Чародейка и прирученный демон

Пролог

Первый закон, что был прописан в книге древних знаний, гласил: «Никогда не использовать запретные техники». Это сызмальства говорилось каждому магу. Когда Амели исполнилось двенадцать, она уже знала об этом правиле; но раньше не считала его важным. Наверное, она осознала всю его опасность, когда увидела бездыханный труп матери.

Рядом с ней стоял её младший брат. Он, не переставая, плакал.

Ещё бы, ведь день назад скончался их отец, а теперь они ещё лишились и матушки. И причиной тому служила как раз таки одна из запретных техник.

Мадам Флоранс – её мать, настолько сильно горевала по супругу, что решила во что бы то ни стало воссоединиться с любимым. Она не хотела покончить с собой, нет. Но готова была использовать любые средства, чтобы вернуть мужа с того света. Правда, попытка оказалась неудачной.

Флоранс не хотела оставлять детей одних, но из-за опрометчивости ей по воле судьбе пришлось это сделать.

Брат всё плакал и плакал, а Амели с каждым его всхлипом всё больше сходила с ума. Она держала его за руку и просила успокоиться. Но от этого слёзы лишь сильнее застилали его глаза.

А ведь ей тоже в этот момент было невыносимо. Тошнота подступала к горлу, и казалось, голова налилась свинцом и стала неподъемной. Амели, будто умалишенная, только и повторяла одно слово: «Успокойся». По правде говоря, она не знала кому оно было адресовано.

Они бы и не узнали, что их матери не стало, если бы не услышали оглашающий крик и звук падения. Спустившись вниз, дети обнаружили её в подвале. Она лежала в кругу; корпус был разделен надвое.

Сколько дети вот так простояли рядом с трупом, не мог сказать никто. Может час, может два, может целый день. Дышать с каждой секундой становилось всё труднее. Тело издавало невыносимый смрад; но никто из детей не хотел уходить. Слёзы брата уже высохли и оставили лишь видимые при тусклом свете дорожки. Он присел рядом с Флоранс и обхватил её руку. Его пугала прохлада кожи; но мальчик не одернул кисть.

Амели тоже, наконец, зашевелилась. Она приподняла книгу, что лежала возле матери; та была открыта аккурат на заклятье воскрешения. Таких книжонок Амели не видела в коллекции родителей, а ведь она знала каждую уже по корешку. Такой темной старой книги с пожелтевшими страницами точно никогда не хранилось в их доме.

– Бриан, давай попробуем сделать то, что пыталась сделать мама.

Заплаканные глаза брата повернулись на голос сестры.

– О чём ты, Амели?

– Давай попробуем вернуть её.

В детских глазах засветилась надежда.

– А ты можешь это сделать?

– Одна я не смогу. Но вместе у нас получиться. Мы должны попытаться!

Преисполненный верой в её слова, он уверено кивнул:

– Хорошо.

Амели уже в юном возрасте хвалили за способности. В здании Совета магов, в которое её часто брали родители, она слышала лишь лестные высказывания. Взрослые говорили о том, как восхищаются её талантом и прирожденным даром, и она, видя в глазах родителей гордость, каждый раз светилась, будто уличный фонарь. Амели так грела сама мысль о том, какой она станет когда вырастит. В её голове звучало лишь одно слово: «Непревзойденная». И девочка была свято уверена, что её будут называть именно так.

Магия производилась путем обмена. Иногда, чтобы воссоздать что-то этакое, стоило отдать нечто ценное. В том заклинании, что зачитывала её маман, не нужно было использовать какие-либо предметы, как это делалось, когда она использовала обычную магию. В обмен на воскрешение стоило отдать либо половину своей жизни, либо наложить на свою душу вечное проклятие и прожить всю жизнь в сплошных неудачах и болезнях. Иногда магу предоставлялся выбор, а иногда нет. Всё зависело от заклинания и того, чего хочет получить человек.

Но даже если бы Амели для заклинания было сказано использовать необычные предметы, то она не переживала. Подвал в доме семейства Тассе, наполненный различными вещицами, подходил для любого колдовства. Куда не глянь – сплошные амулеты, драгоценности, склянки и даже золото.

Взяв в руки уголь, Амели нарисовала символ, изображенный на странице. Она старалась не упустить из вида ни одну деталь. Уколов палец булавкой, она очертила круг кровью. А затем проделала то же самое с пальцем брата.

Дети одновременно вошли в круг и сразу сели, подогнув под себя ноги.

Амели заметила как у Бриана тряслись пальцы; его решимость превратилась в испуг. Девочка положила ладонь на его щеку и с нежностью проговорила:

– Мне тоже страшно. Но ради мамы и папы мы должны это сделать. Я отдам часть своей жизни ей, а ты часть своей ему. Договорились?

– Я пойду на всё, если это поможет вернуть их.

Другого ответа она и и не ожидала услышать. Бриан был полностью разбит. Сначала он пролежал возле отца на кровати несколько часов. Мальчик наивно говорил о том, что хочет согреть его. Мама пыталась оттащить брата, но тот сопротивлялся и она сдалась. А затем Бриану пришлось просидеть так же возле матери. Брат у нее был хорошим, добрым, а главное, он любил свою семью. И, несмотря на юный возраст, мог с легкостью отдать самое ценное, что у него было – свою жизнь.

Раскрытая книга лежала около круга так, чтобы дети могли зачитать заклинание. Амели взяла руки Бриана в свои.

– Сейчас одновременно со мной начни произносить колдовство. Только вместо имени мамы говори имя отца.

– Хорошо, сестренка.

Амели вздохнула и попыталась успокоить бешено колотящееся сердце. Она верила в свою «непревзойденность»; верила в то, что у неё получиться это сделать. Уже совсем скоро они будут вместе. Всё будет как раньше.

От этих мыслей она едва не заплакала, но всё же сдержалась. Ей стоило приберечь слёзы для радости от воссоединения.

Девочка начала зачитывать:

– Великий и всемогущий Отец, я взываю к тебе. Одари своей милостью послушную слугу твою, обрати свой взор на её жалкое желание. Отдай жизнь своей рабыни Флоранс Тассе, а взамен прими половину моей. Я отдаю тебе половину и принимаю твой дар. Внемли же рабыни своей, услышь её зов, её вечные муки, её клич. Terminons l'affaire.

Глава 1.

На рабском рынке можно было найти товар на любой вкус. Тут продавали разных людей: мужчин и женщин, детей и взрослых, и даже мертвецов. Последнее как раз таки и интересовало Амели.

Проходя сквозь тесную толпу, она прихрамывала на правую ногу. Протез уже стоило бы почистить, но в последнее время она была слишком занята.

Рабы по приказу хозяина всячески пытались заманить клиентов. Некоторые кричали о своих способностях, некоторые без стыда оголялись, привлекая тех, кто ищет здесь людей для развлечений. В Серебристых землях запрещалось содержать бордели, потому приобрести раба было выгоднее, чем, рискуя, строить «дом распутниц».

На Амели практически не обращали внимания. Она не выглядела как человек, способный купить раба. Многие могли подумать, что она просто прогуливается здесь от безделья. Правда, сегодня Амели пришла сюда именно с той целью, с которой приходят все влиятельные люди.

Металлический сосуд, что висел на бедре, взволновано затрясся.

Амели слегка ухмыльнулась и тихо сказала:

– Подожди ещё немного, Бриан. Скоро я приобрету тебе новое тело.

Девушка зашла в непримечательную лавку. Её встретил радушный хозяин и тут же отвел к «товару». Перед ней выстроили трех людей: двух девушек и одного юношу. Те были полностью оголены. Хоть эти люди моргали и даже могли двигаться, Амели знала, что это лишь пустые оболочки. Тела без души. Такие приобретали в основном для опытов, но кто-то извращенный мог купить такого раба и для другого дела.

Хозяин деловито сказал:

– Это всё, что осталось. Но если они вам не по нраву, подождите месяц. Я привезу ещё одну партию.

– Не стоит. Я не могу больше ждать.

Сняв сосуд с пояса, Амели весело спросила:

– Ну, Бриан? Кто из них тебе больше нравиться?

Сосуд в руках стал дергаться, будто что-то упрямо старалось вырваться наружу. Больше всего сосуд тянулся к юноше, стоявшему в центре. Амели ухмыльнулась:

– Ещё бы. Ты же был парнем. Навряд ли ты хочешь, чтобы я стала называть тебя сестренкой, да?

Владелец лавки смотрел на этот водевиль с каким-то ужасом. Но клиентов не выбирают, а ему хотелось побыстрее продать товар и не тратить сырье на поддержание этих тел.

Лавочник спросил:

– Всё-таки возьмете юношу?

– Да. Сколько он будет стоить?

– Тридцать семь экю.

Многовато. Амели не могла не расстроиться, ведь она очень долго копила эту сумму, берясь даже за самую грязную и неблагодарную работу, от которой другие маги отворачивали носы. Но, с другой стороны, она и копила деньги для Бриана, и не могла отступить. Амели заранее узнала приблизительные расценки на мертвых, которых поддерживали в хорошем состоянии. И среди всего рабского рынка эта лавчонка просила гораздо меньше денег, чем остальные; так что можно было сказать, что она получит новое тело, считай, что задаром.

Расставшись с монетами, она забрала парня.

Так как тела, купленные на рынке, отличались от тех, что были зарыты в могилу, юноша пошёл сам. Именно по этой причине торговля мертвецами была такой дорогой. Слишком уж много мороки было с тем, чтобы содержать их и заставлять выполнять маломальские указания нового владельца.

Из мешка, что девушка прихватила с собой, она достала плотную накидку и одела её на юношу, нахлобучив капюшон тому на голову. Если уж это будет новое тело брата, она должна была позаботиться о том, чтобы не опозорить его на весь город; а пока он разгуливал голышом, это было трудной задачей.

Амели поймала экипаж и велела возничему везти их к дому номер десять, что располагался в центре города.

Она не любила свою обитель. Не после того что там произошло. Амели даже пыталась продать дом, но слухи о демоне, что там обитал, отпугивали покупателей. А от магов помощи она не ждала вовсе. Те могли бы приобрести особняк, но не хотели помогать отступнице; и она понимала их. Тех, кто свернул с пути истинной магии, презирали больше, чем плешивых крыс. И Амели из-за одного заклинания, которое даже не сработало, пришлось носить этот титул и спуститься в системе Магического Совета.

Если раньше её родители и она, как их чадо, занимали один из самых важных постов и имели большое влияние и доступ ко множествам техник, то теперь её не пропускали дальше первого этажа в башни Совета Магов.

Также у Амели изъяли все магические фолианты. Теперь книжная коллекция, который так гордился отец, пустовала. А сама девушка обладала лишь небольшим опусом, купленный на подпольном рынке и запретной книжонкой, купленной у ведьмы.

Ведовские заклинания были ещё хуже, чем запретные техники. Вот там описывалась в основном действительно бесчеловечная магия. Но Амели не интересовали заклинателя на подобии приворота или нанесения проклятий. Она обрела эту книгу с целью поместить душу, что храниться в сосуде, в новое тело, подготовленное для брата.

Оплатив услуги возничего, они вместе с юношей вошли в дом, где её встретила вековая пыль и паутина. Если бы к ней неожиданно нагрянули гости, то решили бы, что это здание давно заброшено. Амели не была обучена тяжкому труду, ведь раньше соблюдением порядка занимались нанятые горничные. Сейчас же девушка в лучшем случае лениво проходилась тряпкой по поверхностям.

Они спустилась в подвал. Тот, ранее заполненный всякими вещицами, теперь пустовал. Остались лишь редкие безделушки и то, что Амели приобрела за двенадцать лет одинокой жизни.

При проверке его обыскали на совесть. Забрали все ценные вещи, которые принадлежали её родителям, а кто-то не скупился и втихаря украл даже золото.

Первое время ей было тяжело. Хорошо, что она знала, где отец хранил припрятанные деньги. Но даже с тем, что она нашла, ей едва хватало на выплату за дом и еду. К тому же двенадцатилетний ребенок не знал, как ей правильно разбираться с финансами.

Сначала Совет хотел отправить её к другой семье; но все отказывались от неё, говоря, что демон поселился не только в доме, но и в маленькой девочке.

Глава 2.

Так как Амели потратила все скопленные деньги, а ей нужно было чем-то питаться, она решила взять ещё одно задание, предоставленное Советом; потому направилась в башню.

Задания приходили туда ежедневно.

Если это были не просьбы разобраться с демонами и другой нечистью, то какой-нибудь фермер мог попросить, чтобы поля побыстрее дали урожай. Ведь маги могли сотворять практически любые заклинания. А если уж людям требовались услуги более… скверные, тогда те смело отыскивали ведьм.

Задания распределялись по рангам. Для Амели не предоставляли поручения с высокой оплатой. Ей приходилось довольствоваться меньшем. Но это было связано с тем, что отступники, которые имели самый низкий ранг, не имели право брать книги из библиотеки. А потому и сильные заклинания она не могла создавать.

Сосуд, как всегда, висел при ней. Стоило Бриану наесться, как он вновь залез в свой домик.

Иногда он был ужасно ненасытным. В первые дни, когда брат только превратился в темное существо, она пыталась подкормить его пойманными крысами и мелкими жуками. По началу он был недоволен, но потом смирился с судьбой, и Амели удалось поместить его в сосуд, который имел ту же функцию, что защитный круг и не выпускал сущность наружу. Так что Амели не переживала и не боялась носить его при себе. Максимум, что мог сделать Бриан – это слегка пошевелиться, отчего сосуд тоже начинал немного дергаться.

Изнутри башня выглядела величественно. Ещё бы, ведь здание Совета Магов было самым большим в городе. Его шпиль покорял небеса и задевал облака. На первом этаже повсюду висели портреты нарисованных чародеев, которые повлияли на мир магии. Например, создали какое-нибудь очень полезное заклинание или истребили владык демонов. На таких личностей равнялись; среди них должны были висеть и её родители, но из-за того случая они не были удостоены даже могилы, не говоря уже об почетном портрете на стене.

Высокая спиралевидная лестница вела на второй этаж, но для тех, кто не хотел подниматься по ступеням, здесь также установили лифт, который из-за постоянных поездок гремел на протяжении всего дня. Рядом с ним висела доска с заданиями.

Обычно письма с просьбами приносили к воротам башни и складывали в специальный ящик, после чего один из членов совета, имеющий второй или третий ранг, переписывал его, оставляя полезную заметку. Наподобие: какую книгу лучше взять с собой на поручение. А затем задание вывешивалось на доску первого этажа. Не всегда, конечно, маг оставлял примечание. Иногда, когда задание довольно трудное, а тот, кто написал его, не удосужился должным образом объяснить суть дела, обмолвившись кратким: «Спасите! Убивают!», то его помечали знаком вопроса и ставили метку первого ранга.

Амели, имея четвертый ранг, которого удосуживались лишь отступники и неизвестные слабые маги, могла взять только легкое задание.

Пройдя к доске, она рассмотрела доступные миссии. Их всегда хватало. Ибо легче было заплатить магам и не мучиться с мелкими проблемами.

Амели рассматривала небольшие поручения и оценивала их со стороны полезности. В одном платили совсем уж мало, а требовалось слишком много; в другом платили побольше, но для нужного заклинания потребовались бы ресурсы, которых у Амели не было.

Сегодня задания не пестрели необычностью и привлекательностью, а были сухими и скучными. Но что-то выбрать всё же стоило.

Неожиданно её осенила чья-то тень. Кто-то протянул руку, облаченную в перчатку и схватил задание четвертого ранга. Обернувшись, она увидела Жоэля – мага второго ранга. Он повертел записку и игриво проговорил:

– Не надоело выполнять столь грязную работенку? Хочешь, я предложу тебе нечто поинтересней?

С этим магом они общались, будучи детьми. Амели не сказала бы, что они были близки и не назвала бы их друзьями. Его характер, в отличие от внешности, совсем не менялся. В детстве тот отличался полнотой и нелепой прической. Он сам выстригал себе волосы, из-за чего получал нагоняй от своей маман. Но если сравнить Жоэля, которого она видела перед собой, и того, которого знала данным давно, то она не нашла бы ни единого сходства.

Жоэль вырос в утонченного мужчину со светлой, почти фарфоровой кожей, высокими скулами и утонченными чертами лица. Теперь его длинные волнистые волосы цвета ночного неба спадали на плечи, обрамляя лицо и придавая тому особое очарование. На нём красовалась изысканная мантия глубокого синего оттенка, украшенная тонкой золотистой вышивкой. Под ней виднелся облегающий наряд, подчеркивающий стройную фигуру.

Да. Жоэль за те годы, что она пыталась выжить, изменился до неузнаваемости.

– Что ты хочешь мне предложить? – полюбопытствовала она.

– Поступило необычное задание. На всякий случай, для дополнительной помощи мы с моим партнером хотели взять кого-нибудь с четвертого. Это будет хорошим опытом для тебя. Заработаешь деньжат. К тому же тебя могут повысить в звании! Не все же по мелким поручением бегать. Мы встречаемся около Дикого Леса сегодня в полночь. Приходи и ты.

Амели всерьез задумалась над этим предложением. На самом деле такие просьбы от высоких рангов были редкостью, и стоило взяться за дело, пока его не поручили другому. За такую миссию однозначно она бы получила больше и была бы под эгидой сильных магов.

Девушка уже открыла рот, чтобы принять приглашение, как внезапно вмешался другой голос:

– Она не пойдет с нами.

Услышав знакомый баритон, Амели сконфужено отступила на шаг. Если честно, она побоялась смотреть на этого человека, но предательские глаза всё равно покосились в его сторону.

Люк не смотрел на неё. Каждый раз, стоило им пройти мимо друг друга, он всегда слегка отворачивал голову, словно ему претила мысль дышать с ней одним воздухом. Вот и сейчас его глаза сверлили одного лишь Жоэля.

– Да ладно тебе… Амели уже созрела, чтобы чуть возвыситься хотя бы до третьего ранга, – примирительно начал мужчина.

Но Амели уже знала, какой будет реакция. Если уж Люк не хотел даже смотреть на неё, то и идти бок о бок с ней для него было испытанием не на жизнь, а на смерть.

Глава 3.

Так как Амели знала место встречи, то к назначенному времени она переместилась к лесу. Пусть Люк и не хотел её видеть, но отказываться от предложения Жоэля было верхом абсурда. К тому же Дикий Лес не казался ей страшным и пугающим местом. Более того, она побывала там столько раз, что уже сбилась со счета.

Лес хранил в себе множество опасностей: от болотных трясин, в которых проживали таинственные и мерзопакостные твари, до зловредных, проклятых и ненавистных ведьм.

Ведовские заклятия отличались от магических, и потому маги и ведьмы вечно враждовали и не признавали существования друг друга. Об истреблении не могло идти и речи, но каждая сторона пыталась насолить другой и устроить какую-нибудь подлянку. Так, например, ведьмы соблазняли мужей чародеек и уводили за собой в лес. А маги сжигали избушки, где находили пожитки ведьм.

Ведьм и ведунов было тяжело выследить. Крайне тяжело. Их логова вечно куда-то перемещались и скрывались под тенью деревьев.

Ведунью, которая помогла Амели, та тоже отыскала не сразу. Потребовалась информация с подпольного рынка и множество амулетов. Помниться, тогда на её поиск у Амели ушло десять дней. Но это действительно стоило того. Заключив сделку с Элианой, она смогла приобрести ту запретную книгу, что было немаловажно для её целей.

Правда, рукопись всё равно оказалась бесполезной. Может, ведьма просто обманула её, всунув фальшивый текст. Но чтобы не говорили про ведьм, те вместо лживого языка любили говорить правду. Может потому, что она ранила сильнее и жалила куда горячее обмана. Или они просто любили играть на эмоциях простых людей. Честно, Амели это не интересовало.

Пока девушка пробиралась к опушке леса, двое парней уже стояли там и чего-то выжидали. Люк нетерпеливо проговорил:

– Чего конкретно ты просишь подождать? Хочешь увидеть, как иссякнет моё терпение?!

– Спокойнее, мой друг! Я же сказал, что позвал мага четвертого ранга с нами.

Люк закатил глаза.

– Быстрее бы уже начали и без него.

На улице сквозил холод. Осень уже подбиралась к городу и оттесняла лето, что согревало людей и без зажженного камина. Ожидание было совсем не по нраву Люку. Он плотнее закутался в легкую атласную мантию темно-зеленого цвета и с сожалением подумал о своей непредусмотрительности. Иногда его мысли уносились далеко вперёд, и он не обращал внимание на такие мелочи, как смену одежды под сезон. В отличие от него, друг позаботился о себе и даже не старался укутаться поплотнее.

Наконец они услышали приближающиеся шаги. Люк уже повернулся, чтобы наорать на опоздавшего на пару минут наглеца, но тут же застыл. Рот скривился, а глаза уставились на Жоэля в желании разорвать друга в клочья. Товарищ, бледный от природы, казалось, ещё больше потерял краски, заметив уничтожающий взгляд Люка.

Жоэль стремительно перевёл внимание на девушку и немного поругал:

– Ты слегка опоздала. Нам уже пора идти.

Амели подошла к ним вплотную и спросила у мужчины:

– Расскажешь, в чем суть задания? Я, конечно, согласилась прийти, но ты же меня не посвятил в детали.

– Кто-то из жителей попросил изгнать отсюда мелких духов. Те вылетают из леса и пугают детей. Они не то чтобы опасны, но их очень трудно изловить. Эта работенка как раз для четвертого ранга!

Амели стало всё ясно. Конечно, если бы духи промышляли где-нибудь ещё, кроме Дикого Леса, то на поручении точно бы висела метка: «Для четвертого или третьего ранга». Но так как Дикий лес кишел различными тварями, было опасно посылать кого-то малоспособного на поимки проказников.

Теперь она поняла, почему Жоэль так настаивал на её участии. Ещё бы. Он же не хотел скакать по всему лесу, гоняясь за кем-то столь прытким.

– Понятно. Тогда пойдемте.

Не дожидаясь ответа, она двинулась вглубь.

Люк, не сдерживаясь, дал Жоэлю мощную затрещину.

– Пес ты плешивый! Сколько раз мне следует повторять одно и то же?!

Мужчина, схватившись за голову, пробубнил:

– А что я мог сделать? Я уже предложил ей. Отказывать из-за твоих капризов было бы не по-мужски. Да и вообще, я же старше тебя на три года. Неужели тебя настолько плохо воспитали, что ты кидаешься на старших?

– Не по-мужски, да?! То есть то, что ты хочешь воспользоваться ей для мелкой работы – это благородный поступок?!

– Так ты понял мой замысел?

Они шли за Амели, но при этом были слегка отдалены и разговаривали так, что их речи не доходили до её ушей.

– Да что ты психуешь? Она изловит всех, а мы окажем ей милость и прикроем в случае опасности. По-моему, план хорош.

– В следующий раз засунь свои замыслы себе поглубже, если не хочешь, чтобы это сделал я.

Люку действенно было не по нраву её присутствие здесь. Смотреть на то, как она гоняется туда-сюда, вылавливая духов, было крайне жалко. Правда, сейчас им пока не встретилось ни одного, что было странно.

Если они прибыли в лес, то почему духи не появились, чтобы напугать их? В голове зрел лишь один разумный довод. Они прячутся, потому что чего-то или кого-то бояться.

Люк заметил, что Жоэль слегка отстал. Он уже повернулся, чтобы высказать свое подозрение другу, но тот внезапно испарился.

Мужчина нахмурился и подобрался ближе к Амели.

Он так давно не говорил с ней, что не мог выдавить даже пары слов. Но сейчас, как бы он не противится, они попали в непонятную ситуацию и как представитель первого ранг, взявший девушку четвертого ранга с собой, он не мог оставаться в стороне. Пересилив себя, Люк, не смотря в ее сторону, тихо спросил:

– Заметила? Жоэль исчез. Будь настороже.

Амели слегка ухмыльнулась.

– Не волнуешься за друга?

То, что она ему ответила, да и ещё и с такой легкостью, казалось для него чем-то невероятным. Словно он слышал самую невообразимую чушь на свете. Следующие слова дались ещё тяжелее предыдущих:

– Он маг. Не пропадет.

Всего два предложения, а чего ему стоило их произнести. Разговор с ней будто высасывал последние силы, оставляя тело пустым и невесомым.

Глава 4.

Люк умел держать слово. Потому Амели на следующий день призвали в Совет. Впервые за двенадцать лет ей позволили ступить наверх башни, где сидели те самые важные для мира магии советники. Они стояли рангом чуть выше первого. Были мудрецами, которые как раз и решали, кто к какой ступени будет принадлежать. Именно они назначили ей четвертый ранг, и именно они сменили ранг Люка, поменяв его со второго на первый.

Амели сидела перед дуговым столом, за которым восседали пять мужчин и женщин, возраст которых уже перевалил за пятый десяток. Один мужчина, на переносице которого болтались круглые очки, гневно ударил кулаком по столу.

– Неслыханно! Какой позор на нашу голову! Мало того, что маг общается с ведьмой, так ещё и дает ей свое тело, чтобы та им пользовалась! Что за дерзость?!

Люк, сидящий в кресле рядом с Амели, кивал, соглашаясь с каждым кинутым в неё словом. Он опять делал вид, что Амели – частица воздуха; такая же прозрачная и незаметная. Люк не поприветствовал её и не удостоил даже взглядом. По сути, всё было также, как и всегда.

Амели выслушивала все оскорбительные высказывания и не могла на них ответить. Конечно, в глазах магов она и так была подобна червю. Ползала себе внизу рядом с доской и не приносила никакой пользы. Да и как ей прикажете отпираться, если всё это правда? Она никак не могла оправдать свою связь с ведьмой. И даже если бы они узнали её вескую причину, почему она пошла на это, то ужаснулись бы ещё больше, и скорее всего, даже изгнали.

Мужчину, что так яро старался унизить её, звали Фабьен. Она плохо помнила его, но однажды слышала от отца, что тот очень хорошо отзывался о ней. И вот как изменилось его отношение к Амели за прошедшие годы. Просто до неузнаваемости.

Мужчина устало и раздраженно потер лоб и высказал:

– Какой ужас… А ведь мы уже хотели дать тебе третий ранг.

На последней фразе Амели, до этого спокойно высушивающая всё, оторопела.

…

Она не ослышалась?..

Заметив её растерянность, Фабьен ещё сильнее надавил:

– Да, да. Ты не ослышалась. Ты столько пыхтела, пытаясь добраться до вершины, и вот почти что справилась с задачей. Но теперь и не надейся. Тебе ещё долго придётся выслуживаться, чтобы мы вновь помыслили о твоем возвышении.

На этот раз Амели не сдержала эмоции. Она вскочила с кресла и надломлено прикрикнула:

– Но это нечестно! Я столько старалась… Зачем вы мне тогда говорите об этом!.. Если бы я знала, что вы уже готовы принять такое решение, тогда бы я!..

– Ты бы что? Не путалась с ведьмой? Ты и так не должна была. Хочешь, чтобы мы тебя за это похвалили? Ну, в самом деле как мать. Не может должным образом подумать, а потом уже решать. Совершает ошибку за ошибкой. Такая же никчемная, как и родители.

Глаза Амели расширились, а лицо едва не скривилось в злобной гримасе. Будь её воля, она подлетела бы к мужчине и пару раз прошлась кулаками по старческому лицу. Но всё, что она могла сделать – это сжать их, впиваясь ногтями в мягкую кожу. Ей придётся это стерпеть. Иначе они в самом деле могут её выгнать и запретить ходить даже на самые низкосортные задания.

Видя, что она не будет отвечать или отпираться, мужчина лениво махнул рукой и твердо произнес:

– Можешь идти.

Амели, не попрощавшись, вышла из кабинета. Она ещё какое-то время стояла, прислонившись спиной к двери.

Ей было необходимо повысить свой ранг. Не то, чтобы она хотела быть ближе к этим отбросам; но, улучшив свой статус, могла бы свободно разгуливать по второму и третьему этажу, получить доступ ко множествам рукописей и также пробраться в запретную секцию библиотеки. Тогда бы ей больше не нужно было слоняться по непонятным и неприглядным местам.

Стоило ей слегка отойти от двери, как оттуда вышел Люк. Он нахмурился, удивившись тому, что она всё ещё находилась здесь. Но именно его Амели и дожидалась.

Люк прошел мимо и Амели прикрикнула ему вслед:

– Ты ведь знал, что мне хотят сменить ранг? Прекрасно знал, ведь так?!

Он услышал её, но не остановился и даже не замедлился. Тогда она пошла по его следу, продолжая обвинять:

– Ты донес Совету, потому что был осведомлен об их решении относительно меня. Тебе всё равно на то, что я заключила сделку с ведьмой! Ты просто хотел оставить меня на том же уровне!

Люк резко остановился и медленно повернул к ней голову. Его слова сочились ядом.

– И что, если да? Хочешь ненавидеть меня – ненавидь. Всё равно наши чувства обоюдны.

Сказав это, он окончательно ушел. Амели не стала его больше преследовать; её плечи поникли.

Начинать всё с начала… Двенадцать лет упорного труда… Просто в пустую… Пытаться снова завоевывать чужое доверие…

Сосуд, висевший на поясе, словно бы почуял её настроение и тут же слегка задергался. Амели, ощутив вибрацию, положила руку на крышку и слегка сжала.

Точно. Ради него.

Как бы ей не пришлось потеть, но она избавиться от любой преграды на своем пути.

***

Дикий Лес вновь встречал Амели своей мрачностью. Неважно, в каком часу она сюда приходила. Даже если на улице стоял пригожий день, то лес будто вытягивал всю его ясность.

Чем ближе она подходила к домику Элианы, тем туманнее становилось. Жизнь покидала те места, где обустраивали свое жилье ведьмы. Никаких тебе белок, лис, зайцев и прочих мохнатых обитателей. Она проходила мимо святящихся во мраке разноцветных грибов. В этой местности легко было заплутать, но они являлись для Амели своеобразным ориентиром. Да и лес питал к ней благосклонность и закрывал опасные пути.

Перед её взором возник крошечный домик. Трухлявый и дряхлый. Гнилые доски едва удерживали треугольную крышу.

Амели толкнула дверцу, и та легко отворилась. Снаружи домик казался заброшенным, но внутри на самом деле горело множество свечей, создавая одновременно некий уют и таинственность. Повсюду царил настоящий хаос, отражая разрушительный нрав хозяйки. Каждый уголок дома был наполнен разнообразными предметами, которые накладывались друг на друга стопками. За круглым столом, накрытым клетчатой ярко-красной скатертью, восседала красивая девушка. Она выглядела так, будто сама природа создала её для Дикого Леса. Длинные волосы цвета черного опала ниспадали на спину, и иногда, словно прилипшая тень, обвивали ладную фигуру. Светлые пряди, словно звезды, выделялись среди тьмы; лицо, овальное и прекрасное, было подчеркнуто тонкими бровями и хищным взглядом угольно-черных глаз. Они, наверное, больше всего завораживали в ее внешности. Походившие на тьму самой глубокой пещеры глаза светились в темноте зеленым светом. Даже сейчас Амели видела, как малахитовый огонек искрился в них.