Бывшие. (не) Любимая для босса

Пролог

Анастасия Сафонова

30 лет.

Начало июня, Москва

Я вошла в кабинет генерального директора агентства «Гранд» ровно в одиннадцать утра, минута в минуту.

Специально подгадывала время, чтобы не дать Доронину даже малейшей возможности меня упрекнуть.

Не получится у него обвинить меня в медлительности и непунктуальности.

Алексей стоял лицом к окну, небрежно засунув руки в карманы брюк. Но при звуке открывшейся двери тут же развернулся, подошел к столу и начал меня разглядывать.

Оценивающе рассматривал, спокойно и откровенно. Так лаборант на зверька смотрит, думая, как ещё его можно помучить. Какой опыт поставить, чтобы добиться желаемого эффекта.

Сердце пропустило удар, потом второй, а потом стало биться в учащенном темпе. А во рту появился отчетливый привкус горечи.

Как будто настойку полыни хлебнула.

Дышать было трудно, но я всё же заставила себя сделать вдох.

Один. Второй. Третий.

А потом выключила в себе обиженную женщину и включила «профессионала». Сделав лицо кирпичом, расправила плечи, прошла вперед и смело посмотрела в лицо нового босса.

— Здравствуйте, Алексей Михайлович. Вызывали? — спросила нейтральным голосом.

Никакой злости, обиды или холода. Сплошное равнодушие и спокойствие. Ровное отношение сотрудника к своему новому шефу.

Интуитивно почувствовала, что это лучшая тактика. Ничего личного, просто работа.

Чтобы Доронин не решил, что я спустя столько лет всё еще сохну и страдаю по нему.

Алекс в ответ на мое приветствие хмыкнул, а потом демонстративно уселся в кресло и закинул ногу на ногу.

— А что сразу Алексей Михайлович, Настёна? Еще бы господином директором меня назвала, — усмехнулся, продолжая сканировать взглядом. — Можешь звать меня просто Алекс. Мы ведь старые знакомые, не так ли? И присаживайся, не стой.

Стараясь казаться невозмутимой, я опустилась в кресло для посетителей и ответила тем же ровным тоном.

— Мы были знакомы когда-то очень давно. Можно сказать, в другой жизни. Так что не вижу поводов для фамильярности. Не нужно звать меня Настеной. Для клиентов, начальства и коллег я — Анастасия Юрьевна. В крайнем случае — Анастасия.

После моих слов в кабинете повисла мертвая тишина. Пару минут мы молча смотрели друг на друга, устраивая молчаливую дуэль.

А потом глаза Алексея внезапно потемнели. Он подался вперед так резко, что под ним скрипнула дорогая кожа кресла.

Обжег меня ледяным взглядом и процедил ядовито:

— Да неужели? А с предыдущим боссом ты вроде бы была сговорчивее и покладистее. Смотрю, он нашел к тебе особый подход, да?

—О чем ты говоришь? — нахмурилась, не понимая, куда клонит Доронин.

— Да слухи по офису ходят. Говорят, ты с Игорем Петровичем была очень... близка. Настолько, что он тебе отдавал лучшие объекты. Да и сам Зырянов тебя так расхваливал, что у меня чуть рот от этой хвалебной патоки не слипся… Что, Настен, хорошо его обслуживала, да? Раз он так старательно тебя проталкивал наверх?

От услышанного кровь мгновенно ударила в лицо. А от былого спокойствия не осталось ни капли.

Я смерила Алекса презрительным взглядом и покачала головой. Да, кажется, горбатого только могила и исправит. А молодой мудак с возрастом не исправляется, а всего лишь становится старым мудаком.

Господи, целых десять лет прошло, а Алекс, похоже, стал еще большим подонком, чем был. Сразу с оскорблений начал.

— Не знаю, кто и что именно тебе напел про меня. Но это наглая клевета, — голос дрогнул от возмущения, и я невольно перешла на «ты». — У меня не было интимной связи с Зыряновым. И ты не имеешь права…

— Я имею право на всё, — перебил жёстко. — Я новый генеральный директор. И я имею право знать всё о своих сотрудниках. Мне в коллективе нужны надежные люди, умеющие выполнять свою работу на высшем уровне, а не те, кто раздвигает ноги перед покровителями.

— А что, я плохой сотрудник?! — взвилась я, невольно повысив голос. Своим наездом на меня Алекс перешел все границы. — Я пахала сутками годы напролет, пока такие, как ты, сынки долларовых миллиардеров, отдыхали на яхтах и нежились на Карибах. Год за годом я поднималась по карьерной лестнице, работала, не покладая рук, заключала сделки, принося агентству прибыль. Ты хоть документы видел? Видел стату моих продаж? Или ты думаешь, что ослепленный страстью Петрович просто нарисовал мне красивые цифры? И договора подделал, и банковские переводы от клиентов? Или думаешь, он за меня по встречам бегал, убеждая клиентов купить жилье?

— Тихо, — Доронин резко осадил меня. — Не кричи. Я терпеть не могу истерик.

Я замолчала, тяжело дыша. Но не потому, что он приказал заткнуться, а потому что не хотела окончательно сорваться.

Выдержка и так подвела конкретно. Этот подонок слишком сильно своими обвинениями задел за живое.

А я хотела сохранить лицо и чувство собственного достоинства.

— Знаешь, — немного успокоившись и начав себя контролировать, взглянула в лицо Алексу. — Я не знаю, почему ты так хочешь выставить меня шлюхой. Что тогда, что сейчас. Я вроде бы поводов не давала, не крутила у тебя под носом с другими, и ты был у меня первым мужчиной. Мне жаль, что я имела глупость с тобой взяться. Знай я тогда, чем всё закончится, то бежала бы от тебя как черт от ладана.