Бывший. Нам с тобой (не) по пути!

Глава 1.

Этот ужасный вечер Восьмого марта обещал быть одним из лучших в моей жизни. Ведь мой любимый муж, мой несравненный Игорь Градов, задумал его необычайно романтичным!

Мало того что он сегодня в кои-то веки выходной. Так, ещё и заказал ужин в лучшем ресторане города и обещал после устроить сюрприз!

К своему стыду, я нечаянно раскрыла его секрет и уже знала о его планах на вечер.

Но говорить мужу об этом не стала. Ведь ему будет приятно, самому порадовать меня и насладиться эффектом неожиданности.

А мне и без сюрприза круто будет провести выходной с любимым в лучшем отеле города…

Про этот его подарок узнала из письма, пришедшего на его почту в тот момент, когда я дома работала за его ноутбуком. Вылезло оповещение. Видимо, секретарша оформляла бронь на номер в отеле и скинула ему на почту.

Я машинально открыла письмо. Там был счёт-подтверждение на оплату номера в отеле "Метрополь". Фамилия гостя – Градов...

"Вау!" – быстро закрыла письмо, услышав шум в прихожей. Пришёл Игорь и мне стало неловко, что лазаю в его почте.

Не специально, конечно. Но мало ли, что бы подумал.

Игорь ещё до свадьбы рассказал про родителей. Мать ревновала отца, и дома постоянно были разборки. Мне он сказал, что в наших отношениях всё должно быть по-другому.

На доверии.

И я полностью была согласна с ним.

Хотя, месяц назад мы всё же поссорились...

Игорь сходил на встречу с бывшими одноклассниками и пришёл далеко не трезвый с пятном помады на воротничке рубашки. На мой резонный вопрос, вместо объяснений наорал.

Впервые за все годы нашего брака я с ним не разговаривала сутки. В конце концов он показал фото с той вечеринки, и я почувствовала себя ревнивой дурой. Они все скопом там дурачились, как дети. Немудрено, что кто-то из дам испачкал ему рубашку.

Но крупинка ревности всё же засела в голове:: одна темноволосая красотка едва ли не на каждом фото оказывалась рядом с Игорем.

Случайно? Или в школе у них был роман?

Хотелось расспросить о ней. Но муж мог подумать, что ревную. Чтобы не раздражать его, начала спрашивать про всех. Как кого зовут и чем теперь занимаются. Игорь с удовольствием рассказал мне о каждом. Так я узнала, что ту даму зовут Светлана. Что в школе она была отличницей и красавицей, а потом куда-то уехала. Где и кем она сейчас работала, погружённая в свои мысли, я пропустила мимо ушей.

Да и бог с ней.

Главное, Игорь – мой муж! И любит только меня.

И я всё делаю, чтобы ему нравиться.

Вот и к сегодняшнему празднику я приготовила новое платье. Игорь его ещё не видел. Думаю, ему понравится струящееся серебро тончайшей ткани. Я в нём как лунная нимфа!

Сразу представила, как он касается губами моей шеи, снимая тонкие бретели платья с моих плеч…

От потаённых мыслей внизу живота всё сладко сжалось и налилось тяжестью.

“Нет! Только не это!” – бросило в жар. Месячные могли нарушить планы не только на вечер.

Каждый месяц я надеялась, что они не придут. Но увы...

А сегодня тем более им не время. Это наш с Игорем вечер!

И волшебная ночь...

Перед рестораном Игорь заехал за мной с шикарным букетом чайных роз и буквально завис, увидев меня в новом платье. Его реакция была лучшим подарком. Так приятно видеть восхищение в глазах любимого!

Всё шло замечательно. Цветы, внимание... За ужином муж рассказывал мне смешные истории, а я смотрела на самого дорого мне человека и млела от счастья.

Потом мы танцевали под заказанную для меня композицию и я ловила завистливые взгляды женщин. У меня слегка кружилась голова от его горячих рук и до сих пор будоражащего запаха парфюма.

Но я с нетерпением ждала, когда Игорь сообщит мне о сюрпризе и мы поедем в отель.

Поэтому, когда к концу ужина в ресторан приехал Олег, сводный брат Игоря, а по совместительству – его правая рука по юридическим вопросам, я почувствовала раздражение. Он подарил мне букет розы и уселся к нам за столик.

Правда, извинился, сказав, что голоден.

"Ну ладно", – мысленно простила я его за вторжение в нашу идиллию.

Чтобы скрыть досаду, я вежливо улыбалась, разглядывая наряды женщин и интерьер ресторана. А мужчины начали обсуждать какие-то рабочие вопросы.

Я их не слушала, пока не прозвучало знакомое имя.

Напрягла слух…

–... ты, Игорь, молодец, что устроил Светку в свою кампанию. Она хоть и… вся из себя, – Олег ухмыльнулся, – но мозги у неё рабочие. Вчера блестяще провела переговоры с “Вектором”. Документы уже у меня. У тебя, брат, глаз-алмаз, – подмигнул мужу с хитрой улыбкой.

Я почувствовала, как что-то кольнуло у меня под ложечкой, сбивая дыхание.

– Олег, а про кого вы говорите? Что за Светлана? – вмешалась я в их разговор, пытаясь говорить беспечно. Сама тем временем сверлила взглядом мужа.

Игорь неловко кашлянул, полоснув по брату недовольным взглядом.

– Это моя бывшая одноклассница, – пояснил мне. – Она нуждалась в работе... Вот я и попросил Олега взглянуть на её резюме. Ничего особенного… Не забивай себе голову, солнце моё. Тебя вопросы бизнеса не должны беспокоить.

“За бизнес я совсем не беспокоюсь”, – грызнулась про себя, чувствуя, как на душе оседает неприятный осадок.

– Прости, Лера. Это я виноват, – засуетился Олег, видя, что ляпнул лишнее. – Сегодня твой день, а я про работу... Давайте выпьем за самую прекрасную женщину в этом ресторане! За тебя, Лера! – проговорил торжественно, поднимая свой бокал.

Пожелания… Восхищение…

Много ли женщине надо?

Но семя сомнений застряло в голове плотно.

Почему Игорь сразу не сказал мне про Светлану? Скрыл? Или действительно считает, что его рабочие вопросы не должны касаться меня?

Олег, видя, что я молчу, принялся рассказывать о премьере спектакля в театре на Трубной.

– Хотите, я билеты возьму? Говорят потрясающая игра актёров и постановка современная… – Олег словно не понимал, что ему лучше уйти.

Глава 2.

Сердце ухнуло куда-то вниз, а я с кислой улыбкой осталась сидеть.

– А как же… – я едва не ляпнула про отель, но вовремя спохватилась, – А как же сюрприз?! – пробормотала растерянно. – Игорь, ты же обещал этот вечер провести со мной...

Я как дура блеяла, но всё во мне кричало: “Нет!”

Я так ждала этот вечер! Представляла себе романтик. Даже музыку в свой альбом накидала подходящую. Пеньюар из тонкой полупрозрачной ткани... Игоря так заводило красивое бельё с эротическим подтекстом.

Но последнее время он до поздна работал, а потом с ног валился от усталости.

Но так же нельзя!

Чтобы забеременеть, близость должна быть полноценной и регулярной. Так мне доктор говорил...

– Лерусь, не грусти! – проговорил он виновато, беря меня за руку. – Обещаю, следующий выходной мы уедем с тобой вдвоём за город. Я выключу телефон, и мы оторвёмся по полной! Сама домой попросишься – не отпущу! – проговорил завораживающим шёпотом на ухо, щекоча мне шею бородой.

Я вздохнула, понимая, что капризничаю, как девочка.

– Да, конечно, Игорь. Иди! Только обещай позвонить, если будешь задерживаться. Ладно?

– Ты самая, самая! – муж шутливо поддел пальцем мне кончик носа и перевёл взгляд на брата:– Олег, ты отвезёшь Леру домой?!

“Конечно, Олег отвезёт. Как иначе? Ведь он за брата горой!” – я старалась не показывать, как сильно расстроена, но внутри ничего не могла поделать со своей обидой.

Игорь быстро расплатился, поцеловал меня в щёку и, шепнув, чтобы я не скучала, поспешно вышел.

Принесли десерт, но есть расхотелось. Моя чудесно начавшаяся романтическая сказка превратилась в тыкву. Звучала музыка, люди танцевали, смеялись. Но это уже был чужой праздник, не мой.

–Олег, отвези меня домой, – резко поднялась и побрела к выходу из зала.

Всю дорогу домой Олег тормошил меня разговорами. А я молчала.

Недалеко от подъезда он припарковался и вопросительно уставился на меня:

– Десерт в ресторане не удалось попробовать. Может, чаем напоишь? Цветы, вот, помогу донести…

– Нет, нет, Олег, спасибо, – поспешно ответила я. – Я… я устала. И голова болит. В другой раз. Ладно?

Он кивнул с таким понимающим сочувствием, что мне стало неловко за свою резкость.

– Конечно. Ты не переживай, Лер. Игорь… он просто зашивается. Не сердись на него.

Я лишь махнула рукой и вышла из машины.

Войдя в квартиру, скинула пальто и осталась стоять в центре гостиной, в этом дурацком серебряном платье. Тишина звенела в ушах. Где он? Почему не звонит? Неужели трудно найти минуту?

Комок подступил к горлу. Чтобы не расплакаться, я принялась лихорадочно переодеваться в домашнее. Из открытого шкафа с грохотом вывалился чемодан.

“Чёрт!” – напугалась. В голове слайдом мелькнула картинка, будто я с этим чемоданом бреду одинокая в ночи.

“Что за чушь в голову лезет? Вот дурища!”

В висках стучало. То ли от вина, то ли от разочарования и непонятной тревоги. Но ложиться не стала. Бродила из угла в угол в ожидании звонка Игоря, разговаривая сама с собой:

– Ну, хоть СМС сбрось. Напиши, что любишь...

Прошло два часа. Я сидела в кресле и бездумно щёлкала пультом, переключая многочисленные каналы на плазме. Телефон молчал.

Не выдержала, написала: “Как ты там?”

Стёрла.

Надоедать не хотелось. Если не звонит – значит, и правда аврал.

И вдруг телефон в руке разразился трелью мелодии.

– Игорь? – мгновенно приняла вызов и только потом дошло, что номер чужой.

В ответ несколько секунд слушала фоновую музыку – какой-то клубный, незнакомый бит. Потом женский голос.

– Это Валерия? Жена Игоря Градова?

– Да… – сердце замерло, пропуская удар. – А вы кто?

– Кто я – неважно, – голос женщины казался простуженным, – Мне просто… жаль вас. Вы знаете, где сейчас ваш муж?

– На работе, – прошелестела я, чувствуя в вопросе подвох.

– Вовсе нет. Ваш муж сейчас в номере 407 отеля “Метрополь”. И он там не один. Я… я случайно их увидела. Просто не смогла промолчать. Я сама пережила измену… Простите.

Щелчок.

Гудки в трубке звучали как приговор. “Не может быть…” – прошептала я, в то время как в голове уже складывался пазл: следы помады, вечная занятость, Светлана, его внезапный уход.

“Нет, он не такой!” – потёрла виски, отказываясь верить.

“А если такой?” – прозвучало в голове так, словно это кто-то другой спорил со мной.

Не раздумывая набрала его номер. После бесконечной паузы услышала голос робота: "Телефон абонента выключен..."

"Чёрт!" – отшвырнула гаджет, вскочила. – Что делать?"

" Может, Олегу позвонить? Попросить, чтобы отвёз на тот объект? "

“Ну да, как же! Он же брат. Придумает что и отмажет”.

Решение пришло само, острое и неоспоримое: я должна во всём разобраться сама!

Не помню, как оделась, как вышла из дома. Морозный воздух привёл в чувство. Хаос в голове разбился на отдельные команды: завести машину, набрать в навигаторе “Метрополь” и пока еду постараться ни о чём не думать…

Глава 2.1. Визуализации

ЛЕРА (Валерия Градова / Еленская, 32 года)

На обложке она в белой шубке – как зимняя фея или снежная крепость: прекрасная и неприступная. Стройная, с большими серо-зелёными глазами, в которых живёт глубокая печаль и стальная воля. Её хрупкость обманчива – за ней скрывается сила и гордость.

По профессии Лера талантливый ландшафтный дизайнер.

Подробнее – далее на страницах романа!

(Не хочу опережать события деталями)

· ИГОРЬ (Игорь Градов, 35 лет)

Высокий, спортивного сложения, но без показной мускулистости. Держится прямо. У него усталые глаза, которые светятся искренностью и теплом только для самых близких. Для остальных закрыт и требователен. Владеет собой, но в экстремальных ситуациях может быть несдержан.

*Успешный девелопер, создающий элитные загородные комплексы.

· ОЛЕГ (Олег Свиридников, 33 года)

Сводный брат Игоря (сын отчима) Юрист в кампании Игоря.

Одевается скромно, но дорого. Умён, целеустремлён.

Остальные детали портрета дорисуете сами в конце романа.

· ЯНА (Яна Смехова, 32 года)

Лучшая подруга Леры. Яркая, острая на язык, неутомимая организатор праздников. За броской внешностью и колкостями скрывает большое сердце и горький опыт.

Разведена. Имеет сына, Тимофея, 7 лет.

❤️❤️❤️

Дорогие читатели, рада приветствовать вас в моей новой истории!

Обещаю, что скучно не будет:) 🤗

Не забудьте добавить книгу в библиотеку и подписаться на автора,чтобы не пропустить информацию!

Бесконечно благодарна вам за звёздочки и комментарии, они помогают вдохновляться и писать для вас! ❤️

Глава 3.

Дорога до “Метрополя” слилась в одну напряжённую ленту. Нога словно приросла к педали газа, и только усилием воли я заставляла себя тормозить на светофорах. Многочисленные огни бесили. Всё плыло перед глазами. Но я старалась держаться, цепляясь взглядом за дома, рекламные вывески, припаркованный на обочине транспорт.

О том, куда и зачем я еду, не думала. Вернее, думала, но мысли были похожи на осколки разбитого стекла – острые, несвязные, больно ранящие изнутри.

“Ошибка. Это ошибка. Он сейчас на работе. Он позвонит”, – как заклинание твердила я про себя.

Навигатор предупредил, что цель назначения – справа. Свернула на парковку.

Живот свело от страха. Я не совсем понимала, как пройти в номер. Порылась в кошельке и порадовалась, что в заначке имелись реальные деньги. Положила купюру в карман и вышла из машины.

– Любая правда важнее иллюзии и обмана”, – подбодрила себя.

Сделав несколько шагов, резко остановилась. Показалось, что увидела машину Игоря на парковке. Присмотрелась – нет, не показалось. Это был именно его тёмно-синий Mercedes-Benz.

“Звездец!”

До сих пор я в душе продолжала верить, что всё это чей-то дурацкий розыгрыш. Мне это придавало сил. Я приехала убедиться, что мужа здесь нет и не было!

Но сейчас под фундаментом моей уверенности рухнула одна из опор.

Показалось, что ветер вдруг стал слишком пронизывающим и холодным.

“Может, вернуться?” – оглянулась на свой миник.

Не пожалею ли, что захотела знать правду?

“Нет! Не пожалею!” – злость придала решимости и я направилась к входу в отель.

Знаменитый фасад сейчас не показался шедевром. Наоборот – вычурной театральной декорацией. Каждый завиток показной роскоши, словно был заодно с тем, что скрывали от меня эти стены.

Зато внутри пахло дорогим парфюмом, кофе и тишиной. Мои кроссовки бесшумно ступали по мраморному полу. Я подошла к стойке администратора.

– Я в номер четыреста семь. Гость, – держась уверенно, протянула паспорт.

Молодой человек в безупречном костюме поднял на меня ничего не выражающий взгляд и проговорил холодно:

– Не положено. Пусть ваши друзья спустятся. Можете пообщаться с ними в холле.

– Мои друзья не могут спуститься, – с нажимом проговорила я, выуживая из кармана заранее приготовленную пятитысячную купюру. – Не стоит их беспокоить. Я ненадолго, – проговорила тихо, просовывая банкноту под стопку анкет перед ним.

– Хорошо, – легко согласился он. – Паспорт, пожалуйста, – замер в ожидании.

Паспорт я всегда носила с собой.

Подождала, пока он тщательно выпишет данные в журнал и расписалась.

– Не задерживайтесь только. Через сорок минут…

– Я успею! – бросила через плечо, направляясь к лифту.

Пока поднималась, смотрела на своё растрёпанное отражение в зеркале кабины. Глаза казались слишком тёмными, чужими.

Коридор, пока шла к номеру, показался бесконечным. Чтобы не думать о том, куда и зачем иду, считала номера: четыреста один… четыреста три…

Четыреста семь!

Сердце попыталось выскочить из груди.

Замерла под дверью.

Никогда не думала, что буду стоять, вот так, возле номера в отеле, пытаясь выследить собственного мужа. Всё казалось нереальным. Словно в плохом кино…

“Ну же!”

Подняла руку. Пальцы дрожали. Сжала их в кулак и постучала.

Сердце теперь колотилось где-то в горле. Я превратилась в слух. Секунды растянулись в вечность.

Но вот, шаги. Щёлкнул замок.

Дверь приоткрылась, и в щели показалось женское лицо.

Тёмные, слегка влажные у висков длинные волосы. Чёткие брови, настороженные карие глаза. Я узнала её сразу. Это была она, Светлана.

– Валерия? – её брови взметнулись вверх. Дверь приоткрылась шире.

"Узнала, значит... ”

– Не припомню, чтобы мы знакомились, – смерила я соперницу уничтожающим взглядом, концентрируясь на едва прикрытой пышной груди, выпирающей из-под белоснежного гостиничного халата.

– Вы здесь… зачем? – спросила она, с беспокойством оглядываясь вглубь номера. Оттуда доносился шум льющейся в душе воды.

– В гости пришла. Впустишь? – решительно надавила я на дверь.

Но та, неожиданно проворно отреагировала, налегая на дверь изнутри.

– Я сейчас не одна. Уходите немедленно! – прошипела она, краснея от усилий.

– Да? А с кем?! – с ненавистью посмотрела я ей в глаза.

– Вас не касается! – сердито зыркнула на меня. – Уходите немедленно. Иначе…

– Ты считаешь... меня не касается? – меня накрыло. Эта дрянь корчила из себя невинную овцу, а сама явно была в курсе того, кто я, и зачем пришла. – Тогда позволь мне убедиться в обратном!

Мир вокруг снова поплыл. Я упёрлась ладонью в дверь, не давая ей захлопнуть её . И в этот момент шум воды за её спиной затих.

Женщина всё ещё пыталась закрыть дверь, но я сопротивлялась.

И тут я услышала мужской голос.

Его голос.

Низкий, с лёгкой хорошо мне знакомой хрипотцой. С той самой томной, ленивой интонацией, которую он использовал только в минуты близости со мной.

– Заа-яя… Ты готова? Я уже иду-у…

“Заа-яя”. Это было наше. Мне нравилось, когда Игорь так меня называл, когда ласкал. Когда хотел меня.

Это был только наш секрет.

Я так думала.

Раньше.

Во мне вдруг словно оборвалась струна. Я почувствовала боль. Острую, ни с чем не сравнимую.

А затем подкатила тошнота.

– Какая мерзость! – отшатнулась от двери и…

Побежала.

За мной никто не гнался. Но мне хотелось поскорее оказаться на улице.

Казалось, я вот-вот задохнусь от невыносимой вони. От ковров и стен мне чудился запах чужого пота, похоти и обмана.

В лифте едва не вырвало. Только на улице смогла вдохнуть полной грудью. Тошнота по-тихоньку прошла. Зато ноги перестали слушаться. Еле доковыляла до машины. Руки тряслись так, что я никак не могла попасть ключом в замок зажигания.

Глава 4. Лера

Дома я не стала включать свет. Темнота казалась укрытием. Скинув в прихожей кроссовки и пуховик, прошла в гостиную и села на диван. Я ждала появления Игоря. Внутри гудела пустота, изредка пробиваемая острыми вспышками ярости. Я репетировала в голове фразы, но все они казались жалкими и ненужными. Что можно сказать человеку, который своим «Заа-яя» перечеркнул всё, что было между нами.

Ключ щёлкнул в замке ближе к двум ночи. Шаги в прихожей были тяжёлыми, усталыми. Он бросил ключи на тумбу, вздохнул. Свет в прихожей вспыхнул и осветил гостиную.

– Лер? Ты чего не спишь? – удивился, заглянув в комнату.

Отметила, что он правдоподобно изображает усталость. Хотя… Почему изображает, если так и есть.

“Устал, бедненький, – посмотрела на него волком. – Уработался, пока ублажал голодную шлюху”.

Сложив руки на груди, отвернулась. У меня не было слов. Муж вёл себя так, словно никакой вины не чувствовал.

“С кем я жила? Он что, мне всегда лгал?”

Игорь, не дождавшись моего ответа, отправился в ванную. Вскоре услышала шум падающей воды. Вспомнила то чувство, когда, стоя под дверью номера в отеле, слушала этот звук. Показалось, что с его приходом в квартире появился чужой тошнотворный запах. Тот, из коридоров отеля. Отправилась в кухню. Налила в стакан воды и прислонилась к подоконнику.

Если бы я не сбежала сегодня из отеля, то истерика случилась бы прямо там. И тогда бы я там кричала и топала, как рыночная торговка. Зато сейчас, выплакав всю свою боль в машине, чувствовала лишь обиду и опустошение.

Судя по тому, как Игорь был спокоен, Светлана не сказала ему, что я приходила. Видимо, побоялась, что он бросится догонять меня.

Шум воды стих. Щёлкнула задвижка, и вскоре Игорь, в накинутом небрежно махровом халате, замер в дверном проёме кухни.

Как исполин. Встал, широко расставив крепкие ноги.

Капельки воды стекали с мокрых его волос по шее на мощную грудь. Игорь не был качком, но находил время ходить в тренажёрку. На миг показалось, что всё, как прежде. Сейчас подойдёт, поцелует. А я прижмусь к нему и почувствую, как мурашки от его прикосновений разбегаются по нежным местам…

Но он подошёл к кулеру с водой.

Налил. Медленно выпил.

Каждый его жест был наполнен ленивой мужской грацией. И этот внезапный, предательский порыв влечения на фоне обиды и ненависти был горьким признанием, что я, как прежде, по уши была влюблена в него.

Только он, видимо, нет!

– Может, объяснишь, кто умер за время, пока я был на работе? – спросил недовольно.

– Не кто, а что, – посмотрела с вызовом ему в глаза.

– Лера, два часа ночи! Я не готов решать твои ребусы! Какого хрена с тобой происходит?! – с грохотом поставил пустой стакан к раковине.

И я словно очнулась.

– Я тоже задаюсь этим вопросом, Игорь! Где ты был?!

– На работе, блин! – он посмотрел на меня как на умалишённую.

– И как твой “форс-мажор”? Управился?

– Если ты про прорванную трубу и потоп в серверной, то да, – заглянул в холодильник. Перебрал упаковки с сыром и ветчиной. Поскрёб появившуюся на щеке щетину и достал пакет с йогуртом. – Только сейчас закончили… – налил в чашку, достал лаваш. – Да что с тобой?! – нахмурился, оглянувшись.

– Закончил с кем и где? – упёрлась в него взглядом.

– На северной бригада работала.

– Мне плевать, где бригада работала! – истерично взвизгнула я. – Где был ты всё это время?

– Лера, ты пьяна? – подошёл ближе принюхиваясь. – Я был на объекте, что непонятного?!

– Хватит врать! Твоя машина стояла возле “Метрополя”!

– Лера, ты бредишь. Какой “Метрополь”? Я выпил в ресторане. На объект я уехал на такси.

– Как удобно! – издевательски усмехнулась я – Действительно, есть ведь служба такси! Как я раньше не догадалась? Только как по-твоему, твоя машина уехала от ресторана?

– Никуда она не уехала! Если тебе так важно, сейчас покажу тебе её локацию, в приложении, – вышел в прихожую и вернулся с телефоном. – А, чёрт! Он же разрядился…

– Ой, как неожиданно! – процедила я сквозь зубы. – И главное – комар носа не подточит!

Он устало потёр глаза и задумчиво посмотрел на меня.

– А ты с чего взяла, что машина возле Метрополя? – прищурился. – Ездила туда, что ли?

– Да! Ездила! Хотела убедиться, что тебя там нет.

– Ты что, не дозвонилась мне и поехала к гостинице? – в его голосе прозвучало не раздражение, а разочарование. – Но почему решила, что я там?

– Потому что… – я раздумывала, говорить ему про анонимный звонок, или нет. Или лучше сказать, что видела бронь и решила проверить, с кем он там?

Звонок “доброжелателя” прозвучал бы как мой вымысел. Я совсем запуталась, поэтому решила сказать, что знала про бронь.

– Я видела бронь номера у тебя на почте.

– Лера, ты что, шпионишь за мной? – скривился он так, словно надкусил лимон.

– Нет! Это вышло случайно.

– Ага. Случайно почту проверяешь, случайно возле гостиницы бродишь… Тебе самой-то, не противно?

– Так, для кого ты бронировал номер? – пропустила мимо ушей его колкость.

– Для нас, чёрт побери! Сюрприз тебе хотел сделать.

– Тебе удалось… – поджала губы я.

– Но я отменил бронь, когда вызвали на объект.

– Отменил, – фыркнула я. – Чтобы оформить на себя и свою протеже Светлану?!

Лицо Игоря словно окаменело от нарастающей ярости.

– Прекрати приплетать сюда Светлану! Хватит уже! – рявкнул он.

– А, ну конечно! Лучшее средство защиты – это нападение. Да, Игорь?! – меня трясло.

Он никогда раньше не позволял себе повышать на меня голос. А теперь, защищая свою любовницу, сжимал кулаки и играл желваками на скулах.

В другой раз я бы испугалась: он стал как туча.

Но не сегодня.

Мой мир висел на волоске. И я должна была вытрясти из него правду. Какой бы она ни была.

Но он лгал.

– Ничего бы этого не было, если бы ты позвонил мне, как обещал, – сглотнув ком обиды, проговорила я.

Глава 5.

Я загрузила чемодан в багажник своего Mini Cooper и окинула взглядом тёмные глазницы окон дома. В нашей квартире свет нигде не загорелся после моего ухода. Видимо, Игорь всё-таки спал.

Хотя, что это я говорю “в нашей”? Квартира не наша. Она его.

Игорю в наследство после гибели отца осталась в Москве двушка. Он её продал и купил другую, новую. Оформил ипотеку и погасил быстро, ещё до свадьбы. Выходит, что я к этой квартире, увы, никакого отношения не имела.

Уселась за руль и мысленно попрощалась с иллюзией семьи и счастья. Затем завела двигатель и выехала со двора.

Там на парковке, я всё надеялась, что Игорь придёт и не даст мне уехать.

Нет, ушла так ушла…

Доехала до ближайшего Супермаркета и, откинувшись на спинку сиденья, задумалась.

Ночь. Все спят. Да и звонить по большому счёту мне было некому.

Родителям в Мурманск?

Нет. Мама не поймёт. Для неё Игорь – свет в оконце.

Я уже слышала её голос: “Гибче и терпимее надо быть. Мужики все такие. А женщина должна уметь прощать”.

Нет уж! Унижать себя, я никому не позволю. Маме нравится подлаживаться под несносный характер отца – дело её. Но в мою жизнь пусть не лезет со своими советами.

Маму родители воспитали в строгости, с детства внушая, что семья это навсегда. И меня она наставляла в том же духе. А отец мой, офицер, любил устанавливать правила, и требовал их выполнения. Поэтому после школы я уехала учиться в Москву, чтобы быть подальше от них.

К кому я ещё могла обратиться?

К подруге?

Но Яна после учёбы выскочила замуж и переехала к мужу в Санкт-Петербург. Правда, через год развелась, но в Москву не вернулась. Связь с ней я не потеряла. Мы переписывались и созванивались. Но могла ли я сейчас вот так, запросто заявиться к ней?

“А почему нет?” – пришла шальная мысль.

Я не собиралась жить у неё. Мне просто надо было знать, что я там не одна в чужом городе.

Ну в здесь меня больше ничего не держало.

Работа – на фрилансе.

А больше, что?!

Здесь бы мне всё напоминало о муже. Мы с ним за эти несколько лет исходили и изъездили Москву вдоль и поперёк…

А Санкт-Петербург пока был непрочитанной книгой! И он мне всегда нравился больше, чем Москва.

И даже если там мне будет непросто устроиться, то и здесь – не легче начинать с нуля.

Работу пришлось бы поменять. Ведь это с Игорем я совсем не думала о деньгах. А теперь пришлось бы искать занятие не по интересам, а по размеру гонорара.

"А вдруг именно там мне повезёт и я смогу найти себе высокооплачиваемое дело по душе? Яна – общительная. Наверняка обросла за эти годы друзьями и связями... Надеюсь поможет" .

Решено!

Еду в Санкт-Петербург. А дальше, посмотрим.

Я вбила в навигатор адрес Яны. Выходило шесть с половиной часов в пути. Если всё хорошо, то к обеду я должна была доехать.

“Только вдруг она занята, больна или ещё что?” – забеспокоилась вдруг. Но звонить ей ночью всё равно не посмела.

“Ладно, буду решать проблемы по мере поступления”, – отмахнулась я от навязчивых мыслей.

И тут вспомнила про деньги.

Я пользовалась картой Игоря. Но теперь я не могла тратить его деньги.

Благо на карте ozon у меня накопилось около ста тысяч – гонорар за иллюстрации к детским книгам.

“Как хорошо, что я не потратила их”, – вздохнула, понимая, что этих денег надолго не хватит.

Я выстроила в навигаторе маршрут и тронулась в путь. Правда, не учла усталость и бессонную ночь. Выехав за МКАД, остановилась заправиться и попить кофе.

Немного полегчало.

Но через сто километров поняла, что могу заснуть в любой момент. Посмотрела в навигаторе, где ближайший мотель, и отправилась туда. К моему счастью, свободный номер нашёлся. Едва добралась до постели – провалилась в сон.

Проснулась от телефонного звонка.

“Ну, конечно. Игорь. Проснулся, жену не нашёл”, – сбросила вызов и, выключив звук, закрыла глаза. Но сон не шёл. Одолевали мысли. Вспомнился ночной скандал, обидные слова и злое лицо мужа…

Телефон без конца вибрировал.

Заглянула, так и есть, пятнадцать пропущенных от него и СМС:

“Лера, прости, я вчера сорвался, наговорил лишнего. Ты права, нам надо поговорить. Возьми трубку. Я подъеду, куда скажешь”.

Он словно ножом ковырял мою рану, проверяя меня на прочность. Всё во мне трепетало от желания вернуться и…

“Что и?!” – стиснув зубы, я тряхнула головой и пошла умываться. Прохладная вода привела в чувство.

– Он меня предал! Наорал. Обозвал… – проговорила я, глядя в глаза своему отражению. – Я не вещь! Захотел – бросил, захотел – вернул. Нет!

Взяла телефон и написала ему: “Игорь, ты вчера ясно дал мне понять, что не о такой жене мечтал. Уж какая есть, прости. И если для тебя любовь равно доверие. То для меня гораздо больше. Вчера я хотела знать правду. Сегодня уже нет. Я поняла, ты просто меня не любишь. Иначе не дал бы мне уйти. Между нами всё кончено. Прощай. И не звони мне больше”.

Пока писала, слёзы капали на экран.

Было невыносимо больно. Я словно собственноручно забивала гвозди в крышку гроба наших с ним отношений. Но понимала, что по-другому нельзя. Либо рубить вот так, сразу. Либо сто пятьсот раз мириться и бесконечно изводить друг друга упрёками, как его мать и отец, прежде чем тот ушёл к другой.

Себе я такой участи не желала.

___________________

Дорогие читатели, данная книга участвует в Литмобе "Развод и точка". Только для читателей 18+!

Все книги Литмоба можете читать по ссылке:

https://litnet.com/shrt/YhDD

Глава 6. Игорь

Тишина разбудила меня раньше будильника. Не та сонная тишина, когда Лера ещё спит, повернувшись к стене. А гулкая, мёртвая. Не открывая глаз, понял, что жены рядом нет.

“Неужели так обиделась, что заснула в гостиной на диване?”

Выглянул – диван даже не разобран.

“Что за хрень?”

Заглянул в кухню. Чисто. Она не завтракала.

Ванная. Нет её зубной щётки.

Гардеробная. Пустые вешалки.

Бросило в пот: она просто взяла и испарилась…

“Это надо? Полночи мне мозг выносила. Видимо, показалось мало, – решила ещё и день мне усрать!” – я в раздражении пнул свалившуюся с дивана подушку.

Меня накрыло: на работе завал, а тут дома такое, что думать ни о чём больше не могу.

Сходил за телефоном и набрал её номер.

Выглянул в окно – её зелёный миник исчез со стоянки.

“Вот чёрт! Куда уехала?” – меня трясло, как в лихорадке.

Гудок, ещё гудок… Потом сброс.

“Звездец!”

– Ну, ответь же!... – набрал снова.

Гудки шли, но трубку не брала.

“Что делать? Я же работать не смогу, пока не поговорю с ней”, – вконец отчаялся.

Чурбан набитый! Наговорил вчера ей лишнего.

“Так, ладно… Говорить не хочет, но сообщение-то, она должна прочитать”.

Дрожащими пальцами стал набирать. Стёр. Снова набирал.

Наконец, отправил: “Лера, прости, я вчера сорвался, наговорил лишнего. Ты права, нам надо поговорить. Возьми трубку. Я подъеду, куда скажешь”.

Сидеть не мог. Метался по квартире, как зверь в клетке, слушая удары своего сердца.

“Ну, ответь же!”

Фух! Пикнуло СМС.

“Игорь, ты вчера… дал мне понять… не о такой жене мечтал… – “Идиот! Что меня вчера понесло так?” – Уж какая есть, прости… для тебя любовь равно доверие… для меня гораздо большее, – я лихорадочно бежал глазами по строчкам, не совсем улавливая смысл. Пока не дочитал до слов: “Между нами всё кончено. Прощай. И не звони мне больше”.

Это как “прощай”? – я не верил глазам, перечитывал СМС снова и снова. Буквы прыгали перед глазами. Мне казалось, что голова сейчас взорвётся.

“Ты просто меня не любишь, – написала мне она. – Иначе не дал бы мне уйти”.

Каждое слово как пощёчина!

Какой идиотский, женский вывод! Я не дал ей уйти! Я просто боялся квартиру вдребезги разнести вчера. Мне нужно было остыть, прийти в себя. Ушёл в спальню. А потом просто уснул! А она – бац, и наделала кучу выводов.

Позвонил снова.

“Абонент временно недоступен”. Она выключила телефон.

“Что за хрень?” – давно я не чувствовал себя настолько беспомощным.

Нужно было что-то делать. Срочно!

Набрал Олега. Тот всегда трезво мыслил. Он мог мне помочь.

– Привет, Игорь. Ну, как, надолго вчера застрял на объекте ? – Олег что-то жевал и, видимо, слушал новости.

– Привет, – буркнул я, чувствуя, как ком стоит в горле. – Мне помощь твоя нужна.

– Что случилось? – фоновые звуки исчезли. – Слушаю тебя.

Узнал деловой тон брата.

– От меня… Лера ушла, – слова застревали в горле

– В смысле? – не понял он. – Когда? Куда? Вы… поссорились?

– Поссорились, чёрт возьми! – я еле сдержался, чтобы не закричать в трубку. Но нельзя было вываливать всё это дерьмо на брата. Унизительно. – Там одна дурацкая история вышла. Она что-то не так поняла, раздула из мухи слона. Ночью устроила истерику. Я… сорвался. А потом спать ушёл. Сейчас встал – её нет…

– Подожди. Может, она обиделась и ушла просто куда-то, чтобы позлить тебя?

– Нет. Она с вещами ушла.

– А что случилось-то? Из-за чего поссорились? – спросил он осторожно.

– Неважно! – огрызнулся я. Рассказывать ему детали ссоры с женой было лишним. – Суть в том, что она чересчур эмоциональна. Я психанул. А она накрутила себя. Теперь на звонки не отвечает.

– Ты пробовал написать? Извиниться?

– Да. Но что толку? – вырвалось у меня. – Прислала прощальное СМС. И телефон вырубила. Играет в жертву.

Олег вздохнул.

– Плохо, брат. Даже не знаю, чем помочь тебе.

– Позвони ей, – выпалил я. – Вы же не ссорились. Она должна взять трубку.

– И что я ей скажу? Что ты волосы на себе рвёшь и просишь, чтобы вернулась?

– Нет. Просто договорись о встрече. Где угодно. Скажи, что хочешь поговорить с ней. А приеду я.

– А, понял. Хочешь, чтобы я её выманил, – в его голосе прозвучало неодобрение.

– Не выманил, а договорился! – поправил его, но понял, что разницы нет. – Понимаешь, ей нужно остыть. А мне спокойно поговорить с ней. Со мной на встречу не приедет. А с тобой запросто. Вы же как брат и сестра с ней общались всегда…

– Брат и сестра, – повторил он задумчиво. – Хорошо. Я попробую. У неё тот же номер? Не поменяла?

– Пока нет, – потёр лоб, отгоняя дурные предчувствия. – Олег… – я замялся. – Придумай что-нибудь убедительное. Всё равно что. Лишь бы пришла.

– Попробую. Но ничего не гарантирую, – проговорил он. – Если она так решила, то…

– Просто позвони, – оборвал я его.

– Ладно. Позвоню. Ты там держись.

Я сбросил вызов. Было неприятно, что впутал брата. Но что было делать? Лера так себя накрутила, что промедление могло ещё больше отдалить нас.

Я ещё раз перечитал её СМС. “Всё кончено”.

“Нет, жена дорогая. Так не бывает! Люди едва не каждый день ссорятся, потом мирятся. А мы впервые серьёзно поцапались. Это не конец”.

Глава 7. Лера

Я стояла на заправке под Тверью, пила противный сладкий кофе из автомата и смотрела, как мигает экран телефона. “Олег Свиридников”. Игорь не унимался. Прислал парламентёра.

“Ладно! Отвечу. А то будет названивать. А мне навигатор будет нужен”.

– Алло? – проговорила холодно.

– Лера! Слава богу, – в его голосе прозвучала тревога. – Ты где? Ты в порядке?

– Жива-здорова, – буркнула я. – Передай Игорю, что его посольство провалилось. Я не вернусь.

– Передам. Но я звоню не по его поручению. Вернее, не только, – сделал паузу. – Он звонил мне. Был не в себе и просил договориться с тобой о встрече. Ну, чтобы приехал он, а не я.

– Предсказуемо, – фыркнула я. – Только зачем мне с ним встречаться? Мы ночью всё выяснили. Я не та, о ком он мечтал. Что ж, пусть ищет свой идеал.

– Он… он это сказал? – ужаснулся Олег. – Идиот! Лера, я… я даже не знаю, что сказать. Я в шоке. От него и от всего, что происходит…

Моё сердце ёкнуло. Что-то ещё стояло за словами Олега, не только сочувствие.

– А что происходит, Олег?

– Я… не знаю. Не узнаю́ его в последнее время, – проговорил он задумчиво. – Думал, успех и деньги ему голову вскружили. Но, видимо, что-то другое.

– Другая, – поправила его я, сжимая в кулаке бумажный стаканчик.

– Ты знаешь?! – опешил он.

– Знаю, что? – прикусила губу я. – Договаривай, Олег, если начал.

– Прости, Лера, – опомнился он. – Я только хотел тебя успокоить. Да, вижу, у меня плохо это получается у меня.

– Перестань, Олег! – оборвала я его угрызения совести. – Я не маленькая. Не надо сюсюкать со мной. Я имею право знать правду!

–Ты… о чём? – напрягся он, видимо, жалея, что разоткровенничался со мной.

– О Светлане, – выдохнула я.

– Лер, ты всё преувеличиваешь, – начал выкручиваться. – Конкретно мне ничего не известно. Но я говорил Игорю, что брать её в фирму – плохая идея. Но он послал меня подальше, заявив, что меня это не касается.

– Почему ты мне ничего не сказал тогда? – спросила с болью в голосе, вспоминая вчерашние разборки со Светланой.

– А зачем, Лера? – вздохнул он. – Я видел, как ты любишь Игоря. Это могло разбить тебе сердце. Тем более, я не знал ничего точно. Опасался, что это лишь домыслы.

– Теперь уже не домыслы, – вздохнула я.

– Прости! Позвонил, чтобы успокоить тебя, предложить помощь. А в итоге только ещё сильнее расстроил.

– Знаешь, Олег, я очень благодарна тебе за этот звонок. Мне сейчас просто жизненно необходимо было с кем-то поговорить. Ты реально помог. А то меня тут совсем накрыло. Начала уже сомневаться в том, что видела и слышала. И себя винить за истерику…

– Ты ни в чём не виновата, Лера. Не выдумывай, – в его голосе звучало неподдельное сочувствие. – Игорь сделал свой выбор задолго до сегодняшнего дня. А теперь раскаивается. Но вижу, поздно.

Олег не убеждал меня, что Игорь невиновен. Наоборот, признавал, что моя боль не плод воображения. И я ему была за это очень благодарна.

На глаза навернулись слёзы от его участия.

– Спасибо, Олег. Я даже не знаю, что сказать…

– Тогда и не говори, а слушай, – его голос стал мягче. – Ты ведь как сестра мне, Лера. И что бы ты ни решила по поводу отношений с Игорем, знай, что всегда можешь обратиться ко мне за помощью. Тебе я всегда помогу. Но… – он сделал паузу, – пообещай мне, пожалуйста, что если захочешь поменять номер – сообщишь мне новый.

Я смотрела в окно кафе на заправке. Ещё недавно я видела мир в тёмных тонах. А сейчас появились проблески света.

– Обещаю, – с улыбкой проговорила я. – Не ожидала, что, потеряв мужа, обрету брата…

– Спасибо, что ответила мне, – проговорил с благодарностью. – Так, может, встретимся? Попьём кофе. Поговорим…

– Я бы рада, – усмехнулась я. – Но я еду в Питер, Олег.

Сказала и сама удивилась, что так разоткровенничалась с ним.

“Ну и пусть! Заодно и проверю, брат он мне, или не брат. Если сдаст Игорю, значит, вычеркну его из списка телефонов”.

– В Питер? – удивился он. – Отдохнуть? Или…

– Или. Хочу там остаться.

– Что ж. Может, и к лучшему, – пробормотал он. – Между прочим, я там учился. У меня много связей в том городе. Могу помочь тебе с жильём и работой…

– Я пока не знаю чего хочу. Надо осмотреться сначала, – ответила осторожно.

– Ну, как знаешь, – согласился он. – Но я буду волноваться… Можно, я буду звонить тебе? Изредка.

– Не вопрос, – пожала плечами я. – У меня не так много родственников. Найду время пообщаться.

– Береги себя, – проговорил он на прощание и сбросил вызов.

Я почувствовала себя обновлённой.

Олег не был мне близким человеком, но смог подобрать нужные слова. Поддержал. Подбодрил.

А горячо любимый муж, который был все последние годы самым дорогим – разбил мне сердце предательством.

Глава 8. Лера

Прошёл месяц. Месяц, который вместил в себя целую жизнь. Вернее, смерть одной жизни и робкие попытки начать другую.

Питер встретил меня вечно серым небом и промозглым ветром с Невы, но я не отчаивалась, понимая, что скоро весна по-настоящему вступит в свои права и солнечных дней станет больше.

Зато Яна оказалась самым настоящим солнцем в моём оконце.

“Живи, сколько нужно”, – заявила она мне, когда я появилась у неё на пороге. И её небольшая квартирка в старом доме на Васильевском стала моим первым в этом городе пристанищем. Я была ей безмерно благодарна за это и очень надеялась, что Игорь у неё меня не найдёт.

Приехав в Питер, я первым делом сменила сим-карту. Старый номер, к которому был привязан весь мой прошлый мир, я выбросила в урну прямо возле салона мобильной связи. Но перед этим набрала номер Игоря. Не знаю зачем. Может, хотела услышать в его голосе раскаяние. Может, просто привыкла делиться с ним важным. Я сказала, что подаю на развод, и попросила не усложнять всё – подписать согласие.

Ответом был не крик, а ледяная, медленная ярость: “Никогда. Слышишь?! Никогда! Ты моя жена… И будешь ею, пока я не скажу иначе”. Он говорил так, будто я была его собственностью. Несбывшейся мечтой, которую нельзя просто так отпустить. Этот разговор лишь придал мне уверенности, что я поступаю правильно.

После разговора с ним я позвонила Олегу и попросила помочь мне оформить развод без согласия супруга. Он не удивился, лишь спросил:

– Ты уверена? Может, подумаешь ещё немного?

– Да, уверена – упрямо проговорила я, вопреки желанию сказать нет.

Но зачем тянуть? Ведь больно не только мне, но и ему, судя по этому эмоциональному взрыву.

Нет, лучше не мучить друг друга неопределённостью и пустыми надеждами. Да и ему больше не придётся лгать ни себе, ни мне. Раз его тянет к Светлане – скатертью дорога!

– Хорошо. Я всё сделаю. Тебе даже не придётся в суд приходить, – успокоил меня Олег. – У тебя, Лера, будет отличный юрист – это я, – пошутил напоследок.

Олег сдержал слово. Через месяц у меня на руках было свидетельство о расторжении брака с короткой, безликой формулировкой “непримиримые разногласия”. В тот же день я подала документы на смену фамилии Градова на бабушкину – Еленская.

Я была уверена, что под этой фамилией Игорь меня точно не найдёт. Такие меры были обоснованны: он за прошедший месяц умудрился достать и моих родителей, и бывших подруг по университету, и даже отыскать где-то номер Яны. Но подруга холодно ответила, что не видела меня со времён студенчества. Он ей больше не звонил.

Но я всё равно перестраховалась: съехала от неё на съёмную квартиру, там же, на Васильевском.

Зная мужа, я понимала, что если он задастся целью, то отыщет адрес Яны.

Но в целом всё было бы хорошо, если бы не отсутствие работы. Ничего нормального пока не находилось. Моё портфолио иллюстратора вызывало вежливый интерес. Но в Питере был свой круг художников. Я отчаялась, и стала даже смотреть в сторону продавца-консультанта в магазине одежды, или администратора в салоне красоты. Но зарплаты бы мне едва хватало на аренду квартиры. А жить на что?

Опускались руки.

Я слушала оптимистичные заверения Олега о том, что он всех “зарядил”, и скоро где-нибудь “выстрелит”.

Но пока не выстреливало.

Да ещё, видимо, пережитый стресс вылился в какую-то разновидность депрессии: мне здесь всё время хотелось спать.

Яна подлила масла в огонь, заявив, что я слишком бледная. Я отмахнулась, но она сказала, что если я не пойду в поликлинику, то она вызовет врача на дом.

Пришлось идти.

И вот, сидя в унылой очереди городской поликлиники, я проверила почту. И вуаля! Среди спама и отказов, нашла приглашение на собеседование в небольшую студию ландшафтного дизайна. Владелица искала ассистента с художественным образованием. Зарплату предлагали вменяемую. Опыт необязателен. Готовы обучать!

О боги!

Кажется, вселенная вспомнила обо мне и решила дать шанс.

На собеседование приглашали завтра.

Ответным письмом я сразу же отправила согласие.

Пока возилась – подошла моя очередь.

С широкой улыбкой на сияющем лице я вошла в кабинет терапевта и села напротив уставшей женщины в изрядно поношенном халате.

Она спрашивала и, слушая меня, равнодушно клацала пальцами по клавиатуре компьютера.

Затем измерила давление и потыкала в меня стетоскопом.

– Вы замужем? Половая жизнь регулярная?

Вопрос застал врасплох.

– Я… недавно развелась. Но до развода была… регулярной.

– Последние месячные когда были?

– Месяц назад. Скудные, но были… Я думаю, вы не в том направлении смотрите, – улыбнулась ей, чтобы не настроить против себя. Знала, как врачи не любят, когда пациенты лучше их всё знают. – У меня с желудком что-то. Наверно, на нервной почве. Подташнивает часто. Может, есть возможность сделать ФГДС?

Врач, поджав губы, промолчала, а затем заглянула в компьютер и написала что-то на клочке бумаги.

– Вот, на ваше счастье, есть номерок на сейчас. Пройдите на осмотр, а после не забудьте вернуться ко мне.

Она меня бесила своей упёртостью. Но что делать? Раз пришла, приходилось играть по её правилам: потащилась к кабинету двести восемь.

Как и думала, она направила меня к гинекологу.

А куда ещё? Раз женщину подташнивает, то именно сюда! Другими болезнями она болеть не может.

Ладно хоть приём по номеркам. И мой был как раз следующим.

Врач, немолодая, с доброй улыбкой женщина задала дежурные вопросы и отправила раздеваться за ширму.

Долго мяла живот, смотрела зеркалом. Затем оцарапала… Видимо, брала мазок. Наконец, сняла перчатки и разрешила одеваться.

– Ну что, моя хорошая, – отвлеклась от компьютера, когда я села рядом. – Всё хорошо!...

– Ну вот, я же говорила терапевту, что мне нужно желудок проверить. А она к вам отправила, – проворчала я недослушав.

– А что вас беспокоит? – участливо спросила она.

Глава 9. Лера

Врач водила датчиком по моему животу и диктовала медсестре цифры параметров. Я старательно прислушивалась, но ничего не понимала. Наконец, она мне протянула салфетку, чтобы вытереть гель, и оставила одеваться.

– Поздравляю вас, Валерия Гордеевна, – мягко улыбнулась мне, когда я снова уселась возле её стола. – УЗИ показало, что беременность на данный момент протекает нормально. Но необходимо пройти полное обследование, чтобы исключить риски.

– Но как же месячные?

– Ваши кровянистые выделения не могли быть месячными. Такое бывает по ряду причин. Возможно, был сбой на фоне отмены гормональной терапии. Вы же говорили, что лечились…

– Да… три курса. Я перестала пить таблетки в январе, – мне мой собственный голос показался чужим. Я до сих пор не верила, что это всё происходило наяву и со мной.

– Ну вот видите! Организм после терапии, заработал как часы, – ободряюще улыбнулась она мне.

А у меня внутри всё дребезжало от ужасающих противоречий.

Беременность. Это то, чего я так долго ждала. Ради этого лечилась, высчитывала дни и плакала в подушку каждый месяц. Это была самая заветная моя мечта. До последнего времени.

Но почему она сбылась сейчас, мать вашу?!

Сейчас! Когда я решила начать свою жизнь с чистого листа…

“Это что, насмешка?!” – сглотнула, отводя взгляд к окну, чтобы врач не увидела навернувшиеся на глаза слёзы.

– Ну, ну, милочка, – проговорила она, поглядывая на меня. – Что же вы так? Радоваться надо. Сами же говорите, что долго не получалось… А вы плачете.

– Так, я только развелась! – всхлипнула я. – Теперь одна. В чужом городе. Без работы…

– А почему развелись? Муж вас обижал? Он плохой человек?

– Нет, – нашла в сумочке платок и промокнула глаза. – Он не плохой. Но… Он… обманывал меня.

– Открою вам, Валерия Гордеевна, страшную тайну – обманывают все! – они многозначительно переглянулись с медсестрой. – Это не причина, чтобы скрывать беременность от отца ребёнка. Вам необходимо поговорить с ним. Это ведь не обязывает жить с ним. Но ваш муж имеет право знать, что скоро станет отцом.

Я вышла из поликлиники в полном раздрае.

Села в машину и, откинувшись на спинку сиденья, посмотрела вдаль, пытаясь разобраться в своих чувствах.

Где-то там была моя новая жизнь: собеседование в ландшафтную студию, планы. А здесь, внутри меня, зародилась другая жизнь. Совершенно новая, незапланированная вселенная, вмещающая одновременно меня и Игоря, как единое целое. Нас вместе уже не существовало. А эта кроха несла в себе заряд нашей с ним любви. Меня распирало от нежности и осознания, что я уже МАМА!

“Доктор права. Игорь имеет право знать о ребёнке. Он ведь тоже хотел этого”, – рука сама потянулась к телефону. Я по памяти набрала его номер.

Гудок. Ещё гудок… Сердце пыталось выскочить из груди…

Успела загадать, если не возьмёт трубку – перезванивать не буду. Значит, не надо ему знать…

– Алло? – неожиданно прервал гудки энергичный женский голос. – Служба сопровождения Игоря Александровича Градова. Чем могу помочь?

Я опешила.

Это надо! Сам на звонки не отвечает…

– Я… Мне нужно поговорить с ним.

– Он занят. Кто его спрашивает? Представьтесь, пожалуйста. Игорь Александрович перезвонит вам, как только представится возможность.

“Кто спрашивает? Больная на голову бывшая истеричка!“

– Нет. Простите, уже неактуально. Ничего передавать не нужно. До свидания.

Я поспешно сбросила вызов в надежде, что его секретарь не догадалась, кто я.

Что я хотела ему сказать? “Поздравляю, ты станешь отцом”?

А дальше что?

Когда малыш родится, он же захочет видеть его. Или того хуже…

Меня пронзила страшная мысль. Если он считает меня своей собственностью, то ребёнка и подавно. Смогу ли я противостоять ему, если он вдруг захочет забрать его у меня?

Меня раздирало на части от смятения, нежданной радости и парализующего страха потерять долгожданное своё чудо.

– Нет. Никогда! Ты мой, малыш. Только мой! Я тебя никому не отдам! – проговорила я, поглаживая свой плоский пока живот.

Глава 10. Лера

Меня распирало от потребности поделиться с подругой радостью. Но Яна предупредила, что у неё завал на работе, поэтому в рабочее время ей лучше не звонить. Да и говорить о столь сокровенном и важном мне хотелось не по телефону. Поэтому решила подождать до её выходных, и тогда рассказать обо всём. Надеялась, что к тому времени и с работой у меня тоже бы всё прояснилось.

И всё же я испытывала почти физическую потребность поговорить.

Всё равно с кем и о чём. Ну хотя бы о работе…

Поэтому, когда позвонил Олег и пригласил поужинать с ним в ресторане, я не отказалась.

Олег был связующим звеном между мной и моим прошлым. И он здорово помогал мне всё это время. Поддерживал, успокаивал. Без него я бы, наверно, совсем скисла. Весь прошлый месяц у меня по сто раз на дню настроение скакало от минуса к плюсу и обратно. И едва я оставалась одна, в голову постоянно лезли воспоминания. Как я была счастлива с Игорем. А потом плакала, понимая, что всё было пронизано обманом.

И всё равно, невыносимо было представлять Игоря с другой. Но мысли, словно колонии насекомых, упрямо лезли в голову, рисуя мерзкие картинки.

Меня больше не было в его мире. И теперь кто знает, возможно, он приводил свою любовницу домой. В нашу с ним спальню… Меня просто наизнанку выворачивало от этих мыслей.

И да, в эти моменты я люто ненавидела своего, теперь уже бывшего, мужа.

Ресторан, в который пригласил меня на ужин Олег, оказался небольшим, грузинским, недалеко от Спаса на Крови. Мне удобно было доехать на метро, поэтому попросила Олега не заезжать за мной.

Он ожидал меня у входа.

– Здравствуй, Лера! Ты прекрасно выглядишь, – проговорил, окидывая меня восторженным взглядом, и наклонился, целясь поцеловать в щёку. – Питер тебе идёт.

– Пока больше идёт стресс и недосып, – ловко уворачиваясь, буркнула я.

Никогда не понимала этих дружеских знаков внимания со стороны мужчин.

Между подругами – нормально. Но в конкретном случае не знаешь, как воспринимать. Всё же он не брат мне никакой…

В зале было полно народу, но столик, как оказалось, он забронировал.

Очередной раз отметила, что Олег всегда и ко всему подходит основательно.

Правда, Яне он почему-то не понравился. Я их познакомила, когда он впервые после моего отъезда из Москвы приехал в Питер. Олег тогда пригласил нас на ужин, и весь вечер пытался шутить. Но что бы он ни рассказывал, подруга только острила и ни разу не улыбнулась.

Я её не узнавала. После, она мне призналась, что Олег чем-то напоминал ей её бывшего мужа.

– Такой же… – сморщилась, но уточнять она не стала. А мне и без её объяснений всё было понятно.

Я попыталась повлиять на её мнение, сказав, что внешнее сходство ничего не значит. Но та стояла на своём: “Он похож на удава в пальто!”

Ну что ж!

Олегу Яна тоже не пришлась по душе. Вместе он нас больше никуда не приглашал...

Аромат специй, хачапури и зелени витал в воздухе, но мой аппетит, обычно пробуждавшийся от таких запахов, сегодня был каким-то странным, выборочным.

Я сидела напротив него и тараторила о студии ландшафтного дизайна.

– Ты представляешь, Олег? Это именно то, что мне нужно! Интересная работа, творческая атмосфера, обучение. И зарплата, на которую реально можно жить, – я отломила кусочек тёплого хлеба. – Я так надеюсь, что завтра всё сложится. Это же шанс начать всё по-настоящему. С чистого листа.

– Это прекрасно, Лер, – Олег улыбался, внимательно слушая. Его спокойное присутствие было как глоток свежего воздуха после душной поликлиники. – Я знал, что у тебя всё получится. Твои иллюстрации – они особенные. И в дизайне это чувство пригодится.

Пока официант ставил перед нами сациви с курицей и тарелку с румяными абхазурами, Олег вдруг спросил, посмотрев на меня пристально:

– Кстати, ты в поликлинику сходила, как обещала? В прошлый раз жаловалась, что самочувствие не очень. Анализы сдала?

Вопрос застал меня врасплох. Я не собиралась рассказывать ему об этом сегодня. Хотя и жаждала выговориться, сбросить этот груз из радости, страха и смятения. Но планировала сделать это как-нибудь иначе, не между первым и вторым. Сердце застучало чаще. Я опустила вилку в тарелку.

– Олег… Мне нужно тебе кое-что сказать. Но сначала дай слово, что никому об этом не расскажешь. И уж тем более… Игорю. Ни единого слова!

Олег медленно кивнул.

– Конечно. Даю слово, – его лицо стало серьёзным и чуточку настороженным. – Что случилось?

Я сделала глубокий вдох, словно собиралась нырнуть с большой высоты.

– Я была у врача. Сегодня. Олег, я… беременна.

В этот момент он успел положить в рот кусочек сочного апхазура. Но вдруг замер, глаза расширились. Потом резко закашлялся, давясь мясом. Лицо покраснело. Он схватился за стакан с морсом и сделал несколько больших глотков.

– Ой, прости! – воскликнула я, но внутри меня что-то ёкнуло от нелепости ситуации. – Вот видишь, ты почти так же отреагировал, как и я сегодня в кабинете! Я чуть в обморок не грохнулась, представляешь? Врач говорила, а у меня в ушах звенело, и всё плыло перед глазами. Пришлось даже воду мне приносить и окно открывать… Я сама никак не ожидала, Олег, вот совсем! Так долго ждала, а потом перестала. И вот… Оказалось уже восемь недель. Представляешь?

Я говорила быстро, сбивчиво, пока Олег откашливался, глядя на меня странным взглядом – не столько шокированным, сколько… озадаченным? Тяжёлым.

Глава 11. Лера

– И что теперь? – спросил он наконец охрипшим от недавнего кашля голосом. – Что будешь делать?

– Как что? – я улыбнулась не понимая. – Если повезёт, устроюсь в эту студию, буду работать, копить деньги… Малышу же нужно столько всего!

– Да нет, – Олег перебил меня, потирая переносицу. – Я не о работе. Что ты собираешься делать… с беременностью?

Я замолчала, уставившись на него. Его вопрос повис в воздухе, густой и неудобный, как запах пригоревшего.

– Ничего, – наконец проговорила я, пожимая плечами. Внутри всё сжалось. – А что с ней делать? – Мой голос прозвучал тише. Я посмотрела на него с искренним недоумением, а потом чувства снова перехлестнули через край. – Олег, ты не представляешь, как я счастлива! Это же моя мечта! Та самая, из-за которой я плакала ночами, пила горы таблеток… Она сбылась! Я скоро стану мамой!

Его лицо изменилось. Словно какая-то тень скользнула по нему, смягчая резкие черты.

– А, ну… – он махнул рукой, отводя взгляд. – Я просто подумал, что… Впрочем, неважно, что я подумал. Ты права, Лера. Я искренне рад за тебя! – Он снова посмотрел на меня, и его улыбка стала чуть мягче. Но мне показалось, что в складке между бровями залегла грусть. Хотя по выражению лица Олега никогда нельзя было понять, о чём он думает.

– Главное, Лера, – ты снова улыбаешься, – добавил он.

– Да, сейчас улыбаюсь… – поток слов хлынул из меня с удвоенной силой. Мне так хотелось выговориться, поделиться этой вселенной, которая бурлила внутри. И я не замечала, что Олег слушал меня, изредка кивая, но сам почти не поддерживал разговор. Только когда мой эмоциональный накал иссяк, обратила внимание, что смотрит он словно сквозь меня. Видимо, думая о своём.

– Олег, тебе неинтересно?

– В смысле? – встрепенулся. Взгляд стал осмысленным. – Лера, мне интересно всё, что касается тебя.

Я непонимающе уставилась на него.

– Ну… Ты ведь мне, как сестра. Вот я и волнуюсь за тебя, – пояснил он. – Ты же понимаешь, какая это ответственность? Ребёнок, это же… – набрал в грудь воздуха, подбирая слова.

– Олег, я не маленькая, – проговорила с улыбкой. – Я, конечно, всё понимаю. И да! Мне, конечно, страшно. Квартира съёмная, работа пока только в перспективе… И с малышом, наверное, будет сложно одной… Но я не хочу об этом ни думать, ни говорить сегодня. Сегодня я хочу насладиться нежданным счастьем. Это же такое чудо, Олег! Я стану мамой… И я уже бесконечно люблю эту кроху!

Когда я, наконец, умолкла, выдохнув, он задал неожиданный вопрос, вводя меня в ступор:

– Всё это понятно, Лера. Но есть одно но, которое ты опускаешь в своих рассуждениях, – проговорил Олег, упираясь в меня пристальным взглядом. – Это… ребёнок Игоря?

– Эээ, – на секунду зависла я. – А это разве не очевидно?

– Прости, я уточнил, – отвёл в сторону взгляд. – Тогда ответь ещё на один мой вопрос: ты Игорю собираешься говорить о ребёнке?

– Н-не знаю, – честно призналась я, играя краем салфетки. – Я хотела. Даже набрала его номер сегодня, после поликлиники. Но трубку почему-то взяла секретарь. Ты не знаешь, почему он сам не отвечает?

Олег тяжело вздохнул и потянулся к кувшину с морсом. Пока он пил, я терпеливо ждала, что он мне ответит. Но его затянувшееся молчание было подобно пытке.

– Знаю. Но, боюсь, тебе это не понравится, Лера, – с трудом выдавил он, машинально комкая под рукой салфетку.

– Говори. Хуже уже не станет.

– Я не успел рассказать… Я ведь только из Москвы. Два дня там был. Ездил увольняться. Решил сюда, в Питер, перебраться насовсем.

– Да? – удивилась я. – А мне ты ничего не говорил…

– Не хотел раньше времени, – отмахнулся он. – Так вот… В офисе узнал, что Игорь уехал в отпуск. Притом, Светланы в отделе я не застал. Когда спросил про неё, мне сказали, что и она в отпуске. Хвасталась, что на Мальдивы, – Олег вздохнул виновато. – Не берусь утверждать, Лер, но напрашивается вывод, что они уехали вместе.

В ресторане было по-прежнему тепло и уютно, но внутри меня всё провалилось в ледяную пустоту. Шум голосов, звон посуды – всё это отодвинулось куда-то далеко, прячась за гулом в ушах.

Мальдивы? Получил развод и рад? Улетел со своей шалавой на край света…

Зачем тогда лгал мне про любовь? Развод не давал…

Зачем?!

Настроение, такое лёгкое и окрылённое секунду назад, рухнуло, разбилось о холодный камень реальности. В горле встал ком.

– Понятно, – выдавила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. Взяла сумочку. – Спасибо, Олег, что сказал. Мне… завтра рано вставать на собеседование. Поеду домой.

Олег не стал возражать. Молча расплатился, и мы вышли на улицу.

Я поёжилась. Вечером подмораживало, а я в лёгком пальто и тонком платье…

“Вот дурища! В этот ресторан можно было и в джинсах прийти”, – подумала с запозданием.

– Замёрзла? Держись за меня, – Олег оттопырил руку, чтобы взялась за него. – А то пока до машины дойдём – навернёшься на своих шпильках. А тебе теперь беречься надо…

Вроде бы мелочь, а тронуло до слёз. Мне так не хватало именно сейчас простого участия и заботы. Вот только Игорю плевать на меня.

“Ладно, дорогой! У меня-то наступает другая жизнь, – я мысленно показала бывшему средний палец. – А ты, предатель, увязнешь в своей похоти и пороках!”

Олег довёз меня до дома и, остановившись возле подъезда, выскочил, чтобы помочь мне выйти.

– Спасибо за ужин, – постаралась улыбнуться ему, высвобождая руку, которую он не спешил отпускать. – И за компанию.

– Не за что… – он тупил, явно думая о чём-то своём, при этом загораживал мне проход к подъезду.

Обошла.

– Лера! – он догнал меня возле двери. В свете фонаря его лицо выглядело усталым, но решительным. – Ты… Береги себя, – проговорил вдруг, глядя мне прямо в глаза. – И знай: я теперь всегда буду рядом. Ты можешь на меня рассчитывать. Поэтому откинь все страхи про работу, квартиру… Всё будет хорошо! Я обещаю.

Он говорил необычно много и искренне. И видимо, ждал от меня ответных слов. Но я словно в ступоре молчала.

Глава 12. Лера.

Почти пять лет спустя. Конец декабря.

День выдался таким, будто сама вселенная проверяла меня на прочность. А начался он с того, что я проспала, потому что начала Алису купала, потом укладывала спать, а она бегала то пить, то писать. Потом вещи собирала на выезд, а после перепроверяла презентацию своего проекта.

Впрочем, он ещё не закончился. Хотя и мчался, как мой белый Фольксваген Жук по заснеженной трассе, унося меня навстречу чему-то, что щекотало нервы не только предстоящей презентацией.

Всё началось в саду. Вернее, закончилось в кабинете заведующей.

Я влетела в группу Алисы, сбивая снег с сапог, с мыслью: “поскорее забрать, переодеть и мчаться за Яной”. Но вместо ожидающей меня дочки застала тройной альянс из заведующей, с лицом следователя, воспитательницы с испуганными глазами и дамы в норковой шубе, из которой, казалось, вот-вот пойдёт дым.

А в центре – моя Алиска. В грязном комбинезоне и с исцарапанной щекой, но с таким вызывающе гордым взглядом, что моё сердце ёкнуло от предчувствия неприятностей. Тем более что к женщине жалась всхлипывающая девочка с внушительным синяком на лбу и жгутиками ваты, выглядывающими из припухшего носа.

– Валерия Гордеевна, наконец-то! – обрадовалась воспитательница, увидев меня. – Вы знаете… Ситуация крайне неприятная… – кивнула она на даму в шубе.

– Да, что вы мямлите, Раиса Григорьевна? Называйте вещи своими именами! Накануне праздника мою дочь изуродовала её хулиганка, – перебила Норковая Дама, тыча пальцем в сторону Алисы. – Юля рассказала мне, как она набросилась на неё, словно дикарка. Смотрите, она вся избита! И на пуховике дочери – кровь! Вы видите, Марина Евгеньевна? – развернулась корпусом к заведующей, призывая её стать группой поддержки.

– Инга Васильевна, подождите! Давайте спокойно разберёмся? – проговорила заведующая тоном учителя. – Пройдёмте в мой кабинет. Не надо при детях…

– Почему не надо?! – от возмущения идеально прорисованные брови дамы взметнулись вверх. – Вы должны прямо сейчас разобраться с ними! Иначе… Я как здесь ребёнка оставлю? И вообще! Я сегодня же опрошу в родительском чате всех родителей! Я уверена, что эта Алиса не только мою девочку терраризирует! А значит, вы обязаны будете убрать её из нашей группы!

“О как!” – я, закусив губу, слушала визг разъярённой мамаши и терпеливо ждала, когда она, наконец, замолчит, но пока мы гуськом шли в кабинет заведующей, она продолжала сыпать угрозами.

– Алиса, что случилось? – присела я перед дочерью на корточки, когда вошли.

– Она говолит, что я тупая, потому что у меня нет папы, – без тени раскаяния выдала Алиса. – А я ей не повелила. Потом мы обе хотели быть пьинцессами. А она сказала, что её папа говолит, что она самая главная пьинцесса и толкнула меня пьямо в гьязь. Сказала что я не пьинцесса, а замаашка. Убегала и къичала “замаашка”.

– А ты?

– А я догнала и тоже немного толкнула!

“Немного” выглядело на Юле чересчур заметно. Внутренне я содрогнулась, представив, как могла упасть та, если разбила нос. Но внешне постаралась держаться спокойно.

– Ну и?! – дама смотрела на нас с Алисой, как на низшее сословие. – Я жду!

Будь я с ней тет-а-тет, сказала бы, что думаю о ней. Но не здесь, и не при детях...

– Я глубоко сожалею о случившемся, – начала я с вежливой улыбкой, – и, конечно же, поговорю с Алисой о недопустимости подобного выяснения отношений. И стоимость химчистки курточки я тоже оплачу, – проговорила я сдержанно. – Но и вы должны поговорить с дочерью. Юля говорила Алисе недопустимые вещи. Поэтому извинения должны быть взаимными.

Такой поворот, видимо, не входил в планы дамы. Она завелась с новой силой. Заведующая пыталась что-то говорить про “педагогический процесс” и недопустимость. А я украдкой смотрела на часы: ехать до загородного центра около пяти часов, а мне ещё за Яной заезжать…

Попытки найти компромисс длились ещё полчаса. В итоге я написала расписку о компенсации за чистку куртки, Алиса, скрепя сердце, извинилась, а Юля, под давлением матери, пробормотала что-то невнятное.

Я мечтала, что наш совместный выезд станет праздником для всех, но пока всё шло через зад. Зато моей разбойнице разборки в группе показались приключением, и она, пока я тащила её за руку к машине, самозабвенно щебетала.

– Мамочка, ты очень злая? – заглянула маленькая хитруля мне в глаза, пока я её пристёгивала в детском кресле на заднем сиденье.

– Нет, Алиса, я не злая, – посмотрела на дочь строго. – Но нам далеко и долго ехать, поэтому я спешу. Но про твоё поведение мы обязательно поговорим. Только позже.

“Жук” рванул с места. Мне нужно было заехать домой за вещами, переодеть Алису и мчаться за Яной и Тимофеем, чтобы успеть доехать до места к ночи. А завтра предстоял ужасно ответственный и важный для меня день.

Глава 13. Лера

Мы наконец-то одолели предновогодние пробки, и когда выбрались из города, я облегчённо выдохнула.

На трассе тоже поток машин был достаточно плотным, но мы хоть ехали, а не стояли на светофорах. Да и по сторонам припорошённые снегом ели и сосны придавали нужный, предновогодний настрой. Мне необходимо было только завтра выложиться, а потом можно было выдохнуть и встретить Новый год в сказочном месте.

Алиса, уже в чистых штанах и свитере в компании семилетнего скромняги Тимофея трескала печенье и хвасталась новыми раскрасками, в которых уже успела начиркать, проверяя цвета новеньких фломастеров.

Тимофей, само спокойствие, внимательно разглядывал её каракули, хотя у самого рядом лежал альбом с аккуратными и вполне талантливо выполненными рисунками.

В машине пахло мандаринами, а из динамиков доносились ритмичные новогодние треки.

Пока я пересказывала Яне весь свой сегодняшний день, она то и дело взрывалась от смеха. Мне уже и само́й, ситуация в садике перестала казаться столь трагичной. Но шутки шутками, а воспитательную беседу с дочерью провести было необходимо. Поэтому решила уточнить:

– Ну и? Если серьёзно, что думаешь? Как бы сама отреагировала, если бы это всё Тим устроил?

– Да ну, перестань, – выдохнула Яна, утирая слезу. – То, что у тебя дитя-катастрофа, ты и сама знаешь. Но агрессии за Алисой я не замечала. Так что выдохни. Там Юля, сама коза. Стервочка в миниатюре. Яблочко от яблоньки, как говорится…

– Тётя Яна, а что такое стельвочка? – донёсся голос Алисы.

– Это такое… нехорошее слово для невоспитанных девочек, – моментально нашлась Яна. – Не повторяй. Лучше на, съешь мандарин, – Яна протянула ей чищенный и начала снимать кожуру со следующего.

– А Тиму мне от своего отделить, или ему длугой дадите? – тут же уточнила Алиса.

– Тиму тоже чищу, – хмыкнула Яна. – Правильный подход у девчонки, – подмигнула мне, передавая сыну мандарин.

– Спасибо! – проговорил тот, и мне стало стыдно за дочь.

– Алиса, а твоё “спасибо” куда потерялось? – посмотрела строго на неё в зеркало заднего вида.

– Никуда не потелялось. Я ещё не съела его, чтобы здля говолить, – насупилась та.

– Пф!... – Яна, пряча улыбку в кулак, затряслась от беззвучного хохота. А я, поджав губы, задумалась, почему так бывает? У острой на язык взбалмошной подруги – не сын, а картинка! Вежливый, умница, с четырёх лет читает, рисует, танцует.

А в кого моя саранча?!

Умом бог не обидел. Тоже уже начала читать. Тимофею спасибо. У них музыкальная азбука, ненужная уже, лежала. Нашёл, поиграл с ней. Через пару недель Алиска начала сама, слова складывать.

В остальном ей не хватало усидчивости. Хваталась за одно, перескакивала на другое, третье. В итоге, когда Яна с Тимом приходили, она поочерёдно все свои игрушки доставала, а потом, как убирать – истерика. Конечно, разве возможно перед сном убрать то, что разбрасывалось весь день.

Убирали вместе. Заодно показывала ей, как быстрее систематизировать, в надежде, что когда-нибудь она станет это применять на автопилоте. Но пока только тратились нервы её и мои.

Недавно прочитала про “Сказкотерапию”. Купила набор карт и книгу в помощь себе. Но ещё не было времени погрузиться во всё это. Надеялась в праздничные дни поиграть на базе с ребятами.

– Как там твои ипотечные дела? – перевела я разговор, лавируя между фур.

– Не очень, – вздохнула Яна. – Платёж, как удав на шее. Хорошо, хоть алименты от бывшего капают. А то совсем туго пришлось бы.

– Да уж, – посочувствовала ей. – Мне, слава богу, повезло. Программа для матерей-одиночек только полгода и была. Но я успела! Сейчас бы не знаю, что делала. Мой миник, когда начал сыпаться, сказали, что если не избавлюсь, то полетит движок. И тогда всё… А без кредита, где бы я деньги на новую взяла? А так купила и пока справляюсь, выплачивая и то и другое, – погладила кожаную оплётку руля своего белого “Жука” – моего труженика и помощника.

Да, мне приходилось во многом себе отказывать, но без машины с моей работой никак.

– Но всё равно, иногда ночами просыпаюсь и думаю: а вдруг заказчик исчезнет или проект заморозят? Чем буду платить? Но, тьфу-тьфу, пока кручусь как могу.

– Чего тебе-то переживать? – фыркнула Яна. – У тебя же персональный банк в виде Олежика. Он охотно оплатил бы любую твою прихоть. Только отмашку дай…

Меня слегка передёрнуло. Тема была старой и наболевшей.

– Яна, мы уже сто раз говорили… Олег мне как брат. И готов помочь. Но я не могу принимать от него помощь! – проговорила я раздражённо.

– Лер, ты кому по ушам ездишь? – возмутилась подруга. – Тц!... Брат, блин, – обиженно поджала губы. – Мне-то не лги! Что, я не вижу, как он на тебя смотрит? Сестру взглядом не раздевают…

– Не знаю. Не замечала, – скосила глаза в зеркало заднего вида. Дети подозрительно притихли… Но, оказалось, сладко дремали, откинувшись на спинки сидений. – Яна, даже если это так, то я всё равно не могу брать у него деньги.

– Почему?

– Потому что это обязывает. А я пока не знаю… Олег добрый, внимательный. Но, он брат Игоря. Это как-то неправильно.

– А, по-моему, он мутный конь в пальто! Но с деньгами! – с присущей ей прямотой заявила подруга, для убедительности вскидывая вверх палец. – Идиот. Ходит вокруг да около. Разве так надо за женщиной ухаживать? Взял бы в охапку и!... А то цветы всё носит. Так и будет до скончания века воздыхать на тебя? Нет, точно конь в пальто! – заключила она.

С заднего сиденья раздался смех Алисы:

– Мамочка, а тётя Яна пло какого коня говолит? Он говолить умеет? И он плавда в пальто?

– Алиса, это, наверное, такой большой-большой конь, – сонным спросонья голосом ответил ей Тим. – Как у богатыря. И ему холодно, вот ему пальто и купили.

Дети разрядили обстановку. Мы с Яной переглянулись, едва сдерживаясь, чтобы не смеяться в голос.

Глава 14. Лера

“Лесная симфония” встретила нас не только огнями, но и плотной парковкой у главного корпуса. По количеству машин было видно, что не одни мы, а все решили заселиться накануне праздника.

Я, вращая головой во все стороны, ехала и высматривала свободное место.

Яна тоже крутилась, пытаясь мне помочь, но только отвлекала и мешала обзору.

У детворы в это время решались свои важные проблемы. С заднего сиденья доносилось сопение и возмущённый шёпот.

– Мама, а Алиса… – голос Тимофея.

– Ты ябеда?! – обиженный – дочери.

– Ребята, мы почти приехали, – попыталась утихомирить уставших от долгого сидения детей я. – Потерпите. Скоро выпущу вас на волю. Только не ссорьтесь.

– Смотри, Лер, какая крутая тачка, – Яна махнула рукой, указывая на блестящий внедорожник белого цвета. Он стоял в другом ряду, заняв почти полтора стандартных места. Но дальше за ним был просвет!

– Да, клёвая, – автоматически ответила ей, радуясь, что боги сжалились надо мной!

“Лишь бы никто не занял вперёд нас!” – мелькнула беспокойная мысль, и я поспешно сдала назад, успев перегородить дорогу въехавшему на парковку крутому внедорожнику.

“Ха-ха!” – порадовалась, что успела первая, и свернула в следующий ряд.

Но за белой тачкой оказалось не одно, а целых два свободных места. Правда, туда почти не доставал свет от фонарей. Ну и ладно. Зато снег почищен.

Я проехала чуть вперёд и в несколько манёвров поставила своего “Жука” параллельно белой тачке.

Водитель тёмного внедорожника, видимо, тоже заметил свободное место в этом ряду, и теперь терпеливо ждал, когда я освобожу ему проезд. Довольная собой, я остановилась и хотела уже заглушить двигатель, но вспомнила, что в багажнике куча вещей, а я вплотную притёрлась задом в сугроб. Решила чуточку отъехать вперёд. Включила передачу, проехала и сняла ногу с газа, собираясь притормозить. Но…

В этот момент дети вдруг заорали: “Салют!”, и раздался оглушительный ХЛОП! Прямо за моим затылком. От неожиданности я вздрогнула всем телом, инстинктивно давя на тормоз…

“Блиин! Нет!...” – мой “Жук” с рёвом рванул вперёд! Прямо на проезжающий мимо, будь он неладен, грёбаный внедорожник.

Глухой, металлический КРУУУК, звон разлетающегося пластика, а после этого пронзительный, словно насмешка, сигнал клаксона.

Это Яна нажала, вцепившись в руль. Наверно хотела остановить мою машину.

Я, конечно, поняла, что давлю ногой не на ту педаль. Но было поздно.

Мы встали. Яна, наконец, отцепилась от руля.

В зловещей тишине нам на головы всё ещё сыпалось разноцветное конфетти и серпантин.

Мы с Яной медленно обернулись назад.

Алиса сияла от восторга, но, увидев моё свирепое лицо, её озорная улыбка начала гаснуть.

– Тим! Что это было?! – взревела Яна, испепеляя и без того испуганного сына взглядом. – Кто разрешил вам взять хлопушки?

– Я… Это… – проблеял он. – Алиса попросила показать. Я думал, мы только посмотрим.

– Тц! Думал он… – Яна запрокинутой головой едва не снесла подголовник, резко откидываясь на спинку своего сиденья.

– Мамоцька, но мы же на плаздник плиехали… Как же без салюта?

До моей дочери, кажется, так и не дошло, почему мать сердится.

А я, обливаясь ледяным потом, с ужасом пялилась на вздыбившийся капот своего Жука, протаранившего заднее крыло ещё недавно безупречного Порше цвета мокрого асфальта. Теперь тот угрожающе близко перекрывал собой обзор.

– Ну, чуточку не успел проехать, – посетовала вслух Яна.

– Мамоцька, извини… – дошло, наконец до Алисы, что пора сделать лицо, как у всех. – Я больше не буду без спроса салют делать.

– Тётя Лера, это я виноват. Алиса ни при чём… – включил Тим рыцаря.

Их голоса я слышала словно издалека. В ушах звенело: “Так, Лера. Дыши. Страховка, европротокол… Всё решаемо”, – отстегнула ремень безопасности, чтобы выйти.

Дверь водителя разбитого “Порше” с силой распахнулась, и из машины выпрыгнул высокий мужчина.

Он был вне себя от бешенства.

Я понимала, что надо успокоить его. Ну, не станет же он с женщиной драться. Но сердце почему, всё равно колотилось, как у загнанной в западню лани.

Надо было собраться.

“Вдох-выдох”, – я нарочито медленно отстегнула ремень безопасности и толкнула дверь.

– Ты дебил? – прогремел надо мной разъярённый голос. – Тебе права с ключами от машины дали?! А ну, иди сюда, упырок! – дёрнул дверь на себя.

Его ярость была настолько плотной, что мне стало страшно. Но не прятаться же в машине! В конце концов, мы не в лесу.

Я вышла наружу. Ветер тут же подхватил и рассыпал вокруг вывалившиеся вместе со мной из машины конфетти. Только сейчас дошло, что стою перед ним вся усыпанная блёстками и разноцветными бумажками, как новогодняя ёлка после драки.

– Простите, – проблеяла я, поднимая на владельца “Порше” виноватый взгляд.

Расчёт был утихомирить его признанием своей вины.

Но…

Время остановилось. Звон в ушах сменился оглушительной тишиной.

Надо мной нависал… Игорь!

Его глаза, в которых ещё секунду назад бушевала ярость, расширились от шока.

Впрочем, как и у меня.

– Лера? – пробормотал он растерянно. – Ты?!

Я не могла вымолвить ни слова, растерянно разглядывая того, кого когда-то любила без памяти. Он был всё так же хорош. Только черты до боли знакомого мне лица за пять лет стали чуть резче и холоднее. Словно их высекли на камне. Вот только глаза… Они на миг вдруг снова стали прежними. Как когда-то давно, когда он ещё любил меня.

– Дядя, отстань от мамы! И не кличи на неё! – вывел меня из оцепенения воинственный голос Алисы. – Это мы с Тимом салют пускали. Вот, машина и поехала…

Игорь прищурился! В глазах: удивление, затем боль и... Презрение?

Они вмиг снова стали холодными и чужими.

Глава 15. Лера

Его взгляд, тяжёлый и неумолимый, скользнул мимо моего плеча в глубину салона “Жука”. Туда, откуда выглядывала Алиса.

Внутри меня всё оборвалось и застыло. Каждая секунда его молчаливого изучения растягивалась в вечность. В голове, как ураган, пронеслись обрывки ужасных мыслей:

“Он узнал. Конечно, узнал! Эти её глаза, совсем как у него, только озорные. Что, если он в суд подаст на признание отцовства? У него же деньги, связи. Он мне никогда не простит, что скрыла от него беременность. Никогда! А потом станет мстить… И заберёт её у меня! – грудь сдавило так, что стало трудно дышать.

Меня трясло, но я должна была что-то сделать, чтобы отвлечь его и разорвать этот его опасный взгляд.

– Игорь… У меня есть страховка, – проблеяла я чересчур высоко и сдавленно. – Давай… те… я дам данные и мы всё оформим?

Он медленно, словно нехотя, перевёл взгляд на меня.

И я ужаснулась.

В бездонном океане его глаз бушевал шторм. Они потемнели и стали совсем чужими.

Не было в них ни капли ностальгии по прошлому, ни тёплой памяти, которую я, дура, вопреки здравому смыслу, всё ещё надеялась увидеть.

– От Олега. Значит. Родила, – процедил тихо, чеканя каждое слово. – А от меня, значит, “не получалось”...

От его слов я покачнулась, как от пощёчины.

Он не спрашивал. Он обвинял. Грязно и оскорбительно.

В горле встал ком, и я не нашлась что ответить. Только стиснула зубы, чувствуя, как от обиды и несправедливости горят щёки.

Игорь тем временем окинул брезгливым взглядом помятый капот моего “Жука”, конфетти на лобовом стекле и сплюнул презрительно в сугроб, грубо засовывая руки в карманы дорогого пальто.

– Неужели успешный адвокат в благодарность за дочь не мог тебе нормальную тачку подогнать? – спросил с ледяной насмешкой. – Хотя… Олежек всегда скупой был.

“Мне всё равно, что думаешь о нас с Олегом”, – намеревалась в отместку заявить ему, но язык не поворачивался.

На самом деле, мне было совсем не всё равно, раз от его слов, как от ударов плетью всё во мне жгло и ныло.

Было невыносимо больно!

И при этом трясло от бешенства.

Он сейчас выступал судьёй. Весь в пальто, да?!

А как же Светлана? Это же с ней он меня предал, разбив мне сердце.

Так зачем сейчас бросает мне в лицо эти грязные обвинения?

– С тобой… я на минике ездила! – заявила ему с вызовом, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Так что, нечего тут оценивать мою машину! Виновата? – нырнула в салон и вытащила из бардачка документы. – Вот! Заполняй европротокол.

– Страховку свою можешь себе на память оставить, – скривился он, отворачиваясь к своей изувеченной машине. – Её покрытия на ремонт и близко не хватит. Так что готовь своего… прошаренного спонсора раскошеливаться по полной. Я вышлю счёт.

Он развернулся и размашисто пошёл к своему “Порше” не оглядываясь. Я сверлила взглядом его спину, прямую и неприступную, как стена, и не могла пошевелиться от горькой, щемящей боли.

Как он мог?! Как мог смотреть на свою дочь и ничего не почувствовать? Каким же толстокожим нужно быть…

Смотрела и тайно надеялась, что он споткнётся и обернётся…

Мне сейчас больше всего на свете хотелось увидеть в нём, хоть издали, невзначай, того Игоря, которого я любила без памяти.

Но он сел в машину и захлопнул дверь. А затем опустил стекло.

Сердце ёкнуло от бессмысленной надежды.

– Сдай назад. Освободи проезд, – бросил коротко, без эмоций, и стекло поехало вверх, отрезая его от меня.

Всё. Больше ничего. Я глупо кивнула пустому месту и села за руль. Руки дрожали так, что я с трудом вставила ключ в замок зажигания.

– Мам, ты плачешь? – тихо спросила Алиса.

– Нет, солнышко. Просто… очень расстроилась из-за машины, – соврала я, быстро смахивая предательскую влагу с щеки. – Всё хорошо. Сейчас припаркуемся и пойдём в наш домик.

Яна всё это время непривычно молчала, что для неё было красноречивее любых слов. Кажется, она догадалась, в чью машину меня угораздило въехать.

Где-то впереди, под моим авто, что-то натужно скрипело.

“Бедный мой, преданный Жучок, прости…” – мысленно покаялась я, словно он и вправду меня слышал. Но я привыкла разговаривать с ним, как с другом. А теперь бедолаге предстоял ремонт.

Ох-хо-хой!

Говорил же мне Олег Каско оформить…

Теперь, раз виновата, за ремонт Жука придётся платить само́й.

“Не жили богато, нефиг и начинать”, – чертыхнулась я на свои мечты заработать на проекте. А ведь его ещё не приняли…”

“Господи, хоть бы в комиссии адекватное начальство сидело”, – взмолилась я, вытаскивая вещи из багажника и поглядывая на шикарный внедорожник Игоря, с уродливой вмятиной на кузове.

Он, пока я пятилась, успел виртуозно, с первого раза выровнять машину параллельно моей. Затем вытащил из салона дорогую кожаную сумку и, даже не взглянув в нашу сторону, направился к главному корпусу, растворяясь в золотистом свете панорамных окон.

Нам же пришлось повозиться. Доставать чемоданы, рюкзаки Алисы и Тимофея, сумку с продуктами, которую собрала Яна.

Дети, притихшие после происшествия, послушно топтались рядом.

Наконец, распределили ношу, и Яна с чемоданом и детьми пошла вперёд. Я же, навьюченная, тащилась следом. Но давил на меня не вес багажа, а гнетущая тяжесть упавших с неба долгов и злополучная встреча с бывшим мужем.

Подойдя к зданию, я машинально подняла глаза. Главный корпус “Лесной симфонии”, трёхэтажный, из стекла и кедра, сиял, как гигантский новогодний фонарь. И на одном из балконов второго этажа, в рамке из морозного узора выделялась одинокая мужская фигура.

Он курил. Резкими, жадными затяжками, выпуская в холодный воздух струйки дыма, которые тут же разрывал ветер. Мне мимолётного взгляда было достаточно, что узнать Игоря. Но раньше он не курил…

Я тут же опустила глаза, словно меня поймали с поличным.

Сердце бешено заколотилось.