Частные уроки: Реванш

Глава 1

У нас не было секса. Понимаю, что в моей ситуации я могла волноваться по поводу чего угодно, только не этого. Ведь причин для душевных терзаний, действительно, хватало.

Во-первых, помимо того, что мой босс убийца, мафиози, прекрасный манипулятор женскими умами, так, ко всему прочему, он ещё и может оказаться маньяком. Даже, если допустить мысль, что он настолько безумно любил эту девушку, зачем было хранить её ПРАХ, да ещё и на протяжении стольких лет?

К тому же сам факт такого сильного чувства не укладывался в моей голове. Ну никак подобный мужчина не тянул на роль однолюба, который до гроба держит сердце открытым лишь для одной женщины.

Во-вторых, даже, если эта самая любовь, а скорее больная одержимость больного человека и имела место быть, мне совсем не хотелось стать новым объектом для проверки его чувств.

Как же это смешно. Когда только устраивалась на такую "работу", меня поражал один лишь факт, что можно заниматься сексом без каких-либо либо эмоций. Не хотелось становиться одной из общего потока. Для меня это казалось унизительным. Сейчас уже вообще не думала, как это выглядит со стороны и была готова отдать, что угодно, лишь бы просто влиться в "поток".

Я уже не один раз слышала, что с каждой девочкой он вёл себя по-разному, но по факту все они были ему нужны лишь для одной цели. Удовлетворить сексуальные, и Бог знает какие ещё фантазии. Просто методы достижения менялись.

Меня добавили во всё чаты. Я просмотрела большинство видео, которые, конечно, шокировали скромную, хорошую девочку Ксюшу. Жаль только, что от неё во мне по сути уже ничего не осталось. На смену пришла довольно циничная, равнодушная и, как оказалось, весьма развращённая женщина-кошка. Да, довольно грязный секс, нестандартные позы в нестандартной обстановке. Но без какого-либо криминала и, действительно, опасных моментов. Я имею в виду, ни в одном видео я не увидела удушений и тому подобных вещей. 

Но ведь та девушка мертва, а меня, кажется, наметили на её место. Знать бы хотя бы, как она умерла. И ведь это не простое любопытство. Одно дело, если несчастный случай или она чем-то сильно болела, а совсем другое, если Горский причастен к её гибели. Может, поэтому и затеял такие игрища? Пытается воссоздать образ бывшей любовницы и мучается узгрызениями совести? Нет, бред. Даже звучит смешно. Горский и совесть...С другой стороны, он же всё-таки человек, а не робот, может я переоцениваю степень его цинизма?

Ну и, наконец, в-третьих, мой брак катился ко всем чертям. Да, отношения с мужем стали хуже некуда. Он причинил мне столько боли и заставил пройти через бесчисленные круги всевозможных унижений, что сердце перестало сжиматься при мысли о разводе. Даже, наоборот. Я видела в этом освобождение и путь к долгожданному душевному равновесию. Но Костя продолжал оставаться отцом моих детей. Я была просто вынуждена поддерживать с ним контакт и пытаться сохранить хотя бы видимость нормальных, человеческих отношений. А это оказалось не так-то просто.

Парадоксально, но факт. Именно сейчас, когда я перестала, как сумасшедшая цепляться за спасение нашего брака, он обрывал мне телефоны, просил, умолял, даже требовал встретиться с ним и "просто поговорить". Как раз-таки против разговора я ничего не имела. Нам нужно было обсудить столько вещей. Дело близилось к расставанию, а, соответственно, возникало много вопросов, касаемых, как чисто бытовых вещей, так и, конечно, детей. Больше всего душа болела именно за них.

Как им преподнести эту информацию? Они ещё слишком малы и вряд ли что-то поймут, но самое главное, не травмировать их. Наверное, не стоило долго тянуть время. Ванечка уже через несколько дней начал задавать вопросы, где папа, почему мы живём не вместе, и когда вернёмся домой? Конечно, особняк, где был и бассейн, и собственный кинотеатр, и красивейший сад с небольшим прудиком, в котором плавали такие милые уточки, покорил сердечки моих малышей, думаю, они с удовольствием остались бы здесь жить, но...вместе с Костей. Они скучали по отцу. И надо было срочно что-то решать, а я всё никак не могла встретиться с мужем лично. Конечно, с детьми он виделся. Нина Александровна выступала посредником между нами, отвозя их на выходные к отцу, а потом передавая обратно мне. Но долго подобная ситуация продолжаться не могла. Мои дети не футбольные мячики, которые можно перекидывать с поля на поле. Я должна была что-то решить, но медлила. 

Я не пыталась убежать от проблем, просто понимала, что Костя выведет разговор совсем на другие темы. Он и слышать не хотел о разводе. Настаивал на моём возвращении. Сначала угрожал, действуя прежними методами. Пытался запугать, надавливая на самые больные точки. Мол, у меня отберут детей из-за отсутствия возможности их содержать. Правда, сам понимал, как абсурдно это звучит. Даже моя официальная зарплата не позволила бы ему использовать этот довод в суде. Потом начались оскорбления. Подстилка, проститутка, дешёвка, секретутка...Я много нового о себе узнала. Затем, видимо, осознав, что ничего из опробованного больше не работает, он вдруг вспомнил, что любит меня.

Примерно через неделю после моего отъезда позвонил прямо посреди ночи. Я тогда укачивала Софочку, которая опять долго не могла заснуть.

Поначалу не хотела отвечать на звонок. Я просто устала от угроз и оскорблений. У каждого человека есть предел его личного терпения, и мой был исчерпан окончательно и бесповоротно. 

Но он не прекращал звонки даже после моей смс-ки, что пытаюсь уложить дочку. Пришлось ответить. Первые же его слова, выпаленные на одном дыхании, заставили удивлённо замереть и даже смахнули накатывающий сон.

- Ксана, я люблю тебя. Возвращайся. Не могу больше без вас.

Люблю тебя...Когда он признавался мне в этом последний раз? На выписке Софочки из роддома? 

И как же странно. Даже после всего того, через что он заставил меня пройти, такие слова заставили сердце болезненно сжаться. Всё-таки восемь лет невозможно одним махом вычеркнуть из памяти. Я понятия не имела, как сложатся наши отношения в дальнейшнем, но он навсегда останется огромной частью моей жизни.

Глава 2

В тот момент я уже ни о чем не думала, ничего не боялась. Интуитивно понимала, что Горскому подобная выходка, мягко говоря, не понравится. Конечно, дело не в ревности. Чтобы ревновать, надо испытывать к человеку хоть какие-то настоящие чувства. Скорее в нём взыграет инстинкт собственника. 

Он привык коллекционировать женщин. Даже после разрыва, отчасти остаётся в их жизнях. Помогает с деньгами, работой, может решить не только их личные проблемы, но и неприятности в семье. Во всяком случае, начитавшись сообщений в чате, я поняла, что каждая девочка с ностальгией вспоминала период, когда была с ним. 

Не думаю, что Горский джентельмен старого образца и просто берёт на себя ответственность за счастье своих БЫВШИХ протеже. Скорее, хочет остаться в памяти каждой любовницы лучшим мужчиной, недостижимым идеалом. 

Для меня он до сих пор был загадкой. Столько противоречий умещалось в этом человеке. Но я точно знала, что он ненавидит делиться СВОИМ, а меня, хорошо это или нет, он явно считал чуть ли не принадлежащей ему собственностью. 

Что ж, самое время напомнить, что принадлежу я только себе самой. Ни штамп в паспорте, ни деньги Горского, больше ничто не сможет мной помыкать. 

Хотите быть со мной, мальчики? Теперь вам предстоит изрядно попотеть, чтобы завоевать моё расположение. Я больше не буду унижаться и ползать на коленях ни перед одним, ни перед другим. 

Сегодня вечером, укладывая мальчишек спать, долго перебирая их густые светлые волосики, я дала себе обещание, что ради детей будут сильной и счастливой. А уж разделит ли со мной это счастье кто-нибудь, кроме моих малышей, время покажет. 

Пока что я хотела наказать, да именно наказать Горского за всё эти дни издевательств и убедительно дать ему понять, что со мной такие шутки не пройдут. Если думает, что его деньги сделают из меня коврик под ботинки, сейчас увидит, как глубоко заблуждался. 

Странно, мне казалось, раздеться перед незнакомыми мужчинами куда труднее. Сегодня, как назло, полная посадка, и взгляды всех гостей были устремлены на сцену. 

Не обольщалась насчёт своей уникальной сексапильности и притягательности. Просто экспромт всегда интересен. 

Одно дело, когда на сцене извивается одна из девочек, для которой танцы у шеста в полуголом виде не больше, чем работа, а совсем другое, когда внезапно выбегает нежданная незнакомка. Она не пьяна, твёрдо стоит на ногах, и обводит зал игриво-пленительным взглядом. 

Да, я вошла во вкус. Ярость, гнев и дикая обида в одну секунду переросли в сумасшедшее желание встряхнуть всех этих заспанных, уставших от выпивки и непрекращающегося развода на бабки гостей. 

Я медленно расстегнула молнию на платье, и уже через секунду шелковая блестящая от страз ткань упала к ногам. Как хорошо, что Лика настояла на этом умопомрачительном комплекте кружевного чёрного белья, в котором я чувствовала себя самой сексуальной женщиной во вселенной. Жаль, не надела стрипов. В них танец смотрится в разы эфектнее. Но мои туфли то же на высокой шпильке, и визуально вытягивают и без того длинные ноги ничуть не хуже профессиональной обуви. 

Под улюлюканье и громкие аплодисменты публики, а также зажигательные подначивания диджея (в этот раз у пульта стоял молодой парень, Стас, который много раз заигрывал со мной и пророчески подшучивал, что настанет день, когда я сама окажусь на сцене), я начала плавно двигаться, повторяя элементы, уже разученные с Ликой и просто импровизируя. 

Я слилась с музыкой. Летала на пилоне, соблазнительно извивалась прямо на полу, чувствовала на себе десятки восхищенных глаз и получала от всего происходящего нереальное удовольствие. 

Как же долго я подавляла в себе свою собственную природу. Все представления о сексе были очерчены такими строгими рамками, что сейчас одна лишь мысль, что я могла прожить в этой клетке всю жизнь, приводила в ужас. 

Нет, мне не хотелось менять мужчин, как перчатки. За последний год я прочла столько книг по женской психологии, просмотрела множество семинаров, находящихся в открытом доступе, посетила далеко не один онлайн курс под названием "как стать супер-женщиной", что сейчас могу с уверенностью сказать только одно. 

Не слушайте никаких советов. Не пытайтесь стать тем, кем вы на самом деле не являетесь. Единственное, что действительно может помочь обрести внутреннюю гармонию, это осознание и дальнейшее принятие своей натуры. 

Сколько раз я слышала, что мужчины любят сучек? Даже в недавнем разговоре с Ликой обсуждали эту тему. Но я не хочу играть. Не хочу притворяться. Если мне нравится мужчина, зачем я буду дистанцироваться и делать вид, что мне на него плевать? 

Всё эти игры только расшатали мне психику, а счастье до сих пор не принесли.

Поняла лишь одно, если любовь нужно завоёвывать, выворачивать себя наизнанку, не спать ночами, страдать и разрываться от душевных терзаний - к чёрту такую любовь. Нервы дороже. 

Я двигалась в ритм музыке. Я знала, что у меня получилось завести публику, несмотря на то, что всё ещё оставалась в белье. Под конец первого трека каждая девочка была обязана снять лифчик, трусики - по желанию. 

На мне всё ещё был полный комплект, и при этом на всех столиках, что находились в поле моего зрения, горели красные кнопки. Это означало, что после танца я должна была поочерёдно подойти к каждому гостю и уделить ему время. 

Точнее, я была бы обязана это сделать, если бы работала здесь, а так, се-ля-ви. Никому ничего не должна. 

Наслаждайтесь танцем мальчики и не трогайте руками. Ни один из вас мне не интересен. Ни один, кроме того, ради которого и выбежала на сцену. 

Извиваясь у шеста, выписывая соблазнительные восьмёрки бёдрами и прогибаясь кошкой прямо на полу, я забывала обо всём. 

Я не помнила, что до сих пор официально замужем, и с точки зрения всего моего окружения, такая вот выходка - верх аморальности. 

На какое-то время я даже забыла, что многодетная мать. Да, иногда это то же полезно. Дети - главное сокровище моей жизни, но в последнее время начала понимать, что замыкать на них весь свой мир - громадная ошибка. Наступит день и мне придётся отпустить их в свободное плавание, а чем сильнее буду привязывать их к себе, тем сложнее дастся расставание для нас всех. 

Глава 3

Да, я была готова уехать с ним в тот момент. Пьяная, раздавленная, погибающая от ревности. Никак по-другому это чувство не назвать. Слёзы застилали глаза, а в груди жгло адским пламенем от одной лишь мысли, что сейчас он с другой. Меня мучал все эти дни. Прекрасно знал, какие о моих комплексах на тему постели, но всё равно играл на чувствах и нервах. А с ней так просто...Наверное, они уже трахались в тот самый момент, когда я ещё была на сцене, и трахаются до сих пор. Не удивлюсь, если в комнате, которую "арендовал" для нас с Ликой. И куда она пропала? Может, позвал её присоединиться?

Словно прочитав мои мысли, девушка появилась рядом в тот самый момент, когда я уже собиралась подняться с кресла и идти с этим мужчиной в отель или вообще куда угодно. Наконец, руки, чьи прикосновения вызывали одну лишь брезгливость, оставили меня.

Всего за какие-то десять-пятнадцать минут я опьянела настолько, что уже с трудом различала мелькавшие передо мной лица и прилагала максимум усилий, чтобы разобрать из витающего гула голосов слова рядом стоящих со мной людей.

- Знаешь, - Лика склонилась к моему уху, откинув пряди волос на другое плечо, - вообщем-то никогда не сомневалась в своей ориентации, иногда тянуло на эксперименты, но до сегодняшнего вечера была твёрдо уверена в "любви" к мужчинам. А сейчас смотрела на тебя и чуть не кончила, как и все мужики в этом зале. Как твой непосредственный учитель оценю технику между тройкой и четвёртокой. Недокручивала повороты, не всегда выпрямляла спину, не следила за линией движений, но это мы ещё проработаем. А за энергетику, драйв, и, самое главное, смелость - твёрдая и безоговорочная пятёрка. Горжусь тобой, моя кошка. 

Почувствовала, как её холодные губы коснулись моей щеки и в нос ударил сладкий аромат ванильных духов. Любила её запах. Любила её прикосновения, голос, смех. Любила её всю.

- Здравствуйте, Артур Вениаминович. Давно к нам не заглядывали. 

Эти слова видимо предназначались тому самому мужчине за моей спиной. Они знакомы? Впрочем, ничего удивительного. Лика ведь раньше работала здесь. 

- Если бы знал, что вновь могу встретить здесь тебя, моя лисичка, захаживал бы куда чаще. Но мне сказали, ты уволилась. 

- Да, но как видите храню верность родным краям. Как поживает столица?

- Лучше, чем мы с тобой. Но я пресытился её пафосом и понтами. Захотелось душевности.

- О да, у нас душевности хоть отбавляй. Скучали по мне?

Лика рассмеялась, попросив у бармена стакан воды с лимоном и подтолкнув его ко мне. Жадно выпила всё до последней капли и через несколько минут почувствовала, как мне хоть немного становится лучше.

Перед глазами уже не плыло, я была более уверенной в своих телодвижениях, шум в ушах снизился на несколько тонов, и до меня начал доходить смысл их милого разговора.

Из того, что удалось разобрать - они, видимо, давно знакомы. Этот Артур живёт в Москве, но наездами бывает в нашем городе и ведёт какие-то дела с комбинатом, а значит и с Горским то же...

С Ликой они общались совершенно непринуждённо, на дружеской ноте. В голове промелькнула мысль, что, наверняка, они спали и не раз. С трудом подавила в себе накатывающую волну смеха. 

Видимо, это становится традицией. Лика первой "раскалывает орешки", а я беру уже готовенькое, самую мякоть.

Мило пообщавшись пару минут, Лика свернула разговор, заставила меня подняться на ноги и уже собиралась потянуть куда-то за собой, как вдруг Артур встал перед нами, перегородив дальнейший путь,  и я впервые увидела его лицо.

Освещение, конечно, тусклое, ещё и этот постоянно мелькающий прожектор, но я подметила, что у него достаточно красивые черты. Глубокие ярко-зелённые глаза, ровный "римский нос", изгибающиеся в улыбке полные губы и длинные пышные ресницы. 

Вполне себе симпатичный мужчина. А я почему-то думала, что он толстый урод. Интересно, у меня в принципе началось отторжение ко всем мужчинам или просто есть предубеждение конкретно к гостям этого клуба?

- Извини, мой Лисёнок, но твоя подруга уже обещала эту ночь мне. Или кошка уже передумала?

Кошка...Почему они все так называли меня? Дело в моих извиваниях на сцене или просто стрелки сегодня получились слишком яркими и кричащими?

- Кошка не передумала.

Не знаю, какой дьявол в меня вселился. Сама судьба подослала Лику, чтобы она не дала мне совершить непоправимое. Только и нужно, что взять её за руку и пойти следом. А меня опять тянет на какие-то авантюры.

- Кошка сегодня немного занята. Вы можете арендовать на этот вечер тигрёнка или белочку, они сидят за соседним столиком, прямо за вашей спиной, и очень ждут ласки и мужского внимания, Артур Вениаминович. А нам уже пора, простите.

Лика вновь вцепилась в мою руку, и потянула за собой. На этот раз мужчина нам не мешал. Видимо, он был из тех, что спокойно принимают отказ и не в вязываются в скандалы. Зато скандала сейчас хотела я.

Интересно, что мне надо учинить, чтобы клуб прекратил работу на этот вечер? Разгромить бар? Подраться с кем-нибудь из танцовщиц? Устроить пожар? Что надо сделать, чтобы Горский оторвался от своей девицы и вышел ко мне?

Хотя, какой в этом толк? Кроме того, что он поймёт, что в очередной раз задел меня за живое и воссторжествует по этому поводу, я больше ничего не добъюсь. 

Тогда к чёрту Горского. На эту ночь арендую другого самца.

Я не пошла за Ликой. Осталась стоять на том же месте и выхватила руку.

- Кошка сегодня свободна. И кошка хочет развлечься. Вы обещаете мне инетерсную ночь, Артур Вениаминович?

Я вновь повернулась к мужчине, глаза которые вспыхнули похотью, азартом и даже восторгом. Прекрасно. Мы оба поняли друг друга. 

- Сделаю всё, чтобы у вас остались только самые приятные и незабываемые воспоминания после нашей встречи.

- Ну тогда везите меня в ваш отель. Везите, куда угодно. Ровно до пяти утра я вся ваша, Артур Вениаминович.

Глава 4

Я знала, что, наверное, сошла с ума. Лика ещё несколько раз пыталась меня остановить, да я и сама понимала, что куда правильней будет либо пойти к Горскому, либо просто вызвать такси и поехать домой.

Домой...а где он теперь, мой дом? Тот особняк, в котором живём сейчас, такой...холодный и страшный. Сначала, конечно, я восхитилась его красотой и простором, но позже, понимая, что меня подселили туда как подопытного кролика, с каждым днём снановилось всё труднее находиться за его стенами. Горский пытается вернуться в своё прошлое. Не удивлюсь, если скоро меня заставят одеваться в её вещи, душиться таким же парфюмом, и имя Ксения в паспорте изменится на Надежду.

А ещё я устала всё делать правильно. Да, возможно, со стороны может показаться, что у меня просто сорвало крышу. И, вероятно, так оно и есть.

Когда сердце так долго сжимается от любви, а вместо ответного чувства, в него безжалостно втыкают иголки, обильно смазанные смертельным ядом, трудно остаться романтичной нежной натурой. 

Мне не хотелось играть в суку. Но я устала от всех этих чёртовых тайн Горского и внезапно проснувшегося инстинкта собственника мужа. Я не верила его словам о любви. Если бы любил, никогда бы не поступил со мной так. Это ведь всё из-за него. Из-за него я стала тем, кем являюсь сейчас. Из-за него мои нервы ни к чёрту. Из-за него не осталось никакой веры и надежды на настоящее, искреннее, человеческое счастье. Из-за него в моей жизни появился Горский...

Только вот по поводу последнего я не могла ответить даже себе, жалею ли об этом знакомстве. Да, такие "отношения" мучили меня и трепали нервы не хуже, чем недавнее равнодушие мужа, но меня так глубоко затянуло в них, что я уже не могла представить жизни без наших встреч.

И даже сейчас, сидя в машине с постоянно хватающим меня за коленки Артурчиком и слушая его глупые шутки на совершенно неинтересующие меня темы, я думала о Горском. Я могла бы сейчас быть с ним. Целовать его. Видеть пусть и ироничную, но уже такую родную улыбку. Проводить ладонью по колючим щекам, он никогда не брился полностью, а мне невероятно нравилась его щетина.

А ещё я могла лежать на его груди, перебирать пальцами тёмную поросль волос, вдыхать запах его кожи с въевшимися нотками дорогого парфюма. Такого мужского, такого моего...

Не понимала, что со мной происходит. Не понимала, почему моё настроение швыряет то от какой-то ненормальной эйфории, не подкреплённой никакими явными причинами, то до полнейшего душевного раздрая.

Вот и теперь, ещё полчаса назад, извиваясь на сцене, чувствовала себя самой сексуальной и желанной девушкой во вселенной, которой море по колено, а сейчас с трудом сдерживала подступающие к горлу рыдания.

Я молча вышла за посвистывающим и явно пребывающим в прекрасном расположении духа мужчиной из машины. Не сбросила его ладонь, обхватившую мою талию, а следом, опустившую ниже, и молча поплелась в отель.

Не смотрела на служащих. Просто ждала, когда он возьмёт ключ от номера и так же не говоря ни слова, вошла за ним в лифт. Он начинал наглеть всё больше. Шарил руками под плащом, накинутым прямо поверх белья. Платье так и осталось в клубе.

Стоило нам оказаться в номере, как он тут же прижал меня к стене, разведя ноги коленом и пристроившись между ними. Всё, как и говорила Лика.

Он жадно ощупывал ладонями всё моё тело, особенно акцентируясь на ягодицах и груди. Оттянул лиф вниз, склонив голову и жадно сомкнув губы на соске, пройдясь по нему шершавым языком. 

В тот момент его пальцы уже шарили за кружевом трусиков, надавливая на клитор и пытаясь войти во влагалище. Абсолютно сухое. Никаких выделений. Я не возбудилась, совсем.

Его похоже не смущало. Плюнул на ладонь, увлажнил и резко ввёл сразу нескольких пальцев. 

Вновь прислушалась к своему телу. Ничего, кроме боли и брезгливости. Никакой другой реакции. Я его не хочу. Мне плохо, стыдно, и противно.

- Какая же ты...какая горячая, сочная. Хотел отыметь тебя прямо там, на сцене, как и всё остальные мужики. А ты моя, моооя... 

Он слюнявил своими губами мою грудь, шею, плечи, всё, до чего мог дотянуться, в то время как его пальцы продолжали болезненно продираться в сухую плоть. 

Наверное, он думал, что распаляет меня. Шептал на ухо грязные пошлости, потираясь о мою промежность своим вздыбленным членом, который выпирал сквозь плотную джинсовую ткань. Ничего, кроме как очередную порцию новых болезненных ощущений, мне это не принесло. 

Я почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Что же это? Лика говорила, что он хороший любовник, а ей в этом вопросе можно доверять. 

Может, просто слишком быстро и грубо для меня? Ведь фактически, в плане секса до сих пор у меня был только один мужчина. Собственный муж. И практически всегда мы занимались любовью в нашей спальне, на супружеской кровати. Пару раз было в ванной и гостиной, а за пределами дома разве что во время путешествий. Но тогда номер в отеле не воспринимался мной, как пристанище шлюхи и её заскучавшего от семейной жизни клиента. 

А сейчас я чувствовала себя грязной, но не так, как с Горским. Да, он пробуждал во мне запретные, наверное, даже извращённые фантазии, но, каждый раз это приносило мне лишь удовольствие, как моральное, так и физическое. 

В данный момент, у меня было ощущение, что меня насилуют. Настолько плохо я себя не чувствовала очень давно. Все мои переживания по поводу распадающегося брака и даже непонятное поведение Горского, не сравнить с тем, что происходило сейчас. 

Мне казалось, что я опустилась на самое дно, нет пробила его. 

Услышав скрип растегивающейся ширинки и почувствовав, как грубые пальцы, наконец, оставили меня, но только затем, чтобы отодвинуть полоску трусиков в сторону, меня начало трясти от паники и ужаса. 

По щекам текли слезы, я, что есть силы, начала колотить его по плечам, пытаясь оттолкнуть и всеми правдами и неправдами освободиться из железной хватки этих сильных рук.

Глава 5

Последние несколько недель стали для меня настоящим кошмаром. 

Мало того, что дело Самсонова до сих пор гремело из каждого утюга и вряд ли стихнет даже к концу года, так ещё и заварушка с кузенами. 

Самым правильным и логичным решением было бы просто остаться в стороне и не впрягаться за Клода. Только недавно разговаривали на этот счёт с Кириллом и он говорил все очевидные вещи. 

- Зачем ты втянулся в их потасовку? Это не наша война. Да, Клод, несмотря на всё дерьмо, что льется из него через край, интересный талантливый мужик, но он не стоит таких жертв. Кузены гнилые твари, с полным отсутствием каких-либо принципов. Забыл, что когда делили "ТрансСибирь", они ближайших родственников порешили, лишь бы отхватить себе кусок пожирнее. 

- Вот именно. Давно надо было закопать этих шакалов. Слишком поздно взялись. 

- Кому надо? Нам они никогда не мешали. 

- ПОКА не мешали, Кир, только ПОКА. Наши интересы до сих пор ни разу не пересеклись, вот эти крысы и не нападают. 

- У них зубы не те, чтобы на нас нападать. Под тобой пол Москвы ходит. 

- Зубы у них отлично наточены. И ты знаешь, что они не воюют в открытую. Пришёл бы день, когда они прыснули бы своим жалом и в нашу сторону. Лучше сработать на опережение. К тому же Клод поддержал меня в выборах, а я не люблю оставаться в долгу. 

- Только в этом дело? 

Мы тогда сидели в гостиной Кира. Был поздний вечер, мы пили виски, курили сигары, вспоминали прошлое и с тревогой смотрели в мрачное будущее. Оба понимали, что гредут непростые времена и не факт, что мы к ним готовы. 

- Если есть, что сказать, не тяни резину. Знаешь, что я не люблю загадки. 

Воронов иронично расхохотался, подлив нам виски. 

- Ты их обожаешь. Кому, как не мне, об этом знать. 

- Есть вещи, о которых лучше помалкивать, даже, если уверен в информации. 

Я понимал, к чему клонит друг, и всякий раз пресекал подобные разговоры. ЭТУ тему я не мог обсуждать ни с одним человеком, даже по-настоящему близким, даже на пьяную голову. 

- Да я и помалкивал, пока твои игрища не мешали делу. Но сейчас ситуация изменилась. Сначала ты оставляешь эту девчонку в живых, ставя под угрозу всю операцию. Потом впрягаешься за Клода, ради сранной доли в его клубе. Да, стрипуха, что надо, я и сам люблю туда захаживать, но как-то риск несоизмерим с ценой. А всё, почему? Думаешь, я не знаю, что таскаешься туда со своей девкой? Что происходит, Гор?

- Ничего не происходит, я сказал, закрыли тему. 

- Закрыли тему? Ты подселил её в старый родительский дом, куда раньше не то, что своих шлюшек не приводил, но вообще никому не позволял переступать и порог, особенно после смерти отца. Я знал, что рано или поздно твоя повернутость на блондинках и вашей чат-рулетка не доведёт до добра, но молчал пока вся эта хреновина касалась лично тебя. 

- Она и сейчас касается лично МЕНЯ. 

- Ошибаешься. Ты всё меньше думаешь о делах, и всё больше становишься одержим свои новым объектом. Какой там у неё номер? Уже перевалил за сотню? Ольга, кажется, носила юбилейный значок. 

Кир рассмеялся, нет скорее издевательски заржал, а я больше не смог сдерживаться. 

Схватил его за грудки, хорошенько тряхнув. Даже он, единственный человек во всём мире, которого мог назвать другом, был просто не в состоянии понять, что ЭТО значит для меня.

- Заткнись, слышишь? Никогда больше не смей ничего о НЕЙ говорить. Если не хочешь помогать мне с кузенами, отсиживайся в стороне, я не жду помощи. Но ЭТУ тему не трожь. 

- Ты идиот, Гор, - Воронов стряхнул мои руки, но не остранился, наоборот, обхватил ладонью затылок и уткнулся лбом о моей лоб. - Когда я подводил тебя, когда отсиживался в стороне и оставлял с горящей задницей? Если потонем, так вместе, но я хотя бы хочу понимать, ради чего такие риски. Ладно бы, влюбился. Черт, мы можем сколько угодно строить из себя ганстеров, крутых-мачо, но ничто человеческое не тебе, не мне не чуждо. Только у тебя не любовь, а больная одержимость. Пятнадцать лет прошло, а всё никак отпустить не можешь. Выбираешь себе куколок в точности по её образцу, а когда наиграешься, даже не хочешь отпускать, бережно складываешь на полочку, в свой чатик, в свою коллекцию. Но если с другими всё было предельно ясно, ты просто трахал их во всех позах, записывал на видео и сохранял для добрых семейных просмотров у камина, то, что с тобой творится теперь? Выкупил клуб для неё. Таскаешься туда чуть ли не каждую ночь. Возишься с её малышней. Няня, школа, водитель... 

- Я помогаю всем своим женщинам. 

- Но никогда не занимаешься такой ерундой лично. А для неё, такое ощущение, что даже прокладки выбираешь. 

- Следи за базаром. Что за хрень несёшь? 

Я оттолкнул Кира, чувствуя, как в очередной раз нервы подводят меня. Я уже и забыл, что такое душевное равновесие и хоть относительное спокойствие. Последние недели жил как на вулкане, и понимал, что подступаю всё ближе к жерлу, но даже не думаю бежать. 

Наоборот, страстно жажду добраться до раскалённой магмы и изжариться в ней дотла. Только не один. Вместе. Её я все это время тащил за собой. 

- Вот именно, что хрень, которая уже давно стала твоей реальностью. Пускай, ты сейчас отворачиваешься, не хочешь слушать, но ты сам понимаешь, что я говорю правду. Ты становишься похож на своего отца. И я не про бизнес. Здесь есть, чему у него поучиться, твой батя умел делать бабки и выстраивать отношения с нужными людьми. В этом ты ему не уступаешь. Как и в своей больной одержимости тёлками. И ладно твоя видео-коллекция. Занятие, конечно, на любителя, но у всех свои вкусы. Но ведь эта девка... Я знаю, кого ты в ней видишь. Знаю, почему так рехнулся. И догадываюсь, что хочешь с ней сделать. Мне бы хотелось тешить себя иллюзиями, что ты просто надеешься вернуть старую любовь и получить второй шанс на счастье. Но тебя переклинило, как и твоего отца. Я видел его тогда. Я видел эти кассеты. Я, черт побери, сам избавлялся от трупа. И, если ты думаешь, что в отличие от бати сможешь остановиться в нужный момент... Черт, Гор, проверься у психиатра. Мне плевать на эту девку, но если она отправится вслед за потерянной Надеждой, ты окончательно сдвинешься мозгами. Не с кузенами тебе надо воевать, а с дьяволом, что живёт прямо внутри тебя. 

Глава 6

Я старалась даже не смотреть на Горского. Понимала, что сейчас он в таком состоянии, что одно неправильное слово, один неосторожный взгляд, и он, наверное, пристрелит меня. 

Я всё ещё помнила об оружии, что лежало во внутреннем кармане его пальто. 

Тогда в номере, услышав выстрел, в первую секунду подумала, что Артур ранен или уже мертв, если пуля попала в голову. 

Я знала, что Макс способен убить. Я, черт побери, уже видела, как он убивает своими собственными глазами. С этого и началось наше знакомство. 

Меня охватила паника. Но самое страшное, я испугалась вовсе не за жизнь мужчины, у которого была семья, жена, и, возможно, дети. Плевать, какие между ними отношения, эти люди, наверняка, зависили от него, как знать, вероятно, любили, и могли потерять этой ночью близкого человека целиком и полностью по моей вине. 

Потому что я схожу с ума. Потому что творю вещи, за которые стыдно даже перед собой. Ну кого я обманываю? Никуда не исчезла та нежная, романтичная, верящая в настоящую чистую любовь девчонка. Её ранили, обидели, испугали настолько, что она забилась в самую глубь разодранного сердца, но всё ещё дышит. Тяжело, потрескавшимися губами, сквозь нестерпимую боль, но дышит. 

Она пока ещё жива и не даёт той другой, беспринципной, жестокой, жаждущей мести суке расправить её чёрные крылья и взмахнуть. 

Во мне живут две борющиеся противоположности, и даже я понятия не имею, кто одержит победу. А пока они сражаются, страдают люди вокруг. 

Горский мог вновь убить сегодня. Из-за меня. Но я не испугалась за Артура. Да, наверное, мне было бы жаль его, как и Самсонова, он приходил бы ко мне в кошмарах каждую ночь, но куда больше я боялась, что у моего (да, черт побери, в мыслях я называла его своим) мужчины будут проблемы. 

Конечно, если смерть Самсонова сошла с рук, вероятно, он имел большие подвязки в органах, но то убийство явно тщательно планировалось, а здесь всё спонтанно. Как выносить труп? Куда прятать? Мы ведь даже не в частном доме, а в отеле. 

Да, такие мысли крутились в моей голове. И да, я была готова пособничать ему и помогать избавляться от тела. Понимала, даже своим воспаленным мозгом понимала, что это клиника. Мне самой пора лечиться. Но в то же время знала, что не смогу бросить ЕГО... Не смогу отвернуться. 

Все эти мысли крутились в голове лишь первые несколько секунд после выстрела. А затем услышала раскатистый смех прямо за своей спиной. Ещё мгновение, и мне на плечо опустилась сильная мужская ладонь, а в подбородок вдруг уткнулось холодное дуло пистолета. 

- Ба, какие гости. Максим Александрович Горский собственной персоны. А я думал этим утром мы уже всё обсудили. Вы, кажется, ясно дали понять, что комбинат не заинтересован в моих услугах. Передумали? Неужели примчались ко мне в номер в пять утра, чтобы сказать об этом? 

Только тогда до меня вдруг стало доходить, что Артур, вероятно, не ранен, и он то же держит в руках пистолет, откуда только успел выхватить? 

Артур стоял у окна, и пока я натягивала его футболку, внимательно смотрел на улицу, ещё почему-то нахмурился под конец, но, когда я подошла попрощаться, тут же закрыл своей спиной окно и потянул меня к себе. Значит, он заметил Макса. 

В этот момент, наконец, сообразила, кто на самом деле стрелял, и всё внутри похолодело от ужаса. Бросилась было к Максиму, но сильные, в секунду ставшие грубыми руки, обхватили мои плечи и не позволили сдвинуться с места. А в лицо до сих пор упирался заряженный пистолет. 

Но мне было плевать. Я пожирала взглядом Горского, боясь, что вот-вот увижу выступающие капли крови из глубокой раны. 

Только его рубашка всё такая же белоснежная. Он не изменил позы. Стоит, широко расставив ноги, вытянув вперёд руку, судорожно сжимающую пистолет. Взгляд всё такой же безумный, только помимо ненависти и звериной ярости, я вдруг уловила в них отблеск схраха, который появился, когда Артур прижал к моему лицу оружие. Неужели, переживает за меня? 

Наконец, заметила рассыпавшиеся у ног Макса осколки вазы, слетевшей с тумбы, что стояла у входа всего в каких-то паре сантиметрах от груди Горского. Вот куда попала пуля. С губ сорвался судорожный вздох облегчения, который Артур, естественно, уловил. 

- Нет, погодите, я, кажется, начинаю понимать, что здесь происходит. Знаешь, Гор, увидев тебя минуту назад выбегаюшего из тачки, подумал, что ты решил меня замочить в предрассветный час. Ты же чувствуешь себя, если не властителем вселенной, то уж точно хозяином этого всратого городка. Самсонова грохнул и без угрызений совести пригрел жопу на его месте. А ведь вы когда-то были друзьями, во всяком случае, так поговаривают. Но сейчас вижу, что ты, кажется, не по мою душу... 

Он больно обхватил своей огромной волосатой ладонью мое лицо и прижался слюнявым ртом к моим дрожащим губам. Стало противно, омерзительно и...страшно. Дуло пистолета ни на секунду не отрывалось от подбородка. 

- Опусти пистолет и отпусти её. 

Наверное, я никогда не привыкну к его стальной выдержке. Знаю, какие чувства разрывали его в тот момент, но не выдал их ни словом, ни взглядом. Такой спокойный, уверенный и твёрдый. Мой мужчина. Самый сильный и бесстрашный. 

- Нееет, это ты убери ствол и тогда получишь свою телку живой и почти целой. 

Артур провёл языком от шеи до подбородка, и меня чуть не стошнило, а на лице Горского заходили желваки. Пальцы сильнее вцепились в пистолет. 

- Мы провели такую страстную ночь. Твоя женщина даже лишилась чувств подо мной. Наверное, до меня её так никто и никогда не натягивал. Что толку держать при себе мужа и любовника, если ни один не в состоянии как следует отодрать? 

Когда я начну разбираться в людях? Ещё пару минут назад считала его вполне адекватным, "благородным" мужчиной. Даже Лика придерживалась этого мнения. И какой гнидой оказался в реальности. 

- Теперь понимаю, почему ты заскучала и полезла на сцену. Про Гора в наших кругах легенды ходят. Все уверены, что он секс-машина. Да вот только с тобой, видно, осечка вышла. Или у тебя там всё настолько раздолбленно, что даже его дубина не справляется? - он издевательски расхохотался, не опуская пистолет, и следующие слова прошептал уже мне на ухо, так, что Максим, учитывая разделявшее нас расстояние, вряд ли их услышал. - Если бы знал, кто твой любовник, до смерти бы затрахал тебя сегодня, - а затем уже громче, продолжая омерзительно смеяться, - ну так что, опустишь ствол, или потасканная телка не нужна? Хотя Лику ты трахал после меня. Это становится традицией. Мы ебем одних и тех же баб. Долго ещё на прицеле будешь держать? Поиграем в считалочку? На "три" вышибаю ей мозги. Раз, два пропускаю...