Бывший муж и настоящая драгоценность

Бывший муж и настоящая драгоценность

Бывший муж и настоящая драгоценность

– Ну так что? Какой твой ответ? – спрашивал Аркадий, не то что бы торопя Лену, но, всё же, желая услышать, что она скажет.

Лена стояла как вкопанная и не могла сказать ни слова. Она была зачарована кольцом и неприличного размера бриллиантом, сверкавшим своими гранями в приглушённом свете ресторанных ламп.

С Аркадием они встречались всего полгода, и Лене казалось, что им пока ещё рано думать о свадьбе. Но все вокруг – включая самого Аркадия – последние несколько месяцев убеждали её в обратном. Мать говорила: «Не упусти, смотри! Парень-то хороший!». Трудно сказать, в какой степени на её мнение повлиял ремонт на кухне, организованный и оплаченный потенциальным зятем. Возможно – очень сильно повлиял. Почти так же сильно, как новый телефон, подаренный на Новый год, повлиял на её младшую сестру: с того самого Нового года Аркадий стал её кумиром. Подруги не отставали: все эти истории про щедрые подарки Лениного парня звучали для них как сказки о прекрасном принце. Сказки разные, а принц один и тот же.

– Да дело даже не в деньгах и ни в чём таком, – говорила, мотая головой, Ленина подружка детства во время одной из их тихих винно-кухонных вечеринок, – Дело просто, вот, в характере, понимаешь? По Аркадию сразу видно, что он своего не упустит.

– В смысле? – спрашивала Лена, подливая подруге вина.

– Не знаю даже, как объяснить… Понимаешь, мужчины – они разные есть. Есть такие вот… Как валенки – по-другому не скажешь! На него прикрикни – он глаза в пол, промямлит что-то… и всё. А есть такие, которые, если надо за своё побороться – и суровость проявят, и где-то по головам пойдут…

– Это разве хорошо?

– Знаешь, для тебя, как для его женщины, точно не плохо!

И вот – ресторан, приглушённый свет, люди за соседними столиками пристально смотрят на неё и на Аркадия, вставшего на одно колено. Музыка, звучащая со стороны сцены, постепенно затихает, словно бы возвращая Лену из грёз и воспоминаний в реальность и текущий момент. Конечно же, она хочет ответить «да». Мешает только то, что она никак не может поверить своему счастью. Неужели всё – или по крайней мере многое – из того, о чём она всегда мечтала, начнёт сбываться прямо сейчас, с этой самой минуты?

И точно ли всё будет так замечательно, как обещает быть?

Тряхнув головой, словно бы избавляясь от последних сомнений, Лена сказала:

– Да. Да, конечно, да!

И зал взорвался аплодисментами, а музыканты во весь опор заиграли то, что планировали исполнить в случае неминуемого, по заверениям Аркадия, положительного ответа.

В день свадьбы они въехали в свою новую квартиру.

На первую годовщину Аркадий подарил Лене машину.

А на вторую подарил живое существо: лабрадора, которого Лена, к неудовольствию Аркадия, назвала всего-то Петькой.

– Чё ещё за Петька?! – возмущался Аркадий, впервые услышав новое имя питомца.

– А почему бы и нет? – спрашивала Лена, – Чем тебе Петька не нравится?

– Да ты знаешь, сколько он… В смысле, это же не просто дворняга какая-то. Тут – порода! Да ещё какая: родословная длиннее, чем у царский фамилий. А ты его Петькой…

– Царь Пётр тоже был, – возразила Лена, – И не один.

– Это понятно. Только… Можно было что-то поизысканнее ведь… Не знаю, там… Альфред, например.

– Как дворецкий у Бэтмена?

– Ну, пусть будет не дворецкий! Пусть, например… Габриэль. Этьен. Сигизмунд, в конце концов!

– Он уже на Петьку отзывается, какой Сигизмунд?!

Спор их тогда ни к чему не привёл: Петька остался Петькой, а Аркадий забыл о питомце так же быстро, как и принял решение преподнести его супруге в качестве подарка. Впрочем, она давно намекала, что ей скучно сидеть дома одной, пока он пропадает на работе, так что справедливым будет отметить, что решение это, всё же, вызревало какое-то время в его голове.

То была вторая и последняя годовщина, когда в их маленькой семье всё было относительно хорошо.

Весь следующий год прошёл в напряжении, плотным облаком висевшем в их доме по вечерам. Днём всё было в порядке: Лена либо была дома одна с Петькой, либо выбиралась куда-нибудь, чтобы хорошо провести время. Но вечерами, стоило Аркадию вернуться с работы, атмосфера тут же наэлектризовывалась.

Аркадий редко бывал беззаботен и весел. Всё чаще он был угрюм и пребывал в своих мрачных мыслях. Помимо прочего, он терпеть не мог, когда из омута этих самых мыслей его вытаскивало что-то. Или кто-то.

– Ну чё ты пристал?! Отцепись! – мог прикрикнуть он на Петьку, когда тот приносил ему мяч в надежде хоть немного поиграть с хозяином, пока тот дома.

– Он поиграть просто хочет, – заступалась за Петьку Лена.

– И чё мне теперь, от радости прыгать? Ты весь день дома – сделай так, чтобы к вечеру он наигрался и не задалбывал своим… этим вот всем!

Словом, Лене тоже доставалось. Нет, нельзя было сказать, что их отношения дали трещину, как нельзя было сказать, что Аркадий обращался с ними из рук вон плохо. Нечто словно бы глодало его изнутри, но как Лена ни старалась, она не могла выведать у него, что именно.