Бывшие. Право на сына

Добро пожаловать!

Друзья мои!

Добро пожаловать в мою острую историю!

Двое взрослых и один ребёнок...

Помните, дорогие и любимые читатели,

мой муз мурчит от удовольствия, когда видит ваши звёзды и комментарии ) Я тоже.

Подписывайтесь, добавляйте книгу в библиотеку и полетели!

С любовью, Ваша Наташа )

Глава 1.

— Ты очень красивая, Анечка, — Дмитрий накрыл мою ладонь своей рукой. — Я хотел сказать...

"Сказать" он не успевает. В моей сумочке зазвонил телефон.

Дмитрий поморщился и отпустил мою руку. Я виновато улыбнулась и потянулась к сумке. Обычно я не отвечала на звонки во время свиданий — это было невежливо, — но сейчас что-то кольнуло внутри. Материнское чутье.

На экране высветилось: «Лариса, соседка».

— Извини, — я поднесла трубку к уху. — Алло?

— Анечка, детка, — голос Ларисы дрожал, — ты только не пугайся, но... Данилку увезли в больницу. Прямо с тренировки.

Мир качнулся. Бордовые розы на белой скатерти, мягкий свет люстр, белые тарелки с недоеденными десертами — всё поплыло перед глазами.

— Что случилось? — я уже поднималась, роняя салфетку на пол.

— Упал на тренировке, ударился плечом. Там такая куча мала была, что у меня самой чуть сердце не остановилось. Тренер говорит, возможно, перелом. Он с Даней поехал. Скорая повезла в травматологию. А я не могу, детка. Мне самой плохо. Отдышаться не могу.

Травматологию. Я уже судорожно открывала приложение такси, пальцы дрожали.

— Еду! Я сейчас буду! В какую больницу?

— В городскую травму, на...

— Аня, что случилось? — Дмитрий встал, но в его голосе слышалось скорее недовольство, чем беспокойство.

— Даня... сын... его в больницу повезли. Извини, мне нужно ехать. Прямо сейчас.

Я понимаю, что порчу нам праздник. Я так ждала этого 14 февраля. Так мечтала. Заранее с соседкой договорилась, чтоб она сына на тренировку отвела. И Дима не подвёл –– розы, шикарный ресторан, обещание жаркого продолжения вечера… и Данька всё испортил.

— Серьёзно? — Дмитрий провёл рукой по волосам. — Аня, я понимаю, конечно, но... мы же только...

Я не слушала. Уже набирала адрес больницы в телефоне.

— Стой. Не надо такси. Я отвезу, — он достал ключи от машины, и в этом жесте было что-то показное. Благородство напоказ. — Поехали.

Он сам вытащил роскошные бордовые розы из вазы и мы молча пошли к машине. Февральский вечер ударил холодом в лицо. Я куталась в пальто, прижимая к себе розы, которые вдруг показались совершенно ненужными.

В машине я позвонила тренеру — сбросил. Значит, с Даней. Значит, всё серьёзно. От этой мысли стало дурно. Чёртов хоккей!

— Дети падают постоянно, — Дмитрий включил музыку погромче. — Это же хоккей. Ты слишком переживаешь, Ань.

Я промолчала. Сжала телефон в руке так, что побелели костяшки пальцев.

Перед глазами стояло лицо Дани — темноволосого, с невозможно голубыми глазами и упрямым подбородком. Мой мальчик. Моё всё.

Год назад я перевезла его в столицу, бросив налаженную жизнь, клиентов, квартиру. Ради его таланта, ради этого хоккея, которым он бредил с трёх лет. Ради шанса, который выпадает одному из тысячи.

«Только не сейчас, — молилась я, сжимая в руках розы, не обращая внимания на острые шипы. — Только не перелом. Всё что угодно, только не это».

Дима остановил машину у дверей приёмного отделения.

— Спасибо, — я уже открывала дверь.

— Ань, я не пойду с тобой, — Дима смотрел куда-то в сторону. — Понимаешь, я не очень... ну, это же больница. Да и не мой ребёнок, в конце концов. Ты не обижайся.

Его слова больно резанули.

Я обернулась. Посмотрела на него — красивого, ухоженного, в дорогом пальто. И вдруг так ясно увидела: он никогда не примет Даньку. Никогда не станет ему хорошим отчимом, не то что отцом.

— Не обижаюсь, — ответила ровно. — Всё правильно. Спасибо, что подвёз.

И захлопнула дверь, не дожидаясь ответа…