Бывшие. Второй шанс на счастье

Глава 1

Улыбка медленно сходит с моего лица, когда я вижу, как в двери зимнего ресторана входит мой бывший муж, Сергей. Рядом с ним уверенно вышагивает сногсшибательная брюнетка: огромный бюст, узкая талия и широкие бедра. Обтянутая в гладкий шелк, ее фигура кажется ненатуральной. Впрочем, наверняка так и есть, если учесть профессию моего бывшего мужа. Знаменитый пластический хирург, построивший за короткий срок блестящую карьеру. Клиентами его были не только звезды отечественного шоу-бизнеса, но и именитые политики, их любовницы и жены. Наше прошлое знакомство оставило неизгладимый след в моей душе. Ведь когда-то он спас мне жизнь, а потом без сожаления ее разрушил.

Делаю глоток шампанского, чтобы снизить эмоциональное напряжение. Смотрю куда угодно, только не на вошедшую парочку.

— Оксана, — слышу глубокий, бархатный голос и с улыбкой поворачиваюсь к Марку, близкому знакомому, который пригласил меня сегодня в ресторан.

Вот только улыбка тут же маской застывает на моем лице, когда рядом с Марком оказывается мой бывший муж и его пассия.

— Позволь познакомить тебя с моими друзьями, — улыбается Марк, не понимая, что происходит в моей душе. — Это Сергей Беляев и его подруга Марина.

Улыбаюсь через силу. Надо было, конечно, сразу встать и уйти, но строгое воспитание не позволяет этого сделать.

Беляев молчит, а я растерянно смотрю на собравшихся. Затем беру себя в руки и растягиваю губы в еще более широкой, фальшивой улыбке.

— Приятно познакомиться! — хриплым от волнения голосом произношу я, а потом слишком ласково обращаюсь к Марку. — Дорогой, ты не говорил, что будешь с друзьями.

Сергей бросает в мою сторону мрачный взгляд и садится напротив, продолжая сверлить своим взглядом. Марина, сев рядом с ним, начинает без зазрения совести ластиться к Беляеву, показывая всем и вся, что это ее мужчина. Не чувствую ревности, а лишь волну презрения и негодования. Так вот, значит, чего ему не хватало! Ради такой женщины он бросил меня…

Марк, заметив мое расположение, начинает светиться от радости.

— Ты знаешь, я и сам не знал, что встречу Сергея сегодня здесь, в ресторане. Наверняка, это судьба! — вынес предположение он.

Сергей тем временем взял в руки свободный бокал и налил в него купленное мною шампанское.

— Да уж, пожалуй! — ответил он и, сделав глоток, насмешливо отсалютовал мне бокалом.

Во мне всколыхнулись злость и обида. После всего, что он сделал, он смеет еще и язвить?

«Ну нет, дорогой, победителем ты не будешь!» — решила я наказать наглеца.

— Ну что же мы так сидим? Давайте познакомимся! Вот вы, Сергей, чем занимаетесь? — приторно улыбнулась я.

Беляев прожег меня взглядом, но не стал отвечать. Вместо него в разговор влезла Марина.

— О боже, вы его не узнали? — недоуменно захлопала она большими ресницами. — Это же Сергей Беляев. Известный пластический хирург. Звезда современной медицины. Сама королева эстрады доверяет свое тело только его рукам.

— Да вы что? — сделала удивленное лицо, с удовлетворением наблюдая за тем, как физиономия бывшего мужа покрылась красными пятнами от злости.

Марина, не чувствуя подвоха, продолжила свои хвалебные речи.

— Да, представляете. Вы бы знали, какая чудесная у него получается грудь.

— Верю на слово, — усмехнулась я, глядя на то, как женщина обводит руками свои внушительные прелести.

— А еще он…

Беляев резко поставил на стол бокал, тем самым перебив свою подругу. Она недоуменно захлопала ресницами и обиженно надула губки-уточки. Наверняка тоже работа моего мужа.

— А вы чем занимаетесь? — набросился на меня Беляев с расспросами. — Оксана? Вас, кажется, так зовут?

И как это понимать? Он решил причинить мне боль?

Нет уж, ничего у тебя, мерзавец, не выйдет!

— Да, именно так! — в моем голосе прозвенела сталь. — У вас, однако, хорошая память, — снова подколола бывшего мужа.

Тот скрипнул зубами от злости, раздраженно сжал пальцами бокал и выпил содержимое до дна.

К нашему столику подошел официант и предложил меню.

Пробежавшись взглядом по длинным названиям, я выбрала легкий овощной салат и утку с апельсинами в медово-горчичном соусе. Марк заказал мясо на гриле с овощами, а Сергей решил расщедриться и попросил принести бутылку дорогого французского вина. Марина выбрала странный на вид зеленый салат с чукой в ореховом соусе. По цвету он больше напоминал цвет детской неожиданности, но кто я такая, чтобы решать, кому что есть.

Когда официант ушел, Марк стал расхваливать меня, вызвав во мне при этом легкое раздражение.

— Оксана — чудесная женщина. Она работает с особенными детьми.

Беляев, услышав эти слова, напрягся. Марина же сидела и слушала Марка со скучающим выражением на лице. Видимо, дети ее не слишком интересовали. Впрочем, понятно, почему Сергей выбрал именно ее в свои спутницы. Детей он тоже не жаловал, как выяснилось потом.

— Да неужели? Никогда бы не подумал! — с издевкой подколол меня Беляев, вызвав во мне бурю негодования.

Глава 2

Официант, забрав меню, стремительно унес наш заказ на кухню. Я же решила покинуть собравшихся и посетить дамскую комнату. Марина снова прильнула к Беляеву, но тот с раздражением оттолкнул ее. Со стороны это выглядело не слишком красиво, и мне на краткий миг даже стало жаль брюнетку. Я понимала, что она чувствует, ведь не так давно Сергей так же, за ненужностью, выбросил на помойку наш брак.

Пока я медленно шла, минуя широкие круглые столики, чувствовала спиной обжигающий взгляд двух мужчин. Марк мне нравился. Он часто делал намеки о том, что был бы не против начать более близкие отношения, но, однажды пережив глубокое предательство, я не горела желанием сближаться. Все мое свободное время и мою любовь занимали дети из детского дома. Я часто проводила бесплатную арт-терапию для деток и, являясь членом благотворительной организации, оказывала в том числе и финансовую помощь для покупки одежды, памперсов и прочих их нужд. Дети, чувствуя искреннюю любовь и заботу, тянулись ко мне. В эти моменты я была счастлива, и боль от невозможности прижать к груди собственного ребенка потихоньку отступала на второй план.

Скрывшись за дверью дамской комнаты, я придирчиво оглядела себя со стороны. Бледная кожа на щеках была тронута едва уловимым румянцем. Дрожащей рукой поправила светлые волосы, волной спадающие на тонкие плечи. Глаза лихорадочно блестели от пережитого нервного напряжения и приобрели невероятный, глубокий серый оттенок. Взволнованно облизала пухлые губки язычком и, достав из сумочки блеск, щедро смазала им их шершавую поверхность. Возвращаться назад катастрофически не хотелось. Но придется, ведь пригласивший меня сегодня сюда Марк ни в чем не виноват. Он, бедолага, и не подозревает, что Беляев – мой бывший муж.

Повздыхав над своим отражением несколько минут, я решила покинуть комнату. Вышла наружу и едва не уткнулась носом в широкую грудь Сергея.

— Ну здравствуй, Оксана! – прохрипел он тихо.

— Дай пройти! – не поздоровавшись в ответ, возмущенно прошипела я.

— Сначала поговорим. Не бойся, твой дружок никуда не денется!

— А я и не боюсь. С чего ты взял? – толкнув его плечом в живот, я попыталась протиснуться, но он грубо схватил меня за запястье.

— Не играй со мной. Я не в том настроении, – грубо рванул меня к себе, от чего я «впечаталась» в него, лишь слабо пискнув от боли.

— Ты в своем уме? – ахнула я. – Поменьше налегай на спиртное!

— Какие у тебя отношения с Марком? – сверкнув от злости глазами, продолжил Беляев.

— Тебя это каким боком касается? – я не на шутку разозлилась и готова была вцепиться в его лицо своими когтями.

— Он только что рассказал душещипательную историю о том, как вы мечтаете усыновить ребенка. Ты выходишь за него замуж?

От неожиданности я раскрыла рот и не смогла произнести ни слова. С Марком такой вопрос мы еще не обсуждали, но, вероятно, поэтому он и пригласил меня сегодня в ресторан. Усыновление ребенка для меня являлось не просто навязчивой идеей. Это стало самой большой мечтой. Но, находясь в разводе, это было очень непросто сделать, так как в приоритете на усыновление были полные семьи.

— Чего молчишь? – встряхнул он меня за руку.

В моей душе всколыхнулась такая дикая злость, что я, не выдержав, вырвала свою руку из захвата и с силой ударила бывшего мужа по лицу. Он, не ожидая подобного поведения, с раскрытым ртом смотрел на меня, не в силах поверить в происходящее.

— Перед тобой я отчитываться больше не обязана! – с ненавистью выплюнула ему в лицо и, развернувшись на каблуках, быстрым шагом направилась к гардеробной.

Суетливо порылась в сумочке и, найдя жетон, отдала его гардеробщику. Тот достал с вешалки мою любимую норковую шубку и аккуратно протянул ее мне. Поблагодарив гардеробщика, я взяла ее в руки, но, услышав шаги позади себя, обернулась.

— Сбегаешь? – издевательски произнес Сергей, потирая покрасневшую от удара щеку.

— А если и так, то что? – с вызовом ответила ему.

Надев шубку и застегнув все пуговички, я приняла воинственную позу. Не хотелось прилюдно устраивать скандал, но Беляев, вероятно, напрашивался.

— А как же Марк? – усмехнулся он горько. – Уж он-то точно не заслуживает подобного отношения. Беляев, подперев стену спиной, с язвительной усмешкой посмотрел на меня.

— С Марком я разберусь, а вот тебя я видеть больше не желаю.

— Даже так? – густые брови бывшего мужа удивленно взлетели вверх.

— Да, так, – ответила я с полной уверенностью.

Глядя на него, я чувствовала себя морально опустошенной. Былая любовь превратилась в пыль и где-то на задворках души отдавалась еще ноющей болью. Хотелось стереть все из памяти и больше не вспоминать никогда.

— Хм, вот значит, что, – задумчиво произнес он. – До сих пор еще злишься?

— Злюсь? – обескураженно рассмеялась я. – Злость – это не то чувство, которое я испытываю к тебе. Презрение – вот верное слово.

Беляев опалил меня жгучим взглядом, в котором на минуту промелькнул взрыв разных эмоций. Я смогла уловить только небольшую их часть, но и этого было достаточно.

— Надеюсь, мы больше никогда не увидимся, – посмотрев бывшему мужу в глаза, я резко развернулась назад и направилась к выходу.

Глава 3

Пока ехала в такси, достала телефон из сумочки и быстро набрала Марку сообщение о том, что мне пришлось срочно уехать. Он тут же перезвонил, и у нас с ним случился непростой разговор. Я понимала, что уйти, не поговорив с ним, было очень некрасиво с моей стороны.

Но как объяснить свои чувства, которые выворачивали душу наизнанку? Встреча с Сергеем разбередила старую рану, которая, как выяснилось, до сих пор еще не зажила.

Извинившись перед мужчиной, я пообещала вскоре приехать к нему домой и всё объяснить. Вот только Марк ответил, что пока не готов к разговору со мной. Он хотел сегодня сделать мне предложение, а теперь не знает, есть ли в этом какой-то смысл.

Услышав его слова, я едва не расплакалась. Пусть я и не любила Марка, но все же я могла дать нашим отношениям шанс. Марк знал о моей проблеме и был не против усыновить ребенка из детского дома. Всё могло бы решиться прямо сегодня, вот только Беляев пришел и всё разрушил. И стоит признать, что уже не в первый раз.

Вернувшись в пустую квартиру, сняв с себя шубу и сапоги, я прошла в зал и обессиленно рухнула на диван. Укрылась теплым шерстяным одеялом и судорожно разрыдалась, прокручивая в памяти прошедший вечер. Затем вспомнила вновь свою прежнюю жизнь, и стало так больно и одновременно с этим тоскливо. Наше знакомство с Сергеем начиналось со сказки, а закончилось, как у многих, – разводом.

В те годы я была еще студенткой Российской академии художеств, и мы с подругами отправились на каникулы на горнолыжный курорт. Время мы проводили чудесно: катались на лыжах, пили горячий глинтвейн в кафе и между делом рисовали пейзажи. Совмещали приятное с полезным, если это можно было так назвать. Однажды мы решили отправиться на каток. Взяли коньки напрокат. Я каталась достаточно хорошо, но вот одна из подруг, которую звали Машей, – не очень. Она с трудом удерживала равновесие и постоянно падала. Другая подруга, Танька, умчалась вперед, покоряя просторы катка, а я решила остаться и помочь Маше. И чёрт меня дернул оторвать ее руки от деревянных бортиков. Подхватив ее под локоть, я утащила ее за собой практически на середину катка. Было весело поначалу. Я решила, что Маша с испытанием справится, но она запаниковала. Стала падать и потянула меня за собой. Упали мы обе не совсем удачно. Я почувствовала резкую боль в районе живота и закричала. Прижала руку к ноющему месту и ощутила что-то теплое, липкое. Решила посмотреть, что это такое, и чуть не упала в обморок. На моих руках была кровь. Маша тоже кричала. В тот день она сильно вывихнула ногу, а я потеряла возможность иметь детей. Мне крайне не повезло. Куртка оказалась слишком короткой, и острый конек пронзил низ моего живота, разрезав почти пополам женское естество.

Когда первый шок от случившегося прошел и ощущения обострились, я стала кричать, корчась от боли, и звать на помощь.

Танька в испуге подбежала к нам и, увидев льющуюся из моего живота кровь, истошно закричала.

Куча народа застыла с ужасом, глядя на нас, и никто не решался подойти и помочь. Я не знала, что делать. До ближайшей больницы было несколько десятков километров. Скорая сюда не успеет приехать, и если мне никто не поможет, то я быстро умру от потери крови.

Внезапно на лед вышел высокий мужчина и подошел к нам. Молча осмотрел мою рану и, не говоря ни слова, подхватил меня на руки и понес к своей машине. Этим мужчиной оказался Сергей Беляев. Тем вечером он спас мне жизнь. Благодаря его помощи я не успела потерять слишком много крови, и, как я узнала позже, он лично проводил для меня операцию. Я еще удивлялась впоследствии тому, как филигранно сработали врачи. Шва практически не было видно.

Еще позже выяснилось, что матка была сильно повреждена, и я никогда не смогу родить своего ребенка. Так как никто не возьмет на себя ответственность принимать мои роды, слишком велик риск потерять и мать, и дитя.

Пока не мечтаешь о собственных детях, произошедшие события кажутся обыденностью. У многих людей есть проблемы, но они с этим как-то живут. Только со временем я поняла, чего лишилась в тот вечер. Жаль, что прошлого не исправить и нельзя взять пульт и перемотать время назад.

Когда я выписалась из больницы, захотела поблагодарить своего спасителя. Вот только он уже уехал, не оставив даже зацепки, где бы я смогла его найти. Вскоре и мне пришлось вернуться домой. Там начался самый настоящий ад. Родители пилили меня, чтобы я подала на подругу в суд, но я не хотела подставлять ее, так как считала, что всё произошедшее – это просто несчастный случай. Машка впоследствии сыпала угрозами в мой адрес, что если я что-то предприму в отношении нее, то ее отец – декан нашего университета – сделает всё, чтобы меня отчислили.

Горько вспоминать такое. Подруг я тоже в итоге лишилась. Танька, не желая терять необходимые связи, вскоре тоже отвернулась от меня. Я думала, что умру от тоски в то время. Было тяжко не только физически, но еще и морально. Мой хрупкий мир розовых, беззаботных иллюзий рухнул, и я поняла, что, по сути, у меня ничего нет. Я осталась одна, без поддержки, осуждаемая всеми. Но и это не было самым страшным. Страшнее всего оказалось чувство вины. Чем старше я становилась, тем сильнее я корила себя. А потом я снова встретила Сергея Беляева и поняла, что без него не смогу больше жить. Пылкая любовь переросла в привязанность, и мы поженились. Два года, полных любви и гармонии, пролетели словно в один миг. Так продолжалось ровно до тех пор, пока я не стала задумываться о ребенке. Я возжелала стать матерью, но Беляев не стал рисковать. Он просто решил уйти. Погрузиться в свою работу и купаться в женском внимании, так и не сказав мне, что разлюбил.

Глава 4

Утром проснулась от трели будильника, не выспавшаяся и голодная. Глянула на себя в зеркало и ужаснулась. Волосы растрепанные, глаза жутко припухли от выплаканных ранее слез. Но жалеть себя не было особого смыла. Поплакала вчера и хватит на этом. Пора и на хлеб с маслом начать зарабатывать. С утра нужно поработать в художественной студии, а потом бежать к детям. Вот главный смысл моей теперешней жизни. А мысли о Беляеве немного поутихнут и лягут на дно души с грифом «совершенно секретно». Как это уже было ранее. Так будет и теперь.

Плотно позавтракав жаренными яйцами с баварской сосиской и выпив большую чашку крепкого кофе, стремглав понеслась в студию, где меня ожидала основная работа. Нужно было срочно заканчивать картину. Заказчик требовал сдать работу в срок. Не хотелось бы портить с ним отношения.

В последнее время я предпочитала работать в основном акрилом. Мне нравились долгое время уделять заднему фону, учитывать мелкие детали, которые удачно гармонировали с основным сюжетом. Сегодня я трудилась над девушкой, смотрящей в даль уходящему кораблю. Работа захватила меня целиком и мне удалось перенести на холст всю свою тоску и безысходность, придать картине так не хватающие ей ранее эмоции.

Девушка стояла на берегу, и ее слегка подрагивающая рука робко тянулась вперёд, пытаясь остановить уплывающий в даль корабль, другая же рука была крепко прижата к сердцу. Глаза незнакомки полны отчаяния и грусти. Вокруг нее кружились серые голодные чайки, а вдалеке показалась первая грозовая тучка, словно предвестник, надвигающейся бури. Девушка знала, что никогда больше не сможет увидеть любимого и каждый кто смотрел на картину мог самостоятельно интерпретировать причину этой трагедии.

Потеряв счет времени я с осторожностью сделала последний мазок, с удовлетворением отметив что картина уже полностью готова. Здесь больше нечего было добавить. Мне нравился полученный в итоге результат.

Я назвала ее «Уходящая в даль любовь» и подписала размашисто – Оксана Пиндич. Фамилия Беляева мне несомненно шла больше, но вместе с разводом я решила исключить из своей жизни все что было связано с Сергеем.

После чего отправила фото заказчику и тот сразу же написал, что готов как можно быстрее ее забрать.

Бросила полный боли взгляд на стоящую на берегу девушку и отвернулась.

В этой картине я оставляла частичку своей души. Там была моя боль. Моя несбывшаяся и уходящая в даль любовь. Видимо поэтому я не могла так долго ее закончить. Теперь же пришло время нам с ней расстаться.

С легким сердцем ответила заказчику в сообщении, что завтра самолично привезу ему картину домой. После чего отмыла кисти в раковине и вымыв руки отправилась к своим замечательным детям. Я знала, что там меня ждали. Я остро нуждалась в их внимании, а они нуждались в моем.

Детский дом меня встретил унылой таской вперемешку с чувством тягостной безысходности.

В основном там находились «тяжелые» дети. Группа здоровья которых была равна четырем и пяти. Наиболее часто у детей имелись различные патологии, формы церебрального паралича, неврологические нарушения наряду с умственной отсталостью. Маленькие заложники устроенной взрослыми системы были ни в чем не виноваты и вынуждены проживать эту жизнь, еще не понимая, как жесток этот мир.

Здоровых крошек быстро разбирали, а дети с явными дефектами оставались в этих серых стенах, и я сочла своим долгом добавить в их жизнь хоть немного ярких красок.

Справедливо рассудив, если не я, то кто?

— Оксана, привет! — с теплом в голосе поздоровалась нянечка Света. — Дети тебя уже заждались!

— Привет, — улыбнулась я ей в ответ.

Глядя на нее, я всегда поражалась насколько доброе у этой женщины сердце. Она любила и заботилась без исключения обо всех детях за мизерную зарплату. Хотя такие люди в моем понимании должны быть в почете и хорошо бы государство их премировало рублем.

— Сегодня новенького привезли. Мальчик четырех лет. Такой милашка. Умненький.

Сердце забилось часто. Словно в предчувствии чего-то грандиозного. Возникло острое желание как можно быстрее посмотреть на ребенка. А вдруг это он? Мой?

Я заглянула в общий зал и увидела ползающих на ковре крошек. Дети были сыты и играли в игрушки, разбросанные на полу.

При виде меня они улыбнулись. Кинулись в мои широкие распростертые объятия. Я отдала им часть пакетов и дети тут же унесли их за маленькие столики. В пакетах лежали краски, альбомы и карандаши.

И лишь один мальчик остался сидеть на стульчике. Одинокий, испуганный. В его ручонках был сжат старый плюшевый заяц, у которого не было одного глаза и была оторвана задняя нога.

А вот и он. Новенький!

Я подошла к ребенку ближе и наши взгляды на секунду встретились.

Я сразу же поняла. Это он.

Сердце оборвалось вниз и с перебоями забилось, застучало гулко. Проглотив ком в горле, с трудом пришла в себя и смогла говорить.

— Как тебя зовут? — спросила тихо, смахивая со щек слезы.

— Максим, — ответил малыш и увидев пакет в моих руках с любопытством приподнялся на цыпочках.

— Фто это? Игруфки? — зашепелявил малыш, коверкая буквы, а я смотрела на него и не могла наглядеться. Эти огромные бездонные глаза напоминали мне взгляд Сергея. Именно таким я представляла себе нашего сына. И вот он сейчас стоял здесь — прямо передо мной.