Цена верности: Дизайн моей свободы

Пепел роз

Алиса всегда верила, что жизнь можно спроектировать так же идеально, как интерьер в стиле минимализма. Главное — правильные акценты, качественные материалы и поменьше лишнего мусора.

В их с Марком квартире всё было «по стандарту» высшего класса: панорамные окна, запах дорогого кофе и та самая гармония, которую она выстраивала восемь лет. Она, ведущий дизайнер крупного бюро, знала толк в эстетике. И Марк был её главным «удачным проектом» — успешный, внимательный, идеальный муж.

— Алиса, я опаздываю на совещание, занесешь мой пиджак в чистку? — крикнул он из прихожей, на ходу поправляя галстук.

— Конечно, дорогой. Хорошего дня.

Он ушел, оставив после себя шлейф дорогого парфюма и привычное «люблю». Алиса улыбнулась, подошла к брошенному на кресло пиджаку и… почувствовала, как пальцы наткнулись на что-то острое в маленьком кармашке для платков.

Она вытащила скомканный клочок термобумаги.
Обычный чек из элитного цветочного бутика. Алиса хотела его выбросить, но взгляд зацепился за сумму. Сорок восемь тысяч рублей за букет? Она не помнила, чтобы дома стояли такие цветы. Вчера был обычный вторник.

Она развернула чек полностью. Внизу, в графе «Дополнительные услуги», была распечатана копия открытки, которую курьер должен был приложить к букету:

«Моей нежной Виолетте. Пусть эти 101 пионовидная роза напомнят тебе о нашей ночи в "Плазе". Считаю минуты до следующего вторника. Твой М.»

Мир вокруг Алисы не рухнул с грохотом. Он просто потерял цвет. Как будто кто-то выкрутил насыщенность на её профессиональном мониторе до нуля. Серый. Всё стало грязно-серым.

«Виолетте...» — Алиса медленно опустилась на дизайнерский стул, который сама выбирала в Милане. — «Пионовидные розы. М. Твой М.»

Она была дизайнером и знала: если в фундаменте трещина, всё здание — лишь вопрос времени. Её муж, её «идеальный проект», оказался дешевой подделкой.

Она не стала плакать. Не сейчас. В её голове, привыкшей к четким линиям и расчетам, начал простраиваться новый чертеж. Если Марк решил устроить «перепланировку» их жизни за её спиной, то он еще не знает, что Алиса — лучший специалист по сносу несущих стен.

Она взяла телефон и набрала номер своей знакомой — лучшего адвоката по разводам в городе.

— Привет, Катя. Мне нужен аудит. Глобальный. Я хочу знать, на кого на самом деле оформлена та квартира на Набережной, которую Марк «купил для инвестиций». И да… приготовь документы. Мы будем делить этот мир по моим правилам.

Алиса посмотрела в зеркало в прихожей. На неё смотрела красивая женщина с идеально уложенными волосами. Она взяла пиджак мужа и вместо чистки просто бросила его в корзину для мусора.

— Ну что ж, Марк, — прошептала она, — посмотрим, как ты впишешься в мой новый интерьер. Интерьер, где тебе больше нет места.

Алиса ехала по городу, и привычные улицы казались ей наброском, сделанным неумелым стажером. Она смотрела на вывески, на людей в кофейнях и думала о том, сколько из них живут в такой же иллюзии, как она еще полчаса назад.

Офис Катерины располагался в историческом здании с высокими потолками и скрипучим паркетом. Катя была полной противоположностью Алисы: резкая, в строгом мужском костюме, с глазами цвета грозового неба. Она не любила «дизайнерские нежности», она любила факты.

— Чек? — Катя бросила взгляд на клочок бумаги, который Алиса положила на стол. — Пионовидные розы. Классика. Марк всегда был предсказуем в своей щедрости за чужой счет.

— За чужой? — Алиса зацепилась за фразу. — Катя, мы оба работаем. У него строительная фирма, у меня бюро...

— Твое бюро приносит стабильный доход, Алиса. А фирма Марка последние полгода — это решето. Помнишь ту квартиру, которую он якобы купил как инвестицию? На Набережной?

Алиса кивнула. Она сама рисовала там планировку, мечтая, что когда-нибудь они будут сдавать её и путешествовать.

— Она оформлена на офшор, — Катя перевернула папку с документами. — А бенефициаром этого офшора значится некий гражданин... и его сестра. Которую, по странному стечению обстоятельств, зовут Виолетта. Та самая, которой он шлет розы за сорок восемь тысяч.

В кабинете стало так тихо, что Алиса услышала гул крови в ушах. Это было не просто предательство. Это было мародерство. Он строил гнездо для другой, используя её идеи, её время и, по сути, их общие деньги.

— Значит, он не просто спит с ней, — голос Алисы прозвучал удивительно ровно, — он переводит туда нашу жизнь. По кусочкам.

— По кускам, — подтвердила адвокат. — И если мы сейчас подадим на развод просто так, ты останешься с диваном из Милана и половиной кредита за вашу общую машину. Но... — Катя хищно улыбнулась, — у нас есть восьмой аркан справедливости в рукаве. Точнее, закон о преднамеренном выводе активов. Если мы докажем, что он тратил семейный бюджет на любовницу, мы сможем отыграть всё назад.

— Что мне нужно делать? — Алиса выпрямила спину.

— Вести себя так, будто ты ничего не знаешь. Стань лучшим дизайнером в своей жизни. Нарисуй ему картину «Счастливая семья». Мне нужно еще две недели, чтобы отследить все транзакции. Сможешь?

Алиса вспомнила пиджак в мусорном ведре. Нужно было его достать. Нужно было его почистить.

— Я справлюсь, — сказала она. — Я сделаю такой дизайн этой катастрофы, что он даже не поймет, в какой момент на него рухнет потолок.

Вечер того же дня. Квартира пахла запеченной уткой с розмарином. Алиса стояла у плиты в шелковом фартуке, который Марк подарил ей на прошлый день рождения.

Щелкнул замок.

— Ого, какой аромат! — Марк вошел в кухню, сияющий, в свежей рубашке. — Алис, ты сегодня превзошла себя. Есть повод?

Он подошел сзади, чтобы обнять её за талию. Алиса почувствовала, как по коже пробежал мороз. Ей хотелось схватить нож для мяса и... Но она лишь мягко отстранилась, поворачиваясь к нему с бокалом вина.

— Просто захотелось красоты, — она посмотрела ему прямо в глаза. — Знаешь, я сегодня думала о той квартире на Набережной. Может, нам пора начать там ремонт? Я придумала потрясающий проект. Стены цвета «вялая роза». Как тебе?