Целительница для обреченного дракона

Глава 1

Шея болела так, будто кто-то вкрутил в позвонки гвозди. Последний пациент оказался тяжёлым. Редкое отравление, осложнённое почечной недостаточностью.

Телефон зазвонил, когда я уже стянула халат, повесила его на крючок в ординаторской и подхватила сумку.

— Ир, — раздался голос мужа. — Я задержусь.

— Что-то случилось?

— Срочная операция. Расслоение аорты, привезли полчаса назад. Надо спасать.

Мой муж, Игорь Волков, был одним из лучших кардиохирургов Петербурга.

— Конечно, милый, — отозвалась я. — Удачи.

— Ложись спать, не жди меня, — произнес Игорь немного напряженно. Но это нормально, когда впереди трудная операция.

Он повесил трубку, а я улыбнулась, но почему-то грустно. Дети выросли, разлетелись — Толик с семьёй на стажировке за границей, Лиза защищает диссертацию в Москве. Дома пусто.

Что же, приму ванну, выпью чаю и лягу спать пораньше. Идеальный план.

Токсикологический центр опустел. Коридоры замерли в сонной тишине, лишь откуда-то снизу доносился гул лифта.

Ноги гудели. Спина ныла. Пятьдесят лет — не двадцать пять, что уж там лукавить.

На улице меня встретил холодный питерский воздух. Ноябрь. Сырость пробирала до костей, но после больничной духоты даже это казалось неожиданно приятным, почти благодатным.

Мой автомобиль стоял на парковке, припорошённый первым снегом. Опустившись за руль, я завела мотор, а телефон снова зазвонил.

— Ирка! — голос Томы был таким громким, что я невольно вздрогнула. — Ты где?

— Еду домой, — ответила я осторожно.

Тома, моя подруга детства, вела свой бизнес, была энергичной, яркой, неугомонной. Когда она так кричала в трубку, это неизменно означало очередную безумную идею.

— Ты где? Мы в клубе «Кристалл» собрались. Ждем тебя.

Я потёрла переносицу.

— Томка, какие клубы? Я с ног валюсь.

— Да брось ты! — она фыркнула. — Ты всегда с ног валишься.

Я хотела отказаться, но меня остановил тихий внутренний вопрос: а когда я в последний раз куда-то ходила?

— Ладно, — выдохнула. — Приеду. Но ненадолго.

«Кристалл» встретил меня громкой музыкой. Басы давили на барабанные перепонки, свет мигал.

Боже, я уже не та, что в молодости.

Заметив подруг за столиком в углу, я широко улыбнулась и направилась к ним.

— Что будешь пить?

— Мне только сок, — предупредила я строго.

— Ну ты зануда, — Томка фыркнула, но добродушно.

Я улыбнулась, расслабляясь. Может, и правда зря я так редко выбираюсь отдохнуть. Может, надо…

И тут под грудиной что-то ёкнуло.

Неприятное, тревожное чувство, словно кто-то дёрнул за невидимую нить, связанную напрямую с сердцем. Я замерла, не понимая ещё, что именно заставило меня обернуться.

То ли знакомый запах парфюма, того самого, что я дарила Игорю на день рождения. То ли смех — низкий и бархатный.

То ли всё сразу, в один момент. Но я обернулась и обмерла.

За столиком в противоположном конце зала расположился он.

Игорь Волков. Мой муж вот уже тридцать лет. Он был красив в свои пятьдесят два года, благородная седина шла ему, чёрная рубашка облегала широкие плечи, подчёркивая спортивную фигуру, которую он поддерживал регулярными тренировками.

А рядом с ним сидела миловидная блондинка.

Оленька. Медсестра из его отделения. Я её знала, видела не раз, замечала, как она всегда заискивающе смотрит, поддакивает.

Игорь взял её руку. Поднял узкую ладонь к губам, закрыв глаза, поцеловал внутреннюю сторону запястья. Нежно, почти благоговейно.

Я поперхнулась воздухом. Но они не видели меня.

— Ира? — Тома как раз наливала в мой стакан сок. — Что случилось?

Я не ответила. Просто встала и пошла к ним. Медленно, сквозь толпу, сквозь музыку, которая вдруг стал казаться очень далёкой.

— Ира, подожди! — Тома вскочила и бросилась за мной. — Ира, стой!

Но я не могла остановиться.

— Оленька, ты моё всё, — донёсся до меня голос Игоря, и в нём звучала такая приторность, что стало тошно.

Он так никогда не говорил со мной.

Оля заметила меня первой. Её взгляд скользнул в мою сторону — холодный, оценивающий, — и на губах появилась торжествующая улыбка.

— Игорёк, — протянула она намеренно громко, — я так жду отпуска. Куда поедем?

Игорь улыбнулся, поглаживая её руку.

— Куда-нибудь подальше от Питера. Я задыхаюсь рядом с этой старухой, зайка. Её бы в какой-нибудь санаторий отправить на неделю. Сердце у нее шалит. А мы с тобой рванём на море.

Старуха. Слово хлестнуло пощёчиной.