая женщина, и о болезни напоминает только худоба. После болезни женщина так не смогла набрать свой прежний вес.

Глава 11

Кирилл

Когда Дуня уехала, я стоял и смотрел ей вслед. Признаюсь, я был немного ошеломлён. Та Дуня, которую я знал раньше, никогда не разговаривала со мной так резко и грубо. А нынешняя Дуня ловко дала мне отпор. Это было неожиданно.

Из милой и тихой девушки Дуня превратилась в красивую женщину. Да что там в красивую, в охреннего шикарную женщину. Когда сегодня мы подписывали бумаги о купле-продаже, я не мог оторвать от неё взгляда. Честно не ожидал, что за те шестнадцать лет, которые я ее не видел, она превратиться в шикарную женщину. Даже мой юрист тайком восхищался ею.

А как она шла! Офисная юбка так облегала её бёдра, что я слегка подвис и вспомнил, как она этими ножками обвивала меня.

Я думал, что смирился с тем, что она давно уже не моя, но вот, пожалуйста, хрен тебе. Я вспомнил наши два года вместе и причину, по которой нам пришлось расстаться. Интересно, шестнадцать лет — это достаточный срок, чтобы рассказать ей правду? Но будет ли она слушать меня? Я сомневаюсь. Она даже не захотела выпить со мной чашечку кофе, не говоря уже о том, чтобы поговорить.

Хотя что я переживаю? Я ведь её босс, и теперь её фирма принадлежит мне. Кажется, мне пора менять место дислокации, потому что на пятнадцатом этаже стало неудобно. Возраст уже не тот, чтобы каждый день подниматься на пятнадцатый этаж, даже если на лифте.

Настроение резко поднялось, и у меня появился план действий. Теперь мы будем часто видеться, хочет она того или нет.

Я приехал к себе в квартиру. Моя домработница предупреждала, что сегодня ей нужно уйти пораньше, и оставила мне еду в контейнерах. Осталось только разогреть. Я поставил контейнеры с едой в микроволновку и пошёл принимать душ. Но поесть я не успел. Как только вышел из душа, раздался звонок в дверь.

Я пошёл открывать дверь и поморщился. Вот её сегодня видеть не хотелось.

— Привет, милый, — слащаво произнесла эффектная брюнетка в облегающем платье и тонком плащике. Её силиконовые груди третьего размера чуть ли не вываливались из платья. Тут же передо мной возник образ Дуни, и сравнение было не в пользу брюнетки. Что-то меня не туда занесло.

— Привет, Жанна, — поздоровался я сухо. — Чем обязан?

— Я соскучилась, котик, — так же слащаво произнесла Жанна с улыбкой. — Пустишь?

— Проходи, — я пропустил Жанну в квартиру. Жанна прошла в квартиру.

— Мы не виделись два дня, и ты уже соскучилась? — вздёрнул я бровь.

— Котик, но ты же знаешь, что я без тебя и дня не могу, — протянула Жанна, обняла меня и прижалась ко мне. Плащ она уже успела снять и повесить.

— Жан, я только с работы. Устал и голоден. — Я отцепил от себя Жанну и пошёл на кухню.

Жанна была моей любовницей последние два месяца. В постели она была горяча, и меня всё устраивало. Но в остальное время она выносила мне мозг своим нытьём. То ей не так, то ей не то, то она соскучилась и жить без меня не может. Притом это она говорила всего лишь через несколько часов после расставания. Даже звонила мне, когда я на работе, и ныла, что ей скучно, и уже планировала, когда мы увидимся. Честно говоря, уже стала надоедать. Но я так выматываюсь на работе, что новую любовницу искать лень. Жанна пока меня устраивает, а её нытьё быстро лечится — деньгами. Скину ей на карту тысяч сто, и она меня не трогает. Удобно. Для меня сто тысяч — ерунда для моего спокойствия.

Я разложил по тарелкам еду. Жанна поморщилась, но стала есть. Я знаю, что не ресторанная еда. Я специально сказал домработнице, чтобы она готовила домашнюю простую еду. Нагулявшись по ресторанам, хочется домашней еды. Дома я хочу домашней еды, а не ресторанную.

Мы ели молча. Жанна знала, что я не люблю разговоры за столом. Исключение — рабочие встречи в ресторане. Я вдруг вспомнил наши вечера с Дуней. С ней всегда было уютно и тепло. Несмотря на то, что мы не жили вместе, меня всегда ждал горячий вкусный ужин. Я даже прикрыл глаза, вспомнив, как она готовила. Особенно мясо. Я даже на языке ощутил вкус её блюд. Только вот после ужина она редко уходила к себе ночевать. Десерт был очень сладкий.

Но и зачем я это вспомнил? Стоило её увидеть, так и мелькают картины прошлого. Я за шестнадцать лет старался всё забыть. Мне казалось, что у меня получилось. Но вот встретил Дуню, и всё вернулось.

— Кир, — позвала меня томно Жанна.

— Я же просил так меня не называть, — огрызнулся я. Я только одной девушке позволял так себя называть.

— Но прости, котик, — Жанна встала и с грацией кошки подошла ко мне и села на колени. Она обняла меня за шею и прижалась ко мне. — Я больше так не буду. Твоя киса соскучилась. Два дня тебя не видела.

Я глубоко вздохнул. Ясно. У неё кончились деньги. Она так ластится ко мне, когда ей нужны деньги. Но я знаю, что напрямую она об этом не скажет и будет отрабатывать очередную сумму.

Но что ж. Пусть отрабатывает. Я усмехнулся. Мне не жалко. Почему бы не провести приятно время.

Чем я и занялся дальше с Жанной. Жанна не возражала. Она знает, как заработать себе на брендовые вещи.

Утром я с трудом встал. Сегодня Жанна отжигала. Поспал только несколько часов. Это Жанна может поспать, а мне пора на работу.

Принял контрастный душ, выпил большую чашку кофе. Когда я уходил, я встретился со своей домработницей. Я её предупредил, что в квартире Жанна. Женщина поморщилась, но промолчала. Я знал, что она не любила Жанну, но молчала. Хорошо плачу, и такую работу женщине не хотелось терять.

Глава 12

Евдокия

Я приехала домой в раздаре. Шестнадцать лет не было его, а тут вдруг решил вспомнить былое. Пф-ф, не дождётся. Мы уже в прошлом. Нас больше нет. Я шестнадцать лет без него жила и дальше проживу, несмотря на то, что он мой босс.

Я загнала машину в гараж. Еще пять минут посидела, чтобы успокоиться. Глубоко вздохнула и вышла из машины.

Вышла из гаража и посмотрела на время, сыновья должны быть дома. Зашла в дом. На этот раз собаки меня не встречали. Дом на месте, собаки спокойны, кошек не видно, крысы не бегают, змей тоже не видно. Тишина. Красота. Даже постояла, наслаждаясь тишиной. Только я знала, что все это не просто так. Тишина дома у нас самое редкое явление. И если дом стоит на месте, нигде не видно питомцев сыновей и так же их самих, что-то произошло и сыновья стараются вести себя тихо.

Я глубоко вздохнула, чтобы позвать сыновей, сдулась. Махнула на это рукой. Не хочу сегодня разбираться, что они натворили. Со школы не позвонили. Тренера мне тоже не позвонили. Значит что-то натворили за пределами школы и секций. Участковый не пришел, значит ничего серьёзного не натворили и никого не побили.

— Парни, выходите! — крикнула я. — Сегодня живите. Ничего я вам не сделаю!

Все, тишине конец. Вот что бывает, когда у тебя дома трое активных подростков. Я быстро нырнула к себе в комнату. Хоть в комнате побуду немного а тишине.

Мне не пришлось выходить из комнаты, чтобы понежиться в ванной. После работы, если мне никуда не нужно было спешить, я любила понежиться в ванной. Наша с Игорем ванная комната находилась отдельно. В нашей комнате. Теперь не нашей, а моей. Нужно сделать ремонт в комнате и кровать тоже сменить, а то мне все напоминает о нем.

Нежась в ванной, не обратила внимание на грохот. Привычно. Поморщилась, когда раздался еще один грохот. Что-то разбилось. Кажется, я снова не досчитаюсь пару тарелок в сервисе. Или может быть вазы?

Выбралась из ванной через час. За это время немного стихло. Говорю немного, потому что стало чуть по тише, но до идеальной тишины далеко.

Переоделась в домашнюю одежду. По времени уже пора ужинать. Парни уже сидели за столом и о чем-то своём пацанском болтали. Стоило мне сесть и строго посмотреть, разговоры стихли и парни принялись за ужин.

После ужина я ушла в кабинет. Нужно поработать с документами. Оторвалась от документов, когда уже начали слипаться глаза. Посмотрела на время. Двенадцатый час ночи. Пора спать.

Проверила сыновей. Все трое спали. Меня передёрнуло, когда увидела на подушке у Славы одну из его крыс. Никак не привыкну к этому. Хорошо, что хоть Ромка со своими змеями не спит.

Утро следующего дня началось громко. Сыновья о чем-то спорили. Мое обычное утро. Я встала, принела душ, оделась на работу и спустилась вниз к завтраку. Сыновья уже завтракали. Около их стульев стояли их рюкзаки. Сами они уже были собраны в школу. Все трое были в школьной форме — синих костюмах, белых рубашках и коротких чёрных галстуках. Они учились в частной школе и там было строго с формой. Вот так, когда они одинаково одеты, их не различить. Только я могу их различить.

Они быстро позавтракали и взяв свои рюкзаки ушли. Я отправилась на работу.

Зашла в офис и удивлённо огляделась. Не поняла, что за кипиш здесь? Работники носились как угорелые, будто их в в одно место пчела ужалила.

— А что происходит? — я остановила мимо меня бежавшего мужчину. — Федор, что происходит?

— Здравствуйте, Евдокия Михална.

— Так что происходит?

— Сам бы хотел знать, Евдокия Михална. Вот пришли из главного офиса и шерстят все кабинеты.

— Документы?

— Нет, ничего не спрашивали. Просто проходятся по кабинетам, что-то обсуждают и уходят. Евдокия Михална, нас что собираются сокращать?

— С чего ты взял?

— Но ведь не просто так по кабинетам ходят.

— Но может и не просто так, но сокращать никого не будут. Так что успокой коллектив. А что они здесь делают мы скоро узнаем. Большое начальство захочет, само расскажет.

— Евдокия Михална, как же так, а? — погрустнел Фёдор. — Ведь всё было хорошо и тут вдруг нас продали.

— Пришлось, Федор. Если бы не продала, то вас всех пришлось бы уволить, а фирму обанкротить. Иди, работай и не забудь передать, чтобы не переживали.

— Хорошо, — довольный мужчина ушел, а я поднялась к себе офис.

Секретарь была не месте и возилась с документами.

— Доброе утро, Евдокия Михайловна.

— Доброе утро, Ириша.

— Вот, документы которые вы просили, — Ирина положила руку на стопку документов.

— Спасибо. — Я взяла документы и прошла в кабинет.

С головой погрузилась в документы. Весь день с ними провозилась. Отрывалась на обед и на насущные дела.

Я готова была вызвать. Что у меня на фирме происходит? Все документы по несколько раз просмотрела, у меня не сходится. Особенно финансовые документы. Кто-то упорно пытается разорить фирму и подставить меня.

Уверена, здесь не все документы, которые я попросила. Придётся задерживаться на работе и в тайне ото всех проверять документы каждого отдела, чтобы понять, что происходит.

Глава 13

Я ехала домой, еле сдерживая себя. Во мне так и клокотала злость. Что придумал, офис захотел в моей фирме сделать. А не жирно ему будет? Что ему не сиделось в своём холдинге? Сидел бы и сидел. Нет, вы посмотрите, захотел старые связи возобновить. А больше ему ничего не хочется. Сам меня бросил, а теперь решил, что я приму с распростёртыми объятиями. Шестнадцать лет прошло. У меня другая жизнь.

Р-р-р! Довел. Да кто он такой, чтобы так себя вести? Я со злостью стукнула по рулю. Он теперь мой босс. Мой бывший. И, черт, черт, черт, отец моих тройняшек. Но это я ему и под страхом смерти не скажу. Они только мои. У них был отец. Настоящий отец, который с ними проводил все свободное время. Был рядом, когда был нужен. Направлял на правильный путь. Помогал, когда нужна была его помощь. А Кирилл так, донор биологического материала. Вот пусть им и остается. А еще моим боссом. У нас с ним только деловые отношения не более. А то, что он захотел вернуть былые отношения, мечтать не вредно. Он только босс. Вот этого я и буду придерживаться.

С такими мыслями я приехала домой. Я уже более-менее успокоилась. Поставила машину в гараж и вошла в дом. В доме было тихо. Даже собаки где-то притаились.

— Мальчики! — крикнула я. — Выходите!

Со второго этажа спустились сыновья. Все трое были одеты в одинаковую одежду — черные джинсы и серые толстовки с капюшоном с надписью на английском. Я хмыкнула. Ведь знают, что я их и в одинаковой одежде различу.

— Присаживайтесь, — я показала на диван. Все трое сели на него. Я на них посмотрела. Они с невинным видом смотрели на меня. Прям невинные ангелы, если бы я не знала, на что способны сыновья. Как же сейчас не хватает Игоря. Он с ними по-мужски говорил, и они слушались его беспрекословно. — Мне ваша классная руководительница интересное видео прислала. Показать?

— Нет! — сказали они хором.

— Ладно, вы в прошлый раз сорвали урок математики, читая стихи, но играть в карты! В карты! Славка, как ты смог до такого додуматься? — я посмотрела на Славу, который сидел справа. — И где ты их взял?

— Нигде, — пробурчал Славка.

— Радислав! — позвала я его строго полным именем.

— Отжали со Стасом у шпаны за гаражами, — признался Слава.

— Что на этот раз Стас попросил?

— Он не подготовился к уроку, а сегодня математичка обещала его спросить, — ответил Славка. — А что ты меня допрашиваешь? Мы все трое сорвали урок.

— Слав, не надо на братьев перекладывать вину. Я не ваши учителя и знаю, кто первый начал, — хмыкнула я. — Это ваши учителя за восемь лет так и не научились вас различать, поэтому вы всегда все трое виноваты. Но я-то знаю, кто первый начинает. Но твои братья тебя ведь не бросят и поддержат тебя во всем. Даже если придется сорвать урок. — Я сложила руки на груди. — И что мне с вами делать? Могли вы и в этот раз стихи читать, а не в карты играть. — Я протянула руку к Славе. — Карты сюда.

— У меня их нет.

— Слава!

Слава тяжело вздохнул и вытащил из кармана толстовки карты. Я забрала карты.

— Завтра суббота. Раз вы все трое друг за друга горой, то все выходные вы под домашним арестом. У вас нет тренировок. Плюс домашние дела — готовка, уборка, стирка, глажка. — Я выставила вперед руку с выставленным вверх указательным пальцем. — Возражения не принимаются. Пойду скажу Ксении Евгеньевне и Тане, что у них два выходных заместо одного.

— Мам, а можно домашний арест с завтрашнего дня? — спросил осторожно Ромка.

— Тебе и Роде можно, а Славе нет. Только чтобы через два часа были дома.

Сыновья вскочили и кинулись к двери. Один остался стоять. Двое других быстрее решили скрыться с моих глаз. Когда они прошли мимо меня, я одного успела схватить за капюшон толстовки и резко потянуть на себя. Сын резко затормозил и подался ко мне.

— Я сказала, Ромка и Родя, — развернула Славу к лестнице и посмотрела на остальных двух. — Могу передумать. — Их след простыл. — А для тебя домашний арест начинается прямо сейчас.

— Но мам! — протянул Слава.

— А не нужно было играть в карты на уроке.

Славка что-то пробурчал под нос и поднялся на второй этаж.

— Решись сбежать через окно, домашний арест на неделю! — крикнула я вслед сыну.

Пошла на кухню. Предупредила горничную и кухарку, что отпускаю на все выходные.

Мои парни не были зажравшимися мажорами. Они могли все: и приготовить покушать, и пройтись пылесосом по дому, и знают, с какой стороны подойти к стиральной машинке и утюгу. Но несмотря на все это, они все это не любили делать. Поэтому для них это самое строгое наказание.

Так что я все выходные только ходила и указывала парням, где убраться и что хочу кушать. И зорко следила, чтобы никто из них не увиливал от наказания. Я знала, что после этого, чтобы снова не получить еще раз такое наказание, хотя бы неделю будут вести себя хорошо в школе.

Понедельник настал слишком быстро. Не хочу. Придется уволиться с Кириллом. А мне это ох как не хочется. Но выбора у меня нет. Я должна идти на работу и каждый день встречаться с Кириллом.

Видно, бог услышал мои молитвы, потому что Кирилла не было в фирме. Я узнала, что он на три дня улетел в командировку. Три дня у меня есть передышки, а вот что будет дальше. Может, он за эти дни передумает и не захочет офис переносить в мою фирму?

Глава 14

Залетела к себе в кабинет. Глубоко вздохнула, посчитала до десяти. Успокоилась. Он не достоин этого, чтобы так на него злиться.

Села за стол и принялась за работу. Начальники отделов начали нести мне документы. И каждый из них спрашивал о новом боссе. Когда я хрен его знает на каком вопросе о боссе сорвалась, меня больше не трогали.

Пересмотрела все документы. Так. Не поняла. Еще раз посмотрела отчет финансового и аналитического отдела. Цифры не сходятся.

Взяла все документы и вышла из кабинета.

— Ирина, где кабинет босса?

— В конце коридора.

Я быстрым шагом направилась в кабинет Кирилла. Секретарь даже рот не успела рот открыть, как я мимо неё пролетела. Без стука зашла в кабинет, сам напросился, босс недоделанный. В кабинете был он и Марина. Они что-то обсуждали.

— Простите, что помешала, — съязвила я и с грохотом положила папки Кириллу на стол. — Вот. Как вы и просили, Кирилл Викторович, — я без приглашения села в кресло для посетителей и положила ногу на ногу. — Но что, Кирилл Викторович, поговорим о делах?

— Марина, свободна, — отпустил помощницу Кирилл. Марина ушла. — Я тоже рад вас видеть, Евдокия Михайловна, — ухмыльнулся Кирилл. Он скопировал мою позу. — Давайте поговорим о делах фирмы.

— Отлично. Сразу говорю, дела у фирмы хреновые, — я кивком головы показала на документы. — Посмотрите сами.

Кирилл открыл папки с документами и стал читать. Он нахмурился, когда дошел до нужных документов.

— Убедились.

— Убедился. И что ты предполагаешь?

— Что я предполагаю? — я вскинула бровь. Развела руками. — Это теперь твоя фирма. Тебе решать, что делать. А я так, директор фирмы.

— Так ты разговариваешь с начальником? — усмехнулся Кирилл.

— Ой, простите, ваше величество! — я встала, поклонилась Кириллу, разведя руки в сторону. — Простите свою крестьянку за неподобающее поведение.

— Может, хватит паясничать? Сядь.

— Как прикажите, — я села. — Все-таки ты мне объяснишь, что ты забыл в этой фирме? Чем тебя не устраивает твой старый офис?

— За десять лет надоел, — Кирилл подался вперёд. — Решил ближе к народу.

— Какая фирма по счету у тебя?

— Не знаю. Не считал. Много.

— Будто у тебя больше нет места для нового офиса, — усмехнулась я.

— Есть. Не отрицаю. Но в тех фирмах нет одного, — заговорщицки сказал Кирилл.

— Чего?

— Тебя, — тем же тоном ответил Кирилл.

Я фыркнула и возвела глаза к потолку.

— Мы шестнадцать лет не виделись. Тут увидел и вдруг решил со мной общаться. Или ты забыл, что ты мне шестнадцать лет назад сказал?

— Не забыл. Может, пообедаем вместе и поговорим нормально?

— О чем нам с тобой говорить. Ты сказал уже всё тогда. Больше не вижу смысла говорить.

— А мне кажется, есть смысл.

— Нет, — сказала я твёрдо и покачала головой. — Обустраивайся здесь. Работай. Но меня не трогай. Мы с тобой общаемся только по работе. Больше нас ничего не связывает. Пойми, Кирилл, нас больше нет. То, что связывало нас шестнадцать лет назад, в прошлом. — Но, допустим, есть еще кое-что, что нас связывает. Но ему об этом ему не нужно знать. — Ты пожелал мне счастья, я была счастлива. У меня был замечательный муж. Жаль, он рано умер. Если бы не это, я бы до сих пор была счастливой замужем. И ты бы всё равно ко мне приставал?

— Если бы я видел, что ты счастлива, я бы тебя не трогал. Хорошо, если не хочешь говорить о прошлом, давай просто поговорим. О жизни.

— И что ты хочешь узнать о моей жизни? Ты видишь, какая у меня жизнь.

— Евдокия, мы плохо расстались, признаюсь. Давай постараемся наладить отношения и станем друзьями. Шестнадцать лет прошло. Мы повзрослели. — Он протянул руку. — Мир?

— Перемирие, — я протянула руку. Кирилл пожал мою руку. Он не спешил отпускать мою руку. — Кирилл?

— Раз мы решили остаться друзьями, может, пообедаем, а то я сегодня позавтракал только кофе. Дружеский деловой обед.

— Хорошо, — я высвободила руку. — Обед у нас в час. Обычно я обедаю в кафе напротив.

— Хорошо. В час я за тобой зайду.

— Сказала бы, что буду ждать, — я встала. — Но я не буду. А ты лучше ознакомься внимательно с документами. — Я расправила плечи и вышла из его кабинета.

Дошла до своего кабинета и плюхнулась на своё кресло. Сложила руки на столе и уронила голову на руки. За что мне это? Где я нагрешила? Я ведь была примерной женой и матерью. Даже по воскресеньям ходила в храм. Но нет, кто-то свыше посчитал, что я спокойно живу, и послал мне Кирилла. Да, мне скучно живётся с моими тремя оболтусами. Теперь еще Кирилл прибавился.

Но раз я собралась с ним подружиться, то придётся. Всё, что было с нами, всё осталось в прошлом. Да трое пятнадцатилетних оболтусов в настоящем.

Я подняла голову. Всё, хватит хандрить. Просто нужно редко с ним видеться. И ты этому веришь, Евдокия? Конечно, я буду с ним редко видеться, учитывая, что мы работаем на одном этаже. Почему-то я уверена, что теперь каждый день он будет обедать со мной. И ведь не отстанет. Знаю его. А послать я его не могу. Он все-таки мой босс. Уволить не уволит, но может создать такие неприятности, что я сама захочу уволиться.

Глава 15

Евдокия

Прошлое

Я зашла в кабинет Игоря. Он сидел весь бледный и держался за голову.

— Игорь, — мягко его позвала. Игорь на меня поднял взгляд. — Снова болит голова? — я прошла к нему. Встала за спиной и начала массировать виски. Он со стоном прикрыл глаза. — Иди домой.

— У нас крупный контракт на носу. Я должен подготовиться.

— Мы с Димой без тебя справимся. Иди домой, отлежись. Если что, мальчики тебе помогут. Они скоро должны с тренировки прийти. — Нагнулась и поцеловала его в макушку. — Ты нам здоровый нужен. Последнее время ты часто жалуешься на головную боль. Я тебя на послезавтра записала к врачу. Так продолжаться не может.

— Хорошо. Точно справитесь? — он запрокинул голову и посмотрел на меня.

— Точно, — я поцеловала его в губы. — Иди домой.

— Хорошо.

Игорь ушёл, а мы с Дмитрием занялись контрактом, за который Игорь переживал.

Домой я приехала уставшая и перед самым ужином. Сыновья играли в приставку.

— Где отец? — спросила я их.

— Он ушёл в комнату. Ему стало плохо, и он сказал, что пойдет полежит.

— Ясно.

Я поднялась на второй этаж и направилась в нашу комнату. Какое-то у меня было нехорошее предчувствие. Открыла дверь и замерла. Игорь бледный и с синими губами лежал на полу.

— Игорь! — закричала я и кинулась к мужу. — Игорь, родной, очнись! — я похлопала его по щекам. Ноль реакции. — Боже мой, Игорь!

— Мама, что случилось? — в комнате появились сыновья.

— Скорую вызывайте! — крикнула я. Меня от страха лихорадило. — Игорь, родной, пожалуйста, открой глаза! Игорь! — я нагнулась к его груди, чтобы послушать сердце. Грудь еле поднималась. Жив.

Я сидела рядом с ним, пока не приехала скорая. Его забрали в клинику. Я сказала адрес клиники, в которой мы наблюдаемся всей семьёй. Главврач клиники был другом отца Игоря.

Сыновья не остались дома и поехали вместе со мной в клинику. По пути я позвонила свекрови и Дмитрию. Через пять минут, как мы приехали в клинику, приехали Дмитрий и свекровь.

— Но что там? — кинулась свекровь ко мне.

— Не знаю. Его повезли на обследование, — сказала я нервно. Я стала заламывать руки. — Ведь сколько раз ему говорила, проверься. Но он всё некогда и некогда, работы много.

Теперь мы все стали ждать новости. Сыновья силой меня усадили на стул. От волнения я не могла спокойно себя вести и мерила шагами коридор.

К нам вышел представительный мужчина лет семидесяти с небольшим животиком и сединой в темных волосах. У него в руках были снимки и какие-то бумаги.

— Но что там? — кинулась к нему свекровь. — Валя, не томи!

— Пройдёмте ко мне в кабинет.

— Мальчики, подождите тут, — попросила я сыновей. Сыновья не стали спорить и остались ждать в коридоре.

— Валя, не томи. Ты меня пугаешь, — сказала свекровь, входя в кабинет.

— Порадовать вас ничем не могу, — Валентин сел за стол и положил снимки на стол. — У Игоря глиобластома.

— Что это? — спросил Дмитрий.

— Опухоль мозга, — ответил Валентин.

— О боже, — свекровь схватилась за сердце. — Как же так?

— Ее можно прооперировать? — спросила я.

— К сожалению, нет, — развёл руками Валентин. Он встал, взял снимки и положил их на панель, на которой просматривают рентгеновские снимки. Просветил снимки. Указкой он показал на снимки. — Видите вот это чёрное пятно. Это и есть опухоль. Она находиться в таком месте, где до нее не добраться. Можно попробовать. Но пока мы до нее доберёмся, можем повредить мозг, и Игорь останется овощем.

— А что же тогда делать? — спросила свекровь.

— Сначала проведём полное обследование. По результатам обследования уже можно говорить, какое лечение лучше назначить.

— Но и лечение не может дать стопроцентной гарантии, что Игорь выздоровеет, — заметила я.

— Вы правы. Но будем надеяться на лучшее.

Свекровь спрятала лицо в руках и расплакалась. Я ее обняла и успокаивающе гладила по спине, а у самой слезы текли. Как же так? Ведь все у нас было хорошо. Ничего не предвещало беды. Ведь мы были так счастливы. А теперь что? Теперь нам нужно бороться за жизнь Игоря. И я сделаю все возможное, чтобы он жил, даже если он этого сам не захочет.

И как оказалось, мне пришлось его уговаривать уже на следующий день. Фирму я оставила на Дмитрия, а сама поехала в клинику к Игорю.

Меня уже встречали.

— Валентин Петрович, доброе утро, — поздоровалась я с врачом.

— Доброе утро, Евдокия, — Валентин Петрович взял меня под руку, и так мы шли по коридору клиники. — Голубушка, помогайте.

— Что случилось, Валентин Петрович? — забеспокоилась я.

— Я сообщил вашему мужу, что с ним. Предложил ему пройти обследование и по результатам обследования назначить лечение. Сразу сказал, что хирургически ее удалить нельзя. Но он дальше меня не стал слушать. Сказал, что ничего не хочет. Все равно умрёт. Голубушка, но ведь так нельзя. Нужно ведь попытаться. Маленький шанс, но есть вылечить опухоль. Но Игорь не хочет использовать этот шанс.

Глава 16

Прошлое

Я зашла в палату к Игорю. Он сидел на кровати и смотрел стеклянным взглядом в окно.

— Привет, родной, — я подошла и поцеловала его в щеку. — Что случилось?

— У меня волосы выпадают, — сказал Игорь. Он провёл рукой по волосам, и у него в руках остался внушительный клок волос.

— Поэтому ты попросил принести машинку для стрижки волос? — я положила на кровать пакет с машинкой.

— Да. Выходить из клиники мне нельзя. А я не могу смотреть на то, как каждый день оставляю волосы на подушке.

— Ничего. Скоро всё пройдёт. Вот выздоровеешь и у тебя снова будут красивые густые волосы.

Я поставила на середину палаты стул. Постелила на пол старые газеты, которые прихватила из дома. Игорь сел на стул.

— Как мальчишки? — спросил он.

— Нормально. Все порывались к тебе. Но сам понимаешь, нельзя. Говорят, не хотят с тобой по видеосвязи говорить. Хотят лично увидеть.

— Передай, что скоро увидимся.

— Обязательно.

Я принялась за стрижку. Благо рука на трех сорванцах набита. Сейчас они ходят в парикмахерскую, а когда были маленькие, не любили они, чтобы чужие тети их стригли.

Игорь почти месяц лечится. Я каждый день после работы прихожу. И каждый день в чистой, отглаженной и отпаренной одежде. Валентин Петрович сказал, что Игорю сейчас любой вирус опасен. Вот я каждый день ношу чистую одежду. Я ее каждый день стираю при девяносто градусах. Глажу, а потом еще и отпаривателем прохожусь. Кроксы тоже каждый день мою. В горячей воде и еще на них бахилы надеваю. Но куда же без маски и одноразовых перчаток. Телефон обрабатываю антисептическими салфетками несколько раз. В таком амбудировании я прихожу каждый день к Игорю. Ему назначали лечение в то время, когда я прихожу. Поэтому я хожу с ним. Так ему спокойнее, пока ему вводят лекарства, я держу его за руку. Приходится сидеть и терпеть всё время его лечения. И каждый раз молилась о том, чтобы лечение помогло.

— Всё готово, — сказала, заканчивая стрижку.

— Непривычно, — Игорь провёл рукой по коротким волосам. Совсем налысо я не стала его стричь. Только очень коротко, до двух сантиметров оставила.

— Отрастут, как только выздоровеешь.

— Дуня, — Игорь взял меня за руку и поставил напротив себя. — Сколько ты будешь со мной возиться?

— Сколько потребуется, пока ты не выздоровеешь, — я взяла его за вторую руку. — Ты обязательно выздоровеешь, дорогой, и всё будет как раньше. Ты будешь гонять тройняшек и строить своих подчинённых. А я, как всегда, буду держать нейтралитет и делать вид, что так и надо. Ты будешь строгим начальником, а я твоим экономистом. Будем каждые выходные отдыхать на природе и жарить шашлыки. А хочешь, когда ты выздоровеешь, мы поедем на твою любимую базу отдыха? Отпросим мальчишек со школы и тренировок и вместе с ними рванём.

— Хочу, — улыбнулся Игорь. — Много мяса хочу.

— Будет тебе много мяса.

— А ты приготовишь свою фирменную утку и с песенной картошечкой. А тесть привезёт грибочки.

— Приготовлю, и папа привезёт. Если Валентин Петрович разрешит, вы с папой под эти грибочки отметите твое выздоровление.

— Дуня, — он притянул меня к себе, обнял и прижался головой к моему животу. — Эти пятнадцать лет были лучшими в моей жизни. Я рад, что я тогда присел рядом с одинокой плачущей девушкой. Ты подарила мне семью, о которой я не мог мечтать. Ты подарила мне трех замечательных сыновей. Спасибо тебе за них.

— Это тебе спасибо за то, что стал им настоящим отцом. Я тогда, пятнадцать лет назад, от отчаяния не знала, что делать. Ты меня спас. Это ты подарил мне семью, а моим сыновьям стал настоящим отцом. И я сделаю всё возможное, чтобы ты и остался им отцом.

— Я тоже хочу продолжать быть им отцом.

— Для этого тебе нужно выздороветь. И ты обязательно выздоровеешь.

— Ты не устала со мной нянчиться?

— Нет.

— Ты с работы сразу ко мне. Ты теперь устаёшь.

— Нет, — соврала я. Не нужно ему знать, что домой я прихожу вся разбитая и еле стою на ногах. — Мальчики всё это время себя хорошо ведут. Ксения Евгеньевна кормит мальчишек. Вместе с Татьяной убирают дом до блеска. Так мне остается только покушать и лечь спать. Так что всё в порядке. — Я услышала за дверью шаги. — Иди. За тобой идут. Я уберу и приду к тебе.

— Хорошо, — Игорь встал. В палату вошла медсестра.

— Отлично выглядите, Игорь Романович, — сказала медсестра, заметив стрижку Игоря. — Пошлите.

— Пошлите, — сказал бодро Игорь.

Я убрала его волосы. Убрала машинку для стрижки волос в пакет. Снова пожелала себе удачи, как все эти дни и пошла вслед за Игорем.

И как все эти дни сидела и держала Игоря за руку, пока ему вводили лекарства. Потом помогала добираться ему до палаты. После лечения он был вялый и сонный. Я довела его до палаты и уложила в кровать.

— Можешь завтра не приходить, — сказал сонно Игорь. — Устрой себе выходной.

— Вот как тебя вылечат, так устрою себе выходной, — сказала я, укрывая его одеялом. — Спи. Я посижу, пока ты не заснёшь.

Глава 17

Прошлое

Мы с Игорем сидели в его палате и ждали доктора. С нетерпением. Сегодня должны были прийти его анализы. Мы должны узнать, помогло ли лечение. Последние дни я стала замечать, что Игорь стал лучше выглядеть и даже набрался немного сил. Я молилась, чтобы анализы пришли хорошие.

В палату зашёл Валентин Петрович. Он не был лечащим врачом Игоря. Он был главврачом клиники. Но сегодня он зашёл. У него в руках были какие-то бумаги.

— Но что там, Валентин Петрович? — спросила я с нетерпением.

— Но что могу сказать, — Валентин Петрович просмотрел бумаги. — Могу обрадовать вас, лечение прошло успешно.

— Вы серьёзно? — спросила я, сжав руку Игоря.

— Серьёзно. К сожалению, опухоль полностью удалить мы не смогли, но вот ее рост и распространение удалось предотвратить. У тебя ремиссия, Игорь.

— Валентин Петрович, вы говорили, что лечение может быть долгим, а прошло только три месяца, — заметила я.

— Сам думал, что лечение будет долгим. Но видимо, сам пациент хотел быстрее выздороветь. У него была мощная поддержка, и это помогло. — Валентин Петрович из кармана халата достал баночку с таблетками и протянул ее Игорю. — Ремиссия наступила, но из-за расположения опухоли могут быть головные боли. Эти обезболивающие должны помочь. Они выдаются только по рецепту. — Он положил еще листок на тумбочку. — Здесь расписано, как их пить.

— Спасибо, Валентин Петрович, — сказала я радостно.

— Мы подержим его несколько дней в поликлинике, чтобы он набрался сил после процедур, и сможете забрать его домой. Но всё равно раз в две недели нужно ходить на проверку.

— Хорошо. Он обязательно будет ходить, — заверила я доктора.

— Надеюсь, больше не попадешь сюда на лечение, — сказал с улыбкой Валентин Петрович. Он похлопал Игоря по плечу и вышел.

— Игорь! — я кинулась Игорю на шею и крепко его обняла. — У нас получилось.

— У нас получилось, — повторил Игорь, обнимая меня. Он крепко обнял меня и уткнулся носом мне в плечо. — Спасибо тебе.

— За что?

— За то, что была рядом все эти месяцы.

— Я не могла поступить иначе. Ты мой муж, и я не могла тебя бросить, — я встала и поцеловала его в макушку. — Я пошла приготовлюдом к твоему возвращению. Спрошу у твоего лечащего врача, что тебе можно кушать. Вернёшься домой, буду откармливать, а то за эти три месяца похудел. Вон одежда на тебе висит. Мальчики очень обрадуются, когда узнают, что ты возвращаешься домой.

Я ушла. Домой я не шла, а летела. Три месяца моего личного ада подошли к концу. Игорь вернётся, и все снова будет как прежде. Больше мне не придется делать вид, что я сильная женщина, и тайком плакать в подушку. Пока Игорь не наберётся сил, на работу я его не пущу. Да и не нужно ему знать, что все доходы фирмы уходили на его лечение. Теперь нужно придумать, как за несколько месяцев повысить доход фирмы, а то денег осталось только на то, чтобы выплатить работникам зарплаты.

Я радостная влетела домой. Энергия так и била через край.

— Мальчики! — радостно закричала я. — Папа скоро вернётся домой!

Тут же на площадке второго этажа показались взволнованные три мордашки. Похожие три мордашки. Идентичные близнецы. Точнее, тройняшки.

— Мам, ты серьёзно? — спросил тот, что стоял посередине — Ромка.

— Серьезно. Папа вылечился. Так что нужно всё приготовить к его возвращению. Только, мальчики, папа после лечения еще слаб, ведите себя хорошо и не заставляйте папу волноваться.

— Хорошо! — сказали хором тройняшки и убежали.

Я пошла на кухню со списком, который мне дал лечащий врач, что ему можно ему кушать, что нельзя. Этот список предоставила Ксении Евгеньевне. Ксения Евгеньевна обещала всё сделать. Она тоже радовалась. С Татьяной, горничной, мы начали убирать дом. Как оказалось, в доме оказалось много хлама.

И вот через три дня я привела в дом Игоря, который он покинул три месяца назад. Не успел он переступить порог дома, как на него налетели три урагана.

— Папа! — радостно закричали тройняшки.

— Парни, — Игорь ухитрился всех троих обнять. — Как вы за три месяца вымахали!

— Старались, — сказал Славка.

— Неужели вы ничего не натворили и дома всё спокойно? — скептически спросил Игорь.

— Да! — сказали хором тройняшки.

— Долго продержались? — тихо засмеялся Игорь.

— Три дня, — ответила я за них.

— И что, ни с кем не подрались?

— Нет! — снова сказали хором тройняшки.

— Удивительно, — протянул Игорь. — Но что, проведёте меня в комнату? Я устал.

— Конечно!

Мои мужчины направились наверх. Я смотрела с улыбкой им вслед. Теперь будет всё хорошо. Лишь бы болезнь больше не вернулась.

Так я думала три месяца. Три месяца было всё хорошо. Только головные боли мучили Игоря. Но обезболивающие ему помогали. Он набрался сил. Поправился. Даже волосы стали расти. Всё свободное время проводил с мальчишками. Стал ходить на работу. Он узнал, что весь доход фирмы уходил на его лечение, но ничего не сказал. Вечера были наши. Мы ходили на свидание. Он мне устраивал волшебные свидания и ночи. Я была безмерно счастлива. У меня лучший муж, и будет лучше, если он им так и останется.

Глава 18

Евдокия

Настоящее

Я смахнула слезы с щек. Я думала, все прошло, я успокоилась. Но нет. Все так же больно.

Игорь перед смертью позаботился о нас. Он успел написать завещание. Фирму он оставлял мальчикам. Диме вернул его долю в фирме. Диме не пришлось ждать полгода, чтобы получить свою долю. Игорь сделал все так, что Дима получил свою долю сразу после прочтения завещания. Мне достался дом, в котором мы живем, его машина и крупный счет в банке. Машину я продала, мне она не нужна. У меня есть своя. Пока мальчикам не исполнится восемнадцать лет, я буду управлять фирмой. Это тоже было пожелание Игоря. Если честно, меня устраивало быть начальником экономического отдела. В гендиректора фирмы я не метила. Но ради мальчиков пришлось переквалифицироваться. Спасибо Диме, помогал мне. Я предложила ему занять мое место, но он отказался. Сказал, что его устраивает его место. Да и Игорь завещал это место мне, а не ему, а он будет помогать чем сможет. Пока этот месяц я справлялась.

Я тряхнула головой, прогоняя воспоминания, и принялась за работу. К концу рабочего дня готова была выругаться. Так крупно и совсем не интеллигентно. Снова у меня ничего не сходилось. И, кажется, кто-то по-крупному разоряет фирму. Хоть завтра выходной, но, видно, мне придется работать. Я должна выяснить, кто пытается потопить фирму. Если дальше продолжится, даже холдинг Кирилла не поможет — фирма разорится. Хоть прошло ничего после продажи, видно, что фирма не выплыла. Я должна приложить все силы, чтобы сохранить фирму для сыновей.

— Дуня, ты домой собираешься? — заглянул ко мне в кабинет Дмитрий.

— А что, рабочий день уже закончен? — Я оторвалась от бумаг.

— Да. Полчаса как.

— Дима, я ничего не понимаю. — Я положила руку на документы. — Я думала, если продам фирму, будет полегче. Но все равно деньги продолжают ускользать. И теперь все в большем объёме. А в этих документах я совсем запуталась. Видно, завтра придется дополнительно поработать.

— Дунь, я обещал своим завтра в зоопарк.

— Иди, конечно. Я одна справлюсь. Я буду понемногу просматривать документы из отделов. Благо у нас их не так уж много. Может, за несколько недель справлюсь. — Я встала. — Пошли домой. Я устала.

— Тебя сегодня в обед видели с новым боссом, — сказал Дима, когда мы спускались вниз. — Что он хотел?

— Хотел узнать, как у нас на фирме дела. Я честно ему все рассказала. Он тоже обещал со всем этим разобраться. А ты что узнал?

— У меня тоже всё пусто. Тот, кто все это затеял, хорошо подготовился и скрывает следы.

— Да что же это такое! — Я готова была головой об стену биться.

— Новиков вроде бы толковый мужик. Уверен, он не захочет, чтобы из его холдинга утекали деньги. Разберётся.

— Надеюсь. — Мы вышли на парковку. — Увидимся в понедельник.

— До понедельника.

Мы сели в машины, разъехались. Я приехала домой. На хаос в доме я уже давно внимание не обращаю. Когда у тебя дома три подростка, три кошки и три собаки, это обычное дело.

— Мама! — остановил меня на середине лестницы, ведущей на второй этаж, возглас.

Я повернулась. Все трое стояли передо мной. С просящими лицами. Я возвела глаза к потолку. Как же мне не хватает Игоря. Он одним взглядом мог с ними справиться.

— Что случилось?

— Мам, а можно мы завтра к Стасу пойдём? — спросил Ромка.

— Надолго?

— Но мы хотели с ним немного потусить. Так, погулять, в кино сходить, с ребятами пообщаться, — перечислил программу завтрашнего дня Родя.

— Пиво, девочки?

— Мама, но какое пиво? У нас режим, — возмутился Славка. — Да и пиво нам не продадут.

— Значит, девочки будет, — старалась удержать я серьёзное лицо.

— Мам! — раздался возмущенных хор голосов.

— Хорошо. Можете идти. Только никуда не ввязываться и ни с кем не драться. Я все равно завтра собиралась на работу.

— Мам, так завтра суббота, — сказал Слава.

— Знаю. Просто у нас на фирме небольшие проблемы. Вот и придётся немного поработать. Я могу идти? Мне нужно переодеться и принять душ.

— Можешь, — сказали хором парни.

— Спасибо, — сказала я с улыбкой.

Я быстро скрылась в своей комнате, пока меня снова не остановили.

Я приняла душ, переоделась и спустилась вниз. Кошки и собаки лежали на диване. Пока я принимала душ и переодевалась, Танюша успела немного прибраться.

Мы поужинали. Парни за ужином обсуждали завтрашний день. Да, программа у них была насыщенная. Иногда я думаю, откуда берётся столько энергии у парней. Зато когда у них кончается заряд батареи, они отрубаются, стоит голове коснуться подушки. С самого детства так.

На следующее утро я, как обычно, встала под звуки громкого хаоса. Пока я приводила себя в порядок, парней и след простыл. Я позавтракала и отправилась на работу.

У меня были ключи от всех кабинетов в фирме. Как хорошо быть хозяйкой фирмы — ключи от всех дверей. Я поздоровалась с охранником, прошла. Решила начать со своего родного экономического отдела.